Текст книги "Две партии. Том 4 (СИ)"

Автор книги: Виктор Василёв

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 19 страниц)

– Да, я тоже пришел к такому выводу. Но пока это только теоретические выкладки. С практикой не стоит торопиться.

– И все же не затягивай, Маркус. Мне кажется, мы близки к прорыву.

Ван Гогенгейм – ценный специалист с колоссальным опытом. Поэтому я и привлек его в качестве консультанта. Но есть и еще одна причина. Через него удобно сливать старые результаты исследований. Как раскопали люди Даламара, любовница целителя работала на комиссию безопасности, напрямую отчитывалась ее руководителю.

Да, можно легко избавиться от утечки, вести все исследования в строжайшей тайне, но тогда есть риск, что за мной придут, как и за Адрианом. Поэтому я соблюдал необходимые меры предосторожности, чтобы о проекте знали нужные люди и только ту информацию, что я хотел.

Я не скрывал, что занимаюсь исследованиями, связанными с укреплением энергетики студентов. Это важно, но не особо интересно. Другое дело – ускоренное развития полноценных магов. Это гораздо перспективнее и опаснее.

– Кстати, утром ко мне заходил Хорст. Ты ничего у него не требовал?

– Спрашивал или предлагал?

– И то, и другое. Еле выпроводил.

– Он мне тоже много крови попил. Но дело сделано, вернет форму и сплавим его. Куда он?

– В центр переподготовки. Будет и учить, и обучаться, потом обратно, – последнюю фразу главврач сказал с явным неодобрением.

– Увы, у нас острая нехватка магов.

– Когда было по-другому? – задал риторический вопрос ван Гогенгейм. – Просто некоторые пациенты у нас уже в пятый раз. То ли такая сложная ситуация, то ли идиоты безрукие.

– Ничего не изменилось? Я про моих пациентов.

– Кроме Хорста у нас больше никого нет. Остальные не по твоей части. Нам, конечно, всегда нужны руки, но так и быть, я отпускаю тебя в командировку в столицу, минхер придворный целитель, – не скрывая иронии, сказал главврач. – Удачи в общении с начальством.

Меня передернуло, я честно сказал:

– Да, она мне определенно пригодится.

Не будет толку от моих исследований, если я умру во время беседы с баронессой де Ратуа.

Глава 6. Прорыв и последствия

Вечером я направился в особняк Даламара. У входа я столкнулся с директором Кохорном. Поздоровался и пожал его металлическую руку.

– Я так понимаю, у Леона проблем не будет? – внимательно смотря на меня, спросил он.

– В столице навещу маркграфа. Нет, отправлю Фридриха. Будет отказ и никаких проблем у Горца, – заверил я его.

– Это хорошо. Если будет возможность, намекните Юрию, что в следующий раз я пожму его горло за такие фокусы, – сказав это, Кохорн демонстративно лязгнул кулаком.

– Обязательно, – пообещал я.

– Я так понимаю, он ближайшие месяцы в опале? – спросил Кохорн.

– Три месяца будет объяснять основы магии детишкам. Пусть пострадает. Потрепал мне нервы, – нехотя признался я. – Если не образумится, сошлю носить утки в центре.

– Не стоит таким злоупотреблять. Гении ранимы и злопамятны. А Леон может попытается выслужиться и натворит дел.

– Попрошу Влада присмотреть за ним, пару человек она сможет отрядить, – подумав, согласился я.

Стол уже был накрыт, ждали только нас. Столовая в доме Даламара выглядит своеобразно. Нет, я ничего не имею против доспехов и старинного оружия, гораздо больше меня напрягали картины.

Повесить на стены головы убитых левиафанов генерал не мог, слишком они большие, поэтому ограничился картинами с достаточно точными изображениями тварей. Честно говоря, ужинать в такой обстановке невозможно, но я сюда не есть приехал.

Хозяин дома сидела во главе прямоугольного стола, мне досталось почетное место по правую руку. Сразу за мной сел Кохорн. Слева от генерала-губернатора сидел генерал-лейтенант Редкаст, не маг, но опытный офицер, который командовал гарнизоном колонии. Сразу за ним вольготно расположилась Трисс Хейм.

– Рад вас видеть, минхеры. Регнер не принял мое предложение?

– Как и двести пятнадцать раз до этого, – педантично ответил Кохорн. – Ты же знаешь, его интересует только наука и студенты.

– Он был бы нам крайне полезен, – ответил дежурной фразой Даламар. – Максимуса сегодня не будет, он отправился на разведку. Нежить затаилась, будет плохо, если мы проморгаем удар.

У меня есть подозрения по поводу причин «затишья», но я не буду ими делиться. О моем договоре с Рипером Даламару не стоит знать.

– Остальным не настолько значительны, чтобы участвовать в этом обсуждении, – насмешливо сказала Трисс, выразительно смотря на меня.

Естественно, колдунью уволили из тайной службы, когда ее реорганизовали в комиссию. Никто не собирался работать с «ищейкой», которая прикрывала сеть контрабандистов дяди. Но никакого наказания не последовало, почетная отставка. И Трисс возглавила канцелярию Даламара, превратила ее в личную разведку генерала.

У меня с ней сложные отношения. Она часто задавала провокационные вопросы, пыталась меня на чем-то подловить, засылала агентов в компанию и центр. К этому я относился спокойно, чего еще ждать от «ищейки»? Если бы она меня демонстративно игнорировала, было бы гораздо хуже.

В тоже время она регулярно намекала, что никто не воспринимает меня всерьез и терпят только из-за денег. Делала она это так часто, что это даже стало смешно.

С генералом Редкастом я пересекался редко, но старик относился ко мне хорошо, так как служил под началом дяди. С отсутствующим Максимусом у меня тоже хорошие отношения.

Первым докладывал Редкаст, кратко доложил ситуацию в гарнизоне, сообщил о мерах по усилению. Потом Кохорн отчитался об окончании учебного года, сообщил о перспективных учениках, которых стоит брать к себе уже сейчас. Даламар улыбнулся и сказал:

– Подготовь список, я отдам распоряжения.

Естественно, Кохорн уже подготовил документы. Потом слово взяла Трисс Хейм:

– Сегодня стало известно, что герцог де Вард утонул в собственной ванне, никто не сумел ему помочь, спустя несколько часов его тело кремировали. Новый герцог объявил траур. А спустя несколько часов нашего золотого мальчика навестил герцог ван Нормайен.

– Де Варды открыты к переговорам. Встреча уже назначена. На ближайшем совете они нас поддержать, но дальнейшее сотрудничество под вопросом, – сообщил я.

– И почему же? Все остальных ходят у тебя по струнке. В чем проблем здесь? – насмешливо спросила Трисс.

– Бельских я контролирую из-за недуга графини. И она делает все с оглядкой на мастера Риотаб. Фон Таннендорфы зависимы от меня, но в также смотря на нее.

«Сложно игнорировать эту жуткую рожу», – мысленно добавил я.

«Графини или нашего генерала?» – ехидно спросил Янус.

– Ван Нормайен с нами из-за выгоды. Де Ратуа из-за Карла. Про Нилеев лучше не вспоминать, – я поморщился. Род, исповедовавший религию двух стульев, всем нам доставил много проблем. – Не один из этих вариантов не подойдет для де Вардов. Это древний род, который восходит еще ко Второй империи. Чтобы вы понимали размах катастрофы, когда-то они были родом целителей и звались Север. Именно изгнанница из этой семьи создала всем известных Кадаверов.

После этого в зале стало тихо, как в могиле. Выдержав паузу, я продолжил:

– Они горды и самоуверенны. Мы для них лишь пыль под ногами. Новый герцог лучше своих родичей, но немного. Они не опустятся до торговли, поэтому мы не можем привлечь их за счет компании. Двести магов и полсотни простецов. Живут за счет службы и остатков земли. Нам не хватит ресурсов, чтобы их купить.

Здесь я лукавил, деньги есть, но для них найдется другое применение.

– Консерваторы, зацикленные на прошлом. Достаточно сильные чтобы держаться на плаву, но слишком бедные, чтобы выбраться на сушу, – резюмировал Кохорн. – Почему они не примкнули к Скуратову или Ланкасту?

– Гордыня. Они слишком велики для этого, им нужно лидерство, а не партнерство. На ближайшем совете они будут на нашей стороне, но дальше я не могу ничего гарантировать.

– Это уже много, Маркус. Чем еще порадуешь? – спросил Даламар.

– Есть вероятность, что мы лишим Ланкаста одного голоса. Это одна из причин моей поездки на Вильгельмину. Могут быть проблемы с властной матушкой, но это не то, что следует здесь обсуждать.

«Ни слова лжи. Никто не хочет обсуждать гнев Риотаб», – поддержал меня Янус.

– Кроме того, мне поступил предложение от верховного мага. Он предлагает мир за поддержку некого законопроекта. Никакой информации нет, – быстро закончил я.

– Интересно, – протянул Даламар, смотрел он при этом не на меня, а на Трисс. – Что есть по этому поводу?

– Вероятно, речь идет о смене командования корпуса защиты. Верховный хочет передать эту должность сыну. Думаю, он попытается пронести это через совет, – мгновенно ответила она.

Дружины аристократов показали свою беспомощность на Иллирии – разное вооружение, отсутствие единого командования и опыта боев в составе крупных подразделений. Михаил Скуратов воспользовался этим, собрал выживших и сформировал из них свою маленькую армию.

Естественно, никому это не понравилось, но в Ормандии требовались солдаты, а эти войска снабжал Михаил и его союзники. Так сформировали корпус защиты короны под руководством верховного мага. Он комплектовался из благородных магов и их дружинников.

– Не думаю, что все так просто. Слишком сложно передали послание, – я поморщился, как от зубной боли. – Скуратов предложит что-то еще всем, а не только мне. Это совсем другой уровень.

– Иди на контакт, попытайся узнать что-нибудь, но не рискуй, Маркус, – спустя секунду решил Даламар, потом задал вопрос: – Что еще по Вильгельмине?

– Конкретные предложение торговцам подготовлены, также я встречусь с руководством академии друидов. Если получится, то пообщаюсь с губернатором относительно медицины. Они пытаются сформировать собственный центр реабилитации, это может ослабить нас.

– На Вильгельмине у нас есть люди, но их мало. Это планета Витольда, мы не можем там спокойно действовать. Аристократы там все еще сильны. Ты едешь один? – взгляд у Даламара оказался очень тяжелый.

– С женой и парой охранников. Также на переговорах меня будут сопровождать маги ван Нормайенов.

– Мало. Слишком мало. Я выделю еще людей.

Я лишь кивнул. Охрана – это хорошо. Но не всегда. Все-таки некоторые вещи Даламару лучше узнать постфактум.

– Надеюсь, планета не сильно пострадает от нашего золотого мальчика, – улыбка Трисс мне очень не понравилась.

– Очень смешно, – заметил я. – Что по поводу Совета? Есть подвижки по старому вопросу?

«Молодая кровь» была во многом искусственным образованием, которое могло существовать только при сильном лидере и поддержке короля. Когда эти два фактора исчезли она распалось.

Более того, многие ее видные члены оказались по разную сторону баррикад. И речь не только о партиях принцев. Многие маги и военные, которые когда-то были соратниками Адриана Камета, сейчас командуют силами мятежников в Ормандии.

Даламар сформировал свою фракция, опираясь на вольных магов и военных. На первом совете, произошедшем после мятежа Кадавера, он предложил два законопроекта – об эфире и выходе из рода.

Если благородные просто получают эфир, то почему вольные маги обделены? Старый, но не теряющий актуальности вопрос. И Даламар нашел ответ на него. В соответствие с новым законом все вольные маги получали эфир в соответствии с их уровнем силы. Никаких условий им при этом не выставлялось.

Естественно, вольные маги, перебивавшиеся крохами энергии, были в восторге от этого новшества. Даламар получил колоссальный авторитет, стал безоговорочным лидером в нашем сообществе.

Второй закон предусматривал возможность выхода из рода без всяких последствий. Тут генерал Сомлин использовал историю Сайруса и Ольги. Если закон об эфире совет и палата приняли со скрипом, то здесь разразилась настоящая буря.

Аристократы пошли на уступки в отношении эфира, потому что боялись энергетических бунтов. Тогда они еще не знали про эфир Витольда, считали, что это ударит в первую очередь по принцам, а не по ним. Но они не хотели ломать цепи, которые держали их рода вместе.

Да, член главной ветви пользовался всеми возможными привилегиями, но положение магов из побочной гораздо хуже. Им ограничивали доступ к эфиру и знаниям, связывали клятвами по рукам и ногам. Они могли либо смириться и подчиниться, либо сделать ставку на кого-то из главной ветви, чтобы возвысится. Большинство предпочитали сжать зубы и терпеть, единицы уходили в изгнание.

Конечно, так не везде. Да и жизнь обычного вольного хуже, чем у благородного. Но каждый меряет по себе.

Поэтому этот законопроект вызвал сильный отклик, споры и даже дуэли. В него вносили правки, дополняли и изменяли, но так и не приняли. Теоретически его можно продавить, но никто этого не делал.

Даламар использовал этот законопроект в качестве пугала. В первую очередь его интересовал эфир. Проблема благородных, мечтающих выйти из семьи его не волновали, но он громогласно о ней заявил, чтобы отпугнуть вольных от вступления в благородные рода.

Принцы заинтересованы в ослабление аристократии, но это могло ударить по ним, поэтому они не спешили его принимать.

Мне этот закон интересен, потому что позволяет ослабить Скуратов, поглотивших несколько родов. По расчетам Владислава, это в один момент лишило бы старого выродка трех десятков магов.

В свете последних событий это позволит устроит свадьбу Глеба без одобрения рода. Забавно, но по закону для брака благородных нужно лишь согласие глав родов, мнение детей никто не учитывает.

– Ничего не изменилось. Мы можем его внести, но не протащим. Будем пугать им, чтобы убрать магический ценз на новые должности. Сейчас многие места пустуют, потому что когда-то их занимали маги. Пусть сейчас там будут наши люди, – сообщил Даламар. Его поддержал генерал Редкаст.

– Предложи Скуратову поддержать законопроект о выходе. Если согласиться, значит это ловушка, – предложила Трисс.

– Хорошая идея, – согласился Даламар. – Ладно, хватит о благородных. Что вообще творится в мире, Трисс?

– Вас интересует только наш или все три? На Иллирии все спокойно, новость об уничтожении вами монстра воспринята положительно, но без излишнего восторга. Визит герцогов прошел без лишних эксцессов. «Соловей» и «Ласточка» затихли, но это всегда происходит во время экзаменов. Наши надзиратели вспоминают, что им тоже нужно работать. На Арде все не так хорошо. Реформы принца Витольда продвигаются со скрипом, перенос производств в другие провинции приводит к массовым бунтам простецов. Мои источники утверждают, что многих восстаний можно было избежать, но люди Витольда торопятся, а когда ошибаются действуют чрезмерно жестко.

– Бунтующая чернь – прекрасный повод для увеличения числа карабинеров. Витольду нужно как можно больше штыков, – заметил Редкаст.

Карл проводил реформы в военной сфере, в этом его поддерживала его партия и Скуратов.

Витольд сосредоточился на гражданской сфере, опираясь на благородных, ставших торговцами. Но канцлер чувствовал, что его время на исходе, поэтому проводил все в ускоренном темпе, что приводили к лишним жертвам.

– Принц Карл в Ормандии осадил Вельс и Фриланд. Но вы лучше меня осведомлены о ситуации. По поводу совета и палаты ничего не изменилось с последнего доклада.

– Что с Вильгельминой?

– Витольд жестко фильтрует информацию оттуда. Мои источники отмечают, что есть конфликты между простецами, но ничего серьезного. Есть трения с Ланкастами, но после добровольного изгнания герцога, они занимают пассивную позицию. Думаю, никаких опасности они не представляют.

Корн Ланкаст был алмазным и сыном прошлого верховного мага. Он попытался оспорить право Скуратова на пост верховного мага, но получил слаженный отпор всех игроков. После этого его позиция в роду сильно пошатнулись, а Ланкастов стали давить по всем направлениям.

– Хорошо, тогда все свободны. Маркус, задержись, хочу обсудить с тобой финансы.

Да, наша горячо «любимая» тема. Остальным лучше при ее обсуждении не присутствовать, все-таки золото любит тишину. Когда все вышли, я обратился к Даламару:

– Генерал, о каких сумма идет речь?

Ответ меня изумил.

– Ни о каких. Сегодня мы поговорим о чем-то по-настоящему серьезном, – Даламар встал со своего места, подошел ко мне. – Максимус съездил на остров, привез Астрона и твоих лучших подопытных. Я хочу посмотреть на успехи.

Сердце пропустила удар. От Януса пришла волна ужаса. Быстро взял себя в руки, потом сказал:

– Хорошо, генерал. Я планировал демонстрацию несколько позже. Но раз вы хотите, будем восторгаться.

«Даже если несешь бред, делай это уверенно», – вспомнил я наставление Адриана. Правда, тогда я оправдывался за шалости Януса. Сейчас ситуация другая.

В подвале особняка, переоборудованном в тренировочный зал, нас уже ждал Астрон Клейн, подполковник Максимус Стелларон, а также три мага, прошедший полный комплекс процедур.

Да, я талантлив. Я даже в это временами верю. Но я самоучка, который закрывал пробелы частными уроками, а не системным образованием. И опыта у меня мало. Поэтому Даламар выбрал Клейна, когда встал вопрос о непосредственном руководителе проекта «Рост». Опытный цлеитель, коллега по контрабанде, проверенный человек. Я с радостью согласился.

Даламар предусмотрительно скопировал все, что у него было по поводу экспериментов. Записал показания ассистентов. Я изучил четыре шкафа бумаг. Потратил несколько месяцев на расчеты. Потом взвыл, когда понял размах катастрофы.

Ритуал Камета-Соддерна состоял из трех этапов. На первом подопытному укрепляли организм, готовили к процедурам. Без этого он бы просто умер в процессе. Даже Даламар, который обладал запредельной выносливостью и огромным болевым порогом, не выдержал бы без этого. На втором этапе создавали вторую энергетическую систему, а потом объединяли ее с родной. Это поднимало КПТ и объем эфира, идущий по каналам, как следствие резерв рос, как на дрожжах. Вот только именно в этот момент большинство умирали. На третьей стадии проводили ритуал Анхейм и коррекцию памяти. Первое касалось стихий, второе – использования магии без алфавита, это было не передачей знаний, скорее отменой старых установок, вбитых в подкорку мозга.

Механизм понятен, можно приступать и клепать алмазных? Если бы!

Способов укрепления организма существует множество. Но здесь было что-то запредельное. Потом было создание второй магической системы – это некромантия, причем высшая. Фердинанд Моргот не зря ездил в Мертвые Земли, его некромантия – «успешный провал» эксперимента по созданию магов. Вероятно, именно документы об этой части исследований убедили благородных, что Адриан хочет создавать своих магов.

Наконец коррекция личности мага, основных компонентов, касающихся использования силы. Перестроить личность, а также навыки. Это даже для древних магов сложной задачей! Куда уж мне.

При таких вводных цель казалась недостижимой, но от этого зависела моя жизнь, поэтому я решил зайти с другой стороны. Долго думал, а потом обратился к Даламару. Так на Иллирии возник центр по реабилитации и трансплантации.

Для магов особенно важна гибкость энергетики, ее способность к развитию. Древние вложили в младших готовую систему, которая разворачивалась в организме в положенный срок. Обычные маги только укрепляли ее.

До третьего ранга легко дойти за несколько лет, древняя система заточена на эти пятьсот единиц эфира. А вот дальше сложность возрастает в геометрической прогрессии. Каждую новую сотню резерв приходится выгрызать. Энергетика лучше переносит нагрузки, но хуже расширяется. Либо усиленные тренировки на самой грани, либо кропотливая работа с каналами под присмотром целителей.

Я предложил Даламару сосредоточиться на сохранении «гибкости» энергетики. Более того, если получится, то можно будет в разы увеличить мощность рядовых магов. Сделать стандартом не изумруд, но рубин. И уже на этом фундаменте начинать работать с алмазами.

Даламар эту идею одобрил. И я приступил к работе. Благо центр и академия дали мне необходимых специалистов и, что не менее важно, данные. Да, фактически, я отвергал исследования дядя и пошел другим путем, но здесь было две веские причины.

Во-первых, Камет и Соддерн знали и умели больше меня, я просто не мог так колдовать. Дядя умел и корректировать личность, и создавать с нуля каналы. Набил руку на личах.

Во-вторых, я не смог бы догнать Фердинанда-Максимилиана, который имел больше ресурсов, знаний и магов. Даже если он добьется успеха, то мои исследования будут представлять ценность. Королевство нужны разные камушки.

Другой путь имел одну проблему, а не три. Мне нужно лишь восстановить гибкость энергетики, «омолодить ее», а не придумать как укрепить организм, создать новую систему каналов, а потом перекроить разум чародея.

И чем больше я этим занимался, тем больше понимал, что я иду верным путем. Вернее, проторенной дорогой, которую когда-то заложили. Первые опыты с добровольцами это подтвердили.

Слишком много крючков в энергетике современных магов. Крючков, которые были туда заботливо и умело вплетены. Получалось, что мне не нужно мучить энергетику магов, создавать что-то с нуля.

Пришлось постараться, но я нашел ключ к старому замку. С одной стороны, это радовало. С другой стороны – пугало. Как древние смогли довести до ума разработки таких масштабов? Как они сделали все это?! Да, если у тебя на руках ресурсы целой империи и тысячи подопытных, то можно достичь много. Но такой феноменальный успех?

Если использовать метафоры, то получается, что древние с помощью факела и кусочка кости построили работающий завод. Завод, который функционирует до сих пор.

«Ты просто не можешь признать, что настоящим гениям неведомы подобные ограничения», – ехидно заметил тогда Янус.

«Они точно были гениями. Но они не могли открыть так много, а мы потерять столько! Вынужден согласиться, что самые безумные теории о магах прошлого правдивы», – мрачно заметил я.

Максимус Стелларон – опытный маг второго ранга. Но у его противников опыта не меньше, а втроем они превосходят его в голой мощи. Вот только Максимус отлично знал, как противостоять более сильным магам, поэтому смог свети схватку в ничью.

Потом за дело взялся Даламар. Клейн что-то промямлил про перерыв, но алмазный отмахнулся. Естественно, у ребят не было ни шанса против него, но результатом генерал был удовлетворен. Максимус увел ребят, мы остались втроем.

– Итак, полгода назад это были изумруды. Сильные и опытные, но застрявшие на этом ранге. Особенно после травмы энергетики. Никаких перспектив. Я сам их отбирал. Сейчас я дрался с рубиновыми. Да, они еще не научились пользоваться своей силой, но это дело времени. Успех, о котором вы двое молчали. Почему?

А взгляд тяжелый и внимательный.

– Хотели довести результат до совершенства и подготовить нормальную демонстрацию, – взял слово Клейн. – Мы нашли верный путь, но пока не замостили дорожку.

Даламар рассмеялся.

– Догадываюсь, кто из вас настаивал на идеале. Есть у него такое, как и у наставника. Хорошо, принимаю. Как вы этого добились? Это не исследования Адриана, я вижу совсем другу схему.

Теперь уже мне пришлось говорить:

– Разработки древних. Они хотели, чтобы младшие были магами третьего ранга. Заточили нас под это. В нашей энергетике встроены специальные ограничители. Из-за них очень сложно пройти барьер в пятьсот единиц. Нужно сломать оковы, разрушить большую их часть, чтобы позволить энергетике развиваться дальше.

– Известное «второе дыхание». В какой-то момент твои тренировки дают гораздо больший результат, ты за месяц достигаешь того, что требовали годы, – Даламар на секунду задумался. – Значит вы сломали ограничители?

– Во-первых, мы их нашли, – Клейн сказал это с закономерной гордостью. – Увидеть мы их не могли, древние постарались, но центр дал нам необходимую информацию. Нам удалось выявить нужные для воздействия зоны, если повлиять на них, сломать большую часть ограничители, то метка снимет оставшиеся. Мы провели множество экспериментов, чтобы обмануть энергетику. Ключ мы не нашли, зато сделали отмычку.

– И как выглядит взлом энергетики? – спросил Даламар. – Кратко. Без подробностей.

Без подробностей, так без подробностей. Не получится, но попробуем. Я стал объяснять:

– Сначала используется кровавый эфир, чтобы привести пациента в нужное состояние. Потом происходит работа с каналами головы, – по понятным причинам это самая опасная часть – мы блокируем связь с остальной системой. Потом воздействуем на метку. Это приводит к хаотичному разрушению оставшихся блоков, своевременное вмешательство целителя сводит на нет негативные последствия. Энергетика готова к развитию. При правильных тренировках можно за полгода увеличить резерв с пятисот до тысячи единиц.

На самом деле, это наш лучший результат, которого мы добились благодаря специально разработанному комплексу упражнений, но я не стал об этом говорить, тут важны красивые цифры, а не подробности.

– За пять лет можно дотянуть до изумруда любого мага. Большинство справляются раньше – задумчиво сказал Даламар. – Если сразу после экзамена на третий ранг провести с этот ритуал, изначально обучать их нужным заклинаниям… Получается, мы сможем каждый год получать несколько сотен рубинов?

– Это так. Процедура пригодна для всех изумрудов. Мы вытянем большинство магов на вторую ступень, – уверенно сказал я.

– Прекрасно. Просто прекрасно. Проект Фердинанда идет по другому пути. Но почему вы уверены, что никто из благородных не создал что-то подобное? – задал каверзный вопрос Даламар.

Ответа у меня нет. К счастью, его нашел Клей.

– Знания и ресурсы, – целитель позволил себе улыбнуться. – Из благородных только две семьи всерьез изучали данный вопрос. Морготы и Кадаверы. Первые пришли к созданию боевых химер. Вторые пытались повторить исследования древних, но создали личей. Другие семьи просто не имели знаний, чтобы проводить такие исследования.

– Что по ресурсам?

– У нас две академии, центр реабилитации магов, – пояснил Клейн. – Как я уже говорил, мы не видим барьеры, которые поставили древние маги. Но благодаря данным, собранным за эти годы, мы смогли определить их местоположение. Мы изучили медицинские карты пяти тысячи магов. Фактически, через нас прошла половина одаренных королевства. Ни у кого просто не было такого объема информации.

О барьерах многие догадывались, маги-ученые активно изучали этот вопрос, но никаких доказательств не было. Я о них узнал случайно. Обнаружил следы их разрушения после активного использования ментальной магии. Избыток магии, шедшей по каналам, ломал ограничители, их миниатюрные осколки били по мозгу. Неприятно. И объясняет почему у многих ментальных магов проблемы с головой.

Генералу мы не стали признаваться, но большую часть работы мы проделали вслепую, практически наощупь. Никаких гениальных озарений, долгая муторная работа, перебор вариантов. Если бы нам не повезло обнаружить способ воздействия на метку, мы до сих пор искали все спрятанные древним ограничители. Не сотни, тысячи невидимых замков! Неудивительно, что потенциал, который заложили древние раскрывают единицы. Нужны годы работы, огромные ресурсы и удача, чтобы снять все внутренние барьеры.

– Итак, магия крови, ментальная магия и работа целителя. Сейчас только Маркус способен провести весь ритуал.

И Даламар, и Клейн наградили меня тяжелым взглядом. Я лишь развел руками.

– Если не хотим, чтобы подопытные сходили с ума… Да, только я. Но в будущем мы сможем оптимизировать схему. Когда наберем достаточно данных, сможем все уложить весь ритуал в артефакты. Один сундук и пара целителей, чтобы контролировать процесс.

– Это уже лишнее. Пока не следует торопиться, – быстро сказал генерал. – Итак, эта троица мне понравилась. Сколько всего таких «камушков»?

– Десяток уже готовы. Как только доведем их до нужного уровня, можно поговорить о следующей партии. Я думаю, что мы сможем за раз вытянуть сорок магов. Итого полсотни. Потом надо будет посмотреть на них в деле, оценить ситуацию. С такой группой уже можно работать, проводить полноценные исследования. – в голосе Клейна я услышал неприкрытый восторг. Да, в этом зале больше одного увлеченного ученого.

– Хорошо, я прикажу сформировать группу. Мастер Клейн, подготовьте свои рекомендации. Я пока обсужу с Маркусом детали.

Клейн поклонился и уже хотел уйти, когда Даламар добавил:

– Распоряжения по вашему вопросу я отдам сегодня. За неделю все решится.

– Вопросу? – спросил я, когда сияющий целитель вышел.

– Не все такие альтруисты, как ты. Когда я назначил его твои помощником, Клейн попросил исполнить одно желание. Сегодня он исполнил свою часть сделки.

Тайные исследования на магах, которые вдохновляются исследованиями некроманта. Нужны либо большие проблемы с головой, либо серьезный материальный стимул.

Клейн молчал о своем «крючке», а лезть я ему в голову опасался. Ладно, храните свои тайны, мастер.

– Почему ты на самом деле скрывал это, Маркус? – вопрос Даламара мне очень не понравился, но отвечать нужно.

– Стабильных результатов мы добились полгода назад. Сейчас сложно говорить о долговременных последствиях. Нужны исследования. Хотя бы несколько лет, чтобы понять результаты. Будет обидно, если окажется, что наш ритуал поставит крест на дальнейшем развитие магов. Потерять алмаз ради рубина…

– Сейчас у нас двадцать магов первого ранга. Ты должен понимать, что от тысяч рубинов пользы будет больше, – «успокоил» меня Даламар.

– От тысячи безумных рубинов? Нужно соблюдать осторожность. Риск есть всегда.

Тут Даламар спорить не стал, вместо этого спросил:

– Есть что-то еще?

– Я планировал рассказать обо всем после поездки на Вильгельмину. Уверен, когда вернусь, вы запрете меня на острове.

– Все не так плохо. Но признаю, мысль меня мелькнула. У нас нет других менталистов…

Нас вообще мало. Вас всего пара десятков, а из моего поколения только четверо: я, Ольга и два Моргота. Чудесная компания.

– …Что тебе на самом деле нужно на Вильгельмине?

– Решить проблемы ученика. Он имеет все задатки стать алмазным. И он будет следующим графом Бельским. Стоит ради него постараться.

– Только ради этого ты поедешь в другой мир? – Даламар усмехнулся, на мгновение его иллюзия дрогнула. К счастью, сегодня он не забыл про грим, я просто увидел белое лицо, а не изуродованную рожу. – Признайся честно, Маркус, ты просто привязался к мальчику. Всегда хотел младшего брата?

«Вообще-то у тебя есть я!» – плаксиво воскликнул Янус, но не выдержал и рассмеялся. Меня же такая перспектива заставил вздрогнуть. Еще один ребенок в семье Кауфманов? Нет, это слишком жестоко.

– Быть может. Как только вы назначите добровольцев, я начну их готовить.

Я специально употребил эту формулировку, Даламар лишь усмехнулся.

– Я не могу просто так достать сорок магов и выключить их на год из жизни. Я уже молчу о рисках, связанных с экспериментами. Если ты оставил записи Клейну, то не вижу смысла ограничивать твою свободу.