Текст книги "Две партии. Том 4 (СИ)"

Автор книги: Виктор Василёв

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 19 страниц)

Глава 12. Бал

Надежда умирает последней. Я не смог увильнуть от посещения бала, идти пришлось. Благо в сундуке есть все, нужно только разобраться что взять.

Зеленый костюм с золотым шитьем, такая же лента для волос с металлическим зажимом, белая сорочка, черные туфли. Одежда зачарована, но все сделано так, чтобы скрыть это. Только при тщательной проверке можно понять, что костюм настолько прочный, что выдержит несколько заклинаний или дюжину выстрелов в упор.

Глазам снова страдать из-за линз. Ладно, потерплю. Кольца, браслет и медальон я тоже взял с собой. А вот трость оставил в номере, мощный боевой артефакт не позволят пронести в бальный зал, а оставлять его аристократам я не хочу.

– Возьмешь с собой армию магов и можно выдвигаться в противоположную сторону, – сказала Луна, с улыбкой смотря на мои приготовления.

Она облачилась в роскошное черное платье, которое оставляла открытым плечи. Длинные черные перчатки, туфли на низком каблуке. Пока она одевалась, я несколько раз ловил себя на мысли, что очень хочу пропустить бал совсем по другой причине. Естественно, в этот гадюшник я не отпустил жену без артефактов, поэтому набор украшений из бриллиантов был зачарован. И защита, и атака, и статус. Все-таки такие вещи – это показатель достатка семьи.

«Да-да, а то что твоя девочка любит белые камушки никак на это не влияет», – хихикнул Янус.

«Могу себе позволить», – отмахнулся я.

Я не выбирал зеленый, он положен магам третьего ранга. Аналогичная ситуация со вторым и четвертым. Какой камень такой и костюм. Забавляться с цветом наряда могут алмазные, главы родов и ученики. Естественно, это правило касается только мужчин. Прекрасных дам никто не ограничивает в одежде и украшениях. Правда, над ними постоянно висит топор моды.

– Лишним тоже не будет.

– При внезапной атаке это поможет, но не сильно. В открытом бою не стоит всецело полагаться на артефакты, – сказала прописную истину Луна. – А еще ты так долго собираешься, что это неприлично даже по моим меркам.

– Я знаю, но мне очень не хочется там быть, – честно ответил я.

– Если откажешься в последний момент, это будет еще подозрительнее.

– Поэтому и собираюсь. Ладно, карета заждалась. Едем.

Бал Белозеровых был главной причиной задержки в столице. При желании мы могли бы на том же поезде доехать до Вильгельмины. Или дать студентам добраться самим, не маленькие. Белозеровы продолжали принимать к себе вольных магов. Да из-за действий Даламара поток желающих сильно сократился, но не исчез. И сегодня многих магов попытаются подцепить «на крючок».

Каждый год я старался увильнуть, но все равно приходилось идти. Можно считать это своеобразным ритуалом. Если не брать в расчет первый раз, то всегда все проходило спокойно. Я танцевал с Луной, общался с соратниками Даламара, терпел нападки благородных, иногда устраивая с ними словесные перепалки. Правда, в последние годы это стало редкостью. Когда ты опасаешься подойти ближе, чем на десять эллов к собеседнику, пикировка превращается в фарс.

Риск есть, но не больше, чем обычно. Вот только почему психически больной интроверт должен радоваться от факта посещения массового сборища? Луна к таким мероприятиями относилась гораздо спокойнее.

Дворец Белозеровых не пострадал во время битвы за столицу. Лично мне огромное здание напоминало готовящегося к нападению зверя: высокие колонны походили на оскаленную пасть, а башни – на занесенные для удара лапы.

«Воображение разыгралось, нервничаю», – подумал я, выбирался из самоходной кареты и протянул руку Луне.

Увы, мы оказались среди гостей, которых запускают первыми, нас даже объявили отдельно:

– Придворный целитель, маг третьего ранга Маркус Кайлас с супругой и свитой, – громко объявил церемониймейстер и ударил посохом об пол.

В такой ситуации Луна спокойно относится к тому, что она «всего лишь» мефрау Кайлас, наоборот, ей это даже нравится. Что до свиты – я взял с собой Стелларона и Хэна, рубиновых из отряда охрана.

«Да, благородные выродки, я здесь. Мальчик, который вас искренне ненавидит. Мальчик подозрительно похожий на Адриана Камета. Мальчик, любящий на досуге свергать зарвавшихся лордов и передавать их титулы своим ставленникам. И да, этот мальчик вскипит мозги любому, кто подойдет слишком близко. С удовольствием», – Янус рассмеялся смехом опереточно злодея.

Если бы не взгляды благородных, я бы прикрыл лицо ладонью и выругался.

«Это не мои фантазии. Это их мысли», – не остался в долгу Янус.

Я смог обойти ограничения на расстояние. Также я смог создать заклинание, которое могло читать мысли сразу группы людей. Но для этого нужно два условия – еще один оператор и привлечение внимания. Так что сейчас Янус прочитать разум всех, кто находился в радиусе пятидесяти эллов и думал обо мне. Но только поверхностные мысли, а не глубинные желание.

Большинство очень хотели, чтобы меня здесь просто не было. Сидит опасный сумасшедший мальчишка в своей колонии, пусть так и продолжится. С этими ребятами я полностью согласен.

Остальные опасались меня и сейчас меняли свои планы из-за этого. Неудобно веселиться и вести дела, когда рядом есть такой субъект.

И да, были те, кто мной искренне заинтересовался. Например, герцог Владимир Белозеров, к которому мы сейчас шли. Глубокие поклоны, вычурные приветствия. Уроки Сайруса не прошли даром, и я, и Луна соблюли все правила бессмысленного церемониала. После этого появился слуга со шкатулкой.

– Директор Регнер и директор Кохорн приносят свои искренние извинения. Из-за обилия работы они не смогли приехать, но передают сей скромный дар.

Регнеру все эта политическая возня была нужна, как собаке пятая нога. Кохорн видел всех благородных в гробу. Но просто отказаться от приглашения главы старшего рода нельзя, поэтому мне передали артефакты, которые сейчас лежали в шкатулке.

– Печально, что они не смогли приехать. Но нужно понимать, что два великих наставника не могут бросить своих детей, – герцог открыл шкатулку, улыбнулся, а потом жестом указал слуге унести её. – Надеюсь, в следующем году мы встретимся с ними лично.

– На все воля Светлого.

– Не престало магам прятаться с высшими силами. Ведь мы их настоящее воплощение, – герцог Белозеров рассмеялся, его поддержали окружающие. – Именно мы настоящие дети Светлого.

«Инквизиции на вас нет!» – ехидно заметил Янус.

Ростом в четыре элла, болезненно худой и нескладный – Владимир Белозеров производил жуткое впечатление, которое усиливали глаза разного цвета с вертикальным зрачком. Он больше походил на Чужого, чем на Светлого.

Объявили нового гостя, нас отпустили.

Единственное, что могло меня здесь заинтересовать – это стол. Но пришлось идти к представителям партии Карла. Сегодня собрались ее ключевые члены. От группы Даламара здесь мой приятель Першерон, его сопровождают два генерала, которым недавно пожаловали титул зицграфов. Естественно, благородных собралось гораздо больше. Помимо герцога ван Нормайена и герцога де Варда, здесь присутствовали главы еще восьми родов. Не хватало только Бельской, но она послала меня вместо себя. Хитрая стерва.

Пришлось приветствовать каждого, кланяться и получать скромные кивки. Ну да, я изумруд и придворный целитель, а они – могущественные чародеи с родословной, уходящей во тьму веков. И то, что половина этой группы живут за мой счет, – не стоящие внимания мелочи.

Как всегда, выделился Фридриха. Оборвал поклон, пожал руку, а потом даже обнял. После этого поклонился Луне.

«Ты искренне рад меня видеть или все так плохо?» – мысленно спросил я.

«Оба варианта. Твой новенький нарушил баланс», – ответил Фридрих.

Я, конечно, понимал, что будут проблемы, но надеялся, что этот вопрос подождет, а там уже будет решена проблема Кадаверов.

Партия Карла не монолитна, делится на три части. Сомлина, де Ратуа и Риотаб.

Мари возглавляет группу из шести родов – де Ратуа, Нилеи, Бельские, фон Таннендорфы, ван Нормайены и теперь де Варды. Эти семьи присоединились к Карлу не из-за верноподданических чувств, но из-за страха или отсутствия приемлемых альтернатив.

Группа Риотаб включает еще четыре семьи: Пуатье, Спиноза, Глинские и сами Аттано. Голос последних Карл смог удержать, но далось ему это с большим трудом. Сильные многочисленные рода, которые смогли сохранить свои земельные владения, построить успешные хозяйства в стремительно меняющемся мире. Тот же Юрьев приносит огромные деньги, но у графини Риотаб есть дюжина таких городов.

У них есть дружины, множество чародеев, могущественная магия. И чтобы все это сохранить им нужен Карл на троне. Правитель, заинтересованный в постепенных реформах, зависимый от силы своих союзников.

Естественно, Элиз не в восторге, что пять родов, которые в разы уступают им в силе, имеют равное число голосов в совете. Так еще и имеют свои взгляды. Конфликты между Риотаб и де Ратуа происходят регулярно. В этой ситуации главным выгодоприобретателем является Даламар, который уравновешивает двух колдуний.

Отдельная проблема – статус Ольги и Фридриха. Из-за меня они вынуждены действовать в соответствии с приказами де Ратуа, но в тоже время учитывать мнение Элиз Риотаб. Ведь для первой она наставницей, а для второго – теща.

Есть ли среди присутствующих те, кто поддерживают Карла, потому что он наследник престола? Нет, таких здесь точно нет. Верные лично Карлу маги сейчас на ключевых направлениях, работают или воют.

Не стоит думать, что у Витольда ситуация коренным образом отличается. Все точно также: горстка преданных чародеев и группы, которым он выгоден.

Верность аристократов надо покупать или завоевывать, они не будут никому служить, просто потому что ты родился в правящей семье и был избран наследником. Это не так работает, что бы не говорили сами благородные. Все аристократы признали власть Аттано, а не получили ее из рук короля. Они вынуждены мириться с ней, для них король – даже Вильгельм Завоеватель – всего лишь первый среди равных.

С одной стороны, это губительно для государства, как механизма. Самые важные шестеренки – самые капризные и опасные.

С другой стороны, это суровый вступительный экзамен для потенциальных претендентов. Не можешь взять власть и добиться поддержки нескольких тысяч магов? Не надо ныть о подлой борьбе и оправдывать свою слабость, просто убирайся, никто не доверит тебе три мира и шестьсот миллионов подданных.

Если бы во время этого экзамена не гибли десятки тысяч человек, а в королевстве не разгорался пожар гражданской войны, я был бы не против этой системы.

Но смена короля легко может привести к катастрофе, уже привела к парочке, хотя Вильгельм еще жив. И ни один правитель не может одновременно удовлетворять и народ, и баронов, и государство. Банально не хватит ресурсов.

Поэтому я поддерживаю Даламара, который хочет максимально ослабить благородные семьи, чтобы у них просто не осталось сил на открытую борьбу. Яд и кинжалы наносят меньше ущерба.

– Рад, что мы не боимся огласки и всегда готовы вынести на суд общественности наши разногласия. Особенно когда к нам пришел новый друг, – веско сказал генерал Першерон. Потом посмотрел на меня и с улыбкой сказал: – Даже наш затворник заинтересовался! Как нужно кричать, чтобы услышали на Иллирии?

«Удружил, Роберт, удружил», – мрачно подумал я, подходя к спорщикам. Хотя его можно понять, ему нужно охранять столицу, а возней с благородными занимаюсь я. Вот он и передал дело по подведомственности.

Графиня де Ратуа облачилась в пышное белое платье со множеством юбок, которое подчеркивало два ее главных достоинства. Рыжие волосы уложены в сложную прическу, макияж подчеркивает природную красоту. Писаная красавица, если не думать о ее талантах в управлении нежитью.

Герцогиня Риотаб осталась верна себе. Черный мундир Дюжины, «кираса» из орденов и медалей, никакой косметики, чтобы скрыть изуродованное лицо.

– О, наш мальчик, – не скрывая иронии, сказала де Ратуа. – Я рада, что он тоже здесь. Рассудите наш спор?

– Маркус, рада вас видеть, не вмешивайтесь, – отрывисто сказал Элизабет.

– Ваша милость, я не облада.…

Жестом Мари меня остановила и спросила:

– Ты целитель или просто маг, окончивший курсы первой помощи?

«Самочка, который оказался не в том месте и не в то время», – подсказал Янус.

– Я могу дать медицинское заключение, но не сведущ в политике, ваша милость, – это бессмысленно, но я попытался уклониться от ответа.

– Большего и не надо. Скажи, Маркус, черный лотос влияет на способности к магии? – насмешливо смотря на Риотаб, спросила Мари.

– Дает временный прирост, но потом снижает их, – с самим наркотиком я не сталкивался, зато лечил его жертв. Часто эту дрянь использовали бойцы на фронте. Пару часов на пике сил, а потом месяцы, если не годы реабилитации в нашем центре.

– А на общее здоровье организма. Особенно женского? – с улыбкой спросила Мари.

Тут я понял о чем, вернее о ком шла речь.

«Больная стерва! Я же просил, чтобы моего следа здесь не было!» – мысленно взвыл я. С другой стороны, когда она слушала мои просьбы?

– Я специализируюсь на магической энергетике, трансплантации и протезировании. Это не моя сфера, поэтому глупо давать консультацию в ней, – ушел я от ответа и поспешил сменить тему: – Думаю, мы утомили всех этим спором. Ваша светлость, как вам бал?

– Давно я на них не был. Надеюсь, тут все изменилось в лучшую сторону, в сороковом году… – быстро сказал де Вард.

Упоминание этого года вызвало у всех живейший интерес. Все поспешили «забыть» о споре. Элизабет выразительно посмотрела на меня и улыбнулась. Я истолковал это, как приглашение к разговору, поэтому аккуратно прикоснулся к ее разуму.

«Спасибо, Маркус, не слушайте эту дурочку. Это просто глупая ложь», – подумала Элизабет Риотаб.

«Верю вам. Не верю ей. Надеюсь, дальше она не пойдет. Нам такие проблемы не нужны», – ответил я.

«Рада, что вы это понимаете, а теперь идите. Фридрих вас заждался», – последняя фраза прозвучала, как приказ.

Ладно, детишкам сказали поиграть в песочнице. Я всецело за. Тем более после таких новостей. Получается, что Марго Риотаб подсела на черный лотос. То ли вознамерилась стать сильнее, то ли хотела получить море удовольствия. В итоге ни сил, ни здоровья.

«Ольга будет в восторге, когда узнает, что ее потенциальная невестка бесплодна», – заметил Янус.

«Элиз это понимает и продумывает варианты. Уверен, Мари уже написала Ольге. Надеюсь, она симулирует приступ, а не сорвется на самом деле», – мрачно подумал я. Все-таки Ольга очень серьезно относится к вопросу семьи и продолжению рода.

«Мог бы тогда ей помочь. Всем польза!» – тут же заметил Янус.

Я взял Луну под руку, мы отошли в сторону к чете фон Таннендорф.

Хельга Риотаб, став женой Фридриха, окружила мужа заботой, а его горло – ласковой стальной хваткой. За полтора года дотянула до изумруда, с моей помощью поправила финансы семьи, а потом стала работать над карьерой мужа в политике.

Пока Фридрих лечил людей, поднимался вверх по карьерной лестнице в госпитале, его продвигали в совете. Так он внезапно стал секретарем этого органа. Да, должность техническая, власти почти нет, но это серьезный успех в двадцать один год.

«За каждым влиятельным подкаблучником стоит его теща», – отметил Янус, когда я это узнал.

Удивительно, но в семье Фридриха царил мир и покой, супруги не сразу, но полюбили друг друга. Фридриху хватило ума слушать более опытную жену, а Хельге – мудрости не показывать свою реальную власть. Большинство считало, что сам барон «приручил» дочку графини Риотаб и управляет делами семьи.

Хельга всегда умела удивлять. Сегодня она пришла на бал не только с мужем.

– Дядя Маркус, ты тут! – в последний момент я подхватил маленький метеор на руки, иначе бы она сбила меня с ног. – А тебя тоже заставили сюда прийти?! Ой! Здравствуйте. Благородный род фон Таннендорф…

– Ну-ну, верю, что ты учила все это, но меня необязательно так приветствовать, – рассмеялся я. – И тебе привет, Элиз. Кто же меня заставит, я же большой мальчик!

– Здравствуйте, тетя Луна! – тут же отреагировала маленькая, хитро сверкнув глазами.

«Характером девочка пошла в мать», – одновременно подумали мы с Янусом.

– А вы к нам еще зайдете? А еще свои иллюзию покажете? – тут же вернулась ко мне мелкая.

Да, как оказалось сказки гораздо интереснее, если их не показывать, а рассказывать. И да, это действует на детей от трех до тридцати лет.

– Конечно зайду! Какой же дядя Маркус без иллюзий, – я невольно улыбнулся.

– А с тетей Луной пообщаться не хочешь? – с шутливым укором спросила моя жена.

– Тетя Луна! – еще больше обрадовалась малышка. – А что дядя Маркус покажет? Вы же знаете!

Хельга неискренне вздохнула. Я поставил девочку на пол, с улыбкой сказал:

– Дети гораздо честнее взрослых. Сразу говорят чего хотят. Это надо ценить.

Элизабет фон Таннендорф (первая внучка графини Риотаб почему-то получила имя в ее честь) стала весело болтать с Луной. У любимой отлично получалось ладить с детьми, сказывался опыт присмотра за младшими сестрами.

Ждать хороших времен Фридрих не стал, обрадовал общественность наследницей спустя год после свадьбы. От отца ей достались серые глаза, а от матери темные волосы и кипучая энергия, которая заставляла вспомнить присказку про шило и мягкое место. Сейчас будущей баронессе уже четыре года, я не ожидал, что ее повезут на бал.

– Пусть выйдет в свет, ей нужно привыкать к этому, мастер, – угадала мои мысли баронесса. Меня она искренне уважала и немного побаивалась. Ольга не соврала, за свой шанс на самостоятельную жизнь она ухватилась обеими руками, была мне за него искренне благодарна.

Догадывался ли Фридрих о том, что его разыграли в шахматной партии? Уверен, что да, но зачем возмущаться, если все оказались в плюсе?

По крайней мере, наша дружба никуда не исчезла. Фридрих даже убедил меня стать наставником в свете для дочки. Я отбивался, как мог, но наш знакомый жрец притащил в меня храм силой.

К счастью, пока на меня не вешали никаких обязанностей, я приезжал несколько раз в год, радовал девочку фокусами и подарками, не докучал правилами, как другие взрослые. В детской табели о рангах я определенно был любимым дядюшкой.

«Вы уже знаете про Марго?» – смотря мне в глаза, подумала баронесса фон Таннендорф.

«Нет, ничего не слышал и не видел. А вы?» – ответил я.

«В такие тонкости нас не посвящали. Мы бы вам сообщили», – подумала она.

Тут раздался радостный писк юной Элиз. Луна сдала меня с потрохами. И про иллюзии, и про подарки. Теперь уже Фридрих посмотрел с укором.

– Кто-то должен баловать ребенка, а не только приучать к строгости, – хмыкнул я.

– Да, но все-таки… – начал Фридрих, но тут же осекся. Я напрягся, как и все остальные.

Давящая мощь мага первого ранга, старшего. Герцог Белозеров целенаправленно шел к нам.

– Придворный целитель, барон, не будете против побеседовать наедине? – спросил герцог. От его показного дружелюбия не осталось и следа. Вопрос был задан сухо и холодно.

Глава 13. Странные предложения

– Конечно, ваша светлость. Почтем за честь, – сказал Фридрих. Я кивнул.

Лезть в голову старшего я не рискнул. У него настоящая защита разума, а не жалкие побрякушки. Нет, если понадобится я смогу взломать поставленную Морготами защиту, но для этого нужно несколько дней.

– Это связано с моей работой или частная беседа? – уточнил я.

– Частная беседа. Моим гостям в доме ничего не угрожает.

«Угу, Антону Бельскому тоже ничего не угрожало. Его без всяких угроз обезглавили в садике этого дворца», – мрачно подумал я.

– Не стоить оскорблять герцога ожиданием. Не беспокойтесь, эта рядовая встреча, – Элизабет Риотаб незаметно возникло рядом со мной. – Ступайте, мальчики, мы пока побеседуем с девочками о своем.

Сказав это, глава Черной Дюжины подхватила внучку и стала с ней ворковать. Зрелище было своеобразным, хотя и привычным. Ладно, после такого приглашения сложно отказываться. И для убийства не лучший момент. Я взял с собой Максимуса, оставил второго охранника с Луной.

Мы поднялись на третий этаж в кабинет герцога. Обстановка меня удивила: мебель из дорогих пород дерева выглядела старой и потрепанной, ковер отсутствовал, книжный шкафы стоял полупустыми, никаких картин или украшений. Нет, это не похоже на рабочее место аристократа, правящего огромным куском метрополии, чей род способен заполнить эту комнату золотом. Похоже, из кабинета вынесли все, что не жалко. Интересно.

Герцог сел за стол, мы с Фридрихом сели на диван, справа от нас встал Максимус. Спустя минуту в кабинет вошел новый гость.

– Федор Михайлович, какая неожиданная встреча! – сказал Фридрих, вставая со своего места.

Тут он не кривил душой. Встретить не просто на балу, но в кабинете герцога Белозерова наследника рода Скуратовых, мягко говоря, неожиданно. Вражда Скуратовых и Белозеровых все еще продолжалась. Из-за грызни в совете она вышла на новый уровень.

Витольд заключил выгодный союз с другими старшими родами. Его поддерживали Белозеровы, да Фиренце и Морготы. Именно они стали основой его партии, десять младших родов имели на порядок меньший вес. За Витольдом стояли маги, живущие за счет промышленности и торговли, Карла поддерживали землевладельцы и служилые.

Верховный маг создал партию из сильных консервативных родов. Они допускали реформы в военной сфере, но считали иные преобразования вредительскими. Хуже них только группа Корна Ланкаста. Проиграв борьбу за пост верховного мага, он поставил своей целью максимально осложнить жизнь принцам, блокировал все реформы. Как и отец, сын всеми силами вредил Триединому королевству.

Федору немного за шестьдесят, но выглядит он лет на сорок. Его волосы все еще темные, но борода наполовину седая. Глубоко посаженные голубые глаза смотрят на все равнодушно. Среднего роста, коренастый. На шее висит золотой медальон с рубином.

«А красный костюмчик явно дороже побрякушки, да и всего кабинета. Скуратовым некуда золото девать?» – удивился Янус.

«Если нет ни силы, ни ума, то надо брать лоском», – ответил я.

Правда по поводу ума я не прав. Федор не дурак, успешно руководит родом, пока отец пропадает на войне. Скуратовы за последние двадцать лет поглотили шесть семей, а среди «стариков» не все согласны с новым порядком наследования. Чтобы управлять этим гадюшником требуется ум, хитрость и воля.

– Принц Витольд попросил меня провести эту встречу. Также графиня Риотаб передела, что не против переговоров, – сказал Владимир Белозеров. Свою силу старшего он не просто выпустил наружу, а закрутил волчком. Из-за этого любые попытки колдовать в кабинете стали подобны плаванию в водовороте на утлом суденышке. Да, можно, но недолго. И итог закономерен.

Очевидно, великий маг готовится к худшему.

– Мы это слышали. О Скуратовых речи не шло, – быстро сказал Фридрих.

– Иначе вы бы не пришли, – спокойно сказал Федор. – Итак, Маркус, вы подумали о нашем предложении? Прекратить бессмысленную вражду и договориться о мире.

Сказав это, Федор посмотрел сначала на меня, а потом на Владимира Белозерова. Понятно, значит примирение со мной идет в комплекте к миру с Белозеровыми. И все это часть одной очень большой сделки, которую заключили принцы и верховный маг. Чужой и все его демоны, чего хотят благородные выродки?

– Это интересное предложение, но я не могу говорить за всех, особенно… – я сделал неопределенный жест рукой.

– Мир также распространяется и на Бельских. Мы забудем старые обиды и договоры. Два разных рода, которые никак не связаны. Все просто. Что по второй части предложения?

Я посмотрел на Фридриха. Он лишь пожал плечами. Прекрасно, Риотаб ничего не сообщила по поводу переговоров. Только разрешила поговорить и пообещала отомстить, если что-то пойдет не так. Чудесно.

– Теоретически возможно все, – невозмутимо ответил я. – Я так понимаю, вопрос с Риотаб уже решен? Хорошо. Тогда остается Даламар. И вы знаете его цену.

– Она нам известна, – в один голос сказал Белозеров и Скуратов. – Верховный маг и его партия поддержат закон о выходе на следующем совете.

– Принц Витольд сделает тоже самое. Как и Карл, – добавил герцог. – Взамен вы не будете мешать нам в одном деле.

– Мы? – уточнил я.

– Далмар и его безродные. Процесс согласован всем сторонами, поэтому мы не хотим, чтобы он вмешался. Случайно или намеренно, – медленно произнес Федор Скуратов.

– Если есть консенсус между сильнейшими магами королевства, то зачем привлекать меня? – задал я резонный вопрос. – Проще и быстрее все решить напрямую с генералом.

Да, у меня есть вес в партии и влияние на Даламара. Но я не такого полета птица, чтобы решать эти вопросы единолично.

– И дороже на порядок, – печально сказал Федор. – Стыдно это признавать, но у нас просто нет ресурсов, чтобы договориться с ним.

Итак, планируется поделить очень большой кусок пирога. Настолько большой, что хватило на всех игроков, которые в этом участвуют. Кроме Даламара. Поэтому меня попросили вежливо передать ему это, а чтобы подсластить пилюлю дадут протащить законопроект.

– Никто не хочет покупать кот в мешке. Мы четыре года не можем протащить этот закон. И тут нам его преподносят на блюдечке. Справедливо будет узнать, что именно мы потеряем.

– Вы правы. Справедливо, – признал Федор, потом сказал: – Не для кого не секрет, что принц Карл вскоре решит вопрос Ормандии. Это война, где отличился мой корпус. И он будет размещен на новых землях. Простые солдаты также получат свои наделы, чтобы мы имели лояльное население тех землях. Вы понимаете, о чем я?

– Деньги, которые шли на Иллирию, пойдут на зачистку и восстановление земель. Возникнут проблемы с колонистами. Да и места в администрации уже распределены, так ведь, ваша светлость? – обратился я к Белозерову.

– Мой сын станет новым генералом-губернатором этой провинции, – не стал скрывать свой интерес он. – Федор продавит принятие закона о перераспределении земли.

После этого его будут носить на руках вояки, он легко возглавит корпус и род. Ради этого можно пойти на уступки. Тем более, мало кто захочет уходить из семьи, когда она резко богатеет.

– Даламар за это ничего не получит. Наоборот, ему станет от этого только хуже, – мрачно заметил я. – И вы думаете, что я смогу его убедить?

– Маркус, вы обладаете силой и властью на Иллирии. Что не построено Кайласами, то куплено ими. Так говорят в колонии. Если вы будете в этом заинтересованы, то Даламар не станет портить с вами отношения, – неожиданно мягко сказал Федор Скуратов.

– Решение уже принято, – веско произнес Владимир Белозеров, а потом добавил: – Мы просто не хотим никого обидеть.

Тонкий, как удар дубиной намек. Раздел Ормандии произойдет и без согласия Даламара. Только в этом случае наш двуликий потеряет лицо и останется с пустым карманом. Но это блеф! Конечно, все любят делит шкуру не убитого медведя, но Карл не позволит аристократам делить его королевство, если добился успеха с проектом.

Это отвлекающий маневр. От чего?

– Ормандия падет, но совет будет раньше, – тихо заметил Фридрих.

– Да, поэтому мы выполним свою часть сделки. Мы хотим, чтобы позже с вашей стороны не было никаких препятствий. Ни явных, ни скрытых.

– Понимаю, – сказал я. Если все стороны согласны, то остановить принятие законов по поводу Ормандии мы не сможем, зато получится его саботировать.

При Вильгельме Третьем о таком и подумать не могли. Совет не рисковал перечить его воле. Правда, королю хватало мудрости не злоупотреблять своей властью. Зачастую он дозволял себя уговорить, чтобы принять выгодное ему решение. Так он создал условия, чтобы обескровленные благородные убедили его создать академии для временного обучения безродных чародеев. Но нет ничего более постоянного, чем что-то временное.

При принцах так не получалось. Карл командовал армией, Витольд управлял государством, аристократы властвовали на местах, а вольные были повсюду. Драгоценное время тратили, чтобы принять устраивающий всех закон, чтобы он не только существовал на бумаге, но и исполнялся в реальности. В итоге получалось, что многие законопроекты либо откладывались, либо изменялись до неузнаваемости.

«Кастрировались без наркоза», – добавил Янус.

– Если принц Карл подтвердит это, я не вижу особых проблем, – подумав сказал я. – Но нужно понимать, что нельзя сразу же прекращать поддержку Иллирии. Это ударит и по юным магам, и по производству эфира.

И усилит Витольда.

– Естественно, мы установим переходный период. Деньги будут перераспределены в течение нескольких лет, – легко согласился Федор.

– Что по поводу гарантий? Для меня и для Бельских?

– И я, и мой отец принесем клятву крови. Подтвердим наши публичные обязательства. Это мы сделаем до совета. Вопрос о перераспределении финансирования также произойдет после взятия Ормандии. И мы надеемся, что никаких проблем с этим не будет.

Намек сложно не понять. Аристократы опасались, что Даламар и Першерон используют свое влияние, чтобы затянуть компанию и подставить под удар благородных.

– Конечно же. Все бы радеем о благе королевства. Вольные маги всегда поддерживали законную власть, – уверенно сказал я. – Как только я получу письменное согласие от Карла, я передам его Даламару. И приложу все усилия, чтобы он согласился.

– Большего нам и не нужно. Когда мы встретимся с Даламаром, то выполним свою часть сделки, – улыбка Федора Скуратова мне очень не понравилась.

– Тогда не буду вас больше обременять своим присутствием. Благодарю за встречу.

Возвращаться сразу к гостям не стали, вышли в сад. Я поставил барьер от прослушивания и сказал:

– Выясни что они на самом деле задумали, Фридрих. Я печенкой чую, что здесь что-то не так.

– Тебя тоже смутила цена?

– Витольд дал бы право купить земли. Карл раздал бы наделы своим. И не стал бы урезать финансирование Иллирии. Может они и не лгут, но о многом умалчивают. Тем более, такие переговоры не проводят за несколько месяцев. Речь о годах. Мы бы что-то да узнали.

Фридрих кивнул, потом задумчиво сказал:

– Верно. Я тоже сильно удивлен. И Витольд, и принцесса Анна известны своей педантичностью. Если бы они готовились к этому, то мы бы это заметили. Какие-то указы, законы, резервы. Но у нас нет даже чернового плана восстановления Ормандии. Чего уж говорить о повторном заселении. Там за каждый клочок земли будут драться.

– Верно. Даже если у Карла наметился коренной перелом, то он не стал бы делится успехом. И такое единодушие всех в таком вопросе…

И Карл, и Витольд имели разные взгляды на будущее. И согласны они были лишь в половине вопросов, в лучшем случае.

– Сделаю все, что в моих силах, – пообещал Фридрих. – А ты будь готов, что завтра что-то произойдет. Подозреваю, твоя начальница уже послала и письма, и медицинское заключение Ольге. Нас ждет настоящая буря.