Текст книги "Диагноз: Смерть (СИ)"

Автор книги: Виктор Корд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 20 страниц)

Я допил кофе и поставил чашку на перила. Фарфор звякнул о мрамор.

– Что с периметром?

– Мы отрезаны, – Вольт уткнулся в планшет. – Глушилки работают. Спутники нас не видят – над бункером «мертвая зона». Но Анна и Орлов знают, где мы.

– Пусть знают. Чтобы взять эту крепость, им придется пройти через мясорубку. А пока они собирают силы, мы займемся апгрейдом.

Мы спустились в холл.

Борис спал на ковре из шкуры белого медведя, обнимая пустую трехлитровую бутылку из-под коллекционного вина «Château Margaux». Рядом валялись обглоданные кости (надеюсь, свиные).

Раны на его теле затянулись, оставив свежие розовые рубцы. Свинец вымывался, регенерация возвращалась.

– Не буди зверя, – шепнул я. – Пусть набирается сил. Вера, ты говорила про оружейную?

– В подвале. Сектор «С». Кодовый замок я вскрыла. Тебе понравится.

Мы спустились на лифте на минус второй этаж.

Двери разъехались.

Я присвистнул.

Орлов был не просто параноиком. Он был коллекционером.

Стены просторного зала были обшиты оружейными стендами.

Здесь было всё.

От антикварных дуэльных пистолетов до новейших импульсных винтовок производства концерна «Калашников-Маготех».

Стеллажи с гранатами. Ящики с патронами.

Отдельный стенд с холодным оружием: катаны, шашки, боевые молоты с рунными гравировками.

И, в центре зала, под стеклянным колпаком – экзоскелет.

Тяжелый штурмовой скафандр «Витязь-М». Черная матовая броня, сервоприводы, встроенный гранатомет на плече.

– Размерчик не мой, – с сожалением констатировал я. – А вот Борису будет как раз. Если мы сможем его туда запихнуть.

– Я возьму это, – Вера подошла к стойке со снайперскими винтовками.

Она сняла со стены тяжелую, хищную «Винторез-2025» с интегрированным глушителем и оптикой, позволяющей видеть ауры.

Привычным движением проверила затвор.

КЛАЦ.

Звук был маслянистым, идеальным.

– Моя прелесть, – в ее голосе прозвучала нежность, которой она никогда не дарила людям. – Витя, с этим арсеналом мы можем держать оборону месяц.

– Оборону – да. Но войны выигрываются в атаке.

Я подошел к столу, на котором лежали чертежи и схемы.

Орлов планировал здесь не оборону. Он планировал экспансию.

На карте города были отмечены ключевые узлы: электростанции, водозабор, узлы связи.

И – здания Гильдии Целителей.

Все они были помечены красными крестами.

– Он собирался их убрать, – понял я. – Орлов готовил переворот. Он хотел заменить Гильдию своими клиниками, где лечат «Кукол». Монополия на бессмертие.

– А мы ему помешали, – усмехнулся Вольт, вертя в руках какой-то хай-тек гаджет (похоже на генератор ЭМИ).

– Мы не помешали. Мы перехватили инициативу.

Я развернулся к ним.

– План такой. Вера, вооружайся сама и отбери десяток самых смышленых «Кукол». Тех, у кого мозг еще не совсем высох. Дай им оружие. Будет твоя личная гвардия.

– Зомби с автоматами? – она скептически подняла бровь. – Звучит безопасно.

– Они не будут стрелять без приказа. Я пропишу им скрипты. «Стрелять только в тех, кто стреляет в нас». Простая логика.

Я посмотрел на Вольта.

– А ты, мой юный друг, пойдешь со мной в серверную. Нам нужно запустить «Нексус».

– Ты серьезно? – глаза техномага округлились. – Ты хочешь подключить свой мозг к трем тысячам безумцев? Твоя крыша поедет быстрее, чем мой «Бугатти» в «Нид фор Спид».

– У меня нет выбора. Мне нужен точный контроль. Сейчас они просто толпа. Мне нужно сделать из них Организм. Где я – мозг, а они – лейкоциты.

Мы поднялись обратно.

Бункер оживал.

Кузьмич, который уже оклемался (старая гвардия не ржавеет), гремел кастрюлями на кухне, готовя завтрак на роту солдат.

Я прошел в серверную – сердце бункера.

Здесь было прохладно. Гудели стойки с оборудованием, мигали индикаторы.

В центре стояло кресло оператора. Кожаное, с кучей проводов и шлемом виртуальной реальности.

Трон Орлова.

Я сел в него. Удобно.

– Подключай, – сказал я Вольту. – Кристалл – в слот расширения. Ядро – в основной порт.

Техномаг вздохнул, но начал соединять кабели.

– Если у тебя пойдет пена изо рта, я выдерну шнур.

– Если у меня пойдет пена, значит, я уже в Матрице. Не дергай. Дай мне адаптироваться.

Я надел шлем.

Тьма.

А потом в мой мозг ворвался Свет.

И миллион голосов.

Первой пришла не картинка. Пришел Звук.

Это был не шум прибоя и не гул ветра. Это был крик.

Тысячи глоток, слившихся в одну бесконечную ноту отчаяния, боли и пустоты.

«ГДЕ ТЫ… ХОЛОДНО… МАМА… ЕСТЬ… УБИТЬ… ОТЕЦ…»

Звук ударил меня изнутри черепа, пытаясь вышибить мозги через уши.

Я закричал, но в этом мире у меня не было рта.

Я был точкой. Искрой сознания, брошенной в черную воду, кишащую пираньями.

[КРИТИЧЕСКАЯ НАГРУЗКА НА ЦНС.]

[СИНХРОНИЗАЦИЯ: 15%…]

Где-то бесконечно далеко, в другом измерении, которое называлось «реальность», Вольт что-то орал и бил по клавишам. Я чувствовал его панику как слабое покалывание в затылке.

Но здесь, в Нексусе, я тонул.

Чужие мысли просачивались в меня.

Я видел мир глазами «Куклы» №452 – бывшего бухгалтера, который сейчас стоял под дождем и смотрел на стену бункера. Я чувствовал, как у него чешется ампутированный палец.

Я чувствовал голод «Куклы» №1900 – девочки-подростка, которая грызла кору дерева в лесу.

Я чувствовал ярость «Куклы» №7 – старого солдата, который бился головой о закрытые ворота, пытаясь проломить их лбом.

Три тысячи жизней. Три тысячи смертей.

Они разрывали меня на сувениры. Моя личность – Виктор Кордо, врач, циник, попаданец – истончалась, растворяясь в этом бульоне.

«Я – это Мы. Мы – это Рой. Рой хочет жрать».

Нет.

Я ментально ударил себя по лицу.

– Я – Врач! – эта мысль прозвучала в хаосе как удар гонга. – А вы – мои пациенты! В палате бардак! Всем лежать!

Я активировал Кристалл.

В ментальном пространстве это выглядело как взрыв сверхновой.

Черный камень, ставший частью моего астрального тела, пульсировал, выпуская волны Тьмы и Света.

Я представил себе не абстрактные потоки данных. Я представил себе то, что знал лучше всего.

Анатомию.

Рой – это не толпа. Рой – это организм.

«Куклы»-разведчики – это глаза.

«Куклы»-штурмовики – это мышцы.

Сервер – это сердце.

А Я – это Мозг.

[АВТОРИЗАЦИЯ ПОДТВЕРЖДЕНА. ДОСТУП АДМИНИСТРАТОРА.]

[РЕЖИМ: «ГЛАВВРАЧ».]

Хаос начал структурироваться.

Крики затихли, сменившись ровным гулом ожидания.

Картинка прояснилась.

Я висел в пустоте. Вокруг меня вращались тысячи экранов. Каждый экран – это взгляд одной из «Кукол».

Я видел весь лес вокруг бункера. Я видел каждую травинку, каждую гильзу, каждого жука.

Панорамное зрение на 360 градусов, помноженное на три тысячи.

Голова закружилась от переизбытка информации, но я заставил себя сфокусироваться.

– Вольт, – я попытался сказать это вслух в реальности, но здесь это прозвучало как мысль, отправленная в порт связи. – Ты меня слышишь?

Ответ пришел текстом, всплывшим прямо перед глазами:

«Слышу, Босс! Твои показатели скачут как бешеные! Пульс 180! Ты горишь!»

– Я в норме. Я вижу их всех. Теперь начинаем сортировку.

Я вытянул ментальную руку (которая выглядела как пучок светящихся нервов) и коснулся ближайшего кластера экранов.

Это были «Куклы», стоящие во внешнем кольце оцепления.

– Группа «Глаза», – скомандовал я. – Расширить периметр. Дистанция – один километр. Наблюдение. При обнаружении движения – сигнал тревоги. Не атаковать без приказа.

Сотни экранов мигнули зеленым.

Я почувствовал, как часть Роя отделилась от основной массы и бесшумно растворилась в лесу. Дисциплина была абсолютной. Никаких сомнений, никаких задержек. Идеальные солдаты.

– Группа «Кулак», – я выделил самых крупных и сильных особей (бывших военных, спортсменов, грузчиков). – Занять оборону у входов. Построить баррикады. Спать по очереди. Экономить энергию.

Еще одна волна зеленого света.

Гиганты начали таскать бревна и камни, укрепляя периметр.

– Группа «Тень», – я нашел самых быстрых и незаметных. – В город. Рассредоточиться. Мне нужны уши и глаза в каждом районе. Ищите следы Гильдии. Ищите информацию о «Костнице». Ищите еду.

Сотни теней скользнули прочь от бункера, направляясь к мегаполису.

Я чувствовал себя дирижером оркестра, играющего симфонию апокалипсиса.

Власть опьяняла.

Ощущение всемогущества было слаще любого наркотика. Зачем мне мана, если у меня есть три тысячи рук, готовых задушить любого по моему желанию?

«Осторожно, Витя», – шепнул остаток здравого смысла. – «Это ловушка. Ты привыкнешь к этому. Ты забудешь, каково это – быть слабым человеком из мяса и костей. Ты станешь Сервером».

Внезапно идиллия нарушилась.

Один из секторов моей панорамной «стены экранов» потемнел.

Это был сектор «Восток». Группа «Кукол», которую я отправил на разведку к трассе.

Связь с ними не пропала. Но картинка… исказилась.

Вместо леса я видел помехи. Белый шум.

А потом сквозь шум пробилось лицо.

Не «Куклы».

Это было лицо человека. Или того, что когда-то было человеком.

Бледная кожа, черные провалы глаз, зашитый рот.

Он смотрел прямо на меня. Сквозь камеру био-дрона.

Сквозь Нексус.

Прямо мне в душу.

– Кто ты? – спросил я ментально.

Существо не ответило. Оно подняло руку.

В руке был зажат один из моих разведчиков. Точнее, его голова. Оторванная от тела.

Существо раздавило голову, как гнилой апельсин.

[СИГНАЛ ПОТЕРЯН. ЮНИТ № 1408 – ДЕАКТИВИРОВАН.]

[СИГНАЛ ПОТЕРЯН. ЮНИТ № 1409 – ДЕАКТИВИРОВАН.]

[ОБНАРУЖЕНО ВТОРЖЕНИЕ В СЕТЬ.]

Красные окна ошибок начали всплывать одно за другим. Кто-то убивал моих солдат. Быстро. Эффективно.

И этот «кто-то» видел меня.

– Вольт! – мой мысленный крик едва не перегрузил канал. – У нас гости! В восточном секторе! Кто-то глушит сигнал!

«Я не вижу их на радарах!» – панический ответ хакера. – «Спутники чисты! Тепловизоры молчат! Это не люди, Витя! Это… пустота!»

Я сфокусировал внимание на проблемном секторе.

Я бросил туда все резервы восприятия.

И увидел их.

Тени.

Они двигались между деревьями, не касаясь земли. Они не излучали тепла. У них не было аур.

Они были «нулевыми».

Анти-магия.

Существа, созданные для уничтожения магов.

«Чистильщики» Гильдии? Нет, Анна работает грубее.

Это было что-то древнее. Что-то, что спало в «Костнице», пока мы не разбили Сервер.

Мы выпустили не только души святых.

Мы выпустили их Стражей.

Одна из Теней остановилась перед камерой последней выжившей в том секторе «Куклы».

Она приложила палец к тому месту, где должен быть рот.

«Тш-ш-ш…»

Изображение погасло.

Меня вышвырнуло из Нексуса.

Я рванул шлем с головы, жадно глотая воздух реальности.

Меня трясло. Кровь текла из носа ручьем, заливая халат.

– Витя! – Вера подхватила меня. – Ты не дышал две минуты!

– Они идут… – прохрипел я, глядя безумными глазами на Вольта. – Выключай всё! Руби кабель!

– Кто идет?

– Тени. Мертвый Дозор. Мы думали, что убили их в подвале. Но мы убили только их оболочки. А теперь они пришли за своим имуществом.

Я посмотрел на Кристалл, который лежал на столе. Он почернел и дымился.

– Они идут за этим. И они уже прорвали внешний периметр.

– Они здесь, – я вытер кровь с губы тыльной стороной ладони. – Вольт, глуши внешние камеры. Смотреть там больше не на что.

– Но… – хакер дрожащими пальцами пробежался по клавиатуре. – Датчики движения молчат. Тепловизоры показывают температуру окружающей среды. Там никого нет, Босс!

– Там есть Смерть. А у нее комнатная температура.

В серверной стало холодно.

Не прохладно от кондиционеров, а могильно холодно. Изо рта пошел пар.

Стены, обшитые звукоизоляцией, начали покрываться инеем.

– Вера, – я повернулся к Валькирии. – У тебя есть зажигательные?

– Два магазина с трассерами и одна фосфорная граната.

– Заряжай. Обычный свинец их не остановит. Борис… – я посмотрел на гиганта. – Не подпускай их ко мне. Но не пытайся их схватить. Ты обморозишь руки до костей. Используй мебель. Кидай в них серверные стойки, если придется.

Свет мигнул. Раз, другой.

И погас.

Осталась только аварийная подсветка на полу и свечение экранов.

В дальнем углу комнаты, прямо из бетонной стены, начала проступать Тень.

Она не выходила из двери. Она вытекала из бетона, как черная плесень, обретающая форму.

Силуэт рыцаря. Без доспехов, без оружия. Просто сгусток пустоты в форме человека.

Но от него веяло такой угрозой, что у меня свело желудок.

Стражи пришли за своим имуществом. За Кристаллом.

– Контакт! – крикнула Вера и нажала на спуск.

Очередь трассирующих пуль прошила комнату.

Огоньки пролетели сквозь Тень, не замедлившись ни на секунду, и выбили искры из оборудования позади.

Тень даже не дернулась. Она плыла ко мне.

– Ах ты ж… – Борис схватил тяжелое офисное кресло и швырнул его в призрака.

Кресло пролетело сквозь силуэт, покрылось инеем в полете и с грохотом врезалось в стену, рассыпавшись на куски, словно было стеклянным.

Тень подняла руку.

Борис, стоявший на пути, вдруг захрипел и упал на одно колено.

Он схватился за грудь.

– Холодно… – просипел берсерк. – Сердце… встает…

Магия Крови, кипящая в его жилах, столкнулась с абсолютным нулем некросферы. Его кровь густела, превращаясь в лед.

– Назад! – заорал я.

Вторая Тень выплыла из пола прямо перед Вольтом.

Хакер взвизгнул и попытался отползти, но его ноги запутались в проводах.

Тень наклонилась к нему. Я увидел, как жизненная сила Вольта – тонкая голубая дымка – начинает втягиваться в черную воронку, где у призрака должно быть лицо.

У меня не было выбора.

И не было времени на ритуалы.

Я выхватил Кристалл.

Он был горячим, почти обжигающим. Искра Света, которую мы украли в Соборе, билась внутри черного камня, как птица в клетке.

Она хотела на волю.

– Хотите вернуть свое⁈ – крикнул я, привлекая внимание Стражей. – Так заберите!

Я сжал камень обеими руками.

Я не стал использовать заклинания из гримуаров некромантов. Я использовал принцип гранаты.

Я направил свою ману – темную, вязкую – внутрь Кристалла, создавая давление.

Я сжимал Свет Тьмой, пока оболочка не затрещала.

[Мана: 50/100 – 0/100. Мгновенный сброс.]

– LUX AETERNA! – (Вечный Свет!) – выкрикнул я первое, что пришло в голову из латыни.

Трещина на Кристалле вспыхнула.

Вспышка была беззвучной, но ослепительной.

Это был не просто свет. Это был импульс святой радиации, сконцентрированный в замкнутом пространстве.

Белая волна ударила во все стороны.

Она прошла сквозь стены, сквозь технику, сквозь нас.

Меня отбросило назад, в кресло оператора.

Я услышал звук.

Тонкий, вибрирующий визг, от которого лопались капилляры в глазах.

Это кричали Тени.

Свет выжигал их структуру. Антиматерия столкнулась с материей духа.

Силуэты начали распадаться, превращаясь в черный пепел, который тут же исчезал в сиянии.

Раз. Два. Три секунды абсолютной белизны.

Потом тьма вернулась.

Но теперь это была обычная темнота. Теплая. Пахнущая озоном и горелой изоляцией.

Холод ушел.

– … твою мать… – голос Бориса звучал слабо, но уверенно. – Док, ты нас чуть не поджарил. Я загорел.

Я моргнул, прогоняя пятна перед глазами.

Серверная дымилась. Половина мониторов перегорела от электромагнитного импульса, который сопровождал вспышку.

Вольт сидел на полу, ощупывая себя.

– Я жив… – бормотал он. – Мои нейроны… они перезагрузились.

Вера поднялась, отряхивая колени.

– Чисто, – сказала она, поводя стволом. – Они ушли. Распались.

Я разжал руки.

Кристалл лежал на ладони.

Он изменился.

Он больше не был черным. Он стал серым, мутным, покрытым сеткой мелких трещин. Свет внутри погас. Тьма выгорела.

Он стал пустым.

Аккумулятор разряжен. Больше я не смогу контролировать Рой. И не смогу пугать призраков.

– Одноразовое чудо, – констатировал я, убирая бесполезный камень в карман. – Зато эффективное.

Вдруг в тишине раздался звук.

Телефонный звонок.

Старый, аналоговый звонок стационарного телефона, стоящего на столе Орлова.

Мы переглянулись.

Эта линия была защищена. Номер знали только избранные.

Я подошел к столу. Поднял трубку.

– Слушаю.

– Впечатляет, Виктор, – голос на том конце провода был бархатным, спокойным и очень знакомым. Граф Орлов. – Ты уничтожил мой завод. Ты украл мой архив. Ты захватил мой дом. И теперь ты сжег моих Стражей. Я начинаю думать, что недооценил твой потенциал.

– Поздно спохватились, Граф, – ответил я, стараясь, чтобы голос не дрожал от истощения. – Ваш дом теперь мой. Ваша армия – моя. И ваши тайны – тоже мои.

– Армия? – он хмыкнул. – Ты про этот сброд снаружи? Без Кристалла они – просто мясо. А Кристалл, судя по всплеску энергии, который зафиксировали мои датчики, ты только что сжег. Ты безоружен, мальчик. И ты заперт в клетке.

– Я в бункере. С едой, водой и вашим арсеналом. Я могу сидеть здесь год.

– Ты не просидишь и дня. Потому что я отключил систему жизнеобеспечения. Вентиляция остановится через пять минут. Регенераторы воздуха – через десять. Вы задохнетесь в моем комфортабельном склепе.

Он помолчал.

– Но я великодушен. Оставь жесткий диск с данными на столе. Выходи через парадную дверь. Я дам приказ «Куклам» не трогать вас… первые пять минут. У тебя будет фора. Беги, Виктор. Беги и молись, чтобы я тебя не нашел.

Гудки.

Я положил трубку.

Посмотрел на вентиляционную решетку. Гул стих. Лопасти вентилятора, которые гнали воздух с поверхности, остановились.

Воздух в бункере стал неподвижным.

– Он отключил воздух? – спросила Вера, увидев мое лицо.

– Да. У нас есть запас кислорода в баллонах, но это ненадолго. Мы в мышеловке. И сыр оказался отравленным.

Я посмотрел на Вольта.

– Ты сможешь взломать систему жизнеобеспечения? Запустить вручную?

Хакер покачал головой.

– Это аналоговый контур. Рубильник снаружи. Или где-то в фундаменте, куда нет доступа изнутри. Орлов предусмотрел такой вариант.

– Значит, мы выходим, – сказал Борис, поднимаясь. – С боем.

– Снаружи три тысячи «Кукол», которые только что потеряли ментальный поводок, – напомнил я. – Они снова станут безумными. Они разорвут нас на сувениры.

Я подошел к окну (бронированному, выходящему в лес).

Там, в темноте, стояла армия.

Они больше не смотрели на меня с обожанием. Они начали двигаться хаотично, толкаясь, рыча. Связь распалась. Голод вернулся.

– Думай, Витя, – сказала Вера. – Ты всегда что-то придумываешь.

Я посмотрел на свое отражение в стекле.

Седые виски (подарок от вспышки Света). Глаза, в которых плескалась тьма.

У меня нет маны.

Нет Кристалла.

Нет выхода.

Зато у меня есть «Архив Смерти». И есть телефон.

– Вольт, – сказал я медленно. – Ты можешь подключить этот телефон к городской сети вещания? К громкоговорителям МЧС?

– Могу. Но зачем? Ты хочешь попросить помощи?

– Нет. Я хочу сделать заявление.

Я улыбнулся.

– Если мы умрем, мы заберем с собой репутацию всей Империи. Орлов хочет войны? Он получит Апокалипсис.

– Соединяй.

Вольт вскрыл телефонную коробку, подключил свои зажимы.

– Готово. Прямой эфир. Весь город тебя услышит.

Я взял трубку.

Вдохнул спертый воздух бункера.

И начал говорить.

Понравилось? Подписывайтесь и добавляйте в библиотеку! Это ускоряет выход проды!

Глава 20

ПАНДЕМИЯ ПРАВДЫ

Телефонная трубка ударилась о рычаг аппарата с сухим пластиковым щелчком.

В наступившей тишине этот звук показался мне ударом молотка по крышке гроба. Нашего гроба.

Я стоял, опираясь руками о стол красного дерева, и жадно хватал ртом воздух. Он еще был пригоден для дыхания, но мой организм, измученный стимуляторами и магией, уже чувствовал изменения. Вкус стал металлическим, затхлым.

Углекислый газ. Тихий убийца.

Он не душит сразу. Сначала он делает тебя вялым. Потом – эйфоричным. А потом ты просто засыпаешь, чтобы никогда не проснуться.

– Ушло? – спросил я, не оборачиваясь.

– Каждый бит, – голос Вольта доносился из-под стола, где он ковырялся в разводке. – Я зациклил запись. Сейчас твой голос звучит из каждого утюга в этом проклятом городе. В метро, в торговых центрах, на экстренных частотах полиции. Даже в наушниках у подростков. Мы хакнули всё.

– Отлично.

Я развернулся к остальным.

Вера сидела на полу, прислонившись спиной к дивану. Она сняла бронежилет – лишний вес сейчас только увеличивал потребление кислорода.

Борис лежал на ковре, глядя в потолок. Его грудная клетка вздымалась тяжело, с хрипом. Для такой горы мышц кислородное голодание наступит быстрее всего.

– Красиво сказал, Док, – пробасил он. – Про «мясников в белых халатах» и «торговцев душами». Думаешь, поверят?

– Люди верят в то, чего боятся, – я подошел к бару, достал бутылку воды. Пить хотелось нестерпимо. – А я дал им повод бояться не меня, а тех, кто их «защищает».

Я сделал глоток.

– Что теперь? – спросила Вера.

– Теперь мы ждем.

– Чего? Смерти? – она кивнула на вентиляционную решетку, которая молчала. – Воздуха осталось на час. Максимум на полтора, если перестанем двигаться и болтать.

– Мы ждем реакции. Орлов думал, что запер нас в склепе. Но он забыл, что в склепе тоже есть акустика.

Я подошел к пульту охраны.

Вольт вывел изображение с внешних камер на главную плазму в гостиной.

Картинка была черно-белой, зернистой, но понятной.

Лес вокруг бункера кишел телами.

Три тысячи «Кукол».

Они больше не стояли стройными рядами. Без контроля Кристалла они превратились в стадо. Они бродили между деревьями, натыкались друг на друга, рычали. Некоторые пытались грызть бетонные стены бункера, ломая ногти.

Это был океан безумия, отделяющий нас от свободы.

– Смотрите, – Вольт ткнул пальцем в экран. – Сектор Север-3. Трасса.

Камера, установленная на высокой сосне (замаскированная под скворечник), давала обзор на подъездную дорогу.

Там было зарево.

Не от фар. От огня.

– Они идут, – сказала Вера, поднимаясь. – Гвардия Орлова?

– Нет, – я прищурился. – Гвардия ходит строем. А это… это бунт.

Вдали, на шоссе, двигалась колонна.

Разношерстная, хаотичная.

Грузовики, обшитые листами железа. Байкеры с факелами. Старые автобусы, раскрашенные граффити.

Это были не военные.

Это были банды. Жители трущоб. Наемники-одиночки. И просто злые граждане, которым только что рассказали, что их родственников не лечили, а пускали на запчасти.

Мое обращение сработало как детонатор.

Я не просто раскрыл правду. Я объявил награду.

«В подвалах Орлова есть лекарство от всех болезней. И там есть списки тех, кто убивал ваших детей. Придите и возьмите».

Я открыл ящик Пандоры.

– «Бешеные Псы», – узнал эмблему на головном джипе Борис. – И «Степные Волки». И даже парни с Порта. Ты собрал всех отморозков города, Док.

– Я дал им цель, – поправил я. – Орлов хотел войны? Он получил революцию.

Колонна врезалась в толпу «Кукол» на окраине леса.

Началась бойня.

Бандиты стреляли из дробовиков, давили био-дронов колесами, жгли их коктейлями Молотова.

«Куклы» отвечали с животной яростью. Они разрывали металл, вытаскивали водителей из кабин.

Это была битва двух стихий: организованного криминала и неконтролируемой биомассы.

И посреди этого ада, как маяк, стоял наш бункер.

– Они прорываются, – заметил Вольт. – У бандитов тяжелое вооружение. Они расчищают путь к воротам.

– Они идут спасать нас? – с надеждой спросил Кузьмич.

– Они идут грабить нас, – я перезарядил свой костный пистолет (трофей из медотсека Орлова, стреляющий иглами). – Они думают, что здесь сокровищница. И они правы.

Внезапно свет в бункере мигнул.

Вентиляция, которая молчала последний час, издала натужный скрежет.

ВЖУХ.

Поток воздуха ударил из решеток.

Свежего, холодного, пахнущего гарью воздуха.

Мы все жадно вдохнули. Голова закружилась от кислородного удара.

– Он включил воздух? – удивилась Вера. – Орлов сжалился?

– Нет, – я посмотрел на экран.

К воротам бункера, сминая остатки «Кукол» и расталкивая машины бандитов, подъехал черный лимузин.

Тот самый, на котором я ездил к Волкову.

А за ним – два БТРа с маркировкой Банка «Золотой Грифон».

Из лимузина вышел человек.

Сергей Волков.

Он был бледен, держался за живот, но стоял прямо. В другой руке он держал мегафон.

Рядом с ним суетились техники, подключаясь к внешнему щитку бункера (видимо, они и взломали систему жизнеобеспечения снаружи).

Голос Волкова, усиленный динамиками, пробился сквозь стены:

– КОРДО! Я ЗНАЮ, ЧТО ТЫ ТАМ! ОТКРЫВАЙ! Я ПРИШЕЛ ОТДАТЬ ДОЛГ!

Я расхохотался.

Смех перешел в кашель, но я не мог остановиться.

– Долг… – выдохнул я. – Он пришел не отдавать долг. Он пришел защищать свои инвестиции. Я – единственный, кто может вылечить его печень. И он не даст какой-то толпе разорвать своего личного врача.

– Открываем? – спросила Вера.

– Открываем.

Я нажал кнопку на пульте.

Массивная плита входа поползла вверх.

Снаружи, на фоне горящего леса и сражающихся людей, стоял Волков с отрядом банковского спецназа.

Он увидел меня – в шелковом халате, с пистолетом в руке и безумными глазами.

– Ты выглядишь как дерьмо, Виктор, – крикнул он.

– А ты выглядишь как человек, у которого открылось кровотечение, – парировал я. – Заходи. У нас вечеринка. Вход платный – голова Орлова.

Волков вошел в холл по-хозяйски, стряхивая пепел с лацкана кашемирового пальто на мраморный пол, который и так был залит грязью и кровью.

За его спиной в бункер втекала черная река – штурмовая группа Банка.

Профессионалы.

Никаких лишних движений. Тяжелая пехота в экзоскелетах занимала ключевые точки, оттесняя Веру и Бориса (которые напряглись, но оружие не подняли). Техники в оранжевых комбинезонах уже тянули кабели к серверной, игнорируя протестующий писк Вольта.

– Уютно, – Сергей окинул взглядом разгромленную гостиную, сломанный рояль и трупы «Кукол», которые мы еще не успели убрать. – Стиль «поздний апокалипсис». Орлов всегда любил пафос, но ты, Виктор, добавил интерьеру… живости.

Он подошел ко мне.

Вблизи он выглядел хуже, чем издалека.

Желтые белки глаз. Сосудистая сетка на щеках. Тремор рук, который он пытался скрыть, сжимая трость с золотым набалдашником.

Мой пациент умирал. Медленно, но верно. Печень отказывала, отравляя организм токсинами распада.

– Ты пришел за рецептом, Сергей? – спросил я, убирая пистолет за пояс халата.

– Я пришел за активом, – он кивнул на своих бойцов. – Моя группа зачистила периметр. Банды мародеров и твои… питомцы… оттеснены в лес. Мы организовали коридор. Собирайся.

– Куда?

– В Центральный офис Банка. Там есть оборудованный стационар, охрана и, что самое главное, чистый воздух. Здесь тебе оставаться нельзя.

– Почему?

– Потому что через час здесь будет ад. Твое обращение по радио… – он криво усмехнулся. – Это было сильно. Город горит. Толпа штурмует офисы Гильдии. Но Анна Каренина – не та женщина, которая будет плакать в подушку. Она уже подняла «Белый Легион». Тяжелую храмовую гвардию. Они сравняют этот лес с землей вместе с твоим бункером.

Я подошел к бару, нашел уцелевший стакан и плеснул себе воды.

– Я не поеду, Сергей.

Волков замер. Его охрана напряглась.

– Ты не понял, Виктор. Это не предложение. Это эвакуация залога. Твоя жизнь принадлежит мне, пока ты не вылечишь меня.

– Моя жизнь принадлежит мне, – я сделал глоток. – И я остаюсь здесь.

– Зачем? Ради этого склепа?

– Ради Нексуса.

Я указал на серверную.

– Орлов построил здесь уникальный узел связи. Отсюда я могу управлять Роем. Три тысячи боевых единиц. Если я уеду, связь прервется. Они снова станут безумными животными. А здесь… здесь я могу превратить их в армию.

Волков подошел вплотную. От него пахло лекарствами и старой кожей.

– Ты хочешь воевать с Гильдией, имея в активе толпу зомби и одного недорезанного берсерка? Ты сдохнешь, Кордо. И утянешь меня с собой.

– У меня есть «Архив», – тихо сказал я. – И я уже выложил часть данных. Но самое вкусное я приберег. Счета. Оффшоры. Имена тех, кто в Совете Империи покупал себе бессмертие.

Глаза банкира сузились.

– Ты блефуешь.

– Хочешь проверить? У меня стоит таймер на отправку. Если мой пульс остановится – пакет уйдет в сеть. И тогда Банк «Грифон» тоже рухнет, потому что половина этих транзакций шла через твои шлюзы.

Это был удар ниже пояса. Прямо в кошелек.

Волков побледнел (хотя казалось, куда уж больше).

– Ты шантажируешь своего спасителя?

– Я предлагаю партнерство.

Я сел на диван, жестом приглашая его присоединиться.

– Расклад такой, Сергей. Я остаюсь здесь. Ты обеспечиваешь внешнюю оборону. Твои люди, твоя техника. Ты привозишь мне реагенты и оборудование, которое я попрошу.

– А я что получаю? Кроме геморроя?

– Ты получаешь монополию.

Я наклонился к нему.

– Гильдия падет. Это вопрос времени. Их репутация уничтожена. Когда пыль уляжется, городу понадобятся новые врачи. И новые лекарства. Я дам тебе патент на производство «Черного клея» и… регенератора тканей, над которым я работаю. Твой Банк станет владельцем крупнейшей фарм-корпорации нового мира.

– И? – в его глазах зажегся алчный огонек.

– И я вылечу тебя. Прямо здесь. В капсуле Орлова. Полная реконструкция печени. Бесплатно.

Волков молчал минуту.

Он взвешивал риски. Война с Гильдией против смерти от цирроза. Прибыль против уничтожения.

Наконец, он выдохнул.

– Черт с тобой, Кордо. Ты умеешь уговаривать.

Он щелкнул пальцами.

К нам подошел командир его наемников.

– Капитан, развернуть периметр. Тяжелое вооружение на крышу. ПВО – в боевую готовность. Никого не впускать и не выпускать без моего личного приказа.

– Есть.

– И еще, – Волков посмотрел на меня. – Пришлите сюда мою медицинскую бригаду. Пусть ассистируют этому… гению.

– Договорились, – я откинулся на спинку. – И, Сергей… скажи своим людям, чтобы не стреляли в «Кукол», которые стоят смирно. Это моя внешняя линия обороны.

– Твои зомби?

– Мой электорат.

В этот момент в холл вбежал Вольт. Он был бледен, его волосы искрили.

– Док! Сергей! У нас проблема!

– Какая? – лениво спросил Волков. – Акции упали?

– Радары!

Вольт вывел проекцию на стену.

Карта города.

От центра, от Соборной площади, в нашу сторону двигались три жирные красные точки.

Они шли по воздуху.

Скорость – 300 км/ч.

– Это не полиция, – прошептал Вольт. – Это десантные боты класса «Архангел». Тяжелая авиация Храма.

– «Белый Легион», – Волков выругался, сжимая трость. – Анна не стала мелочиться. Она отправила зачистку.

– Сколько у нас времени? – спросил я, чувствуя, как внутри все холодеет.

– Пять минут. Они несут напалм. Они собираются выжечь этот лес дотла.

Я посмотрел на Бориса. Гигант доедал окорок, но его глаза уже налились кровью.

Посмотрел на Веру. Она проверяла свой «Винторез».

Посмотрел на Волкова.

– Твои люди справятся с «Архангелами»?

Банкир усмехнулся. Злой, отчаянной усмешкой.

– Мои люди сбивали и не такое. Капитан! Развернуть комплексы «Игла»! Покажем святошам, что такое банковский процент!

Я встал.

Мана: 5/100.

Но у меня был Бункер. У меня была Армия. И у меня был самый богатый человек города в заложниках (или союзниках).

– Вольт, – скомандовал я. – Подключай меня к Нексусу.

– Опять? Ты сгоришь!

– Нет. Сейчас я буду не один.

Я посмотрел на три тысячи точек на карте вокруг бункера.

– Рой хочет защитить Отца. Я дам им возможность умереть за семью.

– Всем на позиции! – заорал я. – Начинается Третья Мировая в масштабах одного леса!