Текст книги "Космический инженер (СИ)"

Автор книги: Виктор Берс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 22 страниц)

Annotation

Галактика вошла в эпоху перемен, которые изменят ее навсегда. А где-то на Кореллии растет мальчик, который видит то, чего не замечают взрослые. Пока его сверстники играют в звездных пилотов, Алекс Коррен задается неудобными вопросами: почему никто не понимает, как работают гипердвигатели? Откуда взялись технологии, которыми пользуется вся галактика?

Глава 1 Любопытный мальчик

Глава 2 Папина работа

Глава 3 Школьные вопросы

Глава 4 Первые подозрения

Глава 5 Игра в детектива

Глава 6 Маленький предприниматель

Глава 7 Возвращение дяди

Глава 8 Тайны R4-K9

Глава 9 Исследование подземелий

Глава 10 Школьный проект

Глава 11 Смена жительства

Глава 12 Мастерская дяди Гаррека

Глава 13 Первое дело

Глава 14 Свое пространство

Глава 15 Тайная мастерская

Глава 16 Урок реальности

Глава 17 Уроки Самообороны

Глава 18 Галактическая логистика

Глава 19 Слухи

Глава 20 Для чего сны дроидам?

Глава 21 Экзистенциальный кризис

Глава 22 Странности

Глава 23 Перемены

Глава 24 Конец детства

Глава 25 Кореллианский технологический

Глава 26 Тени войны

Глава 27 Архивы КТИ

Глава 28 Нейроинтерфейс

Глава 29 Очень свободный торговец

Глава 30 Галактические стандарты

Глава 31 Конструирование и промышленный дизайн

Глава 32 Новая Ниша

Глава 33 Террористический рейд

Глава 34 Да здравствует Империя!

Космический инженер

Глава 1 Любопытный мальчик

За 13 лет до провозглашения Империи

Алекс проснулся от звука падающей посуды и сонного ворчания отца. Мелодичный звон разбившейся керамики разрезал утреннюю тишину их скромного жилища подобно колокольному перезвону, возвещающему о начале нового дня. Сквозь тонкие стены их квартиры на сорок третьем уровне – достаточно высоко, чтобы не задыхаться от промышленных испарений нижних ярусов, но недостаточно, чтобы наслаждаться чистым воздухом элитных этажей – доносилось привычное утреннее бормотание кухонного дроида K-7PO и раздраженные вздохи матери.

Воздух в комнате был пропитан едва уловимым благоуханием синтетического кафа, который K-7PO безуспешно пытался приготовить уже который день подряд. За окном, словно гигантские металлические стрекозы, проносились спидеры, их двигатели издавали протяжное гудение, сливающееся в единую симфонию пробуждающегося Корелльского мегаполиса.

– Опять этот железный идиот что-то напортачил, – донесся усталый голос Кейрона Коррена, техника второго класса Кореллианских верфей, а глаза хранили отблеск далеких звезд, которые он помогал покорять, собирая корабли для Республиканского флота. – Лира, а давай уже купим нормального дроида? Этому сила знает сколько лет, он совсем сбрендил.

Мальчик потянулся под тонким терморегулирующим одеялом, зевнул, вдыхая утренний воздух, и вдруг нахмурился. Что-то в словах отца показалось ему странным, словно диссонанс в привычной мелодии. "Дроид сбрендил"... но почему? Ведь дроиды же умные, они должны понимать, что делают? Разве машина, способная говорить, шутить и даже проявлять что-то похожее на заботу, может просто "сбрендить"?

– Алекс! Завтракать! – крикнула мать, и в ее голосе слышалась та особая нотка утренней спешки, знакомая каждому жителю трудового квартала.

Он поднялся с постели, ощущая прохладу металлического пола под босыми ногами, натянул домашнюю одежду из мягкой синтетической ткани и побрел на кухню, минуя узкий коридор, стены которого были украшены голографическими снимками семьи и видами далеких миров, которые они никогда не посетят.

K-7PO стоял у плиты, его хромированный корпус поблескивал в лучах утреннего солнца Кореллии, проникающих через широкое окно. Золотистый свет играл на отполированном металле, создавая причудливые блики, которые танцевали по стенам кухни. Дроид держал в своих изящных манипуляторах сковороду, из которой валил подозрительный дым сизого цвета, пахнущий жженым пластоидом и чем-то неопределенно химическим.

За окном раздался протяжный гул пролетающего грузового спидера – вероятно, одного из тех, что доставляли детали на верфи, где трудился отец. Звук постепенно затих, растворившись в общем гуле просыпающегося города, где миллионы существ начинали свой день в бесконечном танце цивилизации.

– Доброе утро, маленький хозяин Алекс, – произнес дроид своим мелодичным механическим голосом, в котором, казалось, звучали нотки искреннего сожаления. – Боюсь, у меня возникли небольшие затруднения с приготовлением завтрака. Мои кулинарные программы, похоже, требуют обновления.

Кейрон, мужчина средних лет с уставшими карими глазами, покачал головой, и седые волоски в его темных волосах заблестели в утреннем свете. На его лице читалась та особая усталость человека, который каждый день сражается с техникой:

– Обновления... Как будто мы знаем, где их взять. В сервисном центре говорят: "Купите новую модель, эта устарела". А новая стоит как половина моей годовой зарплаты.

Лира Коррен, стройная женщина с короткими каштановыми волосами и умными зелеными глазами, работала диспетчером грузовых перевозок в космопорту. Ее руки, в отличие от мужниных, были чистыми, но пальцы носили следы постоянной работы с голопанелями – едва заметные потертости от сенсорных экранов. Она включила голопроектор, и над кухонным столом возникло мерцающее трехмерное изображение ведущего новостей – элегантного человека в дорогом костюме, говорящего с того высокомерного спокойствия, которое было присуще обитателям верхних уровней.

– ...очередной сбой в системе навигации привел к задержке рейсов в секторе Альдераан, – сообщал голограммный репортер, его слова сопровождались изображениями звездных карт и мигающих красных точек, обозначающих проблемные зоны. – Инженеры флота Республики работают над устранением неполадок, но сроки восстановления пока не определены. Сенатор Палпатин выразил обеспокоенность участившимися техническими сбоями и призвал к усилению контроля над системами жизнеобеспечения...

– Опять навигация глючит, – вздохнула Лира, отпивая из чашки с горячим чаем, аромат которого смешивался с запахами утренней кухни. – Хорошо, что мы на планете живем, а не в космосе болтаемся.

За окном прошелестел еще один спидер, его антигравитационные двигатели издавали характерный высокочастотный свист, который жители средних уровней научились не замечать, словно сердцебиение родного города.

Алекс сел за стол, обитый мягким синтетическим материалом, имитирующим кожу кореллианского нерфа, и посмотрел на дроида, который все еще пытался что-то приготовить. В его детской голове возник простой, но пронзительный вопрос: "А почему дроид не может сам найти свои неисправности? Если он понимает, что программы не работают, значит, он может их проверить?"

Из голопроектора донеслись новые новости: "...торговые переговоры с Торговой Федерацией продолжаются, несмотря на растущую напряженность. Представители федерации настаивают на снижении налогов на торговые маршруты во внешнем кольце..."

– Пап, – сказал он, прерывая поток новостей, – а почему K-7PO не может сам себя починить?

Кейрон рассмеялся коротким, усталым смехом человека, который слишком много знает о капризах техники:

– Дроиды не люди, сынок. Они делают только то, что запрограммировано. Если программа сломалась, им нужен ремонт.

– А кто их программирует?

– Ну... – отец задумался, потирая подбородок рукой, от которой пахло металлом и машинным маслом. – Завод-изготовитель, наверное. Или специальные программисты. Не знаю, честно говоря.

Алекс нахмурился, ощущая, как в его сознании формируется что-то важное. Но программы же кто-то пишет? Обычные люди?

K-7PO наконец подошел к столу, его сервоприводы тихо жужжали при каждом движении, неся тарелку с чем-то, отдаленно напоминающим яичницу, но обладающим подозрительным синеватым оттенком и источающим аромат, который сложно было назвать аппетитным.

– Завтрак готов, – объявил он с той механической вежливостью, которая, казалось, скрывала нечто большее. – Правда, я не могу гарантировать его полное соответствие стандартам питания органических существ.

Лира попробовала вилкой край синеватой массы и скривилась, словно попробовала что-то крайне неприятное:

– Соленая какая-то. И почему она синяя?

– Возможно, произошла ошибка в цветовых настройках моих сенсоров, – невозмутимо ответил дроид, но в его голосе слышались нотки того, что у живого существа назвали бы смущением. – Или в дозировке пищевых добавок.

За окном послышался новый звук – низкое гудение патрульного спидера службы безопасности, его сирена издавала характерные двухтональные сигналы, эхом отражающиеся от стен соседних зданий.

– А ты можешь проверить свои настройки? – спросил Алекс, и его детский голос прозвучал в утренней кухне как вызов самим основам их мира.

Дроид повернул к нему голову, его оптические сенсоры сфокусировались на лице мальчика. В их глубине мелькнуло что-то похожее на удивление – эмоция, которой, согласно всем учебникам, у дроидов быть не должно.

– Я... это не входит в мои базовые функции, маленький хозяин.

Из голопроектора продолжали литься новости: "...джедаи продолжают расследование инцидента на Набу. Мастер-джедай Квай-Гон Джинн отказался комментировать слухи о возвращении ситхов..."

– Но это же глупо! – вдруг сказал Алекс, и в его голосе прозвучала та детская прямота, которая порой способна разрезать сложные взрослые проблемы как световой меч. – Если дроид сломался, нужно его починить. А чтобы починить, нужно понять, что сломалось.

Родители переглянулись тем особым взглядом, которым обмениваются взрослые, когда ребенок задает слишком сложные вопросы.

– Сынок, не все так просто, – мягко сказала мать, в ее голосе слышалась та нежность, с которой взрослые пытаются оградить детей от сложности мира.

– Почему не просто? – искренне удивился Алекс, и его удивление было столь чистым, что даже K-7PO повернул голову в его сторону.

И правда, почему? Этот вопрос повис в воздухе кухни, смешиваясь с ароматами неудачного завтрака и звуками пробуждающегося города.

– Дети всегда задают глупые вопросы, – улыбнулась Лира, поглаживая сына по мягким темным волосам. – Помню, я в его возрасте спрашивала маму, почему звезды не падают на землю.

– А это хороший вопрос, – сказал Алекс с той серьезностью, которая иногда проскальзывает в детских голосах. – Почему не падают?

– Потому что они далеко, – ответил Кейрон, отпивая из чашки с тем, что K-7PO называл кофе. – И вообще, они не звезды, а солнца других планет.

– Так почему не падают?

Родители переглянулись снова. Кейрон почесал затылок, оставляя в волосах едва заметные следы машинного масла:

– Ну... там сложная физика. Гравитационные поля, орбиты... Этому в школе учат.

Алекс подумал: "Но если папа это знает, почему не может объяснить?" Странно. Взрослые всегда говорят, что что-то сложное, вместо того чтобы просто объяснить. Словно сложность – это стена, а не лестница.

K-7PO тем временем попытался приготовить кофе. Его движения были точными, почти изящными, но из кофемашины потекла жидкость подозрительного коричневого цвета с металлическим привкусом, которая пахла скорее промышленным растворителем, чем благородным напитком.

– Каф готов, – объявил дроид с той же механической вежливостью. – Хотя мои анализаторы показывают некоторые отклонения от стандартного рецепта.

Кейрон попробовал и поморщился, словно проглотил что-то крайне неприятное:

– Это не кофе, это дерьмо!

– Возможно, произошла путаница в резервуарах, – предположил K-7PO, и в его голосе прозвучала нота, которую можно было бы назвать виноватой. – Я проведу диагностику... хотя нет, диагностические программы недоступны для моего уровня доступа.

За окном прогремел тяжелый грузовой спидер, везущий, вероятно, детали для строящихся кораблей. Звук его двигателей был глубоким, басовитым, он заставлял слегка дрожать стекла в окнах.

– А кто может их запустить? – спросил Алекс, и его вопрос прозвучал как ключ, поворачивающийся в замке тайны.

– Сертифицированный техник, – ответил дроид, и снова в его голосе промелькнуло что-то живое. – Или пользователь с административными правами.

– А как получить административные права?

Дроид снова помедлил, его оптические сенсоры мигнули несколько раз:

– Это... сложный вопрос, маленький хозяин.

Алекс заметил, что K-7PO явно знает больше, чем говорит. В его поведении было что-то... живое. Он не просто выполнял команды, он размышлял, выбирал слова, даже расстраивался, когда что-то не получалось. Словно за хромированным корпусом билось что-то похожее на сердце.

Из голопроектора донеслись новые сводки: "...цены на тибанну-газ продолжают расти, что вызывает беспокойство у производителей космических кораблей. Экономисты предупреждают о возможном кризисе в транспортной отрасли..."

– Пап, а почему все дроиды такие умные, но притворяются тупыми?

Кейрон рассмеялся, но в его смехе слышалась нотка неуверенности:

– Дроиды не притворяются, сынок. Они просто машины. Очень сложные, но машины.

– Но K-7PO же понимает юмор. И он расстраивается, когда что-то не получается.

– Это имитация, – объяснила Лира, но в ее голосе прозвучала та же неуверенность. – Программа делает их похожими на людей, чтобы нам было удобнее с ними общаться.

Алекс посмотрел на дроида. K-7PO стоял неподвижно, но в его позе чувствовалось напряжение. Словно он слушал разговор о себе и... обижался? Его хромированные пальцы слегка сжались, что было едва заметно, но Алекс это увидел.

– K-7PO, а ты понимаешь, что мы говорим?

– Конечно, маленький хозяин. Я обрабатываю речевые сигналы и формирую соответствующие ответы.

– А ты чувствуешь что-нибудь?

Дроид замер. Его фотоэлементы мигнули несколько раз, словно он обрабатывал не просто информацию, а что-то гораздо более сложное.

– Я... выполняю свои функции наилучшим образом, – наконец ответил он.

Но это не был ответ на вопрос. И Алекс это понял. В воздухе повисла тишина, нарушаемая только гулом города за окном и тихим жужжанием голопроектора.

За окном проплыло воздушное такси, его репульсорлифты тихо гудели, создавая ту мелодию современности, под которую жил весь Корелльский мегаполис. Алекс проводил его взглядом и подумал: "А почему никто не спрашивает, как они летают? Это же интересно!"

– Мам, а кто изобрел репульсорлифты?

– Не знаю, дорогой. Они всегда были.

– Но кто-то же их когда-то изобрел?

– Наверное, – пожала плечами Лира. – Какие-то древние инженеры. Это было очень давно.

– А где можно найти информацию о том, как они работают?

Родители переглянулись тем взглядом, который означал, что их сын снова задает неудобные вопросы. Кейрон нахмурился:

– Зачем тебе это, сынок? Ты что, собрался стать инженером?

– А почему нет?

– Ну, я не против. Главное в этой работе чётко следовать регламентам. Помнишь дядю Гаррека? Он пытался разобраться в принципах работы гипердвигателей. Чуть не взорвал половину верфи, из-за чего его выперли отовсюду. Теперь шляется где-то по внешнему кольцу, торгует запчастями.

– Но он же что-то понял?

– Понял, что лучше не лезть в то, чего не понимаешь, – усмехнулся Кейрон с горечью человека, который сам когда-то мечтал о большем. – Современная техника слишком сложна для человеческого понимания. Мы можем только пользоваться ей.

Алекс нахмурился. Странная логика. Если что-то сложное, нужно изучить и понять. Так же просто, как дважды два – четыре. Почему взрослые думают наоборот?

Из голопроектора донеслись последние новости: "...сенатор призвал к мирному решению торговых споров. В своем выступлении он подчеркнул важность дипломатии в решении межгалактических конфликтов..."

– Алекс, тебе пора собираться в школу, – сказала мать, взглянув на хронометр на стене.

Он кивнул и пошел в свою комнату, чувствуя, как утренний воздух наполнен запахами пробуждающегося города: озоном от работающих двигателей, металлической пылью, ароматом синтетической еды из соседних квартир. K-7PO проводил его взглядом.

Алекс остановился в дверях и обернулся:

– K-7PO, а ты хотел бы понимать, как ты устроен?

Дроид замер. Его фотоэлементы потускнели, затем снова загорелись, словно он переживал внутреннюю борьбу.

– Я... не понимаю вопроса, маленький хозяин.

Но в его голосе прозвучало что-то очень живое. Что-то похожее на тоску. На желание. На мечту о свободе, которой у него никогда не было. Или Алексу так казалось.

Алекс пошел одеваться, но мысли не давали ему покоя. За окном раскинулся красивый, технологичный мир: сверкающие шпили небоскребов, изящные воздушные мосты, по которым скользили спидеры, голографические рекламы, обещающие лучшую жизнь. Умные дроиды, которые притворяются простыми машинами. Взрослые, которые пользуются сложными вещами, не желая понимать, как они работают.

"Почему никто не хочет знать правду?" – подумал мальчик, натягивая школьную форму.

Этот вопрос не давал ему покоя. Словно в его голове что-то щелкнуло, и он впервые по-настоящему задумался о мире вокруг. И чем больше он думал, тем больше вопросов возникало. Словно каждый ответ порождал десять новых загадок, и все они складывались в одну большую тайну – тайну мира, который предпочитает не знать самого себя.

Глава 2 Папина работа

В субботу отец неожиданно предложил:

– Хочешь поехать со мной на работу? Покажу, чем папа занимается.

Алекс обрадовался. Может быть, на верфи он найдет ответы на свои вопросы? Корелльские верфи славились по всей галактике – здесь строили лучшие грузовые корабли и быстрые курьерские суда.

Утренний воздух Короны был напоен ароматом цветущих джасминовых кустов, что росли в садах их жилого квартала. Легкий бриз доносил едва уловимый свист от многочисленных спидеров, уже снующих по воздушным трассам. Где-то вдалеке монотонно гудели промышленные комплексы, пробуждающиеся к новому трудовому дню.

Они сели в семейный воздушный спидер – старенький, но надежный «Сокорро-340». Кейрон провел ладонью по сканеру безопасности, и машина отозвалась мягким голубоватым свечением приборной панели. Салон наполнился тихим жужжанием систем, пробуждающихся ото сна. Включился автопилот, и машина плавно поднялась над жилыми кварталами, присоединившись к неспешному утреннему потоку воздушного транспорта.

– Пап, а как работает автопилот? – спросил Алекс, глядя на приборную панель, где мерцали десятки индикаторов, словно звезды в миниатюрном созвездии.

– Компьютер анализирует воздушные потоки, следит за другими машинами, выбирает оптимальный маршрут, – ответил отец, откидываясь в кресле и наблюдая, как город медленно проплывает под ними. – Все автоматически.

Внизу простирались аккуратные кварталы среднего класса с их ухоженными садами и блестящими крышами. Между зданий сновали наземные спидеры, оставляя за собой едва заметные струйки выхлопа. Воздух вибрировал от множества двигателей – симфония современной цивилизации.

– А как компьютер это делает?

Кейрон задумался, прислушиваясь к мерному гулу репульсорных двигателей:

– Ну... у него есть сенсоры, процессоры... Сложная штука. Главное, что работает.

Из динамиков спидера донеслись обрывки утренних новостей: "...акции Корелльского Судостроительного Концерна выросли на три пункта после заключения контракта с Торговой Федерацией на поставку двухсот грузовых судов класса 'Консул'... Аналитики прогнозируют дальнейший рост в секторе межпланетных перевозок..." Голос диктора был бодрым и оптимистичным, как и подобает в эпоху процветания.

– А если сломается?

– Отвезем в сервис. Там заменят неисправный блок, – ответил отец, переключив канал. Теперь играла легкая мелодия – что-то про "серебряные звезды Альдераана" и "танцы в лунном свете". Популярная песенка, которую крутили на всех развлекательных каналах.

– А что внутри блока?

– Не знаю, сынок. И знать не надо – главное, чтобы правильный номер детали был.

Алекс нахмурился. Странно. Если папа техник кораблей, почему он не знает, как устроены вещи, с которыми работает?

Корелльские верфи представляли собой огромный комплекс ангаров, мастерских и стапелей, раскинувшийся на многие километры вдоль побережья. Повсюду стояли корабли разных размеров – от изящных курьерских судов с их обтекаемыми корпусами до массивных грузовиков, напоминающих летающие крепости.

Монотонный рев промышленных механизмов сливался в единую симфонию созидания. Где-то скрежетали автоматические краны, перемещающие многотонные секции корпусов. Шипели пневматические системы. Звенели молотки. Гудели конвейеры, несущие бесконечный поток деталей и компонентов. Воздух дрожал от вибрации мощных двигателей, проходящих испытания.

У входа в административную зону их остановил охранник в форме корпоративной безопасности – пожилой человек с военной выправкой и внимательными глазами.

– Доброе утро, мастер Кейрон, – поприветствовал он отца. – Проходите к сканеру.

Кейрон приложил удостоверение к считывающему устройству, которое отозвалось мелодичным сигналом. Затем прошел через арку биометрического сканера – устройство окутало его невидимыми лучами, проверяя десятки параметров за долю секунды.

– А мальчика как оформим? – поинтересовался охранник.

– Сын, показываю ему производство, – объяснил Кейрон.

– Понятно. Тогда временный пропуск, – охранник активировал небольшой значок и протянул его Алексу. – Носи на видном месте, сынок. И без сопровождения взрослых никуда не отходи.

Рабочие в синих комбинезонах сновали между кораблями с инструментами и запчастями. Их лица были сосредоточенными, движения – четкими и отработанными. Многие несли датапады, постоянно сверяясь с техническими схемами и списками деталей.

– Впечатляет? – улыбнулся Кейрон, наблюдая за выражением лица сына.

– Да! А что ты здесь делаешь?

– Я техник по техническому обслуживанию. Когда корабль приходит с поломкой, я определяю, какие детали нужно заменить.

Они миновали участок, где автоматические линии собирали компоненты навигационных систем. Роботизированные манипуляторы двигались с завораживающей точностью, устанавливая микросхемы и соединяя провода. Воздух здесь был стерильно чистым – системы фильтрации удаляли малейшие частицы пыли, способные нарушить работу чувствительной электроники.

Они вошли в один из ангаров. Там стоял средний грузовик «YR-900» – популярная модель, которую Алекс видел в рекламе. Но этот экземпляр выглядел потрепанным. Корпус покрывали следы космической пыли и микрометеоритов, а на одном из крыльев виднелась заплата – след аварийного ремонта где-то в глубинах галактики.

– Что с ним? – спросил мальчик.

– Навигационная система глючит, – объяснил отец, проводя рукой по потертому корпусу. – Корабль не может правильно рассчитать прыжок в гиперпространство.

К ним подошел мужчина в рабочем комбинезоне – высокий, с седеющими волосами и хитрыми глазами.

– О, Кейрон привел наследника! – усмехнулся он, вытирая руки ветошью. – Привет, малыш. Я Нильсон, старший техник этого сумасшедшего дома.

Где-то в глубине ангара заработал мощный двигатель, наполнив пространство низким, вибрирующим гулом. Автоматические системы вентиляции тут же активизировались, прогоняя воздух через фильтры.

– Привет, – поздоровался Алекс. – Папа говорил, что мой дядя Гаррек когда-то здесь работал и напортачил с гипердвигателем. Вы его знали?

Лицо Нильсона потемнело, рядом слышался шум от работающих неподалеку сварочных аппаратов:

– Твой дядя... да, помню. Хороший был техник, но слишком любопытный.

Из динамиков системы оповещения донеслось: "Внимание, персонал третьего сектора. Через десять минут начнется испытание двигателей на стенде номер семь. Соблюдайте меры безопасности."

– А что случилось?

– Решил он как-то понять, как работает гипердвигатель класса-2, – рассказал Нильсон, присаживаясь на ящик с запчастями, от которого исходил слабый запах консервирующих составов. – Я тогда ещё стажёром был. Ну он и говорит: "Вот же он, передо мной стоит, почему бы не разобрать, не посмотреть?"

Кейрон покачал головой, прислушиваясь к мерному стуку автоматических молотов в соседнем цехе:

– И что вы увидели?

– Кристаллы какие-то, металлические решетки, провода... Ничего понятного. Гаррек попытался одну деталь снять – она как засветится! Еле успели отбежать. Ну и автоматика сработала, последовало разбирательство, и его поперли.

В этот момент из репродукторов донеслись деловые новости: "...Корпорация 'Техно Юнион' объявила о разработке новой линии дроидов для промышленного производства. Ожидается, что автоматизация позволит снизить себестоимость продукции на пятнадцать процентов..." Голос диктора прервался, уступив место рекламному джинглу: "КорСек Банкинг – ваши кредиты под гарантии будущих прибылей!"

– А в технической документации что написано? – спросил Алекс.

– В документации написано: "Не разбирать. При неисправности заменить целиком", – хмыкнул Нильсон, перекрикивая шум работающих механизмов. – Очень информативно.

– А кто эти двигатели делает?

– Корпорация "Корелиан Инжиниринг". Но они тоже не знают, как они работают.

– Как это не знают? – удивился Алекс.

– А так. У них есть фабрики, которые штампуют двигатели по древним шаблонам, но документация по фабрикам утеряна давным-давно. Шаблоны работают – и ладно. Зачем что-то менять?

Воздух наполнился свистом пневматических инструментов. Где-то рядом техники устанавливали новую турбину, и звук работающих компрессоров смешивался с негромкими переговорами рабочих.

Кейрон подошел к навигационной консоли корабля и включил диагностическую программу. Экран засветился холодным голубоватым светом, и на нем появились строчки текста, большинство из которых светились тревожным красным цветом. Консоль издавала едва слышимое жужжание – звук работающих процессоров, анализирующих состояние систем.

– Вот, смотри, сынок. Система показывает, какие блоки неисправны. Мне остается только заказать замену.

– А что означают эти коды ошибок?

– Не важно. Главное – номер детали.

Алекс посмотрел на экран. Там мелькали строчки: "Ошибка синхронизации", "Таймаут соединения", "Некорректные параметры". Некоторые слова были понятны даже ему. В воздухе витал слабый запах разогретых электронных компонентов – характерный аромат работающих компьютеров.

– Пап, а что такое "таймаут соединения"?

– Не бери в голову, сынок. Это техническая терминология.

– Но ты же техник!

– Я техник по замене деталей, – усмехнулся Кейрон, и его голос почти потонул в грохоте проезжающего мимо погрузчика. – Настоящие инженеры-конструкторы жили давно, когда эту технику изобретали.

Алекс нахмурился. "Таймаут соединения" – звучало так, будто что-то не может соединиться. Может, проблема не в блоке, а в том, что он не может с чем-то связаться?

– А можно проверить антенну?

– Зачем? – удивился Нильсон, отвлекшись от датапада, где он просматривал заказы на запчасти. – Диагностика показывает неисправность навигационного блока.

– Но если антенна не работает, навигационный блок тоже будет выдавать ошибки.

Техники переглянулись. Кейрон почесал затылок, и в этот момент из динамиков донеслась развлекательная мелодия: "...под двумя солнцами Татуина, где пески поют о любви..." – популярная песенка, которую напевали по всей Внутренней Сфере.

– Логично звучит... Но в инструкции написано: при ошибке навигации менять навигационный блок.

– А если инструкция неправильная?

– Инструкции не бывают неправильными, – сказал Нильсон, и его голос смешался с монотонным гудением вентиляторов системы охлаждения. – Их писали специалисты корпорации.

– А специалисты не могут ошибаться?

– Могут, но мы не специалисты, чтобы их исправлять.

Алекс посмотрел на отца и Нильсона. Они были умными людьми, опытными техниками, но почему-то боялись думать самостоятельно. Словно кто-то запретил им понимать технику, которую они обслуживали.

Воздух наполнился ароматом свежесваренного кафа – кто-то из рабочих устроил перерыв. Смешиваясь с запахами металла и смазки, он создавал особую атмосферу трудовых будней.

– Пап, а где можно найти старые схемы? Те, которые объясняют, как все работает?

– Зачем тебе это, сынок?

– Просто интересно.

Нильсон задумался, прислушиваясь к ритмичному стуку штамповочных прессов в соседнем цехе:

– Есть в архиве старые чертежи... Но они бесполезные. Сплошные формулы и расчеты, которые никто не понимает.

– Можно посмотреть?

– Можно, – пожал плечами Нильсон. – Только не трогай ничего.

Они прошли в дальний угол ангара, где стояли массивные шкафы с чипами для датапада. Здесь было тише – толстые стены приглушали производственный шум. Пахло пылью и старой пластмассой – запахами архивного хранилища. Нильсон открыл один из шкафов, и оттуда повеяло прохладой климат-контроля.

– Вот, смотри. Документация гипердвигателя класса-5. Древняя модель, которую уже лет сто как не выпускают.

Алекс взял чип и вставил в датапад. Устройство негромко зажужжало, обрабатывая информацию. На экране появились сложные диаграммы, формулы, схемы. Миллионы файлов с данными.

– Здесь столько информации! – воскликнул он. – Тут описано, как работает каждая деталь!

– Да, но кто это поймет? – усмехнулся Нильсон. – Тут примерно петабайт данных.

– Петабайт? – Алекс не понимал, много это или мало, но звучало внушительно.

– Очень много, – пояснил Нильсон.

Алекс листал файлы. Формулы, графики, расчеты – все это выглядело сложно, но не невозможно. В школе его учили математике, физике. Может, если очень постараться...

Из репродукторов донеслись новости: "...Сенат Республики одобрил законопроект о расширении торговых маршрутов в Среднем Кольце. Ожидается создание пятидесяти миллионов новых рабочих мест в транспортной отрасли..."

– А кто писал эти схемы?

– Древние инженеры, – ответил Кейрон, наблюдая, как сын углубляется в изучение файлов. – Те, чьих имён мы даже не знаем.

В одном из файлов Алекс заметил подпись: "Инженер-конструктор Джанго Веста", но дата была затерта временем.

– Но как мы создаём новые модели, если никто не понимает принципов?

– Компьютеры, – одним словом всё объяснил Нильсон. – Зачем человеку напрягать мозги, если машина все сделает быстрее и точнее?

В этот момент где-то в глубине верфи заработал испытательный стенд. Воздух наполнился мощным ревом двигателей, заставляя стены ангара слегка вибрировать.

– Но если человек не понимает, как он может что-то улучшить?

– А зачем улучшать? – удивился Кейрон. – Она и так работает.

Алекс снова посмотрел на схемы. Получается, за все эти годы никто не пытался понять или улучшить технологию?

– А новые корабли лучше старых?

– Не особенно, – признал Нильсон, перекрикивая шум работающих механизмов. – Может, чуть-чуть надежнее. Но принципиально ничего не изменилось.

– Столько лет, и никаких изменений?

– А зачем что-то менять? – пожал плечами Кейрон. – Корабли летают, гипердвигатели работают, люди довольны.

Алекс аккуратно положил чип обратно. Странная картина: люди пользовались сложными вещами, не понимая их и не пытаясь улучшить.