![](/files/books/160/oblozhka-knigi-serdce-zemli-si-380891.jpg)
Текст книги "Сердце Земли (СИ)"
Автор книги: Виктор Астахов
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 30 (всего у книги 36 страниц)
Элементаль же, что предстал перед путниками, был далёк от масштабов своих колоссальных собратьев, но всё же значительно превосходил крупного, ныне безоружного орка по всем параметрам величины. Его могучие руки раздробили почву вокруг, а громогласный голос продолжал греметь фразы, что тут же терялись в треске и скрежете камней.
Орк рванул вперёд, желая возвратить меч и завершить начатое. Хромой элементаль пытался избавиться от «занозы», что затрудняла его движения, но угол, под которым сталь проникла в сгиб ноги, оказался недоступен обладателю громоздких рук, а владелец оружия продолжал упрямое приближение.
Очередной шаг орка был встречен пыльным столбом, поднятым после града размашистых ударов, рухнувших на почву. Благо, элементаль не отличался хорошим зрением и маневренностью, дабы точно достать цель, но тяжесть и тоннаж его атак исключали всякую возможность безопасного приближения.
– Крог! – воскликнула Лиара и бросилась вслед за орком.
– Лиара, стой! – послышался голос Шеймуса. – Ай, да что ж вы…
Первый же сгенерированный «Порыв Ветра» сбил пыльный столб, но не нанёс никакого вреда исполину, ровно, как и агрессивный выпад Ку’сиба. Девушка, волк, орк – все они заметались по кругу, продолжаясь удерживаться на почтительной дистанции касания каменных рук. Исполин недоумевающе повёл головой, но не издал ни звука. Он пытался ринуться вперёд, в надежде смять оппонентов, но торчащая в ноге сталь лишала его этой возможности.
– Паразиты! – послышался негодующий скрежет.
Крог увернулся от неуклюжего удара «живой кувалды» и в один стремительный кувырок сблизился с целью, ступив в открытую область подле его «здоровой» правой ноги.
– Лиара! Меч! – послышался рёв из орочьей пасти.
Девушка среагировала лишь спустя пару секунд, что было сил, метнув «Фаилриз» в направлении Крога. Получилось – весьма средне. Меч ударился о каменную руку и отскочил назад, а вместо заветного оружия воин получил очередной увесистый удар каменной лапой, что отправил его в скоротечное пике и подарил шанс на исследование местного чернозёма.
Лицо орка разом выразило все эмоции, когда тот поднялся с земли. Клыкастые уста прорычали беззвучное – «Удушу», адресованное не то промашке Лиары, не то осточертевшему духу земли, что уже хромал в направлении орка.
Казалось, в этот момент идея кулачного боя уже не виделась Крогу столь абсурдной…
– Разойдись! – послышался возглас Шеймуса.
Но к тому моменту Лиара уже висела на исполинской спине, впивая в каменное тело магическое острие. Элементаль не чувствовал боли в привычном понимании этого слова, но его тело ощущало принятый ущерб, а голос выразил негодование.
– Козявка! – злобно прогремел он.
– Мы – не враги! – пропищала Лиара, ловко избегая хватки огромных рук.
– Пшла прочь!
Дух мощно взбрыкнул, едва не уронив Лиару и уже приготовился схватить «мелкую нахалку», когда на его руку навалился Крог, придавив её всем весом.
– Беги! – взревел орк, но уже в следующую секунду был выброшен прочь, прямо в заросли кустарника.
– Крог! – девушка прыгнула вниз, в попытке всадив клинок в руку исполина, но тут же угодила бедром в хватку каменных пальцев.
Единственный удар элементаля мог попросту выбить из эльфийского тела дух, но вместо этого исполин предпочёл отправить друидессу в полёт – прямиком в поднимающегося с земли орка.
Спустя несколько мгновений где-то в окрестностях этих кустов приземлилась и туша Ку’сиба, что не мог остаться в стороне от общего «веселья».
– Получили, негодяи?! – продолжил реветь дух, празднуя победу над троицей. – Проваливайте!
– Прости, крепыш, – послышался шёпот из уст Шеймуса. – Не сегодня…
Вспышка яркого света озарила сумерки леса.
***
– И так, начнём по порядку, – выпрямив спину, промолвил Шеймус. – Ты – Раго́лзот, земной элементаль, страж Краснолесья? Я всё верно понял?
– Раголзо́т, дубина, – недовольно проскрежетал исполин. – Раголзо́т Гроза Лесорубов.
Элементаль расположился на земле, в то время как Шеймус расхаживал перед его каменным ликом и пытался дать оценку произошедшему. Дух в очередной раз попытался привстать, но «Кроворуб» по-прежнему сковывал его тело, на сей раз, будучи вонзённым в единственную целую руку и пригвоздив её к земле. Новые конечности постепенно отрастали под действием самовосстанавливающих свойств создания, но оторванная разрядом «Молнии» рука и нога, буквально взорванная сочетанием кинетического заклинания и застрявшей стали «Кроворуба», ещё не один час будут сохранять свой раздробленный вид.
Всего двух заклинаний и пары минут хватило Шеймусу, чтобы обезвредить грозного противника. Два скоротечных ритуала, что превратили каменного исполина в груду полу-подвижных обломков.
– Каменю́ки! – недовольно прорычал Крог, что в очередной раз стал целью исцеляющих ритуалов Лиары. Орк не получил серьёзных травм, но едва не лишился зубов и целостности рёбер. – Чиграши Матери-Земли! Почему Шеймус сразу не напал?!
– Да, разве ж я мог?! Вы носились по кругу как сумасшедшие! Я же просил не торопиться, подождать. Но, нет! Зачем слушать старика?! Ладно, ты, но Лиара… у меня нет слов! Вы меня в могилу свести решили?
Эльфийка стыдливо спрятала взгляд и продолжила ритуалы.
– Хочешь жить – нужно принимать решения! – фыркнул орк. – Шеймус хотел ждать, пока каменюк нас раздавит?!
Со стороны каменного исполина послышалось некое подобие смеха, схожее со скрежетанием двух валунов. Морду Ку’сиба тут же исказил оскал. Оскал присутствовал и на лице орка.
– Раголзот думал клыкастые ушли из этих лесов. Хе-хе. Нет. Некоторые всё же остались. Похоже, ты – самый безмозглый. Хе-хе-хе!
– Клянусь Сар-Иламом! Я не могу смотреть на него в таком виде! Крог, прошу, вытащи меч. А ты, Гроза Лесорубов… будь паинькой, не накаляй обстановку и учти, если решишь сделать глупость, превращу тебя в щебёнку. А теперь говори, зачем напал?
– Какой занудный человек! – проскрежетал дух, освободившись от стальной оковы и неспешно принял сидячее положение. – Раголзот ни на кого не нападал. Раголзот лежал, никого не трогал, услышал голоса. Захотел понять кто, а этот кретин пробил мне ногу!
Маг и орк коротко переглянулись. Едва ли можно было передать эмоции Шеймуса в тот короткий миг и беззвучные фразы, что он произносил в отношении Крога.
– Следи за языком, каменю́к! Вылез из земли! Развёл разруху! Хм! Не застрянь «Кроворуб», Крог бы и башку отчекрыжил!
– Мягкотелые, – дух лишь многозначительно покачал головой, издаваемый им смех превратился в сдавленное скрежетание. – Времена меняются, зимы сменяют вёсны, но ваша глупость остаётся неизменной. Раголзот появился из земли. Это и есть приветствие. Если бы Раголзот хотел сражаться или прогнать – Раголзот бы предупредил, а не спрашивал кто!
– То есть, так ты обозначил присутствие? – выдохнул Шеймус. – Появился как чёрт из табакерки? Вот сиди теперь, отращивай руки. Вреда тебе мы не нанесём, но в лесу стемнело, а значит, придётся тебе, Раголзот Гроза Лесорубов, мириться с нашим присутствием.
– Хе-хе. Головы у вас пустые, особенно у тех двоих, но души добрые. Раголзот принимает вас, как гостей, человек. Но если решите осквернить лес, Раголзот отправит вас к костям других мягкотелых.
– Раголзот говорит так, будто у него есть выбор!
– Подожди, Крог, – потряс головой Шеймус. – Кости других мягкотелых? Ты говоришь про лесорубов? Я всегда считал, что элементали земли – не шибко территориальные ребята.
– Раголзот уже давно не видел лесорубов. Прошли те времена, когда об мою плоть ломались топоры. Теперь, в лес приходят другие мягкотелые.
– Ты имеешь в виду имперские войска – людей в доспехах? Или орки, такие, как Крог?
– Нет. Были клыкастые. Но давно. Раголзот не видел их с прошлых снегов. Были люди в доспехах, но те, кто приходят сейчас – другие. Они похожи на людей, но не люди. Старая деревня – всё там. Где-то поблизости. Туда приходят люди, а уходят они.
– Кто, они, Раголзот? – тихо промолвила Лиара. – Кто уходит из деревни?
– Чудовища.
Глава 9. Зелёное око судьбы. Часть 4
8
Брон и Кирк, так же известные как «Северные Братья» – два русла рек, служащие притоком Северной – самой протяжённой и полноводной реки на всей территории Талана.
Восточное течение Брона отличалось относительно спокойным нравом, обеспечивая окружающие поселения рыбным промыслом и удобным логистическим путём для сплавки ресурсов. Не удивительно, что именно на берегах Брона был основан один из крупнейших торговых центров Империи – Речной Форк.
В отличие от «старшего брата», Кирк имел несколько иные особенности, что поспособствовали возведению в окрестностях его берегов, пусть и не торгового центра, но ни много ни мало, первой и доселе единственной столицы Империи – Гнезда Сокола. На большей протяжённости вдоль северных земель, берега Кирка представляли собой крутые, выточенные водой скалы, высота которых колебалась от трёх до трёх десятков футов. Переправа через подобное препятствие превращалась в настоящее испытание на пути всякого войска, будь то небольшой отряд или тысячная армия.
Русло Кирка дало защиту столице на западе, позволив Ро́нану Великому – первому императору людей, известному в те времена как король клана Соколов, вести войска в юго-восточные земли.
Одно за другим раздробленные королевства людей принимали верховную власть Ронана или становились прахом в фундаменте его Империи. По мере продвижения войск Сокола и роста имперских армий, приближался и момент, когда солдатские сапоги должны были ступить на покров земель запада. Река, что некогда служила защитой для дома Ронана, становилась преградой для продвижения его войск.
Решением этой проблемы занялся наместник Ронана и его близкий друг – Са́урус Ге́нрих Про́тар. В течение долгих лет пока Ронан вёл завоевания, собирая под своими знамёнами кланы людей, усилиями сотен каменщиков, в том числе и гостей Гримхейма, русло Кирка постепенно теряло свою неприступность.
Спустя несколько лет с пересечения Соколом западного берега Кирка, объединительные войны подошли к концу. Восток, юг и запад приняли Ронана Великого как полноправного императора человеческого рода. Империя Сокола расцвела во всём величии, дабы исчезнуть в потоке времён. Исчезли герои былых лет, исчезло и Гнездо Сокола. Но белокаменный мост, возведённый через русло Кирка, и по сей день несёт свою службу. Мост, взявший имя в честь человека, что заложил первый камень его основания – Про́тар.
С заходом солнца, в окрестностях восточного гарнизона появилась компания странных с виду, нетипичных для этих земель путников. Местность вокруг пестрила множеством огней, перед вратами гарнизона выстроилась настоящая деревня из палаток, шатров, повозок и сотен людских силуэтов.
– Кто все эти люди? – промолвила Лиара.
К моменту прибытия к берегу Кирка девушка вновь сменила одеяние, представ в образе «ученицы волшебника». Сам волшебник, столкнувшись с капризами погоды, зарослями репейника и разбушевавшимся духом земли – скорее напоминал человека без определённого места жительства, нежели титулованного листмурского мага. Его любимая бордовая мантия, сплетённая из роскошного зачарованного волокна, ныне походила на потрёпанный халат серо-буро-коричневого оттенка.
– Торговцы, наёмники, да и просто толпы путешественников, – пожал плечами Шеймус. – Похоже, врата Протара закрыты. Нужно разобраться, что к чему и как нам попасть на ту сторону. Как я выгляжу?
Лиара замешкалась в попытке подобрать слова.
– Как бродяга, – буркнул орк.
– И не поспоришь. Ладно, главное грамоты при мне. Нужно найти главу гарнизона и уютное местечко. Кто знает, сколько нам придётся ждать.
Путники выбрали для привала окраину небольшой поляны, по соседству с труппой странствующих артистов. Патруль из полудюжины солдат появился спустя минуту, ожидаемо не оставив без внимания визит огромного орка. Капитан отряда – закованный в серебристые полулаты мечник с особым недовольством взирал на Крога, но всё же предпочёл сохранять тактичность. Помятые, но легитимные грамоты лишали его возможности переступить черту, а красноречие Шеймуса, как и всегда, сгладило углы в общении.
– Значит, архимаг Листмура? – капитан говорил с акцентом, присущим людям с западных городов Империи. – Политическая миссия?
– Именно, молодой человек! Прошу, не судите по внешнему виду. Многодневная дорога через леса может сотворить и не такое со стариком волшебником.
– А шо ж не по тракту? – подхватил командира товарищ – усатый мечник в кольчуге. – В лесах всегда было не спокойно.
– Сейчас, Сергей, хрен его знает, где безопаснее в лесах или на дорогах, – пробурчал капитан. – Что там, что там – бандюги, да нечисть всякая. Да и не брезгают ничем. На днях, вон монастырь ограбили. Ничего святого не осталось. Твари!
– Ваша правда, капитан. Не знаешь порой что лучше, теневика встретить или парочку ушлых лиходеев. Вот и приходиться нанимать телохранителя… да посерьёзнее, – Шеймус показательно покосился на Крога. – Вы, лучше расскажите, от чего такое столпотворение вокруг?
– Слыхивали ли вы, магистр, что в Империи сейчас бушует хворь?
– Да. Поговаривают о вспышке некой эпидемии на западе.
– Все так думали, – покачал головой капитан. – Проказа эта с юга пришла. Первые заболевшие появились в герцогстве Единорога. А у нас, чтобы не случилось как там, введён режим карантина. Миссионеры осели в гарнизоне, и пропускают только караваны со специальными пропусками. Всю эту шваль вроде бардов, торгашей и наёмников – пропускать не дозволено.
– А что же скажет ваш миссионер по поводу важного дипломата и его спутников?
– Это вы у него сами разузнаете. Моя работа – другая. Только держите своего телохоронителя и псину в узде. Здесь у нас порядки строгие.
Крог заметно напрягся, но тонкая фиолетовая ладонь, коснувшаяся бурой руки, заставила его выдохнуть.
– Я вас заверяю, капитан, мой спутник – крайне порядочный орк. Мы устроимся на привал, подготовим припасы и никому не посмеем мешать.
– До́бро. И ещё, – уже уходя, добавил страж. – Несколько дней назад у нас объявились какие-то эльфы. Бумаги у них вроде есть, но за милю видать, что это за сволочи. Дружеский совет, как человек человеку – особо не болтайтесь и держите ухо востро. Кто знает, что там у них на уме у этих остроухих.
Шеймус коротко кивнул в знак благодарности и проводил стражей взглядом.
– Эльфы?! – голос Лиары дрогнул. – Неужели, они нашли нас?! Как?!
– Тише, дитя. Сейчас не время для паники. Возможно, страж имел в виду торговцев из Перекрёстка Эрида́на или коллектив странствующих артистов. Такие путники не столь редки на дорогах Империи.
– Не в этот раз, – пробурчал орк. – Мост закрыт и теперь здесь лучшее место для засады. Будь Крог на месте эльфов – оставил бы здесь отряд.
– И что нам делать? – всё тем же испуганным голосом, молвила Лиара. – Бежать?
– Нет. Привлечём внимание. Мы с Кусом устроим панику. Крог подожжёт те шатры. Вокруг будет хаос. Скроемся в суматохе и найдём плот.
– Подожди, Аги. У меня есть другая идея. Я отправлюсь к здешнему командору и попытаюсь разузнать насчёт переправы, а заодно осмотрюсь. В таком виде я легко затеряюсь в толпе. Вы, возьмите грамоты, посох и сидите тихо. Не высовывайтесь до моего возвращения. Даже если вас вычислят – здесь нападать не рискнут. Но если что-то пойдёт не так… Крог, ты знаешь, что делать.
– Не волнуйся, – кивнул старику орк и принял из его рук посох. – Иди.
Шеймус кивнул в ответ, и более не теряя ни мгновения, пошагал в направлении мостовых врат. Его друзья, тем временем отправились искать укрытия у соседствующей труппы.
Сказать, что люди оказались удивлены подобному визиту – означает не сказать ни слова…
Труппа странствующих трубадуров, подобная сотням иных артистических групп, путешествующих по лику Асхана. Люди зарабатывали на жизнь искусством, отрицая влияние гильдий бардов и схожих ремесленных цехов что, по их мнению, давали кров, но забирали у творцов свободу самовыражения. Кто-то воспринимал вольных творцов, как обыкновенных бездельников, иные – принимали их творчество как благодать. Порой артисты подвергались гонениям, в иной раз – их искусство становилось главным украшением городских ярмарок и празднеств. Подобное непостоянство прослеживалось и в образе бытия, где периоды застоя и голода сменялись чредой успешных выступлений и как следствие – достойным заработком.
Само существование подобных трупп шло рука об руку с их полным забвением, ибо свободная творческая жизнь вдали от городских стен была переполнена опасностями. Однако романтика сего бытия завлекала в свои сети всё больше восприимчивых сердец, а годы совместного преодоления невзгод превращали группы совершенно разных, некогда сторонних друг для друга людей, в самые настоящие семьи.
– Приветствую, – в непривычной для себя дружелюбно-виноватой манере пробурчал орк.
– Добрый… вечер, – удивлённым голосом ответил грузный пожилой мужчина в круглых очках – глава труппы. Размеренный низкий голос и тёплый взгляд выдавали в нём человека добродушного, слегка суетного и не лишённого внутреннего огонька. – Мы можем чем-то помочь?
Прочие артисты сосредоточили молчаливые взгляды на огромном орке и сером звере. Ожидаемо, на их лицах проступили очерки недоумения и страха. Юноши, что находились поодаль от общего костра, приготовились звать стражу.
– Прошу, – поспешила с ответом Лиара. – Укройте нас.
Переглянувшись, артисты без лишних слов пришли в движение. Часть скрылись в повозке, в то время как путники были сопровождены к очагу. Уже спустя пару минут на плечи Крога легло просторное покрывало, укрывшее его и Ку’сиба от посторонних глаз. Рядом расположилась и Лиара.
Будучи постоянными странниками, трубадуры знали кодекс дорог. Они редко отказывали тем, кто просил о помощи, даже если то был пугающего вида орк или беглый узник.
«Не откажи в помощи, кем бы ни был просящий, ибо дорога – всему судья и только ей решать судьбу своих странников»
– Прошу простить за наглость, – тихо промолвила Лиара. – Обещаю, мы не доставим неприятностей.
– Никаких проблем, – широко улыбнулся пожилой, протерев очечную линзу. – Мы всегда рады доброй компании. Сами бывали в переделках. Знаем, что это такое.
Суета сменилась затишьем. Артисты раскинулись близ костра, как и ранее раскладывая карты «Таро». Пожилой мужчина размешивал похлёбку в объёмном котле, молодые девушки молчаливо озирались по сторонам, невольно демонстрируя дискомфорт от стороннего присутствия. Бледный юноша взял в руки лютню и коснулся струн. Вскоре окружение наполнил мелодичный звук, ставший его основным мотивом.
Сама того не заметив, эльфийка вжалась в орочье плечо и закрыла глаза, словно пыталась спрятаться от мира. Она не слышала фраз, шелеста карт и мелодичного звучания струн лютни. В голове девушки вновь вспыхнули образы пылающих в пожаре домов и эльфийской крови, питающей землю. То, от чего она бежала прочь, вновь настигло дочь Лорота.
«Что же теперь делать? Бежать, в надежде уйти от преследования? Надолго ли? Может, отдать камень… или попытаться дать бой?»
Лиара стиснула зубы, и невольно опустила ладонь на прохладную рукоять меча. Страх, ненависть, гнев – все её чувства смешались в едином порыве. Девушка хотела закричать, хотела взреветь от собственной беспомощности и чувств, рвущих изнутри. Она сжалась в клубок, от чего каждая мышца дрогнула и с силой зажмурила взгляд, утонув в собственных мыслях.
«Мне страшно» – раздался беззвучный шёпот в сознании Лиары – звук её собственного голоса.
– Не бойся, – вдруг, тихим непривычно спокойным тоном пробурчал Крог. Его объёмная ладонь мягко коснулась плеча эльфийки. Такое простое проявление заботы, что всё же заставило Лиару сфокусироваться и открыть глаза. – Всё будет хорошо. Мы рядом.
***
Неспешным шагом Шеймус пересекал столпотворение людей. Несмотря на то, что дело тянулось к ночи, среди окружающих никто и не думал идти на покой. Поляна близ гарнизона жила собственной жизнью. Повсюду слышались голоса людей, споры купцов, полные азарта крики игроков и стук кулаков на импровизированной арене. Повсеместно украшением вынужденного празднества служили музыканты. Музыка сглаживала споры, согревала сердца, да и кулачные драки под задорную гармонь смотрелись куда бодрее.
Затеряться в толпе не составляло труда. Ныне потрёпанный внешний вид играл Шеймусу на руку. По мере продвижения серые глаза старательно выискивали среди собравшихся признаки присутствия эльфов. К счастью, местность полнилась исключительно людьми. Возможно, эльфы уже покинули гарнизон Протара не имея возможности пересечь мост… а возможно, уже заносили клинки над головами его друзей. Время не терпело отлагательств. Шеймус должен был действовать быстро, ибо от поспешности действий зависели жизни тех, кто был ему дорог.
По приближению к вратам гарнизона, маг осознал величие и масштабы строения барбака́на и белокаменных статуй Илата на его вершине. Несмотря на протесты со стороны особенно фанатичных жрецов церкви Эльрата, внешний облик моста оставался сохранён в своём первозданном виде, как часть культурного наследия. И по сей день, статуи Илата наблюдали за окружающими территориями, напоминая людям о давних годах зарождения Империи, когда переменчивый дракон воздуха был покровителем всего людского рода и главным почитаемым божеством.
Будучи частью важнейшего торгового пути, соединявшего западные и центральные территории Империи, Протар помимо культурного значения имел и важную стратегическую роль. Не удивительно, что здешний гарнизон насчитывал сотни стражей, готовых к скорой мобилизации, а наряду со статуями Илата с высот бастиона взирали и орудийные расчёты баллист, способных по первой же команде обрушить на головы незваных гостей град тяжёлых снарядов. Аналогом врат служила стальная решётка ге́рсы в сочетании с механизмом подъёмного моста. Подобная защита оставалась симметричной по оба берега Кирка, превращая Протар в одно из самых надёжных фортификационных сооружений центральной Империи.
Ступить на поверхность моста незамеченными – испытание трудновыполнимое даже для матёрого лазутчика, а прорваться сквозь врата силой – задача невозможная даже для всех людей, ныне собравшихся под белокаменными стенами.
Лишь единожды, спустя восемь с половиной веков со времён его основания, гарнизоны Протара сложили оружие перед лицом тактического гения и напора молодого герцога Грифона, что ныне называл себя императором.
Шеймус нахмурил брови, пытаясь отыскать способ проникновения, но варианты исчерпывали сами себя. В арсенале волшебника попросту не было заклинаний, дабы обмануть сотни внимательных взглядов или безопасно преодолеть течение. Взгляд серых глаз странствовал по округе, пока не уловил среди стражей солдата в характерных для имперского офицера золотистых латах.
– Добрый вечер, командир, – с характерной для него харизмой, промолвил маг.
– Проход закрыт, – тут же отрезал латник.
– Понимаю. Но не могли бы вы…
– Нет.
– Капитан, боюсь, вы неверно меня поняли, – волшебник продолжал «наступление», тряхнув в руке горстью звенящих монет. Говорил тихо, дабы не привлекать лишних ушей. – Я – важный дипломат, если позволите – архимаг, прибывший с далёкого востока и на данный момент направляюсь в западную часть Империи с важной политической миссией. Не могли бы вы…
– Дипломат?! Архимаг?! Ха-ха! Да хоть, его величество император! Убери свои копейки и проваливай, бродяга! Командор никого не принимает до завтрашнего утра! Нечего тебе здесь делать!
– Но…
– Я сказал, проваливай!
От подобной наглости Шеймус стиснул зубы. Глубоко внутри возникло навязчивое желание разрядить в гада молнию или огреть отсутствующим посохом его бестолковую башку. Ещё пару мгновений опешивший маг взирал на стену гарнизона пытаясь подобрать слова и успокоить гневные порывы.
– Не стоит тратить время на общение с этими невеждами, – послышался монотонный голос за спиной волшебника. – Они глухи к любым заверениям.
Шеймус обернулся. Высокий, пожилой за сорок лет мужчина, чья худоба подчёркивала ширину его плеч. Тело незнакомца укрывала длинная тёмная мантия, узоры которой терялись в ночи, но раскрывались в отблеске факелов. Худощавое лицо, широкий лоб, длинные тёмные волосы, завёрнутые в бережный пучок, аккуратная бородка и спокойный взгляд двух тёмных глаз. Исходя из внешности человека и наличия посоха-катализатора в его руке – то был волшебник.
– Му́фос, – представился мужчина, протягивая Шеймусу ладонь.
– Шеймус, – принял рукопожатие старик, ощутив верность своих суждений по сильной магической ауре. – Очень приятно.
– Взаимно, – улыбнулся маг. – Прошу прощения, что случайно услышал ваш спор. Нынче, времена непростые. Врата закрыты на неопределённый срок. Для прохода нужен специальный пропуск, а аудиенции с командором многие ждут уже не первые сутки.
– И где можно добыть этот пропуск?
– Исключительно выписка от имперских властей.
– А ближайший форт?
– В двух днях пути на восток, – кивнул Муфос. – Но полагаю, у меня есть для вас предложение, сеньор Шеймус. Вы не будете против, если мы совершим короткую прогулку до местоположения моей нынешней стоянки?
– Что ж… – Шеймус призадумался, оценивая риски.
Исходя из внешности и поношенного вида мантии, Муфос являлся странствующим магом, вероятно наёмником или купцом. Однако чего он добивался и мог ли представлять опасность для листмурского архимага – вопрос оставался открытым.
– Могу вас заверить, магистр, что не имею никаких злых намерений. Однако, я полагаю, что мы имеем возможность заключить ценный взаимовыгодный союз. Мог бы вложить все подробности здесь… да слишком уж много ушей у этих стен, да и не подходят подобные места для откровенных деловых бесед. Вы, так не считаете?
В ином случае, несмотря на учтивость коллеги, Шеймус бы предпочёл ответить отказом. Слишком высоки были риски, и слишком уж подозрительным ему показался этот маг. Однако, в нынешних обстоятельствах, волшебник был готов зацепиться за любую возможность – за каждый шанс перебраться через русло Кирка.
– Будем считать, мсье Муфос, вам удалось завладеть моим вниманием. Надеюсь, мы и впрямь сумеем друг другу помочь.
– Даже не сомневайтесь, – ухмыльнулся чернобородый волшебник.
***
С уходом солнца, небо постепенно окрашивалось в тёмный ночной оттенок. Полный диск луны плавно взбирался на небосвод. Воздух становился прохладным, заставляя Лиару чуть сильнее прижиматься к тёплому боку Ку’сиба, что ныне дремал после тяжёлого дня пути и лёгкого ужина. Крог сохранял концентрацию и оставался всё так же молчалив в отличие от главы труппы. Пожилой мужичок вёл повествование о забавных ситуациях, с коими ему довелось столкнуться в ходе постоянных странствий. В основном, то были весёлые байки, приправленные типичной для покорителей дорог нотой лирики. Труппа, судя по всему, уже не единожды слышала каждую из этих историй, но из-за уважения к коллеге и азарта его повествования, окружающие внимали рассказам так, будто слышали их впервые.
Редкие звоны лютни и поныне радовали слух, но уже как сопровождение рассказов, а не основной мотив вечера.
– Дамы и господа, – послышался ещё один мужской голос. Голос ровный, низкий, приятный всякому слуху. – Есть кто живой?
Кус поднял голову, рука Крога коснулась рукояти.
– Лео! – воскликнул рассказчик. – Это ты, дорогой? Проходи-проходи! Присаживайся.
В свете костра появился статный силуэт мужчины. Исключительно тёмные одеяния незнакомца представляли собой редкий гибрид роскошного внешнего вида и неплохой защиты, ибо помимо элегантного стёганого кафтана, его торс защищал жилет клёпаной бригандины. Высокий воротник и шляпа с широкими полями скрывали бо́льшую часть бледного лица. Опознавательные знаки на теле гостя отсутствовали, не выдавая его принадлежность к группе наёмников или имперских войск. Не имелось при нём и оружия.
Учитывая столь ухоженный, едва ли не парадный внешний вид, Лео был далёк от ремесла путешествий и не тратил время на участие в местных «развлекательных программах». По всей видимости – зажиточный торговец или глава одной из десятков бригад, обосновавшихся в округе.
– Надеюсь, я не помешал? – гость блеснул сокрытым в тени шляпы взглядом зелёных глаз. Голос его звучал спокойно и уверенно, не дрогнув даже при встрече со взглядом злобного орка.
– Нет-нет! Ни в коем случае! – ответил пожилой. – Друзья, не волнуйтесь. Это – Лео, наш добрый знакомый, между прочим, редкий ценитель поэзии и всякой творческой жилы. Присаживайся. Как видишь, у нас сегодня гости. Ребята устали с дороги. Мы были просто обязаны пригласить их к очагу. Вот только… свои имена, они предпочли оставить в тайне.
– Понимаю, – кивнул Лео, найдя место среди актёрского состава. – В наше время даже разглашение имён может нести собой риски.
Гость был принят радушно. Молодые барышни танцовщицы, что доселе молчаливо озирались по сторонам, сосредоточили на нём внимание. Их поведение перетекло в стадию лёгкого кокетства. Морщины на лице Крога смягчились, исчез и оскал на волчьей морде. Лютня продолжала играть.
– Перекусишь?
– Премного благодарен, но нет. Большое спасибо.
– Ох, да ну тебя! – улыбнулся пожилой, окинув взглядом орка и эльфийку. – Никогда не соглашается. Прям как вы. Думаете, наверное, что объедите нас. Хе-хе!
Лиара не видела глаз гостя, но ощутила на себе его взгляд. Казалось, с появлением Лео, лютня в руках юноши заиграла ещё краше, наполнив окружение прекрасной чистой мелодией. Рука эльфийки машинально коснулась груди и сокрытого в стенах мифрила камня. Как и Лиара, «Талмон» взволнованно пестрил в стенах темницы, но, как и его хранительница был поглощён звуками музыки.
– Антон? – обратился к музыканту Лео. – Можно, мою любимую? Пожалуйста.
Бледный юноша кивнул, мягко улыбнулся и на мгновение замер. Пальцы вновь коснулись струн, но в более спокойной мелодичной манере. Звук затерялся в воздухе ночи. Пальцы заметно ускорились, выплетая из струн нити мелодичного узора.
На сокрытом в тени капюшона фиолетовом лице проступило удивление. Та самая мелодия, созданная Антоном – мелодия, так часто звучавшая в стенах Лан-Лур.
– Linralot, – вдруг промолвил Лео, приятно удивив Лиару качеством своего произношения. – «Песнь Пылающих Листьев» – музыка эльфийских народов. За годы странствий я встречал совсем немногих людей, способных исполнять её столь чисто. Антон – один из них. Я в восторге.
– Да уж. Эльфы куда больше преуспели в музыке, нежели мы, – добавил второй юноша, доселе молчаливый, очень схожий в лице с лидером труппы.
– Ха-ха! Видел их уши? – усмехнулся пожилой. – С таким слухом и ты мог бы музыку писать. Хе!
– Боюсь, мой друг, – Лео коротко качнул головой, – дело отнюдь не в эльфийской физиологии. Они куда более чувствительны по своей натуре. Куда более… гармоничны.