![](/files/books/160/oblozhka-knigi-serdce-zemli-si-380891.jpg)
Текст книги "Сердце Земли (СИ)"
Автор книги: Виктор Астахов
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 36 страниц)
Глава 2. Место под Солнцем. Часть 1
Юная эльфийка восседает на коленях и взирает на своды титанического древа. В округе повисла тишина. Луна прохладным светом поблёскивает в бесконечных листах величественной необъятной кроны. Девочка видит жизнь, что кипит у корней древа, видит сотни существ, что плывут в постоянном жизненном потоке – всё в этом месте пребывает в гармонии. Верхушки деревьев покачиваются на ветру, скрывая пик далёкой одинокой горы совершенно безмятежной на фоне ночного неба.
В душе ребёнка царит покой. Опустив взгляд к земле, она замечает лунную розу – цветок «ilven». Луна наполняет его лепестки лазурными бликами энергии. Стебель начинает извиваться и юная эльфийка сама не замечает, как оказывается рядом с произведением искусства, созданным самой природой. Цветок продолжает распускаться и неожиданно для неё самой, оказывается в руках девочки. Не сорванный с земли, он плавно тянется ввысь навстречу лунному сиянию и огонькам двух любопытных глаз.
Пальцы ребёнка трепетно касаются сияющего бутона, страшась нарушить его целостность. Каждое прикосновение отдаётся согревающим потоком в ладонях. На невидимом лице расцветает улыбка. Цветок распускается, более не пытаясь скрыть красоту – сияющий лазурный бутон поверх шипастого стебля – огонёк, чей свет способен проникнуть в самую душу, в её самые потаённые уголки.
Вдруг! Ревущей волной по небесам проносится протяжное эхо грохота. Звук, сотрясающий землю. Луна только что безупречно чистая, размытая белизной и пурпуром, подобно сосуду наполняется тенью и огнём. Звёзды исчезли с небес, животные взревели в панике.
Невидимые глаза ребёнка наполняются слезами, по мере того, как диск луны приобретает оттенок из крови и тени. Огонь вырвался из земных недр. Вьющиеся на ветру колосья травы, сменили танцующие языки пламени. Златокрылый сокол взмыл в небеса и рухнул объятый пожарищем. Волк, грифон и олень сошлись в смертельной схватке. Пламя пожирает саму землю, подкрадываясь к исполинскому древу. На невидимом детском лице застыла гримаса первородного ужаса. Пламя ударяет о кору, оставляя обугленные грани и тут же отступает назад, испепеляя почву. Животные бегут и корчатся в агонии, гармония самой природы превращается в безумную какофонию криков. Вновь и вновь оранжевая стена врезается в корни древа, превращая в угли древесную плоть. Кульминация сего безумия знаменуется видом опаленного соколиного птенца и первым щелчком механизма.
Очередной грохот заставляет вздрогнуть земную твердь, однако вскоре, на алом диске луны проступают первые светлые проблески. Постепенно, вместе с кровью исчезает и огонь, оставляя лишь тлеющие угли у корней древа. Ветер доносит до слуха привычную песнь, возвещающую об окончании хаоса. Всё возвращается на круги своя и лишь звери, обожжённые скверным пламенем, продолжают свою бессмысленную схватку на пепле прежней земли.
Изнеможённая, девочка падает на траву близ лунного цветка. Более ни далёкие раскаты грома, ни щёлкающий стук шестерней не тяготят ей разум. Вид чудесного цветка наполняет сознание ребёнка спокойствием, а лёгкое прикосновение к его лепесткам вызывает улыбку на уставшем лице. Цветок окончательно завладевает вниманием девочки даже более чем полная луна или кристаллическое семя в недрах её одеяния. Она оказывается настолько поглощена видом цветка и собственной радостью, что лишь в последний момент замечает некое присутствие со стороны и тихую поступь в такт механизму. Невидимый силуэт, чёрный, словно самая глубокая тень, он восстаёт за спиной девочки. Испуганный ребёнок вскакивает, дабы воочию узреть лик незваного гостя, но взгляд тут же охватывает темнота, в голове слышится треск исполинских ветвей. Короткие проблески лазури.
Последнее, что видит девочка – сияние двух зелёных глаз и лунную розу, тающую в её ладони.
1
Лиара вскочила с постели. На лице девушки застыл ужас, а капли пота окропили фиолетовый лоб. Поток мыслей, обыкновенно тянущийся в её голове, был расколот на части. Эльфийка потеряла дар речи, но реальный мир постепенно забирал её в свои объятья. Глубокий вдох сменился выдохом в попытке восстановить дыхание, а по мере его восстановления сознание приходило покой.
Отыскав собственный голос у себя в голове, Лиара села за стол и силой воли зажгла тусклый огонёк ирады. Мягкое зеленоватое сияние озарило лицо и пару белых татуированных полос, появившихся на её щеках позапрошлой осенью. Дневник в толстом кожаном переплёте – подарок мастера Древена глухо плюхнулся на стол. Зашелестели страницы, исписанные текстом и набросками образов, что посещали Лиару в течение последних лет.
– В этот раз всё иначе, – тихо прошептала эльфийка. – Кровавая луна? Дурной знак.
Обмакнув перо в серебряную чернильницу, девушка начертила идеальной формы круг, ставший основой пейзажа, увиденного во сне. Более десяти лет миновало с тех пор, как Лиара начала обучение у мастера Древена и лишь прошлогодним летом, в седьмой месяц Смеющегося Ветра ученица была удостоена звания жрицы Силанны, став самым молодым друидом клана «Иль-Вэн» среди ныне живущих жрецов, а возможно и за всю его историю.
Конечно, навыки друидессы всё ещё оставались на уровне ученика, а подавляющее число ритуалов по-прежнему не поддавались её усилиям, но, как и наставлял отец, Лиара продолжала упрямо тянуться к знаниям, неожиданно для всех и самой себя, проявив дисциплину.
Стояла жаркая летняя ночь, слух радовало стрекотание цикад, а прохладный ветерок мягко трепетал листву деревьев. Лиара вздохнула полной грудью и ступила за порог. Босые стопы коснулись прохладной древесины балкона, что не являлся частью её родного дома. Новым жилищем, а по совместительству и лабораторией Лиары стал одинокий домик на окраине Лан-Лур, на вершине ветвистого дуба – спокойное место идеально подходящее для наблюдений за природой и длительных часов медитаций. Пташки, что обыкновенно ведали Лиаре секреты небес, уже тихо дремали среди многочисленных гнёзд ветвистой кроны. Друидесса уселась на дощатый порог, подняв взгляд к звёздным просторам небес и сияющему лунному диску, что находился в паре суток от полнолунной фазы.
Едва ли сейчас, глядя на луну неизменно прекрасную в своём одиночестве, друидесса могла поверить, что ночное светило – символ самой Асхи, способен окраситься кровью и нести страх в сердце каждого наблюдателя.
Закрыв глаза, Лиара вобрала прохладный аромат ночи. Освежающий поток наполнил тело и очистил разум от тревог. Ныне, та самая луна, что стала эпицентром эльфийских кошмаров, принесла друидессе и покой, ибо этот вид, созданный из тысяч крошечных, казалось бы незначительных элементов, такой простой и завораживающий – Лиара могла наблюдать за ним вечно. Величественный лунный диск плавно скользил среди тёмных пучин, освещая остроконечные ели южного леса. Всё окружение, каждый элемент, касавшийся эльфийского слуха, обоняния или глаз завладевал эльфийским естеством. Вскоре, компанию друидессе составила стая мотыльков, слетевшихся на свет одинокой ирады и даже любопытный вороний птенец, показавшийся из гнезда на вершине дуба.
И пусть на утро Лиара ждала гостей, никому ведь не станет хуже, если она посидит здесь, под летним ночным небом ещё пару скоротечных минут?..
***
Рилан появился с первыми лучами солнца. Как и всегда он проник в домик Лиары, прокравшись по ступеням. Ни внешний вид, ни повадки эльфа не претерпели никаких изменений за десяток ушедших лет. По мере подъёма ввысь по винтовой лестнице, интуиция следопыта подала первый тревожный сигнал. Когда же он увидел распахнутую дверь, то невольно замедлил шаг и прикоснулся к рукояти кинжала. Пусть и не крайне редкие, но в окрестных лесах водились существа, способные пробраться в эльфийский дом и закусить его обитателем. Будучи тёртым следопытом, Рилан видел большинство подобных тварей наяву и уже рассчитывал шансы на встречу теневика или оголодавшего стрекозмея.
Ещё мгновение, порог остался позади и взору гостя открылся лёгкий беспорядок, повсеместно царивший в жилище эльфийки. Стопы книг на полу, страницы свитков и зарисовок, пустые склянки и прочие инструменты травника. Нет, окружение отнюдь не напоминало свалку. Предметы были скомплектованы и не разбрасывались где попало, но в этом доме у вещей попросту не было своих мест. К счастью, никаких признаков погрома или борьбы обнаружено не было.
Наконец, Рилан выдохнул, ибо увидел её – хозяйку жилища. Одни опасения остались позади, иные подтвердились. Лиара оказалась не просто не готова к визиту гостя, но даже не думала просыпаться и тихо посапывала, укутавшись в плед на краю постели.
В любой другой ситуации, следуя этическим нормам, Рилан бы предпочёл удалиться прочь не смея тревожить хозяев жилища. Но только не в случае с Лиарой.
– Время идёт. Годы сменяют годы. Но ты, как я вижу, остаёшься собой.
– Проспала! – девушка тут же вскочила с постели, заставив Рилана округлить взгляд.
Беловолосый ураган пронёсся по дому. Взъерошенные подушкой волосы, мятое ночное платье и ошарашенный взгляд – Лиара никогда не была образцом порядка, но в это мгновение она представляла собой само олицетворение хаоса.
– И куда ты? – утопая в улыбке, промолвил Рилан. – Успокойся. Лиара! Не торопись. Приводи себя в порядок, я займусь сбором.
– Нет! Я должна…
– Бегом!
Чай из трав – неотъемлемая часть культуры эльфийского народа. Пока Рилан занимался выбором трав для заварки, Лиара пыталась проснуться. Весьма ожидаемо, пару лишних минут под звёздами превратились в пару часов. Мысли, собранные в кучу, пришли в привычный поток лишь после соприкосновения лица с холодной водой. Настал момент ежедневных гигиенических процедур: щёточка для зубов и травяная паста, набор традиционных украшений и капля мятного экстракта, предававшая Лиаре мягкий ненавязчивый аромат.
– А вот и я, – обозначила своё появление девушка, заплетая волосы в косу.
Следопыт ждал на балконе.
– Даже не закрыла дверь, – улыбнувшись, покачал головой Рилан. Как и всегда, в его голосе, присутствовала нотка усмешки. – Видимо виверн в наших лесах больше не водится, как и мантикор, и стрекозмей…
– Да-да. Знаю. Забыла. Опять. Что поделать. Не успела проснуться, а ты уже нудишь!
– Не меняется, – беззвучно выдохнул следопыт.
Лиара присела и вобрала пряный пар, прежде чем припасть к кружке губами. Аромат мяты и эвкалипта прекрасно дополнился медовым послевкусием и ноткой сушёной ромашки, что согрело эльфийское нутро. Конечно, напиток, что готовил отец занимал особое место в душе Лиары, но Рилан каждый раз удивлял девушку новым сочетанием трав и каждый раз попадал в самую точку её предпочтений. Не смотря на весьма суматошное утро, так вышло и на сей раз.
– У меня было видение.
– Всё, как обычно? Девочка? Древо?
– Почти. На сей раз, куда тревожнее.
– Хоть бы раз, тебе привиделись единороги и бабочки, – на лице следопыта проступила усмешка. -Думаю, стоит заглянуть к твоему наставнику. Мастер Древен, наверняка сможет дать ответы.
– Так я и сделаю. Но, чуть позже. У нас же всё в силе? – Лиара повела игривый взгляд, отыскав глаза собеседника.
Следопыт улыбнулся.
– А как думаешь, для чего я будил тебя?
2
Среди народов бытует мнение, что животные существа – порождения природы обделены разумом в отличие от старших духов и представителей смертных рас. Возможно, в том есть толика смысла, но лишь малая часть. Да, животные не носят одежды, не добывают драгоценный металл и не строят каменных крепостей. Все их заботы сводятся к единственному, текущему мгновению и ограничиваются потребностями. Однако эльфы знают иную сторону бытия, ибо проводят жизни в непосредственной близости к созданиям природы и кому, как ни эльфам знать, что в мире дикой природы важны лишь качества, имеющие практическое значение – умение выживать.
Едва ли во всём Асхане сыщется тот, кто способен понимать сущность живой природы столь же глубоко как друид. Прочная связь с флорой и фауной, преданность идеям гармонии и баланса позволяют жрецам Силанны использовать магию земли на недосягаемом для иных чародеев уровне и пусть эти ритуалы носят преимущественно исцеляющий характер, разгневанный друид способен превратиться в настоящий кошмар для любого глупца, что посмеет угрожать гармонии природы или безопасности её детей.
Благодаря особому ритуалу, именуемому «Tal’a’sini» – «Сердце и Душа» друиды способны соприкасаться с потоками живой энергии и даже вступать в ментальную связь с представителями животного мира. Ритуал не отличается простотой и помимо способностей самого жреца зависит от эмоционального состояния животного. Однако именно сей ритуал, является тем ключевым умением, что отличает друида от прочих жрецов земли и волшебников-геомантов.
Не удивительно, что именно этот аспект стал связующим звеном ремесла, позволив ему бесповоротно захватить Лиару. Ученица Древена использовала ритуал связи при каждой удобной возможности, но в рамках ограничений мастера. Сначала грызуны и птицы, позднее лоси и олени, кабаны и даже огромный бурый медведь из восточных лесов, чей взаимный интерес превратил могучего зверя в одного из самых интересных собеседников начинающей друидессы. Способности Лиары росли, как рос и её неуёмный интерес, и сложность занятий, а потому в сей день девушку ждала новая встреча – встреча с волками.
Как в старые добрые времена, Лиара и Рилан ступили на бескрайние лесные просторы. Лорот настаивал, дабы Лиара заручилась поддержкой группы следопытов, но девушка решила пренебречь наставлениями отца и подобной опекой. Не слишком часто друидессе представлялась возможность окунуться в ностальгию путешествий в компании былого наставника и ей не хотелось превращать грядущее приключение в скупой безопасный поход. Конечно, даже в процессе обучения Лиара не находилась в заключении стен Лан-Лур. Былые путешествия заменили иные, куда более неторопливые, сосредоточенные на философских беседах и неспешном изучении лесов в компании Древена. Порой, старший друид любил удивить ученицу, превращая утомительный процесс в весёлую забаву. Вместе они скакали по лужам, бегали наперегонки, взбирались на вершины деревьев и даже играли в салки с семейством кабанов. Древен указал Лиаре иную сторону искусства, не виданную ей ранее, и вёл ученицу по этому пути, своевременно подкидывая хворост новых знаний в огонёк интереса, пылающий в юном, неискушённом уме.
Солнце постепенно входило в силу, но кроны деревьев укрывали лес. Пара покинула поселение и отправилась по узкой охотничьей тропе на север. Как и ранее, они крались среди древесных стволов, отыскивая отпечатки лап, копыт и прочие следы жизнедеятельности. Повсюду царило спокойствие и тишина, перебиваемая лишь криками птиц и стуком дятла. В отличие от прошлых путешествий, где Лиара выступала в роли начинающего следопыта, мчащегося наперевес с луком, на сей раз в руках девушки находился дубовый посох – символ её связи с Силанной и духами природы, подаренный мастером в день посвящения. За минувший год гладкое древко покрылось резными рисунками, каждый из которых значил некое событие в истории Лиары, а сияющий зелёный камень на вершине посоха служил магическим катализатором.
Девушке хотелось исследовать каждую частицу уже давно изученных троп или вновь наведаться на зелёный ручеёк – обитель духов. Каждый раз, лес открывал ей всё новые и новые тайны даже в вещах, казалось бы, известных и изученных. Однако время путешествия таяло вместе с движением солнца. В последние месяцы лесные обитатели всё чаще сообщали друидам о гостях в дальних частях леса. Возможно, то были охотники или лесорубы, бандиты или того хуже – орки. В целях предосторожности совет старейшин принял меры. Теперь все эльфы, за исключением стражей рубежей должны были возвращаться в Лан-Лур засветло, дабы не подвергать опасности собственные жизни и благополучие «Иль-Вэн». Правило существовало для всех, и даже мастер Древен – старейшина клана, любивший прогулки по ночному лесу, был вынужден оставаться в поселении с приходом темноты.
Спустя пару часов пути, бесед и параллельного сбора трав, следопыт и друидесса достигли северных рубежей Лан-Лур – одинокого поста, затерявшегося среди густых крон. Малозаметные метки на коре деревьев служили тому подтверждением. Самих стражей видно не было, но и Рилан, и Лиара прекрасно понимали, что это лишь видимость и окажись на месте парочки эльфов чужаки, их головы превратились бы в потенциальную мишень для десятка метких лучников – ключевой составляющей эльфийских войск, будь то армии Ироллана или отряд защитников Лан-Лур.
Эльфы не строили деревень, не нуждались в обширных земляных наделах, а единственным важным источником ресурсов служила базальтовая каменоломня к северу от поселения. «Иль-Вэн» не приходилось прилагать большого труда, чтобы сохранить своё присутствие в тайне и даже постоянно растущее число гарнизонов позволяло лишь усилить контроль за территорией, но не оккупировать её. Вместе с числом гарнизонов, рос и сам Лан-Лур. Поселение более не испытывало нужду в припасах, базальт стал прекрасным материалом для возведения новых стен, появились склады припасов, а друиды выводили всё новые зерновые сорта, способные приносить урожай даже в условиях суровых северо-восточных земель. Вместе с тем ширились и ряды следопытов, а стены воинского зала полнились желающими познать путь клинка под началом мастера Ариса. Нет, «Иль-Вэн» не собирались вести войну, но старейшины клана не понаслышке знали, сколь жестока бывает судьба и то, что жаждущий мира – должен быть готов к войне.
Минуя гарнизон, Рилан и Лиара нашли место указанное мастером Древеном. Расщеплённое ударом молнии древо на краю оврага стало их дозорным пунктом. Древесина сохраняла былую прочность, а тянущиеся ввысь зелёные побеги превратились в прекрасную маскировку для укрытия.
– Сколько у нас времени? – чуть слышно произнесла эльфийка.
– Не больше шести часов, если хотим вернуться до захода солнца. Уверена, что это здесь?
– Да. Это определённо то место, что указал мастер. Расположимся наверху и будем ждать. Он сказал, что волки частенько заглядывают в овраг в жаркие дни. И, Рилан, помни – главное, никаких жертв.
– Даже если на нас нападут?
Лиара кивнула и сделала глоток остывшего чая. Рилан лишь пожал плечами и укрылся плащом, затерявшись среди зелёных ветвей. У животных куда более острые чувства, чем у людей и даже эльфов, но встреча с группой беглых разбойников или агрессивных лесных созданий сулила куда больше неприятностей, нежели стая волков.
Наконец, настало затишье. На лице Лиары воссияла улыбка. Лёгкое дуновение летнего ветерка заигрывало с её волосами, а сапфиры любопытных глаз жадно осматривали окружение в поисках крошечных чудес. Как и наставлял мастер, Лиара находила их повсеместно – в каждом холмике близ ручья, в каждой прожилке зелёного листа, укрывавшего её от солнца, в каждой крошечной букашке, путешествующей вдоль лабиринтов древесной коры. Прекрасный, бескрайний узор, сплетённый нитями самой природы – чудеса в каждой детали.
В отличие от своей подопечной Рилан сохранял хладнокровие и внимательность. Как-никак именно на его плечах находилась ответственность за сохранность двух эльфийских жизней, а внимательность и кругозор оставались их главной защитой. В течение нескольких часов, следопыт безмолвно осматривал окрестности в попытке уловить любые признаки опасности или стаи волков. К его счастью, в овраге царило спокойствие, сопровождаемое криками птиц, стрекотанием кузнечиков и видом одинокой лисицы, что сквозь заросли осоки прокралась к ручью. Всё это время Лиара провела в медитации. Как и прочие жрецы, друиды проводили значимую часть времени, путешествуя сознанием по Миру Духов, ибо оттуда они черпали силы для сотворения ритуалов и находили связь с духовными сущностями, что покровительствовали своим благочестивым проповедникам.
Лиара же пусть и понимала значение подобных практик и даже находила в себе силы и дисциплину на соблюдение таковых, но по-прежнему не отличалась усидчивостью и всегда предпочитала активность проведённым в спокойствии часам.
– Всё в порядке? – спустя несколько часов тишины, прозвучала первая фраза из уст Рилана.
– Да. Просто… не могу сконцентрироваться, – выдохнула Лиара и приоткрыла глаза.
– Я думал, это даётся вам куда проще. Так что тебе приснилось сегодня?
– Всё начиналось как обычно. Маленькая девочка, древо. Потом появился огонь, грохот и луна. Она окрасилась кровью.
– Кровавя луна? – Рилан взглянул на Лиару. Его тёмные брови исказила хмурь. – Ты же понимаешь, что это может значить?
Вопрос следопыта имел риторический характер, ибо, как и все эльфы клана «Иль-Вэн», а возможно и каждый житель Асхана, Лиара знала о цикле лунных затмений. Старшие эльфы «Иль-Вэн» могли многое поведать о приходе кровавой луны, пусть сам цикл и начался задолго до их рождения, во времена, когда по землям Асхана ступала нога Сар-Илама – таинственного пророка, что возвысился среди смертных, став Седьмым Драконом на пантеоне богов.
Поверженный во время Войн Созидания и заключённым в ядре Асхана, Урга́ш – первородный дракон хаоса, родной брат Асхи, пылал ненавистью к собственной сестре и всем её порождениям, параллельно с тем множа легионы бездушных существ, олицетворявших хаотичную природу своего создателя. Демоны вырвались из темницы в начале письменной хроники, ознаменовав начало Огненных Войн. Народы оказались на грани полного уничтожения, пала бо́льшая часть ангелов – детей света и лишь жертва Седьмого Дракона сумела уберечь Асхан от полного уничтожения. Отказавшись от будущих перерождений, Сар-Илам сплёл из собственной души магическую темницу – Шио, с помощью которой и запечатал демонов в недрах Асхана, бок о бок с их создателем. Однако, заклинание Седьмого Дракона оказалось несовершенно и во времена лунных затмений, когда тень Асхана полностью затмевала луну – символ Асхи, магическая темница давала брешь.
Каждое полное затмение луны, каждая ночь когда бледный диск затмевала кровавая тень меняла лик Асхана, становясь очередным поворотным моментом в богатой истории сего обширного мира. Первое затмение случилось спустя три века после Огненных Войн в 330 году, вновь поставив Асхан на грань уничтожения. Второе затмение 564 года ставшее одной из главных причин разделения эльфийских народов и исхода клана «Иль-Вэн». Так же история знает и третье кратковременное затмение 717 года, минувшее сто тридцать лет назад, уже после основания Лан-Лур, но не затронувшее его существование.
– За свою жизнь, мне довелось дважды увидеть кровавую луну, – тихо промолвил Рилан. – Впервые, триста лет назад. Демоны появились в лесах и жгли наши поселения. В одном из таких поселений находилась моя семья. Все они погибли. Если бы не твой отец, сир Лорот, не было бы и меня.
– Рилан, – девушка мягко прикоснулась к руке следопыта в знак соболезнования. – Прости… я не знала.
– Всё уже в прошлом, – кивнул эльф, но жестом отблагодарил Лиару за поддержку. – В те годы наш народ уже заключил договор с драконом тьмы и её потомками. Безликие вместе с нашими воинами дали демонам отпор, благо силы захватчика не отличались числом. Но даже эти скопления нанесли нашему дому не меньше вреда, чем вся имперская армия в годы войны и даже пожар, что оставил после себя их проклятый император. Демоны есть бездушное воплощение своего создателя, они – противники естественного порядка вещей. Им нет места в круге жизни и в нашем мире.
Воспоминания о давно минувших годах вспыхнули в сознании эльфа. Образы пылающих деревень, кричащих в агонии собратьев, силуэты огромных наполненных хаосом существ и звуки собственных шагов, что уводили мальчишку прочь, подальше от безумия и огня. Невольно, ладонь следопыта превратилась в кулак, а зелёные глаза сверкнули искрами гнева. Рилан затих, выискивая подходящие слова среди потока бушующих мыслей, но ощутил лишь то, как ладони Лиары бережно сжали его кулак.
– Мы со всем справимся, – чуть слышно прошептала эльфийка. – Пока жива вера в Силанну и Асху, мы всё преодолеем… Пока ты рядом, я ничего не боюсь.
Рилан молчал. Воспоминания стихли, как стих и страх, что всего мгновение назад тянул когти к эльфийскому сердцу. Да, Рилану действительно довелось пережить многое, но то было давно, и более он не являлся тем испуганным мальчишкой, что прятался от демонов три века назад. Теперь, он был воином, защитником клана и, конечно же, защитником для девушки, которую некогда нянчил на руках и что ныне, сама держала его за руку.
– С каждой нашей встречей, ты потрясаешь меня всё больше и больше, дочь Лорота. Ты и впрямь повзрослела за эти годы, – на лице следопыта расцвела улыбка. Та самая улыбка, по которой так сильно тосковала Лиара. – Я не знаю чего нам ждать от будущего, но если затмение грядёт и враг явится в наш дом, то знай – я буду защищать тебя, покуда бьётся моё сердце. Клянусь.
Взгляд Рилана коснулся её глаз. Как и всегда, они сверкали огнём самых ярких сапфиров. Лиара наблюдала Рилана в новом, невиданном ранее свете – не как друга, наставника или защитника, а как нечто большее. Стук сердца усилился. Чувство схожее со страхом, но совершенно иное, доселе неизвестное юной друидессе. Лиара ощутила, как её ладони тонут в хватке его рук. С каждой секундой их взгляды становились всё ближе. Это мимолётное мгновение… казалось, оно длится вечность.
На лице следопыта вновь расцвела улыбка, но на сей раз иная, выражавшая скорее сожаление, нежели радость. Он спрятал взгляд, и в последний раз крепко сжав ладони Лиары, отстранился. В это мгновение Рилан едва не переступил грань, что некогда была начертана. Среди старых добрых друзей повисло затянувшееся молчание. Птицы щебетали, журчал ручей, ветер играл привычную песню, солнце проплывало по безмятежному летнему небу привычный маршрут, плавно склоняясь в сторону запада.
– Лиара, смотри! – вдруг, воскликнул Рилан.
Девушка повела взгляд и увидела волка, потом ещё одного, ещё и ещё. Целое семейство волков, разных размеров и окраски, в компании маленьких волчат, тянущих друг друга за уши. Всё ближе и ближе. Стая неспешно спускалась к ручью. Во главе стаи – большой чёрный лютоволк, заметно выделявшийся на фоне собратьев.
– Что теперь? Тебе нужен прямой контакт?
– Да. Это важно. Мы должны находиться в равных условиях.
– Это волки, Лиара. Будь осторожнее и не показывай страха. Особенно с чёрным.
Лиара кивнула и прыгнула вниз, намеренно привлекая к себе внимание. Животные отреагировали мгновенно. Волчата спрятались за родителей, а взрослые особи навострили взгляды в направлении незваной гостьи. Расстояние в пятьдесят шагов постепенно сокращалось. С дерева донёсся едва различимый треск натянутой тетивы. Лиара сконцентрировалась, её уста пропели заклинание, а ладонь озарилась тусклым зелёным сиянием. Лютоволк неторопливо двинулся навстречу. Лиара не чувствовала агрессии, исходящей от зверя, но видела сверкающие огни его жёлтых глаз и этот пронизывающий взгляд хищника. Он был почти вдвое больше самого крупного серого волка и реши зверь напасть, Лиаре пришлось бы надеться только на удачу и милость богов. На мгновение девушка ощутила страх, но собрала волю в кулак. Зверь тем временем приблизился вплотную, а «Tal’a’Sini» постепенно сплетал их разум воедино.
«Ты хорошо пахнешь, – раздался женский голос в голове Лиары. – Кто ты?»
«Приветствую тебя, свободный дух, – отозвался эльфийский голос в голове зверя. – Мы пришли с миром. Моё имя Лиара. Я друид из клана «Иль-Вэн»
Губы девушки не шевелились, а зелёное сияние глаз и руки то тускнело, то вновь набирало яркость. Именно так и происходил ритуал «Tal’a’sini» – общение на уровне сознания.
«Мы? – насторожилась волчица. – Второй, там? Наверху»
Огромные клыки, каждый длиной в большой палец, обнажились в оскале – тетива лука издала лёгкий треск.
– Рилан! – командным тоном воскликнула Лиара. – Всё в порядке. Оставь.
Скрипя зубами, но следопыт опустил оружие.
«Кто он, Лиара из клана «Иль-Вэн»? – вновь раздался уже более спокойный голос в голове друидессы. – Твой самец?»
«Рилан… мой друг и защитник»
Волчица взглянула в глаза эльфийки. Взгляд её был столь сильный и пронзительный, что Лиаре невольно захотелось отступить и спрятать лицо.
«Друг и защитник? Зачем Лиаре нужен защитник? Лиара слаба? Зачем Лиара пришла к нам, если слаба? Лиара… боится?»
«Нет. Мне нечего страшиться, о гордый лесной дух»
«Лиара, правда, так думает? Если я захочу, ты и твой друг станете добычей. Ты пришла сюда, чтобы стать добычей?»
«Нет. Мой мастер… я должна была найти волков и…»
«Ты нашла волков, – продолжила наседать волчица. – Что дальше?»
Сердце девушки вздрогнуло, как дрогнула и связь. Ощутив слабину, волчица показала короткий оскал. Вид огромных клыков заставил кровь Лиары стынуть в жилах. Окружающие волки пришли в движение. Девушке захотелось бежать. Но куда? Общение с волками, даже с одной особью не было похоже на то, что Лиара испытывала ранее. Все прочие контакты с животными шли по простому сценарию. Создания природы искренне удивлялись, когда существо совершенно иное и, казалось бы, чуждое, вдруг начинало общаться с ними на одном языке. Животные тянулись к Лиаре, чувствуя её ауру и любопытство. Их фразы были просты, мысли упорядоченны, а главным фундаментом общения служило обоюдное любопытство и интерес. Однако сейчас всё было иначе. Казалось, даже в разговоре огромный чёрный волк пытается охотиться на Лиару. Каждая фраза девушки постепенно загоняла её в тупик, а каждая секунда лишь обостряла ситуацию. В голове прозвучало воспоминание отцовских слов и встревоженный взгляд Рилана. Концентрация пошатнулась. Всего один шаг отделял девушку от провала и сейчас, от ответа на вопрос, заданный зверем, будет зависеть её судьба.
«Я – друид, страж природы, – раздался уверенный, насколько это возможно, голос в сознании волка. – Я пришла к вам потому, что того требует мой долг. Я должна защищать царство Силанны. Но прежде, я должна научиться понимать созданий этого царства»
Жёлтые глаза сверкнули в солнечных лучах, в голове Лиары раздалась злая усмешка.
«Ты слишком слаба Лиара из клана «Иль-Вэн», чтобы понять волка. Откуда уверенность, что ты достойна этого? Разве ты – охотник? Как ты можешь защитить что-то, если не способна защитить сама себя?»
Секундная задержка, далёкий образ кинжала, пронзившего сердце оленя.
«Я бывала в шкуре охотника. Мне довелось отнимать жизнь и теперь, как и охотник, я понимаю её цену. Ты можешь усомниться в моей силе, лесной дух, но ты не смеешь усмехаться надо мной!»
И вот затишье. Уже по окончанию ментальной фразы Лиара поняла, что её собственное лицо искривилось в оскале. Если бы не приказ отложить лук в сторону – в этот момент стрела Рилана без сомнений отправилась бы в полёт. Лиара стиснула зубы. Всё тело девушки, все её чувства говорили «беги!». Но Лиара не отступила. Огни её глаз вспыхнули искрами, а сияние ладони достигло пика яркости.