Текст книги "Больше не люблю тебя, жена (СИ)"

Автор книги: Вера Шторм

Соавторы: Лена Голд
сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 17 страниц)

Глава 32

Пока врач водит датчиком по животу, я не могу оторвать взгляд от монитора, где пытаюсь разглядеть хоть что-то. Какая-то точка вынуждает меня затаить дыхание и прислушаться к врачу.

– Вот он… Совсем крошечный. Восьмая неделя.

Оля сжимает мою руку, что-то шепчет. С мамой я не пришла. Не смогла бы удержать эмоции под контролем, расплачься она передо мной. С подругой гораздо легче, да.

Не все мечты сбываются, увы. Когда-то фантазировала, как буду лежать на этой кушетке, а Миша, сидя рядом, будет поддерживать и радоваться вместе со мной. Обнимать, прижимать к себе. А я буду заглядывать в его светящиеся от счастья глаза и благодарить бога за то, что наконец-то стану мамой. Что мы станем полноценной семьей.

Увы, жизнь полна сюрпризов. Сегодня я без Михаила. Наверное, он развлекается со своей любовницей. Она рассказывает ему про меня какую-то ересь, а он верит. Наверное, говорит о том, какой роман закручивается у нас с Денисом. К слову, он не отлипает от меня уже пару дней. Постоянно пялится и в такие моменты часто разговаривает по телефону. Странно, конечно, но мне плевать. Я решила вести себя спокойно. Скоро все закончится. Обязательно закончится.

– А пол еще рано, да? – интересуется Оля.

– Рано, – с улыбкой подтверждает женщина в белом халате. – И с анализами все хорошо. Нет причины волноваться, Александра.

– Спасибо.

Я не знаю, как сдерживаю слезы. К горлу подкатывает ком обиды, а руки невольно начинают дрожать. Такой долгожданный день, такое заветное желание… Такая давняя мечта… А его нет рядом.

Предатель. Мой любимый предатель, которого я никогда не прощу.

В торговый центр могу поехать только через два дня. Мне необходима новая одежда, потому что вопреки беременности я явно похудела. А я люблю, когда юбка сидит идеально. А не как мешок, который натянули на палочку.

Я скинула минимум пять килограммов, и это всего-то за пару недель. Не знаю, что будет дальше.

Сегодня погода пасмурная и почему-то болит голова. С самого утра чувствую себя неважно, но все же решилась приехать в торговый центр. Честно говоря, больше всего хочется прогуляться по отделу детской одежды и хоть что-то купить. Я так давно об этом мечтаю. Не смогла отказать себе в таком удовольствии.

Оторваться от крошечных нарядов для девочек просто нереально. Я не знаю, будет у меня дочь или сын, но я уже влюбилась в эти платья. Так и хочется сгрести их в охапку и уйти отсюда с многочисленными пакетами. Держу себя в руках. Если родится сын, то куда девать девичью одежду?

Купив белый боди и красивый костюмчик жёлтого цвета, поднимаюсь на верхний этаж. Для себя беру две юбки-карандаш, спортивный костюм и голубую блузку. А ещё кроссовки, потому что туфли стали слишком неудобными. Мне хочется простоты и лёгкости.

Все прокручиваю в голове предложение Романа. На самом деле это то, о чем я думала много раз. Хотела ведь уехать как можно дальше. А деревня, о которой он говорил, находится в сотне километров отсюда. Да, там я смогу затеряться. Добиться того, чтобы никто меня не нашел и не лез ко мне. Но с другой стороны… Что-то удерживает меня от этого порыва.

Однако я категорична. Несмотря на противоречивые мысли, написала вчера заявление на увольнение, но сегодня почему-то не зашла к директору. Завтра, наверное… Завтра обязательно уволюсь и уйду из школы, где работаю несколько лет. Куда вкладывалась всей душой. Оставлю своих учеников. Как бы мне ни хотелось остаться, я вынуждена сделать это. Для себя. Для собственного ребенка, о котором должна думать больше всего.

Сажусь в самый дальний угол в ресторане того самого торгового центра. Заказываю пиццу и сок, жду, когда принесут.

– Добрый день, – слышу женский голос над головой.

Поднимаю глаза и вижу блондинку. В свободных джинсах и такой же объемной белой футболке. Темные очки на глазах и… кепка. На рэпера похожа.

– Добрый.

– Я… могу составить вам компанию? – тихо спрашивает она. А потом едва заметно улыбается и чуточку опускает очки, показывая мне свои то ли зелёные, то ли синие глаза. И почему-то кажется очень знакомой…

– Ну… присаживайтесь, – пожимаю плечами.

Не теряя ни минуты, она садится напротив и кладет телефон и брелок от автомобиля на стол.

– Не узнала, – не спрашивает, скорее утверждает эта красивая девушка. Очки по-прежнему не снимает.

– А должна была? Я кроме ваших губ и носа ничего не вижу. Ну и стройное тело, которое вы прячете под одеждой, которая совершенно вам не соответствует.

– Я в гриме, – говорит она с нервным смешком. – Мария – жена Виктора. Друга вашего мужа.

– Бывшего мужа, – машинально поправляю я и, шумно сглотнув, отворачиваюсь.

– На бумаге, может, и бывший, но тут, – она тычет указательным пальцем себе в грудь, – он первый и единственный. Ладно, не об этом разговаривать пришла, а сказать важную вещь.

– Тебя он отправил, да?

– Нет. Нет, конечно. – Мария нервным движением поправляет кепку. У нее что, рука дрожит? – Сашуль, ты только не поворачивайся, ладно? Сразу поймут, что я не просто так к тебе села. – Она берет телефон и подносит к уху. Но говорит со мной. – За тобой следят. За мной, возможно, тоже. У парней давно есть враги. Сначала они играли против нас. Чего только не делали, чтобы мы разошлись! В итоге добились своего. А сейчас… Сейчас то же самое делают с вами.

Я наслышана об истории Виктора и Маши. Он долго искал ее после того, как она уехала из этого города. Тогда я думала: как любящая женщина может оставить своего мужчину? А вот сейчас, оказавшись в такой непростой ситуации, начинаю ее понимать.

– Он тебе тогда изменял? Виктор.

– Нет.

– Ну вот, – шепчу, тоже взяв в руки телефон. – По сути, вы тогда и женаты не были… А вот Михаил, будучи в браке… ушел к другой. При этом в лицо мне сказал, что у него есть любовница.

Несмотря на очки, которые скрывают глаза девушки, я замечаю, как ее брови приподнимаются, а рот приоткрывается. Она удивлена.

Официант приносит мой заказ, Маша просит кофе.

– Я буквально вчера с ним разговаривала, Саша. Он через твою коллегу просил тебе передать, что выйдет с тобой на связь. Точнее, он ей позвонил, чтобы с тобой поговорить, но…

– Таня? – перебиваю, догадавшись. – Она несколько дней на больничном. В школу не приходит, ее другая коллега заменяет. И почему, извините, я должна с чьего-то телефона с ним говорить? – нервно усмехаюсь. – Нет, не так. Почему я вообще должна с ним разговаривать после всех его слов? После того, как увидела его с любовницей? Она даже на похороны его отца пришла. – Голос у меня на удивление спокойный и ровный. – И после всего, Маша, ты хочешь сказать, что между ними ничего нет? У нас нет общих тем для разговора. О чем он хочет поговорить?

– Насчет любовницы я ничего не знаю. Не стану врать. Просто скажу, что видела и что думаю. – Маша убирает телефон от уха и, глядя на экран, говорит: – Он страдает. Ситуация ужасная. Ни шагу в сторону сделать не может, потому что боится. И боится не за себя, а за тебя. Поверь мне… Виктор с Антоном постоянно рядом, пытаются как-то покончить с этим дерьмом вместе с Мишей, но все получается с точностью до наоборот. Даже я и мои дети без охраны из дома не выходим, настолько все серьезно. Телефон Михаила прослушивается. В офисе нашли несколько жучков… В его отцовском доме – тоже. Боюсь подумать о том, что творится в вашем.

– В его, – снова поправляю. Это от нервов. Я не должна цепляться за бессмысленные слова, но это происходит невольно.

– Он элементарно не может выйти с тобой на связь, – игнорирует Маша мой выпад. – И на твой телефон тоже позвонить не может. Знаешь, пусть у нас с Виктором тогда все было нелегко… Ведь он мне много гадостей наговорил. Именно по этой причине я от него сбежала, скрыв свою беременность… Но все же считаю, что по сравнению с вашей наша ситуация – цветочки. И да, Саша… Он не сомневается, что ребенок под твоим сердцем – от него.

Я будто удар под дых получаю. Задыхаться начинаю.

Официант приносит заказ Маши, ставит на стол. Девушка смотрит ему вслед, ждет, когда он исчезнет из поля зрения, и крутит в руке кружку с напитком, будто ищет в ней подвох. А я не могу дотронуться до пиццы, которую заказала. Аппетит пропал полностью.

– Нет, – качаю головой. – Он мне в лицо сказал все, что на самом деле думает.

– Просто за вами следили, – выдыхает девушка. Ее голос срывается, по щеке ползет одна-единственная слезинка. – Саша, я вижу, что ты для себя что-то решила. Пожалуйста… Умоляю, не повторяй моих ошибок. Поверь мне… – Она тяжело сглатывает. – Очень больно отвечать на вопрос ребенка, где же папа…

Шмыгнув носом, Маша прячет телефон и брелок от автомобиля в карман джинсов. Сделав пару глотков в полной тишине, встает и, бросив на стол деньги, вздыхает.

– Береги себя и малыша. И доверься Михаилу, пожалуйста. Да, сейчас вам необходимо держаться как можно дальше друг от друга, чтобы ты не пострадала. Но это временные сложности. Не сомневайся в Мише, пожалуйста. Он, может, и совершил ошибку, но быстро ее понял. И жалеет. Всего хорошего, Саша.

Я смотрю ей в спину. А потом, сложив руки на столе, пялюсь на свой заказ. Кусок в горло не лезет. Но если за мной действительно следят, надо хотя бы десять минут тут просидеть и только потом ехать домой.

Если Маша думает, что после ее рассказа я смогу спокойно жить дальше, то она сильно ошибается. Напротив: мне хочется сбежать как можно дальше, дабы не потерять своего ребенка. Если все настолько плохо, где гарантия, что мне не навредят? А если мне навредят… То и малыш вряд ли останется в живых.

Оплатив свой заказ, через полчаса выхожу из торгового центра. Вызываю такси и еду домой.

Оля приезжает ближе к вечеру.

– Мне машину продать надо, – говорю, сидя с ней за одним столом.

О предложении Романа я ей ничего не рассказывала. И его просила молчать, не ляпнуть ничего лишнего даже рядом с Олей. Несмотря на то, что ей я верю безусловно, никто не должен знать, куда я уехала. Иначе информация распространится.

– Ты серьезно решила покинуть город?

– Да.

– Куда именно поедешь?

– Не знаю… Квартиру тоже продам.

– Блин! Ну, с квартирой окей, у меня есть знакомый, который такими делами занимается. Не если прямо срочно, вряд ли кто-то даст хорошую сумму. Но я поговорю с ним. Насчет машины… Я ее себе заберу. Давно хотела себе тачку купить, но все не решалась. А твоя мне нравится.

– Спасибо, Оль… За все. Поддержку, любовь, веру в меня. Я тебя тоже очень сильно люблю!

Она не оставляет меня до глубокой ночи. Я рассказываю все, что произошло в ТЦ, но то же время говорю, почему именно не могу тут остаться. Оля задумывается, но в итоге меня поддерживает. Понимает, почему я не меняю решение, несмотря на рассказ Маши.

Когда подруга уходит, я ищу номер Ромы, который взяла буквально вчера, и печатаю сообщение:

«Когда маму выписывают? И когда вы планируете уехать?»

«На следующей неделе. Ты с нами?»

«Да».

«Я будто предложение руки и сердца сделал и получил долгожданный ответ. Положительный».

Его слова вызывают улыбку. Но я не отвечаю. Кладу телефон на грудь и прикрываю глаза. А потом получаю еще одно сообщение.

«Спокойной ночи, Саша. Завтра все обсудим. Может, получится ускорить процесс».

Глава 33

Михаил

– Мы договорились сегодня поехать ко мне, – сообщает Таня. – Я вышлю адрес. Если сможешь приехать – отлично. Считаю, что вам хотя бы один раз нужно сесть и спокойно поговорить. Знаю, Сашка меня не простит, но я во благо… Надеюсь, поймет.

– Высылай. Приеду, – говорю в трубку. – Когда выедете, обязательно отправь сообщение, не хочу упустить шанс.

Просто боюсь, что больше его у меня не будет.

– Договорились. И ещё… Михаил, пожалуйста, очень прошу… Если есть возможность, убери отсюда этого Дениса. Он все нервы Саше истрепал.

Сука. Я бы с удовольствием, но слишком большие шишки за ним стоят. Но я нашел, за что уцепиться. Скоро его преступление всплывет на поверхность. Не зря же он рванул сюда из другого города, согласившись на предложение Мезенцева. Говорит, хотел с его помощью выкарабкаться из дерьма, но в итоге вляпался еще круче. У меня будет возможность отправить его за решетку. Очень скоро.

– Послушай… Приезжала ли в школу какая-нибудь женщина, чтобы поговорить с Сашей? Я не про родителей ее учеников, если что…

– Да я поняла, о ком ты. Да, приходила. И как раз с тем дебилом… Денисом разговаривала. Сашка долго за ними наблюдала, а потом…

– То есть с самой Сашей она не общалась?

– Нет.

– Уверена?

– На все сто. – Таня вздыхает. – Все, мне пора, Михаил. Надеюсь, у тебя получится убедить Сашу. Она очень расстроена и разочарована в тебе…

Да я сам себя ненавижу!

До сих пор не могу понять, что на меня нашло… Какого хера я вообще набросился на нее, когда увидел дома эту малышню? Учить детей – привычное для Саши дело. Помогать тем, у кого нет возможности пойти в школу или к репетитору. Но я тогда был зол… То ли на то, что собственных детей у нас нет, то ле… Может, прав Виктор? У него близнецы, а у меня за пять лет ничего не получилось. Только зол-то я был, получается, не только на Сашу, но и на самого себя. Что такой лох, раз не могу ничего добиться, несмотря на все мои бабки. Не в деньгах счастье… Что с ними, что без… Ты ничтожество, если рядом нет человека, с которым ты счастлив.

Сашку я потерял сам. Пусть на миг захотелось представить на ее месте кого-то другого… но в последний момент я очухался. Понял, что хочу совершенно не этого. Не другую бабу. Но слово не воробей. И те мои грязные слова уничтожили в жене веру в меня и ее чувства. Во все, что было между нами на протяжении стольких лет. Да, уверен, что она меня не разлюбила, но как перешагнуть через поселившиеся в ее сердце холод и разочарование? А на похоронах отца она вообще смотрела на меня взглядом, полным ненависти.

А потом те слова насчёт беременности… Как же х*ево жить в одном городе, знать, что под сердцем любимой женщины растет твой ребенок, но не иметь возможность быть с ними рядом.

Адрес Татьяна отправляет сразу же. И я терпеливо жду, когда она сообщит, что можно выезжать. Возвращаюсь в кабинет. Знаю, что прослушки уже нет, но осторожность не помешает. Сейчас для меня главное – Сашку уберечь. Если она уедет… Ей могут навредить. Надо поговорить с ней и убедить, что побег – совсем не выход.

Спустя двадцать минут получаю очередное сообщение:

«Она написала заявление на увольнение. Совершенно неожиданно. Мне кажется, она решилась устроиться на работу как можно дальше от этого урода!»

Урод – это явно Денис, которого я урою. Очень скоро либо закопаю его заживо либо шею сверну. Руки так и чешутся…

Будь проклят этот бизнес. Клянусь, когда все закончится, возьму Сашку в охапку и улечу отсюда как можно дальше. И плевать я хотел на бизнес. Дарину пусть муж отсюда увозит вместе с детьми. Хотя к ним вряд ли кто полезет. Просто потому что прекрасно знают: мы с сестрой абсолютно чужие друг другу люди. Как и с матерью. Я ее люблю, да, но вижу крайне редко. Возможно, тоже отправлю ее в какое-нибудь безопасное место. Но точно не сейчас. Пока рыпаться нельзя. Иначе решат, что я запаниковал, и начнут бить везде, где могут.

Посмотрев на наручные часы, матерюсь. Таня все еще молчит. Они передумали ехать к ней? Или что? Неспокойно на душе.

Забрав телефон и брелок от авто, выхожу из офиса, прекрасно зная, что ни на какое совещание меня не хватит. Пусть ребята разгребают. Мне плевать на все. Достаточно. В голове и без того полный хаос. Столько мыслей… Столько всего хочется сделать. Но я бессилен перед ситуацией. И от этого ощущаю себя полным ничтожеством.

Дебил.

Не могу заступиться за жену и еще неродившегося ребенка. Как я их в будущем буду оберегать и защищать?

Дважды дебил.

– Миша! – слышу женский голос, но не оборачиваюсь. Спускаюсь на подземную парковку. – Миша! Михаил!

Не перестает орать. Резко остановившись у лифта, поворачиваюсь. Альбина. Стоит, тварь, передо мной и смотрит заплаканными глазами. Серьезно? Эта сука ещё и плакать умеет?

– Чего тебе?

– Это ты, да? Ты сделал так, чтобы нас с отцом из больницы выкинули? Кроме тебя никто не осмелился бы!

Да, кроме меня никто не осмелился бы. Хоть в этом она права. Да и мне пришлось отсыпать немало бабла, чтобы поставить эту дрянь на место. А ещё кое-какой вопрос решить пришлось, только после этого я получил согласие. Буквально вчера Алю и ее отца выперли из больницы. У мужика и без того много косяков было, чихал он на репутацию больницы. А вот Альбина… Жаль, что просчиталась, когда результаты анализов меняла.

– Головой думать надо было, когда меня сдавала. Когда анализы подделывала. Думала, сойдёт с рук? – цежу сквозь зубы. – Нет, дура, это так не работает.

– Ничего я тебя не сдавала, я по-прежнему на твоей стороне!

– Да-да, ага, верю, – щиплю, едва сдерживая гнев. Вот-вот сверну ее тонкую шею и не пожалею. Сучка. – Да мне похер, Альбина. Вали на хрен и больше не появляйся на моем пути. Иначе я за себя не ручаюсь.

– Зачем ты так сделал? Где я теперь работать буду?

– Не знаю. Попроси Мезенцева помочь, – бросаю ехидно. – Он с удовольствием вернёт тебя на работу. Ну и… отсоси ему хорошенькое. Он это дело любит.

Альбина широко распахивает глаза. Что, ещё не дала ему? Да ладно. Не поверю.

– Ты за кого меня принимаешь?

– За шлюху. За продажную бабу.

– Я не продажная! Хватит меня унижать, Миша! Чего я только для тебя не делала, а ты?

– Что ты для меня делала, Аля? Распускала сплетни? Слушай, вали на хрен? Не хочу тратить на тебя время. И перестань за мной бегать!

– Да подожди! – Она цепляется за мой локоть, а потом оглядывается. – Мне есть что тебе сказать! Клянусь, это очень важно!

Она трясется. Видно, что боится. И что сдать хочет кого-то с потрохами, лишь бы… Лишь бы что? На работу вернул? Без понятия… Я бы ее выслушал, но точно не сейчас.

– Насчёт чего?

– Насчет Мезенцева и его отца. А еще – Дениса. – Она понижает голос. – Клянусь, для тебя это очень важно. Я их разговор подслушала сегодня. Не хочу я… Не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.

– Какая честь!

Телефон в кармане оживает. Достав, вижу на экране номер Тани. Выехали. Значит, мне тоже пора.

– Миша!

– Я тебе позвоню.

– Мне страшно! – Альбина вдруг начинает плакать.

– Раньше головой думать надо было, когда связывалась с ними.

– Пожалуйста, помоги мне отсюда уехать!

– Тебя насильно тут держат?

– Н-нет, но они… Не отпустят меня! У них планы…

Не успевает она отреагировать, как две машины проезжают мимо, визжа шинами. Альбина вскрикивает, прячется за меня, а я успеваю увидеть торчащие из авто головы.

В руках держали пистолет, демонстрировали оружие.

– Езжай домой. Я перезвоню, – повторяю, повернувшись к ней. Альбина трясется. Глаза дикие, испуганные.

– Я… боюсь.

– Такси вызови и вали.

Дрожащими руками она достает из сумки телефон и заходит в приложение. Не дожидаясь приезда такси, ухожу.

– Миш, ты точно позвонишь? – прилетает в спину.

– Посмотрим.

Похрен на нее. Пусть хоть прикончат. Заслужила. Но инфа действительно может быть важной.

Еду к Татьяне, чувствуя за собой хвост. Ежеминутно смотрю в зеркало заднего вида. Те самые две тачки не отстают, несмотря на то, что я еду с бешеной скоростью. Благо дороги пустые.

Минут тридцать приходится гнаться. Залетаю в переулок, и тут же слышу знакомый грохот. Стреляют, бля…

Не понимаю, какого черта! Посреди белого дня!

– Виктор, – говорю в трубку, набрав номер друга. – Диктую номер машины. За мной хвост плюс покушение.

Секунд двадцать на объяснения, потом выруливаю направо. Сразу же матерюсь, увидев играющих во дворе старого дома детей.

– Су-у-ука! – ору, пытаясь найти выход отсюда.

Направо, через двести метров налево, наконец опять трасса. Жму газ до пола. И наконец потеряв из вида тех ублюдков, немного расслабляюсь. В висках долбит от напряжения. Спину и шею сводит.

– Миш?

– Да. Все, нет их…

– Номер липовый, – сообщает друг.

– Неудивительно, – хмыкаю.

Почти доезжаю до адреса, который мне скинула Таня.

– С тобой все нормально?

– Да. Но это было покушение, Вить. Я не знаю, чего еще от них можно ожидать. Своих надо дома запереть, а двор окружить охраной. Иного выхода не вижу.

– Это тоже не выход. Мезенцев на что угодно способен. Плюс Самсонов, бля, нарисовался… – рычит друг. – Ты где вообще?

– С Сашей еду поговорить. Жизненно необходимо.

– Слушай, брат. Мне кажется, она уехать отсюда хочет.

– Без сомнений.

Виктор затихает.

– Ты что-то знаешь?

– Уволилась сегодня.

– Мля-я-я…

– Все, брат, созвонимся. – Я паркуюсь под огромный деревом и выхожу из машины, отключив звонок друга.

Нажимаю на нужную кнопку домофона. Дверь открывается спустя считаные секунды. Поднимаюсь на восьмой этаж, нажимаю на дверной звонок. Таня открывает сразу.

– Привет, – неуверенно улыбается она.

– Тут?

– Угу…

Захожу, сбрасываю обувь. Иду туда, куда указывает девушка. Саша стоит у окна, смотрит во двор. Почувствовав мое присутствие, поворачивает голову. Вздернув брови, резко разворачивается.

– Что ты здесь делаешь? – спрашивает меня, но смотрит мне за спину. Явно на свою подругу. – Таня, как ты могла?

– Вам поговорить надо, я не могу смотреть, как ты страдаешь. Прости, Саш, но я хочу как лучше!

– Как лучше? Да откуда ты можешь знать, как для меня лучше? – злится Саша.

– Прекрати, – прошу я. – Она вообще ни при чем. Я уже несколько дней на нее давлю. Поговорить надо, Саш. Очень важно.

Сам не узнаю свой голос. Он превратился в хрип.

Стоит передо мной моя девочка. Моя женщина. Любимая такая, родная. И в то же время уже совсем чужая.

– Нам не о чем разговаривать, Загорский!

– Ты ошибаешься, – отрезаю. – Как мой малыш?