Текст книги "Хроники Древмира: Падение магов (СИ)"
Автор книги: Вера Горова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 20 страниц)
За неделю до смерти Архимаг вызвал Мирздрава в свой кабинет и поручил особое задание.
«Вот же манипулятор! Уже второй знакомый мне древмирец получил «особое задание от Архимага» – восхитилась Даша.
Молодому Старейшине было приказано через неделю засесть в семейной тайной лаборатории и ждать знака, значение которого он поймёт позже, потому что скоро произойдёт одно очень громкое событие, которое лучше переждать вдали от людей. Скоро стало понятно, на что Архимаг намекал: его здоровье начало стремительно ухудшаться, и Мирздрав понял важность своего задания. Дело в том, что в выборах преемника должны участвовать все Старейшины – давняя традиция и бюрократическая проволочка.
Мирздрав поставил на кон свою карьеру политика и скрылся перед оглашением завещания. Это его и спасло. После того заседания о Совете никто не слышал, а по Магнии распространилась болезнь, которой подвергались исключительно маги. В считанные дни страну с лёгкостью захватили вторгшиеся орки-изгнанники. Они увели остальных жителей вглубь страны и предались разграблению.
– … и откуда столько изгнанников набралось? У меня создаётся впечатление, что орки отправляют в изгнание каждого второго!
Грустный рассказ закончился, так как рассказчик запарился. Буквально, ведь Мир так и не снял верхнюю одежду, поэтому под конец обливался потом. Мужчина с облегчением снял куртку и было потянулся к штанам, но вовремя спохватился и невозмутимо уставился на заскучавшую девочку в ожидании её реакции.
– Хм, да, дела-а-а. Нужен мозговой штурм! – подытожила Даша и сцепила пальцы рук на животе. Был один момент, который не давал ей покоя, и сейчас наконец-то представилась возможность обратить на него внимание: – Но сначала определимся, как мне вас называть.
– Старейшина Мирздрав, – после продолжительной паузы, недовольно отозвался мужчина. Дашину проблему он счёл глупой и надуманной, в то время, как девочке она казался жизненно важной – ей не доводилось общаться с элитой.
– А «Старейшина Мир» сойдёт? Вы же разрешали сокращать…
– Да. Так каковы твои идеи? У Избранной будут предложения?
Вот она, обратная сторона популярности: после стресса со страхоедом и последовавшим за ним допросом, от неё уже ждут гениальных идей.
– Для начала без паник и истерик – этим делу не поможешь! – Мирздрав и без этих слов выглядел спокойным. – Нам следует разобраться, кто за этим стоит!
Главный злодей нашёлся до обидного быстро. Руководил изгнанниками никому ранее не известный маг Гадикус, который до этого исследовал горные породы. Распространение загадочной болезни Мирздрав тоже приписал ему, потому что, во-первых, Гадикус объявил себя новым архимагом и, во-вторых, на него она не подействовала. С такими железными аргументами было трудно поспорить.
Чтобы хоть как-то оправдать свой статус «избранной», Даша подняла вопрос мотивов злодея, но и тут помощь человека, видевшего сто и один сюжетный поворот не понадобилась. Болезнь отнимала у магов волю, делая их безвольными марионетками. Банальное устранение конкурентов. В этой истории оставалось только три тёмных пятна: как Гадикус ухитрился купить армию наёмников, как распространил болезнь и что собирался делать с жителями Магнии.
По мнению Даши, человека с таким говорящим именем нужно было сразу сажать в тюрьму, не дожидаясь подлостей Пока она лихорадочно соображала, что сказать, Мирздрав внезапно вскочил и быстрым шагом направился вглубь жилища. Учёные, что с них взять, при первой же гениальной идее, они забывают об окружающих.
После пары минут шума и грохота, он притащил элегантный столик и водрузил на него прозрачный шар размером с кулак. «Типичный шар гадалки, – без труда опознала вещицу Даша. – Он бы ещё на кофейной гуще начал гадать».
– Смотри, этот предатель даже наблюдателей не отключил, – возмутился Мирздрав, показав рукой на шар.
Шар оставался пустым, искажённо отображая комнату.
– Форменное безобразие! – поддержала мужчину Даша, ёрзая, чтобы получить лучший обзор, не вставая с дивана – она по-прежнему чувствовала слабость. – А когда эта штука заработает? Это что-то типа «всевидящего ока»?
– Уже работает… – сосредоточившись на шаре ответил маг.
Дашино лицо вытянулось, а в глазах подозрительно защипало. Обратив внимание на её близкое к новой буре состояние, Мирздрав усугубил ситуацию:
– Возможно, ты не видишь картинку, потому что ты из другого мира и наша магия тебе чужда. Не беспокойся, я опишу болезнь, – маг сделал пасы руками, как будто листая картинки в шаре, чтобы настроить только ему видимое изображение: – Бледность, пустое выражение лица и полное отсутствие воли к жизни. Без приказов не могут даже воды испить. Но в целом, все они выглядят здоровыми, именно поэтому когда всё началось, тревогу подняли не сразу. Мирздрав с усталым видом откинулся на спинку кресла и провёл рукой по лицу, предварительно сняв очки. – Таковы сейчас кудесники Магнии… – подвёл грустный итог он и выжидательно уставился на Дашу.
– Похоже на очень сильный гипноз, – высказала первое пришедшее на ум девочка.
– Магия разума? Она под запретом.
– Раз под запретом, значит, никто не знает как защититься, а плохие парни обожают такие вещи.
За проведённое в бегах время последний Старейшина Магнии наверняка рассмотрел все возможные и невозможные варианты. У смертельно уставшей школьницы просто не было шансов предложить что-то дельное, но к её немалому удивлению, маг не отказался от наспех выдвинутого предположения.
– Болезнь началась внезапно и повсеместно, под воздействие попали как слабые, так и сильные маги – чего стоит потеря Совета… – его голос начал долетать как будто издалека, и Даша мотнула головой, чтобы взбодриться, но проиграла профессиональному учительскому бормотанию, когда мужчина позабыв обо всём на свете, начал анализировать болезнь. – … у кого-то дольше… другие расы… – было последним, что она разобрала перед тем как уснуть.
* * *
Сон был просто ужасен. Даше приснилось то же самое место, что и после нападения страхоеда, если абсолютную темноту можно назвать «местом». Там ей довелось участвовать в необычном споре и в итоге разругаться с собственным здравым смыслом, представленным властным женским голосом, к которому очень хотелось прислушаться, но из чувства противоречия она этого не сделала.
«Дети должны дома сидеть, а не миры спасать – додуматься же надо такое сказать. Избранные – не дети. А ещё здравым смыслом себя называет… – наполовину проснувшись, девочка перевернулась на другой бок. – Я вообще тут по другому поводу: мне балбесов сначала надо найти. А потом придушить. Или наоборот? – она чуть было снова не заснула, но тут мысль была осознана в полной мере и сон как рукой сняло.
– Вот же…! – откинув колючее шерстяное одеяло, Даша резко вскочила, но резкая боль в спине, умерила её пыл.
Мирздрава в комнате не было. Зато на столике обнаружился рюкзак и ботинки – не зря его произвели в Старейшины. Или же маг часто имел дело с женскими потребностями, благо внешность позволяла. Приведя себя в порядок и утолив жажду, она выдвинулась на поиски хозяина дома. Искомый нашёлся сразу, не дав благовидного повода осмотреть остальную часть лабораторию. Переодевшийся в строгий камзол с золотыми пуговицами и брюки из зелёного сукна, мужчина сидел на кухне и со скорбный видом пил бледный чай.
– Да вы, смотрю, приоделись.
При виде неё он заметно расслабился и повеселел. Выяснилось, что он опасался побочных эффектов от магнийских зелий, которые не тестировались на представителях других миров. Пожалуй, именно в этот момент, Даша в полной мере осознала то, что находится не на Земле.
– Сколько я спала?
– Около двух часов. В который раз восхищаюсь твоей стойкостью…
Искать друзей было слишком поздно, тут бы самой под раздачу не попасть. Хотелось верить, что мальчишки заподозрили неладное и не пошли в Чудоград, а когда стемнело, заночевали в безопасном месте и поэтому не смогли вернуться вовремя.
– Да я такая, это классно и всё-такое, – Даша в два прыжка оказалась у вешалки и принялась лихорадочно одеваться: – Но если я не вернусь до девяти, то меня убьют!
Чтобы продемонстрировать опасность нависшей угрозы, она туго затянула шарф и высунула язык.
– Кто посмеет? Веди их ко мне! – стукнул кружкой Мирздрав.
– Родители.
– Ах, родители… – Мирздрав растерял боевой пыл и вернулся к распитию чая. – Будь ты моей дочерью, я бы тоже задал трёпку. Подумать только: путешествуешь по мирам, суёшься в опасные места и веришь первым встречным, – маг покачал головой, как бы говоря этим: «Что за воспитание?», но заметив, что она тянется к дверной ручке, предостерёг: – Я бы на твоём месте отказался от вечерней прогулки по Лесу. Лично меня туда силком не затащишь.
– Эй, что на вас нашло?!
И с этим человеком она совещалась на уровне минимум государственной важности и максимум – на мировом. Неужели так сложно проводить загостившуюся девочку до дома? Разве за рекомендацию от Архимага ей не полагались хоть какие-то бонусы?
– Это была последняя кружка чая, – признался Мирздрав и сделал последний глоток.
На секунду показалось, что у него выступили слёзы. Полный вселенской тоски аристократически профиль последнего Старейшины Магнии так и просился на обложку женского романа.
Даша решила сменить тактику:
– Ах, как же я сглупила, поверив вам. Надо было уходить, пока было светло. Уж настоящий-то Старейшина, удостоившийся полного доверия Архимага, помог бы Избранной.
Это был вызов. Мирздрав оторвался от созерцания чаинок и оценивающе посмотрел на неё.
– Но и твоя «избранность» подтверждается лишь словами и стечением обстоятельств.
Даша промолчала. По опыту общения с мальчишками, она знала, что иногда слова бесполезны. Битва взглядов продлилась минуту.
– Хорошо, я отведу тебя, – одобрительно хмыкнув, уступил Мирздрав.
– С меня чай.
* * *
Обратный путь был скучен и безопасен, видимо, местные чудища с потомственным учёным, специализирующегося исключительно на них, связываться не хотели. Мирздрав оказался хорошим следопытом. Сначала они дошли до места, где её догнал страхоед, затем направились к точке соприкосновения.
Путь освещали светящиеся шары, по мощности света не уступавшие уличным фонарям. Она провела в Тёмном лесу всего лишь полдня, но видела магии больше, чем за время, проведённое с Таром.
– Как ты собираешься найти эту «точку»? – Дашу вырвал из раздумий обеспокоенный голос мага. – Не стоит полагаться на мои навыки следопыта – в темноте я мало, на что способен. Пока нам везёт, но удача недолгий союзник.
– Методом тыка… – не подумав ответила она, но быстро исправилась: – Чутьём «избранной».
Правило «говори, что хотят услышать» не подвело – мужчина успокоился и продолжил беседу.
– На что похоже перемещение между мирами?
– Ты мысленно говоришь, куда хочешь, и тут же там оказываешься. Только что был дома – и бац, незнакомые берёзоньки. В нашем случае сосны.
– То есть ты не представляешь, куда попадёшь?
– Нет. Иначе я бы выбрала более весёлое местечко.
Ночью Тёмный лес выглядел во сто раз зловеще, чем днём, так что выше земли взгляд поднимать совершенно не хотелось.
– Понятно, – маг порылся в карманах куртки и протянул маленькую вещь. – Держи, пригодится. Он заколдован на лабораторию и имеет слабую защиту. Не приходи сюда без него. И не теряй!
Даша вздрогнула – строгий взгляд мужчины сулил много боли в случае ослушания. Подарком оказался миниатюрный компас с одной стрелкой.
– Не думаю, что мне снова захочется пойти сюда в одиночку. Я сегодня рассчитывала на авось, и меня в итоге чуть не съели, а друзья так и не нашлись, – она спрятала компас во внутренний карман куртки, и неожиданно для самой себя сказала: – Хоть бы они действительно ушли на ночёвку к другу, а не натолкнулись на орков или страхоеда.
Мирздрав ничего не ответив, двинулся дальше.
– Возвращайся домой, а завтра мы вместе поищем их, – наконец сказал он, и прежде чем она смогла поблагодарить его, он предупредил: – Если не будешь следить за дорогой, то пропустишь свою «точку».
– Я? Пропущу? – Даша натянуто рассмеялась, осознав пугающую правоту мага. – Да хоть сейчас перемещусь! Стоит только захотеть и…
Лес дрогнул, и вместо туристической достопримечательности страны магов, она увидела родной Гдетотамовск.
Здесь ничего не изменилось, только утренний снег, растаяв, превратился в грязь. Под мерцающим светом единственного фонаря отблёскивали раскиданные бутылки, а где-то вдалеке заливались собаки.
– … я буду дома, – закончила Даша, ощутив, что ботинки вмиг намокли.
«Как-то некрасиво получилось: и не попрощалась и точное время следующей встречи не назначила. Я даже не додумалась попросить его, поискать ребят через эти наблюдатели! – Даша с досады ударила кулаком по первому попавшемуся дереву, и её окатило холодным дождём. – Нужно мыслить позитивно: ноги унесла – и на том спасибо, – не смотря на вымокшую одежду и обувь, провал поисков друзей, Даша улыбнулась: – Не могу поверить, что в первую же встречу, я встретила Старейшину… Погоди-ка, меня опять отбросило дальше от места входа! – вдруг сообразила девочка, оглядев место высадки. – И что это значит?».
Подумать над этой загадкой ей не дали: неподалёку послышались крики и шум, а затем кто-то неровно, но от души начал горланить «Ой, мороз, мороз». Песня была не в тему, но сказать это пьяному в лицо… Храбрая путешественница по мирам, не испугавшаяся трудного задания Архимага, незапланированного похода в самый опасный лес другого мира, глубоко вздохнула и… дала дёру. Набранная ею скорость ничуть не уступала дневной – всяческие гадикусы и орки меркли по сравнению с земными пьяницами и маньяками.
По дороге домой Даша с трудом вспомнила отмазку, которую использовала для своего похода, ведь дома её вполне мог поджидать Правов-старший с планшеткой и со специальной лампой, слепящей глаза.
Но оказалось, что волновалась она зря. Первым, кого она встретила, был «Васенька». Едва завидев Дашино многообещающее выражение лица, сообразительный зверомаг побежал прятаться, смешно перебирая лапами.
«Они вернулись!». Друзья дома – и пусть всё подождёт до завтра. Всё, кроме объяснений родителям.
Глава 7
Ни Витя, ни Глеб никогда не расскажут, каков был приём любящих родителей, после их суточного путешествия, даже друг другу. Но в том, что домашние не остались равнодушны к их поступку, сомнений не возникало: Правов на следующий день мог сидеть только на краешке стула и каждый раз стискивал зубы, когда выбирал неверное расстояние, а сидевший на соседнем ряду Вертюхин полыхал всеми оттенками красного увеличившимися ушами.
Настоящую причину их двухдневного отсутствия хотели узнать не только одноклассники, но и учителя. Однако герои слухов были немногословны и мрачны, что несколько снизило интерес окружающих. Решив, что рано или поздно Витя или Глеб сами расскажут, каково сбежать из дома, одноклассники отстали от них. Учителя потеряли интерес ещё раньше, потому что начали обсуждать новую серию популярного сериала, к тому же отец Глеба уже поговорил с завучем.
– К тебе или ко мне? Если что, кассета у меня, – поинтересовался повеселевший Витя, когда класс опустел, а дежурные ушли набирать воду. За сегодняшний день его ни разу не вызвали к доске, поэтому повод для радости у него был существенный.
Глеб нахмурился и красноречиво посмотрел на его уши.
– Ой, вот не надо этого, – Витя понял его без слов и ободряюще похлопал по плечу. – Тебе вообще, что ли разговаривать нельзя?
– Они считают, что это ты меня подбил.
– Правда? – Вертюхин изобразил крайнюю степень удивления. – А мне кажется, что это был ты.
Глеб сдался и одним махом сгрёб учебники и тетрадки в портфель. Он осознавал, кто виноват, но не хотел, чтобы ему об этом напоминали. Портфель раздуло, поэтому пришлось потратить время на утрамбовку содержимого.
Идти было решено к Вите. Спустившись на первый этаж, они смешались с радостно галдящей толпой школьников всех возрастов и вышли за школьные ворота, около которых развязалась нешуточная снежная баталия. Кто кого и за что здесь было совершенно не понятно, но намётанный взгляд любителя классических детективов без труда определил зачинщиков. Участникам битвы не хватало снарядов, поэтому соревнование за обладание снегом было более захватывающим, чем сама перестрелка.
Глеб с неудовольствием отметил про себя, что зима дома и в Древмире разительно отличается свой непостоянностью, похоже, страшилки географички о разрушительном вмешательстве человечества в климат планеты были правдой.
Воспоминание о другом мире, где, по словам Тара, маги добились от природы строгого соблюдения графиков очерёдности, расстроило его, поэтому довольный вид Вити, успевшего незаметно запустить два снежка и подогреть тем самым накал битвы, вызвал злость. Вот уж кто мог составить конкуренцию раздражающей улыбке Боремира. Так сказать, отечественный производитель.
– Витька, вот чего ты лыбишься?
Вертюхин настолько растерялся от этого вопроса, что споткнулся на ровном месте.
– Эй, после вчерашнего, единственное, к чему ты нашёл прицепиться, это моё лицо? Хотя да, понимаю твою чёрную зависть, я ведь обояшка, – Витя помахал проходившим мимо знакомым девчонкам из параллельного класса, явно воображая себя похитителем женских сердец. Те задрали носы и ушли в сторону ближайшего магазина одежды. Неудачливый донжуан невозмутимо продолжил: – Видишь? Весь мой улов распугал своей унылой рожей! Ну-ка, покажи свои тридцать два!
Глеб слабо улыбнулся, неожиданно поняв, что никогда не считал, сколько у него зубов. Однако великие дела не ждали, поэтому он, нахмурившись, напомнил:
– Я как раз это и имел в виду. Там полная, сам знаешь что, а ты улыбаешься, как ни в чём не бывало.
Древмир оставил после себя неизгладимые впечатления, которые вновь и вновь всплывали в голове и мешали спать. Второй причиной бессонницы была ноющая боль чуть ниже спины. Получить ремня в тринадцать лет, причём ремня армейского, бережно хранимого отцом на специальной полочке в шкафу, позорно и обидно. Глеб же не просто так сбежал из дома, а во имя мира во всём Древмире! Ну, по крайней мере в отдельно взятой стране магов.
Именно поэтому беспечно улыбающийся Вертюхин вызывал раздражение: ни странности с мечом Остра, ни собственное поведение в стычке с орками его ничуть не беспокоили. К раздражению добавилась зависть.
– Блин, я завидую, – незаметно для себя, вслух сказал Глеб. Это были лишние слова, но на них решили ответить.
– Знаешь, жизнь такая сложная штука… – Витя умолк, вспомнив истерику матери, где его в сердцах сравнили с бросившим отцом, завывания младшего брата, с которым он не сыграл в солдатики. Отогнав неприятное воспоминание, он продолжил: – Если я что-то понял в ней, то это то, что если много заморачиваться и ходить с кислой миной, как у тебя, я только зря потрачу время!
Когда впечатлённый мудростью Глеб посмотрел на него удивлёнными глазами, Витя решил сбавить серьёзность: – Ведь столько игр не сыграно, столько фильмов не просмотрено…Так что хоть на минуту подумай о чём-то другом.
Думать о чём-то другом у Глеба не получилось. Вчера были получены первые боевые раны, но никто не отменял планы освобождения Магнии. И планы эти были наполеоновскими: шутка ли, спасти целую страну. Другие герои начинали с шайки разбойников или освобождения принцесс из башен, а им сразу выпала высшая сложность, которая на самом деле имела очень простое решение, и сегодня они донесут его до главного исполнителя: мага редчайших способностей Таринамуса Лесотёмного.
– Странно, – Витя резко оглянулся назад, рискуя свалиться, – что-то Дашку не видно. То дырки в спине сверлит и записками забрасывает, то исчезает.
– Поди надулась, как всегда.
– Я вот о чём подумал. Мы идём за Таром, так?
– Так.
– Она вышла одной из первых, но я не вижу ее ни впереди, ни позади нас. Понимаешь, что это означает?
– Ловит на живца! – неожиданно понял Глеб и тоже осмотрел улицу. Действительно, они могли играть в молчанку где угодно, кроме её квартиры. Беспроигрышная тактика. – Мне не улыбается стать Мальчишем-Кибальчишем. Может, отложим? Придём завтра. Или послезавтра. А ещё лучше через две недели!
Глебу некстати вспомнилось количество шоколадок, которые он задолжал подруге. Если сложить шоколадки на манер кирпичной кладки, то получится одноэтажный дом.
– Там страдает угнетённый народ, зло торжествует над добром и тысячи детских слез орошают землю!
– Сам придумал?
– Нет, конечно, – фыркнул Витя, засунул руки в карманы и ускорил шаг. – Мы же решили, что Дашке лучше ничего не говорить. Расскажем ей, когда найдется подвиг полегче. Поэтому двинули, авось обгоним!
Молясь, чтобы любопытная соседка по площадке не увидела их в глазок, они позвонили три раза. Практически моментально дверь открылась, и им предстал Тар в человеческом облике с обречённым выражением лица. При виде такого лица отец Глеба удовлетворённо сказал бы: «Готов!», и приготовился записывать показания.
Когда зверомаг понял, кто перед ним, то заметно повеселел и без объяснений утянул их за собой в квартиру. Как выяснилось, пока Глеб с Витей стойко держали оборону в школе, Тар морально пал духом под натиском совести и решил признаться.
– Ты сбрендил? – прямо спросил Витя, покрутив пальцем у виска. – Она ж тогда пойдет к вам!
– Но ведь Архимаг сказал…
– Мало ли что он там сказал, у вас там такой… – Витя вовремя остановился, вспомнив о чутких на ругательства и не только ушах соседки и поумерил пыл. – В общем, собирайся, мы будем ждать тебя внизу, у ларька!
– Но… но… – Тар не находил слов.
Глеб в чём-то понимал древмирца. Именно Дашина семья дала ему приют, именно к ней посылал Архимаг. Но планы изменились и неизвестная угроза приобрела чёткие очертания, которые лучше не знать ранимой женской психике.
– Мы хотим показать тебе кое-что, – сказал он. – Рассказать обо всём ты всегда успеешь – Дашка любит тянуть время. Такими темпами, помощи от неё тебе придётся ждать лет пять-шесть.
В человеческом облике зверомаг не мог скрывать свои эмоции, как это ему удавалось делать в обличье «Васьки». Секундная борьба сомнений, выразившаяся нахмуренным лбом – и Тар собран и решителен:
– Я с вами.
Получив согласие, Глеб с Витей едва касаясь земли побежали прятаться в тени продуктового ларька. По степени опасности Даша не могла конкурировать с наказаниями родителей, но лишний раз судьбу искушать не хотелось: на кону были оценки второй четверти.
* * *
Так как принимающей стороной выступил эксцентричный Вертюхин, дружеский просмотр фильма превратился в грандиозный и помпезный «урок по борьбе со злом». В программке мероприятия значились: приключенческий фильм «Герой Такойто и его друзья», круглый стол по проблемам Магнии и, в качестве приятного бонуса, кола и попкорн. Высказано это было менее литературно, да и круглого стола в квартире Вертюхиных отродясь не наблюдалось, зато попкорн и кола были самыми настоящими. По мнению привыкшего к естественной пище Таринамуса, угощение было изощрённой пыткой, но для путешественников по мирам спорить с традициями других народов было недальновидно.
– Бойцы, – встав по стойке смирно, начал Витя, – по данным разведки враг располагает большими хорошо вооружёнными военными формированиями и…
– Витька, давай по-русски!
Недовольно побурчав для приличия, Витя прошествовал к письменному столу и вытащил из рюкзака стопку бумаг. Расположившись на видавшим лучшие времена стуле, он взял первый листок и продемонстрировал публике. На бумаге было нарисовано пять кружков с неразборчивым текстом.
– Итак, у нас пять проблем, которые я сократил до трёх основных, – новый листок с тремя овалами: – Главный злодей, магнийцы и отсутствие помощи извне.
Пока Вертюхин копошился в бумагах в поисках очередного листка, Тар и Глеб переглянулись и пожали плечами, не придя к единому мнению. Первый был уверен, что проблем на самом деле больше и одна из самых главных – надвигающийся из-за нехватки припасов голод, второго же волновал размер кружков. Нынешние проблемы страны магов нужно рисовать огромными кругами и закрашивать до тех пор, пока не истончится бумага.
– У меня вопрос, – любопытство Глеба всё же одержало победу над терпеливостью. На уроке, проводимом лучшим другом-разгильдяем быть прилежным учеником невозможно.
В ответ Витя поднял листок с надписью «Вопросы задавать после урока!», и строгим голосом напомнил, что прежде чем задать вопрос, нужно поднять руку. Правов одним неприличным жестом показал, что следовать школьным правилам вне школы не собирается, и сказал:
– А почему рассказываешь ты?!
– Потому что именно я вспомнил об этом дурац… э-э, увлекательном и познавательном фильме. А ещё я придумал наш план и всю литературу рисовал эти картинки. Думаете это легко?
Художественными навыками Вити не впечатлились бы даже дети, рисующие мелками на асфальте. Кстати, о мелках…
– План, да? Изрисуем трон Гадикуса мелом? О! Ещё круче: подложим туда кнопку!
– Да иди ты, это было давно и не правда, – смутился Витя, вспомнив о своих неудачах со Злюкиной.
– Шестой класс, третья четверть, месяц…
– Всё-всё, я понял. Но в фильмах планы всегда говорят командиры, а парень с мечом, это всё равно, что парень в красном, значит, я – командир!
– С какого перепугу?
Командиром должен стать ответственный, серьёзный человек, который с молоком впитал закон и порядок, например Глеб Правов, скромный сын милиционера и юриста. Правда, молоком его кормила мать, да и процесс кормления был напрочь забыт, зато он знал, где у отца спрятаны наручники. Их с Витей взгляды скрестились, как шпаги на дуэли, и они одновременно начали наполнять свои лёгкие воздухом, чтобы высказать весомые и эмоциональные аргументы, почему командиром должен стать тот или иной спорщик. Спор предотвратил зверомаг:
– Я выслушаю любые идеи и поддержу наиболее разумное.
Простая арифметика указывала, что решающий голос будет именно у Тара, поэтому Глеб с Витей остановились.
– Валяй, – милостиво разрешил Вите продолжить Глеб и запустил руку в тарелку с попкорном. Остаток презентации прошёл под громкий хруст попкорна в самых интересных местах.
– Итак, злодей. К нему я приплюсовал армию, потому что без злодея толку от неё мало, так что главный тут он, – стараясь не обращать на лучшего друга внимания, Витя показал картинку с существом отдалённо напоминающим человека. Нарисованные у гуманоида рога занимали добрую половину рисунка и делали честь любому представителю рогатых животных. Было видно, что в них художник вложил всю душу и вдохновение. – Тут без вариантов, не наш уровень. Он маг, который уделал других магов, с таким крутым злодеем связываться совершенно не хочется, – Вертюхин отложил картинку в сторону и показал новую. На ней были изображены человечки с мечами, копьями и только один лучник. Глеб при виде этой картинки закатил глаза и покачал головой – его друг определённо не ценил дальний бой. – Помощь. Помощи нет из-за крутых барьеров. Кстати, зачем они вам?
– Чтобы защититься, – само собой разумеющимся тоном ответил Тар.
– От кого? Ты сам говорил, что в Древмире давным-давно нет войн. Знаешь, как я сомневался, когда пририсовывал человечкам оружие.
Зверомаг пожал плечами. Существование системы барьеров было пережитком лихих времён основания Магнии. Видимо, именно поэтому враг всё же проник в страну.
– А-а, ладно, откуда тебе-то знать, у тебя в игре замки больше трёх недель не держаться. В общем, помощи нет. Кажется, что всюду клин, но! Но… – подмигнув, повторил Витя и заявил, что продолжение следует после учебного пособия.
Лица слушателей вопросительно вытянулись. Внезапному повороту событий удивился даже Глеб, который в общих чертах знал о плане. Таким образом Витина интрига продержала интерес древмирца на протяжении всего киносеанса, длившегося полтора часа. Поначалу Тар боялся моргнуть – так близок был сюжет фильма к ситуации в Магнии: тёмный маг завоевал королевство, подло предав белого и отравив короля.
После короткого знакомства с главными героями, выяснилось, что несогласных с его самоназначением в главные маг ссылал в тюрьму, которую охраняла армия приспешников. Тут Тар впервые заметил нелогичность действий злодея, а также парадоксальную вместимость трёхметровой тюрьмы в одну башню, в которую поместились сотни людей. Потерпевшие позорное поражение от кучки вооружённых мечами воинов, немногочисленные маги, были поголовно стариками с ухоженными бородами и сединами, что было неправдоподобно: такие старцы предпочитали отсылать на опасные задания молодых учеников. Хорошо, что ему заранее объяснили про рейтинги, поэтому возмущения столь вопиющее приукрашение действительности не вызвало.
– Он пленил их простыми кандалами? – не поверил зверомаг своим глазам. На экране приспешники злодея заталкивали слабо возмущающихся магов в клетки.
– Это антиволшебные кандалы, они лишают магии, – флегматично пояснил Глеб. Он не любил фильмы без спецэффектов, а в этом даже веревки были видны при «полётах».
– Никакие металлы не могут лишать магических сил, они только подавляют или усиливают способности кудесника!
– Кудесника?
– Так мы называем себя между собой, «магами» нас стали называть с подачи эльфов.
Скучающие мальчишки оживились при упоминании расы долгожителей, но новых подробностей о дивном народе не последовало.
Тем временем киношный герой проник во вражеский лагерь, переодевшись одним из воинов темного мага. Если кто-то спрашивал у него, куда он идёт, то бесхитростный вояка мастерски расправлялся с любопытным, даже не утруждая себя спрятать тело. После недолгих поисков герой нашел главного тюремщика, и завязалась зрелищная драка. Мечи так и сверкали, а попавшаяся под руку мебель превратилась в щепки. Тюремщик был повержен, и даже не вспотевший хороший парень, демонстративно помахав двумя здоровенными ключами, стал освобождать заключённых. Универсальные ключи открыли десятки клеток, поэтому у Тара возникли новые вопросы:
– А почему на грохот не сбежались остальные стражники? Он же по пути встретил только троих.
– Тихо, Тар, дай досмотреть! – хором прикрикнули мальчишки. На экране была показана сцена купания принцессы и подруги детства героя, так что их внимание полностью переключилось на фильм. После непродолжительного отдыха и обязательной для этого жанра неловкой сцены осознания чувств между героем и принцессой, началось освобождение страны от гнёта. Всю невыносимость нового режима выразила старушка, которая разлила на главной площади столицы молоко, за что была схвачена неулыбчивой стражей. В самый последний момент голосящая старушка была спасена героем, который с лёгкостью отбил её от превосходящих в численности стражников. Из домов, лавок, кустов выполз помятый народ, и под крики одобрения и радости бывшие заключённые, оказавшиеся разбитой армией королевства, начали штурмовать замок.
