Текст книги "Хроники Древмира: Падение магов (СИ)"

Автор книги: Вера Горова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 20 страниц)

У Глеба дёрнулось веко. Да информация во всех войнах, чуть ли не более ценный ресурс, чем людской! По крайней мере, так говорил его отец, а он был непререкаемым авторитетом. Ему начало казаться, что Боремир попросту хочет украсть его идею и выдать за свою. Принеси ему чертежи водородной бомбы, он бы и тут не постеснялся заявить, что как раз о ней думал, когда ковал гвоздь.

– Итак, Бор! – рявкнул что есть силы Глеб, сократив имя самопровозглашённого лидера сил сопротивления до минимума.

Все вздрогнули, а вернувшийся к реальности Тар порадовался тому, что и Боремир подвергся раздражающей привычке землян сокращать имена. Хорошо, что кличку не дали.

– Ты – вождь! Ты – лидер! – Глеб сжал кулак и начал им активно жестикулировать. – Ты собрал силы сопротивления?!

– Я! – расправил плечи Боремир, выпятил грудь и неосознанно сделал шаг вперёд.

– Ты ими командуешь?!

– Наверное, я… – смазливый блондин почему-то стушевался и отступил.

Глеб покачал головой: ещё минуту назад он бы порадовался неуверенности Боремира, но не сейчас. Ведь сейчас он отдавал приказы, генеральским голосом программируя на максимальную скорость их исполнения.

– Повторяю: ты ими командуешь?!

– Я!

– Пересчитай оружие, проверь запасы, – продолжил внушение Глеб, – выясни расположения патрулей, время их смены, – сейчас его, обычного школьника из Гдетотамовска, можно было перерисовывать на агитационные плакаты – от него так и веяло воодушевлением. – И про тех, кого увели не пойми куда и зачем, не забудь узнать! Вперёд, судьба Магнии зависит от тебя, Боремир Кузнец!

Подобный трюк, сам того не подозревая, использовал на них Тар в первую встречу, доказав, что упоминание страны или мира беспроигрышно, когда ставишь трудновыполнимую задачу.

Получив указания, Боремир развернулся и строевым шагом прошествовал на выход, но опомнившись, затормозил в дверях и поинтересовался, чем будут заниматься грозные сыны Империи. Про соотечественника-зверомага он даже не вспомнил.

– Мы постараемся связаться со… Знающим человеком, – понизил голос Глеб для эффекта таинственности.

– О, конечно, какой орден без наставника, – важно кивнул простодушный сын кузнеца, истолковав сказанное по-своему, и ушёл в неизвестном направлении вести партизанскую деятельность.

Вчерашняя Витина выдумка принесла неожиданную пользу. Правда, с хорошими названиями у него по-прежнему было туго.

– Даже я в свои юные годы, так ловко с людьми не управлялась, – нарушила молчание Кассия, едва внизу хлопнула входная дверь. Комплимент звучал двояко.

– Почему вы вчера ничего не рассказали?! – не выдержал Тар.

– Я не могу доверять первым встречным, и если бы тебя, кудесника, с ними не было… – Кассия не закончила фразу, предоставив простор для фантазии.

Концовка предполагалась примерно такой: «… то сдала бы подозрительных имперцев оркам».

Прямолинейный Витя честно предупредил:

– Мы вам тоже не сильно верим.

Хозяйка «Счастья ученика» и связной местных партизан в одном лице ничего не ответила, но её лицо злости или раздражения не выразило, наоборот, на нём отразилось некое подобие одобрения.

– Ну, раз мы прояснили наши настороженно-дружественные отношения, то перейдём к главному вопросу, – дрожащий от желания немедленно вступить в борьбу, как они думали, Глеб задал самый популярный вопрос у тех, кто ночевал в незнакомых местах после ночных посиделок: – Где у вас нужник?

* * *

Сборы были быстрыми, впрочем, как и завтрак. Будто этой спешкой они могли наверстать упущенное время и спастись от ожидающей их взбучки.

Кассия готовилась к нашествию любителей бесплатной выпивки, суетясь между столами, словно оркам было дело до лишней пылинки. Когда к ней подошёл Витя, женщина разбавляла вино.

– Что случилось со вчерашними орками?

– Сдала их начальству.

Момент, когда женщина отлучалась, Витя вспомнить не смог.

– Вы помогли врагам? – он помог ей спуститься со стула.

– Конечно! – пожала плечами женщина и от бочонков перебралась к стойке. – По-твоему они должны были замёрзнуть на улице? Зима на дворе! Кстати, с первым днём зимы.

На улице действительно прилично намело, будто у здешних времён года было строгое расписание. Интересно, какая сейчас погода в Гдетотамовске?

Пробурчав ответные поздравления, Витя окончательно запутался в том, как расценивать поступок женщины: Кассия проявила благородство или предала магнийцев? Если бы враги захватили Гдетотамовск, смог бы он сделать то же самое?

– Орки просто выполняют свою работу. Изгнанникам очень трудно её найти, поэтому берутся, за что попало, – заметив его замешательство, пояснила Кассия. – В чем-то я их понимаю. Вот я, например, продаю вино и стару, и младу, значит, меня стоит ненавидеть? – Витя поспешно мотнул головой: говорят, чем дольше отвечать женщине, тем сильнее она злится. По крайней мере, его мать правило оправдывала. – Не берись судить других, неблагодарное это дело.

Урок мудрости был окончен, и Вите вручили ведро, чтобы набрать снега. По возвращении, женщина благодарно потрепала его по голове и, наклонившись к уху, шёпотом открыла настоящую причину доброты:

– А ещё не забывай, что мне с ними жить бок о бок, пока Магния не станет свободной.

Вот и верь после этого в мудрость взрослых. То, чем руководствовалась Кассия, было банальной житейской хитростью.

* * *

Они тепло распрощались с гостеприимной хозяйкой корчмы и пообещали заглянуть к ней через две недели примерно в это же время – выяснилось, что по утрам орки были не совсем «боеспособными», чем и пользовался тот же Боремир, приходя за едой. Если Кассии и показалось подозрительным, что они пошли прятаться без палаток и провизии, то она не подала виду.

Падал снег, и Тар отметил, что он как нельзя вовремя, чтобы замести их следы. Ребята с ним не согласились, потому что из-за непонятной погоды в родном Гдетотамовске, сами они были без шапок.

– Кстати, кто этот Знающий человек? – спросил Витя.

– Почему именно две недели? – присоединился к расспросам изнывающий от любопытства Тар.

– Потому что нам скостят срок домашнего ареста за хорошее поведение минимум через две недели, – ёжась от холода, ответил на вопрос зверомага Глеб, сбив очерёдность. – Насчёт Знающего человека… Как-то само вышло. Наверное, Дашка должна поучаствовать, как-никак с неё все началось. Пусть что-нибудь умное из книжечки скажет, мы покиваем и сделаем по-своему.

После упоминания забытой ими «избранной», Тар виновато опустил голову, и Витя почувствовал некое подобие стыда.

– Знаешь, Глеб, как-то нехорошо получилось, – начал он издалека.

– Ага, нехорошо. Послушавшись её, мы чуть все не пропустили! Откуда она вообще это взяла: «пока не появится герой, не вылезет и злодей»? Да нас тут вообще в расчёт не берут! – Глебу пришла в голову интересная мысль: – Какого-нибудь захудалого пророчества о нас нет?

– Пророчества? – задумался зверомаг. – А слова Архимага разве не пророчество? – неуверенно предположил он, смахнув снег с головы.

– Нет, у него всё мутно. Без обид. Пророчество должна знать группа лиц, оно должно быть задокументировано, иначе все кому не лень станут будущее предсказывать.

– Эй, я вообще-то про то, что раньше мы всё делали вместе! Ну, почти всё, – напомнил о себе Витя.

– Раньше у нас был смешанный состав, а теперь – суровая мужская компания.

– Она обидится.

– Пф, напугал слона горошиной. По-твоему, стоит ей рассказать, что нам надо освобождать захваченную страну, полную больных магов и злых орков? К тому же сюда не могут попасть остальные древмирцы из-за крутой магической защиты, и придётся рассчитывать только на себя. Знаешь, девчонки от приключений кое-что другое ожидают.

– Э-э, чего?

– Других девчонок, с которыми можно потрещать на пижамной вечеринке, и смазливых парней, типа Боремира.

Вообще-то они сами были мотивированы совершать подвиги прекрасными эльфийками, о чём Витя въедливо напомнил.

– Эй-эй, тут ЧП, а тебе на красивых тёток в прозрачных одеждах приспичило смотреть. Постыдился бы!

Вертюхин чуть не задохнулся от возмущения: у Глеба коллекция кое-каких картинок весила на пару гигабайтов больше, чем у него. Но при Таре он решил не возмущаться: вдруг тот заинтересуется, а потом их обгонит, как более старший.

– Значит, промолчим?

– Да! Вот будет прикол: крутой-прекрутой маг зовёт героя и его двух неизвестных друзей бороться со злом, а в итоге герой ни сном, ни духом, а друзья побеждают зло. Как тебе?

– Звучит неплохо, – Витя покосился на промолчавшего Тара, который обязан был возмутиться неисполнением воли обожаемого Архимага, – но не по-дружески это.

– Ей реально лучше не лезть в это, – на этот раз Глеб был серьёзен.

«А нам?» – безмолвно спросил у него Витя. Правов остановился, задумчиво провёл по оперению стрелы в колчане, посмотрел на недовольного внезапной остановкой зверомага и кивнул. Им стоит. У него даже появилась первая идея по борьбе с орками:

– Генерал Мороз.

Витя показал два больших пальца, Тар же ничего не понял.

Обычно орки были из тёплых краёв, поэтому наверняка и здешние не будут лишний раз вылезать на улицу. Первый союзник найден, правда, сейчас он морозил их.

– Ребят, пошли быстрей! – оглушительно чихнув, поторопил новоиспечённый стратег остальных. – Витька, сколько времени?

– Полтретьего, – вытащил из кармана брюк часы Витя. – А, нет, часы сломались. Да ладно, всё равно нам влетит.

– И то правда.

Глава 6

Жилище Мира действительно оказалось средневековым аналогом бункера со своими плюсами и минусами. В плюсах значились каменные стены и отсутствие окон, в которых можно было бы увидеть полный своеобразного очарования пейзаж леса или пробегающих мимо «замечательных зверушек». Из плюсов вытекали соответствующие минусы: было холодно и темно, так как зажжённая на столе лучина, толщиной со спицу, много света дать не могла.

Помещение, в которое они вошли, являлось одновременно кухней и прихожей: здесь уместились маленький стол, одинокая табуретка и большие, до потолка, шкафы с множеством ящиков. Мир с трудом отыскал табуретке пару и любезно предложил присесть. Потом он скрылся в дверном проёме, ведущим вглубь жилища и через несколько томительных минут вернулся с маленьким бутыльком с прозрачной жидкостью внутри, хлебом и картошкой. За это время Даша успела накрутить себя, успокоиться, пересчитать синяки и снова накрутить. Увидев радушие хозяина, она в очередной раз устыдилась своих подозрений в непорядочности нового знакомого.

– Есть поди хочешь, – мужчина положил еду на стол и налил воду из кувшина. – Вот и зелье, даже печать не снимал, чтобы ты не надумала невесть чего.

Этикетка на бутылке утверждала, что в ней находится восстанавливающее зелье, перечисляла случаи, в которых его нужно пить, и противопоказания. Упомянутая Миром печать была в виде котла и зависшей над ним полунаполненной колбой – знак магнийского факультета алхимии.

Зелье было оставлено на потом – в непосредственной близости еды у девочки разыгрался зверский аппетит. Утолив голод, она выдавила из себя ставшее дежурным «Большое спасибо», и сцепив пальцы рук на коленях, стала ждать, когда радушный хозяин справится со своей порцией. Мир ел неторопливо, перед отправкой в рот смотря на картофелины так, будто они его смертельно обидели, причём каждая. Когда мужчина закончил трапезу, Даша осмелилась заговорить:

– Мне даже отплатить вам нечем… деньги я потеряла, – да она понятия не имела, как выглядит древмирская наличность, – но могу спросить у друга, когда встречусь с ним.

Всё-таки не стоило наглеть, доброта добротой, а потраченного зелья не вернёшь.

– Пустяки, – отмахнулся Мир и добавил пробирающим до дрожи тоном, который вырабатывается у всех, кто долгое время работает с детьми: – Зелье выпить не забудь.

– Может, не надо? – по-детски заупрямилась Даша – лекарства она не любила.

– Как хочешь, но тащить на себе не буду.

И снова мужчина был прав: от навалившейся слабости её покачивало, будто она целый день таскала вёдра с водой, а второй дежурный по классу так и не спешил мыть полы. То, что она в состоянии разговаривать, уже чудо.

С подозрением покосившись на зелье и морально смирившись с отвратительным вкусом, который был у большинства лекарств, Даша попыталась сорвать печать, но то ли с непривычки, то ли от недостатка сил, ей это не удалось. Пришлось просить помощи. Мужчина закатил глаза, его можно понять: сначала ему демонстративно не доверяли, потом всё же обратились за помощью.

– Оно же… безвкусное! – удивилась Даша, сделав первый глоток.

– А ты чего хотела? – Мир широко улыбнулся. – Это тебе не имперские подделки. Ты в Магнии, где качество и удобство значит всё.

Похоже, гордость за свою страну у магнийцев в крови: Тар тоже приободрялся и выпячивал грудь колесом, когда говорил о малой родине. Жаль, что он говорил о ней так редко.

– Так, как говоришь, тебя зовут?

– У вас память короче девичьей, – не удержалась Даша, но тут же прикусила неожиданно заострившийся язык: кто же грубит в чужом доме? – Дарья, Даша, иногда Дашка-Дай-Списать-Домашку.

– Учишься?

– Ага, – содрогнувшись, подтвердила девочка, вспомнив, сколько домашней работы ждёт по возвращении домой, а потом неожиданно для самой себя продолжила: – … будто у меня был выбор.

– Ты не хотела учиться, а тебя заставили? – удивился Мир.

Зря она это сказала: Империя была очень консервативной в отношении прав женщин, и её слова, что она учится против воли там, где образование необязательно, вызвали закономерные вопросы. «Он совсем истосковался по общению, раз готов выслушать грустные подробности из жизни первой же попавшейся школьницы!» – Даше стало жалко ушедшего от людей Мира, поэтому она с радостью вывалила тонну бесполезной информации, чтобы он не чувствовал себя одиноко. Своеобразный сериал из школьной жизни – самое оно для скучающих отшельников!

Вскоре лицо мужчины приобрело отрешённый вид, поэтому пришлось сократить увлекательнейший рассказ о тайной страсти между библиотекаршей и завхозом, о которой, естественно, знала вся школа, от первого до выпускного класса. Стоило ей замолчать, как Мир начал расспрашивать, кто её родители и какой урожай картошки в Империи. Вот тут-то пришлось туго, потому что пришлось переводить факты из реальной жизни на средневековые аналоги. Удовольствие от беседы вмиг исчезло, и Даша вспомнила о первоначальной цели пребывания в Тёмном лесу. К тому же если не уйти сейчас, то могут задать вопросы, на которые она не сможет ответить.

– Ой, что-то засиделась я у вас, а мне ещё друзей искать… – девочка предприняла попытку встать из-за стола, но ноги её не послушались.

– Страхоед сильно потрепал тебя, советую отлежаться.

– Ну, вот ещё! – упрямо возразила Даша, хотя и поняла, что пока лекарство не подействует, сдвинуться с места она не сможет. Оставалось лишь признать свою немощность, и извиниться за причинённые неудобства.

– Говорил же: ты не создаёшь мне неудобств, – раздражённо напомнил Мир и, понизив голос до шёпота, предупредил: – В Магнии сейчас небезопасно.

Его заявление удивления не вызвало. Даже школьнику понятно, что фигуры мирового масштаба, как Архимага, исчезнуть без последствий не могут.

– Мой друг тоже был в подавленных чувствах, сейчас вроде успокоился. Архимаг был хорошим человеком, мудрым… и немного чудиком, – она хотела сказать «великим», но язык жил своей жизнью. Может, это из-за нервов?

Прежде чем оскорблённый пренебрежительным отношением к величайшему магу магниец выразил недовольство, Даша попыталась сменить тему:

– Какой интересный у вас домик. Такой надёжный. Сами купили? Цены, наверное, низкие были. Очень-очень низкие.

По её мнению, именно такие разговоры ведутся между взрослыми. В центре внимания цены на всё и вся, погода на завтра, а ещё кулинарные рецепты. Хотя судя по скудному угощению, последнее явно не к Миру.

– На самом деле это лаборатория. Семейное дело – изучаем лес.

– О-о!

Это многое объясняло. Поэтому он оценил идею насчёт дрессировки – учитель бы сослался на учебники и сказал, что это невозможно. Если переводить на земные аналоги, она предложила Миру приручить йети или Лохнесское чудовище.

«Учёный, а не лесник, да? Надеюсь, тема его научной диссертации или что там у них не «Пришельцы с других миров: кто они?».

– Каким телепортом ты воспользовалась?

От нового каверзного вопроса Даша вздрогнула. Неужели у телепортов есть марки? Или Мир всё-таки решил сообщить, куда надо, о нелицензионном телепорте? Тогда правильней было спросить, где она его нашла.

Момент, когда невозможно обойтись без вранья наступил. Но в запасе оставался манёвр «уклончивого ответа», который она решила задействовать:

– Я в них не очень-то разбираюсь.

– Это не ответ.

Манёвр потерпел неудачу.

– Ну, обычным, наверное… Очень необычным!

Говорить против воли правду – это никакие не нервы. Дашу поразила внезапная догадка:

– Погодите-ка… Вы меня допрашиваете!

Она по-новому посмотрела на своего спасителя. Скучающая поза, натянутая улыбка и лучащееся добродушием лицо – всё это фальшивка. На самом деле мужчина максимально внимателен и серьёзен, от него не укрылись вздрагивания и заминки в ответах.

– Да, – коротко подтвердил Мир и придвинулся. В неярком свете лучины его круглые очки начали отблёскивать зловеще.

– Как чувствовала, не надо было пить это зелье! – Даша с ненавистью посмотрела на пустой бутылёк.

– Без него ты бы свалилась в обморок от истощения пятнадцать минут назад, – мужчина сцепил пальцы рук, поднёс их к лицу и холодно продолжил: – Для пострадавшего от нападения страхоеда ты действительно хорошо держишься. Зелье правды было в воде.

– Блин… – обиженно протянула раскрытая лгунья и с досадой покосилась на злосчастную кружку. А ведь у неё в рюкзаке была бутылка с водой.

Посиделка с учёным Тёмного леса становилась опасной. Можно было воспользоваться кружкой как оружием, чтобы оглушить навязчивого хозяина. Мысль показалась заманчивой, но осторожность взяла своё: так как она вымотана, попытка вряд ли окажется успешной. В арсенале остались лишь пустые угрозы, которые Даша, не долго думая, пустила в ход:

– Учтите, Тар тут камень на камне не оставит! По крайней мере, живого места на лице точно, – всех способностей зверомага она не знала, но вот за когти поручиться могла.

– Тар – это твой друг-маг?

– Друзьями нас назвать трудно… – неохотно призналась девочка, не сколько Миру, сколько себе. – Но да, я говорила про него.

– И где он?

– Откуда мне знать? Я как раз-таки за ним пришла!

– Значит, ты врала про друзей?

– Нет-нет, они с ним, в комплекте, так сказать. Я за мальчишками пришла, а он нужен, чтобы найти дорогу назад… И чтобы придушить гада!

Мир на минуту «завис», обрабатывая полученную информацию, а потом слегка отодвинувшись от неё, недоверчиво спросил:

– Так ты – убийца?

– Ну и мысли у вас! – до глубины души оскорбилась восьмиклассница. Да чтобы она брала на душу такой грех и из-за кого! Когда люди говорят, что хотят придушить кого-то, они же не говорят это в прямом смысле! Иначе земляне недалеко ушли от каменного века. – Я просто зла на него: из-за него здесь мои друзья, а из-за них я, сижу с вами на допросе где-то в самом кошмарном лесохозяйстве Магнии без обвинений и адвоката. Так у вас в Магнии относятся к иностранным гражданам?!

Мать Глеба оценила бы эту речь, будь она здесь. «Может, пойти на юриста?»

– Так вот, значит, как мы заговорили… – Голос мужчины дрожал от еле сдерживаемой ярости.

Даша сжалась и мысленно выругалась: не с тем человеком она проявила редкую для себя наглость, ох, не с тем. Если вернётся домой, то больше никогда не будет смотреть комедийные фильмы про юристов.

Мир выдохнул через рот и процедил:

– Спрашиваешь, в чём я тебе обвиняю? Даю подсказку: что это был за телепорт, Дария?

– … вы же мне не поверите.

В путешествия между мирами она и сама до недавнего времени не верила. Соврать про телепорт было фатальной ошибкой. Знать какую-то тему – это хорошо до той поры, пока не встретишь учителя, знающего на отлично. «Представилась бы сиротой, ищущей подснежники в начале зимы – никто бы не придрался!».

Её начало колотить, видимо, долгое молчание мифическая на Земле и реальная здесь сыворотка правды не любила. Все силы уходили на поддержание разговора, а ведь ещё минуту назад она помышляла о побеге. Похоже, восстанавливающее зелье было подано с расчётом на допрос, а не на выздоровление.

– Отвечай! Ну же! – Мир усилил давление, вскочив со стула и угрожающе нависнув над ней.

– Через точку соприкосновения! Я попала сюда через точку соприкосновения.

Воцарилась тишина. Даша зажмурилась. Это был самый быстрый провал миссии в истории межмировых спасательных операций.

– Это… это ложь!

От рёва Мира перепуганная девочка оглохла на одно ухо. – Тебя Гадикус ведь послал? Я знаю, что некоторые так попадались! Отвечай! Живо!

Спаситель-мучитель окончательно вжился в роль «плохого полицейского», поэтому теперь стало неважно, для чего её допрашивают и что будет, если рассказать правду.

– Правда! И не знаю я никакого Гадикуса! – от страха Даше показалось, что глаза мужчины сверкнули красным, как у вампира. Инстинктивно закрыв руками лицо и зажмурившись, она громко завизжала: – Не убивайте меня!

Ничего не произошло. Выждав для верности самую долгую в жизни минуту, Даша осмелилась сначала открыть один глаз, затем второй: возможно, у этого маньяка дрогнет сердце от взгляда невинного ребёнка.

Мир действительно отшатнулся, с недоверием посмотрел на свои руки и молча сел обратно на стул.

– Правда… Это правда, – пробормотал он и бездумно уставился на только ему видимую точку на столе. Потом он словно бы очнулся и превратился обратно в лучащегося доброжелательностью человека, который час назад махал перед её носом взбодриловкой. – Извини, что напугал тебя. Сорвался. Отвык от общения. Могу я попросить забыть эту часть нашего знакомства – это был мой первый опыт.

Даша не до конца поняла причину чудесного преображения, но на всякий случай кивнула. Значит, Мир не был магнийским милиционером или «магосбэшником».

– Тогда и вы кое-что забудьте – это тоже мой первый опыт. Я думала я так не умею. Ну, знаете: визжать. Если ребята узнают… – она провела ладонью по шее, чтобы продемонстрировать весь ужас секрета.

Мир в качестве ответа ограничился кивком, и в комнате повисла неловкая тишина. Страх и ярость учинённого допроса всё ещё витали в воздухе, поэтому никто не решался заговорить первым.

– До сих пор не могу поверить про точку соприкосновения, – первым с неловкостью справился взрослый.

– А чьё зелье правды во мне плещется? – Даша закатила глаза. Похоже, иномирцы здесь были на уровне слухов о НЛО на Земле. Тяжело Тару в своё время пришлось: такой разрыв шаблона.

– Другие миры… Мы снова с ними связаны… Я тебе верю.

«Не прошло и полугода! Кажется, я поспешила с выводами», – подумала девочка, а вслух спросила: – Почему вы мне поверили? Сумасшедшие тоже говорят правду.

– Во-первых, я знал, что такое возможно, во-вторых, я никогда не видел такой одежды, как у тебя. Даже у эльфов, а они у нас повёрнуты на тряпках. А в третьих, ни один имперец никогда бы не выразил своей любви к эльфам столь открыто – Мир кивнул в сторону двери, где на крючке висел рюкзак, к которому был приколот значок с Реголасом.

Так вот на чём она прокололась! Одежда! За такую грубую ошибку в школе шпионов и путешественников по другим мирам даже «неуда» не поставили бы. От обиды набежали слёзы, размывшие видение.

– Дяденька…

Мир без дальнейших объяснений понял невысказанную просьбу. Он вручил Даше непонятно откуда взявшуюся подушку и отвёл её вглубь землянки. Следующим за кухней помещением была уютная гостиная с двумя креслами, диваном и камином. Дашу усадили на диван и тактично оставили наедине с нахлынувшими чувствами.

Далее последовала буря «Что я делала последние недели?», перетёкшая в ливень «Зачем я потратила своё время, лучше б учёбой занялась!» и закончившаяся дождиком «Я не умнее других «избранных». Просветление наступило при мысли: «Я реву в доме незнакомца».

* * *

– Полегчало? – неслышно подошёл Мир и сел в кресло напротив.

– Угу.

– Я тут забыл сказать, точнее не успел: не вини себя, я бы всё равно тебя заподозрил – Магния захвачена практически сразу после смерти Архимага.

Сил на вторую бурю чувств не хватило, поэтому всхлипнув в последний раз, Даша полюбопытствовала:

– А хотя бы простой житель мне поверил?

– Да наши вообще всему верят, а уж в незарегистрированный телепорт для деревенских дурачков… Кхм, – мужчина опомнился, оценив шанс потерять вторую подушку за день. – Ты никого бы не встретила, кроме орков.

Орки – злодеи, это классика жанра, но почему «никого»? Все массово ушли в партизаны?

Мир не торопился пояснить сказанное, и Даша с неудовольствием покосилась на него. Чего он ждёт? Почему не сыпет вопросами, как это делала она при встрече с Таром?

– Вам не кажется, что мы делаем что-то не так?

– Давно уже. Представимся, как полагается. Меня зовут Мирздрав и я… – мужчина замялся, нервно постукивая большими пальцами сцепленных рук, – здесь не просто так. Я вижу, что ты кое-что знаешь о нас, и дальнейший ход развития нашей беседы зависит от цели твоего пребывания в Древмире.

– Моё имя вы уже знаете, род занятий в принципе тоже. Как я уже говорила, я здесь, чтобы найти друзей, и прикупить сувениров магов – они и в других мирах ценятся. Хотя нет, вру, – девочка нахмурилась, чувствуя знакомое покалывание во всём теле. – Долго ещё зелье будет действовать? Даже пошутить нельзя. В общем, меня ваш Архимаг позвал.

– Когда?

– Ну, Тар прибыл в начале осени, он говорил, что получил задание прямо перед тем, как… – сказать «умер» почему-то оказалось очень сложно, – Архимаг ушёл.

– И зачем тебя позвали?

Конечно, говорить первому встречному о том, что тебя позвали спасти его мир – не самая лучшая идея. Но, во-первых, действие зелья правды никто не отменял, во-вторых, Мирздрав уже показал, каков он в гневе. Испытывать его терпение совершенно хотелось. Допросы Правова-старшего рядом не стояли с допросами Мирздрава.

– Как бы странно это не прозвучало… спасти ваш мир.

Сначала мужчина никак не отреагировал, будто ждал, что она рассмеётся. Затем понял, что это не шутка, снял свои круглые очки, протёр их и одел. Потом снова снял и протёр. И снова. Лицо у него при этом было чрезвычайно сосредоточенным, будто от чистоты очков зависело нечто жизненно важное.

– Знаю, глупо звучит. Видимо, даже такие великие люди, как он, могут дать слабину…

– Он был в ясном уме до самой смерти, – тон, которым это было сказано, ясно давал понять, что дальнейших намёков на маразм величайшего волшебника Древмира здесь не потерпят. – Если он считал, что именно ты справишься с нашими проблемами, значит, так тому и быть. Я окажу тебе полное содействие.

– Погодите-ка! То есть вы считаете нормальным, что спасти мир требуют ребёнка, а не взрослого дядьку или тётеньку с чёртовой кучей способностей? – от возмущения Даша оторвалась от залитой слезами подушки, которая разделила с ней горечь разочарования в своём надуманном превосходстве над книжными героями.

– Если так сказал Архимаг – да.

– Мне всего тринадцать лет!

– Правда? Я думал ты приуменьшила… Неважно!

– А если бы мне было десять?

– Архимаг никогда не ошибается.

– А шесть?

– Вот тогда бы я задумался.

– Год?!

– Нет, ну до такого бы он не… Не сбивай меня! Я намереваюсь рассказать, как была захвачена моя страна.

– Э-э, не забывайте, весь мир, а не страна! Страна – это слишком мелко для меня, – Даша уцепилась за последнюю соломинку. Только сейчас до неё дошёл масштаб проблемы. С другой стороны, а вдруг у древмирцев действительно найдётся проблема мирового значения. Одно дело захват Магнии, другое – конец света. – Хотя для настоящих героев масштаб не имеет значения! Надо снять кошку с дерева – без проблем! Надо страну освободить – держите меня семеро, я так её наосвобождаю… освобожу… дам свободы!

Приняв её браваду на веру, Мирздрав дал волю чувствам: он ходил взад-вперёд по маленькой гостиной, вспоминая, каким Архимаг был мудрым человеком и как хорошо при нём жилось. Лично у Даши создалось впечатление, что мужчина говорил это в основном для себя, чтобы убедить в правильности выбора горячо уважаемого Архимага. Сравнив поведение мужчины сейчас и во время допроса, девочка позволила себе мимолётную улыбку.

Наконец Мирздрав выдохся и остановился. Сделав торжественное, как у директора на линейке, лицо, он торжественно начал:

– Дария, тщательно всё взвесив и обдумав, я решил открыться тебе…

Успевшая расслабиться и задремать «избранная» напряглась. «Только не говорите мне, что этот мутный тип – внебрачный сын Архимага, тайный ученик, бывший подельник злодея, стеснительный гений или какой-то другой важный персонаж!».

– … я – старейшина Магнии!

– Кто? – не подумав, переспросила Даша, растерявшись от незапланированного варианта, но увидев глубокий шок мужчины, исправилась: – Погодите, кажется, припоминаю…

Не зря же она в попытке показаться взрослой прослушала курс лекций о политике Древмира – ей представился отличный шанс оправдать потраченное время.

«Старейшины Магнии состоят в Совете и исполняют законодательную и судебную функции. Законы принимаются в двух чтениях» – эту подробность она запомнила лишь потому, что Дарк намекнул, что на первом всегда веселье.

Однако старейшины не были самыми важными шишками Магнии, над ними стоял Совет Мудрейших, в который был дикий конкурс. Были ещё какие-то Советы, но сейчас Даша не могла их вспомнить, да и нужды особой не было. Главное знать, что выше всех стоит Архимаг. Стоял.

– Так вы политик! – лицо мужчины выразило недоумение, поэтому Даша пояснила: – Ну, тот, кто при власти. Э-э, который в создании законов участвует. Вот! Законотворец.

– Прежде всего, я – маг, – недовольно отозвался Мирздрав, которому не понравилась слабая реакция землянки на статус Старейшины.

Даша прислушалась к себе, ожидая реакцию на встречу со столь важным человеком. Трепета или страха она не ощутила. Мирздрав по-прежнему оставался для неё странноватым лесником, поэтому уступать диван она не собиралась.

Старейшинами становились за заслуги перед магией, так что было трудно понять, чем на самом деле занимается магнийский государственный орган: то ли законы принимает, то ли научные конференции проводит. Хотя для страны магов другую систему управления придумать сложно.

– Тогда я не понимаю, что вы тут делаете, когда… – она осеклась. Как можно сделать намёк на бездействие Мирздрава при захвате страны как можно тактичней? Его рейтинги бы взлетели до небес, возглавь он какое-нибудь сопротивление. Ну и ей с ребятами мороки меньше.

То ли Мирздрав был искусным дипломатом, то ли просто добрым человеком, но за намёк ей замечание не сделал. Вместо этого ей пришлось выслушать его горестный рассказ, как он докатился до такой жизни.