Текст книги "Хроники Древмира: Падение магов (СИ)"
Автор книги: Вера Горова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 20 страниц)
Глава 8
– Твоя мама замечательно готовит, – как истинный политик и прозорливый мужчина, Мирздрав нашёл время для комплимента между супом и вторым.
Даша молча забрала у него опустошённые тарелки и подала десерт. При виде угощения маг счастливо вздохнул, и ему стало не до разговоров по причине чрезвычайной занятости челюстей.
– Жаль, что я не могу передать ей вашу похвалу, – стараясь казаться незаинтересованной в его словах, ответила девочка. Чтобы не выдать смущение, она отвернулась к раковине и занялась посудой. На самом деле благодарность достигла ушей повара, но ей было стыдно признаться, что она не смога избежать участи «ну ты же девочка!» и умеет готовить.
Старейшина Магнии откинулся на стуле, лениво прикрыв глаза. По его нынешнему поведению нельзя было сказать, что он последний представитель уважаемого древнего аристократического рода Земов.
– Я тут подумал, – мужчина приоткрыл один глаз: – А у тебя нет проблем с родителями? Как-никак, ты приходишь сюда каждый день, к тому же приносишь еду.
– Не-а, они думают, что я с Глебом и Витей. И ваш аппетит рядом не стоит с этими проглотами.
От упоминания друзей нахлынули светлые воспоминания о проведённых вместе временах, которые отозвались ноющей болью в груди, но Даша отогнала их, сосредоточившись на деле: одно неверное движение и годовой доход её семьи уйдёт на выплату огромной компенсации. Мирздрав жил в глухом лесу, умывался талым снегом, питался заплесневелыми сухарями и варёной картошкой, но гордость аристократа напоминала о себе, даже в таком месте: на днях он достал из антикварных шкафов серебряный сервиз и теперь категорически отказывался есть с менее дорогих тарелок.
– Уверен, вы помиритесь. В вашем возрасте всё кажется серьёзней, чем оно есть на самом деле. Это я тебе говорю с вершины своего немалого жизненного опыта.
«Вершина не додумалась запастись получше или научиться охотиться! Хотя здесь даже зайцы зубастые» – подумала про себя Даша, придирчиво осматривая тарелку. Ей казалось, что от одного её взгляда, та начинает покрываться мелкими царапинами, грозящими обернуться крупными денежными неприятностями.
На самом деле у них с Мирздравом имелись действительно важные дела, требующие немедленного разрешения, однако после совместного двухнедельного мозгового штурма они решили взять перерыв. Найти лекарство от древмирской болезни выходцу с Земли оказалось непосильной задачей. Даже с иным взглядом на жизнь, другой точкой зрения, Даша понятия не имела, как можно разом лишить воли сотни человек. Семейная библиотека Земов тоже не проливала свет на эту историю, так как предки Мирздрава изучали другую область магии: влияние магического поля Тёмного леса на окружение.
Спасти Мирздрава от сухарей – это единственное, что было в её силах. Довольно жалко, для человека, которого призвал величайший маг Древмира. «Оказаться в нужном месте, в нужное время, да? Да я носу боюсь показать отсюда. Потому что снаружи намного опаснее, чем здесь».
Проблемы страны магов на потерявших разум владельцах не заканчивались. Ещё имелся обязательный для всех историй главный злодей по имени Гадикус и шайка приспешников – орков, согнавших остальных жителей на юг страны раскапывать внушительный участок земли. По утверждению Мирздрава, в том месте не было ничего интересного, но почему-то именно там сосредоточилось внимание злодеев, чему лично он был несказанно рад. Гадикус обосновался в Чудограде, Мирздрав не мог выйти из леса, так как опасался заразиться, а Даша… Что ж, она с пользой провела это время, в сотни раз разнообразив список чудищ для леденящих кровь ночных кошмаров.
Но больше всего в этой ситуации девочку пугали действия друзей и зверомага. Как далеко они зашли и что успели натворить? Не пошатнётся ли вскоре установившийся хрупкий баланс?
* * *
– Ну не может быть такого, чтобы за чёрт знает сколько лет существования вашего мира, откуда не возьмись, взялась такая страшная магия, которая на раз берет целые страны! Даже у нас такого нет! – после очередного наспех пролистанного за пять минут пыльного тома, Даша не выдержала и, заложив руки за голову, откинулась на спинку полюбившегося дивана.
– Не ругайся, – сделал замечание Мирздрав, оторвавшись от книги по истории. – Я же говорил, что это бесполезно. Я всё изучил. Здесь нет ни малейшего упоминания о подобных болезнях. Упомянутые тобой «зомби» гораздо больше подходят к нашему случаю, нежели паразиты.
– Дяденька Мирздрав, зомби – это выдумка киношников, зря я вам про них рассказала. К тому же они мозги едят, а маги – нет! – Даша не помнила, когда Мирздрав успел стать «дяденькой», но он так забавно хмурился от этого обращения, что невозможно было удержаться.
Маг раздражённо выдохнул и отложил книгу в сторону. Он помассировал виски и уставился на неё усталым взглядом. Под столь пристальным вниманием, сидеть в расслабленной позе стало неудобно.
– Ты права. Ни заклинание, ни новая болезнь не могут взяться ниоткуда, им предшествуют долгие годы проб и ошибок. Таким образом, мы снова вернулись к тому, с чего начали.
Запретная магия. Наспех высказанное предположение в день знакомства имело высокие шансы оказаться правдой. Удивляло то, что при самом строгом наказании за изучение этого вида магии, всё же нашлись энтузиасты. Лично Даша бы никогда не стала учить то, за что рубят головы, будь оно тысячу раз мощным и интересным. По меркам Земли такое наказание казалось диким – вот тебе и «мир, в котором тысячу лет не было войн». Кто сказал, что такой мир будет безобидным?
Тем временем Мирздрава ушёл в себя, и его взгляд стал похож на взгляд бывшего трудовика. Тот тоже смотрел на мир без надежды на счастливое будущее, а ещё любил лишать надежды на хорошую оценку других. Даше совершенно не хотелось, чтобы Мирздрав открыл для себя такой же способ борьбы с тоской, как у спившегося коллеги. Настоящий живой маг плюс аристократ – и пьяница? Воображение категорически отказывалось такое представлять.
– Гадикус наверняка работает один, по крайней мере, по магии-болезни. С таким-то именем он точно самый злодейский злодей, а эти типчики не любят делиться, особенно оружием массового поражения. Это я вам с вершины своего, книжного, опыта говорю.
Мирздрав усмехнулся и вынырнул из своих нерадостных размышлений. Гнетущее чувство безысходности исчезло.
– Я и забыл, что у нас имеется Избранная.
Теперь настала Дашина очередь тяжело вздыхать. Начинающий сходить с ума от одиночества и чувства вины тридцатилетний взрослый, был единственным, кто признавал её «роль». С недавних пор она стала воспринимать это прозвище как издёвку. Она бы изменила формулировку на «та, которой не всё равно». Простенько и не обязывающее к чему-то серьёзному.
– Итак, мы имеем: злодея, который без вас не может стать Архимагом, его приспешников с худшими резюме в Древмире и ни малейшего понятия, что нам делать дальше, – неутешительные итоги подводились тринадцатый раз подряд. Обычно после их оглашения, она возвращалась домой, но так как сегодня они сдалась быстрее, чем обычно, в запасе оставалась пара-тройка часов.
– Для меня всё ясно как день! Я смиренно жду твоих указаний по велению величайшего из магов! – покорно склонив голову, заявил Мирздрав.
У Даши дёрнулось правое веко. Вот сейчас стопроцентно прозвучала скрытая издёвка! Когда-нибудь, а точнее в день, когда у неё откроются магические способности, которые просто обязаны быть очень крутыми, с чьей-то бородкой случится несчастный случай! Хотя можно отомстить и без магии, но это будет слишком по-детски. Она не виновата, что Архимаг указал на неё, вместо того, чтобы… Промелькнувшая мысль едва не заставила вскочить с места. Всё это время решение всех проблем лежало на поверхности.
– Эврика! – воскликнула Даша, чтобы привлечь внимание Мирздрава. Бытовало мнение, что именно это слово кричат все признанные и непризнанные гении, когда к ним приходит стоящая мысль.
– Кто такая? – оживился маг.
– Не помню кто, кажется даже что… – от волнения Даша автор крылатого выражения был позабыт, как и его перевод. – Послушайте! Архимаг! Всё дело в нём! – Мирздрав закатил глаза, и прежде чем он выразил своё мнение, полное безжалостной критики к её логическому мышлению, она продолжила: – Он отправил вас сюда, чтобы сорвать выборы следующего Архимага, а Тара ко мне, чтобы мы… – в памяти всплыла картинка шепчущихся в школьном коридоре мальчишек, смолкающих при её появлении, – я остановила некое зло. Через Тара он передал оружие вашего мира, которое, как вы утверждаете, не имеет магических сил.
По словам Мирздрава, а словам историка с древней родословной следует верить, Архимаг сыграл на громких именах бывших соратников и вручил ребятам самое обычное оружие, потому что Остр и Стрелл во времена героического периода своих жизней не владели «вундервафлями». Зла на величайшего волшебника Древмира за обман лично она не держала. Кто бы осудил старого мага в преувеличении волшебных свойств подарков? Никто. Потому что абы кому крутое оружие давать не будут, даже она не сразу разрешила Тару пользоваться телевизором и компьютером.
– Наверняка дал, чтобы мы могли защититься в случае чего, но не судьба: ребята пошли своим путём. О чём это я? Ах да! Он мог знать про болезнь! – непоследовательно закончила свою мысль Даша и выжидательно уставилась на мага.
– Он предупредил об опасности, но не назвал её, – мягко возразил Мирздрав. – Если он был бы уверен в своих подозрениях, то магическое поле включили раньше, и тогда ничего не случилось.
– Да ладно вам, за тысячу лет он всякого навидался, наверняка и… Ну, знаете, и магию эту запретную… того, – памятуя прошлый раз, Даша тщательно подбирала слова, чтобы ненароком не оскорбить чувства верного подчинённого Архимага.
В ответ на несвойственную ей тактичность, она получила громкий смех. Аристократы приучены держать себя в руках, значит, сказанное действительно звучало забавно для ушей древмирцев.
– Ты намекаешь, что он изучал запретную магию? Так это всем известно. Кому, как не могущественнейшему магу Древмира, её знать? Без его помощи уничтожение запретных знаний было бы невозможно, ведь мы бы не понимали, что запретно, а что просто непонято нами.
«Книжные могущественные волшебники более скрытные» – мрачно подумала Даша, в который раз удивившись непредсказуемому характеру древмирского аналога Фендальфа.
– Может, он вёл какие-то записи? Личный дневник в нескольких томах? Должно же быть что-то о запретной магии!
– Возможно, в хрониках мы могли бы найти такие сведения, однако у меня всего лишь третий вариант, – Мирздрав развёл руками, показывая, насколько безнадёжное это дело.
– Третий вариант?
– Всего их шесть. Первый – легенда, в существование которой мало кто верит, второй – в трёх экземплярах, для королей, третий – богатые и древние рода, четвёртый – купцы, пятый – для владеющих грамотой, шестой – у всех на слуху. Запомни, официально их пять, сообщество учёных мужей и дев поднимет любого на смех, упомяни он первый. Даже меня.
«И зачем он забил мой мозг ненужной информацией? Сказал бы: есть, но вне зоны доступа, – фыркнула про себя Даша. Как назло ненужные знания запоминались лучше, чем необходимые наподобие «теоремы Виета» или количества элементов в таблице Менделеева. – Как говорят в детективах: нужно взглянуть на проблему с другого угла».
Картина событий напоминала пазл, причём дорогой, с сотней-другой деталей. Но ей и не требовалось собирать его до конца. Неделя. Этот временной отрезок упоминался дважды. Тар и Мирздрав начали выполнять свои поручения практически одновременно. Архимаг сделал всё, чтобы его задание казалось для землян квестом: за каждый шаг в Древмире приходилась награда в виде информации, новых знакомых и предметов. Лично её инвентарь пополнился теоретически волшебным компасом, ни разу не использованным в деле, в то время как у мальчишек… Даша помотала головой, отгоняя заворочавшуюся в глубине души зависть – обещанная ей награда намного лучше груды сомнительного антиквариата.
«Мог ли Архимаг за неделю узнать что-то новенькое? – от напряжённой мысленной деятельности голова начала раскалываться. – Не стоит развивать эту тему: мало ли чем занимался человек, трудящийся тысячу лет на благо древмирцев? Возможно, он хотел отдохнуть или задыхался от кашля, пока сражался со своей болезнью». Спрашивать, как прошли последние дни её «нанимателя», девочка не стала, вместо этого она спросила:
– Как вы думаете, что написано в завещании?
Вопрос застал Мирздрава врасплох. Раньше политические темы между ними не поднимались.
– Вестимо, имя преемника.
– И всё? Никаких «не забывайте кормить Барсика, соорудите мавзолей на главной площади»? Никаких речей, от которых глаза на мокром месте, догадок или предсказаний?
– Теперь я понимаю ход твоих мыслей. Мой ответ – нет. Любые лишние намёки посеяли бы панику, скрытые послания – привлекли ненужное внимание врагов. Гадикус вполне мог уничтожить последнюю волю Архимага, чтобы не вызывать в будущем пересуды. Порой меня одолевают сомнения: существует ли эта воля? Положить в шкатулку пустой пергамент вполне в его стиле.
– А если спрятал? И мы должны найти завещание? А заодно разгадку к… чему-то. Чему-то важному, иначе быть не может.
– Ты никак не оставишь идею побывать в Академии? – иногда взрослые видят насквозь.
Академия Магнии. Место, в котором каждую секунду творится магия. Место, в котором её обещали обучить магии. Конечно, она хотела там побывать! Первые дни пребывания в лаборатории Земов прошли в расспросах об учительском прошлом Мирздрава. Он пошёл против семейного увлечения и стал историком, но потом ему пришлось оставить любимое, по его тайному признанию, дело ради кресла Старейшины. Не то чтобы он стал от этого влиятельнее и счастливее.
– Мы в ту-пи-ке, – нараспев подытожила Даша. – Признайте.
– Я знал это ещё до твоего прихода. Просто надеялся, что тебе повезёт больше, чем мне, и ты увидишь то, что скрыто от других.
– Увижу? Я даже магов в глаза не видела, чтобы… – Даша осеклась, второй раз за день поражённая собственной мыслью. Всё это время она пыталась разгадать загадку по словесному описанию – это всё равно, что лечить людей по фотографии. Если подойти к проблеме магов по земному методу, то для эффективного лечения нужны анализы, фотографии больных, рассказы родственников и куча других сведений, которые невозможно добыть, сидя на диване. Чертовски удобном диване.
Видимо, за годы преподавания Мирздрав научился чувствовать опасные намерения своих учеников, иначе невозможно объяснить, как он разгадал её задумку:
– Ты же не хочешь отправить меня в Чудоград? Меня обнаружат, едва я ступлю за пределы магического поля леса.
– Да помню я об этом, помню! – раздражённо отмахнулась девочка. – Я хочу сходить сама.
– Са-сама?! В город, захваченный орками? Одна по чуждому тебе миру? И думать не смей!
Мирздрав разразился тирадой в стиле «опасно для жизни», чем стал похож на школьных учителей, по мнению которых, ребёнка лучше держать в комнате два на два метра, чтобы он не мог пораниться. Его доводы «против» были логичны и безупречны с точки зрения взрослого, но чем их было больше, тем сильнее Даше хотелось попасть в Академию. Смысл путешествия в другие миры, если не можешь сделать в них и шагу?
– Я смотрела все фильмы с Джоном Понтом, всё будет нормально. Орки они, ну, ведь не гении же? Лишнего ребёнка не заметят. Да и подумать что секретное оружие Архимага – это девчонка, невозможно! – «Девчонка, которая уделает всех, особенно друзей-предателей» – добавила она про себя. Упоминание знаменитого киношного шпиона не произвело на мага должного впечатления, поэтому пришлось использовать тяжёлую артиллерию: – Архимаг!
– Что Архимаг? – раздражённо переспросил Мирздрав. – Он бы никогда это не одобрил! Да кто в здравом уме и памяти отпустит ребёнка в опустошённый город, где обосновались бесчестные наёмники?!
– Кхм, вообще-то Архимаг как раз-таки это и сделалал.
Замечание возымело эффект: Мирздрав изменился в лице и растерял пыл «всегда правового взрослого».
– И я не иду в руки к Гадикусу, я иду в Академию, где есть школа, а в школе дети. Много детей! У орков наверняка от них в глазах рябит, понимаете? У нас год назад приезжала какая-то проверка, так всех заставили ходить на цыпочках. Мне кажется, что сейчас в Академии что-то типа этого. Я ещё не забыла, как ходить на цыпочках, всё обойдётся.
Мужчина по-прежнему выглядел неубеждённым, он всегда так выглядел, будто сомневался по поводу и без двадцать четыре часа в сутки. Взрослые такие непонятные существа, любят всё усложнять. Преступники возвращаются на место преступления, герои – к месту начала «квеста». Учитывая, что он начался с момента получения зверомагом его «особого задания, начало здесь, в Академии.
– А-а, забудьте. Снова никудышный план придумала! – время шло и шло и ситуация стала совсем неудобной, поэтому Даша смутилась и поспешно ретировалась, пообещав принести завтра новую заварку для чая.
Благодаря подаренному компасу с функцией монстроотпугивания порождения Тёмного леса были не страшны, однако первая одиночная прогулка оставила сильные впечатления, из-за чего Даша топталась на месте, утрамбовывая снег возле землянки. «Почему амулет не может предупреждать? Нагреваться, например? Во всех играх предупреждает, а тут нет! Тоже мне «мэйд ин Магния» – Даша спрятала цепочку под куртку и надела перчатки. На самом деле магическая побрякушка её совершенно не интересовала. – Звать-то звали, но стоило прийти, как сразу же стала не нужна». Погрузившись в невесёлые размышления, стоит ли ей сдаться и первой заговорить с мальчишками, она пустилась в путь. Позади послышался грохот – и на улицу выбежал взволнованный Мирздрав в домашней одежде. Пришлось вернуться.
– Ты меня убедила, – сообщил Мирздрав, поднося дрожащие руки к магическому пламени камина.
– Ладно, тогда завтра я…
– Сегодня. Сегодня будет проще, поверь.
– До города три, а со снегом и четыре часа пути, как вы это себе представляете?
Мирздрав представлял. Он очень хорошо это представлял.
* * *
– Постой на месте с минуту, дай телу приспособиться…
Даша послушно кивнула головой, не восприняв ни слова из инструктажа суетящегося взрослого. В голове было пусто, как в воскресное утро – благословенного дня отдыха мозгов школьников.
– Я наложу на твою одежду слабые отвлекающие чары, на иллюзии обратят ненужное внимание. Сколько раз говорил, одевайся как девушка, так нет же… – ворчанием она подавно не хотела забивать голову, поэтому снова сосредоточилась на Этом. Увиденному было трудно найти разумное объяснение. – Слушай внимательно… – эффект был достигнут противоположный, потому что Даша окончательно погрузилась в свои мысли.
В себя она пришла от навалившейся без предупреждения головной боли. Нащупав устойчивую поверхность в кружащемся мире, она сползла по стенке и закрыла глаза. Бороться с ощущением дезориентации стало легче. Спустя некоторое время боль ушла, и она снова смогла видеть.
«Всё это время… в паре шагов от меня… у него был телепорт! В соседнюю с Главной башню! Дяденька Мирздрав, ну кто ты после этого?!».
Кем бы ни был неуловимый старейшина, сейчас он находился в семейной лаборатории, а она – в чудоградской Академии магов, в кабинете его учительского прошлого.
«Ну и ладно, я потом ему всё выскажу. Наконец-то я дышу воздухом истинного мира магии, надеюсь так моя «батарейка» быстрее активируется… – если что-то от «воздуха мира магии» и активировалось, так это аллергия на пыль. – И чего я ждала от человека, прячущего грязные носки под иллюзией цветка?».
Выцветшие карты, сломанные макеты замков и различных орудий, стопки потрёпанных временем книг – от обстановки кабинета веяло древностью и присущей ей ветхостью. Девочка поморщилась, отметив про себя, что сильный пол и в тридцать лет горазд на бардак, и сделала первый шаг в царство пыли.
«Неужели он думал, что этим барахлом скроет телепорт? – когда Даша обернулась, чтобы посмотреть на двухметровую арку из чёрного камня, испещрённую затейливыми узорами, то увидела лишь кирпичную стену. Не веря своим глазам, она провела рукой по кладке, но ощутила лишь холод настоящего камня. – Ловко! Это не иллюзия».
Пути назад не было, проход появится только через определённое время, и отчего-то в памяти всплыло что-то про два часа.
– Больше никогда не буду пропускать вступительные ролики и обучение в играх, – вслух пообещала себе девочка, с недоумением воззрившись на правую руку. Украшений она не носила, поэтому кожаный ремешок с прицепленным к нему цепочкой позолоченным ключом был явно подарком Мирздрава. Ключ подошёл к замочной скважине кабинета, значит, на этом его поддержка заканчивалась, и дальше следует рассчитывать исключительно на свои силы. Испуга от осознания этого факта не возникло, ведь она сама напросилась в гости к магам.
Впереди были два часа увлекательной прогулки по самой настоящей школе волшебства и магии, а также детсада, университета и министерства… Бедные маги, судя по всему, они со школьных скамей перебирались на пару этажей выше и садились уже в рабочие кресла.
* * *
Коридор школы магии и волшебства выглядел как… собственно, коридор. Незатейливый дизайн серых стен, мраморный пол – в камнях Даша не разбиралась, но раз в книгах упоминались исключительно мраморные полы, значит и в магнийской Академии лежал мрамор. Вместо светильников на стенах иллюзорным огнём горели факелы, Мирздав тоже пользовался этим волшебством, когда зажигал камин. Окна располагались слишком высоко, чтобы заглянуть в них, к тому же были очень узкими.
Даша кинула на дверь кабинета истории прощальный взгляд, дважды повторила про себя её номер и отправилась в путь.
Мирздрав говорил, что орки, не встретив должного сопротивления со стороны обычных магнийцев, расслабились, разленились и предались незаметному для высшего начальства безделью, само же начальство сидело в Главной башне и сосредоточенно думало, как побыстрее стать законным архимагом Магнии. Риск быть обнаруженной мог возникнуть лишь в том случае, дерзни она сунуться в логово Гадикуса. Ранняя встреча с главным злодеем Дашу совершенно не прельщала, поэтому в её повестке дня, точнее, раннего вечера, значились лишь два скромных пункта: поиск формы ученика и встреча с магом. Мирздрав советовал одолжить на время форму какой-нибудь ученицы, но такой способ приобретения маскировки гордой дочери Земли казался недопустимым. Как бы сильно не болели маги, но рыскать в их шкафах или сундуках – это чересчур. Жизнь – не компьютерная игра, и такого ей не простят. То ли дело проверенный временем и бесчисленным количеством героев вариант с прачечной!
К величайшему сожалению и немалому стыду, другие советы мага она не вспомнила. От самобичевания девочку отвлёк промелькнувший слева лестничный проход, и, рассудив, что прачечная должна находиться на нижних этажах, она нырнула в него. Ступеньки были широкими и высокими даже для взрослого, а декоративные перила не внушали доверия, поэтому через пять этажей она почувствовала усталость, а через десять – окончательно выдохлась.
«Тоже мне, средневековый небоскрёб, – фыркнула она про себя, и присела на ступеньку, чтобы отдохнуть. – Да сколько здесь этажей? Зачем было строить такую дурацкую лестницу? Это точно школа?». Земная архитектура теперь казалась ей эталоном, по крайней мере, дома, перила выполняли дополнительную функцию, и со спуском проблем не возникало.
Угнетающая тишина Академии действовала на нервы. Создалось впечатление затишья перед переменой, будто вот-вот прозвенит звонок – и воздух наполнится звуками хлопающих дверей и голосами учеников. «Эх, нужно было подготовиться и хотя бы расспросить, что где находится, а не доставать его вопросами о посохе и волшебной палочке. Жаль, что здесь нет что-то типа плана эвакуации при нападении дракона или пожаре в лабораториях… – и тут её глаза заприметили висящий около входа на семнадцатый этаж пожелтевший от времени плакат в стеклянной рамке. Прищурившись, можно было разглядеть подозрительно знакомые линии и прямоугольники. – Нет, бред какой-то, даже если это план здания, я наверняка ничего в нём не пойму…» – она встала и подошла ближе. План был настолько подробен и лёгок для восприятия, что в нём бы разобрался не владеющий грамотой человек.
Согласно схеме, верхние этажи безраздельно принадлежали учителям, что объясняло унылость их дизайна. С двадцать четвёртого этажа начинались жилые этажи, которые через три чередовались с этажами для занятий. В таком расположении наверняка имелся свой смысл, который лично от неё ускользал. Столовая располагалась на первом этаже, значит, не только на Земле школьники устраивали забеги к вожделенной пище. Но самое интересное заключалось в длинном тонком прямоугольнике, проходящим сквозь все этажи башни – шахта лифта. Имея для ежедневного преодоления не один десяток лестниц, его поневоле изобретёшь.
Приятности на этом не заканчивались. На втором этаже был нарисован продолговатый прямоугольник, обозначенный как «Склад». Хранилище новых и не очень парт и стульев, теоретически годового запаса мела, который почему-то всегда покупали ученики, и самое главное: формы. Десятки сериалов подготовили её к этому дню. Сегодня Даша использует самый популярный способ внедрения в частные школы. Сегодня она представиться ученицей и наконец-то сделает первый шаг к долгожданному освоению волшебной науки.
* * *
Местный аналог лифта нашёлся после долгих плутаний по безлюдному этажу и случайной догадке, что маленькая проржавевшая железная дверь в самом тёмном коридоре, является венцом средневековой инженерной мысли. Такое небрежное отношение к технологиям настораживало. Кнопки были нелепыми и грубыми, также в лифте не нашлось ни одной нацарапанной надписи, поэтому Даша пришла к выводу, что устройство используется нечасто и не учениками. Нажав кнопку второго этажа, она прислонилась к задней стенке и стала размышлять, где ей найти магов, не наткнувшись при этом на орков. Спуск был лёгким, практически бесшумным, непрезентабельный внешний вид лифта не повлиял на ходовую часть.
Однако вскоре госпожа Удача покинула самонадеянную шпионку и ушла к кому-то менее рискованному: лифт дёрнулся и остановился. Колёсики механического табло показали тринадцатый этаж. Створки разъехались и к ней ввалились два орка – их невозможно было с кем-то спутать. Сердце побледневшей девочки сделало кульбит и добралось до нижних этажей быстрее остального тела.
Места было немного, поэтому, как бы она не старалась слиться со стенкой, её все равно заметили.
– Почему не в комнате? – повернувшись к ней в пол-оборота, рыкнул один из орков после того, как нажал кнопку первого этажа.
Девочку обдало удушающей волной перегара и курева, и она позеленела, породнившись цветом кожи с нежелательными попутчиками.
– К ле-лекарю… Жи-живот болит, – пролепетала она, изо всех сил сдерживая подступившую к горлу тошноту. Голос получился убедительно больным, поэтому чрезмерный интерес к её скромной персоне был потерян.
– Ха, женщины! Создают проблемы с малых лет, будь они неладны, – видимо, недоверчивому орку через пару этажей стало скучно, раз он решил вернуться к разговору. За пренебрежение к прекрасной половине человечества, он был незамедлительно внесён в чёрный список находящейся в лифте представительницы оной.
– Брось, будто мешает, – впервые заговорил его спутник. Он был менее категоричен и более пьян.
– Да я обо всех них, эльфийскую стрелу тебе в задницу!
Ругательства другого мира вызвали у Даши немалый интерес и закономерные опасения насчёт потасовки за оскорбление. Учитывая размер помещения, есть шанс быть придавленной. Однако второй орк оказался не промах, и ответил словесно, да так метко, что положил напарника «на лопатки».
– Бешеный, ты никак по бабам скучаешь? – прозорливо предположил он и громогласно расхохотался. Отсмеявшись, орк продолжил: – В изгнание их нечасто отправляют. Хотя это хорошо, представь, если бы к нам отправили мою старшую сестру… Брр! – от упоминания родственницы, благодушно настроенный наёмник поёжился и, кажется, протрезвел.
– Пошёл ты, – беззлобно огрызнулся Бешеный и затих.
Механическое табло показывало шестой этаж, напряжённая обстановка разрядилась и Даша позволила себе расслабиться. Это было очень неосмотрительно с её стороны. От глотка пропахшего ароматами орков воздуха, девочка закашлялась. Допустимый для больных магов уровень шума был превышен.
– Нам говорили сообщать о странностях, – Бешеный снова повернулся и принялся внимательно разглядывать её одежду. – Значка нет, и одежда какая-то… не такая.
Всё вернулось к тому, с чего началось. Видимо, ей на роду написано быть подозреваемой и прокалываться на одежде. В очередной раз попавшаяся разведчица напряглась, лихорадочно подыскивая решение проблемы. Выход из ситуации нашёлся, однако его загораживали две горы мышц.
– У девчонки заболел живот, и она потащилась за зельем. Боль и голод они чувствуют.
– Зря тебя прозвали Щитоносом – ты та ещё размазня. Магам нельзя доверять! И чем только думают остальные, дразня этих выродков… – Бешеный начал распаляться, в то время как Щитонос выглядел образцом спокойствия и безграничного терпения.
– Я и позабыл, что ты здесь недавно… Остынь, иначе разнесёшь эту карловскую игрушку, и начальник урежет жалование. Если плевать на деньги, вспомни о проклятущих лестницах, – не только ей не понравилось творчество строителей Академии. Угроза возымела эффект: устрашённый количеством лестничных пролётов Бешеный перестал выпускать пар из ноздрей и буравить подозрительную, по его мнению, ученицу налитыми кровью глазами. – Я в городе с самого начала, – продолжил Щитонос, – поверь, она – плёвый случай. Как только маги не чудили: и одежду забывали напяливать на свои тщедушные тушки, и как ложкой орудовать. Порой, глядишь, в бумажках своих шебуршится, лопочет по-мудрёному, а как что-то спрашиваешь – слюни изо рта и взгляд дохлой рыбы. Глянь на эту – дуб дубом же!
Когда на неё обратили внимание, Даша была во всеоружии. Задав себе сложнейший в жизни вопрос: «Кем я хочу стать?», девочка изобразила самое глупое выражение лица, на которое была способна. Она сыграла хорошо – придирчивые зрители признали её талант ухмылками и парочкой обидных шуток. Лифт дёрнулся, и орки наконец-то вышли, напоследок наказав после лекаря вернуться в свою комнату.
Это был самый долгий спуск в её жизни. По всем показателям, потому что в Гдетотамовске не строили высоких домов. Даша обессилено сползла на пол.
– Сами вы глупые… – пробормотала она. – Проглядели… целую меня! Вот! – таким образом отомстив за поруганное имя, девочка с трудом дотянулась до кнопки второго этажа.
