Текст книги "Хроники Древмира: Падение магов (СИ)"
Автор книги: Вера Горова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 20 страниц)
– Эм-м… – слов комплиментов о необычном дизайне и удачной планировке жилья не нашлось. С другой стороны, что она ожидала увидеть от жилища отшельника, живущего в самом опасном месте Древмира?
Издав снисходительный хмык, Мир прошествовал к холму, оставив её в полном замешательстве. Он пошуршал ветками, что-то нажал, и стена из лесного мха и веток отъехала, на деле оказавшись замаскированной железной дверью. Скрип, с которым она отъезжала, впечатлительной Даше показался каким-то недобрым.
– Какой ещё дом может здесь просуществовать, кроме как бун… землянки… – выдавила из себя школьница и неосознанно попятилась назад, потому что труднодоступные закрытые пространства ей оптимизма не внушали.
– В чём дело? – спросил хозяин тайного убежища, заметив её неуверенность.
– Может, вы зелье сюда вынесете? А то я вас от дел отвлекаю, да и ребят надо идти искать…
Мир нахмурился и скрестил руки на груди.
– Мне зелье ещё искать, – недовольно ответил он. – Вопрос: будет ли мне потом, кому его выносить?
Шах и мат. Проигрыш в чистом виде. Можно было понадеяться на какие-нибудь защитные чары вокруг дома, но толщина железной двери подсказывала, что лично Мир на них не надеялся.
Ноги практически не держали, и Даша неохотно признала, что ещё одной головокружительной гонки она не выдержит.
– Хорошо, – согласилась она и зашла в средневековый бункер. Дверь за ней захлопнулась как-то особо зловеще.
Кое-кому не помешало бы смазать петли.
Глава 5
Виталий Вертюхин никогда не был кем-то выдающимся, да и не стремился к этому, в отличие от друзей. Он не желал стать заводилой класса или звездой школы, поэтому в далеко идущих планах, которые на него имела его мать, дальше простого работяги её мечты не простирались.
Многочисленные подруги матери, всезнающие бабушки на лавках и непреклонные учителя – все они удивлялись отсутствию амбиций у семьи Вертюхиных и пророчили им ужасное будущее, если Витя не сделает некий лично ему непонятный выбор.
«Что нужно выбрать в тринадцать лет?» – недоумевал Вертюхин, незаметно наблюдая за одноклассниками в поисках ответа. Те хотели стать бизнесменами, ворами в законе, актрисами и певицами, а лучшие ученики класса с честными-пречестными глазами врали о желании стать учителями, за что получали очередные бонусы. Что говорить о нём, ведь он не выбрал в недавнем опросе даже банального космонавта! Жаль, что туда нельзя было добавить свой вариант – Злюкина была настороже после прошлого раза. И чем ей не понравился «космический охотник за головами»? Всяко лучше космонавта, всего лишь наматывающего круги вокруг Земли.
Несколько недель назад, Витя наконец-то понял, на какой выбор намекали окружающие: они хотели узнать его цель и роль, которую он будет отыгрывать для её достижения. Хулиган так хулиган – им положено курить, пить и бить стёкла. А он был непостоянен во всем, кроме дружбы, и ни одно стекло не разбил, во что учителя не хотели верить. Для них он был удобным подозреваемым.
Когда Витя пинал мяч, ему хотелось стать футболистом, когда понимал трудный пример – математиком, а когда смотрел ежегодный парад победы – военным. Рядом с такими серьёзными друзьями, как Глеб и Даша, у которых разве что на лбах не были написаны выбранные ими профессии, он чувствовал себя неудобно.
С появлением зверомага из другого мира, наполненного магией, ему предложили цель и роль, которую он без колебаний принял. Как можно пройти мимо роли благородного героя? К тому же в комплекте шёл волшебный меч, пусть и без инструкций и наставника. Витя был благодарен и за такую малость, и освоил науку владения мечом простым, но надёжным методом тыка. В процессе постижения пути меча, у него возникли подозрения, что именно первые мечники и изобрели этот метод.
Два месяца полных открытий и предвкушений пролетели быстро. Из-за свалившегося на него чистого счастья, Витя позабыл важную истину, которую жизнь преподала ему ещё в шестилетнем возрасте, когда от них ушёл отец: за счастье нужно платить.
Сначала всё шло просто замечательно: первая спонтанная вылазка, первые враги и непробиваемая уверенность в своих силах. И что в итоге? Ничего. Как будто из его памяти вырезали неудачную сцену, решив не заморачиваться вторым дублем.
Вот к нему бежит напуганный чем-то Глеб. Вот валяются огромные зелёные мужики в доспехах, а вот меч Остра сияет загадочным голубоватым светом, и рука автоматически разжимается. Метод тыка все же проиграл инструкциям.
Что было дальше, Витя помнил смутно, будто в голове напустили туману, а когда прояснилось, оказалось, что он с остальными сидит в средневековой пивнушке, со всеми полагающимися ей атрибутами: длинными скамьями, грубо сколоченными столами и деревянной барной стойкой, за которой расположились два огромных бочонка с маленькими краниками. Видимо, здешний ассортимент был невелик.
Впервые с момента появления посланца таинственного Архимага в его жизни, Витя не имел понятия, что делать дальше. На его счастье рядом вёлся разговор, который напомнил ему о тернистом пути защитника справедливости.
– … а главного зовут Гадикус! Его имя так же отвратно, как и его поступки! – громко вещала раскрасневшаяся от возмущения миловидная женщина средних лет.
«А я думал Тару с именем не повезло» – посочувствовал неизвестному подлецу Витя, не до конца вникнув в ситуацию. Он посмотрел на лица друзей, чтобы понять, что происходит: Глеб сидел с лицом игрока в покер, а Тар хмурился, будто пытался что-то вспомнить.
– Но как маг договорился с орками-изгнанниками? Вы же знаете нашего брата, госпожа Кассия, до переговоров с ними никто не опустится, – на правах местного жителя обратился к женщине Тар.
– И знать не хочу, как и почему этот… ах да, вы же дети, урод, договорился с этим жульём. Видели эту троицу орков? Они мне ни медяка не заплатили, а пьют, будь здоров, впрочем, как и остальные с их шайки. Пользуются тем, что в деревне мужиков нет – наши бы намылили им шеи и без кудесников, будьте уверены! – женщина прервалась на глубокий вдох и продолжила более спокойным тоном: – С тех пор, как всех магов свалила болезнь, вся наша жизнь пошла под откос. Зеленокожие ходили по деревням и забирали способных держать в руках лопату, оставляя лишь больных да стариков. Наши безответственные дети, те которые спаслись, разбежались кто куда, и хоть бы весточку подали, что с ними все в порядке, так нет же! И вот теперь старики следят за больными, а я одна слежу за стариками.
Кассия раздражённо выдохнула и поменяла кружку для протирания. Кружек было около сорока. Витя с неодобрением отметил, что тряпку она при этом не сполоснула.
– Госпожа Кассия, вы мне не кажитесь больной, наоборот, очень даже здоровой, бодрой… и молодой, – Кассия, которая, наверняка, слышала немало комплиментов от пьяных посетителей, все же попыталась покраснеть от комплимента Тара, – так почему вы… вас не… э-э…
– Мальчик мой, ты так неуклюже пытаешься спросить, почему меня не забрали, – на лице женщины расцвело умиление. – Корчмарей никогда не трогают. Они забрали моего мужа, старосту, купцов, кузнеца, других ремесленников, но забрать хозяина корчмы… – Кассия горько усмехнулась. – Кто ж им наливать тогда будет?
– А разве таверной… то есть корчмой владеет не ваш муж? – не вытерпел и заговорил Глеб. Ведь по всем правилам Средневековья и не только, женщины не могли чем-либо владеть, а уж заведением, в котором рекой льётся спиртное, подавно.
– Мой Боррий и корчма? – переспросила Кассия и заливисто рассмеялась. Смех молодил её – Витя даже покраснел, но когда она отсмеялась, то сгорбилась, и на только что гладком и весёлом лице появились морщины. – Простите, ребятки, соскучилась я по своему мужику. Он мастак выбивать деньги из забывчивых деревенских мужиков, но вот торговой жилки у него отродясь не было. К тому же корчма и наш дом принадлежит мне. Моя семья владела ею поколений семь – не меньше. Помню, ещё моя бабушка учила меня, как разба… Что-то я заболталась, – женщина внезапно замолчала. Похоже, ей было больно говорить о прошлом. Или о хитростях разбавления выпивки. – Ты так и не представил своих друзей, Таринамус.
Глеб едва заметно напрягся: похоже, он пожалел, что влез в разговор магнийцев, тем самым обратив на себя внимание.
– Это мои друзья из Империи: Глеб и Виталий. Мы воспользовались кое-какими другими путями, и попали сюда, а не в столицу. Нам повезло.
Кассия одарила его укоризненным взглядом, видимо, в этой стране гости говорили сами за себя. Теперь им предстояло объясняться самим. Дело принимало нежелательный оборот; лично Витя о Древмире знал лишь то, что в нём есть прекрасные эльфийки и драконы, которое на дух не переносят магов.
– До сегодняшнего дня мы понятия не имели, как тут всё плохо, – Глеб поднялся, чтобы изобразить поклон. Уж что-что, а поклоны везде любят, с ними не прогадаешь. – Без вас мы бы пропали, спасибо вам, госпожа Кассия.
«И когда он успел стать таким вежливым?» – Витя насупился. В отличие от него, Глеб быстро начинал ориентироваться в новой обстановке, но и у него имелись слабости: стоило Правову задать вопрос, на который не было заранее подготовленного ответа, то он сразу терялся. Тут-то наступал звёздный час Витиной импровизации.
Опытную торговку вежливость Глеба с толку не сбила, и она ринулась допрашивать подозрительного, по её мнению, чужестранца, не дав тому перевести дух.
– Кто родители? Чем сами занимаетесь? Зачем приехали к нам?
Как и ожидалось, поток вопросов выбил рассудительного Глеба из колеи, поэтому Вите пришлось вмешаться. Даже если он будет нести полную чушь, главное демонстрировать непробиваемую уверенность, которая компенсирует глупость.
– Родители пытались нас засадить за бумажки и скучные цифры, но это не наше, понимаете? – Витя принял самую уверенную позу, на которую был способен, и продолжил: – Однажды этот меч попал в мои руки, – он небрежно махнул на оружие – меч Остра был прислонён к соседней скамье, – и я понял, что это моё. Поэтому мы с Глебом переучиваемся на воинов, – ответ показался недостаточно впечатляющим, поэтому он решил похвастаться: – Видели тех троих? Моя работа.
– А я думала твоя, Таринамус, – озадаченная Кассия повернулась к зверомагу. Тот, отведя глаза, малодушно помотал головой, подтверждая Витины слова, так и не решившись озвучить правду.
Получается, пока Витя мучился душевными терзаниями, недолго, правда, но мучился, вся слава досталась Тару, лишь потому, что он маг! Понятно, почему магов недолюбливают.
– Нас Тар позвал, – Глеб снова перевёл внимание женщины на сжавшегося от стыда зверомага, – как-никак, учимся на… стражников. Это только пока, так-то у нас планы ого-го и выше! – сын стража правопорядка Гдетотамовска понизил голос до доверительного шёпота. – И тут у вас началось…
Взгляд Кассии полный подозрений и недоверия смягчился – всё же слушать мага куда интереснее, чем двух имперцах, поэтому она снова переключилась на Тара. Земляне облегчённо перевели дух.
– Я никак не могу понять, как вы попали сюда. Границы же закрыли.
– Окольными путями, ведомыми лишь зверомагам, – с чувством ответил Тар.
Глеб одобрительно хмыкнул на ложь их проводника. Кажется, тот начал постигать азы вранья. Против Злюкиной он, конечно, младенец, но здешних любителей наверняка проведёт.
– А ещё кого-нибудь привести можешь? Или хотя бы показать путь другим? Нам бы не помешали внушительные имперские молодчики с оружием, – Кассия снова посмотрела на меч Остра и лежащий на столе лук Стрелла. Знала бы она, что смотрит на оружие легендарных героев.
Витя запоздало понял, почему Глеб одобрительно хмыкал: Тар им все уши прожужжал, даром, что притворяется котом, что зверомагов очень мало, поэтому странного в том, что он не сможет никого привести, не будет – мало кто знает, как уличить зверомага во лжи.
– Нет, не могу. Я не знал, что нас захватили и жестоко предали, – ого, многое же пропустил Витя, – я был на практике очень далеко от Магнии, поэтому не представлял величины трагедии. Столкнувшись с барьерами, мы пошли обходными путями, поэтому так долго. Они, кстати, поклялись не выдавать их. Остальное вы знаете, только встреча с вами и теми орками открыла нам глаза.
Женщина выглядела неубеждённой словами Тара, поэтому Глеб легко толкнул Витю в бок. «Убеди её!» – просигнализировал он. Вот так всегда: Дашка с Глебом умничают, а когда не могут, то сваливают проблемы на него.
«Чем можно убедить бедную женщину, потерявшую абсолютно все, кроме пары огромных бочонков вина и крыши над головой? Помахать мечом и толкнуть речь, как в фильмах? – Вертюхин задумчиво посмотрел на затупившийся из-за неправильного обращения меч Остра, взвесил за и против и подумал: – А почему бы и нет?».
– Добрая женщина, не бойся, там, откуда я родом, знают, как бороться с орками! – за какие-то секунды он смог добраться до центра корчмы, свободного от мебели, и замереть в классической позе «герой с мечом говорит речь». – У нас орка может победить даже шестилетний! – очень хотелось верить, что встреченные ими громилы были исключениями из правил, предписывающим оркам страшную внешность, низкий рост и бессилие против групп противников численность от девяти до пятнадцати существ, иначе состязания как у Реголаса и Химли, им с Глебом не устроить. – И все потому… Потому что мы из члены ордена «Добро и справедливость»! Его недавно сформировали, вы можете не знать о нём.
Кассия смотрела на его представление не моргая, Глеб тем временем схватился за голову и беззвучно ругал его, давая Вите повод выучить чтение по губам, Тар же в очередной раз отрешился от происходящего, поэтому он решил продолжить и начал говорить про правосудие, долг воина и обязательное торжество добра. Под конец речи Витя начал сочувствовать актёрам, которым из фильма в фильм приходиться нести подобную ахинею.
* * *
– И сколько у тебя активных форм, – неслышно для остальных поинтересовалась Кассия, склонившись к Тару.
– Три, – тихо ответил он, ссутулившись.
– Понятно, почему тебя отправили на такую далёкую и долгую практику, – посочувствовала ему Кассия и, отблагодарив выдохшегося оратора аплодисментами, отправилась в подсобку, которая находилась за стойкой.
– Тьфу, тьфу, тьфу! Мне надо вымыть язык! – севшим голосом пожаловался плюхнувшийся на освободившееся место Витя. – Интересно, в чем я её убедил: что мы дебилы или что мы солдаты?
– Главное что она от нас отстала, – пожал плечами Глеб. Он вытащил из рюкзака шоколадку и поделил на три равные части – Если я сегодня что-то и понял, то это то, что ничего не знаю о Древмире.
– Я тоже, – присоединился к нему Витя.
– И я, – с горечью признал Тар.
Мальчишки уставились на окончательно сникшего зверомага, который настолько отличался от своего самоуверенного образа, что наводил мысли о раздвоении личности. Не таким он был в их первую встречу. Глеб даже благородно пожертвовал свою треть шоколада Тару, чтобы ободрить его.
– Такого Древмира я не знаю, – откусив лакомство, продолжил Тар и махнул на входную дверь, за которой была безмолвная деревня, пьяные орки и захваченная Магния, отгородившаяся от остального мира, как выяснилось, магической стеной.
– Значит, будем изучать вместе, – сказал Витя и похлопал страдальца по плечу.
Сжав зубы, Тар стоически стерпел боль – у младшего на год мальчика оказалась тяжёлая рука.
– Я правильно понял, что из Магнии нет ни входа, ни выхода, – Витя начал загибать пальцы, – здесь бегает куча вооружённых орков, маги больны, а остальные непонятно где.
– Если вкратце – да. А ещё ты забыл про мага-предателя, метящего в архимаги, – уточнил Глеб.
– О, точно! – пальцы сжались в кулак, и Витя задумчиво повертел им. – Мда-а-а, застряли в первой же большой локации.
Глеб прокашлялся в кулак, предупреждая о возвращении хозяйки. Когда сидящие к ней спиной Витя и Тар обернулись, то к их радости и повышенному слюноотделению, выяснилось, что Кассия вернулась не с пустыми руками.
Появление здорового мага и обученных военной науке имперцев из молодого ордена было отпраздновано скромно, но от души. Вите пришлось снова войти в образ и весь вечер заверять Кассию, как легко и непринуждённо он расправится с наглыми захватчиками, а с теми, кто ей не заплатил, в особо жестокой форме. Глеб решил, что лучше молчать и строить и себя тихого стратега-гения, которого чуть ли на руках в Империи не носят. А вот Тар впал в уныние, на которое Кассия обратила пристальное внимание, поэтому выставила на стол маленький кувшин, заверив их, что такое можно даже детям.
Вопросом, что это за дети такие на следующее утро задались все трое, когда встали с гудящими головами и смутными воспоминаниями о прошлом вечере.
* * *
Очнулись они на чердаке на удивление чистом и уютном, что шло в разрез стереотипу о чердаках, в которых обязательно должны быть гнилые доски, пауки и тонны пыли.
Первым проснулся Тар. Выползти из кокона из двух одеял после насыщенного событиями вечера и весёлой ночки оказалось не просто. От его кряхтения и недовольного сопения проснулись мальчишки, которые испытали те же трудности.
Судя по открывшемуся из окна виду, они находились в доме напротив корчмы. Похоже, у Кассии была не только деловая хватка больше свойственная мужчинам, но и сила, раз она смогла перенести трёх нехуденьких подростков. Хотя если подумать, то после завсегдатаев они наверняка казались ей пушинками. По-детски протерев слипающиеся глаза, Тар заметил вывеску корчмы и окончательно проснулся.
– Так вот ты какое «Счастье ученика»… – пробормотал он и рассмеялся, чем окончательно разбудил остальных.
Причина смеха была связана с теми кажущимися далёкими временами, когда он учился в Академии и участвовал в споре, куда можно сходить развеяться на ученическое пособие. Победила лесковская корчма, которая была спасением для юных магов и их кошельков и из минусов имела неблизкое расположение и небогатый выбор. Помниться ему захотелось побывать в ней с друзьями. И вот мечта сбылась, правда, весьма своеобразно.
– С этой женщиной не стоит ссориться, – сделал для себя вывод зверомаг и отвернулся от окна. Когда все наладится, он покажет ребятам настоящую Магнию: шумную, свободную и жадную до денег приезжих.
– Мои родители меня прибьют, – простонал Глеб, застилая постель. – А если чудом выживу, добьёт Дашка.
– Давно хотел спросить: с чего вы её так боитесь? – полюбопытствовал Тар, тоже решив навести порядок.
– Вот представь: поздний вечер, ты заигрался во дворе, одно обещание шоколадки и вуаля – мы тихо-мирно смотрели фильм и делали уроки. Забыл про домашку, а сегодня будет проверка? Снова шоколадка. Главное: больше шоколада и чаще говорить слово «уроки». Моя мама ведётся, – доверительно сообщил Витя, безуспешно приглаживая топорщащиеся волосы. Зеркалом ему послужило лезвие меча.
«А так можно обращаться с реликвией?» – забеспокоился Тар, а вслух сказал: – Что-то не замечал я этих шоколадок. Зная вас, вы должны минимум кондитерскую фабрику!
– Ты прав, – признал Глеб, вспомнив, что вчерашний шоколад вообще-то предназначался Даше, в уплату проигранного ещё в начале сентября спора.
– Не зря ж нас «обещалкиными» обзывают… – Витя признал очередное поражение перед своими непослушными волосами и бросил бесполезное занятие. – Я даже не представляю, что она соврала, чтобы отмазать нас от…
Он не закончил, но его всё равно поняли. Их убьют не за распитие народного магнийского напитка, чья принадлежность к алкоголю спорна, нет, все гораздо хуже! Они сбежали от родителей! На целую ночь! Такое даже Даша со своей репутацией примерной ученицы и тихони не сможет прикрыть, да и должной мотивации у неё для этого нет.
По возвращении домой достанется всем, даже Тару.
– Что может быть хуже? – схватился за голову Витя.
Это был риторический вопрос, но почему-то Судьба любила отвечать именно на такие, каждый раз доказывая, что хуже, быть может.
Дверь без предупреждения распахнулась, и к ним прошествовал высокий и хорошо сложенный парень лет восемнадцати. У него были коротко постриженные волосы цвета золота и яркие голубые глаза, без преувеличения напоминающие небо в безоблачный летний день. Светловолосый Витя почувствовал себя ущербным на фоне типичного «блондина с голубыми глазами» из женских романов, которыми зачитывалась его мать. Незнакомец был одет в грубое подобие кожаного доспеха, части которого были скреплены шнурками, а на перевязи у него висел длинный меч. Следом за парнем вошла Кассия, своим появлением немного охладив раскалившуюся обстановку.
Тар напрягся и не заметно, как он думал, встал в более удобную для боя позицию. Он не самый лучший маг, но от одного человека отбиться сможет.
– Кто у нас хочет намылить шею Гадикусу?! – звонким и уверенным голосом спросил вошедший.
Тар и Глеб синхронно повернулись к Вите, и тот виновато опустил взгляд – не стоило ему задавать вопросы, на которые там наверху решили ответить.
– Бор, ты забыл представиться, – шёпотом подсказала Кассия, полностью скрывшись за широкой спиной парня.
– Меня зовут Боремир Кузнец, – объявил юноша и засиял ослепительной голливудской улыбкой.
Расположения он этим не вызвал: Глеб и Витя имели тайный страх перед старшеклассниками и подсознательно ожидали неприятностей, Тар же окончательно запутался во вчерашнем рассказе Кассии, по которому выходило, что кроме неё, стариков и орков-надсмотрщиков в Лесково никого нет.
– Витя.
– Глеб.
Мальчишки сухо представились, прекрасно понимая, что если новая информация пойдёт вразрез со вчерашней, Кассия поднимет тревогу.
– Таринамус Лесотёмный, – а вот Тару скрывать было нечего, – ученик школы магии при магнийской Академии, зверомаг, – теперь, когда он представился полностью, выяснилось, что он ничем не отличается от землян. Этот факт из биографии скрытного проводника, последними был воспринят с возмущением.
На самом деле в Академии существовала сложная система уровней и подуровней учащихся, поэтому чтобы не путать несведущих людей, все маги говорили, что учатся в Академии. Тар решил не забивать этим голову друзей, а в итоге обидел их.
– Наслышан, – тепло улыбнулся ему Боремир. Он завертел головой в поисках стула, потому что потолок был слишком низок для его внушительного тела.
Стул, точнее табурет, нашёлся в самом дальнем и тёмном угле чердака. Он был настолько низок, что для такого высокого человека, как Боремир, сидеть на нём было просто-напросто смешно и неавторитетно. Поэтому парень предпочёл вести разговор стоя, небрежно облокотившись о стену в позе «крутой парень».
– Что ж, имперцы, вы большие везунчики, раз не попались зелёным. Ценю это качество. Даже больше, чем умение владеть магией. Тётушка Кассия сказала мне, что вы горите желанием помочь.
– В общем-то, да. Выбора у нас всё равно нет, – неуверенно ответил ему Глеб. Он совершенно не понимал, как вести себя в этой ситуации и почему отвечать всегда приходится ему.
– Что вы можете мне предложить?
– А что, нужны членские взносы? Тогда мы отказываемся от участия! – впервые сымпровизировал Глеб, проверяя парня.
– Э-э? Что?
В попытке расшифровать сказанное, Боремир нахмурил лоб, но у него ничего не получилось. Ослепительно улыбаться выходило лучше, что он и сделал.
– Я говорю, что денег у нас нет, – терпеливо пояснил хитрый сын милиционера, дополняя психологический портрет Боремира отметками «недогадливый». Правда, с выводами он поспешил, так как были использованы непривычные для жителя другого мира слова.
– Вы меня неправильно поняли. Я спрашивал вас о навыках и знаниях, о которых вы вчера упомянули! – протараторил Боремир, хватаясь за меч – отшатнулись все, даже Кассия. Но он и не думал махать им. – У меня есть меч и доспехи. Я могу сделать сотню комплектов, но не могу правильно пользоваться ими, ведь я кузнец, а не воин. Поэтому когда я узнал о вас, я понадеялся, что вы сможете обучить нас.
«Ку-кузнец? Этот «сахарный мальчик»? – одновременно подумали Витя с Глебом. На кузнеца Боремир походил только фамилией, если, конечно, это не прозвище.
– Кузнец? – вслух переспросил Тар.
– Ну да, после того, как отца увели, я могу считаться полноправным кузнецом.
– И как тебе удалось сбежать?
Странно, что уведшие даже младенцев орки проглядели такого крепыша.
– Отец сказал притвориться полоумным, и я под шумок сбежал. В первые дни это ещё было возможно, если бы мы не надеялись на магов, – с грустью отметил Боремир, задержавшись взглядом на Таре. Но его печаль продержалась недолго, потому что он достаточно быстро вернулся к делам насущным: – Так что вы знаете?
– Всего понемногу, – уклончиво ответил Глеб.
Боремир нахмурился, видимо, ожидая иного ответа. Например, готового плана «Как освободить захваченную страну за пять минут, без армии и особого напряга».
– Наш учитель говорил, что войны выигрывают не те, кто умело махает мечом, – Правов поспешил восстановить их авторитет учёных имперцев, – а те, кто умело пользуются этим, – он постучал пальцем по лбу. Фраза была нагло украдена у какого-то киношного героя, да простит Глеба неизвестный сценарист.
Утраченный интерес к их скромным персонам вернулся.
– Звучит мудро, – признал Боремир.
– А то! Ум и хитрость на нашей стороне, – бесцеремонно вмешался Витя, которому надоело молчать. И хотя у него отродясь не было ни первого, ни второго, ободрять людей он определённо умел. Взять хотя бы вчерашний вечер.
– Кто у вас главный? Сколько человек? – теперь Глеб перешёл к действительно важным вопросам.
– Похоже, я, – подумав, после недолгой паузы ответил Боремир. – Человек у нас… Если считать тех, кто действительно умеет что-то делать, то где-то тридцать.
– Довольно неплохой результат для маленькой деревни.
– Не с одного Лесково, а со всех деревень. И пара городских.
На чердаке повисла тишина. Ответом кузнеца впечатлился даже Тар, который до знакомства с Землёй, тоже не смыслил в военном деле: как все маги, он считал, что для безоговорочной победы достаточно всего одной боевой единицы – Архимага. Получается, Боремир был от силы командиром партизанского отряда, а не лидером целого сопротивления. Воины выигрывались либо армиями, либо интригами – так считал лично Тар, исправив цитату Глеба. Второе им недоступно, так как новоявленный правитель Магнии был тираном и властью ни с кем не поделился. А какая может быть армия из тридцати необученных крестьян? Ими даже отвлечь невозможно от главных действий, совершаемых «избранными». В итоге они вернулись к тому, с чего начали.
Глеб хмурился, видимо, думал в подобном ключе, а вот Витя выглядел вполне довольным. Рассудив, что ему нечего предложить в этом разговоре, зверомаг переключился на мысли о горькой судьбе родины. За последние сутки он только этим и занимался.
* * *
В отличие от действительно расстроившегося из-за ложной надежды Глеба, Витя считал, что Боремир принёс хорошие новости. Для мира, в котором тысячу лет не было войн, тридцать человек довольно неплохой результат. Тем более, в стране, где все полагаются исключительно на магию, на чем и погорели. Теоретически новый меч на перевязи Боремира – это уже чудо, после стольких лет мирной жизни магнийцы могли не знать, за какой конец меча следует браться, не то чтобы их ковать. Как впрочем, и орки, которые, по словам Глеба, были хорошо вооружены.
Слова Тара расходились с действительностью: Древмир не был так беззащитен и миролюбив, как его расписывали.
Молчание затянулось. Даже Кассия не хотела его прерывать, а ведь обычно у взрослых на всё есть веское мнение.
Глеб откашлялся, наконец-то решившись нарушить тишину:
– Хорошо. Могло быть и хуже. И что вы умеете? Устраивать засады, изобретать оружие массового поражения? Хоть что-нибудь, а?
– Некоторые из нас готовились к Игрищам, но многого ждать от них не стоит, ведь магнийская команда считается самой слабой. Но не волнуйтесь, я компенсирую все недостатки моих соратников! – Боремир снова ослепительно улыбнулся. – Я же кузнец!
«И этот парень представитель самой мужественной профессии?» – вновь усомнились мальчишки и скривились, будто их заставили съесть по лимону. В их представлении кузнецами могли быть исключительно загорелые бородатые мужики с суровыми лицами и внушительной мускулатурой. Ещё из-за тяжёлого труда, они должны были быть молчаливыми, а Боремир тарахтел, как торговец в ярморочный день.
– Хорошо-хорошо, – как заклинание повторил Глеб, успокаивая себя. – Расскажешь о своих ребятах как-нибудь потом. Что вы знаете о враге?
– Ну, его зовут Гадикус, он маг и ему подчиняются орки. Разве тётушка Кассия вам ничего не рассказала?
– Я про подробности! Численность, например.
– А зачем мне это? – презрительно фыркнув, спросил недогадливый Боремир. Бесящая своей идеальностью улыбка сползла с его лица, уступив место раздражению. Похоже, различие в возрасте начало брать своё.
– Так… Я не специалист, но кое-что знаю о партизанских войнах. Вам нужно узнать расположение частей войска орков, их число, сколько людей поддерживают Гадикуса – без перебежчиков не обходится ни один захват власти. Потом нужно построить секретную базу, то есть тайное защищённое место где, вы будете прятаться, купить или смастерить больше оружия, куда уж без денег и… поддержка других стран? – Глеб призадумался, пытаясь вспомнить краткий курс истории и сюжеты «войнушек».
– Постой-постой, ты ж малявка, откуда ты всё это знаешь? – да, всё-таки Боремир придавал значение возрасту. – И маг смерти меня побери, твои слова звучат разумно!
«Ты ж сам к нам припёрся за знаниями, а теперь удивляешься!» – Глеб едва сдержался, чтобы не произнести это вслух. Максимально ровным голосом он продолжил: – Ну, мы не лыком шиты, как-никак, образование получаем, хроники прошлых войн изучаем, тактику и стратегию анализируем, то-сё…
– Если имперцы в малые годы способны на такое, что ожидать от взрослых? Хорошо, что границы перекрыты, – Боремир переглянулся с Кассией и Таром, ничуть не заботясь о том, что предполагаемые «сверхопасные» имперцы его услышали.
– Ещё вам нужен шпион в рядах врага. Кстати, у вас он тоже может быть, так что будьте внимательней.
– Глеб, это иностранное слово, – шепнул Витя.
Глеб звонко хлопнул себя по лбу и пояснил:
– Это наше, имперское понятие. Шпион – это человек, который добывает сведения у одной стороны конфликта, притворяясь верным другой. Понятно?
– Ах, вот вы о ком, – Боремир громко рассмеялся и доверительно подмигнул Тару, хотя тот и в первый раз не отреагировал. Земляне переглянулись: кружок «Мы-магнийцы» уже начал потихоньку бесить своим открытым поведением. – У нас таких людей называют по-другому. Признаю, ваша мысль неплоха. Очень хороша, но… – парень, нахмурив лоб, обдумал идею и вынес вердикт, – не выполнима.
