Текст книги "Гражданский брак (СИ)"
Автор книги: Вера Чурсина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц)
Глава 25
Олеся наслаждалась летом, бездельем и свободой. Жила с бабулей на даче, ходила купаться на речку, в лес за земляникой, запоем читала. Были встречи с одноклассниками, некоторые из которых остались в райцентре, а некоторые, как и Олеся, приехали на каникулы. Обсуждали новости.
Вот Зойка Синявина, самая худенькая и страшненькая девочка из их класса, почти сразу после школы вышла замуж за соседа, вернувшегося из армии, и сейчас у них уже бэбик. Томка родила девочку, и никто не знает, от кого. Она молчит как партизан, а судя по дате рождения ребенка, молодая мамаша школьные экзамены сдавала уже на третьем месяце беременности.
Пашка, Леха и Санек ушли в армию. Олеся так и не запомнила, кто из парней на Тихоокеанском флоте, кто в ЗабВо в танковых войсках, а кто в Хабаровске служит связистом.
Олесю часто бомбардировал звонками и смс-ками Андрей. В городе они несколько раз ходили в кино, гуляли по набережной, Олеся вела себя с парнем свободно, не заморачиваясь, что он подумает. А мальчишка буквально сходил по ней с ума – таскал цветы, пытался дарить подарки, но Олеся ему отрезала, сказав, что пока он не зарабатывает, а проедает родительские деньги, она максимум, что может взять от него – это цветы и шоколадки, или оплату мороженного в кафешке. Все.
Как-то раз их увидел на улице Никита. Он метнул странный нечитаемый взгляд на Олесю и злой – в своего младшего брата. И процедил «дома поговорим». Олеся вдруг отметила, что у нее при встрече с парнем, в которого она была влюблена, как кошка, и которому чуть не отдала свою невинность – ничего не дрогнуло. Ну вообще ничего. Внутри все было спокойно-спокойно.
И сейчас Андрей пытался звонить чуть ли не каждый вечер, слал ей приветственные сообщения утром – в общем, оказывал знаки внимания издалека. Олеся была уверена, что Андрей, рано или поздно, убежит к ровеснице, пережив влюбленность в нее как болезнь. И не всегда отвечала юному поклоннику.
Иногда с бабулей они беседовали «за жизнь». Первый большой разговор случился, когда Олеся в Инсте увидела видосики с помолвки Людмилы Савиных и Владимира Царёва. Она листала хвастливые фото Милы, которая сняла крупным планом свою руку с подаренным колечком с бриллиантом и подписью «Я сказала ему «ДА!». Потом смотрела видео с танцем и комментарием «теперь мы – жених и невеста» и отмечала брутальный образ Вовы и сияющую красоту Милки.
Насмотревшись, распсиховалась чуть не до слез. Бабуля спасла от депрессии и в этот раз.
– Что глаза на мокром месте?
Олеся протянула бабушке телефон, женщина полистала фото и видео.
– А ведь я, ба, думала, что на первом курсе определюсь, кто мне подходит, и будут с этими кандидатами – пусть трое их будет или пятеро – неважно, – так вот, буду с ними два года дружить, гулять, присматриваться, и потом выберу одного, и с ним-то через год мы и сыграем свадьбу! На последнем курсе. Ну ты же сама говорила, что важно, чтоб парень долго ухаживал, чтобы переждать период влюбленности и на него более трезво смотреть! И папа так же советовал – не спешить, оценивать по поступкам, – голос девушки дрожал. – А что получается? Даже самый стоящий парень, который умный, порядочный, добрый и смелый – уже жених другой девушки! Она вот особо к нему не присматривалась, сразу захапала – и в постель. Жила с ним полгода гражданским браком. И теперь смори – он ее жених! И скоро будет муж! Может, так и надо, как она?!
– Эх, моя ты егоза маленькая, – бабуля с любовью обняла свою внучку. – Цыплят по осени считают. И не факт, что этот парень будет жить со своей фифой. Разводов-то знаешь, сейчас сколько? То ли 70, то ли 80 процентов. Вот такие вот парочки, прыгнут из постели в ЗАГС, а потом разводятся, потому что семейная жизнь – это не только трах-тибидох, а еще должна быть дружба, душевная близость, уважение. Ну и любовь. Ты-то как хочешь? Развестись через год-два, или пять лет? Или жить с человеком долго и счастливо?
Олеся, лежа головой на коленях у бабули, судорожно вздохнула:
– Все хотят долго и счастливо.
– Вот и не спеши. Какие твои годы? Я смотрю на тебя – расцветаешь ты с каждым днем. Представляю, какая ты шикарная женщина будешь после 30 лет! Ух, мужиков к тебе выстроится столько, что до Москвы не переставить. Будешь ходить по ним как по клюкве, – бабушка гладила юную красавицу по шелковистым темным волосам.
Олеся приподнялась и вздернула соболиные брови:
– Ты советуешь мне до 30-ти замуж не ходить?!
– Ничего я тебе не советую. Все правильно ты делаешь, милая. Просто и после 30-ти, и после 40-ка жизнь не заканчивается. И любовь можно встретить, настоящую.
– А, кстати, ба. Ты чего прическу навела и губы подкрасила?
– А у меня, внученька, свидание! – женщина захихикала, как школьница.
У внучки приоткрылся рот и распахнулись глаза:
– Ааа?
– С соседом, у которого дача через три дома от нас, Терентием Николаевичем. Ты его видела, она нам душ ремонтировал. Так что я пошла переодеваться, а ты остаешься за хозяйку. И сыну моему, а твоему отцу, пока ни слова! – бабуля погрозила пальчиком и скрылась в дверном проеме.
– Офигеть, – проговорила Олеся вслух, но настроение и почему-то поднялось. Пример бабули был действительно вдохновляющим. Она покачивала головой – Ну, ба, ну дает! – и тут зазвонил телефон. Олеся потянулась к гаджету, полагая, что опять Андрюхе делать нечего, но это был не Андрей. Звонил Володя Царёв.
Глава 26
После помолвки Вова вновь уехал к себе на Север. Отец предлагал остаться в городе. Оказывается, у бати в областном центре было две квартиры – двухкомнатная и однокомнатная, которые он уже несколько лет как приобрел под сдачу в аренду. Можно сказать, что использовал как вложение.
Вова отбоярился и не стал в городе оставаться, мотивируя тем, что надо подзаработать. Тогда отец нанял строительную бригаду, чтобы двухкомнатную квартиру в старом центре города к сентябрю отделали под евроремонт.
Иван Царёв не хотел, чтоб в глазах богатых свояков его сын выглядел приживалой на всем готовом. Пусть у парня будет своя квартира, там и поселятся с невестой. Ну, или не захотят, будут жить каждый у себя, ведь еще не брак, а только помолвка. В общем, их дело.
Но у Вовки должна быть своя жилплощадь. А арендные деньги с однокомнатной – это сыну вместо ежемесячных переводов от отца. На прожитие без шика хватит. Если что – пусть заначку тратит, на которую летом заработает.
Вова вставал в 7, к 8-ми шел на пилораму, там работал с мужиками до 17.00. Потом шел в рабочее общежитие, душ, ужин в обшей столовой, после книжка или телик. И спать. День сурка.
И когда однажды после работы и ужина решил позвонить Олесе, сам не знал, чего хотел. Не уходила она из его головы. Или сердца? Хотелось услышать ее голос – поиметь хотя бы эту малость. Набрал номер и оробел. А на том конце взяли трубку и молчали. Потом он услышал тихое "алло". Тогда Володя кашлянул и осипшим голосом пробасил:
– Здравствуй, Олеся, это я, Царёв.
– Здравствуй, – ее голос был ровным и спокойным.
– Как ты? Как дела?
В трубке несколько секунд было молчание, потом девушка произнесла:
– Все хорошо. Отдыхаю на даче.
– А я работаю. На пилораме, – дурак, зачем он ей это говорит?! Вова ругал себя последними словами. Но что же сказать? Он не знал. Лучше, если бы она говорила, а он бы слушал и слушал. Но однокурсница молчала.
Вове вдруг пришла в голову сумасшедшая идея – увидеть Олесю. А что, в выходные он мог бы съездить в ее городок. Взять у бати машину и… Часов шесть в одну сторону и столько же – в другую.
– Я в выходные в ваши края собираюсь, – набрался храбрости парень, – может, увидимся?
Опять молчание. Девушка, видимо, раздумывала. А у Вовы часто-часто забилось сердце.
– Вов, а зачем нам видеться? – прохладным тоном заговорил телефон голосом Олеси. – Ты обручен. У тебя невеста. Не очень хорошая идея посещать других девушек.
Ну вот он и получил отповедь. А чего хотел? Все по делу.
– Но мы же друзья… Ты сама говорила… – парень запинался, потому то горечь переплелась с волнением и даже отчаянием. – Друзья же могут видеться, – это была последняя надежда.
– Я не знаю, Вов, наверное, все-таки не надо.
Но Царёв почувствовал какие– то сомнения в голосе девушки, и это его обрадовало.
– Ты не отказывайся сразу. А я еще позвоню. Пока, – и Вова положил трубку. Вытер пот со лба, отдышался, как будто бежал стометровку.
И все же он выкружил себе право еще раз позвонить Олесе, еще раз услышать ее голос. А если откажется увидеться, значит, надо *узнать адрес без ее участия. Появилась цель.
***
Мила лежала в шезлонге возле бассейна с видом на море в отеле "Шератон" в Патайе. Она планировала сюда приехать после помолвки с Царёвым, но этот медведь предпочел свои северные края. Это взбесило. Но свои планы она менять не стала – прилетела сюда с Лизой.
Подруге наврала, что жених в поте лица зарабатывает денег на их совместную жизнь. Уточнять, что он пилит доски, не стала.
Они с Лизой прекрасно проводили время. Солнечные ванны, массажи, шопинг и дискотеки, которые здесь громыхали до утра. На тусовках к ним всегда клеились парни, вот как вчера – американцы лет 25-ти изо всех сил пытались произвести на русских девушек впечатление и продолжить знакомство. Но не срослось.
Мила сама себе удивлялась – не хотелось тусить с другими парнями, и все тут. Не то что раньше, когда она не заморачивалась моральными размышлениями, и если парень нравился, считала секс с ним само собой разумеющимся.
Наверное, нагулялась – сама про себя подумала Мила. А что – в 16–17 лет она так отжигала, что мама не горюй. Как триппер или СПИД не подцепила, просто удивительно. В ночных клубах неоднократно уединялась в кабинетах с парнями, и про защиту не всегда вспоминала, молодая дуреха.
А сейчас Мила морщилась от этих воспоминаний. И никуда от Вовки уходить не хотелось. Другие парни ей быстро приедались. А Царёв, который поначалу в постели был не фонтан, неуклюж и скован, не надоел. Напротив, Мила с ним только раззадорилась. И сейчас вроде и хорошо на море, но все же было бы еще лучше, если бы с ней рядом загорал Вовка.
Она посылала ему фотки и сообщения в мессенджер, но парень даже не ответил. Наверное, в его медвежьем углу, где он сейчас, интернета нет – решила Людмила. Потом лениво размышляла, что будет делать дома, когда вернется.
И неожиданно подумала, что неплохо бы навестить жениха. Пусть он всеми силами отнекивался, когда Мила намекала на поездку к нему в Усть-Малу, но она не такая уж и цаца – возьмет и нагрянет к Вовке. В конце концов из-за хранения верности у нее уже явный сексуальный голод. Да и у него наверняка тоже. Так что встреча им обоим не помешает. Девушка с наслаждением потянулась на шезлонге.
Глава 27
Вова Царёв решил не надеяться на разрешение Олеси увидеться с ней, а стал сам активно предпринимать меры для организации встречи. Просто пёр к намеченной цели, отмахиваясь от внутреннего вопроса – а зачем?
Договорился с матерью, что на выходные возьмет ее “Фордик”. Позвонил Светлане, чтоб узнать точный домашний адрес Олеси. Но тут его ждали трудности.
Света страшно удивилась и ответила, что не знает, мол, позвони, спроси сам. Володя честно ответил, что Олеся не хочет рассказать о своем местонахождении. Сокурсница резонно заметила, что тогда не стоит заезжать к ней. Вова нажимал – мне надо поговорить. Срочно (хотя о чем и почему срочно – и сам не знал).
Света призадумалась, потом сказала:
– Ладно, узнаю для тебя. Но! При условии, что скажешь, зачем тебе встреча с Олесей. Ты ведь, друг, сейчас жених другой девушки. И твои подкаты в сторону Олеси мне не понятны. Хотя я в курсе, что она тебе нравится. Но все-таки: зачем тебе встречаться с ней после помолвки с Милкой?
Вова помолчал. Потому что девушка требовала ответа на вопросы, на которые он сам не решался себе ответить. Выдавил:
– Тяжело на душе. Без нее. Хотя бы увидеть.
– Ну знаешь. Вова! – воскликнула Света, – если ты так в нее влюблен, нахрена было с другой объявлять помолвку?!
Пришлось выкладывать неприятные вещи о своем вынужденном прогибе:
– У наших отцов сейчас общий бизнес. Считают, что надо породниться. – тон его был хмур, – ну и… батя нажимает – раз мы уже жили вместе, надо расписаться, пусть и не сразу.
– Тогда тебе точно надо забыть об Олесе! – очень эмоционально ответила Светлана. – А где, кстати, Мила?
– Не знаю. В Таиланде, вроде.
– Охх…еть. Высокие отношения. А со стороны, знаешь, как это выглядит? Ты был с Милой, и все тип-топ. А потом с ней разбежался. И вроде как за моей подружкой стал увиваться. А потом – бац! – и опять ты с Милкой. Помолвка. А теперь хочешь встретиться с Олесей. Ты мечешься между двух баб!
Вова тяжело вздохнул.
– Вов, ты уже реши, кто тебе точно нужен. Или разбегайся с Милкой, и потом подъезжай к Олеське. Или забудь про мою подружку, и женись на невесте! Подумаешь – позвони!
И бросила трубку. Вова стоял обескураженный. Он будто получил тык по лбу. Но ведь однокурсница права. Эта та самая неприятная правда, от которой он сам бегал. Надо или открыто отказаться от невесты, приготовившись к весьма тяжелым последствиям, либо постараться забыть Олесю. Или не забыть, но не лезть к ней. А он делает вид, что помолвки не было и стремится наладить отношения с милой сердцу девушкой.
Цуцванг какой-то! – с отчаянием думал Володя. И на выходные вместо поездки наметил разговор с отцом.
Но все карты спутала Людмила, которая внезапно нагрянула в их севера.
***
Мила хорошо подготовилась к поездке на север области. Туда, где она ни разу не была. В дорогу надела серый спортивный костюм, который она купила в Москве у известного российского кутюрье. К ним в тон – кроссовки "Адидас Изи". В сумку положила балетки, домашние меховые шлепанцы, еще пару трикотажных брючных костюмов, домашнее платье, халат-кимоно. Купальник – может, есть у них там бассейн или озеро, где можно будет отдохнуть и продемонстрировать свой южный золотистый загар. И конечно, белья побольше, в том числе соблазнительного.
Портить свою красную "малышку" поездкой на север по тамошним дорогам она не хотела. Пыталась выпросить у отца машину с водителем – ну не на общественном же автобусе ей добираться?! Папаша поездку к жениху одобрил, но машину не дал, а купил билет на теплоход. Оказывается, эту забытую Господом Усть-Малу летом ходили речные суда. Отец позвонил будущему свекру, чтоб обеспечили встречу невесты на пристани.
Добираться по реке оказалось очень даже приятно. Это было старое советское судно на воздушных крыльях. Мила не знала о возрасте "Кометы". Ее только огорчил общий салон, никакого вип-обслуживания не было и в помине. Бак с бесплатным чаем для всех желающих. И аппарат, продающий печеньки и шоколадки.
Большая часть пассажиров были обычные люди, жители северов, а также вахтовики, отправлявшиеся на "Комете" еще дальше за Усть-Малу, в соседнюю область на нефтяные месторождения.
Но кресла удобные и чистые шторы на окнах. Вполне приличный туалет с одноразовыми полотенцами и мягкой туалетной бумагой. На маленькой палубе хвостовой части можно было насладиться ветром и брызгами. Или подняться выше, что Мила и сделала.
Не "Титаник", конечно, но тоже дух захватывает. Девушка куталась в куртку от ветра и впервые внимательно осматривала родную природу. Покуда глаз хватало – повсюду лес. Иногда на взгорках виднелись серые деревни, видны были поля с рыжими пятнами коров и лошадей.
После расслабленной броской красоты пальмового юга все вокруг казалось суровым и брутальным.
Объявили остановку на полчаса. Большая Речка. Одно название, что порт. Пристань – деревянный высокий настил. Дорога к нему – грунтовая. Видно, что прошел дождь, люди в резиновых сапогах заходили по трапу внутрь "Кометы". Мила прошла в салон и села на свое место, потому что выходить на улицу не было никакого желания. Листала планшет. Лучше позависать в инсте, так как здесь появился интернет.
Внезапно на соседнее сиденье рядом с ней плюхнулся кто-то объемный. Девушка повернула голову, вознамерившись облить незнакомца (а это был сто процентов мужик) холодным презрением. И наткнулась на неприкрытый оценивающий и даже раздевающий взгляд темно-карих глаз. Рядом с ней сидел мужчина лет 30-ти. Худощавое лицо с высокими скулами, кривой нос, наверняка разбитый в драке, узкий крепко сжатый рот, большие, слегка навыкате, глаза. От него несло силой и властностью. Мила аж вся подобралась.
– Какие соседи, однако, – чуть сипло произнес мужчина, слегка ухмыляясь. – Роман, – он протянул ей руку.
"Шустрый какой" – с неприязнью подумала девушка и посмотрела на открытую ладонь с мозолями. Перевела взгляд на лицо нагло улыбающегося соседа и холодно процедила сквозь зубы:
– Очень приятно. Людмила, – и отвернулась к окну. Все-таки надо было настоять, чтоб отец дал машину. С какими экземплярами приходится сидеть рядом. Еще три часа быть в обществе этого неандертальца.
Тот хмыкнул, убрал руку и продолжал рассматривать девушку, Она это засекла боковым зрением. Мужик был весь в камуфляже. Совсем, как Вовка одевался поначалу – невольно отметила Мила. Видимо, у них тут в районе это мужская униформа на все случаи жизни.
Глава 28
– Людмила, а далеко едем? – сосед решил-таки разговорить ее.
Девушка с явной неохотой оторвалась от гаджета и медленно повернув голову, ответила:
– В Усть-Малу. – недолго посверлила недовольным взглядом нового знакомого и опять уткнулась в планшет. Чтоб понял, что она не хочет общаться.
Но на этого наглеца, видимо, не действовали такие взоры.
– Ух ты, вместе, значит, выйдем. Могу подвезти, куда скажете, меня там машинка в порту ждет.
В этот раз Мила решила не поворачиваться к мужчине, и, не отрываясь от экрана, ровно произнесла:
– Меня встречают.
Сосед не унимался:
– И к кому же такая королева едет? У нас таких не водится.
Надоел, – подумала Мила, но, тяжело вздохнув, решила “расставить точки над i” и холодно ответила:
– К жениху.
Мужик приствистнул, будто никого рядом нет, совсем не соблюдая никаких приличий.
– Кто ж из наших такую кралю отхватил? – Мила зыркнула на него, он тут же приложил руку к груди и дурашливо наклонил голову к плечу: – пардон, мадемуазель, сорвалось, потому как сражен вашей красотой.
Людмила молчала. Ее уже начал тяготить этот диалог. А еще наглец, будто ненароком, надвигался на нее, нависал. Когда прикоснулся ногой к ее бедру, она вжалась в стену под иллюминатором, насколько возможно.
– Ну так кто этот счастливец? – настаивал Роман.
– А вы что, тут всех жителей знаете? – Мила пыталась сохранить самообладание, хотя этот экземпляр заставил ее нервничать.
– Ну не всех. Но кто при деньгах-то – знаю. Такая королева не может быть невестой пастуха или тракториста, – он откровенно шарил глазами по фигуре Людмилы, и ее сердце тревожно забилось.
А девушка вспомнила, как Вовка рассказывал, что работает на пилораме. И она, ехидно улыбнувшись соседу, поделилась:
– Мой жених – простой рабочий. На пилораме.
– Да ну, бл… ой, простите за мой французский, – не спуская жадного взгляда с девушки, продолжал допытываться Роман. – Не верю!
Мила пожала плечами, мол, твое дело.
– Ну имя-то как? Кто это?
– Царёв, если вдруг знаете. Владимир. – Мила поправила волосы и отвернулась к иллюминатору. Все, мол, надоел, разговор закончен.
Но сосед так не считал.
– Вовка Царёв?! Да он же еще в школе учится.
Пришлось Людмиле опять повернуться:
– В институте уже!
– Но все равно, он же пацан, какой он жених!.. – и глядя прямо в глаза обмирающей девушке, Роман добавил, приглушив голос: – для такой красотки, – и придвинулся так, что Миле уже некуда было вжиматься.
Ее охватила паника, новый знакомый, казалось, сейчас прильнет к ее губам, так голодно он смотрел на нее.
– Отодвиньтесь, – почти прошептала Мила. Она ни разу не сталкивалась с такой животной силой и напористой самоуверенностью. Мажоры, даже самые отмороженные, были мальчики-одуванчики по сравнению с этим самцом. Взрослый мужик поедал ее глазами, не скрывая своих желаний.
Роман неспеша немного отодвинулся, довольно ухмыльнувшись в ответ на ее смущение.
– Шутишь, поди, насчет Володьки, – и, опять наклонившись к ней, приглушив вибрирующий голос, почти шепнул: – такой кобылке, как ты, нужен опытный наездник.
У Милы все ухнуло вниз. Она судорожно вздохнула и вспыхнула. А наглец на соседнем кресле, провел по ее щеке пальцами правой руки, описывая темным бархатным взглядом каждую клеточку ее горящего лица.
– Красивая… Не видел еще таких, – и погладил ее бедро, скрытое брюками спортивных штанов.
Мила вскочила:
– А ну-ка выпустите меня, – требовательно и отчаянно потребовала девушка.
Роман поднялся и посторонился. Рост у него был под метр девяносто. Громадный мужик. Стоял он так, что Миле пришлось протискиваться почти впритирку к сильному мужскому телу.
Людмила выскочила на палубу, подставила пылающее лицо ветру и брызгам. От мужика несло диким сексом за версту. И, если б раньше разбитная Мила не заморачиваясь, поддалась бы на эти прямолинейные подкаты, то сейчас притихшая девушка металась и не знала, как себя вести. От соседа веяло не только сексом, но и опасностью. Мила подумала, что не удивится, если узнает, что он сидел в местах не столь отдаленных.
Недолго побыла она одна, Роман тоже вышел на палубу. Мила скользнула мимо него назад в салон, заперлась в туалете. Но сколько можно тут сидеть: вышла, и двинулась к баку с чаем. Никогда в жизни она не стала бы пить непонятную бурду, но тут взяла пластиковый одноразовый стаканчик и стала наливать себе жидкость, усиленно сосредоточившись на процессе. Но, конечно, все равно видела, как стоящий в дверях салона Роман, не сводил с нее прищуренного взгляда.
Мила попивала жидкий чаек и смотрела на часы. Еще полчаса, и она будет в Усть-Мале. Господи, скорей бы. Пошла на свое место, села и поставила между собой и местом Романа свой рюкзачок, как ограждение.
Сосед вернулся, уселся и опять уставился на нее.
– Люд, от меня не убежишь, – и улыбнулся во все 32 зуба.
Мила молчала, отвернувшись к окошку. Рюкзачок не помог. Сосед придвинулся к ней и дышал прямо в шею. А потом стал слегка дуть на нее, чуть ли не касаясь губами покрывающейся мурашками кожи.
Судно уже подходило к поселку, когда Роман едва слышно прошептал прямо в ухо девушке:
– Поехали ко мне, малышка. Приму, как царицу. Все для тебя сделаю. Поехали, не пожалеешь.
В салоне началось шевеление, пассажиры вставали, одевались, доставали с верхних полок сумки Толпа гудела, а Роман будто отрезал Людмилу от этого пространства.
Она еле-еле отмерла от этого гипноза. Сердце колотилось, а дыхание сбивалось. Повернулась, чуть не наткнувшись на губы самоуверенного соседа.
– Выходим. Пустите.
Роман еще некоторое время сверлил ее темным взглядом, потом встал, подал ей руку. Людмила не решилась отказаться, оперлась на горячую сильную ладонь. Она не столько поняла, сколько почувствовала, что такому мужчине лучше не возражать. Ни в чем. А он обхватил ее пальцы и сжал. Потом отпустил. Достал ее объемную сумку, а свой рюкзак закинул на плечо. Пропустил Милу вперед.
Уже на трапе девушка увидела Вову, стоявшего на пирсе, и радостно замахала ему рукой, приподнявшись на цыпочки.
