Текст книги "Полукровка 3 (СИ)"

Автор книги: Василий Горъ

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 20 страниц)

и отправил покаянное письмо моему отцу до того, как вы разойдетесь. Заранее большое спасибо за помощь. Желаю удачи. Всего хорошего. До связи…

Я наговорил и отправил Игорю Олеговичу ответ, потом сохранил копию прослушанного сообщения без куска, в котором упоминалось «чудо-оружие», и отправился в душ.

Расслаблялся минут двадцать. Потом высушил тушку, сообразил, что не взял с собой «нормальное» шмотье, заказал в ВСД флотские трусы и штаны от повседневного комбеза, оделся и потопал в свою каюту. Шагнув в приятный полумрак, наткнулся взглядом на фигурку Темниковой, стоявшей спиной ко мне в одних трусиках и застегивавшей лифчик, отметил, что девчонка не стала ни вскрикивать, не вздрагивать и ни прикрываться, как-то уж очень легко принял странность ситуации, спокойно дошел до шкафчика со своим добром, взял шорты с верхней полки и переоделся. Стоя лицом к стене, чтобы Даша успела натянуть футболку.

За мгновение до того, как решил развернуться, перед глазами появилось текстовое сообщение от Марины, называющееся «Будет время – послушай…». Кивнул. Раза три подряд – вроде как, поймав ритм заигравшей музыкальной композиции. Следующие пару минут устраивался на кровати и косил глазом на девчат, почему-то оккупировавших Маринину половину. А после того, как Темникова выключила свет, закрыл глаза и прочитал сообщение, прилетевшее секунд через тридцать после первого:

«Тот файл – без картинки: мы разговаривали в душе и раздетыми, а смотреть на девчат в таком виде ты бы все равно не стал…»

Согласился. Мысленно. Затем врубил воспроизведение первого файла и вслушался сначала в шелест струй, а затем и в голос Темниковой:

– Мариш, мы с Машей пришли к выводу, что у нас в команде имеется проблема, которую необходимо решить. Скажу сразу – тема, как выразился бы Тор, из категории «хоть стой, хоть падай», и может вызвать внутреннее неприятие, но ты сначала дослушай, а потом делай выводы, ладно?

Завадская пообещала не рубить сплеча, и шелест струй заглушил голос Костиной – она заранее извинилась за некоторую жесткость формулировок, а потом перешла к делу:

– Марин, Йенсен – молодой и здоровый парень с соответствующими желаниями, а мы – раздражители, в разы усиливающие это самое желание и заставляющие лезть на стены. Но Тор нас уважает, поэтому держит себя в руках, что, как ты наверняка понимаешь, очень и очень сложно. На первый взгляд, проблема не стоит и выеденного яйца, ведь мы с Дашей – курсантки академии ССО, а ты – свободная оперативница, а значит, можем наплевать на общепринятые правила отношений между полами и спать с командиром хоть по очереди, хоть всей толпой. Увы, стоит посмотреть на ситуацию пристальнее, как она становится не такой уж и однозначной…

– По логике, Тор должен спать с какой-нибудь сотрудницей нашего ведомства, но из другой команды или отдела… — заявила Темникова и мрачно вздохнула: – …иначе его кто-нибудь облыжно обвинит в чем-нибудь типа использования служебного положения для принуждения нас, подчиненных, к близости. Но таскать с собой в рейды постороннюю личность Йенсен не согласится ни за что на свете, поэтому… хм… решить его проблему должны мы. И тут мы вступаем на очень тонкий лед…

– Угу… – подтвердила Маша и перешла от общих слов к конкретике: – Ляжем под Тора всей толпой – Император, Цесаревич, Орлов и Переверзев сочтут его похотливым мальчишкой, и отмыться от этого клейма он уже не сможет. Лягу я или Даша – в смысле, в ближайшие месяцы – кто-нибудь, да заявит, что Йенсен взял под крылышко меня или ее только для того, чтобы вынудить отдаваться. Или, как вариант, обвинит нас в готовности платить собой за покровительство и защиту. Получается, что целесообразнее всего начать спать с Тором именно тебе – вы летаете в рейды не первый месяц и успели друг друга зауважать, а значит, могли проникнуться друг к другу теплыми чувствами. Но это – чистой воды логика. А в области отношений она, как правило, не срабатывает. Поэтому мы хотим заявить следующее: описанная нами проблема наверняка имеется, и в идеальном варианте спать с Тором должна начать ты. Но если тебе по каким-то причинам не хочется или не можется это делать, то скажи прямо – и одна из нас «подставится», но избавит команду от этой слабости…

– И еще: не обижайся на нас, пожалуйста! — мягко попросила Даша. – Мы живем Тором и тобой, искренне переживаем за наше будущее и готовы на все, лишь бы ни одна скотина не смогла заляпать кого-нибудь из нас грязью.

Кара, наконец, прервала молчание, заявила, что нисколько не обижается, и рубанула правду-матку:

– Ибо сама такая. В смысле, живу всеми нами, искренне переживаю за будущее всех четверых и так далее. Поэтому обиделась бы в том случае, если бы вы не предложили этого решения. А так скажу прямо: я с Тором сплю. И буду спать как минимум до начала следующей весны. В «режиме» свободной оперативницы, то есть, считая близость потолком того, что мы можем дарить друг другу до выхода в отставку, не требуя ничего более и прилагая все силы для того, чтобы эти отношения оставляли только положительное «послевкусие». В общем, на стены он не лезет и головы не теряет. Хотя вы в его вкусе и чудо как хороши…

Как следует обдумать услышанное не получилось – Маша вполголоса поделилась с подружками своими соображениями на тему целесообразности возвращения в Хатту и напомнила о сообщении Ромодановского. Поэтому я отправил Завадской плюсик в знак того, что прослушал тот файл, открыл глаза и вывесил над изножьем сохраненную часть монолога Игоря Олеговича.

Выслушав кусок, посвященный Костиной, Марина с Дашей попросили остановить воспроизведение и сначала затискали, а потом засмущали «штатного врача нашей ОГСН». Предлагали поделиться ею и со мной, но к этому времени их «жертва» переключилась в боевой режим, так что мне пришлось прерывать начинавшийся бардак второй половиной монолога Игоря Олеговича.

Тут в боевой режим переключились все девчата. Только не в шуточный, а в реальный – высказали на редкость нелицеприятные мнения об охамевшем после, повосхищались реакцией Императора и пострадали из-за того, что мы, увы, не увидим, как Конвой пинал «поборника справедливости» до летного ангара. А затем начали задавать вопросы:

– Значит, мы летим в Мессаир?

Я утвердительно кивнул.

– А у нас есть хоть какая-нибудь информация об этой системе?

Я кивнул снова.

– И когда мы займемся ее анализом?

Тут пришлось гасить проснувшийся энтузиазм:

– После того, как вы как следует отдохнете от нервотрепки последних часов перед высадкой «пассажирок».

Мое утверждение мгновенно вернуло Темникову в недавнее прошлое и заставило вздохнуть:

– Да уж, резонанс двух истерик, отягченный приступом клаустрофобии, мне гасить еще не приходилось…

– А меня больше всего вымотали попытки выговориться Яны Митковой и откровения Светланы Полуниной… – призналась Маша. А Маришка криво усмехнулась:

– Пока вы «развлекались» на первой палубе, я отпинала двух дурынд из гарема Рашида Алама: первая обвинила вторую в том, что та сдавала других наложниц хозяину, и пообещала подать на нее в суд, вторая без разговоров вцепилась ей в волосы, а слово «сдавала» чуть было не спровоцировало начало самосуда. В общем, если бы не затрещины и помощь «Буянов», то там стало бы совсем грустно…

– В общем, отдохнуть вам НАДО… – прокомментировал их признания я. И предложил начинать.

– Хороший отдых – это расслабление… – авторитетно заявила Костина и продолжила «философствовать»: – А хорошее расслабление – это массаж. Так что… Мариш, снимай футболку и укладывайся лицом вниз, мы с Дашей тебя помнем, а Тор будет смотреть, завидовать и придумывать аргументы, которые впоследствии позволят уговорить нас порадовать и его…

Я рассмеялся, восхитился скорости, с которой моя «главная» напарница приняла предписанное положение, и был вынужден отвлечься. На очередной мигающий конвертик, появившийся перед глазами. Первый раз монолог Игоря Олеговича прослушал сам. Потом вырезал два куска, которые могли сделать больно, вывесил картинку между собой и девчатами, врубил воспроизведение и снова вслушался в голос Ромодановского, подрагивавший от сдерживаемой ярости:

– Тор Ульфович, только что практически решилась и вторая проблема Дарьи Алексеевны – одна из невесток главы рода Темниковых, две горничные и кухарка в беседах тет-а-тет со следователем Генеральной Прокуратуры подтвердили факты систематического домашнего насилия и согласились дать показания в обмен на включение в программу защиты свидетелей, стартовый капитал и еще кое-какие мелочи. В общем, серийный насильник уже задержан, доставлен в следственный изолятор и в данный момент ждет предъявления обвинения по целому ряду статьей Уголовного Кодекса.

Кстати, я прослушал запись нескольких фрагментов той беседы и, откровенно говоря, вне себя от бешенства. Но таких… личностей необходимо наказывать по закону, вот и я сдерживаюсь изо всех сил…

Темникова кусала губы до последнего мгновения просмотра. А потом поймала мой взгляд, перестала разминать стопу Марины и криво усмехнулась:

– Разумом понимаю, что все закончилось, но поверить пока не могу – дед умеет выворачивать факты так, как выгодно лично ему, и не раз выкручивался из абсолютно безвыходных ситуаций.

– Ситуации ситуациям рознь. Даже абсолютно безвыходные… – заявила Маша, вдумчиво разминавшая Завадской воротниковую зону… – Так что не перейди твой дед дорогу самому Цесаревичу, может, еще и выкрутился бы. А Игорь Олегович не даст ему ни единого шанса уйти от честно заслуженного наказания. Поэтому можешь смело отпустить эту проблему и расслабиться. Кстати, совет примешь?

– Твой – да! – твердо сказала Темникова, и Костина «разошлась». Причем без тени улыбки:

– В твоем нынешнем состоянии делать массаж абсолютно бессмысленно – ты не вкладываешь в него душу. Поэтому оставь в покое ножку Марины, отзеркаль ее положение и попроси Тора тебя помять: уверена, что этот вариант расслабления поможет тебе поверить в то, что помощь Йенсена всегда дает требуемый результат.

Даша закусила губу, на секунду расфокусировала взгляд и… отпустила тормоза. В смысле, сорвала с себя футболку, легла лицом вниз, расстегнула лифчик и… хм… «попросила»:

– Тор, твоя ослепительная красотка нуждается в срочной перезагрузке. Снизойди, пожалуйста, ко мне, личности, бесконечно преданной тебе и твоим верным напарницам, помоги выключить голову и «сруби» к чертям собачьим возможность возвращаться в прошлое!

– Она жаждет жить текущим мгновением… – преувеличенно серьезно заявила Кара, а Маша сочла это дополнение неполным и весело добавила:

– … и заглядывать в будущее. В то самое, в котором мы объясним эмиру Халифата, как выбирать послов… и правильно прогибаться перед Империей!

Глава 37

4 мая 2470 по ЕГК.

…В Мессаир просочились в районе двух ночи по внутрикорабельному времени. В области выхода из очень жесткой «троечки» оказалось пусто, так что сходу прыгнули ко второй планете, нарезали полтора десятка витков по стандартной спирали, отошли «подальше» и проанализировали увиденное. В смысле, мы с Мариной. А после того, как определились с планами, я обратился к Маше и Даше, изучавшим планету «вторым темпом» из шестой каюты:

– По последним данным, полученным от Большого Начальства вчера днем, эмир Халифата усиленно делает вид, что является равным участником мирных переговоров, переигрывает уже согласованные пункты готовящегося договора, тянет время и неявно хамит, выставляя невыполнимые требования. Поэтому проводить учебно-тренировочные акции мы не будем: нас попросили объяснить арабам их неправоту в режиме, который им точно не понравится. Этот алгоритм «воспитания» прикрыт подпиской о неразглашении. Той самой, которая прилетела на ваши ТК. Изучайте текст и подмахивайте, а мы пока выведем борт на стартовую позицию для запланированного шоу…

Изучили, подмахнули, прислали мне и получили доступы к «картинке» с оптического умножителя, а я подсветил алым россыпи одного из типов меток и продолжил объяснения:

– Это масс-детекторы, образовывающие сферу вокруг одного из восьми флотов защитников Мессаира. В начале войны наши противники обходились сравнительно дискретными стенками, так как не видели смысла выбрасывать деньги в космос. Через какое-то время пришли к выводу, что терять корабли значительно накладнее, и добавили стенкам плотности. Убедившись, что не спасает и это, начали засеивать масс-детекторами весь объем сфер. А на самом последнем этапе сочли необходимым усилить защиту флотов еще и минными кластерами. Но война, вроде как, закончилась, причем не в пользу Коалиции, и ее членам светят выплаты сумасшедших репараций. Поэтому командование местных ВКС начало экономить. То есть, давным-давно не заделывает лакуны, прожигаемые в кластерах масс-детекторов маршевыми двигателями тяжелых кораблей, и уже не вывешивает мины вокруг новых мест дрейфа. Кстати, вот так выглядит сфера «старого образца», коих вокруг Массаира аж шесть.

Пока подопечные сравнивали новую картинку, появившуюся рядом со старой, я молчал. А потом хищно усмехнулся:

– В принципе, мы бы достали арабов и в тех. Но эта – просто подарок. И мы, конечно же, не станем его игнорировать. В общем, смотрите внимательно: ваша боевая задача – догадаться, что, как и почему мы делаем…

После этих слов я спокойненько завел «Наваждение» в тоннель, судя по диаметру, выжженный тяжелым ударным крейсером, долетел до линкора, не только болтавшегося в самом центре ордера, но и сидевшего на самом плотном радиообмене, «притянулся» к броне по давным-давно не используемой, но все равно любимой схеме, «потерял» комплект из «Тайфуна» и пяти «Гиацинтов», снова разорвал дистанцию и влетел в новый тоннель.

«Отметившись» на всех шести кораблях этого класса, переключился на крейсеры. На двух первых оставил по «Тайфуну» и три мины, а на следующих восьми – по четыре «Гиацинта». Да, после этого у меня осталось два «Смерча» и четыре «Гиацинта», которыми, при желании, можно было «зарядить» еще один или два борта, но я предпочел остановиться на числе шестнадцать. Ибо оно было кратным четырем и, по логике, должно было убедить арабов в том, что мы очередной раз удвоили мощь «чудо-оружия». Поэтому я вывел МДРК за пределы сферы, отлетел подальше и поинтересовался у девчат, чем мы, по их мнению, все это время занимались.

– Вероятнее всего, минировали корабли… – подала голос Темникова. И сразу же добавила: – Но, если верить нашим преподавателям, это невозможно: современные искины мгновенно реагируют на малейшие изменения массы и отправляют на броню толпы противоабордажных дроидов.

Тут Марина тихонько хихикнула:

– А что, в наше время масса является понятием постоянным?

– Н-нет, но ведь на «Гиацинтах» есть только генератор маскировочного поля и примитивный блок управления взрывателем… – осторожно напомнила она, тем самым, доказав, что училась не зря.

– Ты забыла добавить «На стандартных»! – весело хохотнул я. – А мы обвязываем свои мины лентами самых обычных грузовых антигравов. Так что все внимание на картинку с оптического умножителя…

Пока они восторгались простотой и красотой идеи, я спустил Феникса с поводка, и в сфере рвануло. По полной программе.

Девчата радостно заверещали, но я заглушил их голоса, развернул окно «Контакта», создал новое сообщение, врубил запись, уставился в камеру и заговорил:

– Доброго времени суток, Ваше Императорское Высочество. Мы только что испытали «чудо-оружие» третьего поколения и, вроде как, взяли паузу. На самом деле от боекомплекта почти ничего не осталось, но шесть линкоров, восемь тяжелых ударных и два средних крейсера только что превратились в пыль. Дальше дело за вами. Запись испытания приаттачиваю. На этом все. До связи…

Ориентировочное время начала атаки я сообщил Ромодановскому сразу после того, как обнаружил сферу-подарок, поэтому ответ на мое послание прилетел чуть более, чем через две минуты, и рассмешил:

– А я и не знал, что мы разработали новую версию этой штуковины! Но испытаниями удовлетворен. Пойду выяснять, как они понравились арабам… А если серьезно, то уходите из системы и прыгайте на Белогорье. Благодарю за службу. До связи…

Я показал эту запись Марине, а остальным девчатам не стал. Из-за упоминания «чудо-оружия». Но сообщил, что Большое начальство осталось довольно и приказало возвращаться домой.

Темникова молча кивнула, а Костина прищурилась и уставилась на мою аватарку:

– То-ор, судя по спокойной уверенности, с которой ты минировал эти корабли, вы вытворяли нечто подобное не один и не два раза. Спрашивать, где и как, я, естественно, не буду. Просто хочу сказать, что страдаю из-за того, что мы прилетели сюда на одном, а не на двух «Наваждениях», и… разочаровалась в преподавателях ИАССН: каждый рейд с вами дает в разы больше реально важной информации, чем целые курсы учебных дисциплин!

Я вывел борт на вектор разгона на внутрисистемный прыжок и вздохнул:

– Маш, в Академии преподается достаточно много нужных дисциплин. И оснащение там сумасшедшее. Поэтому брать «базу» там намного быстрее, чем под моим руководством. Так что будете совмещать…

…Во время пребывания на «короткой» струне – ведущей к мертвой системе, через которую мы заходили в Мессаир – как следует порубились с «Рукопашниками», залечили ссадины, коих наполучали намного больше, чем обычно, и сытно пообедали. Потом снова облачились в скафы, разошлись по своим местам, вывалились в обычное пространство, перебрались к «основной» струне и благополучно ушли на Империю. Согласно расчетам, зависать в гипере предстояло порядка шести суток, поэтому мы неспешно собрались на первой палубе, лениво сняли и затолкали скафандры на обслуживание, как следует позависали в душевых кабинках и встретились на моей кровати как бы не через час после «разлуки».

К этому моменту я успел получить и просмотреть ответ Переверзева на «закадровый текст» к моему видеоотчету, поэтому лег на свое место, попросил минуточку внимания и уставился на подопечных:

– В этом рейде мы разнесли шестнадцать тяжелых кораблей и честно заработали приличные «боевые». Пятьдесят процентов от общей суммы будет перечислено мне, как первому номеру двойки, Марине достанется сорок, а вам – по пять. Я не знаю, как оценивают арабские линкоры и крейсера финансисты нашего ведомства, но, по словам Владимира Михайловича, вам прилетит по шестнадцать миллионов восемьсот тысяч…

У девчонок округлились глаза. Буквально на мгновение. А потом во взглядах появились нешуточное возмущение и желание оспорить это решение. Но я жестом попросил не перебивать и закончил свою речь:

– Это не обсуждается. Поэтому принимаем, как должное, и начинаем страдать. Из-за того, что война закончилась, и как следует поразвлечься будет проблематично. А если серьезно, то я почти уверен, что превращать нас в «таксистов» для ОГСН никто не будет, но пускаться во все тяжкие все равно не стоит – наши траты анализируют. И резкий их рост может натолкнуть не тех людей на мысль, что конец апреля и начало мая мы провели ни разу не на Белогорье. Далее, два этих рейда получились очень эффективными, а значит, ваша ценность в глазах Переверзева, Орлова и Ромодановского существенно выросла, и вас продолжат привязывать к Службе. Их привязки гуманны и более чем приятны. Но имейте в виду, что вы имеете дело с прагматиками чистой воды, всегда и во всем ставящим во главу угла целесообразность. И последнее: подписки, которые мы даем – не фикция. Поэтому старайтесь жить текущим мгновением, а прошлое не вспоминать даже с самыми близкими подругами. Вопросы?

Темникова отрицательно помотала головой, а Костина пожала плечами:

– Тор, мы и так не дурим, живем одними вами и не болтаем. Вообще. Ибо не дуры и твои. Тем не менее, нам нужна легенда. Для Матвея, Кости и Петра Игоревича…

– Обещали прислать завтра вечером или послезавтра утром… – сказал я, мысленно отметил, что напарницы у меня думающие, и буквально через пять-семь секунд убедился в этом еще раз, вдумавшись в вопрос, поднятый Карой:

– Маш, с достаточно большой долей вероятности нас с вами скоро начнут выводить в свет. Тору, в принципе, все равно – он в нем никого не знает, не умеет читать невербальные знаки, не слышит большую часть намеков, ибо рос в других условиях, и так далее. Поэтому будет переключаться в боевой режим и относиться к поездкам на званые обеды, приемы и балы, как к рейдам во вражеский тыл. А нам с вами придется намного сложнее. Ведь игнорировать завуалированные оскорбления и насмешки мы не сможем, ибо автоматически потеряем лицо, а реагировать в присутствии нашего мужчины будет нельзя. В общем, в свободное время накидайте оптимальные алгоритмы поведения, способы информирования Йенсена о ситуациях, требующих его внимания, и так далее. А потом мы соберем из трех вариантов нечто среднее и как следует проработаем…

…Планы на будущее строили минут сорок-сорок пять. Потом я захотел попить, сходил к терминалу ВСД и вбил в него не только свои хотелки, но и девичьи. Дождавшись прибытия «пенала», извлек и передал заказчицам почти все еще содержимое, качнулся к кровати и увидел перед глазами очередной конвертик. Поэтому подобрался, быстренько вернулся на свое место, открыл файл в отдельном окне, проглядел сам, развернул над изножьем и еще раз вслушался в голос веселящегося Цесаревича:

– Тор Ульфович, мы несколько дней тому назад на всякий случай увели в гипер несколько флотов и полтора десятка мониторов. А сегодня этот блеф сыграл. И еще как: сообразив, что за внезапным уничтожением шестнадцати тяжелых кораблей может последовать визит целой армады, эмир Халифата сделал настолько энергичный шаг навстречу нашим начинаниям, что чудом не порвал связки в паху. В общем, наши дипломаты зафиксировали новую позу противной договаривающейся стороны и продолжают давить, а мы получаем удовольствие. На этом пока все. Спокойного полета…

– Черт, как хорошо сказано – «противная договаривающаяся сторона…» – весело хохотнула Марина, Маша заявила, что в данном случае не хватает определения «очень», а Даша, как боец-профессионал, описала несколько экзотичных способов надежной фиксации эмира в новой позе. Потом показала. На Костиной. И здорово повеселила. Впрочем, исполняющая обязанности эмира тоже отжигала, подыгрывая «мучительнице», так что мы с Мариной получили море удовольствия. Правда, на финальном удушении у меня «вдруг» сработал будильник, но, прочитав текст напоминалки, я решил, что грузить девчонок по полной программе в день успешной диверсии – извращение, волевым решением отменил занятия в вирткапсулах и озвучил это решение.

Ага, так меня и услышали: «ослепительные красотки» протараторили, что у них в программе АЖ ЧЕТЫРЕ ЧАСА ПИЛОТАЖА, а полениться можно будет и потом, вскочили с кровати и ускакали на вторую палубу.

– Выделили нам время на занятие любовью… – ухмыльнулась Марина, встала на борцовский мост, задрала футболку до пупа и медленно потянула вниз трусики.

Отказываться от предложения я и не подумал – завел таймер обратного отсчета на три часа, задал «умный» режим срабатывания, сорвал с себя шмотье и ухнул в омут страсти. На те самые три часа, спрессовавшиеся в одно «очень короткое», но безумно приятное мгновение. Вернуться «на берег» удалось не с первого и даже не со второго раза, но в какой-то момент мы все-таки встали с разоренной кровати, поручили ее заботам Феникса и поплелись в душ. В нем начали соображать и даже сошлись во мнениях, что было хорошо, но мало. А потом на панели уведомления ТК опять замигал конвертик, и я, посмотрев, от кого он прилетел, удивленно вывесил голограмму рядом с нами, вгляделся в хмурое лицо Ромодановского-младшего, врубил воспроизведение и вслушался в голос наследника престола:

– Тор Ульфович, у наших аналитиков только что сложилась на редкость неприятная картинка: последние восемь дней кто-то уничтожает или похищает свободных оперативников, отправленных в честно заслуженные отпуска. Судя по целому ряду нюансов, работает государство. Вернее, какая-то спецслужба. И работает с размахом – сотрудника третьего отдела застрелили из довольно специфической крупнокалиберной снайперской винтовки с расстояния в пять с лишним километров,

второго утопили в океане ненайденные аквалангисты, третью похитили из номера дорогого отеля, взломав и перепрограммировав искин системы безопасности. В общем, я поднял на ноги контрразведку и еще ряд служб, но результаты, как вы наверняка догадываетесь, появятся не скоро. Если появятся вообще. Поэтому я начал дуть на воду: приказал отправить Матвея Власьева и Константина Синицына на Индигирку на «Химере» ваших двойников, взять под надежную охрану семью последнего и так далее. А вас прошу переключиться в параноидальный режим отношения ко всему и вся. В частности, зайти на Белогорье из какой-нибудь мертвой системы и по струне пожестче, обойтись без «коридора» и прибыть в Управление не на «Волнах», а в разъездном «Аметисте». И еще: имейте в виду, что вам придется отбыть на Индигирку через час-другой после встречи с нами, забрать подопечных и снова уйти в учебно-тренировочный рейд в Халифат или Каганат. Чтобы ваши двойники смогли вызвать огонь на себя с внешне уязвимых, но заранее подготовленных позиций. На этом пока все. До связи…

Конец 3 тома.