Текст книги "Рисующий светом (СИ)"

Автор книги: Валерия Аристова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)

Глава 23
Где Дженнифер узнает о делах миссис Хамфри

Нарциссы отцвели, уступив место другим цветам. Лорд Лукас и Дженни целые дни проводили вместе. То они сидели в лаборатории, и изыскания их продвигались с огромной скоростью. То шли гулять в поля, где Дженни собирала цветы, а лорд Лукас ставил камеру и проверял разные свои теории. Так родился снимок Дженнифер с охапкой цветов, первый снимок, который им удалось наконец размножить на бумаге.

Это была победа. А началось все с негативных пластин, которые отражали цвета наоборот. Где должен был быть чёрный – там был белый, а где белый – там был черный. Но подобрав химикаты, лорд Лукас сумел сделать оттиск на бумаге и закрепить его в позитивном виде. А потом ещё один. И еще. Дженнифер хлопала в ладоши, когда её портрет был вынесен на свет Божий. Он не потемнел, не посветлел, не стерся и не облез. Он был настоящей картинкой, нарисованный светом и закреплённой химическими веществами на белом листе.

Лорд Лукас выглядел победителем. Он даже подхватил Дженнифер на руки и закружил по комнате, а потом они замерли, глядя друг другу в глаза.

– Я поеду в Лондон, – сказал он, крепко сжимая её руки, – в Лондон, в Париж, в Петербург. Дженнифер, я приглашаю вас поехать со мной.

Она боялась дышать. Она знала, что он любит ее, ведь миссис Хамфри так часто повторяла ей это. Но сам лорд Лукас никогда ничего подобного не говорил. Сейчас же рука его судорожно сжимала её руки. Другая рука легла на плечо, будто он боялся, что она сбежит. Но Дженни кивнула, одним движением головы решив свою судьбу. В этот миг губы их встретились. Дженни почувствовала поцелуй, но не отпрянула, а наоборот, прижала к себе его голову, зарываясь пальцами в длинные чёрные пряди.

– Я люблю вас, – услышала она слова, о которых так мечтала ночами.

– И я вас люблю…

Лорд Лукас тут же её отпустил. Глаза его сияли, но он отошел, быстро переключая внимание на внешний мир.

– Нужно все собрать. Записи, химикаты. Бумагу, которую я сделал для этих целей. Собрать и уехать. И гори оно все синем пламенем! Поженимся где-нибудь по пути. Лишит наследства? Да плевал я на него. У меня в руках клад! И в Лондоне это будет сенсацией!

Дженни подхватила его возбуждение. Они собирали все в сундук, будто собирались бежать именно в этот миг. А когда сундук был собран, выяснилось, что снимки, так взбудоражившие их, потемнели.

Лорд Лукас как-то сразу сник. Сначала он ходил по комнате, о чем-то размышляя, потом решил, что уедут они через неделю. Нужно было все подготовить, придумать предлог, под которым он мог выехать из замка с сундуком, где поверх всех важных вещей положили немного одежды и драгоценностей. Нужно завершить дела и ничего не забыть. И, главное, нужно доработать закрепитель, чтобы изображения получались более четкими и устойчивыми. Всего неделя, и тогда уедут они с чистым сердцем.

– Берем только самое необходимое, Дженни, – сказал он, – у меня есть счёт в банке, я не так беден, как вам кажется. Я не завишу от отца, потому что имею наследство от дяди и материнскую долю. Так что не переживайте, дорогая моя, мы не окажемся в положении Мэри, которая ни о чем не думала, а я не был тогда совершеннолетним.

Дженнифер кивала, соглашаясь на все его предложения, а потом ассистировала ему, когда он снова и снова пытался подобрать химикаты. Она ушла, когда солнце село за горизонт. Завтра лорд Лукас решит, как лучше выбираться из замка, чтобы никто не подумал чего-то лишнего. А через неделю они будут уже далеко!

План был замечателен. Дженнифер весь вечер сидела, как на иголках, мысли её скакали, она думала то о матери, то о графе Вортон, который похитил её насильно и которму она ничего не должна. Да, он похитил ее, а она сбежала, квиты. Её очередь оставить его в дураках! Лукас – это её шанс – стать счастливой! Несколько дней – и она навсегда покинет замок Сидал, навсегда простится с этим местом, которое чудилось ей золотой клеткой, а оказалось на проверку замком заколдованного принца. Она расколдовала принца, и замок готов выпустить её!

– Мисс Лейси! – в дверь постучали.

Дженни вздрогнула. Она уже приготовилась ко сну, но вскочила, узнав голос миссис Хамфри.

Та быстро вошла, стоило Дженнифер открыть защелку замка.

– Вот, – она положила перед ней лист бумаги, – смотрите, что мне удалось раздобыть!

Лицо миссис Хамфри было взволновано, белая рубашка развевалась от быстрого шага, и Дженни вдруг узнала в ней того призрака, что когда-то подливал ей в кружку яд. Она отпрянула, но выражение лица миссис Хамфри было настолько тревожным, что Дженнифер взяла лист и пробежала его глазами.

Это было письмо. Воспитатель лорда Лукаса мистер Эриксен, этот пожилой джентельмен, всегда доброжелательный и такой добрый на вид, писал ответ на неизвестное письмо графа Вортон, где они обсуждали слишком тесные отношения между лордом Лукасом и Дженнифер.

«Надеюсь, вы уже в пути, ваша светлость, и не позволите свершиться непотребству», – заканчивалось письмо.

Дженни в ужасе смотрела на миссис Хамфри.

– И когда он написал первое письмо? – спросила она жалобно.

Миссис Хамфри пожала плечами.

– Мне удалось перехватить только это. Когда началась переписка, я не знаю. Но я решила, что вам будет интересно узнать, что граф думает о вас.

Доверять женщине, которая когда-то приходила к ней с ядом, Дженни не могла. Но ужас, охвативший ее, был настолько силен, что она готова была довериться кому угодно, только бы не оказаться женой его светлости!

– Я… Я отнесу это лорду Лукасу! – она подхватила рубашку и выскочила в коридор.

Бумага в её руке, казалось, обжигала пальлцы. Коридор показался ей невероятно длинным, но вот она свернула в комнаты лорда Лукаса и забарабанила в дверь его спальни, не боясь, что кто-то её услышит.

Дверь распахнулась. Лорд Лукас стоял на пороге, а увидев Дженни, тут же втянул её в комнату и захлопнул дверь.

– Что случилось?

Она прислонилась к двери спиной, стараясь отдышаться.

– Дженнифер, за вами гнались волки?

Она покачала головой.

– Хуже. Хуже!

И Дженни протянула ему исписанный лист.

Лорд Лукас изучал его достаточно долго. Лицо его стало совершенно непроницаемым. Он отошёл от двери к столу, на котором горели свечи, сел на стул. Дженнифер последовала за ним и тоже села.

– Что нам делать? – спросила она, когда он закончил читать.

Лорд Лукас повернул к ней голову.

– Ничего. План остаётся тем же. Если отец приедет, то мы просто уйдём ночью. Ему не удастся меня удержать. Но сейчас я должен доработать систему фиксажа. Я сегодня весь вечер, с тех пор как вы ушли, думал над тем, что в формуле нужно что-то изменить. И, знаете, я кое-что должен проверить.

– Вы так спокойны? – Дженни вцепилась ему в руку, – давайте уедем завтра!

– Если вы так спешите, то можно и завтра, – он пожал плечами, – но я бы не спешил. Отец все равно не поверил старому брехуну, и даже если и приедет, мне он поверит больше, чем гувернеру. Думаю, он уволит этого человека, который тут задержался только из милости, потому что, как вы понимаете, я в наставниках давно не нуждаюсь.

Дженни сдалась.

– Хорошо. Только пообещайте, что не будете откладывать отъезд и дальше!

Он взглянул на неё и заулыбался, вселяя надежду.

– Конечно же нет, Дженнифер. Я знаю, что вы переживаете, дорогая моя. Но, поверьте мне, я хорошо знаю отца. Сейчас очень важно окончательно доработать систему, потому что больше нигде не будет такой хорошей лаборатории и таких удобных условий, пока я не найду приличное жилье и не оборудую все заново. А когда это случится, вы же понимаете, неизвестно. Дайте мне время. Дайте три дня. Я уверен, что за три дня ничего не произойдет.

Дженни кивнула.

– Вы обещали, что он не женится на мне. Вы не позволите, – прошептала она, сжимая дрожащие руки, – и я верю вашему слову!

Глава 24
Где Дженнифер встречает жениха

Граф Вортон приехал к вечеру через день. Дженнифер сидела в лаборатории лорда Лукаса вместе с сэром Алексом, когда замок вдруг ожил, зажжужал, словно улей, всколыхнулся. Слуги забегали по коридорам, и даже в лабораторию вошёл лакей, принесший важные новости.

– Милорд, ваш отец прибыл в замок!

Лорд Лукас даже не повернул головы. Дженнифер сжалась в комочек, испугавшись так, что её кинуло в холодный пот. Сэр Алекс подскочил, и единственный поспешил за лакеем вниз, встречать графа.

– Лукас, – прошептала Дженнифер, окончательно впадая в панику и не скрывая этого, – Лукас, я боюсь!

Он поднял на неё глаза, оторвавшись от перемешивания химикатов в пробирке.

– Нечего бояться. Мой отец страшен только внешне. Он много шумит и много угрожает. Не переживайте. Уедем, как только получится.

Спокойный тон лорда Лукаса заставил Дженнифер немного прийти в себя.

– Как вы можете быть так спокойны? – спросила она, – или вы… вы передумали? Вы хотите… стать мне сыном?

– Это вы хотите испортить мне эксперимент! – Лукас поставил пробирку и обернулся к ней, – зачем говорить под руку? Что такого в приезде отца? Это мой отец, я знаю его всю жизнь. Пошумит и успокоится.

– Он успокоится, женившись на мне! – воскликнула она.

Лорд Лукас вздохнул.

– Дженнифер, я и не знал, что вы можете быть настолько навязчивой. Обычно вы помогали мне, но сейчас вы хуже сэра Алекса! Я обещал, что не позволю этому случиться. Пусть шумит. Я близок к завершению открытия и не позволю мне мешать! Только закончив дело, можно уехать, и не скитаться по чужим лабораториям, а сразу же объявить об открытии!

Дженни закрыла лицо руками.

– Вы думаете о своём искусстве, когда мне грозит опасность! – всхлипнула она.

Наконец, поняв, что Дженнифер на грани срыва, он смягчился и обнял ее одной рукой, другой встряхивая пробирку.

– Вы надумали себе слишком много лишнего, дорогая моя, – сказал он, целуя её в щеку, – нет никакой опасности. Отец пошумит, потом успокоится, прикажет вам готовиться к свадьбе. Мы с ним поругаемся пару дней, я как раз закончу то, что необходимо. В ту же ночь мы уедем. Вот и все. Поженимся где-нибудь в Шотландии, мне не нужно его благословения, я совершеннолетний.

– В Шотландии…

Она снова всхлипнула, положив голову ему на плечо.

– Я вам верю. Но… но я очень боюсь.

…

– Лукас!

Голос графа Вортон заставил их вздрогнуть. Граф забарабанил в дверь, и лорд Лукас с раздражением оторвался от созерцания процесса проявления фотографии. Это было похоже на волшебство. В ванночку с химикатами они клали совершенно белый лист бумаги, и уже там, в растворе, можно было видеть, как на бумаге появлялось изображение.

– Лукас, открой!

Поднявшись, лорд Лукас спокойно пошёл открывать дверь. Граф ворвался в затемненное помещение, будто вихрь, и заметался по комнатам. Его дорожный чёрный плащ развевался за его спиной подобно черным крыльям.

– Что вы ищете, отец? – лорд Лукас спокойно смотрел на него, видимо, совершенно не испытывая страха.

– Где она?

– Кто?

Граф остановился перед ним, сверка глазами.

– Мисс Лейси.

Лорд Лукас рассмеялся, будто отец сказал что-то смешное.

– Вы ищете мисс Лейси? Так бы и сказали. Вы напугали её своими криками. Мисс Лейси проявила большой интерес к моему искусству и ассистирует мне.

Он спокойно подошёл к лаборатории и вытащил Дженни за руку, хотя она пыталась сопротивляться.

– Прошу вас, отец. Мисс Лейси.

Граф замер перед ними, переводя глаза с одного на другого.

– Вы вдвоём сидите в темноте? Вы понимаете… вы… – он запнулся, видимо сам того не ожидая приняв объяснение лорда Лукаса за правду. Его сын – фанатик своего дела, и если девушка заинтересовалась тем же самым, явно мог привлекать её в качестве ассистентки. Раньше он тоже самое пытался делать с леди Гортензией, но она отказалась ему помогать. Мало кто способен выдержать эту пытку.

– С нами был сэр Алекс, но он ушел, когда доложили о прибытии кареты.

– Почему же не спустился ты? – глаза графа смотрели на сына все ещё подозрительно.

Дженнифер старалась сделаться незаметной, чтобы граф забыл о ней, будто ее и нет.

– Я должен был закончить эксперимент. Когда я закончу, я обязательно спущусь вниз. Вы же знаете, что мои эксперименты невозможно прерывать на половине.

Повисло молчание. Дженнифер подумала, что граф сейчас пытается переварить новые сведения. Он, конечно, обсуждал с мистером Эриксеном их поведение, и мистер Эриксен писал, что они много времени проводят вместе в лаборатории. Но кто же вводит его в заблуждение? Спокойный, немного раздраженный сын, которому ничего, кроме его экспериментов, неинтересно, или гувернер, которому незачем врать.

– Мисс Лейси, прошу вас сопровождать меня, – граф протянул ей руку.

– Мисс Лейси нужна мне, отец, – лорд Лукас задвинул её себе за спину, – она спустится, когда я её отпущу. Прошу вас, не прерывайте нас более. Или я вынужден буду все делать заново.

И он ушел, оставив графа и Дженни наедине.

Дженни сделала реверанс. Щеки её пылали, а в глазах стояли слезы. Граф смотрел на нее, и чёрные глаза, казалось, прожигают дыру в её груди.

– Не очень-то вы мне рады, дорогая мисс Лейси, – сказал он.

Дженни снова сжалась в комок. Сердце бешено билось, будто граф мог причинить ей какое-то непоправимое зло прямо здесь, рядом с Лукасом.

– Вы… вы приехали так неожиданно, – прошептала она.

– Мисс Лейси! – голос лорда Лукаса был раздраженным и злым, – мисс Лейси, срочно идите ко мне!

Она снова сделала реверанс и бросилась в лабораторию, будто за ней гнались призраки.

Граф ещё какое-то время постоял, видимо размышляя, стоит ли войти в лабораторию, но потом Дженни, прижавшаяся к лорду Лукасу всем телом, услышала, как её жених покидает покои сына. Дверь хлопнула. Шаги утихли в коридоре.

Руки лорда Лукаса, сжимавшие её стан, разжались. Он смотрел ей в глаза, потом склонился и поцеловал. Дженни хотела ответить на поцелуй, но он уже отпустил ее, подошёл к ванночке достал готовый снимок.

– Утром проверим, как он реагирует на свет, – сказал он, – и если все хорошо, мы свободны.

Глава 25
Где Дженнифер собирается выйти замуж

– Вы не представляете, что наговорила о вас леди Гортензия!

Миссис Хамфри стояла в её комнате рано утром раскрасневшаяся и ужасно расстроенная. Дженни вскочила с постели, пытаясь понять, что же ей теперь делать.

– А что она наговорила?

Миссис Хамфри с трудом перевела дух. Глаза её сияли, будто сейчас решалась её судьба, а не судьба Дженнифер, которой когда-то она что-то подливала в кружку. Верить ей или нет Дженни не знала. С тех пор, как она поняла, что эта женщина когда-то ей желала зла, доверие к ней было полностью разбито, и Дженни боялась сказать лишнее слово, ведь неизвестно, что потом сделает её так называемая подруга.

– Я пойду к лорду Лукасу, – Дженни накинула халат и быстро умылась остатками воды с вечера.

Меган ещё не приходила сегодня и воды не принесла. Было слишком рано даже для слуг. Когда миссис Хамфри могла поговорить с графом Вортон, чтобы знать такие вещи? Неужели они общались ночью или на рассвете?

– Не надо! – миссис Хамфри схватила её за руку, – граф с самого утра пойдёт к сыну. Может быть, он уже там. Вам одной надо выбираться из замка! Лорд Лукас как-нибудь да выберется. А вы – бегите! Осталось очень мало времени. Граф безумно зол!

Леди Гортензия… Зачем она поступила так? Дженни окончательно растерялась. Она не знала, верить или нет миссис Хамфри, она не знала, что ей делать и не могла принять решения, которое от неё требовалось.

– Я никуда не пойду без Лукаса, – сказала она.

– Через пол часа приедет телега с молоком и сыром, – миссис Хамфри схватила её за руку, – Вы можете спрятаться в ней. Я передам лорду Лукасу, куда вы поедете. Но это единственный ваш шанс убежать из замка!

Лицо её действительно было взловлновано. Но перед глазами Дженнифер стоял образ миссис Хамфри в белом балахоне и накидке на голове. Один и тот же человек не может желать ей одновременно зла и добра. Чего желает ей миссис Хамфри? Дженни закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться.

– Я не уеду никуда, пока не поговорю с лордом Лукасом, – проговорила она, отнимая руку.

Миссис Хамфри всплеснула руками.

– Но вы же… вы же… граф в бешенстве!

Дженни распахнула дверь и выглянула в коридор.

– Не ходите, Дженнифер! – миссис Хамфри попыталась загородить ей проход, – прошу вас, послушайте меня! Возможно, граф уже у лорда Лукаса! Он всю ночь намеревался идти к нему, мне с трудом удалось его удержать! Бегите!

С трудом понимая, что происходит, Дженни вышла в коридор. Интересно, что делала миссис Хамфри всю ночь наедине с графом Вортон? Если бы Дженни собиралась выйти за него замуж, её бы этот вопрос сильно заинтересовал. Откуда такое влияние у пресловутой Ирен на графа? Она побежала по коридору, не слушая больше слов. Миссис Хамфри стояла на пороге её комнаты, все ещё пытаясь увещевать. Миссис Хамфри – это тот человек, которому нельзя верить. Ни в чем. Никогда.

– А вот и невеста!

Граф Вортон стоял посреди комнаты лорда Лукаса. Сын его, в длинном халате, сидел в кресле, демонстрируя полное пренебрежение к отцу. Но увидев Дженни он вскочил. Дженни попятилась. Было поздно что-то исправить. Она не послушала миссис Хамфри, и теперь уже ничего нельзя исправить! Не важно, как та узнала о разговоре графа с леди Гортензией. На этот раз миссис Хамфри играла на её стороне.

– Заходите, не стесняйтесь, дорогая невеста! – граф Вортон закрыл за ней дверь, – у меня к вам тоже есть вопросы.

Дженн попятилась. Она нашла глазами взгляд лорда Лукаса, но впервые увидела в нем растерянность. Лорд Лукас не знал, что делать. и явно не ожидал, что Дженнифер появится в его комнате на рассвете.

– Какое время вы предпочитаете, дорогая? Десять часов или двенадцать? Священник прибудет к любому из этих часов, – граф был вежлив и спокоен, как удав, готовый проглотить двух кроликов, – лорд Лукас сообщил мне, что вечером уезжает в Лондон, потому что совершил великое открытие, которое должно увидеть свет. Поэтому я хочу поспешить со свадьбой, чтобы он мог присутствовать на ней.

Дженнифер вжалась в стену. Голос не слушался ее, и вместо ответа из горла вырвался только тонкий писк.

– То есть вы не возражаете, если это будет через четыре часа, в десять? – граф подошёл ближе, взял её за подбородок и заглянул в полные слез глаза.

Она попыталась высвободиться, но у неё ничего не получилось.

Лорд Лукас поднялся на ноги.

– Гортензия, отец, влюблена в меня уже давным давно, и наговорила вам гадостей, – сказал он спокойно, – я не понимаю, почему вы верите в это.

– Потому что эта юная леди решила составить нам компанию в такое ранее время, – граф усмехнулся, – вместо того, чтобы спать в своей девственной постели, она бегает по замку и заходит в спальни мужчин. Или у вас и этому объяснение есть?

– У меня – нет, – лорд Лукас презрительно вскинул голову, так, как умел только он, – спросите мисс Лейси, почему она пришла. Возможно, она узнала о лжи, что говорила ваша племянница? У Гортензии совсем плохо с головой. Она из ревности пыталась скинуть мисс Лейси с обрыва. И вы после этого верите ей?

Дженни вздрогнула, но думать ещё и об этом сейчас не могла.

– Мисс Лейси, я бы хотел узнать, почему вы пришли сюда, в комнату лорда Лукаса в такое ранее время? – спросил граф.

Хрип, вырвавшийся из горла, не давал ей говорить. Ей было тяжело дышать, спазм не давал вдохнуть полной грудью. Дженни схватилась за горло и чуть на задохнулась, потом бросилась к столику, где стоял графин с водой, и прямо из графина стала пить, пытаясь восстановить дыхание. Лорд Лукас бросился к другую комнату и принёс нашатырь, от которого Дженни отпрянула, но тут же очнулась, закашлялась, с трудом вдыхая воздух.

– Вы запугали девушку, отец, – лорд Лукас был не в меру презрителен, – и после этого хотите на ней жениться? Она же умрет от ужаса ещё на свадьбе. Что вы сделали для этого?

Граф, казалось, и сам был удивлён её поведением. Он смотрел на Дженни, как на редкого зверька, которого стоило изучить.

– Вам нужно отдохнуть, мисс Лейси, – сказал он, – я провожу вас в комнату, где вас никто не потревожит. Вы сможете набраться сил перед церемонией.

Надежда, что её отошлют в её комнату и она сможет сбежать в телеге молочника рухнула. Дженни с трудом сдерживала слезы, не веря, что из-за её глупости все рухнуло в самый последний момент. Граф взял её за руку и поволок куда-то на третий этаж, где запер в небольшой каморке с единственным окном, выходящим на обрыв. Дженни могла только смотреть на горы, покрытые зелёной травой, и рыдать, потому что счастье, которое казалось таким близким, исчезло, как мираж. Впереди её ждали долгие страшные дни и ночи в объятьях графа Вортон, вечные сожаления об упущенном счастье и потерянной свободе.

Спустя какое-то время в комнату вошли служанки, которые принесли платье. Личный камергер графа Вортон остановился за дверью и остался там, а Дженни поняла, что сбежать не удастся. Её облачили в белоснежное платье, сделали прическу, надели шикарное алмазной ожерелье, наследственное ожерелье графинь Вортон, и прикололи к волосам фату.

– Вы так красивы, мисс Лейси, – говорили служанки, любуясь ею.

Но Дженнифер было все равно. Она не могла стать женой графа.

Лорд Лукас обещал ей, что не допустит этого.

Обещал.

Но не сдержал слова.