Текст книги "Рисующий светом (СИ)"
Автор книги: Валерия Аристова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)
Глава 35
Где Дженнифер понимает, что от родни невозможно спрятаться
Тот день, когда лорд Лукас нашёл способ закрепить изображение на бумаге так, чтобы оно оставалось на ней навечно, он назвал днем победы человека над светом.
– Я окончательно подчинил свет, – сказал он, вертя в руках очередной портрет Дженнифер, где она сидела в саду на фоне цветника, – Вы можете держать снимок в руках, проводить по изображению пальцами, но оно никуда не денется. Оно навсегда заключено на этом куске бумаги, не сбежит и не изменится.
Дженнифер была невероятно рада тому, что им удалось второй раз сделать тоже самое открытие.
– На этот раз я сделал все гораздо проще, – пояснил лорд Лукас, поднимая бокал, – сэр Алекс оказал этому миру большую услугу. Процесс подчинения света теперь доступен любому человеку, который пожелает организовать лабораторию.
– Когда вы будете делать доклад в научном сообществе? – спросила Дженнифер.
Он пожал плечами.
– Нужно сходить к лорду-председателю. Академики соберутся, если посчитают повод достаточно серьезным. Поэтому мне нужно иметь как можно больше одинаковых снимков, чтобы доказать, что это возможно – печатать много раз одно изображение.
– У нас достаточно одинаковых снимков, – сказала Дженни.
– Я ещё поработаю над негативами, – лорд Лукас сиял тем самым светом, который сумел себе подчинить, – но, думаю, если я создам несколько альбомов с изображениями Лондона и вашим портретом, а так же снимком животного, которое не может сидеть спокойно долгое время, и раздам их академикам, это будет достаточным поводом, чтобы выслушать меня. В прошлый раз лорд-председатель сказал мне, что я слишком юн, чтобы выступать в их сообщесвте. Но юн не означает глуп, – он усмехнулся, – однако требуются доказательства того, что я не глуп.
– Тогда завтра можем выехать за город, фотографировать руины, может быть улицы какого-нибудь городка, поля, где пасутся овцы? – Дженни была воодушевлена не менее своего мужа, – наклеим снимки в альбомы для открыток. Это действительно будет сенсацией!
Наутро, когда все было готово к отправке за город, и лорд Лукас стоял в ожидании экипажа с камерой в руках, к их дому подошёл человек, полностью закутанный в плащ.
– Мистер Эриксен? – удивился лорд Лукас, ставя камеру на землю и смотря на своего бывшего гувернера со смесью безразличия и презрения.
Тот закивал, и Дженни вдруг поняла, что мистер Эриксен, всегда пышущий энергией, весёлый и бодрый, выглядит, как старик. Он ведь не был стариком, вспомнила она. Он всегда улыбался и подбадривал ее, опекал в меру сил. Сейчас же она разглядела, что волосы его совсем седы, а плечи ссутулились и поникли.
– Какая честь для нас, – лорд Лукас поклонился, но в дом мистера Эриксена не пригласил.
– Я не верил до последнего, когда мистер Нилсен сообщил, что вы в Лондоне, – сказал тот после приветствий, – и выглядите так хорошо, что глаз радуется! Вы женаты?
Дженни открыла рот, чтобы ответить, но лорд Лукас сжал её руку.
– Надеюсь, вы здоровы, мистер Эриксен? – спросил он.
Тот закивал головой.
– Да, да! Здоров. Но судьба жестока ко мне! Жестока в лице вашего отца, милорд!
Лорд Лукас поднял брови.
– Граф Вортон был жесток к вам? – ещё больше удивился он.
– Ох, – мистер Эриксен закивал долго и часто, – он вернулся в замок, рассвирипел, когда узнал, что вы были в замке и вас выпу… И уехали. Он был как безумный. Кричал на меня. А потом сообщил, что больше не нуждается в услугах гувернера, потому что сын его вырос. И вот, я здесь. Он даже не выдал мне денег, чтобы я мог жить. Пришлось ехать в Лондон, к другу, хотя тот тоже в бедственном положении. И что прикажете делать? Вот такая чёрная неблагодарность вашего отца за все, что я для него делал!
Лицо лорда Лукаса приняло скептическое выражение.
– Действительно, отец прав. Его сын вырос, уехал, что вам делать в замке, мистер Эриксен?
Тот на миг замер, смотря на лорда Лукаса, будто у того выросли на голове рога. Дженни видела, что лорд Лукас готов рассмеяться и с трудом сдерживает смех.
– Вам повезло, что у вас есть друзья в Лондоне, – сказал он холодно.
Мистер Эриксен ещё раз вздохнул. Серые глаза его стали колючими. Дженни вздрогнула, когда взгляд его скользнул по её лицу.
– Милорд, я пришел, чтобы просить вашей милости. Я мог бы жить у вас компаньоном. Выполнять поручения…
– И продолжать шпионить за мной, чтобы выслужиться перед отцом? – напрямую спросил лорд Лукас, – уже то, что вы тут, говорит мне, что отец тоже скоро заявится поздравить меня с женитьбой.
– Да не дай Бог! – замахал руками, как крыльями мистер Эриксен, а Дженни почему-то вспомнила летучих мышей, через стаю которых им пришлось проходить, когда они бежали из замка, – ваш отец ничего не узнает! Если пожелаете, чтобы доказать вам мою преданность, я могу поведать вам то, что вам будет очень интересно!
– Поведайте, – лицо лорда Лукаса было холодным и отстраненным.
– Я знаю, где скрывается сэр Алекс с вашими наработками! – понизил голос мистер Эриксен, – это он приютил меня в Лондоне! Он живёт на улице Н, второй дом с конца, на третьем этаже! И вы знаете, он так и не смог разобраться с процессом фиксажа…
Повисло молчание. В это время как раз подали экипаж, и лорд Лукас подхватил камеру и подал руку Дженни.
– Простите, мистер Эриксен, – проговорил он очень вежливо, – но мы с леди Дженнифер спешим по важным делам. Передайте привет сэру Алексу. Я очень сочувствую ему. Ведь с такими друзьями, как вы, враги не нужны.
И они забрались в коляску. Лорд Лукас захлопнул дверцу прямо перед носом мистера Эриксена, который почему-то решил, что может поехать с ними и даже занёс ногу на ступеньку. Кучер взмахнул хлыстом, лошади тронули, и Дженнифер обернулась, чтобы увидеть, как мистер Эриксен стоит посреди улицы в своём сером плаще и держит в руке шляпу. Вид у него был крайне растеряный.
– Хоть в чем-то я согласен со своим отцом, – проговорил лорд Лукас, устраивая поаккуратнее фотокамеру, – предателей и шпионов нужно гнать в шею. А сведениями их пользоваться. Нанесем визит сэру Алексу. А сами будем ждать, когда же объявится мой любезный родитель.
Дженни вцепилась в его руку. Лицо её стало белым.
– Он приедет, да?
– Обязательно, – сказал лорд Лукас, – но он ничего не сможет нам сделать. Потому что вы – моя жена. И это уже невозможно изменить.
Глава 36
Где Дженнифер прячет пистолет
Наутро в доме появились три молодых крепких лакея, а пожилой кучер был отправлен на конюшню ухаживать за лошадьми. Вместо старого кучера появился новый – высокий, молодой и с косой саженью в плечах. Дженнифер смотрела на этих новых людей, которым в доме было по большому счету делать нечего, потому что старые слуги никуда не делись. Новые сидели во дворе, болтали и бездельничали. Однако лорда Лукаса полностью устраивало их поведение.
Через день привезли огромную овчарку. Собаку выпускали во двор без цепи. Дженни побаивалась такой огромной собаки, но та оказалась вполне дружелюбна. Собака целыми днями сидела вместе с лакеями, точно так же ничего не делая и даже не поворачивая голову, если кто-то чужой входил во двор.
Вид собаки лорду Лукасу ещё больше понравился. Он почесал её за ухом, будто это была его собака, и что-то долго рассказывал новым лакеям. Те кивали и поглядывали на пса.
Выходили из дома теперь кавалькадой. Вместо открытой коляски лорд Лукас приказал использовать закрытую карету, и лакеи сидели на запятках и рядом с кучером. Если же шли пешком, то лакеи постоянно путались под ногами. Один шёл впереди, два позади, и Дженни все это казалось смешным и глупым.
– Зачем нам эти люди? – удивлялась она, – неужели ты думаешь, что граф решится на похищение?
Лорд Лукас пожимал плечами.
– Я не знаю, что будет делать мой отец. Но лучше быть уверенным, что все его действия не будут иметь последствий. Он знает, где мы живем, а это нарушает моё спокойствие и чувство безопасности.
– Тогда давайте переедем? – Дженни заглянула ему в глаза.
– Нет в переездах смысла, – ответил лорд Лукас, – спрятаться не удастся. Все равно рано или поздно нас найдут, даже убеги мы в горы Аргентины. Лучше принять бой, чем жить в вечном страхе. Но мы должны быть готовы к бою.
Вся эта готовность к бою ужасно нервировала Дженнифер. Она стала чаще выглядывать в окно, она стала реже выходить из дома, и даже прогулка в парке больше не привлекала ее. Какой интерес ходить там в окружении охраны? Все только будут пялиться на них, и судачить за спиной.
То, что лорд Лукас был прав, Дженнифер узнала в одну из ночей, когда проснулась от лая собаки. Двор, который лорд Лукас приказал держать всю ночь освещенным, представлял собой поле боя между их лакеями и двумя незнакомцами, которые взломали калитку и оказались прямо перед заходящимся лаем псом. Нарушителей выдворили обратно на улицу, после чего в окна полетели булыжники. Тогда один из лакеев выпустил собаку на улицу, раздался лай, крики, топот ног, и все затихло. Пес вернулся с видом победителя, а лорд Лукас спустился вниз и выдал их охране по золотой монете, а псу – целую цесарку из ледника.
– Разведка боем была произведена, – сказал он, ложась обратно в постель и прижимая к себе перепуганную Дженни, – будем ждать основных сил противника.
Основные силы подтянулись через несколько дней. Атака была произведена хитро, из засады.
Все началось с того, что однажды утром в дом постучали. Дворецкий открыл дверь, впуская в дом самого графа Вортон.
Дженнифер, которой доложили о его прибытии, сначала хотела спрятаться за пианино, и только взгляд лорда Лукаса не позволил ей этого сделать. Лорд Лукас принял отца, как подобает хорошему сыну, поклонился, представил леди Дженнифер, как свою жену.
Граф тоже поклонился, и даже поцеловал Дженни руку, которую та с огромным трудом не отдернула. Казалось, это обычная семейная встреча, ничем не привлекательная. Лорд Лукас заговорил о погоде в Уэльсе, а граф сообщил, что мистер Эриксен ищет новую семью, где требуются его услуги.
– Желаю удачи мистеру Эриксену, – сказал лорд Лукас, – он очень хороший гувернер, кому-то повезет с ним.
– Начинается сессия парламента, – граф был предельно вежлив, – я думаю, что мы с вами встретимся ещё не раз на разных увесилительных мероприятиях. К сожалению, сессию нельзя пропустить. Проводить весну в Уэльсе намного приятнее.
С этим лорд Лукас тоже был согласен.
Разговор зашёл в тупик, но граф снова поддержал его. Его смуглое лицо казалось Дженнифер лицом демона, одетого в строгий костюм джентельмена. Она молилась только о том, чтобы он поскорее ушел. И благодарила Господа, что сумела избежать с ним брака. Если бы не лорд Лукас, она была бы графиней Вортон, и страх перед мужем был бы единственным чувством, которое она пронесла бы через всю жизнь. Разве она могла бы лечь с ним в постель? Разве она могла бы слово сказать поперёк его слову? Страх – только страх двигал ею, когда она отказывалась рядом с этим человеком, и даже имя его пугало её до дрожи в коленях.
О чем говорили отец и сын, Дженни в какой-то момент упустила. Да, она знала, что за дверью стоят молодые лакеи, готовые сделать все, что она прикажет, но граф был хитер. То, что её страх перед ним был обоснован, Дженни убедилась уже в следующий момент.
Рывок графа Вортон в её сторону прозевали все. Лорд Лукас, который только и успел, что дернуться к Дженни, лакеи, вбежавшие в комнату слишком поздно, и сама Дженнифер, которая в какой-то момент оказалась в объятьях графа, а к уху её был приставлен маленький чёрный пистолет.
– Ни с места! – граф посмотрел на лорда Лукаса, – даже не думай пошевелиться. И людям своим прикажи расступиться. Миледи поедет со мной.
Голос его был тих, но в нем сквозило скрытое торжество. Он переиграл всех и был ужасно собой доволен. Лорд Лукас побледнел и махнул лакеям рукой, приказываля расступиться и выпустить графа и Дженнифер из комнаты. Дженни в панике оглянулась на него, но лорд Лукас, казалось, никак больше не реагировал на все происходящее. Он подошёл к окну и раскрыл раму, будто ему не хватало воздуха. Граф обернулся на него, но больше ничего не сказал. Дженни всхлипнула, чувствуя его руку на своей руке.
Они прошли через коридор и вышли во двор. Паника, охватившая Дженни, мешала ей дышать, но она не делала попыток вырваться. Ей было настолько страшно, что слова застревали в горле, а слезы текли из глаз без всяких звуков. Неужели Лукас так просто отпустит ее? Он так легко проиграл? Окно, которое он открыл, выходило на другую сторону дома, неужели он просто наслаждается видом на фонтан и цветы, когда её судьба рушится? Граф увезет её в какое-то тайное место, где будет держать, как рабыню, и откуда она уже никогда не сможет выбраться.
Несколько шагов отделяли их от калитки. Лакеи не появились. Граф положил пистолет в карман, посчитав, что победил. Он протянул руку, чтобы открыть калитку, когда за спиной их послышался какой-то шорох. Дженни резко обернулась, надеясь, что спасение все же возможно, и в последний момент увидела прыжок их огромного пса. Тот будто взлетел в воздух, и вцепился графу в плечо в тот момент, когда тот полез в карман за пистолетом. Дженни закричала от ужаса, брызнула кровь, граф тоже закричал, хрипло и страшно. Рука его была прокушена до кости, а пес рычал и готов был броситься снова и снова.
Что-то чёрное упало на землю из разжавшихся пальцев. Дженни увидела под ногой пистолет и наступила на него, боясь, что граф снова им завладеет. Но тому удалось распахнуть калитку, и, крича проклятия и завывая от боли, вырваться из ловушки.
Дженнифер упала на колени, сжав себя руками. Её трясло от пережитого, но пес тут же лизнул её шершавым языком в щеку. Она обняла пса и разрыдалась, а потом подняла голову и увидела, что за псом стоит лорд Лукас и на губах его играет его привычная скептическая улыбка. Дженнифер бросилась к нему, желая просить прощения за каждую предательскую мысль о нем! Пока она думала о нем плохо, он выскочил в окно в сад и спустил пса с цепи, на которой тот сидел последние дни потому, что задрал несколько соседских кошек.
– Лукас! – она плакала в его объятьях, – Лукас, давай уедем! Он снова придет! Он убъет меня!
Глава 37
Где Дженнифер думает о подлости
Сэр Алекс жил на третьем этаже многоквартирного дома далеко не в самом престижном районе Лондона. Дженнифер впервые порадовалась, что лорд Лукас никуда не выходил и не выезжал без своей охраны, потому что личности, что ошивались в этих местах и поглядывали на прибывшую коляску недобрыми взглядами, совершенно не вызывали доверия.
– И все же нам надо было оставаться дома, – Дженни вцепилась в руку лорда Лукаса, – опасно выходить, да ещё в такие места!
Лорд Лукас пожал плечами.
– Мне надоело сидеть в обороне. Пусть нападают. Примем бой. Да и к учителю своему давно мне пора наведаться, посмотреть, что у него вышло. У него и камера, и реактивы, и записи. Но я ни разу не видел и не слышал, чтобы он появился в научном сообществе. Он даже не открыл салон, где делал бы снимки для всех желающих. Неужели вам не интересно, почему?
– После того, как ваш отец явился с визитом, мне интересно было бы посетить Париж или Бостон. А вот подобные места – не очень.
Дженни оглядывалась. Двор дома, в который они вошли под арку, был не очень чист. Тут бегали какие-то дети не в самой свежей одежде, из окон перекрикивались женщины, вывешивающие белье на веревки. На лавке сидели два старика, играющие в домино. У входа в подъезд ошивались какие-то парни не самой приятной наружности. Дженни подозревала, что у каждого из них в кармане нож, и что только лакеи мешают им воспользоваться этими ножами.
В подъезде пахло человеческими отходами. Дженни зажала нос платком, но это не помогло, и поэтому она бежала по лестнице, стараясь как можно скорее преодолеть эту вонь. Лорд Лукас только усмехался, глядя на нее, и выглядел так, будто шёл по лестнице в Букенгемском дворце. Его умение сохранять спокойствие в любой ситуации очередной раз поразило Дженнифер, но думать об этом сейчас ей было некогда.
Один из лакеев постучал в дверь с нацарапанной цифрой двенадцать. Послышалось шаги, потом что-то упало, грохнув так, что Дженни вздрогнула. Замок щелкнул, и дверь распахнулась. Лакеи, стоявшие первыми, расступились, позволяя Дженни увидеть сэра Алекса собственной персоной.
– О, Лукас, мисс Лейси, – забормотал тот, бледнея.
Даже усы его, казалось, вдруг опустились вниз, хотя обычно задорно топорщились в разные стороны.
– Так приятно видеть вас в добром здравии, сэр Алекс, – сказал лорд Лукас, входя в квартиру, и затаскивая за собой Дженни, – мы с леди Дженнифер не могли не навестить вас, когда оказались в Лондоне. Мистер Эриксен был столь любезен, что сообщил нам ваш адрес.
Дженни чувствовала, как лорд Лукас смеётся в душе. У него было совершенно ехидное выражение лица, которое считал и сэр Алекс. Одетый небрежно и неопрятно, тот вдруг озаботился тем, как на нем сидит жилет, пригладил растрепанные волосы ладонью. Дженни казалось, что он спал прямо в одежде и так и пошёл открывать, когда услышал их стук.
Пол, устланый досками, скрипел, когда лорд Лукас и один из лакеев прошли в комнату. Тут было много света от большого окна, выходящего на улицу, и в этих потоках света Дженни, прошедшая следом, увидела множество сущащихся фотографий. На части из них изображение было почти выцветшим, другие потемнели, третьи оказались просто белыми листами испорченной бумаги. Чувствуя себя профессионалом, она рассматривала это безобразие, и готова была по каждому опечатку провести целую лекцию о работе с закрепителем. Лорд Лукас тоже рассматривал снимки, и лицо его хранило скептическое выражение.
– Ну, сэр Алекс, – он дернул один из снимков, совершенно бесцветный, – я думал о вас лучше. У меня же почти все есть в записях, осталось только повторить нехитрую схему. А вы и того не смогли.
– Я искал этот компонент! – сэр Алекс раздражённо нахмурился, – но если обрабатывать натриевым раствором, ничего не получается! Я перебрал столько вариантов!
– Ну, зачем же воспринимать все, что написано, за чистую монету, – лорд Лукас пожал плечами и вдруг улыбнулся, – защита от дурака, сэр Алекс. Если вы думали, что я открою все свои секреты и доверю их человеку, который так легко может предать, то вы ошибаетесь.
Повисло молчание. Лорд Лукас еще походил среди снимков, разглядывая чуть видимые изображения. Ему явно было весело, от чего и Дженнифер тоже просияла.
– Леди Дженнифер, давайте уйдём отсюда, я видел все, что хотел, – лорд Лукас протянул ей руку, – а вас, сэр Алекс, я приглашаю на свое выступление в научном сообществе в следующий вторник. Там я подробно изложу все, что вы так жаждете узнать.
Сэр Алекс засуетился, выбежал в другую комнату, и вот уже он стоял перед лордом Лукасом с камерой в одной руке и сундуком около ног.
– Заберите, лорд Лукас! – сказал он, запыхавшись, – заберите, это же ваше!
Лорд Лукас отвернулся и пошёл по коридору к выходу.
– Оставьте себе, – бросил он, – считайте, что это подарок за долгие годы вашей мне помощи.
– Но… камера, она очень дорогая! – закричал сэр Алекс.
– А подборка химикатов вообще бесценна, – отозвался холодно лорд Лукас.
Он стоял в дверях и обернулся, кинув последний взгляд на учителя.
– Мне повезло в жизни, сэр Алекс, – сказал он, – мой гувернер шпионил за мной, учитель – обокрал, а отец – пытался похитить мою жену. Поэтому я не стану вам мстить. Было бы слишком мелочно размениваться на эту месть всем вокруг. Приходите во вторник. Вы сможете открыть свою студию сразу же, как я озвучу секрет фиксажа. В конце концов, мы с вами многое прошли вместе.
И он ушел, быстро спустившись во двор. Дженни с трудом поспевала за ним, путаясь в платье на разбитых ступенях. Последнее, что она слышала от сэра Алекса, это крики с извинениями, какие-то невразумительные слова, но потом хлопнула дверь и стало очевидно, что сэр Алекс не сильно-то и раскаивался в том, что сделал. Скорее, он боялся наказания.
– Что ж, тут я закончил, – лорд Лукас помог Дженнифер сесть в коляску, – осталось сделать доклад. И мы свободны.
Глава 38
Где Дженнифер убеждатеся в торжестве правосудия
– Граф Вортон и мистер Нилсен обвинили вас в убийстве, милорд, – Дженни замерла, услышав эти слова.
Было утро, и яркий солнечный свет ударил ей в глаза, когда она спешила в столовую в светлом платье, которое так нравилось лорду Лукасу. Она не сразу разглядела людей, что стояли перед её мужем с бумагами в руках.
– То было самоубийство, – лорд Лукас и бровью не повел, будто речь шла о прогулке в парке.
– И все же вам лучше поехать с нами, виконт. Наш начальник разберется, что же произошло. Граф Вортон утверждает, что вы столкнули девицу с башни.
Лорд Лукас пожал плечами.
– Я увёл у графа Вортона невесту, поэтому у него есть причины на меня обижаться. Его обвинения ничего не стоят. Все, кто был в замке, знают, что леди Гортензия сама прыгнула в пропасть. И свидетелей тому было два. Моя жена, леди Дженнифер, и мистер Нилсен, желавший жениться на леди Гортензии. У меня нет никакого мотива убить ее, зато у мистера Нилсена и графа Вортона много мотивов обвинить меня.
Дженни облакотилась рукой о косяк двери. Ей стало холодно. Неужели лорда Лукаса увезут в тюрьму, а потом казнят? Как будет он оправдываться, если мистер Нилсен придёт на заседание и будет обвинять его? Прислушаются ли к её словам, когда она станет защищать своего мужа? Все эти мысли кружили в её голове, когда лорд Лукас почувствовал её взгляд и посмотрел прямо на нее.
– Леди Дженнифер, – он был спокоен и совершенно беззаботен, – я вынужден отложить наши планы. Господа следователи желают видеть меня в своём отделении. Там же будет и мистер Нилсен, как мне обещали. Я вернусь к обеду, постарайтесь не скучать и не выходить никуда без меня, – он подошёл к ней и понизил голос, – Дженни, это очень важно. Будь дома.
И он ушел, сопровождаемый следователями. Дженни упала в кресло, боясь, что ужас разорвёт на части её сердце. Сколько времени она так сидела, сказать было невозможно. Солнечный свет отполз от её ног к стене, потом переместился дальше к столу. Дженни ждала, боясь того, что могло произойти. Придёт ли граф за ней, пока лорд Лукас вынужден оставить её ради допроса в отделении скотланд ярда? Лакеи её были предупреждены, они сидели во дворе, окружив дом с четырёх сторон, и то и дело перекрикивались, бродили кругами, играли с собакой. Дженни знала, что лорд Лукас выдал им пистолеты. Но все равно боялась, не зная чего ожидать от врага.
Лорд Лукас действительно вернулся к обеду, как и обещал. Он был весел, но выглядел усталым и каким-то потрепанным. Дженни бросилась к нему, вдруг осознав, что на ней все ещё утреннее платье, а волосы её растрепанны и не убраны, потому что весь день она то сидела в кресле, то ходила из угла в угол, ни в силах ничего делать и ни о чем думать, кроме него и опасности, которая нависла над ним.
– Дорогая моя, все хорошо, как я и обещал, – он обнял ее, и Дженни почувствовала, как он напряжен, – я отбился.
Она подняла на него глаза в немом вопросе. Сил на слова не осталось, хотелось только плакать.
– Отец и мистер Нилсен придумали отличную версию, но мне удалось перекупить следователей. К сожалению, это стоит очень дорого. Почти все сбережения моей матери уйдут на это дело. Но оно того стоит. Не переживайте, деньги у меня есть. И останется ещё много, когда я отдам эти.
– Вас не посадят в тюрьму? – Дженни вцепилась в фалды его сюртука.
Лорд Лукас рассмеялся.
– Конечно же нет. Не переживайте. Лучше займёмся докладом. Они и так отняли у нас много времени. Завтра я выступаю в научном сообществе. А что говорить, так и не запсиал.
Он прошёл в кабинет, но Дженнифер побежала следом.
– Что сказал мистер Нилсен? – спросила она, – он же так это не оставит!
Лорд Лукас сел за стол и разложил перед собой бумаги.
– Куда он денется? Они в чистую проиграли. Следователь на моей стороне. Мистер Нилсен выглядел жалко. Он кричал, махал руками, обзывался, как ребенок, даже плакал. И потом признал, что я не толкал Гортензию, но она прыгнула из-за меня.
– Но это же её воля была, а не ваша, – Дженни сжала дрожащий руки, – она сама прыгнула. Вы хотели её остановить!
– Для мистера Нилсена это одно и тоже, – сказал он, перебирая бумаги, – Дженни, тут у меня не хватает записей. Куда вы их положили?
– А ваш отец? Что сказал он?
Лорд Лукас раскладывал записи стопками. Брови его были нахмурены.
– Отец молчал. Его на башне не было, сказать он ничего не мог. Думаю, что он обеспечил все это деньгами. Мистер Нилсен за короткий срок успел проиграться и платить следователям ему явно нечем.
Дженни представила эту картину. Мистер Нилсен в своём поношенном пальто бегает и машет руками, кричит что-то, а граф Вортона сидит, как старый сыч, и только смотрит на сына черными, как омуты, глазами.
– Дело против меня открывать не стали. Так что стоит и дальше ожидать подлости от моего родителя, – лорд Лукас наконец-то нашел бумагу, и поднялся, – Дженни, давайте поедим. Надеюсь, обед готов? Я безумно устал, а мне ещё готовить доклад. Завтра я должен быть на высоте. Как, впрочем, и вы. После докладов вечером будут обед и танцы, так что вам нужно надеть что-то приличное.
Ещё день назад все это привело бы Дженнифер в восторг. Но сейчас она мечтала только об одном. Исчезнуть из Лондона навсегда. Тем более, не ходить в толпу, где с ней или с Лукасом может что-нибудь случиться, и никто не заметит, что произошло!
– Может быть, не пойдём туда? – спросила она.
Лорд Лукас обнял её одной рукой.
– Дженни, милая моя, мы не можем демонстрировать страх. Отец уехал из Лондона сразу после заседания у следователя, мне сообщил его камердинер. Возможно, он ещё будет вредить. Но я написал миссис Хамфри, которая все ещё живёт в замке. Она будет держать нас в курсе.
– Я не верю ей! – сказала Дженни.
Лорд Лукас улыбнулся.
– Миссис Хамфри – лучший мой союзник, дорогая. Не переживайте, она как раз не предаст. Это совсем не в её интересах.
– Давайте уедем в Париж? – голос Дженнифер прозвучал капризно, – там… там будет спокойнее!
– Возможно. Но это будет похоже на бегство.
