![](/files/books/160/oblozhka-knigi-chuzhaya-zhizn-si-378233.jpg)
Текст книги "Чужая жизнь (СИ)"
Автор книги: Валерий Шмаев
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)
Глава 4
Раненного командира принесли первым и сразу положили на краю леса под большой берёзой. Видно было, что досталось ему неслабо, ноги перебиты и в бок прилетело. Вот только непонятно, что здесь делает целый подполковник? Впрочем, какая мне разница? Рядом с подполковником санитар с медицинской сумкой и Катерина. Давешний щенок в командирской гимнастёрке возмущённо вполголоса пыхтит что-то подполковнику.
Точно щенявый комиссар. Вон красная звезда на рукаве, сразу не разглядел. Как он там называется? Младший политрук, по-моему. Увидев меня выходящего из леса, он моментально заткнулся. Не глядя на салабона, я подошёл и представился, подполковник с любопытством взглянул на меня.
– Так это ты сержант нас вытащил? Как удалось то? – Интерес у него был неподдельным.
– Товарищ подполковник! Можно после войны расскажу? Разрешите выполнять приказание? – Подполковник удивился ещё больше.
– Так я тебе ничего не приказывал. – Я немного подождал, собираясь с мыслями и принялся докладывать.
– Я сам не помню, но согласно рассказу вот этой девушки, нашему взводу было приказано эвакуировать семьи комсостава. Приказание не выполнено, несколько семей осталось в посёлке. Этой ночью самое время выполнить приказ.
Сейчас бо́льшая часть немцев и финнов, находятся в посёлке. Через какое-то время, они узнают, что вы прорвались с этой стороны. Дорога здесь одна, через этот мост. Я могу придержать их на несколько часов, а затем уже ближе к ночи уйти в посёлок. Есть у меня одна хитрая задумка. Да и лодкой немецкие снайперы поделились.
К тому времени там останется не больше взвода охраняющих посёлок финнов, остальные будут разыскивать вас и прочёсывать лес в поиске перебитых мною снайперов. Они их до конца своих жизней искать будут. Только мне известно, где я местную рыбу ими прикормил. Вот как-то так. – Я выжидательно замолчал, глядя на подполковника. Тот думал недолго.
– А что? Может и получиться. Один ведь не справишься! Что тебе надо? – Молодец подполковник, схватывает всё на лету.
– Четверо добровольцев из числа пограничников и два СВТ-40, но только добровольцев, на такие задания по приказу не идут. Нужны люди, которые знают округу и посёлок, как свои пять пальцев. Остальное оружие можно не брать, у меня есть чем вооружить людей, ещё и поделиться могу.
Здесь нужно оставить пулемёт на треноге. Вам таскать неудобно, а нам всё равно его не переносить. Надо ещё десяток гранат, патронов одну коробку. Больше всё равно не потратим – обойдут. – Подполковник молча, переваривал мои слова. Я это продумал заранее и продо́лжил.
– Вам лучше идти походной колонной по дороге с охранением, потом уходить на любой просёлок. По дороге и просёлку следов меньше оставите, да и быстрее получится. Охранение пусть поглядывает, дорогу мотоциклисты патрулируют. Вчера так было. Много времени не дадим, но часа три гарантировать можно. Была бы взрывчатка, можно было бы мост взорвать, а жечь его бесполезно.
– Взрывчатки у нас нет сержант, а поджечь, сюда вся округа сбежится. – Это он прав, но поджечь можно и позже.
– Товарищ подполковник, может товарищ старшина с людьми поговорит, он бойцов лучше знает? А мне бы голову перевязать, а то самому неудобно. – Подполковник кивнул старшине и тот направился к красноармейцам.
– Перевязать то перевяжем, да вот только нечем. – Негромко сказал санитар.
– Да ладно, нашёл проблему! Есть у меня. Финны с немцами прямо уговаривали забрать. Не пропадать же добру? Голову перевязать рук правильных не было – у меня они под другое заточены. Пострелять, ножом помахать, пожрать, за девочку подержаться – это завсегда, пожалуйста. А как перевязываться – трясутся. Крови боюсь, аж от страха потею. – Как можно небрежней отмахнулся я, плюхаясь недалеко от подполковника на пятую точку и снимая финский рюкзак.
Немецкий ранец с гранатами и пистолетом я предусмотрительно оставил подальше в лесу, под приметной небольшой ёлочкой с обломанной вершиной.
– Забирай всё, я ещё разживусь, если буду жив, а нет, так тем более не понадобится. Только аккуратнее с головой, а то там, говорят, пуля торчит. – Пока санитар разматывал бандану и бинт, я выкладывал из ранца свои разнообразия, что походя выгреб у финнов. В первую очередь медицину, сигареты и шоколад. Отдал и пару фляжек с водкой, что забрал у фельдфебеля и разводящего. Санитар, глядя на такое богатство, только головой покрутил и одобрительно хмыкнул. К тому времени он уже размотал бинт и присвистнув, удивлённо сказал.
– Ой! Ё! Действительно пуля! И не вытащить! Одно донышко видно! Первый раз такое вижу! – Я не на шутку перепугался.
– Э! Ты давай там не ковыряй её! Я к ней привык уже! Мы с ней лучше воюем! Сковырнёшь мою помощницу, понесёте меня. А оно вам надо? – Санитар успокаивающе проговорил.
– Не, я тебе что врач? Раз пока не умер, пусть так и будет. Я только замотаю.
– Вот спасибо! Утешил, благодетель. А я так надеялся, что девочке померещилось с перепуга. – Подполковник всё так же удивлённо слушал нашу пикировку, а санитар, закончив перевязку, подошёл к нему поближе и доложился.
– Так точно товарищ подполковник! Пуля в голове. Кровь не идёт, но достать нельзя. Я точно не смогу. Будем доставать, можем убить сержанта. Неизвестно как она себя поведёт, и что она в голове натворила. – Угу. Видно, в рассказ Катерины сразу не поверили.
Перевязывался я здесь специально. Этакая демонстрация и материальное подтверждение моих слов. Что я себе голову замотать не в состоянии? Да не смешите мои белые тапочки, что для меня немцы с финнами зажали. Теперь сами носят – видимо им нужнее.
Пока санитар докладывался, я намотал свою импровизированную бандану и, пододвинувшись ближе к подполковнику, обратился к нему.
– Товарищ подполковник! Заберите финские документы, что собрал. Глядишь, пригодятся на что. И можно ещё одну просьбу?
– Говори сержант чего тебе. – Устало прикрыл глаза подполковник. Похоже, даже такой короткий разговор утомил его.
– Напишите приказ от своего имени, с поимённым перечнем бойцов, которые пойдут со мной. – Подполковник опять удивлённо посмотрел на меня. Видимо подобное крючкотворство было совсем не в ходу.
– Зачем тебе? – Подполковник явно не ожидал подобной просьбы.
– При наличии подобного приказа, переподчинить группу другому командиру будет сложновато, а то я званием не вышел. Да и при выходе к нашим, с особым отделом проще будет объясняться. Всё же мы приказ выполняем, а не по лесам за ягодами отправляемся. – Я как можно доброжелательно улыбнулся.
Имел я их всех в виду. Всё что я читал, про это время оптимизма не внушает. Да и офисное мое прошлое подсказывает, что чем больше бумажек в начале пути, тем проще при квартальном отчёте. Пока рядом человек с крутыми погонами, надо пользоваться ситуацией.
– Хм. Ладно, напишу я тебе такой приказ. Только сам понимаешь. Тебе его придётся выполнить. – Вот и проверка «на вшивость». Вон как глазами зыркает. Я как можно безразличней пожал плечами.
– Так я и так собирался этот приказ выполнять. Мне разницы нет, а для дела проще. Другого приказа у меня пока не было. Детей всё равно надо вытаскивать. Не вытащим, всех расстреляют.
– С чего ты так думаешь, сержант? – Интерес подполковника был неподдельным.
– А куда финнам их девать? Передовые части уйдут вперёд, а пленных надо кормить и охранять. Ну, два, ну три дня, ну неделю пока тыловое начальство вперёд не двинется. Допросили пару раз и всё. Военнопленных можно на работы, какие определить. А женщин с детьми куда? Проще закопать, чем возиться, а если убегут, потом отвечать придётся. – В это время подошёл старшина с шестью бойцами и обратился к подполковнику.
– Товарищ подполковник! Группа собрана. – Старшина тоже собрался что ли? Блин со мной восемь, как я эту ораву на остров переправлю? Хотя хрен с ним. Пусть будут. В два приёма переправимся. Сами пусть вёслами помашут. Не маленькие. В это время подполковник озадачил младшего политрука приказом, а сам обратился ко мне.
– Сержант, хватит тебе столько людей?
– Много товарищ подполковник, но пусть будут – много не мало, тогда надо ещё два нагана и три десятка патронов к ним. – И, обращаясь к подошедшим бойцам, спросил.
– Кто из вас хорошо стреляет из пулемёта? – Вызвался невысокий коренастый пограничник.
– Отлично. Тогда берёшь двоих бойцов с СВТ, закапываете «Максим» в землю по кожух, и маскируете по полной программе. На, возьми «Вальтер» как второе оружие.
Товарищ старшина! Всё остальное оружие и боеприпасы оставьте здесь. Найду я, чем вас вооружить. Чего таскать лишнего? Уходящим бойцам пригодится, а мы, если понадобится, финнов вытрясем. Они богатые, а бог велел делиться, но мы – комсомольцы, поэтому ни бога, ни финнов с немцами спрашивать не будем.
Товарищ подполковник! Разрешите идти? Времени мало. Приказ вот ему отдайте. – Сказал, указывая на пулемётчика. Тут мне в голову пришла ещё одна мысль.
– Да, ещё одна просьба. Надо всех финнов собрать и сложить вон там, на дороге в кучу. Можно не всех, а хотя бы с десяток, а то ребятам ещё окоп копать, можем не успеть.
– Это ещё зачем? – В который раз удивился подполковник.
– Чтобы тот, кто приедет прямо напротив пулемёта остановился, а не у первого трупа на дороге. – Пояснил я и повторил.
– Разрешите идти. – Подполковник чуть помедлил, разглядывая меня.
– Иди сержант, хотя погоди, документы свои политруку покажи, пусть в приказ тебя впишет. – Это да, туплю я что-то.
Пока политрук, зыркая на меня глазёнками, переписывал мои личные данные в приказ, я повернулся к девушке.
– Катерина! Возьми на память и больше в плен не попадай. – Как можно мягче сказал я девчонке, протягивая второй «Вальтер», компас и часы, которые снял с руки. Есть у меня на острове ещё запасец – не последнее раздаю.
Трое назначенных мной бойцов и ещё четверо их добровольных помощников уже настойчиво вгрызались в землю. Вернее, в песок – почва здесь песчаная. Молодцы мужики! Времени зря не теряют.
– Товарищ старшина! Вы с нами? Тогда побежали. – Отдав подполковнику честь и передав пулемётчику снайперку, я побежал в лес. Старшина с тремя бойцами потянулись за мной.
Что за жизнь? Второй день здесь живу, а только и делаю, что бегаю. По пути забрал немецкий ранец со своими персональными ништяками и куртку финна с гранатами и магазинами к автомату. Гранат и патронов никогда много не бывает, так что, обирая трупы я не скромничал.
Прибежав к лодке, я принялся объяснять старшине, что ему надо будет сделать, а трое бойцов побежали выталкивать лодку. Ничего втроём справятся, я её один туда запихивал. Увидев лодку, заваленную моей утренней добычей и так и валяющихся на берегу финнов, старшина уважительно пробасил.
– Ну, ты орёл! Как ты шестерых свалить умудрился? – Я показал на сапог с наганом.
– А вот так! Товарищ старшина, пока нас нет, вам заготовки под это делать. У вас два образца есть. Вам надо такое под четыре «Нагана» сделать, сапоги тоже есть. На три глухих выстрела, одного такого сооружения хватает. Только мох внутрь надо мокрый положить и дырочки пробивать поменьше, чтобы пороховые газы могли выходить.
Ещё будет просьба. Если не сложно, поесть, что-нибудь приготовьте. Там, на острове продукты есть, и сами поешьте обязательно. Ну да не мне старшину учить. Всё. Я побежал. – После чего рванул обратно.
В общем, ничего нового я не придумал. Со старшиной ушли трое. Двое потом вернутся на лодке обратно и будут ждать нас, заодно и лодку посторожат, ну а мы как получится.
Пока я бегал, колонна окруженцев ушла, а на дороге, прямо перед пулемётом была навалена куча трупов. Пограничники вырыли неглубокий, но широкий окоп для пулемёта, притащили здоровое сосновое бревно и положили его на край окопа вместо бруствера. Ещё где-то надыбали и припёрли несколько колод поменьше, чтобы пулемётчику сидеть было удобно. Перед окопом ребята навтыкали срубленных ёлочек, так, что даже с пары метров позицию видно не было.
Это они молодцы! Уважаю. Умеют устроиться, поэтому у подполковника пограничников и просил. Погранцы ребята хваткие, умелые, они здесь как рыба в воде ориентируются. Присев на колено, снял ранец, и начал доставать из него гранаты, обратившись к выжидательно смотрящим на меня бойцам.
– Так. О себе коротко. Сержант Малахов, зовут Саша, вчера получил пулю в голову и начисто потерял память. Ничего не помню. Если с кем до сегодняшнего дня встречался, не удивляйтесь, что не узнаю.
Чуть больше суток бегаю по округе и играю с финнами в игру под названием «догони и убей врага». Пока бегаю я и убиваю тоже я, меня ни поймать, ни убить не смогли. Разбирайте гранаты и представьтесь.
– Красноармеец Фёдоров Константин. – Невысокий, жилистый, молодой парень с СВТ.
– Красноармеец Ристо Ярвинен. – Чуть повыше и постарше первого, рыжий и конопатый мужик тоже с СВТ.
Местный что ли? Вот это подарок! Этот, наверное, стреляет как бог. Уж в лесах местных он как дома, надо будет парня поберечь, пригодится.
Вообще ещё во время своего путешествия заметил, что местных рыжих здесь полно. Количество рыжих кадров на душу населения значительно больше, чем где-либо. Правда, внешней красотой они не блещут. И хотя есть такая поговорка: мужчина должен быть чуть красивее обезьяны. Но не до такой же степени! Чем обитатели здешних мест Всевышнего то обидели?
– Ефрейтор Коляда Степан. – Пулемётчик представился последним.
Этот Степан поражает воображение. Он похож на небольшой камень. Невысокий, но такое впечатление, что его только что из соседней скалы вырубили и оживили. Силища в нём неимоверная. Сам видел, как он этот пулемёт с места на место передвинул. Такое впечатление, что пустую кружку на столе переставил.
– Отлично! Ристо, стреляешь хорошо? – Сразу обратился к карелу.
– Хорошо, товарищ сержант, охотник я и Фёдоров хорошо стреляет. – Казалось, даже обиделся за напарника пограничник.
– Ребята. Сразу определимся. Называем друг друга по именам. Без всяких, товарищ рядовой, ефрейтор и сержант, а то в бою пока выговоришь «товарищ сержант уберите голову, а то вам её сейчас отстрелят нафиг», голову отстрелят нафиг. Проще сказать – Саша справа. Так что Ристо, Саша, Костя и Степан. Договорились? – Пограничники заулыбались, это было необычно, но не беспредельно для субординации. Блин! Сапоги не со всех убитых сняли, надо ободрать, пригодятся.
– Так Степан, возьми бинокль, Костя снайперку, наблюдайте, если кто объявится, не стрелять пока до трупов не доберутся. Мы с Ристо пойдём по окрестностям погуляем. – Гуляли недолго.
Ристо я сразу зарядил сапоги с трупов снимать, а сам дошёл до перелеска на той стороне дороги, но ничего, кроме следов от разрывов своих гранат, кровавого пятна и обрывков окровавленных бинтов в одном месте, не обнаружил. Потом дошёл до моста и под ним нашёл сразу два финских походных рюкзака. Здесь, чуть дальше у воды, палатка стояла, вон и следы от колышков. Впрочем, окруженцы всё остальное выгребли, даже палатку упёрли. Проходя мимо возмущённого Ристо, сказал ему.
– Ристо, посмотри, так можно минировать. Будут трупы разбирать, нарвутся. – Взял одну лимонку и, выдернув чеку на гранате, подсунул лимонку под второй от верха труп. После чего подхватив шесть сапог, направился к пулемёту.
– Вот что ребята, сначала выслушайте, потом пыхтите. То, что сапоги на трупах остались наша недоработка. Политрук этот – удод недоношенный. Наверняка он запретил. У него бойцы в ботинках и обмотках, а он врагу целые сапоги оставил.
Сапоги нам самим нужны. Знал бы, что уходящие бойцы не забрали, со старшиной бы отправил. Мы пойдём освобождать пленных, я не думаю, что финны им обувь оставили, а босиком они все ноги себе посбивают – уходить то ночью придётся. Уберите сапоги в рюкзаки, пригодятся, и вообще всё лишнее туда упакуйте. И на будущее запомните. Всё что вы взяли с убитого вами врага это трофей, и ничего постыдного в этом нет. Понятно? – Промолчали. Видимо что-то с ушами.
– Не слышу ответа. Понятно? – Добавил с металлом в голосе.
– Понятно товарищ сержант! – Хором ответили бойцы. О, уже лучше.
– Ну, раз понятно, так давайте поедим, чем финны поделились. Или выкинем в реку? А то продукты я тоже с трупов собрал. – С усмешкой добавил, я, доставая из ранца, финские подарки. Что-то возражений не последовало. Подкрепиться необходимо, а то я с самого утра не жрамши, а ребята как бы и не поболее.
Пока мы жевали, время перевалило за полдень. Заодно и фляжку по кругу пустил, немного можно. Гляжу, повеселели мои бойцы. Много ли молодому организму надо? Поесть, чуть накатить и нормально поработать на свежем воздухе. Последнего удовольствия в последнее время у них было выше крыши, а вот с первым и тем более со вторым, постоянный облом. Так что я вовремя с едой.
Хорошо сидим, и погода радует, солнышко печёт, на опушке ни комаров особо, ни мошки. Вот так бы до вечера просидеть, но мечты, мечты. Странно, вроде тарахтит что-то. Причём тарахтит с той стороны, куда колонна ушла. Мотоциклисты! Только и успел сказать.
– К бою, без команды не стрелять. – Глянул в противоположную сторону и….
– Вашу ж маму! – Вслух удивился я.
По дороге, шустро перебирая ногами в своих стоптанных ботинках, пылила Екатерина свет Батьковна, а за ней предсказуемо катились два мотоцикла с группой поддержки.
Катерина бежала быстро и молча, видимо берегла силы, но мотоцикл не обгонишь, а на обочину её стопудово не пускают. Мотоциклисты ржали как лошади, развлекаясь по полной программе. Конечно, они ведь её к собственной базе гонят. Выдохлась уже девчонка, из последних сил бежит, в бинокль хорошо видно. Метров триста до них.
– Степан, держишь мост, Костя левый пулемётчик, я левый водитель, Ристо правый пулемётчик. Вторым бей водителя. Ты сможешь – я в тебя верю. Подпустить как можно ближе. – Подпустив мотоциклистов метров на сто двадцать, я негромко скомандовал.
– Огонь. – Мы с Костей сделали по выстрелу, Ристо два.
Правый от нас мотоцикл, вильнув, завалился в кювет, левый, фыркнув, заглох и, прокатившись с пяток метров, остался на дороге. Несмотря на то, что водила получил пулю в грудь, его не скинуло ударом с мотоцикла. Откинувшись назад, крепкий немец всё же удержался в седле и через пару мгновений завалился на руль. Думал я добавить ему вторую пулю, но он не шевелился.
– Костя! Ристо! Оружие оставить, за мной. Степан! Лови девчонку, и тащи её к пулемёту. – Скомандовал я, шустро выскакивая на дорогу.
Катерина, увидев нас, всхлипнула и, остановившись, опустилась на дорогу, будто воздух из неё выпустили. Степан, подскочив к ней, недолго думая, подхватил девчонку на руки и потащил на позицию.
– Костя, Ристо, ставим мотоцикл на колёса и толкаем к мосту, трупы в коляску, на месте вытрясем. – Блин. Что за жизнь?
Опять я корячусь, как проклятый. Так и лежащего на руле водилу мы с Костей загрузили в коляску к пулемётчику. Я только автомат у него с шеи сдёрнул, заодно и проконтролировал крёстника, но он признаков жизни не подавал. Пуля попала ему в левую скулу и вышла за правым ухом, забрызгав кровью запасное колесо на коляске.
Мотоцикл, стоящий на колёсах, я завёл и с шиком доехал до горки трупов, второй мотоцикл эти два лося дотолкали до моста вручную минут за семь. Я к тому времени один мотоцикл уже осмотрел.
Мотоцикл. Ох, ты ё моё! «Цундап» с коляской. Офигеть! Полноприводный. Я один раз такой в Москве на байк-шоу видел. Бензина полбака, по бокам сумки седельные и не пустые. Пулемёт – ручной MG с банкой сбоку. У нас такой уже один есть, но второй обязательно утащим. Два «Вальтера» и какой-то интересный немецкий автомат, с деревянным прикладом, круглым и загнутым магазином сверху слева и дырчатым как у ППД стволом. Хрен его знает, что это такое, потом разберусь.
Так, документы. Опа! Так это не финны, это опять немцы. Не район, а сборная солянка. На блоке финны, по дорогам немцы, облавные тоже немцы, а вдоль дорог гуляют финны с немцами под ручку. С чего бы такие резкие телодвижения. Откуда здесь столько немцев? Тем более в тылу. Это не проходящие маршевые подразделения. Ради чего они здесь на районе топчутся? Окруженцев вылавливают? Финнов за глаза хватит. Ни черта не понимаю.
Дальше всё, как всегда: документы, гранаты, продукты и всё из карманов. Из оружия два ручных MG с приличным количеством патронов, два несуразных немецких автомата, четыре «Вальтера» и двадцать две штуки гранат. В одном мотоцикле неполный ящик лежал.
Два МП-38 отложил отдельно сразу – это в мою личную заначку. Четыре немецких ранца – я их даже потрошить не стал. Продукты, компасы, часы, портсигары, зажигалки, сигареты и шоколад в ассортименте. Всё это богатство валом напихал в ранцы и финские рюкзаки. Хрен я что брошу, я ещё и сапоги обдеру, и форму сниму – мне ещё ребят переодевать.
– Так. Степан, Костя, берёте эту красавицу, грузи́тесь и бегом по лесу к тому озеру. Финны тропу вдоль реки натоптали, не заблу́дитесь. Там должны быть ваши бойцы. Выгружаете всё в лодку и мухой обратно.
Катерина! Остаёшься там, возьмёшь себе один автомат – специально для тебя отложил. Прикрывай бойцов со стороны леса. Потеряешься, искать не буду, брошу здесь. Достала ты меня своими выкрутасами.
Степан! Объяснишь ребятам. Если появятся финны без лодки, сидят как мышь под веником. Если начнут переправляться, пусть шуганут, но так, чтобы они стали другое место для переправы искать. То есть надо обязательно одного или двоих в воде убить или ещё лучше ранить, чтобы они своего спасать принялись. Тогда ещё кого-нибудь прищучат.
Если вылезут с лодкой, пусть попробуют убить уже на нашем берегу, а то нас уже много, да и хозяйством обросли опять, вторая лодка пригодится. СВТ оставьте здесь, нечего лишнего таскать. Обратно с «Вальтерами» придёте, и автомат один возьмёте. Давайте ребятки бегом. Одна нога здесь, вторая там. – Ребята, нагруженные как верблюды, убежали в лес. Ибо нефиг, не мне одному по лесу скакать как ошпаренная белка. Минут сорок прошло спокойно, а затем вдалеке опять послышался треск. Теперь с ожидаемо нужной стороны. Я приник к биноклю.
Ну, наконец-то – вот они. В этот раз три мотоцикла. Соответственно шесть немцев. Что странно. Куда ещё трое подевались? Неужели опять разведка, где-то шарится?
– Ристо, прибери винтовки ребят, без команды не стрелять. – Снайпер традиционно промолчал, но мне было не до него.
Мотоциклисты, доехав до моста, остановились и, коротко посовещавшись, два мотоцикла медленно, уступом, чтобы не перекрывать, друг другу сектора стрельбы, покатились по мосту. Третий мотоцикл, остался с той стороны, и пулемётчик приник к пулемёту, наведя его прямо на нашу сторону леса. Как чувствует, что отсюда в него целятся.
– Ристо, стреляешь после меня по дальнему мотоциклу. Живым уйти никто не должен. – Невозмутимый карел промолчал.
Мотоциклисты совсем чуть-чуть до кучи трупов не доехали. Огонь я открыл, как только мотоциклы скатились с моста. Длинная очередь стегнула по правому мотоциклу, перечеркнув сначала водителя, затем пулемётчика, перескочила на второго водителя и второго пулемётчика. Выстрелов Ристо я не услышал, грохочет «Максимка» всё же не слабо.
Перестав стрелять, я чуть привстал. Норма, можно не править, мотоциклисты так и остались сидеть на своих железных конях. Прямо как живые. Ближний водитель только завалился назад, видно зацепившись ногой за коляску своего трёхколёсного друга. Сами мотоциклы просто заглохли – скорость была небольшая.
Только хотел выскочить из окопа, как тут же поймал себя. Стоп. Вчера двое шли по лесу, сегодня за водителями никого нет. Трое в лесу? Здесь расстояние чуть больше двухсот пятидесяти метров, что для снайпера не расстояние. Вчера по лесу шли немцы. Мотоциклисты тоже немцы. Егеря? Какая-то спецчасть? Кто они эти славные ребята? Что они здесь делают?
– Ристо. Аккуратненько огляди ту сторону, в перелеске может быть снайпер, а то и не один. Вчера утром мотоциклы так же катались по дороге, а по лесу шли егеря. Не высовываемся. – Немногословный карел опять промолчал, осторожно оглядывая лес на противоположной стороне реки. Ладно, ты погляди пока, а я пойду, погуляю, у нас долго рассиживаться времени нет.
– Ристо, я пойду мотоциклистов гляну.
– Не надо Саша. Там в лесу есть люди. – Сказал парень, не отрываясь от прицела снайперки.
– Надо Ристо, продуктов много не бывает, сам не хочу, но надо. Я не подставлюсь, попробую выманить. Учти, их там может быть трое. – После чего мысленно перекрестился.
Вот неверующий, вернее не верящий я ни в бога, ни в чёрта, ни в дьявола, но всё равно, может, поможет. Затем встав на корточки, и гусиным шагом отойдя до дальней стенки окопчика, резко выпрыгнул из него и, сгруппировавшись, перекатился через голову. На той стороне запоздало ударил выстрел, свистнула пуля, но я уже лежал на обочине в неглубоком кювете. Хорошо перед прыжком глаза закрыл, песок даже за шиворот попал. И тут же негромко сказал снайперу, чтобы он не дёргался.
– Всё нормально Ристо. Пойду на счёт двадцать пять. – Отсчитал полтора десятка секунд, переполз за это время метров на восемь дальше по канаве, опять мысленно перекрестился и из положения, лёжа, ещё через десять секунд резко стартанул вверх на дорогу. Опять ударил выстрел, свистнула пуля, и попала в то место, где я был до этого. Даром что ли я отползал? Не ждал снайпер от меня смены положения. Я же, упав на дороге, просто покатился с боку на бок, уходя с линии огня. В это время выстрелил Ристо.
– Саша, один есть. – Молоток парень. Почему-то я в нём не сомневался. Молчуны они почти все основательные ребята.
– Не высовывайся Ристо, он тебя уже засёк. Смени позицию, а я опять побегаю. Пусть на меня отвлечётся. – Уже громче сказал я.
Если второй стрелок есть, то он Ристо следующим выстрелом свалит. Сам в это время прикинул, что меня горка трупешников прикрывает, поэтому, не сильно скрываясь, добрался до неё, неожиданно встал за ней во весь рост и тут же рухнул обратно. Выстрелы опоздали на доли секунды, две пули попали в чей-то труп. Раздалось два чмокающих звука. Опять успокоил снайпера.
– Нормально Ристо, мы играем в мою любимую игру. Называется «доведи фрицевского снайпера до белого каления». Не высовывайся. Ща я ещё пошумлю. – После чего распластался на дороге и пополз по дороге к правому мотоциклу. Из этого положения я не виден, тот берег немного ниже и я в мёртвой зоне, но сто́ит приподняться и трындец. Стреляют немцы хорошо.
Добравшись до мотоцикла, я за ногу потащил водителя на себя. Не торопясь, словно нехотя, труп начал заваливаться на меня. Опять ударил выстрел, и труп, ударом пули, бросило вперёд. В это время выстрелил Ристо. Мне показалось или он действительно стрелял с другого места? Из леса донёсся его голос.
– Второй есть. Двигайся на счёт двадцать пять. – Двадцать пять так двадцать пять, быстро пограничник усвоил правила моей игры, а я пока немца вытрясу.
Неспешно досчитал до двадцати, потом резко накинул на руль мотоцикла ремень своего нового автомата. Тишина. Отполз немного вперёд, дернул мотоцикл на себя, он на полметра продвинулся. Тишина. Сел на пятую точку, взял каску, что была на мотоциклисте и, приподняв её на стволе автомата, потянул мотоцикл на себя за колесо. Мотоцикл опять чуть прокатился вперёд. Выстрел. Пуля попала точно в каску, откинув её, метров на пять. Зараза! Ударом пули руку отсушило. Выстрел Ристо, опять с другого места и следом голос.
– Саша! Ты жив? – Заботливый ты наш.
– Не дождёшься. Точно убил? Смени позицию. Через пару минут толкаю мотоцикл. – Нянькался я с мотоциклами ещё с полчаса, но выстрелов больше не было.
Даже когда ко мне перебежали Степан с Костей, на той стороне не шевельнулась ни одна ветка. Разжились мы ещё шестью ранцами, четырьмя «Вальтерами», двумя "ручниками", десятком гранат, двумя правильными немецкими автоматами и двумя карабинами. Словом, всё как обычно.
Времени уже был третий час, и я, заминировав обоих пулемётчиков в мотоциклах, валяющийся на дороге труп мотоциклиста и пулемёт в окопе, приказал собираться. Самого «Максимку» мы слегка раскурочили, а вот под патронную коробку, я положил лимонку. Так что захотят немцы пулемёт перетащить, поднимут коробку, а тут сюрприз их дожидается. Я ещё и мотоциклы, и трупы бензином облил, чтобы их быстрее ворочать принялись.
Ну и сами мотоциклы капитально отремонтировал, разумеется. После моего тюнинга их даже на запчасти не возьмут – я даже шины на колёсах чуть ли не пополам додумался разрезать и бензобаки штыком пробить. А чего? Ломать не строить.
Ребята смотрели, как я развлекаюсь, квадратными глазами. Не приняты здесь такие приколы, ну ничего я вас ещё обучу. Облегчённо вздохнул я только в лесу, походя восхищённо сказав Ристо.
– Ну, ты мастер! Ворошиловский стрелок рядом с тобой щенок недомерок! – Ристо в ответ не сказал ничего, но видно моя любимая игра со снайперами его тоже впечатлила. Так впечатлённые и загруженные по самое не могу, мы дошли до берега, а потом и до лодки. По пути, на тропе я поставил три растяжки, маскируя их, то в нависающих ветках, то в мелких ёлках на краю тропы. Заодно и показал ребятам, как это делается.
Пока мы грузились, Ристо всё это время аккуратно осматривал противоположную сторону реки, но вроде никого не обнаружил. На нос лодки посадили Катерину, на кормовую банку Ристо, за вёсла сели я, Степан, Костя и Федор – один из пограничников, что ожидали нас у лодки. Догребли до острова уже в шестом часу. В четыре лица значительно быстрее получилось, хотя я, если честно, на берег выбирался уже на последнем издыхании – пока мы вёслами махали ветер бил почти в спину.
Адреналинчику я на дороге хапнул, даже с избытком и начинающийся отходняк меня чуть не раздавил. Так что я выполз из лодки, упал на берегу на мелкие камни и, глядя на старшину снизу вверх, проблеял.
– Товарищ старшина. Заберите девчушку, мне помыться надо. – Видуха у меня, наверное, охренеешь. На мне собралась вся пыль той дороги, кувыркался то я по ней как по ковру. Песок даже в нос набился, про остальные отверстия я даже не говорю. Голову, на удивление, я не потревожил, но устал всё же прилично.
– Товарищ старшина. Нагрейте, пожалуйста, Кате воды, ей тоже помыться надо. Не сильно лёгкий у неё был сегодня денёк. – Минут через сорок, я помытый и одетый в чистый камуфляж, наслаждался горячим чаем с почти свежим хлебом и потрясающе вкусной колбасой. Даже голову мне опять перевязали. Есть всё же в жизни приятные моменты. Жаль только мало.
Гляжу, уважения в коллективе у меня прибавилось. Видно, рассказал всё же Ристо о моих кульбитах на дороге, да и бытовое и лесное минирование ребятам понравилось. Ничего, я из них ещё такую команду сколочу, все окрестности закачаются.