Текст книги "Миротворец (СИ)"

Автор книги: Валерий Листратов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 23 страниц)

Глава 17

– Господин Рысев, только один вопрос. – слегка волнуясь, уточняет седой чиновник.

– Да, конечно, – отвечаю.

– Вы сможете передать информацию господину Игорреву либо представителю Рода Высоковых, или нет? – спрашивает Луцкой.

– Хм. – удивляюсь. – Почему вы решили, что я смогу? – интересуюсь.

– Ну, потому что вот этот дом, в котором мы находимся, – седой обводит руками комнату. – Был под стазисом. Это территория Тобольского княжества, и никто, кроме связанных с родом Игорревых или с родом Высоковых, снять стазис с него не мог. А раз стазис снят, значит, кто-то из этих Родов является не только живым, но и в то же время активным. Наши запросы за два года не дали никаких результатов, поэтому мы, безусловно, отслеживали движение по счетам обоих Родов.

– Зачем? – спрашиваю.

– Чтобы тут же узнать об активности, конечно же. – пожимает плечами седой.

– Нет. В более общем смысле, – улыбаюсь. – Зачем?

– Это мы вам тоже расскажем, если сможете, конечно же, нам помочь. Только сначала ответьте, пожалуйста, на вопрос: можете ли вы связаться либо с тем, либо с другим Родом? – просит седой.

Задумываюсь на секунду.

– Да, смогу.

– Прекрасно, – тут же выдыхает Луцкой.

В сигнатурах обоих чиновников я вижу огромное облегчение. В то же время они стараются не показывать вида.

– А в каких вы отношениях с упомянутыми Родами? – снова уточняет Луцкой.

– С Высоковыми ни в каких, а с Игорревыми… ммм… в дружеских, скорее.

– Тогда минуту. И мы расскажем что можем. И про молот… – говорит Константин Григорьевич.

– … и про наковальню, – добавляет Юрий.

Седой делает жест рукой, и Юрий опять тихо погружается в кресло.

– Для начала, господин Рысев, прошу вас получить для передачи вот эту бумагу, – Луцкой залезает в свой чемодан и вытаскивает большой лист плотной бумаги, весь пронизанный магическими прожилками и с огромной гербовой печатью, чуть ли не на пол-листа. – Здесь ничего секретного нет, поэтому прошу вас.

Выдаёт бумагу мне.

– Прошу вас, господин Рысев, подтвердить её получение, – просит чиновник.

– Каким способом? – уточняю. – В смысле… каким способом подтвердить получение?

– Активируйте печать, будьте добры, – отвечает седой.

Задумываюсь. Читаю название документа. Собственно, кроме названия, на листе только десятки мутных строчек и печать.

«Требовательный лист к Великому Роду Высоковых.» Ну, в общем, к Рысевым ноль требований. Значит, точно для передачи.

Беру боярский перстень и прикладываю к печати. Та мгновенно загорается, а на листе проступает несколько строчек. Пока не до них.

– Замечательно, – говорит седой. – Нам очень важно встретиться с любым из представителей этих Родов. Или хотя бы передать эту бумагу. Это в их интересах. Мы можем только просить вас нам помочь.

– А зачем? – ещё раз спрашиваю.

– Официально – по той причине, которая указана в бумаге. Но на самом деле там всё сложнее. Единственное, это мы можем сказать только представителю Рода. Это всё-таки финансовая тайна, – пожимает плечами седой.

– Подождите, – улыбаюсь. – Вы же ещё пока мне не рассказали ни про молот, ни про наковальню. Да и кофе пока не попробовали, – останавливаю их. – Да и пока что, я не понимаю своей заинтересованности в поиске представителей Родов. Я заключил контракт на аренду этого дома, но пока не очень уверен, что мне нужно помогать вам в просьбе. Почему мне это может быть интересно?

– Вкратце ситуация такая, что мы являемся финансовыми контролерами дел Родов Высоковых и Игорревых. В это направление Его Величеством был выделен именно наш отдел, – объясняет седой.

– Ваш? В смысле, вас двоих? – уточняю.

Седой слегка морщится, но практически незаметно.

– Да, нас выделили двоих, чтобы оперативно корректировать любые неувязки с бюджетом. Фактически мы оба и есть отдел, и мы оба – это те, кто эти счета ведём, – поясняет седой.

– Так, – говорю. – И в чём у вас наковальня? И все равно – пока никакого моего интереса не прослеживается.

– Прочтите бумагу, пожалуйста, – предлагает седой.

Смотрю на документ. Верхнюю часть я прочитал ещё изначально. Но пока не впечатляет. «Требование…» это всегда о недоимках. Но Род Высоковых все же мне напрямую никак не интересен.

Дальше всё было смутно до момента приложения боярского перстня.

Сейчас убеждаюсь, что вопрос о недоимках.

– Хорошо, но при чём тут я? – уточняю.

– Если вы дружественны этим Родам – они оценят данную бумагу. Да и, возможно, вы для них станете определенного рода спасителем в неназываемых мной сложностях, которые они, вероятно, сейчас испытывают.

– Так. А подробнее? – чувствую в этом намек на слова старикана про счета.

Сейчас бумага абсолютно чётко показывает, что требованием является уплата налогов и сборов, но не больше. Видимо, потому, что официально я не являюсь представителем Рода Высоковых. В общем, и правильно – визит в налоговую сродни визиту к доктору. Это все же не то, чем можно спокойно делиться.

– Интересная бумага, – замечаю. – А это не является нарушением тайны?

– Да, Казенная Палата часто встречается с такой ситуацией, когда нет возможности увидеться напрямую с представителями Родов, поэтому в документе прописаны основные требования, – кивает седой, – но видны они станут только представителю упомянутого Рода, или его доверенному лицу, зафиксированному у нас. Это тобольские стряпчие поименно и Глава Рода Игорревых.

– Понимаю.

– Поэтому слезно просим дать им знать об этом документе. Мы не можем этого сделать уже три года. – Луцкой на секунду задумывается. – Так вот, между молотом и наковальней. Дело в том, что если Высоковы не оплатят эту сумму, наш отдел будет расформирован. Потому что собственность отойдёт другим людям на основе аукциона. И ваш, кстати, дом тоже. Он только формально территория Тобольска. И изъять его будет нашей задачей. А если мы не дадим ход этому делу, отдел будет расформирован, потому что в этом случае, мы нарушим закон. И если мы дадим ход этому делу, так же будет расформирован, потому что император будет в гневе. Мы знаем, как он трепетно относится к Роду Высоковых. Но напрямую мы подать к нему прошения не можем, а по инстанции бумагу мы подаём уже третий год. Вы наша единственная надежда. И наверное, последняя.

Кладу бумагу на столик и слегка задумываюсь. Значит, дом. Переглядываюсь с призраком. Очевидно, чиновники не видят старикана.

– Нам нужно знать, что там. – говорит призрак.

И не слышат.

– Счета заблокированы не просто так. Похоже, есть связь, – добавляет.

Киваю. Смотрю на чиновников.

– Итак, давайте ещё раз уточним. Вы контролёры со стороны императора?

– М-м-м, да, – тут же подтверждает седой.

Смотрю на Юрия, тот тоже кивает.

– Да.

– Отлично. Вы верны Его Величеству?

– Да, – немного удивлённо подтверждает седой. – Безусловно.

Смотрю на Юрия.

– Да. – Без каких-либо колебаний говорит парень.

Всё это время я отслеживаю, как работают их сигнатуры, что у них происходит внутри, и никаких разночтений я здесь не вижу. Господа абсолютно чётко верят в то, что они говорят.

– То, что вы сейчас делаете, это в интересах Рода Высоковых и императора, несмотря на то, что вы вроде как нарушаете внутренний регламент?

– Да, – удивлённо говорит седой. – Правда. Только откуда вы это поняли? И почему это спрашиваете?

Поднимаю руку на секунду и перевожу взгляд на Юрия.

Тот тоже подтверждает кивком.

– Ага. Так, – задумываюсь. – Секунду, мне надо подумать. Господа, прошу вас, воспользуйтесь этой минутой и попробуйте наш кофе. Надеюсь, он сварен очень неплохо.

Откидываюсь на спинку стула и задумываюсь. Но вообще, маска незаметности, что у меня была, уже дает трещину. Неделей раньше, неделей позже… Все равно буду и узнан, и измерен обществом. Да и незаметность больше не является моей броней. Смысла нет – мало что мне может уже скоро угрожать. Не после обретения памяти и сил в Долине. Нужны несколько часов. Вздыхаю.

Чиновники берут чашки кофе и, переглядываясь, но не переговариваясь, тихо выпивают по глотку.

– Замечательный кофе, – говорит седой.

– Угу, угу, – подтверждает Юрий.

– Так, господа, позвольте ещё задать вопрос. Прошу вас, не удивляйтесь. Вы связаны хоть каким-либо образом с графом Самойловым? – спрашиваю.

– Самойлов? – переспрашивает Юрий, смотрит на своего начальника.

– Это второй заместитель министра финансов. – ворчит старик. – Надо знать основное начальство, пусть он и из другой вертикали подчинения. Он армейский.

– А, ну да. – отвечает Юрий. – Нет, мы не связаны.

Седой кивает, хотя в его сигнатуре есть некоторые сомнения.

– А почему вы сомневаетесь? – спрашиваю Луцкого.

– Я обладаю кое-какой информацией. И не уверен, что могу её вам рассказывать. Простите меня за недоверие, – извиняется седой. – Единственное, в чем могу вас заверить – я не являюсь его человеком, не выступаю сейчас в его интересах. Более того, скорее наоборот.

А вот это сказано искренне.

– Да, это я понял, – задумываюсь. – Хо-ро-шо. Тогда так: я могу вам устроить встречу с представителем рода Игорревых в ближайшие десять минут, – объявляю чиновникам.

Господа тут же оживляются.

– И он здесь, в этом городе⁈ – тут же интересуется седой.

– Извините, единственное, что я от вас потребую, – клятва, что вы никому ближайшие четыре месяца ничего не расскажете о встрече.

– Два месяца, – тут же уточняет Луцкой. – Через месяц бумаги будут проходить уже не в нашем ведомстве, а еще через месяц будет открыто дело, где нас будут допрашивать. Там мы будем обязаны говорить правду. А еще через три недели, точнее, в свете моей информации – неделю, будет проведен аукцион. – тут же уточняет седой.

– Принято. Тогда два месяца, до момента допроса. Но если его не будет – то четыре. Подходит?

Чиновники переглядываются.

– Вы извините, господин Рысев. – С явно слышимым сожалением говорит Луцкой. – Наверное, вы не знаете, но чиновниками редко являются люди с магическими способностями. На нас магическая клятва не подействует, – поясняет седой.

– Моя? Подействует, – усмехаюсь. – Ну, так что?

– Тогда мы дадим вам клятву, если информация о том, что вы нам сообщите, и если встреча с господином Игорревым не будет угрожать или хоть как-то направлена против Его Императорского величества. – Луцкой дает понять, что эти границы он не нарушит.

– Годится, – улыбаюсь. – Повторяйте за мной. Я, ваше имя-отчество…

Быстро проговариваю сильно измененную клятву, которую в своё время приносили мне мои люди, когда шли под мою руку. Оба моих посетителя повторяют за мной. Сильно их припекло, конечно же.

Общий принцип был понятен ещё тогда, а из-за того, что и один чиновник, и другой находится внутри моей сферы пси, на них прекрасно работает моя Воля. Пси легко ложится на внутреннюю готовность дать такую клятву. У меня этой энергии теперь море, и ее спокойно хватает, чтобы сформировать еще пару нитей-клятв от сердца к сердцу. Пусть и временную, на четыре месяца, да и поддержание её, вообще-то, даже не замечу.

Чиновники удивлённо смотрят на секунду появившийся серый обруч-клятву у них на руках. Правда, так, как с Кощеем, конечно, здесь не получится – никакими магическими способностями они обладать не будут. Там только подтолкнуть, получается, надо было. А здесь – нет, здесь нужно раскачивать, и это совершенно не то же самое.

В последнее время, внутренний потенциал людей вижу всё лучше и лучше. Всё-таки укладывается почти вся информация из моего кристалла Памяти. Так что внутренний потенциал и вот такие вот мелочи у меня по идее теперь могут получаться автоматически. Вот только вспоминаю я о них только тогда, когда они мне нужны.

Всё же нужно время на осознание того опыта, который у меня сейчас все еще остается в моём внутреннем мире.

– Так, хорошо. Господа, – говорю чиновникам, как только они произносят последние слова клятвы.

Проявляю на руке кольцо наследника и активирую документ с большой печатью, которая есть у меня в руках. Толстая, плотная бумага тут же раздваивается.

Мелким шрифтом на ней проступают все счета и чёткие даты с пенями, с количеством денег на счетах и с необходимыми выплатами в бюджет государства. Очень длинная табличка на два листа. И конечная сумма – в полтора миллиона золотых. Хм. Однако.

– Вы⁈ – удивляется седой.

Молодой как раз принимает это знание вообще спокойно. Он значительно более эмоционально воспринял мое первое преображение.

– Да, называйте меня Максимом. Я сейчас исполняю обязанности Главы Рода Игорревых.

Глава 18

– Да, – киваю.

– Тогда раз вы представляете Род Игорревых, возможно, вы сможете решить нашу общую проблему, – произносит Луцкой.

Их проблемы я понимаю. Чиновников очень волнует их тот факт, что вместо хорошего профессионального взлета, а именно это им давал пригляд за счетами Высоковых и Игорревых в глазах императора, они сейчас могут получить уход со службы. Пусть даже и почётный. Но фактически двери на государственные должности им будут закрыты. Ведь именно как контролёры конкретных Родов они и служили, и не один год. А вот перестроиться в условиях развитой бюрократии и жесткой конкуренции за место господам будет очень сложно. Вообще, думаю, вряд ли они будут кому-то нужны.

Если двум людям дали контролировать только один Род с половиной, то с большой вероятностью, дефицита кадров в этом направлении налоговой структуры империи нет, и не предвидится. Думаю, что подобные небольшие отделы контролируют большинство Родов или кланов. Поэтому опасения седого чиновника, в общем-то, вполне себе имеют под собой основания.

– Господин Максим, – обращается ко мне Луцкой, – вы наверняка уже оценили конечную сумму долгов перед казной Его Величества?

– Безусловно, – отвечаю.

– Дело в том, что казенная палата не бьёт во все колокола и не бегает кругами по очень простой причине, – объясняет он. – Общие объёмы средств на счетах Высоковых, да даже и Игорревых, полностью перекрывают сумму долгов.

– Так. Интересно. Продолжайте.

– Но, как вы уже, наверное, успели заметить, имперский банк закрыл доступ к вашему счёту, – тут же утверждает Луцкой.

– Да, заметил. Это удивительно. – подтверждаю. – Не думал, что это в интересах Казенной палаты.

– Нет, это точно не в интересах казны. – Соглашается Луцкой. – Только мы не имеем возможностей что-то запрещать или что-то разрешать, – Луцкой переглядывается с Юрием. – Мы можем рекомендовать, но даже этого мы не делали. Хм. Наверное, это тебе лучше рассказать. – обращается чиновник к своему молодому подчиненному. – Ты же у нас с банками.

– Да, конечно, – кивает Юрий. – Спасибо, Константин Григорьевич. Смотрите, господин Рысев… Ваше Благородие… – чуть теряется парень.

– Давайте просто Максим, – перебиваю я. – Это ускоряет процесс, и мне так проще. По крайней мере, давайте так сейчас.

– Хорошо, давайте, – чуть заикаясь, произносит Юрий. – Единственное, что мы точно делали, господин Максим, это, как уже сказал уважаемый Константин Григорьевич, мы уведомили банки о нашем желании знать про движение средств на счетах, – продолжает. – Но это именно уведомление, а не блокировка.

– Конечно, нас уведомили: была переведена сумма сто тысяч золотых монет, – замечает Луцков. – Причём не на счёт, а с счёта. Что несколько нас удивило. И потом сразу же уведомление о блокировке.

– Да, это оплата за комплект артефактных украшений из ньямали, – соглашаюсь, кивая головой.

– Нам неважно, – машет рукой Луцкой. – Это не наше дело совершенно. Тем более в свете общего объёма счетов, даже для Рода Игорревых это просто копейки.

– Удивительно, – говорю.

Переглядываюсь со стариканом, тот кивает и пожимает плечами.

– Продолжайте, – прошу.

– И это были единственные деньги, которые шли вне стандартных оплат для функционирования ваших предприятий, – объясняет Юрий. – Оплаты и сейчас идут, тут ничего не изменяется, соответственно, предприятие функционирует, люди получают зарплату. Просто объём сумм и статьи расходов практически неизменны. Если меняются, то в каких-то пределах, которые были установлены изначально. Поэтому ваши предприятия и функционируют, и существуют, только, естественно, не развиваются и не меняются. Не знаю, есть ли требования или просьбы из ваших комплексов?

Смотрю на призрака старика – тот опять кивает головой.

Да и сам помню толстую папку распечатанной бумаги, которая как раз начиналась с просьбы о расширении завода.

– Но ваши предприятия и предприятия Его Светлости, господина Высокова остаются абсолютно на том же уровне, не развиваются. – продолжает Юрий.

– Так, но ведь как-то же это всё функционировало? – удивляюсь.

– Пока существовала контора стряпчих – конечно. – Всё это прекрасно функционировало и обеспечивалось и в Новгороде, и в Тобольске, – добавляет ремарку Константин Григорьевич. – Дело в том, что Игорревы и, тем более, Высоковы часто исчезали на какое-то время из социальной жизни общества. Им попросту неинтересно, говорят. Я даже не был знаком ни с князем, ни, видимо, с вашим отцом. – говорит Луцкой.

Я только подтверждающе киваю.

– Три года назад пропали стряпчие, а документы у других контор не появились, – объясняет он. – Хотя обязаны были: дубликаты всегда, если юридическая контора прекращает свою деятельность, переходят к тем, кто перенимает их дела. А здесь исчезли и не отвечают на вопросы. И даже мы не знаем, они прекратили свою деятельность или нет. Просто нет людей, нет ответов. И срок давности по империи истекает как раз через месяц. Через два месяца контора будет считаться закрытой, практика прекращена. И сразу же после этого, все дела, которые они вели и которые не были переданы от них, будут рассматриваться судом. И по итогам суда, как вы понимаете, могут быть приняты разные решения.

– Так, продолжайте, – говорю Луцкому. Но тот кивает своему молодому подчиненному.

– Ну вот, блокировку счетов мог обеспечить человек, который скупил какое-то количество ваших долговых расписок или неоплаченных долгов, – объясняет он. – Причём здесь не обязательно, чтобы долгов он скупил много. Просто какая-то достаточно крупная сумма, какую – я не скажу. Это нужно запрашивать справку у имперского банка. Это нужно было для того, что бы они могли потребовать наложить арест на счета до выплаты долга. Но поскольку счета, связанные с функционированием заводов, выводятся из-под таких требований, то подобный арест мог быть наложен только на те счета, на которые попадает прибыль. Думаю, там было что-то из этого арсенала.

– У меня не сходится. – говорю. – Глава Рода пропал много раньше, чем пару-тройку лет назад.

– Наверное, – пожимает плечами молодой. – Если бы Род был многочисленный, или просто имперский – то уже давно бы все решили. Тут произошло некоторое совпадение. Видимо, вы являлись несовершеннолетним до последнего времени?

– Да, – подтверждаю.

– Вот. И Род у вас малый. Видимо, нет совершеннолетних членов. Соответственно, если владельцем, единственным владельцем всех активов Рода является несовершеннолетний, то любая деятельность по долгам и выплатам налогов приостанавливается до совершеннолетия члена Рода. Кроме того, по идее, всеми этими вещами должна заниматься контора стряпчих, которая была нанята. И банк, скорее всего, посылал запросы, так же как и мы, и точно так же ничего не получил, поэтому все ожидали удобного времени. Скорее всего, ваше совершеннолетие было недавно, поэтому активизировались законодательные закладки. Если бы по счёту не прошли бы никакие действия, то всё равно через месяц этот счёт был бы заблокирован, дальше опять суд и перевод активов на аукцион потому, что выходят сроки признания конторы стряпчих недееспособной.

– Так, интересно, – замечаю.

– Безусловно, – говорит Константин Григорьевич – Особенно интересно вам наверняка, кто выкупил долги?

– Да нет, не очень. Я думаю, что знаю имя. – пожимаю плечами.

– Именно, – говорит Луцкой, намекая о моем вопросе про Самойлова. – Я даже вам больше скажу: аукцион, который будет организован в кратчайшие сроки, посетит только один человек.

– Тоже он? – спрашиваю.

Седой кивает.

– Может быть, там их будет хоть десять или сто, но все остальные девяносто девять всё равно будут работать исключительно в интересах именно этого человека, – объясняет он. – Соответственно. Активы снимаются с аукциона, как только их цена достигает десяти процентов от заявленной. Десять процентов – и их выкупает императорская фамилия.

– Ага, – киваю. – А на одиннадцати процентах их купит как раз вот этот человек.

– Да, именно так всё и произойдёт, – кивает мне Луцков. – Причем, скорее всего, попросит отсрочку по оплате в пару недель.

– Понятно. Так, а что у нас с долгами? – интересуюсь.

– А с долгами у нас интересная штука, – воодушевлённо говорит Юрий. – Понимаете, полтора миллиона золотых, конечно, сумма огромная, практически невероятная. – Взмахивает руками парень. – Но дело в том, что на счетах и Высоковых, и даже Игорревых эта сумма есть. То есть выплатить долги вы можете в любой момент.

– Ага, и тот, кто купит эти долги, он их заберет, и счета тоже. Мгновенно озолотится, но не в этом интерес, – замечает Константин Григорьевич.

– Да, что-то ещё более интересное есть? – удивляюсь.

– Конечно. У Игоревых точно интересом является научно-исследовательский центр, – объясняет Луцкой. – Там работают с особо крупными кристаллами накопителей. Пока что, насколько я знаю, они достаточно дорогие, и производство их всё-таки редкое. Но если расширить этот завод, то государство с удовольствием покупало бы больше. Всё-таки не в каждую крепость эти особо чистые кристаллы поставляются.

– Это которые крепостного типа?

– Я не знаю, о чём вы говорите, господин Максим, я не разбираюсь в типах кристаллов, – признается Луцкой. – Я только знаю, чем занимается центр, да и то скорее внешнюю информацию. Скорее всего, внутри у них что-то другое исследуется и производится. Кроме того, кроме научного центра Игоревых, у них есть пара заводов, которые работают на ресурсах, которые добывают шахты Высоковых.

– Ага, – киваю. – Так, а что у нас с Высоковыми?

– У Высоковых – одна из двух шахт кристаллов накопителей, причём кристаллы у Высоковых наилучшего качества, – отвечает он.

– Так, ещё более интересно.

– Но даже это не является самым крупным их активом, – продолжает Константин Григорьевич.

– Так, вы меня всё больше и больше удивляете, – замечаю.

– Самым крупным активом является доля в сети телепортов Империи, в сети вот этих амулетов, – показывает на переговорник. – В транспортной… да даже производство дисков – в них тоже есть доля Высоковых, – перечисляет он.

– Интересно, – говорю.

– Ещё бы, – воздыхает Константин Георгиевич. – По идее, вы, с одной стороны, являетесь одним из самых богатых наследников, – кидает на меня взгляд.

– Нет, я не наследую Высоковым ни в каком виде, – отрицательно качаю головой.

– Ну, Игорревы тоже в сотню самых богатых Родов входят. – Пожимает плечами. – А с другой стороны, сейчас вы не можете распоряжаться ничем.

– Так, какие действия мне нужно предпринять, чтобы снять подобные ограничения? – спрашиваю.

– Ой, это очень просто, – отвечает он. – Вам нужно прийти лично в течение этого месяца в имперский банк и заявить о себе. Они очень быстро разблокируют все счета и все возможности. Оплатить долги – и все.

– Ты не сможешь этого сделать, – грустно говорит мне призрак старикана.

Поднимаю на него удивлённый взгляд.

– Потому что у тебя нет Большой Печати, – разводит руками старик. – Я же уже тебе говорил.