Текст книги "Миротворец (СИ)"

Автор книги: Валерий Листратов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 23 страниц)

Глава 44

– В армии Михаила Александровича, долгих ему лет жизни, – хмыкает Коштев. – Ещё при его деде сложилась структура армейских групп убийц магов. Исторически они состояли из пяти не сильно одаренных магов или вообще частично из неодаренных. Амулеты, специфическая подготовка и численность нивелировала гигантский разрыв в навыках между одаренными и не очень. С помощью своего Ордена менталистов и подобной структуры дед императора смог удержать трон и в момент внутренней Смуты.

– Там было двое…

– Да, я помню, – усмехается Кощей. – Я начал почти от половцев просто для исторической справки. Чтобы ты понимал, что эта структура старая. Еще времен Смуты. Это очень подготовленные, хорошие ремесленники. Они часто посылаются по душу магов, но, по большому счёту, воевать с ними легко. Серьезным магам этим группам было что противопоставить и установилось некое равновесие. Главы Родов зачастую могли не опасаться таких визитов. Было нужно новое оружие. Вот примерно такое оружие дал третий столп Империи – Церковь Всех Богов. В распоряжении вашего императора появились высокомотивированные одиночки, посвященные Маре. Целители и убийцы. Надо сказать, Германский союз тоже пытался создать что-то похожее. К сожалению, результаты были не очень. Лучшим, в конце концов, стал наш Черный отряд, Максим. И он был полностью уничтожен, помнишь?

– Да, Вильгельм Генрихович, но…

– Да, да, двое… – кажется, у Кощея есть настроение немного поговорить. Что же, у меня есть желание послушать. А этой справки я не видел пока нигде. Хм. А ведь…

– Так вот, наш отряд был уничтожен большей частью не звездами, хотя их, конечно же, тоже посылали, усиливая магами. И не посвященными Маре – слишком у нас стихии близкие, мы их игнорировали. Вот тут мы переходим ко второй группе – это как раз твой вариант. Двойка посвящённых Световиту. Есть такой Троеликий бог с острова Руяна. По идее, бойцов должно быть трое, но мы ни разу с тремя бойцами не сталкивались, так что, скорее всего, я просто не разбираюсь в их мифологии. Только общие моменты знаю. Вот эти двойки нам в своё время крови много попортили. Ты же их взял наверняка засадой? Не в честном бою?

– Да, это так, – соглашаюсь.

– И ты взял в плен после того, как они начали делать своё дело, за которым они пришли?

– После, – тут я уверен. Все же намерение мне было видно совершенно точно.

– То есть они выбор сделали. Правильно?

– Я не очень понимаю, о чём вы, Вильгельм Генрихович, но, скорее всего – да. Захватывал я их именно после обозначения намерений.

– Это твоя удача так хорошо сработала.

– Почему? – ничего не понимаю.

– Начал бы раньше – проиграл бы, и мы бы с тобой сейчас не разговаривали, – почти равнодушно констатирует Коштев. – Воины Световита – воины выбора. Добро-зло, свет-тьма – вот это вот всё. Но, еще раз, я эту их философию не очень знаю. Если выбор сделан – их бог отступает, и дальше уже решают люди. Но до этого момента все складывается так, как нужно этой двойке для выполнения задания. Знаю, что тогда они действительно работают как один организм, и победить очень сложно. Обычно посылают за сложными магами или на сложные объекты. Значение удачи невозможно переоценить.

Хм. Похоже, могу точно не опасаться второго визита к Каляеву сегодня. Вряд ли при таких вводных, те, кто послал этих ребят, рассчитывали на их провал. Всяко Каляев не серьезный маг. Разве что Академия – довольно серьезная цель. Но почему все же не Мара тогда?

– А посвященные Маре, о которых вы говорите? Почему не отправили их?

– Понятия не имею. Возможно, для анализа тебе поможет тот факт, что эти одиночки в основном целители, они же убийцы – точнее, палачи. И в армии они не служат, после первоначального обучения. Да и контракты частные тоже берут, с ведома храма, понятное дело. С ними лучше вообще не пересекаться.

– Почему?

– Ты скорее даже не заметишь, что умрёшь. Работают быстро, следов не оставляют. Человек умирает сам. Хотя, как раз они нам были вообще не страшны. – повторяет Кощей. – Слишком близкие стихии у нас были. Ну, это ладно.

Хм. А ведь мне это напоминает одного господина, с которым пересекался во время зимнего бала. И теперь некоторые нестыковки, да что там – практически амнезия, что Матвея, что императора по поводу того мага получают некоторое объяснение.

– Мой совет – заставь их исчезнуть, – продолжает Коштев. – Допросить и получить информацию от них ты точно не сможешь, если это те, про кого я сейчас рассказал.

– Как я могу проверить?

– А никак. Но лучше проявить чуть больше беспокойства и перестраховаться, – усмехается. – Корпус этих ребят относительно небольшой. Правда, в отличие от посвящённых Маре, они обязаны служить, так что приказы им могут отдавать и в храме, и в армии. Так что тут тоже два варианта, кто их послал. Если ты пытаешься понять, откуда шел приказ.

Тут Кощей немного не прав, если учесть ещё того целителя-убийцу – картина так себе получается. Но говорить ему этого я не буду.

– Ну что же, спасибо за совет.

– И учти, – продолжает Коштев. – Будить их точно не стоит. Эти ребята очень хорошо подготовлены.

– Да, я это уже понял, – соглашаюсь.

– Ладно, когда еще захочешь поговорить – я буду на месте. Я так понимаю, что у тебя сейчас со временем и с вниманием некоторая беда должна быть.

– Да, так и есть, – несколько невпопад соглашаюсь с Кощеем.

Хотя мыслями я уже несколько не здесь. Коштев отключается, и у меня появляется несколько минут. Надо подумать.

Откуда среди моих врагов выплывают церковники? Я же с ними, ну, кроме вчерашней ночи, даже не пересекался никогда. А вчерашний визит к инквизиторам к Каляеву отношения вообще не имеет, там закладка, если она есть, намного раньше сделана – это очевидно.

– Ну, так что с гостями-то делать? – не отстаёт старикан. Дух дома терпеливо ждет окончания разговора с Коштевым.

– Вот не знаю. Убивать их вроде не за что. Напрямую мне они не угрожали, – задумываюсь.

Получается, что хотя бы косвенно, но со всеми компаниями, которые занимаются ликвидацией неугодных, я уже успел столкнуться. И только с этими – опосредованно.

– Но ведь и держать ты их не сможешь. Я правильно расслышал? – уточняет дед.

– Да, они же когда-нибудь проснутся. И это совсем не та ситуация, при которой я хотел бы оказаться.

– Вот именно.

– Ладно, решу чуть позже, – качаю головой. Решение судьбы этих людей очевидно, но мне неприятно.

– Ты доедай, доедай. Наверное, даже побыстрее.

– Что-то случилось? – уточняю у старикана.

– Да, случилось. Пока ничего страшного, но твоего внимания сейчас потребует подвал.

Вижу, как сигнатура охранника около подвала слегка изменяется беспокойством, и тут же охранник быстро перемещается в сторону столовой.

– Да, я смотрю – у меня меньше минуты. – Быстро сооружаю, импровизированный бутерброд из приготовленной птицы и куска хлеба. С сожалением смотрю на всё остальное, что оставляю – нормально поесть пока не получается.

– Господин Рысев! – в столовую открывает дверь охранник.

– Да. Что-то случилось. – не спрашиваю, а скорее утверждаю.

– Да. Очень громкие крики, даже сквозь дверь, – соглашается молодой парень.

Кажется, в столичное поместье отправили не только пятёрку опытных бойцов, но и ребят помладше – набираться опыта. Ладно, вечерние смены как раз и будет опытом тоже.

– Хорошо, – встаю из-за стола.

Парень оказывается прав. Уже на подходе к дверям я слышу буквально истерику в криках животных снизу.

– Так, за мной не ходить. Никого не пускать, – отдаю распоряжение.

Отпираю дверь, захожу в подвал, спускаюсь к клеткам. В моём импровизированном опытном поле – жуткий беспорядок. Некоторые клетки упали набок, некоторые выкатились вперёд, но никто не вырвался.

Голем так и застывает в той же позе, в которой я его оставил. Кажется, мой приказ он понимает очень точно.

Убийцы не проснулись. А вот с животными творится ерунда.

Меня не было всего минут двадцать – полчаса, от силы. Сколько там разговор продолжался? Однако все твари завершили трансформацию.

Мелкое существо, кажется, раньше это был небольшой барсук, трансформацию не завершило, лежит мёртвое. И тут довольно очевидно, что никаких действий, кроме уничтожения получившейся тушки, предпринимать не нужно. В тушке нет ни грамма магии или следов конструктов любого плана. Просто мёртвое тело, без ничего.

А вот двое других… В каком-то смысле меня радует, понимание, что свинья и собака, видимо, проходят по какому-то минимальному цензу на разум. То есть моя идея про такой ценз – релевантна. То есть бесконтрольного распространения этой гадости, через тех же грызунов, например, точно можно не опасаться. Крупных, умных животных всегда мало в любом биоценозе.

Сейчас на меня смотрит совсем не тот неприятный дворовой пёсик, который был раньше, и не милая мелкая хрюшка.

Красные, с практически лопнувшими сосудами глаза. Зрачки, с ненавистью следящие за моими движениями.

Существо, получившееся из собаки, точно наводится на единственного активного живого. Оно сначала теряется между единственным живым в сознании и таким же живым, но во сне. Бывшая собака начинает метаться по небольшой клетке, одновременно пытаясь дотянуться и до моих гостей, и до меня. Плевать ей на то, что именно я являюсь создателем того вируса, который и превратил её в это.

Шерсть за эти полчаса у собаки слезла практически везде. Сейчас это туго обтянутые кожей сухие мышцы, оскаленная пасть и чуть изменённый размер – собака словно подрастает.

Тварь пытается пробраться сквозь прутья решётки, но застревает головой и не может вытащить её ни туда ни сюда. Но это вообще не мешает ей ни ненавидеть, ни дёргаться.

Второе существо ведёт себя очень похоже, но к ней спящие бойцы намного ближе, поэтому она не может выбрать между этими двумя спящими. Да, тварь словно бы слегка дёргается между одним убийцей и вторым. А когда я сдвигаюсь с места, её так же, как и собаку, разрывает между желанием порвать меня или желанием вцепиться в спящего.

Поросятина на самом деле изменяется так, что за милого маленького поросёнка её сейчас принять вообще невозможно. Разве что за какого-то поросёнка из ада – да и то это сейчас скорее кабан или что-то похожее.

Поджарая, сухая тварь, также с вылезшей щетиной, обтянутая кожей, сквозь которую бугрятся мышцы. Местами даже виден костяк, который тонкими иглами тоже начинает прорываться сквозь спину получившегося монстра. Зубы, словно выдвигаются на пол-ладони, да еще заостряются и загибаются немного вовнутрь.

Существо, очевидно, более опасно. Те же красные, с лопнувшими сосудами глаза и та же ненависть, которую они транслируют вовне. Существо мелко-мелко прыгает на месте, но оно значительно умнее, чем собака, и бросаться на металлические жерди клетки не собирается. Но сдержанная ярость ничуть не меньше.

Животные вокруг просто сходят с ума. Они даже рядом находиться с этими двумя не могут.

Открываю клетку и телекинезом вытаскиваю одного из бойцов. Дотрагиваться до него все еще считаю не очень правильным.

– Ну что, парень, ты, скорее всего, войдёшь первым испытателем, – пожимая плечами, говорю спящему убийце.

– Ты продолжай, продолжай. Не отвлекайся. – Раздается густой и очень спокойный голос сзади.

– Одобряете? – задаю вопрос тому, кого видеть здесь точно не рассчитывал. Но появлению кого совершенно не удивлен – тяжелое внимание чувствую сразу же.

– Нет, – отвечает голос. – Но свою дилемму ты решил элегантно. Продолжай, а я посмотрю.

Глава 45

Спокойно оборачиваюсь.

– Я смотрю, ты не очень удивлён, – говорит мне седой как лунь, плотный старикан.

Дед похож, наверное, на бывшего богатыря. Былинного такого. С седой бородой до груди, перехваченными повязкой такими же белыми волосами. Одет в несколько архаичную, но, в общем-то, узнаваемую броньку. И вообще, создающий лёгкое ощущение морского разбойника при первом взгляде.

– Варяг? – удивляюсь.

– Почти. Руянец* я. Но ты не удивлён же?

– Нет, не удивлён. Я с Лелей разговаривал.

Ощущение дед создает похожее – та же плотная, вещественная иллюзия, заставляющая меня сильно завидовать. Все же мои големы против такого – игрушечные солдатики, конечно же. Полное отсутствие сигнатуры именно в месте, где сидит старикан. Да и появившееся узнаваемое напряженное внимание тоже намекает.

– Да, внучка моя, – по-доброму улыбается дед. – Кто я – знаешь?

– Нет, не знаю, – чуть дергаю плечом. – Но предполагаю.

Дед кивает мне на сваленные старые бочки в углу.

– Разрешишь?

– Конечно, – спокойно киваю. – Только сам не помогу – ни разу не пробовал такого делать.

– Ха, – чуть хохотнув, дед переносит к себе небольшую запечатанную старую бочку. – Уж с такой малостью и сам справлюсь. Будешь?

– Пока нет. Не сейчас точно. – рукой окидываю неподходящую вроде картину для подобного времяпрепровождения.

– И что? – крякнув, дед неторопливо выбивает из бочки чоп и по подвалу разносится плотный, и совершенно неестественный сейчас запах меда. Наливает во внезапно образовавшуюся кружку слегка тягучий пенный напиток. – Вот в наше-то время ходили в походы. Так и тризне и пиру не мешали крики умирающих врагов. – Кивает мне на спящих убийц.

– Да не враги они мне. – качаю головой. – Вот те, кто их послали – возможно.

– Да? – Интересно. Так, кто я, по-твоему? Внимательно слушаю, – говорит мощный старик, отпивая из кружки.

Опять же, мои големы на такое поведение точно не способны. Ведь ведет себя как живой.

– Хороший у тебя мёд здесь остался. Три… Нет… хех… уже две бочки, лет по пятьдесят, – задумывается. – А может, и больше.

– Возьмите как подарок.

– Возьму, не откажусь. – Соглашается дед. – Подарки я люблю. Ну, так всё же?

– Я думаю, что вы Световит. Или кто-то близкий к нему по принципу.

– По принципу? – хмыкает дед. – Хорошо сказал. Да, это так. Световит и есть. А как догадался?

– Так ваших же воинов касается, – указываю головой на двух спящих мужиков.

– И здесь ты прав. Хотя и не совсем мои это люди, – чуть нарочито брезгливо говорит старик. – Мои – воины. А эти…

– Мешать будете?

– Нет, – отрицательное качание головой. – Я в дела людей почти не вмешиваюсь. Боя здесь нет, выбора у тебя как такового – тоже, а значит, и повлиять я ни на что напрямую не могу.

– Ну, вы-то зачем-то здесь есть, – хмыкаю. – Хотя, почему именно вы, я и так понимаю. Потому что именно ваши последователи оказались у меня в подвале и вам сюда попасть проще. Я прав?

– Ну, не так чтобы полностью, но считай, что да. – равнодушно говорит дед. Кажется, содержимое кружки его интересует больше. Только общее внимание поля меня никак не обманывает. – Не бери в голову, парень. Что с моими обалдуями будешь делать?

Немного морщусь.

– Мне нужно проверить развитие вируса. А других живых людей, которые выставили себя моими врагами, в обозримом пространстве у меня нет.

– Ну, с одной стороны, это правильно. Такие вещи действительно нужно проверять на врагах. Но с другой стороны – они же вроде не на тебя напали, – словно проверяет меня дедок.

– Это так. Не на меня. И Каляев меня не просил его защищать. Но вот его смерть и молчание о том, что он был поставлен на моё устранение, мне на дальней дистанции повредит. А то, что это так – теперь я в этом вообще уверен, хоть и прямых доказательств нет. – спокойно рассказываю деду. – А, значит, это мой конфликт. Просто его развитие, и попытка заказчика подчистить концы. Вот чего я никак не могу понять – как я перешёл дорогу богам? Почему? Вы против того, что я делаю? Я же объяснял вашей внучке.

– Боги не против, – спокойно отпивает напиток дед из кружки. – Я здесь проследить за твоим пониманием и выбором.

– Не понимаю тогда. Церковь уже получается не первых людей – пусть и косвенно – но посылает на моё устранение.

– Боги, – выделяет слово дед, повторяя фразу. – не против.

Фраза вполне себе чётко намекает на толстые обстоятельства. Понятно.

Пока разговаривал с дедком, собака умудрилась вытянуться так, что всё-таки укусила спящего убийцу. А вторая тварь уже почти дотягивается до второго.

– Почему тебе двое нужны?

– Контролируемость результата, – пожимаю плечами и чуть морщусь.

Подталкиваю второго убийцу к свинятине.

Запираю и первого, и второго убийцу в клетку обратно в железную клетку.

– Почему вы так безразличны к судьбе своих людей? – интересуюсь.

– Они почти не мои люди, – также спокойно отвечает дед. – Убийцы вообще не любы мне. Я бог воинов, а не вот этого, – с лёгким раздражением добавляет. – Пока они противостояли магам – были моими, а сейчас… – чуть раздражённо качает головой. – Не то.

Внимание вокруг фигуры становится ещё более напряжённым. Похоже, этим сущностям на самом деле не нравится то, что я делаю, но они понимают – зачем. И наверное, буквально ждут моей ошибки.

Что же, подождём.

Фиксирую развитие вируса у людей. Вот ответ и на первый вопрос подоспел.

– Ну, раз ты такой великодушный хозяин, – кивает на бочки с мёдом дед, – то я с удовольствием здесь пока посмотрю, что дальше.

Отворачиваюсь от наблюдателя. Вирус действительно передаётся от менее разумных тварей к более разумным и начинает свою работу. Развитие точно идет по записанным наблюдениям. Если бы убийцы сейчас были в сознании, они бы так же, как и собака с поросей чуть раньше, легли бы в угол клетки. Я это вижу и в первом спящем убийце, и во втором. Вирус довольно чётко отслеживаю.

Большинство животных уже срывают голос. Они уже сипят и жмутся в углы клеток, но существа, получившиеся из свиньи и собаки, мне больше не нужны. Чуть прикрываю глаза и настраиваюсь на них. Структуру этого заклятия вижу очень хорошо. Поэтому нужен ответ на вторую часть второго же вопроса – контроль. Понятно уже, что приказов я им отдавать не смогу. А вот свою возможность уничтожить – важна.

Инициирую нужную последовательность в конструкте. Благо мое пси все также отзывчиво внутри управляющего контура существа.

Схема почти мгновенно рассыпается, буквально взрываясь облаком пси внутри получившихся монстров. Внешне это проявляется как мгновенно появившаяся красная взвесь вокруг существ.

Эти противоестественные големы, которые получаются из животных, существовать без управляющего центра, похоже, всё-таки не могут, и его уничтожение приводит практически к мгновенной остановке. Не к смерти, а именно к остановке – существа не живут в прямом смысле. Похоже, они умирают, как только вирус полностью подчиняет их себе.

Монстры замирают и ссыпаются на пол, словно у них обрезают веревочки контроля.

Получается, что уничтожить я их могу. Умрут ли ксеносы, зараженные этим – после разрушения вируса – второй вопрос. Всё-таки они все пси-активны. Но это уже второй этап проверки. Сейчас же отслеживаю третье – косвенное, но для меня не менее важное – последствие. Я «вижу» заражённых этой штукой. Они для меня буквально светятся чёрным цветом в моём восприятии.

– Интересно, – говорю и отхожу на другой конец подвала.

Животных, которые словно бы начинают успокаиваться, но переползают в другие углы клеток – теперь уже подальше от неприятных соседей – оставляю. Чётко идентифицирую двух перерождающихся убийц. Захожу за большие винные бочки – и всё равно довольно чётко понимаю, где находятся бойцы. Возвращаюсь.

Дед всё так же с интересом смотрит за моими манипуляциями.

– Тебе их жизни нужны? – неожиданно спрашивает.

– Вообще нет. Но мне нужны данные, что будет с их разумом, когда вирус закончит свою работу.

– На это я могу тебе ответить. Примешь мой ответ?

– Он будет релевантен? Вы же знаете, что на кону? – говорю. – Всё равно проверять на людях я больше не буду. Мне достаточно самого факта, что я могу это уничтожить.

– Да. – кивает головой дед. – Они станут тупы как валенки. И будут хотеть есть. Вот как те твари, которых ты создал. Они становятся очень похожи друг на друга в стремлениях.

– Тогда нет, не нужны. – качаю головой. Но эксперимент не прекращаю.

– Мне их отдашь? – спрашивает бог. – Всё же, хоть они заблудшие, но всё же мои.

– Вы со мной договариваетесь? – неподдельно удивляюсь. – И даже не с позиции силы?

– Да, – соглашается Световит. – Ты с позиции силы вообще не договороспособен. Я это знаю.

– Да, есть такое, – соглашаюсь.

– Ну вот, о чём тогда спрашиваешь?

– Мне нужна информация – кто их послал, – ставлю свое условие. – мне сказали, что я все равно из них эти данные не получу. А хотелось бы.

– Тебе это никак не поможет. – дед качает головой.

Пожимаю плечами.

– Возможно. И мне нужно, чтобы они не помнили свой последний день.

– И это я устрою.

Инициирую распад вируса.

* * *

*о. Руян – неподалеку от северных берегов Германии (ныне Рюген) – священный центр западных славян племени руян (ранов), где в нашем мире в Арконе стоял главный языческий храм Святовита (иногда Световит) с прорицалищем и белой дружиной из 300 витязей.

Руяне населяли остров с VI века; они имели мощный флот, контролировали Балтику, пока в 1168 г. Аркона не пала под натиском датского короля Вальдемара I и епископа Абсалона. Храм Святовита получал треть военной добычи западных славянских племён. Остров связывают с мифическим Буяном из былин – центром силы русов. Руяне отождествлялись с Русью в средневековых источниках.