Текст книги "Миротворец (СИ)"

Автор книги: Валерий Листратов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 23 страниц)

Глава 12

Мы сидим с Прозоровской в кафешке под стенами Кремля. Практически за тем же самым столиком, что и в прошлый раз.

Ольга встречает меня одна, без сопровождающих, и я своих тоже отпускаю. Благо куда ехать, они прекрасно знают.

Погода стоит великолепная – весна почти приходит и сюда. Но меня больше интересует не погода. Неожиданно, свои права заявляет тело – эмоции на самом деле становятся более яркими. Мне после долины, получается, не показалось, и сейчас это становится довольно очевидным.

С интересом прислушиваюсь к своему внутреннему состоянию.

В воспоминаниях, похожая острота жизни была, разве что, в двух случаях. С Майей – там специально не выравнивал фон, но это часть прошлой жизни, и сейчас стоит воспоминания отпустить, наверное.

И в очень рискованных ситуациях с ксеносами – там фон купировать уже не всегда успевал, даже несмотря на поддержку так-кома.

Сейчас же, каждое необязательное действие неожиданно приносит удовольствие, словно впервые.

Девушка действительно очень серьёзно интересуется тем, как и куда я пропал на эти две недели. Про армию, думаю, и так знают все, а вот подробности… С подробностями – сложно. Удовлетворить её любопытство могу лишь частично, всё-же Его Величество дает понять, что часть моего вояжа не должна выйти за пределы его кабинета. О чём я собственно Прозоровской и сообщаю, слегка разводя руками:

– Из-за этого я тебе многое сказать не могу. Но зато могу рассказать о последней встрече с Михаилом Александровичем.

– А когда у тебя была встреча? – удивляется Ольга. – Ты уже давно в Новгороде? И не дал о себе знать⁈

– Нет. Сегодня с утра только приземлился, – успокаиваю девушку. И переключаю внимание Ольги. – А встречался сегодня же, после завтрака. Как раз только что, со встречи к тебе и пришел. У Михаила Александровича даже чаем напоили.

– Больше чая не хочешь? – улыбается Ольга.

– С тобой точно не откажусь, – усмехаюсь.

Но заказываю всё-таки не чай, а шоколадный напиток. Взбитое какао с мягким кремом сверху. По совету той же Прозоровской. Приносят заказ мгновенно.

И совершенно не зря, как оказывается. Здесь, в приготовлении напитка используется что-то, что точно содержит ингредиенты из Пятна. Потому что какао, на самом деле, оказывается магически активным. Меня словно на секунду переносит в кафе «У камня» внутри Смоленска-2.

Наверное, могло быть и более полное ощущение, но вот направленный интерес со всех сторон, не дает совсем расслабиться. Конечно, интерес пока не хищный, но оценивающий.

Все же место было бы более приятным, если бы не находилось в центре прогулок всего императорского двора.

Я показываю глазами на какао.

– Да, Макс. Поэтому я и люблю здесь бывать, тебе об этом тогда говорила, – улыбается Прозоровская. Девушка понимает вопрос с полувзгляда. – Каким образом хозяева наладили поставки, не знаю. Но здесь в большинство блюд добавляются какие-то ингредиенты из Пятен. Конечно же, не в тех количествах, как в том кафе, но всё же значительно больше, чем где бы то ни было в нашей столице.

Киваю в знак понимания.

– Сразу после завтрака? – перескакивает Ольга на мои слова. – Поэтому ты не принимал вызов на переговорник?

– Конечно. – Киваю.

Понятно, что у девушки сейчас целых два интереса совпадают – как представительницы своего Рода и личный. Ведь, как бы то ни было, девушка свои действия всегда соотносит с Родом, хоть и старается быть самостоятельной. Это я довольно чётко чувствую.

– От таких приглашений не отказываются, – улыбаюсь. – Как раз после, дворцовый слуга и проводил.

– И?

– И я снова ученик Академии, – улыбаюсь. – Так что после выходных я опять на уроки.

Говорю, а сам не могу отделаться от ирреальности происходящего. Вот буквально восемь-десять часов назад был в бою, продираясь через разорванных врагов, а сейчас – сижу с красивой девушкой под стенами Новгородского Кремля. Словно и нет и не было никаких боев, будто видел плохой сон. Уроки, опять же. Да и еще весна.

– … Ну вот. А прокладку дороги Его Величество мне сказал обсудить с полковником, который как раз напротив меня сидел за столом, – рассказываю, смакуя каждый глоток. – Ведомство сейчас в его ведении.

– Якубов. Да я знаю этого военного. – говорит Ольга. – В каком-то смысле, человек моего дядюшки.

– А! Поэтому на вашей стороне сидел, – киваю.

– Нет. – качает головой Ольга. – Прозоровские тут совсем не при чем. Рассадкой занимается служба дворца. Мы на нее никак не влияем. Думаю, в этом был какой-то смысл. Сам как считаешь?

– Согласен, – пожимаю плечами. – Рассадка была совершенно не просто так. Михаил Александрович мне как раз сказал больше общаться. И посмеялся.

– А Румянцев? – спрашивает Ольга. Сейчас на первый план выходят интересы Рода, это хорошо ощущается.

– Неожиданно тоже полезное в будущем знакомство, кажется. А ты была?..

– Как раз с дядюшкой, – пожимает плечами Ольга.

– Я так и подумал.

– Да я и идти-то не хотела. Дядь Миша бы не обиделся. – улыбается Ольга, вспоминая желание императора, что бы она его так называла. – Но мой дядюшка настоял. Я сейчас вынужденно либо в Академии, либо в Родовой усадьбе в Новгороде. Приходится считаться. Вообще, сразу было понятно, что во время войны, любой завтрак превратится в обсуждение военных вопросов, что и произошло. Никаким это «выходом в свет», – чуть передразнивает девушка кого-то из своих родственников, – не является. Я как от свадьбы смогла отказаться, так и в этот «свет» больше ни ногой. А тут пришлось. Но я была рада, что тебя там встретила, пусть даже поговорить и не получилось.

– Да, я видел, что с тобой общаться не рвуться…

– Пфф. А что нам обсуждать? Поднявшиеся цены на найм охотников в Пятне? Сбыт ингредиентов? Или новые военные тенденции в платье за авторством мастера Эймана? – усмехается Ольга. – Так первые две темы им вообще не знакомы, а третью, скорее, Сабурова бы поддержала, а не я. На завтраке же все жёны важных чиновников были, дочерей не пригласили – все же не официальный прием. А то что мы выглядим на один возраст – ни о чем не говорит. Доступ к высшим целителям у всех есть. Так что им сильно за… И здесь воспитанный человек обычно останавливается.

– Будем считать, что я воспитанный, – усмехаюсь. – Хотя, конечно, где я, а где воспитание.

– Прибедняешься. Рассказывай давай.

– Там рассказывать особо нечего, – пожимаю плечами. – Служба дворца усадила меня рядом с графом Румянцевым и как раз напротив полковника Якубова. Как сказал Михаил Александрович – поскольку ты свой хутор активно отстраиваешь.

– Я же там была всего три с половиной месяца назад! – удивляется Ольга. – Там даже стоянки под дирижабль не было. Привязывали к колышку возле деревянного тына.

– Да, всё так. Только у меня сейчас там маги работают и пятьдесят человек поселенцев, а будет больше. Планируется туда перевезти семьи. А это, при пятидесяти активных бойцах – минимум в четыре раза больше населения.

– У тебя же там маленький хутор. Там вроде никак содержать большое поселение не сможешь – земли маловато. И прямой дороги туда нет – через Пятно не считается. Продовольствие так не провезешь. Не так?

– Так. Но с дорогами, получается к Якубову, а вот с землей мне Белозерский поможет. Времени прошло достаточно. Договориться мы с ним успели, – киваю. – Так что, думаю, с землей вопрос решу. Мне действительно не продадут и не поменяют. А вот ему – вполне есть шанс.

– Да, он в Академию сейчас ходит. Встретишь, как появишься. Княжич сначала все беспокойный ходил, потом пропадал на пару дней, – прикидывает Ольга. – И вроде бы сейчас вернулся опять таким же самоуверенным. Разве что задираться по пустякам уже перестал. Внимание к нему после вашей дуэли было пристальное. Пару раз его вызывали – все же проигрыш первокурснику очень сильно повлиял на внутренний рейтинг. Но княжич, как и до проигрыша, жестоко победил своих оппонентов, опять отправил их в больничку, и вроде бы слухи утихли. А он вернул себе негласное второе-третье место. Зато про тебя теперь ходит куча всяких слухов. Готовься. Кстати в рейтинге с этой победой ты резко взлетел в середину списка и исчез.

– А про меня, что может быть интересного? Я ж никого почти не успел узнать.

– Ну как же? Ученик Кошкина побеждает завзятого дуэлянта и таинственно исчезает с начала учебного года, – усмехается Ольга.

– А теперь, ещё не менее таинственно появляется прямым распоряжением Его Величества, – подхватываю тему. – Ну да, ну да.

– Тебя восстановили и направили обратно на обучение? – уточняет Прозоровская.

– Да. Я решил эти свои проблемы. И это действительно были проблемы, но позволь не касаться. – Соглашаюсь с девушкой. Тут же слегка покачиваю рукой. – Просто, не всё так однозначно. В общем, история ещё не закончена, но она на хорошей паузе.

– Такой таинственный, что аж тошно, – усмехается Прозоровская. – Но это и неплохо, пожалуй.

– Наверное, – говорю.

– А что у тебя с приёмом? – напоминает Ольга. – Ты же не только на приёме Васильчиковых и Сабуровой не был, но и свой организовать не успел? Что будешь делать?

– Тут, сама понимаешь, ситуация, которую я контролировать не мог. Но зато мои люди, насколько я знаю, дом облагородили, от стазиса пробудили. Так что нужно хотя бы посмотреть, что у меня сейчас есть, и можно будет планировать. Я ж еще даже не заезжал.

– Я тебе помогу с организацией? – предлагает Ольга.

– А я даже сопротивляться не буду, – выставляю руки. – Очень это дело для меня непривычное. Так что любая помощь будет кстати.

– Сабуровой ничего не скажу, – тут же добавляет Прозоровская. – Имей ввиду.

– Хорошо. Слушай, – кидаю пробный шар. – Ты со мной на прием к графу Румянцеву хотела бы сходить? Если ты не против научных дискуссий.

– К Румянцеву? – удивленно переспрашивает Ольга.

– Так то я не очень понимаю, кто он, и чем интересен его прием. Не ориентируюсь. – добавляю. – Вот только Михаил Александрович сказал, что это его советник по научной деятельности. Так что я согласие дал. Тебе интересно?

– Тебя он зачем пригласил? Ты же вроде в научной работе не участвуешь?

– Мы с ним не сошлись во мнениях по поводу развития империи после войны. Видимо, он пригласил меня для того, чтобы развлечь своих гостей, – усмехаюсь. – Ну и, возможно, по просьбе императора – воспользовавшись первым же удачным предлогом. Я бы не удивился.

– И ты согласился?

– Ну, во-первых, почему нет? Я уверен в своих словах. Во-вторых, я там буду не один – со мной и Якубов будет. Он тоже принял приглашение. И ты, если согласишься.

– Я соглашусь, – довольно говорит Прозоровская. – Мне интересно.

Глава 13

– Макс, спасибо за встречу. Надеюсь, встретимся в ближайшее время в Академии. Тебя там ждут. – Словно нехотя говорит Прозоровская. – Но, как бы мне ни хотелось остаться, кажется, мое свободное время заканчивается. – Кивает мне за спину. – Меня уже ждут дома.

Оборачиваюсь.

Из кафе прекрасно видно всю площадь под мобили на другой стороне рва. Так что заезжающий мобиль с гербом Прозоровских на двери заметить несложно.

– Ты ограничена? – удивляюсь. Я ж помню самостоятельную Ольгу, хозяйку наемного отряда. Да и в Академии мне не казалось, чтобы девушка хоть как-то себя стесняла.

– Пока нахожусь в столице? Да, к сожалению, вопрос с покушениями мы решили не до конца, – чуть прикусив губу, говорит девушка. – Поэтому я стараюсь из Академии не выбираться. Но сегодня особый случай. Дядюшку подвести не могла. Дела Рода. Еле выбила себе время здесь. Но кафе в императорском саду все же не самое опасное место, так что мне пошли навстречу, – улыбается Прозоровская. – Теперь мне еще предстоит потеря времени в виде ужина с родственниками, которые будут все как один склонять меня к возвращению в родной дом, и после – буду свободна. Вернусь в Академию.

– Да, неожиданно. – принимаю к сведению. – А почему расследование прекратилось, если не секрет?

Неторопливо идем через мост. Провожаю девушку до ее охраны.

– Не то чтобы прекратилось. Виновников нашли, Младшую ветвь, что не по себе ношу взяли – отсекли. Но заказчиков, точнее, переход от заказчиков к исполнителям взять не удалось. Очевидно, что основные интересанты – турки, как и во многих других случаях за последние месяцы. Кстати, спасибо тебе – отца мы успели спасти, и при случае он обязательно тебя поблагодарит. Но вот без союзников внутри Рода эти все покушения были бы обречены на неудачу. А вот их мы найти не смогли – звенья цепочки покончили с собой, как только наши взялись за расследование. Младший Род это все же мелко.

– То есть, ты под ударом?

– Нет, ну что ты! – улыбается девушка. – Точно не в Академии, и не здесь. А до дома – считаные километры. Столица же.

– Хорошо, раз так. До встречи тогда в Академии, – прощаюсь с девушкой.

Буквально чувствую на себе десятки взглядов все время, пока разговариваем в кафе, да и тем более, пока прогуливаемся до мобиля. Причём агрессивных или каких-то проблемных не ощущаю вовсе. Скорее – оценивающие.

Чувствую, что Ольга не зря поддержала моё предложение об этом кафе. И кроме вкусного завтрака, и моей компании, она добивается каких-то ещё и своих целей. А так как желание её дядюшки женить девчонку так, как нужно её Роду вряд ли исчезло, то, кажется, их личная война ещё даже толком не началась.

Ну конечно, поддержу Прозоровскую в этом мероприятии. Как и в первый раз, так и сейчас. Да и по большому счёту, это же просто прогулка, правда же?

– Со мной поедешь? – спрашивает Прозоровская.

– Не в этот раз, – отказываюсь.

А вот проезд с ней в мобиле её Рода будет слишком очевидным жестом, который мне ещё не раз аукнется. Зачем уменьшать себе степень свободы, причём именно в вопросах самостоятельности решений? Если за тобой стоит император – это одно, пусть даже не очень активно. А вот если император, а потом ещё и Прозоровский – то это уже немного другое. Незачем множить дополнительные смыслы. Так что отказываюсь вполне сознательно, учитывая всё это.

Подозреваю, что Ольга тоже примерно похожее соображение про себя продумывает, так что повторно предложение она не делает.

Расстаёмся тоже без каких-либо внешних знаков привязанности. Целую воздух над тыльную сторону руки и на этом все.

За рулём мобиля – Стас, парень из ее команды. Павел тоже в охране – на переднем сидении. Как раз он и выходит из мобиля, чтобы открыть дверь девушке. Здоровается кивком. Ну, это и понятно.

Похоже, Ольга особенно магам своего дядюшки или отца не доверяет. Может, и зря.

Смотрю вслед уехавшему мобилю. Очевидно, лишнюю часть, что была прилеплена к днищу машины, опознаю сразу – на цилиндр магической мины она похожа до степени смешения. Так что пока Ольга садилась на заднее сидение мобиля, спокойно отделяю телекинезом артефакт от авто. В то, что он рванет – не верю абсолютно: это мои два десятка метров, так что тут вариантов нет вообще. Мобиль отъезжает, а цилиндр аккуратно переношу в ров у стен Кремля. Там вряд ли кого заденет, если активируется. Да и расследование очевидно, будет проведено лучше, чем если бы рванул мобиль – тут-то не дела Рода. Кремль.

За девушку не волнуюсь. Хорошо, что поддался исследовательскому зуду и какому-то предчувствию, что ли. Цветок, что подарил Прозоровской, внутри своего поля чуть меняю исходя из новых данных тетради Останина. Вношу в плетение кучу мелких изменений на расстоянии метра, и практически не прерывая разговор – все же в этом случае, третий поток сознания вне конкуренции, да и металл помнит мою Волю. Девушка, естественно, не замечает, но теперь развертывание абсолютного щита станет практически мгновенным, а не по запросу, и мне сразу же придет сигнал. Да и Ольга, если что из-под щита связаться со мной сможет. Так что нормально. А ребята… Ну тут есть варианты, конечно. Но за себя отвечают они сами.

До моего, а точнее, до арендованного особняка Высоковых – километра два-три отсюда. Так что небольшая прогулка, наверное, всё-таки к месту. Поскольку за сегодняшний день слишком много всего случилось, что нужно утрясти. А ведь ещё день не закончился.

Спокойно иду по набережной в сторону дома.

Что точно можно сказать, из разговора с императором? Главное, что нужная книга некроманта существует. Причем примерно где-то здесь рядом.

Прохожу как раз площадь с Храмом Всех Богов.

Есть желание туда, конечно, зайти. Но пока, пожалуй, повременю. А ведь инквизиторий где-то в Новгороде. И они имеют прямое отношение к этой Церкви. Хм.

Что еще?

Книгу мне император не даст. Вот прямо уверен. Не острая необходимость. Если бы ксеносы стучались в двери Столицы, тогда может быть. Но и то не факт. Ну нет у него связи между ксеносами и гулями. Это я чувствую на кончике пальцев, что там решение, но ведь даже аргументировать достойно не могу. Так что нет, не даст.

За спиной, метрах в трехстах, раздается мощный взрыв. Я как раз пересекаю уже площадь. Ну вот, что и говорил. Не зря, значит, заморочился. Думаю, именно этим небольшим выходом Прозоровской за рамки охранного контура и хотели воспользоваться. В усадьбе Рода вряд ли что угрожает напрямую, в Академии – тоже. Будут искать теперь другой вариант. А Ольгу потом предупрежу.

Народ секунду дергается бежать в другую сторону, от взрыва, но почти у всех любопытство пересиливает, и раз нет новых взрывов, с площади народ все быстрее тянется в сторону произошедшего. Вот никогда не понимал такое любопытство. Затопчут ведь все, даже если там, что и было. Ну и ладно. Отворачиваюсь и иду в сторону своего дома.

Хм. А ведь я его еще не видел, как вернулся. Из стазиса, наверное, вывести успели. Посмотрим, что и как он из себя теперь представляет.

Что еще?

Император, несмотря на занятость, приглядывает за моими попытками в самостоятельность. Иначе бы не знал, что мы строимся – место-то, не так чтобы сильно доступно. А он знает. Да и рассадкой, получается, говорит о дополнительных возможностях. Якубова точно нужно привлекать. А вот зачем мне Румянцев? Или это я ему? Ладно, глянем на приеме.

Подхожу практически к своему дому. Издалека не сильно-то он и меняется. Разве что сейчас, почти везде горят окна. И дом со стороны видится вполне живым – тени, движение. Несколько окон приоткрыты – те, что небольшие, конечно же.

Фасад, опять же, словно бы покрашен заново, но это обман зрения – просто сняли муть стазиса.

А вот забор я не узнаю.

Пока меня не было, забор вместо ажурной кованой решётки, становится больше похож на сплошной стальной лист на высоту метра в три, наверное. Так что с улицы теперь вообще непонятно, что делается на территории дома.

Чем ближе подхожу, тем меньше видно здание. Оно словно бы скрывается за забором. Но и я ошибаюсь – никакой это не стальной лист. Никто забор не менял, просто активизировался магический контур, и та часть каменного забора, что идет по периметру территории поместья, и та, что огорожена была ажурной ковкой – парадная часть, выросли на полметра почти и стали больше напоминать сплошную стену, образованную из ковки и магического серого тумана. Над оградой этот туман словно бы кипит, постоянно находясь в движении.

Красивое решение – туман не позволяет видеть нити внутренней охраны. Думаю, что и через очки артефактора этого не видно, раз я своим зрением не могу уловить нити. Псионикой, кстати, прекрасно чувствую, что, и где проходит. Туман для пси вообще не преграда.

То есть вроде бы и закон о сплошной ограде не нарушен, потому что ограда на самом деле не сплошная, а в то же время, что происходит внутри и в доме – не видно. Кто-то явно со специфическим чувством прекрасного дом создавал.

Усмехаюсь.

Поворачиваю на свою улицу и снова слегка удивляюсь. Так-то чувствовал группу людей у входа. Но думал, что это мои бойцы. Охрана, слуги. Я же тех, кто сейчас в доме, кроме магов, видел по идее, раз в жизни. Так что и не очень помню.

А вот около ворот неожиданно вижу пару человек в мышастого цвета незнакомой форме, и с ними пару стражников. Те стоят, скорее для проформы. Скучающе поглядывают наружу и попыток войти на территорию поместья не предпринимают. Молодцы какие!

А вот мышастые господа активно ругаются через дверь с моими людьми. Кто там за воротами мне не видно. Но там не один человек. Похоже, распорядитель и пара бойцов. Но бойцы стоят сбоку от двери для пешеходов, так что ругающиеся их не видят.

Набрасываю дополнительно скрыт. Не сильно, а так, чтобы просто скользил взгляд.

Подхожу практически незамеченным к воротам.

Глава 14

Некоторое время спорщики вообще не обращают на меня внимания.

– Я требую, чтоб нас пропустили на встречу с владельцем этого дома! На основании Закона о Казенных палатах Его Величества, ваш господин обязан принять от нас пакет с документами! Мы уже неделю сюда направляем курьеров! Вы не можете просто так от нас отмахиваться и будете арестованы за противодействие службе Государя! – угрожает более молодой мышастый.

Его напарник, седой усталый чиновник спокойно стоит рядом.

Стража, в то же время, поддерживать угрозы молодого даже не собирается. Да и седой в них не верит. Сигнатура об этом говорит определенно. В ней скорее общая обреченность и скука, словно бы он обязан выполнить ритуал, за которым ничего не стоит.

– Господа, повторяю вам ещё раз: поместье не является территорией, подчиненной этим уложениям. Это земля Тобольского княжества. И принимать или не принимать вас, хозяин этой территории, имеет право по своему усмотрению. – отвечает мой управляющий.

– Вы можете передать бумаги князю Тобольскому? – прямо спрашивает молодой.

– Извините, нет. У меня нет доступа к Его Светлости, – в который уже раз, почти безразлично повторяет мой управляющий. Его я не вижу, но сигнатура определенно мне знакома.

– Дом стоял под стазисом уже несколько лет. – Включается седой в разговор. – Несколько дней назад был отработан запрос о снятии стазиса, а сегодня в него въехал мобиль. Кроме владельца, распоряжение о снятие стазиса не может отдать никто, – устало добавляет седой мышастый. – Нам необходимо поговорить с Его Светлостью. Мы будем приходить раз за разом – к сожалению, его дела переданы именно нашему отделу, и тянутся не первый год.

– Ещё раз вам повторяю, – мой новый родович за воротами, похоже, абсолютно индифферентен к агрессивному напору молодого чиновника. Но седому все же отвечает. – Доступа к князю у меня нет. Я не могу ему ничего передать. Не видел его никогда и вряд ли увижу. Принять бумаги не могу.

– А вам мы их и не отдадим! – тут же возражает молодой.

– Ну вот, тем более, – уточняет мой человек с другой стороны ворот.

В какой-то момент меня замечает один из стражников и недвусмысленно показывает рукой, чтоб я отходил от места скандала. А для этого района это именно скандал, пусть и относительно тихий.

Стража, видимо, направлена сюда именно страховать чиновников, но провоцировать ничего не собираются. Полицейские не пересекают формальную границу Тобольского княжества, в отличие от молодого в мышастой форме. Они в этом квартале довольно давно служат, судя по всему. И их группу просто обязали оказать содействие. Вот они и оказывают.

Жестом показываю им, что нет, никуда не ухожу, и с интересом пытаюсь прислушаться, что будет дальше.

– Добрый день, господин, – стражник быстро срисовывает стоимость неброской, в принципе, почти военной одежды. – Вы что-то хотели в этом доме?

Все же к императору прямо уж военную форму все-таки не надеваю. Но удобную и минимально приличную для такого почти приема – нахожу. А вот костюм, помня о судьбе двух предыдущих, не беру. Тем более что он у меня последний. Может, кстати, и не зря. Одел бы – точно что-нибудь случилось ненужное.

– Да, я здесь живу, – улыбаюсь полицейскому.

Тот подбирается и окидывает меня профессиональным таким взглядом. И я его понимаю – на постоянного жителя этого района не похожу вообще, а еще – прихожу пешком. Да, и видит он меня здесь впервые.

Это все прекрасно читается в сигнатуре дядьки. И недоверие, и попытка меня воткнуть в какую-либо классификацию. Для этого вообще не нужно уметь читать мысли.

За пару секунд полицейский все же присваивает мне какой-то ярлык.

– Константин Григорьевич! Константин Григорьевич! – тут же, не теряя меня из виду, громко обращается к седому полицейский, но чиновник увлечен перебором статей и отмахивается. Тогда дядька трогает за рукав молодого мышастого. – Юрий Владимирович, будьте добры.

– Да, – оборачивается молодой парень на казенной службе.

– Вот, утверждает, что он живет в доме. – полицейский передает меня взглядом мышастому и технично отступает на шаг.

– Парень, это так? – уточняет Юрий.

– Да, – киваю. Правда, я тут и не появлялся почти с момента снятия стазиса. Но это уже лишние детали.

– Константин Григорьевич! – тут же повторяет действия стражника молодой мышастый. И вот его седой уже не игнорирует.

– Что тебе, Юра? – оборачивается.

– У нас тут новая возможность, кажется, – немного запинаясь, говорит парень.

Этим уже пользуется мой управляющий и тут же захлопывает дверцу у ворот.

– Юра, ну как ты мог? – ругается старший чиновник. – Эх…

В общем-то, я ему даже немного сочувствую, хотя и не от всего сердца, конечно.

Чувствую, что за воротами охрана никуда не уходит, так же как и мой новый управляющий домом.

– Юра, ну и как мы это всё теперь сделаем? Они в первый раз открыли за неделю, был такой шанс все с себя сбросить…

Кажется, управляющий встречал именно меня, а не этих ребят. Интересно, как узнал?

– Константин Григорьевич! Константин Григорьевич, прошу вас. Мне кажется, я не зря вас отвлёк, – торопливо говорит молодой. – Этот парень тут живет.

Сухонький чиновник слегка вздыхает и разворачивается ко мне.

– Парень, а ты точно идешь в этот дом? Кто здесь живёт, знаешь?

– Знаю, – киваю, но не добавляю ничего больше.

Господа в мышастых мундирах переглядываются.

– И ты можешь передать пару слов кому-нибудь выше этого дуболома в дверях? – уточняет чиновник.

– Он не дуболом. Есть приказ, он его выполняет. И хорошо выполняет, со знанием законов. Я слышал, – улыбаюсь и добавляю. – Но вообще, да. Я таким приказом не связан.

– Да, извини, не хотел обидеть достойного человека, это я в сердцах, – тут же идет на попятную седой, не желающий терять внезапный перспективный контакт. – Парень, тут вот какое дело. Нам нужно кому-нибудь из хозяев этого дома передать документы под роспись. Сможешь посодействовать, чтобы нас приняли – я тебе золотой дам…

Тут в пальцах у мышастого возникает золотая монета.

– Золотой – это хорошо. – ухмыляюсь. – Только кто вам нужен?

– Идеально, конечно, поставить в известность князя Высокова. – тут же говорит тот, что Юрий.

– Князя точно нет, – сразу же открещиваюсь.

– Как нет? – удивляется молодой мышастый.

– Абсолютно точно нет, – пожимаю плечами. – Он здесь давно не появлялся. Дом сдаётся.

– Так… – немножко теряется мышастый. – А как можно сдать личную собственность в пределах столицы? Это же практически представительство княжества?

– Не знаю, – пожимаю плечами. – Но дом сдан.

– Извини, может, ты знаешь, есть ли какие возможности, выйти на того, кто имел право это сделать? – слегка обескураженно уточняет седой. Надежда, на секунду вспыхнувшая в сигнатуре этого Константина Григорьевича, сменяется опять унынием и разочарованием. Впрочем, на лице у дядька все такое же участливое выражение.

– Наверное, – опять же, прячась за своим возрастом, говорю. – Я могу сказать, что дом снимает боярин Рысев.

– Рысев… Рысев… – мышастые переглядываются.

– Нет, не знаю такого. – говорит седой. – Да, Юр?

– У нас по участку не проходит. – уверенно подтверждает молодой парень. – Да, Константин Григорьевич. У нас нет ни одного требования к боярину. Да и фамилия какая-то новая, вроде бы в списках-то основных не значится.

– Да, это новое боярство, – соглашаюсь. – Пожалованное императором пару месяцев назад.

– А, ну тогда понятно, – облегченно вздыхает молодой. – у него фискальный период не закончился. – Смотрит на меня. – Парень, слушай, а можно организовать встречу с боярином Рысевым?

– С Рысевым? Ну а чего нельзя? Думаю, можно, – киваю. – Я передам.

– Слушай, а как быстро ты сможешь это сделать? – уточняет молодой.

– До дома дойду и передам, – киваю. – Вы мне золотую монетку-то давайте, давайте.

– Держи, – отдает монету седой.

Вообще, исходя из зарплат полицейских, эта монета у низовых служак как бы не жалованье дней за пять. Серьезные деньги для такого подкупа. Кажется, чиновников припекло и очень сильно, раз они готовы хвататься за любую соломинку.

Забираю золотой империал.

– Минут через десять, пришлите кого-нибудь к воротам. Сообщат результат. Или вернут монетку, – усмехаюсь.

– Нет, мы не можем убрать пост от ворот, – отрицательно качает головой седой. – Мы не можем зайти на территорию, но можем никого не выпускать из дома. Или выпускать сразу в околоток на пару недель, для установление личностей. Сообщи об этом тоже господину Рысеву, пожалуйста. Нам бы не хотелось исполнять этот приказ.

– Передам. А хоть тему-то для вашего разговора могу тоже передать?

– Да у нас к боярину Рысеву нет… – переглядываются опять господа в мышастых мундирах. – … никаких просьб. Нам князь Тобольский нужен. Или хотя бы те стряпчие, что его могут представлять. Уже пара лет без ответов, – вздыхает пожилой.

Киваю.

– Ладно, мы пришлём, или вот страже передай. Но мы подождем здесь полчаса, – кивает дядька в возрасте и останавливает молодого. Тот, судя по ощущениям, хотел слегка поугрожать, чтоб я уж точно не просто так забрал золотой.

– Хорошо. – говорю. Вообще, довольно адекватные чиновники, даже более того. Необычно. Ладно, посмотрим.

Подхожу к воротам, и обе створки открываются одновременно на полметра. Хотя, конечно, можно было бы открыть и калитку для прохода пеших посетителей, но нет – мне открывают именно парадные ворота.

Вздыхаю. Палюсь, палюсь со страшной силой. Теперь шутки не получится. Задумчиво подбрасываю монетку на ладони.

Ворота захлопываются, а во дворе меня неожиданно встречает Дмитрий, заместитель Олафа по снабжению. Вот здесь, в этом доме, совсем не ожидаю встретить второе лицо наемного отряда, что становятся постепенно костяком моего боевого немагического крыла.

Также, но уже ожидаемо, встречает меня и призрак старикана.

Он появляется рядом, но демонстративно, для меня, отдает право первого доклада живому человеку.