Текст книги "Миротворец (СИ)"

Автор книги: Валерий Листратов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 23 страниц)

Глава 48

Захожу в госпиталь вместе с менталистом.

Нас встречает девчонка, которую я прекрасно помню, поскольку именно она ставила мне печать при приеме в Академию. А вот девчонка меня не очень помнит, это довольно очевидно по равнодушию в разуме. Это и понятно – столько людей проходит, что всех и не запомнишь, а в госпитале все же я не частый гость.

– Здравствуйте. – берёт на себя разговор Никита. – У вас лежит Каляев?

– Да, – спокойно соглашается девушка. – У нас есть такой студент.

Девушка спокойно реагирует на черную форму Никиты и не подвергает сомнению его право быть здесь и задавать вопросы, чем, конечно же, экономит нам время.

– Вчера нам не дали поговорить, но, к сожалению, разговор с этим человеком мне нужен.

Девушка проверяет информацию у себя на столе.

– Да, мне передали и вашу просьбу, и данные по молодому магу. Вы же понимаете, что у него есть риски потерять магию? – задаёт вопрос безопаснику.

– Риски были вчера, – влезаю в диалог. – Здравствуйте. Поэтому мы перенесли разговор на сегодня. Дежурный целитель сказал, что сегодня можно будет относительно безопасно его будить.

– В общем-то, он почти прав, всё-таки сутки уже прошли, – задумчиво говорит девушка. – Но я бы отложила ещё на денёк.

– К сожалению, мы вынуждены настаивать, – опять же опережаю Никиту, который уже готов согласиться.

Ему заниматься моей ерундой просто некогда. Банально что-то происходит в столице неприятное, и безопасник крайне обеспокоен. Другое дело, что и отказать мне не может. Но вот спустить на тормозах или формально выполнить данное поручение – соблазн, конечно же, великий.

Никита бросает на меня недовольный взгляд, хотя внешне, конечно, этого не показывает.

– А почему вы хотите на этом настаивать? – удивляется девушка. – Он вам кто?

– Я пострадавший, – улыбаюсь. – И у меня есть определенные основания считать, что в данном случае можно сказать «слово и дело государево». У меня есть основания считать, что здесь ситуация, выходящая за рамки неудачной дуэли.

Никита вскидывается.

– Ты мне этого не говорил.

– Я этого и доказать не могу, – холодно улыбаюсь парню. – Но отступать не буду.

– Макс, это же просто дуэль, – обращается ко мне Никита. – Ты понимаешь, что если ты сейчас дашь ход своим словам, обратной дороги не будет? Я не смогу это проигнорировать. И в случае навета будешь отвечать по всей строгости закона.

– Никита, понимаешь, в чём дело? Я уверен в своих словах. – Конечно, я уверен, особенно после ночного своего приключения.

Вопрос только в доказательствах. Но без разговора, Каляев не факт, что доживет до возможности таковые собрать. Световит обещал притормозить, а не отменить другие варианты решения этой проблемы. Так что у парня нет выбора. Сама постановка вопроса спасает парню жизнь, поскольку убивать его после этого разговора будет вообще бессмысленно.

Да и для меня тоже – если я хочу решить свои небольшие сложности с непонятными покушениями, а еще и защитить Прозоровскую. Охоту на нее же тоже открыли, правда в этом случае, пока не очень понятно – кто.

А до убийств в стенах Академии уже, похоже, рукой подать.

– Доказать пока я не могу. Но покушение в стенах Академии – именно покушение, а не небрежность, или случайность, или просто дуэль – это всё-таки серьезное нарушение слова императора. А ведь именно словом государя обеспечивается безопасность для всех на территории Академии.

– Макс, подумай ещё раз, – просит безопасник.

– Никита, у меня нет с этим парнем никаких незакрытых дел. Я не являюсь его врагом. Он не является врагом моего Рода. Я вообще с ним познакомился только вчера с утра. Поэтому в своих словах, к сожалению, я уверен. Есть ещё пара моментов, которые я, опять-таки, доказать не могу. Поэтому я очень надеюсь на твою беспристрастную оценку.

Никита поворачивается к целительнице.

– Ну, вы слышали. К сожалению, мы не можем позволить после произнесенного, отложить разговор с господином Каляевым. – вздыхает безопасник.

Целительница весь наш диалог с крайним изумлением смотрит на меня.

– Ну, разбудить я вам его смогу. За час управитесь? – сочувственно спрашивает.

Смотрю на Никиту.

– Управимся. Может быть, даже меньше. Мы постараемся не травмировать вашего пациента.

– Меньше было бы лучше. – кивает девушка. – Ему сейчас нельзя перенапрягать ядро ни в коем случае. А лучше бы вообще воздерживаться от переживаний некоторой время, не то что от магической практики. Иначе потеряет магию. Поэтому ждите.

Девчонка уходит в сторону палат, а мы с Никитой присаживаемся неподалёку от охранника.

Тот тоже слышит наш разговор, но ему, в общем-то, на него глубоко наплевать. Его функция – просто находиться здесь на посту. Вот зачем пост в госпитале – вообще непонятно, тем более что со своей основной задачей они, по идее, вообще не справились, если уж брать ночное происшествие. Интересно, каталку вернули?

Да и вообще, если уж честно, система защиты Академии у меня вызывает вопросы. Даже сейчас внутри Академии есть незарегистрированное и очень опасное оружие. Мой голем всё так же прилеплен к потолку палаты Каляева и всё так же охраняет его.

– Заходите, – открывает дверь целительница. – Я буду присутствовать, – сразу же озвучивает рамки. – В случае опасности для пациента, буду вынуждена вас просить прекратить.

– Да, конечно, – соглашается Никита. Он до сих пор не верит моим словам, что, конечно, неприятно.

Здесь я опережаю немного парня, и чтобы не пугать Каляева, захожу в палату первым.

– Похоже, я проиграл, – студент спокойно улыбается мне. Парень абсолютно спокоен. Не удивлен своему присутствию в госпитале, и своему же внезапному пробуждению. Видимо, такая ситуация довольно обычна для завсегдатая дуэльных арен.

– Похоже, – говорю. – Но это не вся наша проблема.

– Да? – удивляется. – То, что ты поднимаешься на третью строчку – это не проблема?

– Это вообще не имеет значения. – качаю головой.

Заходит Никита в чёрном мундире.

– Служба безопасности, – безмерно удивляется Каляев. – Добрый день. Зачем?

– Вот и я тоже об этом думаю. – ворчит Никита. – Ладно, начнём сразу с главного вопроса. Прошу вас, не поднимайте ментальные щиты. Мне нужно понимать, что вы говорите правду.

– Да, конечно, – Каляев просто разводит руками.

– Первый вопрос простой. Зачем вы пытались убить господина Рысева?

– Я? – удивляется маг. – Я не пытался… Когда?

– Попробуйте вспомнить весь ваш бой по секундам. – вздыхает менталист.

– Да, конечно, – соглашается маг и начинает описывать свои действия по шагам, раскладывая весь поединок и то, что, по его мнению, происходило со мной. – … Ну а дальше я ничего не помню. Очнулся здесь, – разводит руками.

На секунду я вижу словно бы тень агрессии, которую заметил на поле. Она будто бы проявляется и тут же отступает.

– Хм, – незаметно хмыкает Никита. Парень своими щупами очень плотно контролирует разум Каляева. – Повторите, пожалуйста, господин маг, пересказ минут, перед тем, как потеряли сознание.

– Да, конечно. – кивает Каляев. – Я зажёг огненную стену, в принципе стандартную. Уверен, что у Максима были способы её отбить. Ну и готовил второй блок огненных конструктов, которые, по идее, должны были пробить стандартные щиты у моего оппонента, – обращается ко мне. – У тебя же стандартные щиты?

– Не совсем, но, наверное, могло бы пробить.

– Вот. Я начал формировать конструкт – и потом уже ничего не помню. Очнулся здесь. Как ты меня вырубил? – удивляется.

Смотрю на Никиту. Заметил он или нет? Второй раз был точно такой же всплеск тени в разуме.

– Спасибо, господин Каляев. Вы мне сейчас очень помогли. Секунду, подождите, – достаёт переговорник, набирает какой-то вызов. – Слово и дело государево. Нужна группа младших дознавателей в Академию. И еще группа быстрого реагирования в главном корпусе. Что? Нет, человек пять должно хватить. Здесь нет противодействия и нет прямой опасности для студентов. Стандартной звезды достаточно… Да, я уверен… к сожалению, – говорит Никита и сбрасывает вызов.

– Что-то случилось? – удивляется целительница.

Каляев с таким же непониманием смотрит на менталиста.

– Макс, я не знаю, как ты это заметил, – чуть нервно улыбается Никита, отвечая на оба вопроса, кивком давая понять, что слышал оба. – Но действительно – у парня закладка, срабатывающая на конкретного человека и конкретную ситуацию. К сожалению, ты был прав. Это – покушение.

– Я? – удивляется Каляев. – Я не мог… Я не мог!

– Не беспокойтесь, – успокаивает его Никита. – Вы действительно не могли. Вы здесь тоже пострадавший. Вами, можно сказать, воспользовались. Не переживайте так. Я стараюсь, чтобы закладка не сработала. А ведь она пытается прорваться сквозь ваш разум даже сейчас. Расслабьтесь. Вам не будет предъявлено обвинение. Особенно если вы будете честны в дальнейших своих ответах.

– Да, конечно, – откидывается на спинку кровати маг. – Я в полном вашем распоряжении.

– Отлично, – Никита вздыхает, словно бы готовясь к чему-то неприятному. – Давайте тогда по пунктам, пока ждем подкрепление. Что вы делаете ежедневно?

– Вы знаете, я являюсь третьим в неформальном рейтинге Академии. Чтобы им стать, мне нужно очень много работать – предки не обеспечили ни знатным Родом, ни денежной подушкой. Поэтому моя жизнь строго регламентирована.

– Это я понимаю. Подумайте, пожалуйста. И давайте пройдёмся по всем происшествиям и вашим встречам в течение недели.

– Недели? – удивляюсь.

– Закладка свежая, не старше этого месяца, но, чтобы её поставить, менталисту нужно минимум две встречи, а лучше три. Соответственно, её поставили за последние одну-две недели. А значит, мне нужно знать места, где бывает господин Каляев с периодичностью раз в два дня, может быть, в три дня – максимум. Где он проводит минимум два часа времени. И где это не является предосудительными занятиями, поскольку периодичность должна поддерживаться, чтобы закладка встала на то место, где она сейчас находится.

Каляев пару секунд думает.

– С такой периодичностью я провожу время в библиотеке – это точно. Даже с большей периодичностью – я там занимаюсь каждый день. Потом мастерские. Потом отрабатываю конструкты на аренах. За мной даже закреплена одна из них…

– Нет, это всё не подходит. Здесь вы либо на виду у всех, либо легко проверяемая информация. Вас ни в одном из этих мест нельзя выключить и поставить вам закладку… ну, разве что в библиотеке. Да и то – всё-таки сложно. Думайте ещё.

– Ну, не знаю. Больше ничего на ум не приходит. Раз в три дня я посещаю студенческий клуб, конечно, но я там всегда на виду. То есть оно по вашим критериям тоже не подходит.

– Студенческий клуб на территории Академии?

– Нет, конечно, в городе. На территории Академии невозможно расслабиться и повеселиться.

– А что за клуб?

– Да обычный студенческий клуб, ресторанчик у нас. Выкуплен студентами, недорогой ресторанчик на набережной. Посещаю в выходной и посреди недели один раз.

– Так-так. И много вы там времени проводите? – продолжает задавать вопросы менталист.

– Вечер. Этого обычно достаточно, около трёх-четырёх часов.

– Виды занятий?

– Обычные студенческие, – задумывается парень. – Вино, дамы, карты. Ничего такого.

– Вы играете?

– Нет, я почти не играю на деньги и стараюсь не ставить в других азартных играх. Единственное, во что играю – «верю, не верю». Мы предлагаем друг другу пари, обычно в мире магии. Студенческое.

– Студенческий, говорите, клуб. А много людей туда ходит?

– Нет, – пожимает плечами. – В основном такие, как я.

– Такие, как вы – в каком смысле?

– Ну, предки наши были из неблагородных, – разводит руками маг.

– А, – понимающе кивает Никита. – Это хорошая зацепка. Так, где, говорите, клуб находится?

Глава 49

Допрос Каляева длится очень недолго. По большому счёту даже не допрос, а лёгкая, чуть ли не дружеская беседа. Не хватает только чая и каких-нибудь крендельков. Хотя чай почти сразу приносят.

Никита допрашивает аккуратно, стараясь обходить острые темы. Я понимаю, почему – его мастерства впритык хватает, чтобы сдерживать ту особую закладку, что периодически выплывает при ответах парня. Но при этом он опасается спровоцировать срыв – просто потому, что Каляев тогда точно не жилец, а виноватой стороной будет выставлен он.

Наблюдаю за работой менталиста. Конечно, по мастерству и по силе он проигрывает не только императору, но и своему непосредственному начальнику Матвею. Но даже при этом, он значительно сильнее тех других менталистов, которых я уже встречал. Щупы тоньше, контроль лучше. Все же разница в классе между частными менталистами и службой безопасности очевидна. И за Никитой наблюдать одно удовольствие.

Примерно понимаю, как безопасник ограждает эту встроенную часть в Каляеве. Не то чтобы мне это когда-нибудь пригодилось, но хотя бы знать – уже неплохо. Его проблема в том, что и встроенная часть, похоже, тоже сделана отнюдь не слабым магом. Никите сил хватает только сдерживать, а моим «зрением» это сдерживание вообще видно как постоянная битва. Будто менталист постоянно обрывает появляющиеся тонкие жгутики приказов и контроля, но уничтожить саму встройку не может. Хотя… возможно, просто не хочет, и ему этот образец нужен для работы, например. Тем более, наличие серьезного менталиста, неподконтрольного службе безопасности – вопрос намного важнее, чем жизнь, скажем, Каляева. Ну это если смотреть с точки зрения безопасника.

Просто мое предположение, конечно, но все же…

Смотреть за этой работой крайне интересно. Никита ведет серьезную битву, и при этом сохраняет расслабленный вид. Каляев даже не подозревает, что за его разум сейчас сражаются с таким напряжением. Менталист спокойно расспрашивает парня о отвлеченных вещах, параллельно мелкими ответами уточняя нужное. Просто на первый же прямой вопрос о составе студенческого клуба встроенная тень в разуме огненного мага резко выныривает из своеобразного сна. И Никита ее тогда почти упускает, но мгновенно реагирует и развить первоначальный успех не дает.

Присутствую практически до конца допроса – просто потому, что хотелось бы знать свои риски внутри Академии. Никита аккуратно узнает имена, не напрямую, а скорее просто узнавая, кто из одногруппников и знакомых близок, с кем встречались, скажем, в городе. На такие вещи тень не реагирует. Видимо, она реагирует на конечный набор образов.

Ни одной фамилии из названных я не знаю, и людей, про которых говорит парень тоже. Не так уж и много пробыл в стенах Академии, вот и не замечал и внимания не обращал. Поэтому просто запоминаю и оставляю на будущее. С другой стороны, после вмешательства безопасников такое будущее, уверен, уже не наступит.

Когда вопросы слишком близко подбираются непосредственно к клубу, сдерживать тень становится все труднее. Последствия внутреннего боя начинают проявляться и в парне. У студента учащается дыхание, сердце начинает пропускать удары, да и вообще появляются все признаки подступающей паники. При этом для него самого эта реакция совершенно непонятна. Каляев обычно себя хорошо контролирует. И для меня в его разуме очевидно замешательство.

И в то же мгновение состояние парня замечает целительница.

– Прекратите. – тихо, но настойчиво просит девушка. – Дальнейший допрос я запрещаю.

– Конечно, конечно. – Тут же улыбается Никита. – Может стоит дать господину Каляеву отдохнуть? По медицинским показателям?

– Да. – настойчиво говорит целительница. – Именно так, студент нуждается в отдыхе.

– Я сомневаюсь, что я сейчас засну, – подает голос Каляев. – Что-то не в порядке, и я не справляюсь.

– Сон? – спрашивает тут же его Никита.

– Да! – с полуслова понимает менталиста Каляев. Похоже, парень складывает два и два и готов на все. Все же не зря он в пятерке лучших по Академии висит. И следователю сразу же доверяет, а это немаловажно.

Целительница переводит взгляд с пациента на менталиста.

– Не медлите! Делайте! – резко командует Никита.

Девушка, похоже от неожиданности, подчиняется, и узнаваемый конструкт влетает в Каляева.

Отлично. Вовремя. Аккуратно вбиваю и свой конструкт сна в комплекте с пси одновременно с целительским. Возросшую активность я тоже отслеживаю, вот только с целителями своей Академии мне объясняться не с руки. Так-то конструкт формирую почти на границе тела Каляева. Пси вкидываю совсем чуть-чуть. Тем более целительский влетает и так перенасыщенный, так что я, скорее, перестраховываюсь, чем реально помогаю. Но сейчас, кажется, перестраховка была не лишней.

Каляев не сразу откидывается на подушки, а почти пару секунд борется, даже успеваю поймать полный ненависти взгляд в мою сторону. А это ненормально – разум-то у него чист от чувств, и засыпает сразу же, как в тело влетают конструкты. А вот тень… даже не так – Тень… Вот ее ненависть я ощутить успел, когда тело отрубилось. Хм. А ведь мне это прямо сильно кое-что напоминает.

– Фффух. Еле успел, – вытирая выступивший пот со лба, говорит менталист. Похоже, схватка далась ему еще тяжелее, чем он показывал. – Ведь почти вырвался, а⁈ – с чувством делится со мной менталист.

Целительница переводит взгляд с меня на Никиту и обратно.

– Заприте парня, никого к нему не пускать. Охрану поставить у двери. – тут же командует менталист. – «Слово и дело». Теперь без альтернатив.

– А… – только начинает девушка.

– А резолюцию я наложу сам. Полномочий мне хватает. Подготовьте документы. – Серьезно прерывает целительницу на полуслове безопасник.

Девушка тут же выбегает.

Выходим из палаты.

– Максим, – обращается ко мне Никита.

– Да?

– У меня есть немного неприятная просьба для тебя.

– Почему неприятная? – удивляюсь.

– Ты, наверняка не видел, но встроенная часть Каляева раз за разом пыталась взять под контроль всё тело. И намерения были вполне очевидные – оружие, направленное именно на тебя. Понимаешь, эта его часть чётко представляла именно тебя как цель. Никакой ошибки, я проверял. Поэтому такая странная просьба.

– Так какая? – киваю в подтверждение.

– Максим, ты не мог бы исчезнуть из Академии на сегодняшний день? Ко мне подойдет подкрепление, и мы пройдёмся по всем этим завсегдатаям студенческого клуба. День-два, не больше. В библиотеку, что ли, сходи… Или куда там студенты сейчас ходят.

– Вот понятия не имею, куда они ходят, но библиотека – плохой выбор. Ты сам слышал, когда с Каляевым говорил – они очень серьёзно подходят к обучению. Так что в библиотеке или мастерской – это не вариант.

– Хорошо. А как быть? Твое отсутствие развязало бы мне руки. Просто иначе, если ты не исчезнешь, мне придётся обеспечивать твою безопасность, отвлекая от работы моё усиление, а много людей я сейчас вызвать не смогу. Пришлют звезду и все. А на обе задачи этого мало. Ну, запрись в выделенных апартаментах, что ли. Можешь?

– Нет. У меня есть другой вариант. – прикидываю. Вообще-то, эта просьба довольно неплохо укладывается в мои планы. Разве что мне их всего лишь чуть-чуть подвинуть нужно. А это не самое сложное.

– Ты хотел что-то предложить?

– Могу исчезнуть, чтобы не создавать новых тебе проблем и развязать руки. Но с Академией договаривайся сам.

– Максим, я понимаю, что у тебя заключён контракт с Академией, и я возьму на себя и секретариат, и учебную часть.

– И моих непосредственных преподавателей, каждого отдельно. Учителю я сам могу набрать, а вот остальных преподавателей я и не знаю. И моё постоянное отсутствие у них на уроках может выйти мне действительно боком.

– И их тоже, – соглашается менталист. – Значит, ты согласен?

– Принципиально – да, было бы глупо создавать тебе сейчас легко решаемые проблемы. Но мне тогда двух дней мало. Договаривайся сразу на три. Чтобы я вышел на учебу в начале следующей недели.

– Тогда сделаю. Еще что-нибудь?

– Ну, вы мне опять немного должны. Ситуация хоть и касается напрямую меня, но больше она касается безопасности студентов в Академии, на самом деле, чем меня. Мой случай – частный. А в защите Академии, получается, дыра.

– Что же, соглашусь. – кивает Никита. – Мы такую возможность не учли, это так.

– Тогда расходимся. – Кивком прощаюсь с безопасником и иду к выходу.

Отслеживаю сигнатуры вокруг, чтобы не попасть в зону видимости студентов. Поскольку фамилии, что назвал Каляев, я никогда не слышал, то я их и не узнаю, пока на меня не нападут. От это, конечно, хуже будет студентам, а не мне. – усмехаюсь. – Но зачем?

Благо сейчас только прозвенел звонок на перерыв, и в коридорах главного корпуса вообще никого нет. И на улице, в общем-то, тоже. Поэтому мне спокойно удаётся накинуть на себя скрыт и до кучи невидимость – на всякий случай.

– Борис Васильевич, – вызываю по переговорнику своего учителя.

– Максим, доброе утро тебе тоже, но я не вижу тебя на занятиях.

– Ну да, меня там и нет, – говорю. – У меня небольшая сложность со службой безопасности. Точнее, это у них сложность, а я её обнаружил. Но они меня попросили исчезнуть на пару дней.

– Это не очень хорошо, – говорит Кошкин.

– Да, я это понимаю. Это вопрос службы безопасности, и они обещали договориться и с учебной частью, и с преподавателями.

– Так, Максим, а когда?

– Вот прямо сейчас. Ситуация очень неприятная, и моё присутствие может спровоцировать довольно серьёзные последствия внутри Академии.

– Хорошо, я тебя понял, – говорит мне Кошкин. – Спасибо, что предупредил. Но, Максим, тогда вопрос: когда ты сможешь подъехать ко мне в поместье?

– Может быть, только в выходные.

– Хорошо, тогда в выходные я тебя жду в поместье у нас с Кло. Тебя нужно по теоретической части немножко натаскать. Всё-таки ты много уже пропустил за эти две недели.

– Борис Васильевич, а можно тогда к вам в поместье я и своих магов приглашу?

– Да, конечно, приглашай.

– Тогда я ещё ребят из Академии заберу, – говорю. – Пусть ваши им начнут курс молодого бойца, благо у вас там всё равно всё перекопано.

– Если ты привезёшь своего земляного мага, то привози хоть кого. Мы найдём чем его занять.

– Конечно, – довольно соглашаюсь. Вроде бы идея обучения сородичей все же приобретает нужные очертания. – И его тоже.

Отключаюсь. Вызываю свою управляющую.

– Ксения, будьте добры – срочно мобиль к Академии.

– Что-то случилось? – беспокоится девушка.

– Ничего пока не случилось, но мобиль мне нужен около Академии в ближайшее время.

– Машина уже вас ждёт. Я приказала водителю дожидаться. Ещё что-то?

– Да. Найди Виталия и Алекса. Это не срочно. Скажи им, чтобы готовились – в выходные у нас будет выезд на природу.

– В каком смысле?

– Поедем к моему учителю в поместье, – усмехаюсь. – Будем обкатывать на моих родовичах обучение. – хмыкаю и отключаюсь.

Водителем у меня опять оказывается тот же самый ночной парень, и опять у меня нет времени с ним поговорить. До дома добираемся очень быстро. Ровно так, как мне и нужно, но отвлекать парня на скорости я не хочу. Только оставляю себе зарубку на выходные.

В парке по пути забираю два комплекта охранников-големов. На охране дома все равно остаётся только один, но, по большому счёту, без меня вряд ли кто-то будет штурмовать дом. А если кто-то и будет – то автоматические системы безопасности плюс бывшие наёмники должны справиться и сами хотя бы на полчаса, а там уже подоспеет и остальная кавалерия. Да и мой голем все же остается. Просто пару суток поработает чуть в усиленном режиме. Потом подзаряжу, ничего страшного.

Быстро прохожу в дом, и у входа меня практически сразу же перехватывает Ксения.

– Максим, обед подавать?

– Нет, – отказываюсь на ходу. – В этот раз не нужно. Я в мастерских и буду дня через два. Поэтому меня ни для кого нет. Но если вдруг что – вызывайте Кошкина или Обломова.

– Хорошо, – с удивлением говорит управляющая.

Быстро спускаюсь в подвал. Тут же появляется дух дома.

– Не сейчас, – тут же обрываю его. – Если ничего срочного, и если не рушится мир – всё подождёт два дня.

– Нет, настолько срочного ничего нет. Там просто подпись…

– Вот через два дня и займусь, – говорю духу. – Давай, открывай.

Останавливаюсь перед нужной дверью, захожу в комнату перемещения. Мгновенно вызываю по памяти нужный адрес через кольцо наследника. Быстрые настройки – и комната словно разом мигает.

Появляюсь на пункте в Орше, рядом со Смоленским пятном. Эксперимент нужно продолжать. И лучше делать это в одиночестве.