Текст книги "Опороченная невеста графа Орлова (СИ)"

Автор книги: Валентина Элиме

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 11 страниц)

Я продолжала сидеть, прислонившись к изголовью кровати, и наблюдать за мужчиной. Мое сердце было полно восхищения и тепла, видя, как граф обращается с Викторией и успокаивает малышку, словно она и правда была его. Ребенка Дарьи Заступовой и Петра Нарышкина. Иван Васильевич держал свое слово, что он не только примет ребенка, но и постарается дать ему все самое лучшее.

Я счастливо улыбнулась, не веря, что мне, наконец-то, повезло. Мысленно поблагодарила судьбу, что она дала мне второй шанс на жизнь и встречу с таким мужчиной, который станет опорой не только для меня, но и для моей дочери.

Пока я смотрела на мужчину с любовью, которая потихоньку начала зарождаться во мне, мужчина продолжил свою прогулку по комнате. Граф тихонько разговаривал с малышкой, рассказывая ей о столице и о том, что ее ждет. Обещал ей, что всегда будет с ней рядом и не даст никому в обиду. И вот спустя некоторое время было слышно лишь равномерное дыхание ребенка. Иван Васильевич улыбнулся, ласково провел по щеке малышки и поцеловал ее в лобик.

− Она уснула, − прошептал мужчина и поднял глаза на меня.

Я не была готова к такому повороту и пришлось вытереть слезы под внимательным взглядом графа. Мужчина замер посередине комнаты. Мы смотрели друг другу в глаза и молчали. Первая пришла в себя я.

− Надо переложить ее в кроватку, − еле проговорила я, разрывая наши переглядывания. Хоть чувства и начали теплиться, я все еще боялась довериться кому-то. До встречи с графом я вела спокойную жизнь. Сейчас же все закрутилось и завертелось. Это и пугало меня.

Мужчина закрыл глаза и выдохнул, затем уложил Викторию в ее кроватку, но уходить не спешил. Вместо этого устроился в кресло рядом и вполголоса заговорил.

− Я не родился с золотой ложкой во рту, − выдал он с грустью, глядя на спокойно спящую Викторию. – Я незаконнорожденный сын графа Орлова, который перед смертью все завещал мне, как и дал свое имя. Других наследников у него не было, законная жена нарожала ему только девочек. Они до сих пор не приняли меня. В столице нас не встретят с распростертыми объятиями, да и дома будет твориться кошмар. По условиям завещания, пока я не выведу в свет всех дочерей отца и не выдам их замуж, они будут жить в отчем доме. Тебе придется быть готовым ко всему, − устало выдал он, поднимаясь на ноги и направляясь к двери. – И я пойму, если ты передумаешь после моих слов. Но я хотел, чтобы ты знала, с кем ты согласилась связать свою жизнь. Не хочу, чтобы между нами были недоговоренности. Вокруг нас шума будет много. И не только по твоей вине… − мужчина замер на пороге.

Мое сердце защемило от жалости и понимания к мужчине. Ведь я и сама не ведала любви от настоящих родителей, только требования, сравнения с другими детьми и упреки. Чета Заступовых же любила свою дочь, несмотря ни на что. И мне захотелось поддержать графа.

− Мы справимся, − проговорила я, шагнув к нему и положив руку ему на грудь. – Вместе мы преодолеем все трудности. Иначе нам нельзя, − и заглянула графу в глаза.

Несколько минут мы простояли без каких-либо действий. И никто не понял, кто из нас потянулся друг к другу первым. Едва наши губы сомкнулись, как в дверь постучали и в комнату вошел Строганов.

− Прошу прощения, − попятился он назад, понимая, что появился не вовремя.

Глава 17

Глава 17

Первые шаги

Дарья Заступова

Жизнь забурлила в новом ключе. Новость о воскрешении моего мужа взбудоражил весь Васильевск. Иван Васильевич лично сам поспособствовал распространению таких слухов. После подобных шокирующих новостей в дом Четкова обильно посыпались пригласительные и на обед, и на ужин, и даже на музыкальный вечер. На радость Елизавете Александровне. Самого графа, что стоял выше всех жителей данного городка, нельзя было игнорировать, и многие захотели ухватиться за возможность, чтобы все выпытать непосредственно у участников шума. Даже баронесса Дашковская воспользовалась моментом, чтобы оказаться в числе первых, кто услышит историю соединения нашей семьи из первых уст. Только я была непреклонна и ни одно из приглашений принимать не собиралась. Матушка осталась недовольна моим решением, но я и не думала отступать от своих слов. К тому же, на мою сторону встал и сам граф Орлов.

− У нас нет времени разъезжать по гостям, − подытожил он в один из вечеров, когда матушка снова взялась за свое и пыталась нас уговорить принять хотя бы одно из приглашений, что приходили каждый день. Многие не чурались прославиться своим дурным тоном, отправляя к нам своих слуг повторно, будто их первую записку те потеряли по дороге. – Нам нужно как можно больше узнать друг о друге, также и проводить время вместе. Влюбленные друг в друга люди не должны шарахаться от партнера. Да и нашу легенду лучше стоит озвучить в кругу своих, чтобы в случае чего все оставалось внутри семьи, а не стало всеобщим достоянием. Думаю, в столице у вас есть родные и друзья, кому вы можете безоговорочно доверять?

Графу Орлову матушке возразить было нечем. И Елизавете Александровне ничего не оставалось, как заняться написанием ответов. Я же решила отнести в гимназию свои последние работы, заодно и поговорить с Сергеем Викторовичем. Иван Васильевич обещался дождаться меня дома, а после уже прогуляться. И все свое внимание уделил Виктории. Мужчина, на мое удивление, очень быстро поладил с малышкой. Я не знала, радоваться этому или отнестись с подозрением?

Гимназия встретила меня тишиной. Все были на занятиях. И я уверенно направилась к кабинету директора, не став откладывать разговор в долгий ящик.

− Проходи, Дарья, − Сергей Викторович тут же поднялся на ноги и обошел стол. – Я уж подумал, что ты укатишь в столицу со своим мужем, даже не попрощавшись с нами.

− Я не собираюсь бросать учебу, − твердо заявила я, на пару секунд заставив мужчину задуматься. – Мой супруг не против образованной жены рядом. И я пришла к вам обсудить, как лучше поступить в моем случае. В столице нам, скорее всего, придется задержаться на неопределенное время. Иван Васильевич предлагает мне перевестись, если в столичной гимназии согласятся. Что бы посоветовали вы?

Мужчина ничего не ответил. Сергей Викторович встал и прошелся по своему кабинету, задумавшись.

− Умница, что не собираешься бросать учебу, − в голосе директора я прознала нотки гордости. По мне прошлась волна удовлетворения. В своей прежней жизни я и не слышала одобрений в свой адрес, не то, что похвалу или чувства гордости за мои достижения, но и слова одобрения. – Насчет перевода нужно подумать. На днях я собираюсь в столицу. Обязательно переговорю с директором их гимназии. Думаю, этот вопрос можно решить. Заочная форма обучения уже вызвала немало шуму. Все благодаря тебе. Я уже получил более десятка писем, где мои знакомые и друзья интересуются этим. Не ровен час, все светские матроны захотят обучить своих дочерей, чтобы хвастать этим перед будущими женихами, − повеселел Сергей Викторович. – Вроде и дочь дома, но в то же и с образованием. Все в плюсе.

Еще некоторое время обсудив детали и договорившись встретиться в столице, я вышла из кабинета директора. Дождалась перерыва между занятиями и сдала свои работы. Некоторые преподаватели смягчились и уже относились ко мне не так категорично, как было в самом начале, видя мое усердие и рвение к учебе и к их предмету. И мне не хотелось их разочаровывать. Получив новые задания и список литературы, я завершила в гимназии почти все дела. Осталось заглянуть еще и к Александре Ивановне. С моей стороны было бы нехорошо уехать, не попрощавшись с ней. Куратор точно обидится.

В классе она была не одна. Но стоило ей заметить мой приход, как она тут же отпустила всех.

− Все вопросы обсудим на следующем занятии, − и ученицы, смерив меня недовольными и в то же время любопытными взглядами, вышли в коридор. Александра Корнилова сама закрыла за ними дверь, исключая вариант с подслушиванием. – Рассказывай! – чуть ли не приказала она, устраиваясь на стуле напротив меня. Глаза девушки светились любопытством.

− Я уезжаю с мужем в столицу, − озвучила я и выдохнула, глянув на своего куратора. Ей тоже была известна только та версия, что мусолили и остальные жители Васильевска. Может, когда-нибудь я и решусь рассказать ей всю правду, но только в далеком будущем, когда буду полностью уверена, что ни мне, ни моей дочери, как и мужу это не причинит вреда.

Вдоволь наговорившись, мы обнялись, обещав друг другу переписываться, и расстались с Александрой на приятной ноте. Теперь можно было возвращаться домой. Но какого же было мое удивление, когда, оказавшись на улице, перед гимназией меня встретил сам граф, еще и не один.

− А вот и наша мама, − Иван Васильевич будто почувствовал мое приближение и тут же посмотрел на меня, как только я шагнула на улицу.

Я была сильно удивлена не только тем, что граф вместе с моей дочерью пришел меня встречать, но и тем, что перед ним стояла неплохая версия современной коляски. И где он, интересно, её нашел?

− Откуда сие чудо? – не удержалась я и шагнула к ним, не сводя глаз с детского транспорта. Ведь с рождением малышки не было ни дня, чтобы я не вспоминала многие детские вещи и принадлежности, что можно было без труда купить на Земле. Но здесь про них пока и не ведали. Особенно сильно страдала без памперсов, часто вставая за ночь, чтобы поменять дочери мокрые пеленки.

− Мой друг постарался, − не вдаваясь в подробности, кратко ответил граф. – Все решила насчет учебы? – и взгляд мужчины, такой внимательный, уперся в меня.

Я сглотнула и кивнула. Иван Васильевич не прервал взгляда. Некоторое время мы стояли друг напротив друга, глядя в глаза. Я, вцепившись в ручку коляски, граф, прижимая Викторию к себе. Мы одновременно вздрогнули, когда двери гимназии с грохотом закрылись. Кто-то вышел, возвращая нас в реальный мир.

− Тогда домой? – предложил граф и положил ребенка в коляску. Дочь причмокнула и даже глаза не открыла. Спала на свежем воздухе как убитая.

Мы потихоньку тронулись в сторону дома. Иван Васильевич сам толкал коляску, что было весьма непривычно для меня. Я уже успела привыкнуть к тому, что с детьми и домашним хозяйством управляются женщины. Мужчины добывали деньги и не одобряли, когда в их дела совались жены. Как и не любили, когда их втягивали в домашние хлопоты. Сейчас же граф Орлов показывал пример того, каким на самом деле должен быть любящий муж и заботливый отец. И вместо того чтобы радоваться и принимать такое положение дел, на душе скребли кошки. Что, если граф старался только для вида? Что, если по прибытию в столицу он начнет вести себя, как и все другие мужчины?

Сомнения заполнили всю голову, что рядом с графом я шла с понурой головой. Правда, Иван Васильевич не дал предаться унынию.

− Расскажите о себе, Дарья, − попросил он меня. – Поделитесь тайнами, которые может и должен знать только супруг.

Я подняла голову и с удивлением взглянула на графа. Внутри меня зашевелился червячок сомнения. Неужели мужчина что-то подозревал по отношению ко мне? Шестое чувство или хорошая интуиция? Вот только в глазах графа заметила смешинки, что озорно выплясывали кадриль или мазурку, и выдохнула.

− В моей жизни не случалось ничего такого захватывающего, с чем я бы могла поделиться со своим мужем, − отозвалась я, спрятав улыбку.

− Так уж совсем ничего? Дарья Николаевна даже в детстве не шалила? – подначивал меня граф. – Я вот, к примеру… − договорить Ивану Васильевичу возможности не дали. К нам бесцеремонно подошла сама Дашковская.

По дороге нам встречались и другие жители Васильевска. Будто они специально вышли на прогулку, чтобы попасться нам на глаза. Кто-то даже пытался заговорить с нами, но Иван Васильевич заботливо и в то же время искусно оберегал наш покой. Он любезно отвечал на приветствия любопытных жителей и тут же придумывал отговорку, почему мы спешили и не могли с ними вести долгие разговоры. Обыватели даже не успевали раскрыть рта, чтобы озвучить свое приглашение на ужин или на чай, как граф уже вел нас вперед. За что я ему была очень благодарна. Но с баронессой Дашковской не прокатило. Все же граф нашел повод отказать женщине.

− Наталья Павловна, к сожалению, я должен вам отказать, − граф Орлов твердо стоял на своем. − Я хотел бы побыть с семьей. Сами понимаете, долгая разлука, новость о потере, переезд супруги в другой город. Я даже про дочь не был в курсе. Мы разлучились с Дарьей до того, как она узнала о своем состоянии. О том, что я стал отцом, убедился только приехав сюда. Сейчас я бы хотел побольше времени побыть с ними. В гости к вам всегда успеем.

И пока баронесса приходила в себя, граф шустро повел нас по улице дальше. Такими темпами до дома мы дошли очень быстро, но сюрпризы на этом не закончились. Возле дома Иван Васильевич тянул время.

− Не хочешь сходить в театр? Сегодня там дают какую-то комедию. Билеты я уже взял, − предложил граф, не торопясь войти в дом. – Нужно закрепить слухи и всем показать, что, несмотря ни на что, наша семья воссоединилась. Чем больше обсуждений, тем легче что-то доказать потом. Слухи многое подтвердят за нас. Уверен, что многие жители Васильевска уже отослали в столицу не одно письмо своим родственникам. Высший свет уже вовсю гадает что к чему и с нетерпением ожидает нашего приезда. Раз мы не принимаем приглашения, то хотя бы нужно выйти в люди. Не можем же мы вечно прятаться от них. Нужно научиться держать удар. И на первое время, сливки общества Васильевска отлично подойдут на эту роль. Вместе мы справимся, − тепло улыбнулся мне граф.

Предложению уже почти мужа я была рада. Мне захотелось захлопать в ладоши. Будь моя воля, то я вообще не уезжала бы из этого городка. Несмотря на слухи, здесь все же было спокойно. Да и граф рядом. В столице же нас ожидал чуть ли не серпентарий. Каждый будет пытаться ужалить и укусить. А наши отношения еще так хрупки, что от любого косого взгляда в нашу сторону могли разойтись, как куски материи по швам. Здесь же мы могли насладиться обществом друг друга. Хоть ненадолго, но такой шанс нам выпадал.

− И, если быть честным самим с собой и с тобой, мне хотелось бы как можно больше времени провести вместе, − произнес Орлов, шагнув ко мне и заставив покраснеть.

И я кивнула, соглашаясь на его предложение и пряча глаза. Неужели я начинала влюбляться?

Глава 18

Глава 18

Снова замуж

Дарья Заступова

Васильевск мы все же оставили. К сожалению.

Не успели мы с Иваном толком узнать друг друга, как и я насладиться обществом будущего мужа, как уже пришлось складывать вещи. Графу пришло письмо от императора и нам пришлось спешно собираться в дорогу. Точнее, писал граф Шувалов, правая рука правителя, и настоятельно просил как можно скорее оказаться в столице и посетить дворец. Император хотел знать новости. Такие просьбы игнорировать было нельзя. Взяли с собой самое необходимое и уже через неделю заняли целое купе в поезде до самой столицы.

В нашем были только мы втроем. Граф выкупил все билеты. Матушка ехала в соседнем с нами вместе с Наташей. Нянюшка отказалась возвращаться с нами в столицу. Точнее, она металась между Михаилом Григорьевичем, который приглянулся ей за это время, и мной вместе с Викторией. Да и сам мужчина питал к нянюшке нежные чувства. Четков словно помолодел на несколько лет. В конечном итоге мне удалось уговорить женщину задержаться в Васильевске. Каждый человек достоин счастья, несмотря на возраст.

− Если станет невмоготу, то мы всегда будем рады твоему возвращению, − прощалась я с ней, едва сдерживая слезы. – К нам ты всегда успеешь.

Вера поистине стала мне очень близка и было жаль расставаться с ней. Но не могла же она всю жизнь посвятить нам. Да и в столице мы с Викторией после пары дней в гостях у родителей Дарьи должны были переехать в столичный особняк Орлова. Куда муж − туда и жена. Но одно упоминание о столице лишало меня спокойствия и сна. Я переживала сильно, из-за чего у меня пропало молоко. Матушка спешно искала кормилицу и ей это удалось. Она должна была дожидаться нас в родительском доме.

Паровоз упорно мчался вперед, приближая нас к столице. Мирный стук колес убаюкал меня. Я сама не заметила, как уснула, наблюдая за тем, как Иван возился с Викторией. Было видно, что он души в ней не чаял, и я начала доверять ему малышку. Проснулась внезапно, словно меня заставили вынырнуть из царства Морфея. В купе никого не было. Я заволновалась и заметалась. Выскочила в коридор и чуть не сшибла графа, на руках с дочкой.

− Я вас потеряла, − потупив взгляд, призналась я, пытаясь унять сердце.

− Мы ходили за чаем. До столицы еще есть время, можем спокойно собраться, − граф передал мне Викторию и пропустил обратно. Дальше мы пили чай, что принесла проводница, и вели разговоры ни о чем, но по большей части молчали.

На вокзале нас встретил сам граф Заступов. Он долго обнимал меня, словно не мог надышаться. Затем мы спешно направились в имение родителей Дарьи. Николай Дмитриевич тут же увел Ивана Васильевича. Они вдвоем заперлись у него в кабинете, убедительно попросив не отвлекать их. Матушка же занялась хозяйством, подгоняя слуг. За время ее отсутствия было видно, что они немного распустились. Со мной и Викторией осталась одна Глаша. Наташа обещала навестить нас только через пару дней, как повидается с отцом.

− Дарья Николаевна, можно? – девушка смотрела на дочь, но пока побаивалась взять ее на руки.

Я кивнула, осматриваясь в своей комнате. Здесь почти ничего не изменилось, за исключением того, что поставили детскую кроватку. Елизавета Александровна была в курсе того, что я сама хотела кормить и ухаживать за своей дочерью, когда как другие предпочитали кормилиц и нянюшек. Правда, после переезда в дом графа Орлова придется выделить Виктории отдельную комнату. Правда, матушка выделила комнату для кормилицы и здесь.

− А правда, что вы с мужем приехали? – я понимала любопытство Глаши, как и других слуг.

Я выдала девушке ту же версию, что и для высшего света. Как Иван Васильевич прибыл в наш город по важным делам. В то же время я прогуливалась по лавкам. В один момент мальчишка выкрал у меня кошелек и убежал. Мои крики помощи были услышаны поручиком Орловым. Он и догнал мальчишку, как и вернул мне кошелек. Симпатия между нами появилась сразу, но долг перед родиной все же разлучил нас, как и зависть подруг. Одна коварная девушка являлась родственницей одного командира и добилась того, чтобы поручика Орлова включили в группу, которая должна была отправиться испытать новое оружие. Испытание оказалось неудачным, а взрыв унес жизни многих людей. Вот только судьба оказалась более благосклонна нам и вновь соединила нас. Глаша охала и ахала, временами вставляя свои желания. Девушка тоже бы хотела такой любви, как у нас с графом.

− В твои-то годы, − улыбнулась я ей. – Встретишь еще своего графа.

Правда, он скорее окажется кучером или конюхом, но озвучивать свои мысли вслух я не стала. Пусть Глаша и дальше верит в чудо. Во многих случаях только вера заставляла нас идти дальше, а не опускать руки. К тому же, в истории бывали случаи, когда аристократы влюблялись в прислугу. Редко, но все же случались. Ведь я попала же в прошлое или другой мир. Чем черт не шутит или судьба не благоволит. Как говорится, любовь зла, полюбишь и…

Отец и, можно считать, уже муж вышли к нам только к ужину. Мы с матушкой уже извелись, когда они появились в гостиной. Оба были спокойны. Видимо, обо всем договорились. Вот только о чем именно они разговаривали, для нас оставалось загадкой. Да и вопросы задавать я не стала. Матушка всех позвала на ужин. Слуги еще полчаса назад доложили о готовности.

− Завтра вы женитесь. Официально, − первым заговорил Николай Дмитриевич.

За дверью раздался звон битья посуды, у меня же из рук выпала ложка. К такому резкому повороту событий я не была готова. Подняла ложку, после чего мне заменили ее на чистую. Все это время за столом воцарилась тишина. Когда я уже была готова к продолжению разговора, рядом со мной заерзал Иван Васильевич и кивнул Заступову, после чего отец Дарьи снова заговорил.

− Недалеко от столицы, в маленькой деревушке сгорела церковь, − начал он немного издалека. Пока я не особо понимала, почему нужно было ехать так далеко. – Церковь отстроили заново, а вот метрическую книгу не так-то просто восстановить. Священника там поставили нового взамен старому. Отец Александр ждет вас у себя завтра.

Никто за столом не возразил. Взглянула на графа Орлова. Казалось, что он был вполне доволен сложившимися обстоятельствами. Ужин завершился чуть ли не в полной тишине. Николай Дмитриевич свое слово сказал и дальше лишь изредка поглядывал в нашу с Иваном Васильевичем сторону. Елизавета Александровна вела себя так, словно такие семейные вечера проходили у нас чуть ли не каждый вечер. Матушка была весьма довольна, что рядом со мной сидел граф Орлов.

На другое утро я встала сама до того, как ко мне явилась Глаша. Виктория спала в другой комнате, из-за чего мне удалось выспаться. Кормилица обещалась справиться сама. Иметь няню и кормилицу не так уж и плохо. Девушка помогла мне собраться, и я поспешила вниз, прежде заглянув в детскую. Виктория безмятежно спала. Завтракать я отказалась. В такой волнительный день кусок в горло не лез. Иван Васильевич был в полном параде и вовсю игнорировал примету не видеть невесту в день свадьбы в платье. Правда, платье на мне было не подвенечное. Простое, светлое, выбранное из прежнего гардероба Дарьи.

До нужной церкви доехали мы быстро. Новая церковь хоть и была открыта для прихожан, но территория вокруг нее не до конца обустроена. И нас действительно ждали. Отец Александр встретил нас чуть ли не возле входа. Внимательно оглядел с ног до головы и только затем пригласил пройти вперед. Мы с Иваном переглянулись, но ни словом не обмолвились.

Батюшка провел нас в один из закутков церкви и встал возле подсвечника.

− Слушаю вас, дети мои, − священнослужитель был немногословен.

Мы с графом снова переглянулись, после чего Иван заговорил.

− Я военный человек. Совсем недавно со мной приключилась беда. Я был ранен и много времени провел без сознания. За это время родные меня потеряли и похоронили. Супруга уже отходила положенный траур. Но Боги сохранили мне жизнь. Я много времени провел в госпитале, а затем вернулся в родные края. Только здесь меня уже никто не ждал. Все уже давно простились со мной. Правда, жена родила нашу дочь и хранила память обо мне, как и верность. И вот мы узнали, что церковь, где нас соединили в семью, сгорела, и решили навестить вас, чтобы наши имена заново внесли в метрическую книгу. Вы же восстанавливаете ее? Мы бы хотели быть внесенными в нее. И как не заново венчаться, раз меня уже посчитали мертвым и успели проститься? Считайте, я заново родился. Умер поручик Орлов, а воскрес граф, − на последнем слове батюшка все же взглянул на Ивана.

Отец Александр слушал внимательно, не перебивая. Иван Васильевич говорил складно, я же стояла рядом и не вмешивалась, временами поддакивая и кивая головой. Женщина должна была быть покорной и рядом с мужем. Другого от нее и не требовалось. К тому же мне не хотелось, чтобы из-за меня все порушилось. Я смотрела на огонь свечи и молилась, чтобы в моей жизни, наконец-то, все стало хорошо, как и у моих родных. Да, мы шли на некоторый обман, но кто в жизни не лжет?

Вскоре разговоры сникли, и отец Александр согласился провести обряд по новой. И я, и Иван облегченно выдохнули. Осталось выстоять положенное время и можно возвращаться домой. Но рано я радовалась. Нас сперва попросили отстоять утреннюю службу. До этого в имение Заступовых была отправлена записка, чтобы к нам прислали свидетелей. Про них мы как-то не подумали. Еле вытерпела запах ладана, от которого мне становилось дурно и волнами накатывала тошнота. Еще и ловила подозрительные взгляды отца Александра, а после службы я чуть ли не выбежала на свежий воздух. Иван последовал за мной. И только после того, как убедился, что с его будущей женой все хорошо, он вернулся к батюшке. Раньше я никакого дискомфорта в церкви не испытывала. Хотя…

Я пальцем одной руки могла пересчитать, сколько раз в своей прошлой жизни посещала церковь. Матушка недолюбливала их и считала всех боговерующих людей чуть ли не сумасшедшими, а самих священников едва ли не приравнивала к шарлатанам. Правда, меня все же крестили.

Пока я наслаждалась теплыми лучами солнца, до церкви добрались Наташа Лазарева и друг графа Орлова, Илья Строганов. Если последнего я не очень была рада видеть, то присутствие подруги подняло мне дух. И мы все прошли внутрь, чтобы выйти оттуда уже мужем и женой.

Таинство венчания почти завершилось, когда отец Александр встал к нам лицом и проговорил, что мы теперь можем поздравить друг друга. Иван Васильевич словно только этого и ждал. Тут же шагнул ко мне, притянул меня к себе и, на мое разочарование, целомудренно три раза поцеловал в щеку. Разве я ожидала другого? Мы же не в ЗАГСе. Дальше мы выслушали напутственные слова батюшки, и нас, наконец-то, отпустили, предварительно внося наши имена в метрическую книгу. Запись нашего венчания значилась датой намного позже, чем сегодня.

− Не зря гадали, − прошептала мне Наташа, когда мы уже вышли на улицу и она меня обняла, поздравляя. – И имя тоже совпало. Иван, − протянула девушка, подмигивая мне.

Я лишь закатила глаза. Гадание тут явно было ни причем. Мы сами строим свою судьбу. И, выдумав историю, я сама написала ее. Теперь оставалось только принять ее и жить дальше. Но трудности на нашем пути только начинались.

Глава 19

Глава 19

Новый дом

Дарья Заступова

− В случае чего ты всегда можешь вернуться домой, − прошептала мне Елизавета Александровна, прощаясь со мной. – Мы будем ждать, − вытирая слезы, матушка сделала несколько шагов назад, уступая право прощаться Николаю Дмитриевичу.

− Если обидит, дай нам знать, − мужчина поцеловал дочь в лоб, на ненадолго замерев. – Ты всегда желанная гостья в доме.

Батюшке тоже пришлось меня отпустить. Граф Орлов усиленно делал вид, что тщательно проверяет как хорошо прикреплен багаж, заодно как устроились кормилица с Викторией, давая мне время на прощание с родителями. Я смахнула слезу и направилась к карете. Долгое прощание – долгие слезы. Вложила руку в ладонь теперь уже мужа и забралась в карету, но на подножке все же обернулась. Отец обнимал супругу, поддерживая ее. Сзади стояли слуги, которые тоже вышли попрощаться со мной. Не было только Глаши. Отец настоял на ее поездке в дом графа Орлова, чтобы хоть одна родная душа была рядом со мной в случае чего. Но я понимала, что девушка будет докладывать о моей жизни Заступовым, и приняла. В новом доме мне действительно не помешало иметь верного слугу.

− Я должен был предупредить еще ранее, но я все никак не решался, − Иван заговорил лишь тогда, когда мы уже были близки от его имения. До этого мы дружно хранили молчание, словно нам не о чем было разговаривать. Каждый ушел в свои мысли и переживания. Ведь и я, и граф начинали новый период нашей жизни. – Мои родственники не самые приятные люди. Они до сих пор не приняли, что отец оставил все состояние мне. По условиям завещания я должен позаботиться о своих сестрах, заодно и выдать их достойно замуж. Была бы возможность, то я купил бы им новый дом и обеспечил всем необходимым, но до замужества девушки должны жить в отчем доме.

Граф договорил, и карета остановилась. Я сглотнула, словно как только мы выйдем наружу, то пути назад для меня не будет. Иван дал нам немного времени отдышаться и только после первым вышел из кареты. Подал мне руку и не выпустил ее, положив на свой сгиб локоть. И мы направились к дому.

− Они будут шипеть и сочиться ядом, − продолжил он разговор, начатый еще в карете. – Обо всех их нападках сообщайте мне. Я быстро их усмирю, отрезав им содержание.

Я лишь кивнула, не спеша давать обещание. Словесным нападкам я и сама смогу дать отпор. К тому же, у меня вряд ли будет время сидеть дома и попивать чай с новыми родственниками. Нужно будет навестить гимназию и решить вопрос с учебой, заодно и заняться хозяйством. Теперь я хозяйка дома и должна буду отвечать за многое.

Наш приход вышел оглушительным. Стоило нам войти в открытую дворецким дверь, как в главном зале пробили часы. Старинные, с гирями и с маятником посередине. Такие были у моей бабушки, но они просто висели на стене на даче для красоты, да и жаль было их выбрасывать. Здесь же я могла воочию наблюдать за работой часов, как и слышать их бой.

− Рад вас видеть в полном сборе и добром здравии, дорогие родственники, − проговорил граф Орлов, подведя меня к шеренге женщин. Впереди стояла женщина в возрасте. Скорее всего, вдова прежнего графа. Рядом с ней две молодые девушки моего возраста. На несколько шагов за их спинами выстроились слуги, к которым присоединился и дворецкий. – Заодно хочу представить вам всем мою супругу Дарью Николаевну, графиню Орлову. Прошу принять и жаловать. С этой самой минуты она полноправная хозяйка здесь. Ее приказы и просьбы выполнять неукоснительно.

На краткий миг в зале наступила тишина. Иван смерил взглядом всех присутствующих, задержав предостерегающий на сестрах и вдове. Но по виду женщины можно было сказать, что она вряд ли послушается.

− Тихон, − обратился он к дворецкому. – Хозяйские покои готовы? А детская? Все сделали так, как я просил? – мне оставалось только удивляться, когда Иван Васильевич все успел.

Мужчина в ливрее молча кивнул, подтверждая готовность комнат. Остальные слуги все также оставались на своих местах.

– Тогда я буду рад представить вам еще одного члена нашей семьи, − граф Орлов, наконец-то, выпустил мою руку и развернулся в сторону Глаши и кормилицы, что все это время находились за нашими спинами и на руках последней находилась Виктория. – Моя дочь, Виктория Ивановна Орлова. Моя радость и свет в окошке, − мужчина взял на руки малышку и показал слугам. Сразу вспомнилась сцена со львенком Симбой¹ и как его представляли. На глазах навернулись слезы. Мужчина все же сумел полюбить девочку как свою родную.

Но, видимо, ребенок считал момент подходящим, чтобы заявить о том, что он проголодался, и издал недовольные звуки. Иван тут же прижал к себе и начал с ней разговаривать. Многие слуги умиленно заохали, не сводя глаз с моей дочери и графа. Остальных же я постаралась запомнить на лицо и в скором времени распрощаться с ними. Мне не нужна была в услужении прислуга, что все будет докладывать вдове. Две хозяйки в одном доме не уживаются.

− Всех прошу вернуться к своим обязанностям, − слуги тут же разошлись. Остался только Тихон в ожидании приказов графа. – Пойдем, дорогая, нам стоит отдохнуть после дороги.