Текст книги "Лес за Гранью Мира (сборник)"

Автор книги: Уильям Моррис

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 67 страниц) [доступный отрывок для чтения: 28 страниц]

Глава IX
Новое приключение в Гиблом Лесу

Оставшись один, Ральф немного подумал и решил, что ни за что не станет торопиться в Город Четырёх Рек. Он сказал себе: «Эта дорога совсем не похожа на ту, что вела от отчего дома, и, похоже, на ней меня ожидают приключения. Останусь-ка я здесь ещё на часок-другой, только не буду отпускать от себя коня да постараюсь не заснуть, чтобы ничто не застало меня врасплох».

Решив так, он свистнул своего коня Сокола, и тот с радостным ржанием примчался к горячо любимому хозяину. Ральф привязал его неподалёку от себя к молодому деревцу. Он думал в это время о разных вещах: о людях, встреченных им у границ Верхних Лугов, и о том, что сейчас делают его братья. Было пять часов пополудни. Солнечные лучи косо падали сквозь ветви благородных дубов, и запах травы и папоротника, примятого копытами лошадей умчавшихся куда-то воинов, витал в тёплом летнем воздухе. Юноша немного посидел, глубоко задумавшись и стараясь не заснуть, но приглушённый звук маленького ручейка, журчащего где-то внизу, в долине, смешиваясь с ещё более тихими звуками леса, действовал на него убаюкивающе. Наконец, сон овладел им, Ральф откинул голову на папоротник, и через несколько минут уже снова спал и видел сны, в которых беспорядочно смешались воспоминания прошлых дней.

Вновь проснувшись, Ральф немного полежал, стараясь понять, где он находится, а когда сон окончательно его покинул, встал и огляделся. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая дубовые стволы в золотисто-красноватый цвет. Юноша постоял немного, наблюдая за игрой трёх зайцев, что подобрались к нему, когда он спал, и теперь не обращали на него никакого внимания. За деревьями, неподалёку от себя, он также заметил оленя и пару ланей. В вечерней прохладе они щипали траву, медленно переступая с места на место. Вдруг они встрепенулись и легко сбежали вниз по склону маленькой долины. Ральф, обладавший как чутким слухом, так и острым зрением, услышал стук копыт, который долетел до него с лёгким, только что поднявшимся северо-западным ветром.

Юноша подошёл к Соколу и, отвязав его, остановился, держа поводья в руке и проверяя, как быстро он сможет вынуть из ножен свой меч. Ральф прислушивался, а звук доносился всё ближе и ближе. Тогда юноша легко вскочил в седло, намотал поводья на левую руку и сидел так, вглядываясь в лесную просеку и пытаясь определить, не лучше ли будет ему ускакать от опасности. Наконец, он услышал грубые голоса и насвистывание, и где-то с северо-запада, на дороге, пересекавшей ту, по которой он сам недавно ехал, показались незнакомцы. Ральф сразу заметил, что их было двое. Они ехали верхом и были вооружёны. Он достал меч и ждал, когда они подъедут поближе к развилке, а незнакомцы, приблизившись настолько, что заметили блеск его доспехов, натянули поводья и остановились, пристально его рассматривая. Тогда Ральф разглядел, что они были вооружены и одеты так же, как и предыдущие воины. Тот из всадников, что ехал вторым, держался немного позади своего товарища. К плечу он прислонил длинное копьё. Первый же был препоясан мечом, на шее у него висела небольшая секира, а правой рукой он как будто вёл кого-то, но Ральф не мог разглядеть, кого, так как воин был повёрнут к нему и к развилке левым боком. Зато, вглядевшись, Ральф увидел, что на луке седла копейщика висела человеческая голова, рыжеволосая и рыжебородая. Копейщик подъехал ближе и громко и весело крикнул Ральфу:

– Здорово, рыцарь! Куда держишь путь? Зачем шатаешься по зелёному лесу с мечом в руке?

Ральф уже собирался ответить, но первый воин, подъехав ещё на какое-то расстояние, повернулся другим боком к Ральфу, и юноша увидел, что было у него в правой руке. Оказалось, что на верёвке всадник вёл привязанную за шею женщину (при этом руки её оставались свободными), как если бы это была корова и он вёл её на рынок. Когда воин остановился, пленница прошла чуть вперёд, к голове коня, так, чтобы верёвка не была натянута. Теперь Ральф мог её хорошо разглядеть. Она не то чтобы была совсем без одежды, но надето на неё было немногое: всего лишь короткое прямое платье из льна да ботинки. В то же время Ральфу показалось, что пленница не из простых людей, так как он уловил блеск золота и жемчуга на её руках, а на голове у неё увидел золотую диадему. Эта женщина стояла рядом с конём, сложив руки на груди, и смотрела на всё происходящее, как на представление, разыгрываемое для её развлечения.

Увидев её, Ральф будто онемел, а копейщик вновь закричал:

– Эй, юнец, ты будешь говорить? Или ты потерял дар речи от страха перед нами?

Тогда Ральф нахмурился, сначала покраснел, потом побелел, поскольку был разгневан, но вместе с этим не знал, как поступить, и наконец произнёс:

– Я путешествую в поисках приключений и, похоже, одно уже нашёл. Что вы собираетесь сделать с этой женщиной?

Тот, что держал верёвку, ответил ему:

– Не забивай этим свою голову. Она получит по заслугам. Что же касается тебя, то радуйся, что ты не из её друзей, так как ни капли не похож на них. Иди с миром своей дорогой.

– Я не сделаю ни шага, – ответил Ральф, – пока вы не отвяжете женщину и не позволите ей уйти. Или пока не расскажете мне самое страшное из того, что она сотворила.

Воин рассмеялся и произнёс:

– Это будет долгая история, к тому же у тебя мало шансов дожить до её конца.

С этими словами он кивнул головой копейщику и тот, мгновенно опустив древко копья на упор*, пришпорил коня и стремительно поскакал на Ральфа. На этом наша история могла бы закончиться, да только Ральф при всей своей молодости был настороже и прекрасно управлял Соколом: поворотом запястья он заставил его отступить в сторону, так что воин, к своему стыду, промахнулся и не сумел достаточно быстро натянуть поводья, чтобы остановить своего коня. Когда же он, пригнувшись, проезжал мимо Ральфа, юноша, взяв в обе руки меч и привстав на стременах, ударил всадника что было силы. Удар пришёлся на шею противника, между шлемом и курткой, и ни кожа, ни кольчуга не сдержали его, так что голова воина была почти отрублена, а сам он с грохотом упал с седла. Но ноги его застряли в стременах, и конь галопом потащил седока по ровной грубой земле между лесными деревьями, а Ральф уже повернулся, чтобы отразить нападение второго воина. Несмотря на гнев и ярость, вызванные убийством, юноша чётко видел противника на фоне деревьев. Воин замер в нерешительности, держа в руке секиру, а женщина немного отступила назад. Но как только Ральф поднял меч и пришпорил Сокола, она легко, как леопард, прыгнула в седло позади врага, обхватила его руками и попыталась стащить с коня, тогда как воин замахнулся на неё секирой. Ральфу, спешившему к ним, она закричала:

– Бей его, бей, милый посланец небес!

Ральф подоспел к ним как раз вовремя, и хотя он сомневался, стоит ли убивать противника вот так, в объятиях женщины, в то же время он опасался, что, если не поторопится, воин может убить пленницу, а потому нанёс ему удар мечом, от которого тот сразу же умер и упал вниз головой с коня, потащив за собой женщину.

Ральф соскочил с Сокола, а женщина поднялась ему навстречу. Её белое платье было запятнано кровью убитого, но она стояла перед Ральфом спокойно и величественно, словно на возвышении в богато украшенном зале. Она произнесла:

– Молодой воин, ты поступил правильно, как и подобает рыцарю, и я позабочусь о том, чтобы ты получил награду за свой поступок. Послушай моего совета и не ходи в Город Четырёх Рек. Слухи о том, что ты сейчас сделал, быстро распространятся, как если бы они всплыли на поверхность одной из Четырёх Рек. Тебе не избежать кнута и виселицы. Жители этого города – грабители и безжалостные убийцы. Хорошо, что ты верхом, ведь те, кто послал моих мучителей, ныне убитых тобой, пошлют на тебя армию, которой ты в одиночку не сможешь противостоять. Лучше последуй моему совету: отправляйся по дороге, ведущей на восток, и тогда ты придёшь в Хэмптон под Утёсом. Там живут мирные и дружелюбные люди.

Пока она говорила, Ральф пристально наблюдал за ней и заметил, что она произносила слова медленно и то краснела, то бледнела, то снова краснела, поднимая на него глаза. Но всё же, даже несмотря на её бедную одежду, юноше казалось, что он никогда не видел женщины прекрасней. Её волосы были тёмно-рыжими, глаза серыми, причём временами они казались светлыми, а временами темнели. Когда же она говорила или улыбалась, её глаза как будто наполнялись волшебством. Её губы не были ни тонкими, ни пухлыми. Круглый подбородок казался изящным, такого Ральф не видел ни у одной из женщин. Высокая и сильная, она была хорошо сложена. Глядеть на её руки и на всё её тело было приятно. Короткое платье из тонкого льна плохо скрывало её фигуру. Что бы о ней ни говорили, любой мужчина не смог бы отрицать, что она прекрасней всех на свете. Постепенно на её лицо вернулось спокойное и величественное выражение, как в самом начале разговора. Она положила руку Ральфу на плечо, улыбнулась, глядя ему в глаза, и добавила:

– Ты и в самом деле красив, но при этом удары твои тяжелы. – Она взяла руку Ральфа, погладила её и спросила: – Ты считаешь, что совершил нечто великое, прекрасное дитя? Возможно. И всё же некоторые сказали бы, что ты всего лишь убил двух мясников. Если же ты возразишь, что спас меня, то учти – возможно, я и сама бы вскоре спасла себя. Тем не менее, ты можешь быть спокоен, я считаю, что тебя ожидают и более великие события.

Женщина повернулась, посмотрела на мертвеца, чьи ноги всё ещё висели в стременах, как и у его товарища, с той только разницей, что конь этого воина стоял смирно, пощипывая траву, и сказала:

– Убери его, чтобы я могла сесть на коня.

Ральф высвободил ноги мертвеца из стремян и оттащил тело в густой папоротник, оставив его в этом укрытии. Повернувшись к даме, он увидел, что она ходит взад и вперёд около коня, в то время как тот мирно пощипывает свежую траву. Когда Ральф подошёл к ней, она взяла поводья в руку и поставила было одну ногу в стремя, словно собираясь сесть в седло, как вдруг внезапно соскочила и, повернувшись к Ральфу, обвила его шею руками и, краснея, несколько раз поцеловала его лицо, и лишь после этого легко вскочила в седло и, ударив коня пятками по бокам, поскакала на юго-восток так быстро, что вскоре скрылась из виду.

Ральф стоял, глядя ей вслед и удивляясь своему приключению. Он вспоминал её слова и спорил сам с собой, рассуждая, следует ли ему выбрать дорогу, по которой она запретила ему ехать и, наконец, решил: «Пока ещё я не получил ни царапины от оружия и, похоже, это место как нельзя лучше подходит для разных приключений. Ночью я всё равно не смогу добраться до Хэмптона под Утёсом, если уж мне предстоит отправиться туда, где живут эти мирные люди, а сейчас уже темнеет, так что лучше подожду до утра где-нибудь поблизости, но буду осторожен и, если смогу, спрячусь в лесу».

Приняв такое решение, Ральф затащил тело убитого в небольшой овраг, густо поросший высоким папоротником и ежевикой, и спрятал там так, чтобы его нельзя было сразу заметить. Затем он подозвал своего коня Сокола, оглянувшись в поисках места, где можно было бы его оставить, не отдаляясь от развилки. Он заметил небольшие заросли орешника и съедобного каштана около места, где лет десять назад упали два могучих дуба. Глядя оттуда через листву, Ральф довольно хорошо видел развилку, в то же время его самого нелегко было там заметить.

Он отвёл туда Сокола, снял с него поводья и привязал недоуздком в густом подлеске. Сам он сел поближе к дороге, снял с себя шлем, достал из дорожной сумки еду и перекусил тем, что у него было. Начиналась летняя ночь. После еды Ральф какое-то время сидел, вспоминая о том, что произошло на второй день его пути. На почти безоблачном небе взошла луна, но Ральф не заметил её, так как, хотя он вначале и боролся со сном, тот одолел его, и юноша спокойно проспал всю ночь. Он не видел той армии, о которой предупреждала дама, да её, по правде говоря, и не было.

Глава X
Встреча и расставание в Гиблом Лесу

Когда свежим утром первые лучи солнца окрасили небо, Ральф проснулся. Он сел и сразу прислушался, потому что, просыпаясь, слышал что-то и из осторожности решил быть бдительным. Со стороны утоптанной дороги доносился стук копыт. Ральф поднялся, подошёл к краю кустарника и, взглянув на развилку, увидел подъезжающего к ней всадника, укутанного в широкий плащ. На вид это был простолюдин. Всадник внимательно осмотрелся, пытаясь определить, нет ли кого-нибудь поблизости, затем спрыгнул с коня и откинул с лица капюшон. Казалось, он размышлял, по какой дороге лучше поехать дальше. Уже светало, и Ральф, присмотревшись, понял, что это была женщина. Тогда он тихо вышел из своего укрытия на открытое пространство. Незнакомка заметила его и поставила ногу в стремя, чтобы вскочить в седло, но всё же посмотрела через плечо и, изменив своё решение, сделала несколько шагов навстречу юноше, скинув свой плащ на землю.

Тогда Ральф увидел, что она была той самой девушкой из таверны в Буртоне. Ральф подошёл к ней и протянул свою руку. Она взяла её, подержала и, улыбаясь, произнесла:

– Только горы никогда не встретятся. Я шла по Вашим следам, хотя и не знала, где искать Вас в этом лесу, и рада, что случай свёл нас, так как я отправилась в дальний путь.

У Ральфа то ли от боли, то ли от стыда защемило на сердце, и он произнёс:

– Я странствующий рыцарь, и единственное моё занятие – поиски приключений. Так почему же мне не пойти с тобой?

Девушка серьёзно посмотрела на Ральфа, помолчала, а затем сказала:

– Нет, это невозможно, Вы сын лорда, а я дочь йомена…

Она запнулась. Ральф не отвечал ей.

– Кроме того, – снова заговорила она, – мой путь далёк, и я даже не знаю, насколько он далёк.

Так как Ральф опять ничего не ответил, девушка продолжила:

– Я отправилась на поиски ИСТОЧНИКА НА КРАЮ МИРА. Либо я найду его и буду жить, либо не найду его и умру.

Ральф ответил, но не сразу:

– Так почему бы мне не пойти с тобой?

Становилось светлее, и он видел, как девушка покраснела, затем побледнела и, сжав губы, сказала:

– Потому что Вы сами не желаете этого. Вы охотнее отправитесь в путь с кем-нибудь другим.

Он, в свою очередь, покраснел и ответил:

– Я не знаю никого, кто бы пошёл со мной.

– Что ж, – произнесла она, – всё едино. Я не возьму Вас с собой.

– А почему? – спросил он.

Она ответила:

– Поклянитесь мне, что ничего не произошло и ничто не изменило Вас за то время, пока Вы ехали из Буртона до этого места. Если поклянётесь – можете пойти со мной, если нет – то идите своей дорогой. Я говорю так, потому что вижу, чувствую – в Вас поменялось что-то со вчерашнего дня, и Вы уже вряд ли будете мне верным другом в моих поисках. Ведь идущий по тому пути, по которому иду я, должен быть прост и не думать ни о чём – только о поисках и о своём попутчике.

Девушка грустно посмотрела на него, а Ральф в этот момент думал о стольких вещах сразу, что и не знал, как отвечать. Наконец, он произнёс:

– Ты действительно должна отправиться на эти поиски?

– Ах! – ответила девушка. – Теперь, когда я встретила Вас и вновь говорю с Вами, всё, что осталось, это найти Источник!

Они снова постояли какое-то время в тишине, и на этот раз, когда девушка заговорила, голос её звучал так, словно она хотела казаться радостной:

– Я стою у развилки, и передо мной три дороги, кроме той, по которой я ехала. Думаю, южная дорога приведёт меня к Городу Четырёх Рек, и жители этого Города, насколько я знаю их, высмеют меня, если я спрошу об Источнике на Краю Мира. Дорога же на запад, как мне кажется, приведёт меня обратно, в населённую часть мира, о которой мне всё известно. Думаю, что нам нужно ехать на восток. Что Вы скажете на это, прекрасный лорд?

Ральф ответил:

– Я слышал недавно о том, что эта дорога неизбежно приведёт в Хэмптон под Утёсом, где живут доброжелательные люди.

– Кто Вам сказал об этом? – спросила девушка.

Ральф опять покраснел:

– Я услышал это от того, кто, как мне кажется, знаком и с этим народом, и с людьми из Города Четырёх Рек. Она-то и сказала, что жители Хэмптона – хорошие люди, а жители Города злы.

Девушка грустно улыбнулась, услышав, что Ральф произнёс «она» и, когда он закончил говорить, возразила:

– А я слышала, и совсем не вчера, что в Хэмптоне живёт Братство Сухого Дерева, и члены этого Братства – грабители и разбойники. Тем не менее, возможно, они окажутся лишь немногим хуже других, да и легенда говорит, что путь к Источнику на Краю Мира лежит мимо Сухого Дерева, поэтому туда я и отправлюсь сейчас. А теперь я скажу Вам «прощайте», поскольку, кажется, мы не увидимся снова.

– Милая девушка, – воскликнул Ральф, – почему бы тебе не вернуться в Буртон? Там бы я вскоре встретил тебя, и, кроме этого, я ведь тоже сейчас еду в Хэмптон. Может быть, мы встретимся там?

Она покачала головой:

– Нет. Я в начале длинного пути и не хочу задерживаться, притом если я увижу, что Вы входите в одни ворота, я выйду из других. Не хочу тратить время впустую, когда у меня на сердце неизлечимое горе. Я ведь уверена в том, что скоро Вы уже не захотите видеть меня в Буртоне или где-то ещё, поэтому я отвечу «нет» и «прощайте» раз и навсегда.

Она подошла к нему близко-близко, положила руки на его плечи, поцеловала, а потом, быстро отвернувшись, подобрала плащ, легко вскочила в седло, тронула поводья и отправилась по восточной дороге в сторону Хэмптона, оставив Ральфа, потупившего взор, искать ответы на новые вопросы. Всё ещё было раннее утро, а Ральф так плохо представлял себе, что ему делать, что повернулся и направился к своему убежищу в орешнике. Там он лёг, а мысли его сами собой возвратились к прекрасной даме, которую он освободил вчера. Ральф гадал, увидит ли он её снова, и, по правде говоря, сильно желал этого. С такими мыслями он снова заснул, ведь хотя ночью юноша и отдохнул немного, но он был очень молод и слишком сильно устал за прошедший день и телом, и духом.

Глава XI
Ральф выбирает путь

Когда Ральф снова проснулся, солнце уже светило сквозь листья орешника, хотя всё ещё было рано. Он отвязал коня, вывел его из кустарника и, остановившись, огляделся. Как раз в этот момент он увидел, что по правую руку от него по лесу, направляясь к перекрёстку, идёт человек. Вот он заметил Ральфа, остановился, натянул тетиву лука и только тогда осторожно подошёл к юноше. Ральф же направился к незнакомцу, не вынимая меча из ножен и ведя Сокола на поводу. Человек остановился и снял с тетивы стрелу. На нём не было доспехов, но на поясе висели маленький топор и охотничий нож. Его одежда была сшита из домотканой материи, и всем своим видом он напоминал крестьянина. Он поприветствовал Ральфа, и Ральф пожелал ему в ответ хорошего дня. Незнакомец был высоким и сильным, темнокожим и черноволосым, с жизнерадостным выражением лица. Обращаясь к Ральфу, он говорил свободно и искренне:

– Куда Вы направляетесь, покидая своё лесное жилище, милорд? Раньше оно служило убежищем для оленей и свирепых разбойников. Думаю, олени вполне могли бы выбрать Вас своим предводителем, чтобы собраться с силами да и одолеть всех разбойников, а заодно и ещё кого-нибудь.

Ральф ответил:

– Ну, на это я вряд ли смогу тебе ответить до тех пор, пока сам не узнаю, куда. Недавно я собирался в Город Четырёх Рек, а теперь думаю пойти в Хэмптон под Утёсом.

– Да ну? – удивился простолюдин. – Если правит чёрт, значит, мы едем в ад.

– Что ты имеешь в виду, добрый человек? – спросил Ральф. – Хэмптон такое страшное место?

И в этот момент ему в голову пришла мысль о том, что вечернее приключение, возможно, имело для него в некотором смысле роковое значение.

Простолюдин ответил:

– Если бы Вы были местным жителем, мне не пришлось бы отвечать на этот вопрос, но раз это не так, я отвечу. Впрочем, сделаю это только после того, как мы поедим. Я теперь голоден, а в суме у меня имеются и хлеб, и сыр. Вы можете присоединиться к моей трапезе, если тоже хотите есть, а скорее всего, Вы хотите, ведь Вы молоды и здоровы.

– Ты прав, – ответил Ральф со смехом. – Кроме того, я могу внести свою лепту в этот лесной стол, ведь и в моей суме осталось кое-что. Так не будем откладывать!

– С Вашего позволения, сэр, – произнёс простолюдин, – мы пройдём пару шагов в ту сторону, к лесному ручью. Там мы сможем пополнить запасы воды, когда опустеет моя фляга.

– А я сделаю встречное предложение, – возразил Ральф. – У меня есть кое-что повкуснее воды.

– И всё же, – отозвался простолюдин, – нам следует пройти к ручью ещё и потому, что здесь мы на открытом пространстве. Нас всего двое, а у этого перепутья дурная слава. Я проведу Вас туда, где мы будем в относительной безопасности и подальше от разбойничьей дороги, так что, если Вы доверяете мне, пойдёмте.

Ральф согласился, и они, отойдя на фарлонг в сторону от развилки, оказались в небольшой лощине, через которую протекал чистый ручей. Вдоль его берегов росла ольха. Простолюдин подвёл Ральфа к самой воде, где кусты закрывали их от постороннего взгляда. Там они сели, достали то, что у каждого было в дорожных сумках и начали есть. Во время этого занятия простолюдин сказал:

– Честный рыцарь, думаю, не ошибусь, если назову Вас так, хочу спросить вот о чём: у Вас какое-то дело в Хэмптоне?

Ральф ответил:

– Да. Я хочу обойти стороной Город Четырёх Рек, потому что, как я слышал, там нашли приют грабители да убийцы.

– Милорд, Вы узнаете, правда ли это, если посетите Город, но я скажу Вам так: там могут и убить, и ограбить, как в самом городе, так и в округе, но всё-таки по сравнению с Хэмптоном под Утёсом – это рай, где живут безгрешные души. Я тот, кто хорошо знает, о чём говорит, поскольку сам долгое время жил в аду, то есть в Хэмптоне, но сейчас я сбежал оттуда и направляюсь в Город Четырёх Рек. Если там меня сочтут за достаточно верного человека, чтобы позволить служить в их войске, то я смогу хоть как-то отомстить тем, кто погубил меня. Думаю, как раз один из них вложил в Ваши уста эту хулу на Город. Разве я не прав?

– Кто знает, – ответил Ральф. – По крайней мере, ты кажешься мне правдивым человеком.

После этих слов Ральф замолчал, раздумывая, не рассказать ли незнакомцу о том, что с ним приключилось, но, когда он вспомнил прекрасную даму, что-то удержало его от этого. В то же время сердце его подсказывало, что в Хэмптоне опасность подстерегает ту, другую девушку. Ральфу было неспокойно, и он решил, что ему нужно последовать за ней в этот город. Простолюдин с любопытством глядел юноше в глаза, но Ральф не замечал этого, поскольку взгляд его был направлен на то, чего не было у ручья. Возможно, если бы Ральф тогда присмотрелся к этому человеку, он решил бы, что жажда мести, о которой тот говорил, не очень-то изменила выражение его лица, на котором, на самом деле, нельзя было разглядеть гнев.

Наконец, простолюдин прервал молчание:

– У Вас есть какая-то история, которую Вы не хотите мне рассказывать. Возможно, я угадал. Вы можете говорить или молчать – это Ваша воля, но Вы честный рыцарь и Вы так добры к бедному человеку (а кроме того, я думаю, что Вы ещё окажете мне услугу), что я расскажу Вам правдивую историю. Во-первых, Город Четырёх Рек – это хороший город, и управляет им добрый властелин. Он не тиран, он не притесняет мирных жителей. Вы можете спокойно поселиться в Городе, и Вас примут за своего. Вашими соседями будут хорошие люди, а не такие трусы, которые испугаются первого встречного разбойника. Кроме того, я скажу Вам, что и жители Хэмптона на самом деле кроткие и невинные, как овцы, просто ими управляют дурные люди. Это не их законные повелители, но они наложили на город тяжкое бремя и терзают его жителей, не останавливаясь даже перед убийством. Наконец, скажу Вам ещё, что я был одним из хэмптонских бедолаг, хоть и не таким кротким, как большинство из них. Возможно, за это меня и лишили моей земли и дома, отдав их другому. Они бы и убили меня, если бы я не сбежал в лес. Мне ещё повезло, что у меня не было ни жены, ни любимой, ни ребёнка, иначе они пострадали бы, как пострадал мой брат, для которого его жена была так дорога, что ради неё он остался в Хэмптоне. Но её забрали у него ради забавы членов Братства Сухого Дерева, которые владеют Замком на Утёсе. Если Вы поселитесь в этом городе, то они станут повелевать и Вами.

Такова моя история, а о Вашей, как я уже сказал, я и не спрашиваю. Впрочем, по-моему, Вы примете верное решение, если отправитесь в Город, со мной ли, сами ли по себе, как гость или как рыцарь, желающий поступить на службу.

Пока простолюдин рассказывал, Ральф присмотрелся к нему и решил, что тот говорит слишком уж спокойно для человека, в чьём сердце живёт столько гнева. На этот раз юноша насторожился и засомневался в его словах. Более того, он хорошо помнил, что сказала ему женщина, которую он спас вчера, помнил и её очарование, и её поцелуи и даже не желал думать о том, что она могла ему солгать. Не хотел он смириться и с тем, что девушка из Буртона могла выбрать такой ужасный город, как Хэмптон, целью своего пути, поэтому он сказал:

– Друг, я не знаю, по какой такой причине я должен участвовать в раздоре между Хэмптоном и Городом Четырёх Рек. И почему я обязательно должен выбирать между ними? Из этого леса дороги ведут только в Хэмптон или в Город? Есть ли поблизости какое-нибудь местечко, где я мог бы передохнуть, прежде чем продолжить свой путь?

Простолюдин ему ответил:

– Неподалёку, к западу от Города Четырёх Рек, есть деревушка. Называется она Крайней. Но это место незащищённое, не огороженное стеной, и находится оно на спорной территории, которую временами держит Город, а временами Братство Сухого Дерева. Так что если Вы остановитесь в этой деревушке и попадёте в руки к членам Братства, на этом Ваша поездка и закончится, а если Вас приведут в Город Четырёх Рек его воины, то войдёте Вы туда совсем иначе, нежели если бы вошли свободным человеком. Что Вы на это скажете? Если я не ошибаюсь и Вы на самом деле честный человек, то кто сможет причинить Вам зло в Городе Четырёх Рек, где правит закон, милостивый и сильный? Если же Вы ищете приключений, что тоже вполне похоже на правду, то там приключений пруд пруди. Я советую Вам отправиться со мной в Город Четырёх Рек. Честно говоря, мне и самому будет проще войти в него, если со мной будете Вы – рыцарь и лорд.

Подумав, Ральф решил, что и в самом деле, не так уж опасно отправиться в Город Четырёх Рек, ведь те два человека, с которыми он сражался, упокоились навеки, так что не осталось никого, кто бы рассказал об этой битве, кроме спасённой им женщины, а её в Городе подстерегают гораздо большие опасности, чем его самого. Кроме того, Ральф подумал, что если случится с ним какое-нибудь несчастье, то он обратится за помощью к старику Оливеру. С другой стороны, юноша сильно хотел попасть в Хэмптон под Утёсом, ведь он, если быть честным, не сомневался, что встретит там вчерашнюю незнакомку.

Пока Ральф размышлял то об одном, то о другом и молчал, не зная, что сказать, простолюдин вдруг прошептал:

– Тише! Ты не спрятал коня в кусты, и теперь он ржёт. (Ральф действительно слышал ржание Сокола.) Сейчас нельзя терять времени. Быстро к коню! Нет сомнений в том, что он ржёт, потому что увидел приближающихся людей, а это могут быть враги, да скорее всего так оно и есть!

Они оба вскочили и поспешили к Соколу, который вышел из ольшаника. Ральф мигом вспрыгнул ему на спину, да и простолюдин не стал ожидать особого приглашения, а тут же последовал примеру юноши. Указывая на просеку, ведущую к большой дороге, он закричал:

– Вон они! Туда! Пришпорьте коня, мой рыцарь! Братство Сухого Дерева вышло дозором! Вперёд! Это вопрос жизни и смерти!

Ральф тронул поводья, и Сокол помчался по дороге, не дожидаясь, когда всадник пустит в ход шпоры. Простолюдин же, обернувшись через плечо, прокричал:

– Вижу их! Три человека на хороших лошадях. Нет, нет, их четверо! – поправился он, и в тот же момент сзади раздался крик. – Пришпорьте коня, юный лорд! Пришпорьте коня! А он у Вас горяч! Да, он хорош, хорош…

Тут и сам Ральф услышал стук копыт по земле. Он пришпорил Сокола, и тот вихрем полетел вперёд.

– Ух ты! – выдохнул простолюдин. – А всё же поторопитесь, ведь они видят, что у Вас хороший конь, и тот, что отстаёт больше всех, достал изогнутый турецкий лук и уже прилаживает стрелу. Похоже, он решил ранить коня – поверните его поводом, пусть он шарахнется в сторону, словно увидел ласку на дороге!

Ральф пригнулся к шее коня и заставил его метнуться в сторону. В этот самый момент он услышал звон спущенной тетивы, и мимо его уха пронеслась стрела. Сокол продолжал скакать галопом, а простолюдин закричал:

– Впереди большая дорога на Город Четырёх Рек! Скачите что есть мочи! Скачите во весь опор! И снова поберегитесь!

Уже вторая стрела была выпущена из турецкого лука. Шум погони приближался, и снова раздался звук спущенной тетивы, но на этот раз стрела упала, не долетев до беглецов. Тогда лесной незнакомец, обернувшись, насколько это было возможно, потряс сжатым кулаком в сторону погони и закричал прерывающимся от скачки голосом:

– Что, подлецы? Я, Роджер, канатный мастер, совью хорошую верёвку вам на шеи!

Затем он повернулся к Ральфу:

– Они разворачиваются, не выносят открытых дорог. Мы уходим от них. Впрочем, ещё не время расслабляться, молодой рыцарь, если Вы любите собственную жизнь больше, чем своего коня. Всадники последуют вдоль дороги через лес на случай, вдруг Вы прирождённый болван и ничему ещё не научились.

– Ага, – ответил ему Ральф, – а теперь ты скажешь мне, что нам следует направиться в Город Четырёх Рек.

– Поистине так, – отозвался простолюдин. – С такой скоростью мы быстро окажемся у его ворот.

– Да, и даже если мы слегка сбавим скорость, – сказал Ральф, немного натягивая поводья, – поскольку, сдаётся мне, погоня прекратилась. Кроме того, я совсем не собираюсь загнать Сокола до смерти, ведь он такой же мой друг, каким можешь стать и ты.

Сокол перешёл на рысцу, а лес как раз начал редеть, и вдоль дороги появились участки обработанной земли. Наконец, Роджер сказал:

– Теперь можете дать своей лошади передохнуть, а мне сойти. Мы среди друзей, и ребята из Братства Сухого Дерева, будь их даже двадцать человек, не рискнут подойти так близко к Городу Четырёх Рек, разве что под прикрытием ночи да тумана.

Ральф остановил коня и спешился вместе с Роджером. Оглянувшись, он увидел каменную башню, выстроенную на холме посреди пшеничного поля, а под ней – несколько простеньких домиков, крытых соломой. Люди работали вокруг, кто-то возвращался с поля или только шёл туда, и никто из них не обращал внимания на двоих мужчин, тихо стоявших рядом с конем. Впрочем, каждый из этих работников был при оружии.