Текст книги "Сглаз"

Автор книги: Томас Олд Хьювелт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 25 страниц)

Нет, этот узел завязался очень давно.

Стив вернул своего сына из глубин тьмы и понимал, что пора вытащить на свет божий нечто неприглядное. Но его ничего не страшило. Сейчас Стив ощущал только одно – сильную всепроникающую родительскую любовь.

Он дал Тайлеру стакан с водой. Мальчишка отпил, расплескав воду на серые штаны. Потер пятно ладонью и принялся еле слышно плакать. Стив обнимал его до тех пор, пока Тайлер не перестал всхлипывать. Затем он опять дал ему воды. И заговорил, осторожно подбирая слова:

– Очень скверно, да?

Тайлер кивнул. У него было бледное и мокрое от слез лицо.

Он обрел способность говорить лишь через пару минут.

И тогда с его губ сорвалось:

– Помоги мне, папа.

Стив поклялся, что сделает все, что может, буквально все…

Через час – незадолго до того, как должны были вернуться домой Джослин и Мэтт, – Стив и Тайлер сели в «Тойоту» и выехали из города. Они мчались по шоссе двести девяносто три, а потом свернули на трассу девять В и покатили в Блэк Рок Форест. Миновав перевал и спустившись в долину, Стив ощутил, что они вступили на запретную территорию, и с трудом подавил желание глазеть в зеркало заднего вида на случай, если кто-то шпионит за ними.

Глупая мысль, конечно, но Стив никак не мог от нее отделаться.

Всю дорогу они с Тайлером хранили молчание.

Они неслись вдоль Гудзона, въехали в Ньюбург и остановились у мемориальной квартиры Вашингтона. Далее они двинулись пешком. Нашли в центре города малолюдный полутемный бар.

Стив заказал два пива и попросил код доступа к Wi-Fi. Он потратил двадцать минут, чтобы просмотреть избранные отчеты и ролики с сайта Тайлера. Стив чувствовал, как его все сильнее охватывает тревога, но вместе с ней и восхищение. Ни одна из записей не была настолько шокирующей, как то, что ему довелось увидеть дома – хвала богу, те файлы в сеть не выложили, – но каждое видео было весьма зрелищным.

И незаконным, с определенной точки зрения.

Затем Стив потребовал, чтобы Тайлер стер все, не оставляя никаких следов.

Мальчишка с благодарностью принялся за дело.

Глядя на сына и прихлебывая пиво, Стив задумался. Если честно, он был в шоке.

«Неужели ты не понимаешь, во что ты ввязался?» – спрашивал он себя. Ты велел Тайлеру уничтожить реальные улики! А еще важнее то, что ты нарушаешь моральные правила – те самые, которые ты и Джослин всегда ставили превыше всего.

Зато, с другой стороны, есть шанс, что ты даешь Тайлеру возможность выйти из омерзительной игры, в которой он был одним из главных игроков.

Но разве Тайлер уже не наказан достаточно тем, что был вынужден стать свидетелем мерзостей, которые творили его псевдоприятели? И ему пришлось столкнуться с последствиями своей глупости. За последние двадцать четыре часа Тайлер побывал в аду и вернулся. Такой припадок на пустом месте не случается. Он даже не мог набраться смелости и проверить сообщения приложения СГЛАЗ, чтобы узнать местонахождение Катерины. Тайлер не сомневался, что начнется Армагеддон, который уничтожит Блэк Спринг.

Стив встрепенулся и переключился на сына. Он заверил Тайлера, что после побиения камнями ведьма вернулась к своему привычному образу «жизни» и ничего ужасающего не произошло. Пока.

Тайлер с надеждой посмотрел на отца.

– Но я должен сообщить о случившемся, Тайлер, – добавил Стив. – Ты ведь понимаешь, что молчать нельзя?

Тайлер понурился и кивнул.

– Но все может измениться. Если твои друзья продолжат свои выходки, погибнут люди. Такую ответственность я на себя не возьму.

– Да, папа, – прошептал Тайлер.

– Только не вини себя, Тайлер. Зато Джейдон явно свихнулся, и ему требуется помощь. Кто-то должен покончить с этим.

Внезапно Стив осознал, что он обращается к самому себе. Он пытается убедить себя в правильности плана, который постепенно начал формироваться в его голове. Что ж, главное теперь – не заговариваться и не испугать Тайлера.

– И не вини себя, Тайлер, – повторил Стив.

– Но почему с ними тусуется Бурак? – тихо спросил Тайлер. – Джейдон чокнутый, Джастин – просто обормот, а Бурак… он раньше был классным.

– Значит, парень сломался, – жестко ответил Стив. – Блэк Спринг творит чудеса.

Тайлер, похоже, не согласился с отцом.

– Я беспокоюсь за Бурака.

Стив промолчал. Мальчишки играют с огнем, и, очевидно, скоро наступит развязка. Они грубо нарушили Чрезвычайный Закон, они спровоцировали гибель Флетчера и подвергли риску жизни всех обитателей Блэк Спринг. Вероятно, шоковая терапия Дурогородка пойдет им на пользу, и они хоть что-то поймут… однако Стив опасался, что Дурогородком дело не закончится.

Стив продолжал рассуждать. Итак, сайта Тайлера вполне достаточно, чтобы угодить в Дурогородок. Но если кадры с побиением камнями увидят те, кому не следует, то может взбунтоваться весь Блэк Спринг.

Джейдон и его дружки заслуживают наказания. Но Тайлер… мальчишка оказался идеалистом и действовал во имя науки. Бедняга!..

У Стива пересохло в рту, когда он вспомнил, как его охватили мысли о самоубийстве во время давнего отпуска в Таиланде, когда Джослин вынашивала Тайлера.

А люди, запертые в Дурогородке, никогда не возвращаются обратно.

Стив вспомнил умоляющий взгляд Тайлера.

«Помоги мне, папа».

Надо принять решение.

Только что его старший сын уничтожил плоды нескольких месяцев своей кропотливой работы – Тайлер поверил Стиву и послушался его. Прекрасно, они с сыном вновь нашли общий язык. Тем не менее Стив не мог отделаться от ощущения, что они уничтожают уникальную возможность изменить Блэк Спринг по-настоящему и возвращают городишко в прошлое – в роковой семнадцатый век.

«Правильно я поступаю?» – спросил себя Стив.

– Ты все удалил? – обратился он к Тайлеру.

– Ага.

– Точно? – произнес Стив, посмотрев на сына в упор.

– Ага. Стер контент и закрыл адрес.

– Файлы восстановлению не подлежат?

– Не совсем. Адрес сайта будет в карантине в течение тридцати дней. Но регистрация домена анонимна, и никто не узнает мои личные данные. Если, конечно, не обращаться в правоохранительные органы.

Тайлер задумался.

– Но ведь они не зайдут настолько далеко, правда, папа?

Почему бы и нет, мысленно сказал Стив.

А вдруг Совет обратится к ребятам из Вест-Пойнта? Но и тогда шансы, что Тайлера найдут, невелики. Но если арестуют Джейдона, то все свалят на него, и тогда он непременно выдаст Тайлера.

Вероятно, приятели Джейдона подтвердят показания их неформального лидера, но если речь зайдет о проекте Тайлера, ситуация сложится по-другому. Парни будут помалкивать, поскольку не захотят навлечь на себя еще больший гнев Совета.

Наверняка все сведется к единственному обвинению – и местные будут болтать о том, что свихнувшегося сына Гризельды загнали в угол. Даже в Блэк Спринг понимают, что экстремальные обстоятельства требуют отчаянных действий.

Ты вступил на тропинку с кучей осыпей по краям, Стив, понятия не имея, каковы будут последствия.

«А если твое вмешательство вообще не поможет Тайлеру?» – спросил себя Стив.

Но я не собираюсь допустить, чтобы моего сына отправили в Дурогородок. Только через мой труп.

– А они могут узнать про твой сайт каким-то иным способом? – осведомился Стив у Тайлера. – По автосохраненным копиям, например?

– Только через Майка.

– Что за Майк?

– Одноклассник. Из Хайленд Фоллз. Он прямо-таки штампует сайты, у него свой сервер. Майк разрешил мне сделать сайт за бочонок пива.

– И он мог увидеть видео с Катериной!

Тайлер пожал плечами.

– А ему наплевать. Он думает, что там хранится приватная коллекция моих видео с Ютьюба. В принципе, сперва так оно и было. Я подготовил те ролики специально, чтобы Майку стало скучно и он перестал рыться в моих записях.

Стив закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Открыв глаза, он обнаружил, что Тайлер водит пальцем по экрану айфона.

– Что случилось?

– Я пишу Майку сообщение. За второй бочонок пива он сотрет сохраненные копии сегодня же.

Стив тут же посоветовал Тайлеру очистить историю поиска во всех его гаджетах.

– И про чаты не забудь, – добавил он. – И обязательно удали папки с видеоклипами и документами на Макбуке. Уничтожь файлы, имеющие хоть какое-то отношение к проекту.

Последней на очереди была карта памяти из GoPro. Теперь там осталось одно-единственное видео с побиванием камнями.

Стив потер скулы.

– А у мальчишек есть твои ролики – в их компьютерах или в телефонах? – обеспокоенно поинтересовался он.

Тайлер забарабанил по столу.

– Мы договорились, что входим на сайт, только когда находимся за пределами города… Думаю, они иногда просматривали видео в школе или в библиотеке. И еще мы решили, что айфоны, которые в прошлом году раздавали в СГЛАЗ. – с клавиатурными шпионами, поэтому мы не использовали их в проекте.

Стив недоуменно вытаращил глаза. Тайлер слабо улыбнулся.

– Клавиатурный шпион – это особая программа, позволяющая тебе следить за объектом удаленно через планшет или телефон. Она запоминает все набранные на клавиатуре символы и отправляет данные на твой гаджет. А человек, который бродил в сети, даже ни о чем не догадывается. Удобно, да? С такой штуковиной тебя никто не обдурит.

– Тайлер, а ты уверен, что все вычистил? СГЛАЗ способен обшарить каждый дом в Блэк Спринг!

– Джейдон кое-что сфотографировал, когда…

Тайлер смущенно отвернулся.

– Ты в курсе, что я имею в виду. И тебе придется рассказать про это, папа. Они, конечно, влезут в его телефон и вытряхнут из Джейдона информацию. Но, по-моему, Джейдон не слишком увлекался съемкой.

Будем надеяться, что ты прав, подумал Стив.

– Что-нибудь еще?

Тайлер наморщил лоб:

– Погоди!

Он покраснел и уставился на экран айфона. Стив с удивлением заметил, что Тайлер прокручивает список аудиофайлов.

Через минуту Тайлер щелкнул по одному значку.

– Мне нужно знать, что ты стер? – спросил Стив.

– Нет, – тихо проговорил Тайлер, не поднимая взгляда.

Стив расплатился по счету, и вскоре они уже шагали вдоль Гудзона, подняв воротники и сунув руки в карманы. Миновали бухты, где в воде покачивались яхты, и добрались до огромной колонны, составной части моста Гамильтона.

Они ненадолго остановились под мостом, освещенным оранжевыми огнями, и полюбовались на его отражение в Гудзоне.

Пронзительный северо-восточный ветер взъерошивал им волосы и будто толкал их назад, в Блэк Спринг. Зато Гудзон казался неторопливым – он спокойно стремился к нью-йоркской бухте, где его воды сливались с Атлантическим океаном.

Там, на востоке, солнце всегда всходило намного раньше, чем среди холмов Блэк Спринг.

– Завтра тебе надо поговорить с Лоуренсом, – наконец вымолвил Стив.

И хорошо бы все детали головоломки сошлись воедино, мысленно взмолился он.

– Ты ведь доверяешь Лоуренсу? – продолжил Стив. – Скажи ему о том, что мы сделали, и предупреди, чтобы он держал рот на замке. Лоуренс не должен проболтаться. Надеюсь, Лоуренс поймет, что это наш единственный шанс выпутаться из передряги. Он же не хочет угодить в Дурогородок! А если Джейдона вынудят сделать признание, то на допрос вызовут вас обоих – тебя и Лоуренса. Как считаешь, Лоуренс справится?

– А что ему еще остается?

– А ты, Тайлер?

Сын Стива кивнул. Он выглядел как приговоренный к смерти, которого спросили, сумеет ли он взойти на эшафот. Под глазами у него были темные круги.

Стив обнял мальчишку за плечи и почувствовал, что Тайлер дрожит.

– Но самое главное знаем только мы, – подытожил Стив.

Он посмотрел на баржу с гравием, которая плыла вниз по течению под тихий рокот мотора. Стив понимал, что Тайлер боится и страдает из-за сильного чувства вины. У парня – свой характер и обостренное чувство справедливости. Таким людям трудно живется. Стив запомнил, с какой гордостью смотрел на него сын на собрании Совета, когда он отстаивал свои идеалы.

Он взвалил на сына непосильную ношу.

Но у Тайлера нет выбора. Альтернативы нет. Возможно, это будет снедать его некоторое время, но все пройдет. Таков закон мироздания.

Волны от баржи достигли берега, омывая камни и вспениваясь. Стив внезапно разозлился на себя за свои сомнения. Он защитил Тайлера из любви к нему. Родители оберегают своих детей, причем любой ценой. Разве не спрашивал его Тайлер, снимая клип для своего видеоблога, кого бы Стив спас, собственного ребенка или деревню в Судане?

Конечно, ты выберешь своего родного ребенка. Это и есть настоящая любовь.

– О’кей, – прошептал Тайлер и поежился.

Стив притянул его поближе, чтобы сын согрелся.

– Будь сильным, Тайлер. Мы как-нибудь прорвемся. Ты не должен жить в кошмаре.

– Ты расскажешь маме?

– Нет.

Странно, но Стив до сих пор не задумывался о Джослин. Что ж, ей и так забот хватает.

– Все останется между нами, Тайлер.

– О’кей, – повторил Тайлер и тихо произнес: – Спасибо, папа.

Они стояли и смотрели на холодный темный Гудзон.

Стив понял, что этот вечер, который он провел наедине со своим старшим сыном, никогда не выветрится из его памяти.

Неожиданно Стиву безумно захотелось, чтобы они очутились на барже. Почему бы им не сбежать из Блэк Спринг? Они бы просто плыли бы вниз по течению, минуя бухту Нью-Йорка. Они бы вместе встретили рассвет и хотя бы на миг узрели истинную суть вещей.

И вдруг у Стива появилось ощущение дежавю. В голове зазвучал язвительный голос Мэтта:

«Ага, папа! Кого бы ты спас, меня или Тайлера?»

Тогда Стив дал якобы мудрый ответ, но Тайлер безошибочно угадал, что это банальная политкорректность.

И сейчас Стив был вынужден признать, что он чуть больше любит Тайлера.

Стив частенько общался с родителями студентов Нью-Йоркского медицинского колледжа и знал, что по-другому не бывает. Но когда тебя заставляют взглянуть на свое отражение в зеркале, порой ты сгораешь со стыда.

Но, стоя на пирсе и обняв за плечи своего старшего сына, Стив не испытывал угрызений совести.

Он всем сердцем любил Джослин и Мэтта. Он наверняка бы спятил, случись с ними что-нибудь, но Тайлер… тот всегда будет у него на первом месте…

Однако ночью, ворочаясь в кровати, Стива опять стали мучить сомнения. В его мозгу, словно огоньки, вспыхивали тревожные мысли, которые мешали ему расслабиться и отдохнуть.

И он прокручивал в голове недавние события.

Когда они с Тайлером приехали домой, Джослин извинилась перед ним за свою вспышку. Стив тоже попросил у жены прощения за свои едкие замечания.

Они все перенервничали. Невысказанные обвинения были вновь благополучно похоронены, зато примирение свершилось.

Потом Джослин лежала рядом с ним в постели, и Стив подробно рассказывал ей, что произошло с Тайлером… по крайней мере, он ознакомил Джослин с той версией событий, которую он собирался изложить и Роберту Гриму.

Стив не умел лгать жене (и для этого никогда не было причин), однако он запросто выложил ей сфабрикованную легенду – с некоторым количеством правдивых деталей, разумеется.

Удивительно, но Стив даже не чувствовал себя виноватым. И ему это не понравилось.

Джослин была в шоке и принялась хвалить мужа за то, что ему удалось растормошить Тайлера. Она снова принялась извиняться за свою резкость, но Стив лишь прижал указательный палец к ее губам и поцеловал Джослин.

Неплохая генеральная репетиция, подумал Стив, но если она заплачет – я точно свихнусь.

Затем они почувствовали влечение друг к другу и занялись любовью.

И вот за это Стиву точно не было стыдно.

Но он еще долго не мог уснуть. Мысли буквально шипели и потрескивали у него в голове.

Боже, надеюсь, я поступил правильно. Я верю, что мое сердце – с теми, кто этого достоин. Но любовь – загадочная и обманчивая штука, и она не подвластна здравому смыслу, в конце концов решил Стив, погружаясь в сон.

Глава 18

Ручей перестал кровоточить, но первоначальная эйфория быстро улетучилась. Теперь жители Блэк Спринг пребывали в смятении. То и дело вспыхивали ссоры, но Роберт Грим и охранники давили их в зародыше. Целую неделю в церквях проводили дополнительные службы, прихожане вспомнили старинные ритуалы экзорцизма и ставили свечки за усопших на надгробных плитах кладбища на Храмовом Холме. Тем временем программисты СГЛАЗ работали с утра до ночи. Они отслеживали потоки писем и проверяли сообщения в чатах и в приложениях, где пользователи наперебой твердили о дурных предзнаменованиях и о конце света.

К счастью, ничего не выплескивается за пределы города, подумал Грим, но безмозглые идиоты способны насочинять что угодно.

«А майя не ошиблись», – написала сотрудница супермаркета Ева Модески своей подруге Бетти Чу, работнице дома престарелых.

Ева Модески была местной дурочкой с большой грудью и чрезмерно высоким лбом.

Еще совсем недавно за свидание с Евой он бы с радостью пожертвовал собственным ребром – но теперь расклад переменился! Фраза про индейцев майя немного выбила Грима из колеи, и Ева потеряла для него былую привлекательность (чего он не мог сказать о своем ребре).

В общем, семерым сотрудникам СГЛАЗ приходилось трудиться круглые сутки напролет, чтобы держать под контролем общественный порядок и пытаться выяснить причину раздражения Катерины. Вдобавок им надо было вежливо отвечать на постоянные звонки взвинченных горожан – но премий или отпуска это не гарантировало.

– А пророк-фермер опять нас замучил, – пробурчал Уоррен Кастильо утром во вторник, когда Грим вернулся в штаб-квартиру после проверки воды в ручье.

– Джон Бланшар? Седьмой раз за два дня.

– Угу. Я сказал ему, что сейчас отключусь, но придурок заявил, что намерен забрать своего ягненка. Я и не понял, что он имеет в виду того двухголового монстра!

Грим скорчил кислую мину.

– Уродца, который в хранилище пылится?

– Наш фермер утверждает, что хочет съесть послед, дабы очистить свою овцу или кого-то там еще от грехов. Я, если честно, плохо разобрал, что он вещал. А он тараторил, что Господь даровал ему такое право. Я сказал, что если его желудок выдержит убойную дозу формалина, то пусть приходит и забирает. Он решил, что я настроен серьезно, и потребовал официальное приглашение.

– Как деградировали приматы! – посетовал Грим.

Несмотря на усиление мер безопасности, которое установили сотрудники СГЛАЗ, и на сочувствующих горожан (многие из них вызывались добровольно им помогать), многие в Блэк Спринг проявляли недовольство.

Среди критиков команды СГЛАЗ был и сам Колтон Мэзерс.

– Вас назначили, чтобы вы предотвращали людские волнения, а вы пренебрегаете своими прямыми обязанностями! – гневно воскликнул глава Совета, разговаривая с Гримом по телефону. – Вы должны обеспечить жителям Блэк Спринг мир и спокойствие! О чем вы думаете, Роберт?.. Кроме того, виновные должны понести наказание!

Грим представил себе, как Мэзерс превращается в жабу, но вслух заверил его, что СГЛАЗ просто выбивается из сил.

– Но помощь ребят из Вест-Пойнта нам не нужна, – добавил Грим.

Он нажал «Отбой», прежде чем Мэзерс успел проквакать что-либо еще.

Но критика шла со всех фронтов. Вечером того же дня окна в бывшем туристическом центре «Пополопен» разбили! Народ озверел и кидался кирпичами.

Виновные, пьяные и недовольные рабочие со стройки, были пойманы с поличным и провели ночь в сыром подвале церкви Пречистого Мета.

Зато Марти Келлеру удалось выяснить, кто устроил шутку с павлином. Член Совета, вдова мясника – Гризельда Хольст!

Кто бы мог подумать!

– Она? – воскликнул Грим и оторопел. – Не может быть!

– Она, – подтвердил Марти и продемонстрировал Гриму видеозаписи.

Хольст покинула мясную лавку в прошлое воскресенье, в десять часов пятьдесят восемь минут, с синей холщовой сумкой на плече.

Камеры вдоль Олд Майнерз Роуд зафиксировали, как ее старенький «Додж» поехал в Хайленд Миллз. А в двенадцать часов двадцать три минуты Гризельда вернулась, затормозила на подъездной дорожке и ринулась к дому.

Из холщовой сумки торчал павлиний хвост.

Грим рассвирепел. Старая корова смеялась над их системой!

На последующих кадрах было видно, что Гризельда Хольст направилась в лес.

– Вырасти себе хоть одну мозговую клетку! – рявкнул Грим, и у него запершило в горле.

Марти хмыкнул.

– Наверное, она предположила, что перед рассветом Катерина исчезнет и птичка поджарится прежде, чем кто-нибудь увидит дивное зрелище.

Уоррен ухмыльнулся.

– Но Катерина выразила Хольст свою искреннюю признательность! Ведьма-то разгуливала с пташкой по улицам Блэк Спринг! Круто!

– Но почему павлин?

Клэр порылась в справочнике по оккультизму, выпущенному «Гарвард Пресс» (книга хранилась в библиотеке СГЛАЗ), и нашла объяснение.

– Для персов павлин являлся символом бессмертия, поскольку они считали, что его плоть не подвержена разложению. Это неверно, просто павлинье мясо – очень сухое и почти несъедобное. Посмотрим еще… в Средние века павлин предвещал беду, люди верили, что его крики вызывают дождь. Возможно, они были правы. Согласно Парацельсу, немецкому астрологу и оккультисту, внезапный возглас павлина в неурочное время предвещал смерть – поэтому суеверные богачи не жаловали эту птичку. Но другие мистики утверждали, что перья павлина приносят удачу – если их найти, конечно же… зато хранить их дома нельзя, потому что тогда фортуна от вас отвернется. И где тут логика, я вас спрашиваю?

Грим усмехнулся.

– Вдовушка не производит на меня впечатление знатока мифологии. Вряд ли она заморачивается на символическом значении своих подношений!

– Верно, – согласился Уоррен. – Гризельда слишком глупа. Она, если честно, совсем недалекая. Вы когда-нибудь пробовали ее фирменный паштет? Похоже, она жир из своих ляжек высасывает иглой для липосакции, чтобы потом закачать его в фарш.

– Уоррен, свинья ты эдакая! – возмутилась Клэр. – Хоть немного уважения прояви. У нее трудная жизнь была. Вспомни про ее покойного мужа!

– Тем не менее зря она павлинье шоу устроила, – резюмировал Грим.

А ведь это было только начало! Марти и Уоррен проверили архив видеозаписей и в среду вечером выяснили, что Гризельда Хольст давно завела странную привычку встречаться с ведьмой в лесу.

У Гризельды даже имелось четкое расписание. Каждый четверг, в ясную погоду или дождь, когда Катерина оказывалась в лесу, Гризельда неожиданно покидала свой дом. Она пробиралась вдоль забора и исчезала в кустах, с бумажным пакетом в руке. Куда же она уходила? Естественно, к ведьме – иначе и быть не могло!

Спустя час она возвращалась, причем без пакета. Грим был озадачен. Как они ухитрились пропустить такую улику? И что, ради всего святого, делала Гризельда, оставаясь наедине с Катериной?

На следующее утро они снарядили Марти на вылазку, припрятав у него в одежде микрофон и мини-камеру.

Марти направился в мясную лавку Гризельды. Грим, Уоррен, Клэр и остальные уставились на большой экран, транслирующий картинку с мини-камеры.

– Чего желаешь? – зазвучал в динамиках грубый голос Гризельды.

– Фунт паштета из павлина, пожалуйста, – сказал Марти.

Уоррен расхохотался, но Грим махнул ему рукой, призывая к тишине.

Гризельда мгновенно напряглась и призадумалась.

– Хольстовского паштета, ты хотел сказать? – уточнила она.

– Нет, из павлина, – отчеканил Марти с непроницаемым лицом.

– Я… у меня такого нет.

– А как насчет пирожка с начинкой из павлина?

– Я не торгую такими деликатесами.

– Какая досада! – протянул Марти. – А филе этой пташки у тебя случайно не завалялось?

Гризельда испугалась.

– Я думал, надо попытаться, раз уж Катерина так полюбила павлина.

Гризельда взяла себя в руки и улыбнулась.

– И то верно, – сказала она.

Не послышались ли в ее голосе нотки гордости?

– Точно. С чего бы еще ей столько времени с ним носиться?

– Ага, что бы ни говорили, тот, кто дал ей павлина, хорошо знает, как предотвратить кризис! Поэтому я бы тоже попробовал этого мясца и угостил бы им своих приятелей.

Гризельда порозовела, и Марти решил воспользоваться случаем.

– Ты же в курсе, что мы с моим другом всегда организуем тематические представления на ведьмовскую тематику. На выходные привязали Гауди, нашего чихуа-хуа, к ветке дуба. Так ржали, что чуть не обделались! Могу тебе селфи показать!

Улыбка мгновенно исчезла с лица Гризельды. Ее лицо окаменело от ярости.

– Ты – грязный сопляк! – заревела она. – Насмехаешься над моей Катериной! Убирайся отсюда к чертям, ты!..

Она схватила с полки длинную палку салями и выскочила из-за прилавка.

Ошарашенный Марти едва успел вылететь на улицу. Дверной колокольчик истерически зазвонил.

– Ты Дурогородка заслуживаешь, мистер! – завизжала Гризельда, потрясая салями. – Поосторожнее, не то я доложу о тебе Совету! Ты же тот умник, который у Грима работает, да? Я тебе задам!..

Она направилась к разделочной с грацией корабля военного флота и с грохотом захлопнула за собой дверь.

В штаб-квартире СГЛАЗ Уоррен взвыл волком.

– А эта женщина заслуживает «Оскар»!

А Грим задумался. Он пока не мог сопоставить действия Гризельды со смертью собаки и кровью в ручье, но связываться с ведьмой строго-настрого запрещалось, поскольку предсказать последствия контакта с Катериной было невозможно.

И Грим понял, что у него нет выхода. Придется ему навестить Колтона Мэзерса, ничего не поделаешь!

Глава Совета принял его в своем доме на вершине Соснового Холма, окруженного ржавой оградой и смахивающего на особняк Франкенштейна.

Старикан выслушал Грима, насупившись. Когда он заговорил, то обескуражил Грима.

– Оставим ее, Роберт, – произнес он. – Миссис Хольст – праведная женщина, а в последнее время она очень нервничает. Полагаю, нам необходимо подождать, все образуется.

Грим не поверил собственным ушам.

– Но она…

– Я рад, что ты это выяснил, – проскрипел Мэзерс. – Мы действительно должны наблюдать за миссис Хольст, но мой совет таков: лишняя шумиха нам не нужна.

Мэзерс окинул Грима равнодушным взором, словно тот был предметом мебели в его кабинете, и уставился в окно.

Роберту Гриму хотелось крикнуть, что теперь-то Блэк Спринг и впрямь стал проклятым городом и нечто уже бродит по улицам с оскаленными зубами и пеной на губах, но Мэзерс был непреклонен.

И Грим убрался восвояси.

Старик прикрывает Гризельду из-за того случая с Ротом, предположил Грим. Как долго он еще собирается вести свою грязную игру? Ответ моментально пришел Гриму на ум. До тех пор, пока у тебя не хватит смелости противостоять ему.

Но Грим привык к своей работе, и он никогда не спорил с начальством. Вечером, когда ливень стих, ведьма появилась на тропе – уже без своего мертвого любимца. Грим почувствовал облегчение. Пусть Мэзерс придерживается своей точки зрения – Грим не будет с ним препираться.

Грима совершенно не тянуло нарушать местные правила, какими бы идиотскими они ни были.

А жизнь возвращалась в нормальное русло. Люди уже не пугали друг друга страшилками об индейцах майя и Армагеддоне. Конечно, каждый хотел забыть недавний кошмар и навсегда избавиться от тягостных воспоминаний.

Роберт Грим последовал примеру горожан. Он поверил в то, что случилось маленькое чудо. Блэк Спринг пережил буйство Катерины почти без потерь. Так он и думал до субботнего вечера, когда плохие новости сами постучались в дверь штаб-квартиры…

Оцепеневшие сотрудники СГЛАЗ, которые в те часы были на дежурстве – Клэр, Уоррен и Грим, – слушали Стива Гранта и Пита Вандермеера. В основном говорил Стив.

Итак, Джейдон Хольст, сын бесстрашной вдовы мясника, систематически терроризировал ведьму. Он ударил ее резаком и натравил на нее собаку Гранта. Господи помилуй!

В качестве мести за гибель пса Джейдон, Джастин Уокер и Бурак Шайер, вызвавшись волонтерами, чтобы получить право следить за ведьмой, продолжили свое дело. А ответственность, разумеется, лежала на Гриме.

Все зафиксировал сын Гранта, снявший выходку парней на камеру GoPro.

Когда видеоклип закончился, воцарилась тишина.

В холле штаб-квартиры стало трудно дышать: из помещения будто выкачивали воздух.

Грим почувствовал, что его сердце бьется рывками: оно восстановило свой нормальный ритм лишь через несколько минут.

Побивание камнями. Боже правый, подростки кидали в нее булыжники!

Внезапно у Грима в голове вспыхнула мысль – ослепительная, как горсть белого фосфора. Камни запросто могли разорвать ее швы на веках!

Клэр стояла, открыв рот. Она же и заговорила первой:

– Когда это случилось? В четверг, да?

Стив кивнул:

– Раньше четырех, поскольку я и Мэтт уже были дома.

Глаза Клэр расширились, и Гриму не понравилось то, что он в них увидел.

– А поточнее нельзя? – спросил он.

Стив повернулся к Макбуку и щелкнул по значку видеофайла сразу двумя пальцами, открывая его свойства.

– Вот. Создан: четверг, восьмого ноября две тысячи двенадцатого года, в три часа тридцать семь минут.

– И тогда умерла Рита, – выдавила Клэр.

Грим выгнул брови:

– Кто?

– Рита Мэрмелл. Она жила в доме престарелых Розбурга. У нее был инсульт, днем в четверг, когда она в карты играла. Врач сказал, что это произошло внезапно, потому что Рита неплохо себя чувствовала. Но в ее преклонном возрасте такое случается, поэтому я не придала этому значения. В свидетельстве о смерти записано, что реаниматологи констатировали смерть Риты Мэрмелл около четырех часов дня.

Пит Вандермеер и Стив переглянулись.

– То же самое Катерина сделала в шестьдесят седьмом, – пробормотал Пит. – Когда врачи пытались снять ей швы. Несколько стариков в городе скончались от инсульта.

Уоррен помрачнел.

– А потом Катерина угомонилась. Просто шастала по Блэк Спринг, появляясь то тут, то там. Прямо медведь в спячке, только движущийся… и в цепях. Но стоило подобраться к ней слишком близко, и…

Он негромко хлопнул в ладоши, и присутствующие вздрогнули.

Грим поежился. Значит, зверь проснулся?

– Очевидно, ведьма начинает излучать странную энергию, когда находится в состоянии физического или психического стресса, – продолжил Уоррен. – И самые слабые из нас ломаются.

– Поэтому Джейдон и его приятели виновны в смерти Риты, – ровным голосом произнес Грим и оглядел всех по очереди.

В безжалостном свете люминесцентных ламп люди выглядели бледными, подавленными, но одновременно и сосредоточенными. Но иначе и быть не могло.

«А вдруг информация о Катерине просочится за пределы Блэк Спринг?» – встревожился Грим. Местным-то бежать некуда: как они спасутся?

Запомни это, Роберт, сказал себе Грим. Он снял очки и принялся протирать линзы.

– Ладно. Нам надо арестовать придурков. Будем действовать тихо. Не хватало еще, чтобы народ запаниковал – тогда от Блэк Спринг камня на камне не останется.

– Но ведь люди обязательно что-то узнают, – сказал Пит.

– Возможно, но, по крайней мере, ребят не линчуют на площади.

– Надеюсь, – проговорил Пит.

– Ты думаешь, что… – начал Грим.

– А какое решение примет Совет, если пройдет слух о том, что мальчишки ответственны не только за кровоточащий ручей и гибель Флетчера, но и за смерть Риты Мэрмелл? – перебил его Пит. – Мэзерс будет настаивать на том, что дело нельзя выносить на всеобщее обозрение, и народ согласится с ним, играя в демократию. Если не подойти к этому случаю с максимальной аккуратностью, нас ждет анархия. Люди у нас пугливые, но они будут на многое способны, если увидят парней, которые издевались над Катериной и вывели ее из транса.