Текст книги "Талант новичка (СИ)"

Автор книги: Татьяна Зимина

Соавторы: Дмитрий Зимин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 15 страниц)

Глава 14

– О мире? – переспросил дракон.

– Видите ли, я пацифист, – скромно поведал я. – И неприемлю войн ни в каком виде.

Дракон беспомощно посмотрел на моих спутников.

– Это правда? – спросил он.

– Со всей ответственностью заявляем, что не имеем к этому никакого отношения, – поспешно произнёс граф Капканс.

Дракон фыркнул. Из ноздрей его вылетело два огонька пламени. Это живо напомнило о незабвенной донье Карлотте, и на миг меня охватила ностальгия.

А потом он щелкнул пальцами и на полу образовались два дополнительных стула и небольшой столик, на котором красовались пузатый самовар, расписной чайник, блюдо с эклерами и несколько вазочек с вареньем.

– Прошу к столу, господа, – гостеприимно произнёс дракон. – Мы с вами старые враги. И думаю, в данном экстраординарном случае можем обойтись без церемоний.

– Думаю, в данном экстраординарном случае мы не обойдёмся без поллитры, – крякнул генерал, усаживаясь на столь же неудобный, как и у меня, стул.

– Неужели вы не были в курсе? – сочувственно вопросил дракон царедворцев.

– К сожалению, нет, – с неохотной ответствовал граф Капканс. – О пацифизме наследника нам не было известно.

– Ай-ай-ай!.. – всплеснул красивыми белыми руками дракон, а ещё поцокал раздвоенным языком. – Какое несчастье. Сочувствую, господа.

– Пацифизм – это не смертельно, – поморщился генерал Мортиферус.

– Надеюсь, очень надеюсь, – с готовностью кивнул дракон.

А потом все трое посмотрели на меня, как на безнадёжно больного.

Я как раз ухватил самый аппетитный эклер и с вожделением откусил половину. И чуть не подавился.

– Что? – самообладание давалось с большим трудом. А потому я решил больше не заморачиваться.

– Надо что-то делать с твоим пацифизмом, малыш, – пояснил дракон.

– Война вот-вот начнётся, – громыхнул генерал. – И мы не можем позволить себе иметь на троне... пацифиста.

Как он это сказал!.. Словно на языке сидел большой противный паук, которого никак не получалось выплюнуть.

– Да, всё готово, – кивнул Капканс. – Наши с вами юристы трудились над соглашением последние несколько недель, и если вы соблаговолите подписать... – он полез за пазуху и громко зашуршал сухим пергаментом. – То встретимся где обычно, в условленное время.

Я проворно запихнул в рот остатки эклера и выхватил из пальцев графа свёрнутую в трубку бумажку.

Не стесняясь, сорвал печать красного сургуча и развернул.

Заголовок гласил:

ДОГОВОР О ВОЕННЫХ ДЕЙСТВИЯХ.

Между измерением Заковия и измерением Благор.

Дальше шло про давнюю распрю, бла-бла-бла, два древних и благородных народа, бла-бла-бла, смыть оскорбление кровью, разорить земли и уничтожить население под корень, бла-бла-бла.

Затем, очень мелким шрифтом, скрупулёзно перечислялись разовые выплаты и пожизненные контрибуции победившей стороне.

Интересно: как это разорённая страна с изничтоженным под корень населением сможет себе позволить такие расходы...

Дочитав до конца, я аккуратно сложил свиток и сунул себе в карман. Покажу Лолите, её это развлечёт.

А потом заявил:

– Войны не будет.

Минуту за столом царило молчание.

В скобках замечу: к чаю, кроме меня, никто так и не притронулся.

Первым в себя пришел генерал Мортиферус. Что значит – армейская дисциплина!..

– Милорд, вы не можете нам запретить, – капризно сказал он. – Объявлена мобилизация, войска поставлены под ружьё и ждут только вашего приказа к наступлению.

– Я его не отдам, – кротко сказал я.

– Но позвольте, – граф Капканс тоже перестал хватать ртом воздух. – Вы не можете, милорд! Мы столько готовились. Потрачены огромные средства. Мы собрали налоги, в конце концов...

– Ну так отдайте обратно, – легкомысленно заявил я.

– Что?.. – округлил глаза граф.

– Налоги, – доходчиво пояснил я. – Раз войны не будет, вы можете спокойно отпускать мобилизованных по домам, а средства, собранные на милитаризм, снова раздать населению. Или пустить на благотворительность – что одно и то же.

И тут захохотал дракон.

– Насколько я знаю господина Фаберже, – проговорил он, утирая невольные слёзы. – Он скорее САМ выйдет на поле боя, нежели отдаст что-либо, попавшее в его руки. Будь это налоги – которых, я полагаю, собрана немалая сумма, – или дохлого кота уши. Так что, воевать придётся, малыш, – добавил он с некоторым даже сочувствием. – Потому что на нашей стороне то же самое: чешуя начищена, когти заточены, и съедено столько воспламенительного порошка, что хватило бы на обогрев некрупной, но очень холодной страны в течении сотни лет.

– Но я пацифист!

– Надеюсь, это лечится.

– В конце-концов, я просто НЕ ХОЧУ воевать.

– Не всё в жизни происходит по нашему желанию, малыш.

В голосе дракона сквозило сочувствие. А у меня перед глазами забрезжил лучик надежды...

– ПОСПОРИМ?

Я прищурил глаза, задрал брови и хитро улыбнулся – словом, проделал все положенные действия, способные соблазнить оппонента на принятие пари.

У меня получилось. Дракон заинтересованно наклонился вперёд.

– Что ты имеешь в виду, малыш? – тихо спросил он.

Мне не нравилось это фамильярное обращение: "малыш". Но сейчас я решил не заострять.

– Я говорю, что войны не будет, – повторил я. – Вы утверждаете, что будет. Давайте заключим пари. Выигравший получает всё то, что перечислено в свитке, – я похлопал себя по карману.

Царедворцы – все трое – переглянулись.

Дракон задумчиво поджал губы, откинулся на спинку своего стула и прищурил глаза. А потом сказал:

– Знаешь, малыш, тебе удалось меня удивить. Признаться, сначала я думал, что ты болен. И даже успел пожалеть об этом, а потом свыкнуться с мыслью, что такой многообещающий молодой человек... – он вдруг замолчал. – Но твоё предложение пари... – он покрутил шеей, обёрнутой в несколько раз шелковым белым платком с пышным бантом. – Значит, выплаты в тех же размерах?

– Я передумал, – сказал я. Со стороны моих царедворцев донёсся облегчённый вздох, в глазах дракона мелькнуло разочарование. – Предлагаю УДВОИТЬ ставку.

Граф Капканс издал придушенный стон, генерал шаркнул по полу ногами – инстинкт побуждал бравого вояку вскочить и свернуть шею глупому щенку – то есть, мне, но присяга на верность надёжно удерживала на месте.

И только дракон смотрел на меня с улыбкой и гордостью.

– Сроки? – уточнил он.

– Э... Неделя. Я в Заковии человек новый, и...

– Три дня.

Слова упали ёмко, как мамонт в вечную мерзлоту.

– Хорошо, три дня.

Я поднялся. Дракон тоже. И первым протянул руку, которую я пожал с некоторым трепетом.

– Ну, раз вы всё уже решили, – пожав плечами, граф Капканс тоже поднялся. Весь вид его говорил: вот ЭТО я и называю Настоящие Неприятности... – Соблаговолите произнести общепринятую формулу.

Дакон слегка наклонил седую голову, а потом торжественно произнёс:

– Я, Марк Тиберий Коммод.

– Я, принц Максимилиан Золотов, – вторил ему я.

– В здравом уме и твёрдой памяти...

– Аналогично.

– При свидетелях...

– Куда же без них.

– Торжественно заявляю, что согласен заключить пари...

Говорили мы ещё долго. Было скрупулёзно перечислено всё, что может получить выигравшая, и с чем расстанется проигравшая стороны.

Отдельным пунктом было указано, что будет со мной, если я проиграю...

Не будем об этом.

Но судя по лицу генерала, он примет в расправе самое горячее участие.

– Ну... – произнёс дракон, когда все опять расселись. По щелчку его пальцев на столике возникла ведёрная бутыль коньяку – что моими царедворцами было воспринято гораздо благосклоннее, чем чай. – Теперь расскажи, как там поживают мои дражайшие родственники.

– Всему своё время, мессир, – сказав это, я мужественно хлопнул коньяку и поднялся. – В свете того, что вы дали мне не слишком много времени на решение задачи, вынужден отложить приятную беседу на более спокойные времена. Как говорит одна моя знакомая драконица, сначала – челим, потом – чилим.

– Э... – на лице старого дракона появилось то самое выражение, какое бывает у всякого взрослого, имеющего несчастье общаться с подростком. Как я его понимаю...

– Челим – от слова челлендж, или соревнование. А чилим – значит отдыхаем, расслабляемся, – я улыбнулся свысока. Всегда приятно напомнить древним мудрым существам, что мы, молодёжь, тоже кое-что знаем.

– Это я понял, – отмахнулся дракон. Я его тут же зауважал. – Я спрашиваю, что ты там несёшь о молодой драконице?..

– А, так это Зебрина, – я махнул рукой. – Дочка дона Вито и доньи Карлотты...

И тут лицо дракона треснуло.

Надменное невозмутимое выражение разбилось, сморщилось, как сминаемая фольга, а вместо него проступило...

– У меня родилась внучка.

И он расплылся в счастливой улыбке.

– Вот уж лет двести тому, – кивнул я. – Жаль, что у меня нет карточки. Но по-случаю обещаю раздобыть...

И тут лицо дракона посуровело.

– Если внучке двести лет, почему она говорит, как подросток?

– Так её ж заколдовали во младенчестве, – охотно пояснил я. – Наложили чары, чтобы Зебрина не взрослела.

– Кто посмел?.. – заревел Марк Тиберий Коммод.

А потом так стукнул кулаком по несчастному столику, что тот рассыпался в прах. Вместе со всем содержимым.

Мои царедворцы подскочили. Дракон уставился на них прокурорским взглядом.

– Ваша работа?..

– Мессир, не думаю, что...

– Это сделал король Зиновий, Марк, – вежливо наябедничал генерал.

Граф Капканс закатил-таки глаза.

А я прикусил язык. И тоже мрачно посмотрел на генерала.

– Хотелось бы услышать подробности.

– Это долгая история, милорд, – вздохнул генерал Мортиферус.

– Внезапно я перестал торопиться, – с вызовом ответил я.

Ну что с нашей семьёй такое, – лихорадочно металось в голове. – Папаня заколдовал девчонку, я отнял способности...

Если это и есть хвалёный дар Золотовых – то ну его на фиг, к свиням собачьим.

– Это давняя история, – неохотно сказал граф Капканс. – Ваша сестра Зоя влюбилась в дракона Руперта. Но так как дом Коломбо и дом Золотовых находились в состоянии войны...

Я вздохнул.

Нет повести печальнее на свете. А потом – чума на оба ваших дома. Такие дела.

Зара говорила, что Руперт убил Зою. А Руперт говорил, что был влюблён в одну драконицу, которая погибла при трагических обстоятельствах.

– Это была месть, – буркнул вдруг генерал Мортиферус. – И я не горжусь тем, что позволил вашему отцу, милорд, сделать это. Мы не воюем с детьми. Не должны.

– Но – что сделано, то сделано, – философски пожал плечами граф Капканс. – И нам остаётся только...

– Я обещал дону Коломбо, что сниму проклятье с его дочери, – сдавленно сказал я, глядя на дракона. – Эту же клятву я повторяю и перед вами, Марк Тибериус Коммод. Я найду способ сделать Зебрину свободной.

Я не кривил душой. Просто не сказал, что тоже приложил лапку к её бедам.

Дракон кивнул.

– Так тому и быть, – сказал он. – Признаюсь честно: если бы я узнал об этом ДО того, как мы заключили пари – война началась бы сей же час, – он помолчал, давая словам проникнуть в наши души и просочиться до самых пяток. – Но я сдержу слово.

– Значит, на этом месте через три дня? – я нервно улыбнулся.

Столько всего произошло... Успеть бы переварить. Главное – не подавиться.

Дракон поднялся.

– Я поклялся не ступать на землю Сан-Инферно, – сказал Марк Тиберий Коммод. – Мы поссорились. Из-за того, что они приняли необратимое решение. Я был зол, и не хотел терять дочь. Но она – дракон. И конечно же, поступила по-своему. Но я благодарен тебе, малыш, за весть о родне. Зная, что они живы и здоровы, мне будет чуточку легче жить.

Я был тронут безмерной печалью и скорбью в его глазах.

Потому молча поклонился и пошел к тому месту, где в магическом щите засветился проход.

Что лучше?.. Не иметь семьи вовсе, и жить в одиночестве, но спокойно, или иметь – и потерять, чтобы вечно чувствовать пустоту в сердце?

Не знаю. Мои личные родственники пока ощущаются чем-то вроде чемодана без ручки.

И тащить тяжело, и бросить жалко.

Как только мы преодолели защитный барьер, граф Капканс подскочил ко мне с вытянутым пальцем, которым принялся тыкать мне в лицо самым невежливым образом.

– Вы!.. Вы... – ничего более оригинального он придумать не мог.

– Если бы вы не были наследником трона, – мрачно расшифровал его тыканья генерал. – Я бы уже отдавал приказ о вашей казни. Как врага народа.

– Вы забыли добавить "милорд", – напомнил я.

– Разумеется. Казнить, как врага народа, милорд.

Я усмехнулся.

– Знаете, меня уже пытались как-то казнить, – аккуратно взяв за запястье на болевой, я отвёл от своего лица руку Капканса. – Это было буквально на прошлой неделе... Как видите, я жив-здоров. А вот заговорщикам не поздоровилось.

– Вы нам угрожаете? – поднял бровь генерал.

– Да что вы, как можно! И в мыслях не было.

Генерал прищурился.

– А мы вас недооценили, милорд.

– И кому-то за это крепко достанется, – буркнул Капканс, растирая запястье. – Новичок! – он явно кого-то передразнивал. – Лютик малолетний!.. Будет есть у вас из рук и сделает всё, что вы скажете...

– Не стреляйте в тапёра, – утешил я царедворца. – Он играет, как может.

Интересно, кто это мог быть, – пробормотал я себе под нос.

Впрочем, в данных обстоятельствах это не важно.

– Ну что, генерал, – горестно вздохнул Капканс. – Идём сообщим господину Фаберже, что в скором времени он лишится солидной суммы денег?

– Знаете, если бы не повод, мне было бы даже приятно это сделать, – осклабился Мортиферус.

И не глядя более на меня, они направились к летающему аппарату и ожидающим подле гвардейцам.

Я пожал плечами и двинулся следом.

Три дня – не такой уж большой срок. А в моих планах ещё даже пегас не валялся... Пари я предложил инстинктивно, на вдохновении. И разумеется, теперь должен придумать план.

Точнее, дать ПЛАНУ придуматься самому. Созреть в моей голове, разбухнуть а потом вылупиться на свет божий.

– Подумать только, – вздохнул генерал, взбираясь по лесенке в кабину транспорта. – А ведь война была у нас в кармане...

– Ой, да расслабьтесь, – эта парочка нытиков начала меня изрядно раздражать. – Я всего лишь сэкономил вам кучу денег. Война – дорогостоящее занятие. К тому же, кровопролитное. А я, знаете ли, не выношу вида крови.

– Жаль, что вас воспитывали вне дворца, – горько посетовал граф Капканс.

– Если б ваше воспитание доверили мне, то к этому времени вы не только бы выносили, но и собственноручно ПРОЛИВАЛИ реки крови, милорд, – как бы извиняясь, добавил генерал.

– К сожалению, его величество Зиновий был непреклонен в этом вопросе, – с горьким вздохом добавил Капканс.

А я откинулся на жесткую переборку и сделал вид, что задремал.

Хотелось немного подумать.

Кабина содрогнулась.

Меня сбросило с жесткой лавки, так же, как и царедворцев.

Из-за перегородки доносились лязг доспехов и сдавленные ругательства гвардейцев.

Пока я тряс головой, машину тряхнуло ещё раз, и гораздо сильнее.

Если бы мы были на Земле, я бы предположил, что по вертолёту лупят из ПЗРК.

– Что это было? – я старался перекричать гвалт, поднявшийся в солдатском отсеке и отборную ругань генерала Мортиферуса.

– Магическая атака! – Капканс даже не пытался подняться с пола. Стоя на карачках, он перекрыл весь проход, и мне ничего не было видно. Только обтянутый синим бархатом обширный зад и каблуки крепких туфель на толстой подошве.

Кабину ещё раз тряхнуло. Да так, что корпус треснул почти пополам, как яйцо, которое хозяйка ударила о край миски.

– Падаем, – спокойно констатировал генерал. – Как только мы окажемся на земле, найдите меня, или кого-то из гвардейцев, милорд, и не отставайте. Иначе вам не выжить.

Машину закрутило, как бейсбольный мяч. Трещина разрасталась, всё слилось у меня перед глазами – синее пятно камзола Капканса, твёрдое, как алмазный резец, лицо Мортиферуса, трещина, в которую просовывало пальцы беспощадное белое солнце...

Меня начало тошнить.

В трещину влетела шаровая молния.

Возникла ярчайшая вспышка и я, повинуясь не голосу разума, но инстинкту, открыл рот и произнёс:

– Я ЖЕ СВОЕЙ РУКОЮ, СЕРДЦЕ ТВОЁ ПРИКРОЮ, МОЖЕШЬ ЛЕТЕТЬ, И НЕ БОЯТЬСЯ БОЛЬШЕ НИЧЕГО...

Вспышка, не достав нас с царедворцами на каких-то пару десятков сантиметров, вдруг всосалась обратно в трещину.

Сделалось темно, хоть глаз коли, а потом раздался удар.

Кабина окончательно лопнула, как перезревший арбуз, меня подбросило вверх, а потом куда-то понесло...

Глава 15

Первая мысль была: – ну я вчера и напился...

Голова превратилась в наковальню, по которой всё время колотят звонкими молоточками.

Очень мешало думать. И чувствовать тоже.

Это пока я не пошевелился...

Вместе с тем в голову пришла следующая мысль: позвольте! Я ведь вчера не пил.

Точнее пил, но это было до того, как я встретился с драконом, по-совместительству, дедушкой Зебрины...

И в этот момент я вспомнил всё.

А когда открыл глаза, оказалось, что с момента падения прошло не так уж много времени.

Минуты две, не больше.

Буквально в паре метров от меня догорали остатки летающей крепости. Тут и там, сквозь гарь и пыль, белели мундиры гвардейцев.

Кто-то шевелился, кто-то уже смог подняться на ноги и недоумённо оглядывался.

Последовал их примеру и я.

Машина рухнула на какую-то узкую улочку, повредив стену одного из домов. На светлой штукатурке виднелись следы свежей копоти в форме звезды. Словно по дому саданули круглым горящим шаром.

– Генерал?.. – неуверенно позвал я.

В ушах шумело. Звук собственного голоса доносился, словно из-под воды.

– Граф?..

Рядом со мной раздался громкий поток ругательств, из клубов пыли, как призрак мщения, возник Мортиферус в закопчённом мундире. По щеке его текла кровь, но в общем и целом генерал казался довольно живым.

– Идёмте, милорд, – он бесцеремонно ухватил меня за локоть и куда-то потащил. Я упёрся.

– Что это было? И где граф?

– Его завалило камнями, – отмахнулся Мортиферус. – Не беспокойтесь, гвардейцы его уже откапывают. Моя задача – позаботиться о вас, милорд.

– Но кто нас сбил?

Ноги заплетались, и бежать, при всём желании, я не мог.

– Долгая история, – отмахнулся генерал. – Проклятые повстанцы. Но ничего: теперь-то я с ними разберусь. Покушение на наследника – это уже не шутки...

– Генерал, никто не знал, что я буду с вами, – напомнил я. Голова соображала туго, но это я ещё помнил. – Так что я здесь ни при чём.

– Извини, что перейду на личности, сынок, – из-за крови на щеке улыбка Мортиферуса выглядела жуткой и зловещей. – Но если бы не твоя дурацкая идея прекратить войну...

И в этот момент он упал. Я не понял, что случилось, вот генерал стоит и ругается, на чём свет стоит, а вот он уже лежит в пыли, и выражение лица у него такое ми-и-ирное...

– Генерал! – я позвал его, и чувствуя всю бесполезность этого действия, наклонился, чтобы пощупать пульс.

Жилка на шее билась сильно и ровно.

– Слава Люциферу, – выдохнул я прикидывая, как бы ловчее взвалить его на плечо.

Задача была не из простых: Мортиферус был головы на две выше меня, и значительно шире в плечах, а значит, тяжелее. Но не бросать же бесчувственное тело...

Мимо уха пролетел золотистый огненный шар и разбился о ближайшую стену, оставив ещё одно звездообразное пятно копоти. В полёте шар издавал негромкое гудение, похожее на гул высоковольтного провода.

Не успел я удивиться этому явлению, как ещё один шар опалил мне щеку, а третий взорвался, попав прямо в грудь.

Сквозь мундир я ощутил обжигающий жар – словно в меня врезалось раскалённое ядро...

Но ткань мундира обладала какой-то противомагической защитой – иначе вместо ожога у меня было бы сквозное проветривание в области сердца.

И в этот миг я испугался.

Честно говоря, я почти обделался от страха – потому что понял, что всё это не понарошку.

Я что хочу сказать: меня и до этого пытались убить. Но всегда, какой-то задней частью разума, мозжечком или копчиком, я чувствовал: обойдётся.

Я выкручусь, выберусь, отмажусь и всё будет хорошо.

Но сейчас, стоя на узкой улице незнакомого города, в чужом для меня измерении, глядя на останки раскуроченной летающей машины, я вдруг понял: те, кто нападает на меня СЕЙЧАС – не отступят.

Они будут преследовать и гнать меня, как дикого зверя, пока не прикончат.

От этой мысли я разозлился.

В конце-то концов!

Что я им такого сделал?..

Само собой в груди родилось плетение. Я чувствовал, как оно поднимается в горло, ложится на язык, и вот-вот вырвется из меня, уничтожая весь квартал, со всеми домами, жителями и самое главное – заговорщиками.

Повстанцами, как их назвал генерал.

Зубы завибрировали, язык напрягся...

И в тот же миг что-то сильно ударило меня в спину. Я упал.

Уже готовился почувствовать нестерпимый жар, но вместо этого услышал слова:

– Лежи и не двигайся.

Голос был женским.

– Ты кто? – тело было лёгким, но прижимало меня к земле весьма профессионально. – Что тебе нужно?

– Спасти твою никчёмную шкуру.

– А если никчёмную, зачем спасать?

Я пытался повернуть хотя бы голову, чтобы разглядеть собеседницу, но увидел лишь прядь выгоревших на солнце волос.

– Ты правда хочешь прекратить войну с драконами? – игнорируя мой вопрос, спросила незнакомка.

– Честное королевское.

Тело на моей спине напряглось, а затем откатилось в сторону. Я испытал мгновенное сожаление. Характерные мягкие выпуклости давали понять, что незнакомка – довольно фигуристая и может оказаться вполне приятной особой, если узнать её получше.

От этих мыслей отвлёк грубый тычок под рёбра.

– Ты что, уснул?

– Никак нет, госпожа, – гаркнул я.

И приподнял голову. Затылок тут же опалило – очередной огненный шар пролетел прямо над моей головой.

– На тоненького прошли, – поделился я впечатлениями с незнакомкой. Я её всё ещё не видел, только чувствовал придушенное дыхание.

– Идиот, – шепотом выругалась милая девушка. – Я же сказала не двигаться.

– Не всё, знаешь ли, бывает так, как тебе хочется, – блеснул я крылатой фразой Марка Тиберия.

Она идеально подходила к обстоятельствам.

– Как только скажу, – игнорируя мудрую сентенцию, произнесла незнакомка. – Вставай и беги.

– Куда?

Чтоб вы понимали: улица была прямая и узкая. А значит, простреливалась из конца в конец. Как только я встану, сразу сделаюсь отличной мишенью.

Кроме того, шары летели с ОБЕИХ сторон: пришедшие в себя гвардейцы успешно отбивали атаки невидимых супостатов.

– Слева от тебя – переулок, – сказала девушка.

– Не вижу никакого переулка.

– Он замаскирован, дубина. Между третьим и четвёртым крыльцом, прямо посередине. Просто беги, не останавливаясь.

– Дубина, – буркнул я. – Могла бы сразу предупредить о маскировке.

– Я и предупредила... Сейчас!

Я вскочил и побежал.

И со всей дури врезался в каменную кладку. Из глаз полетели искры, а в плечо врезался очередной огненный шар.

Надо будет сказать отдельное спасибо Лилит за костюм, – подумал я, вновь падая на землю.

– Другое ЛЕВО! – зашипели на меня сбоку. – Ты что, совсем ничего не понимаешь?

– Извини, я думал, слева от меня, а не от тебя.

– Ладно, попробуем ещё раз, – голос девушки немного смягчился. Как у терпеливого кинолога, дрессирующего симпатичного, но глуповатого пса... – Сейчас! Давай, давай, пошел...

Я вскочил. Девушка тоже. Но вместо того, чтобы бежать, она повернулась лицом к файерболам.

Мне были видны коротко стриженный затылок, узкая, обтянутая камуфляжной курткой спина и широко раздвинутые для устойчивости ноги.

Перед ней появился магический щит, в который тут же врезалось четыре огненных шара подряд. Она пошатнулась, но устояла, всё так же не опуская рук. А потом оглянулась на меня.

– Что ты застыл, идиот! Беги!

– А как же ты?..

Я понимал: долго она не продержится. Ещё пара шариков, и её щит прикажет долго жить.

А ведь на девчонке нет противофайербольного костюмчика...

Недолго думая, я подхватил незнакомку на руки и рванул к стене.

Когда крупные серые кирпичи приблизились настолько, что различалась каждая пылинка и трещинка, я зажмурил глаза.

И провалился куда-то в пустоту, всё также прижимая девушку к себе.

– Слезь с меня, придурок.

– Если ты ещё раз выругаешься, я вымою тебе рот с мылом.

Колени я рассадил. Как и локти – потому что изо всех сил пытался защитить от удара эту грубиянку.

Оттолкнувшись от земли, я приподнялся на руках, а потом плюхнулся на задницу, привалившись к стене – полагаю, с ДРУГОЙ стороны той улицы, где всё ещё шел магический бой.

Наконец-то я мог рассмотреть незнакомку.

Огромные фиолетовые глаза и широкий пухлый рот размещались на изящном треугольном лице, и казалось, что принадлежат они кому-то другому – размером побольше.

Высокие скулы, вздёрнутый нос, лоб и упрямый подбородок, – даже уши – покрывали яркие веснушки.

Странное лицо, – решил я. – Но мне нравится.

– Чего пялишься? – тут же огрызнулась девчонка. На вид было ей лет двадцать, и даже меньше.

– Хочу разглядеть спасительницу, – дружелюбно ответил я. – По-моему, вполне закономерное желание.

Девушка прикрыла глаза. На щеки легли длинные пепельные ресницы, маленький острый подбородок дрогнул.

– Теперь нам обоим капец, – сказала она.

Неожиданное признание заставило меня моргнуть.

– Капец? Но почему?..

– Потому что... – она прерывисто вздохнула, а потом распахнула огромные глаза, сразу став похожей на экзотическую бабочку. – Потому что я должна была тебя убить, принц Максимилиан.

– Это я уже понял, – я кивнул как можно спокойнее. – Вопрос в том, ПОЧЕМУ меня непременно нужно убивать?

Мы сидели в узком проходе между домами, – приземистые, с черепичными крышами, они выходили в переулок глухими стенами.

Но буквально в десяти метрах от нас кипела жизнь. Я слышал грохот копыт по мостовой, зазывные крики торговцев, смех детей...

Никто не знал, что на соседнюю улицу рухнул королевский транспорт, и что в эту самую минуту там идут бои.

Жизнь в городе шла своим чередом.

И слава Люциферу, – подумал я. – Пускай так и будет.

На мой вопрос девчонка отвечать явно не собиралась. Прикусив губу, она напряженно о чём-то раздумывала – это было видно по отсутствующему взгляду, по тому, как сосредоточенно она ковыряла пальцем дырку в вязаной, выпирающей из-под куртки кофте...

– Хорошо, не хочешь отвечать, не надо, – миролюбиво предложил я. – Скажи хотя бы, зачем ты меня спасла?

И вновь – отсутствующий взгляд, мазнувший по мне, как по пустому месту.

– Идём, – неожиданно девчонка вскочила, и потянула меня за руку. Я поднялся.

– Куда?

– В одно место.

– Вообще-то, меня ждут в Златом Замке, – намекнул я на толстые обстоятельства.

– Это пофигу, – отмахнулась девчонка. – До замка тебе по-любому не добраться.

– Это ещё почему?..

– Потому что, пока ты жив, город будут прочёсывать вдоль и поперёк, а обнаружив, тебя сразу убьют.

Я подумал, и признал, что аргумент таки имеет вес.

– Ладно, идём в твоё место, – я кивнул и сделал пару шагов по направлению к улице. – Но с одним условием. Ты скажешь, как тебя зовут.

– Не ты здесь ставишь условия, – ощетинилась незнакомка. Треугольное лицо ещё больше заострилось, глаза метали настоящие молнии.

Я пожал плечами и уставился на неё в ответ.

Грозная воительница, метр с кепкой на коньках. Я вас умоляю. Для того, кто выдерживал каменящий взгляд горгониды, такая мелочь – детский смех.

Девчонка оказалась серьёзным противником.

Когда глаза начали нестерпимо чесаться, я произнёс:

– Мы можем сколько угодно играть в гляделки. А тем временем те, кто меня ищет, доберутся до этого переулка и всё закончится. Но я зачем-то нужен тебе живым, так что, или говори, как тебя зовут и пошли уже, или... – я сделал вид, что собираюсь закричать.

– Меня зовут Зорька, – выплюнула девчонка так, словно надеялась, что имя расквасит мне нос.

В голове зазвенел звоночек.

Более-менее, я уже просёк систему имён королевских отпрысков. Исключение составляло лишь моё имя, но тут я ничего поделать не мог. Зато имя Зорька наводило на определённые размышления.

Чтобы избежать недопонимания, я решил спросить:

– А ты случайно не...

– Нет! – рявкнула девчонка. – Это обычное имя.

– О. Ну ладно. Очень приятно познакомиться, Зорька. Меня зовут Макс. Для друзей – Безумный Макс.

Она посмотрела на меня с подозрением.

– А разве ты не... принц, которого собираются посадить на трон?

– Он самый и есть, – я радушно улыбнулся. – С одной поправочкой: на трон я "сяду" только по собственному желанию.

– Ну конечно, – она хмыкнула и вытерла нос тыльной стороной ладони. Совсем, как маленькая. – Кто откажется занять трон Заковии?

– Я бы отказался, – фыркнул я. – Скажу тебе по секрету: работа короля – это совсем не то дело, чем я хочу заниматься.

– И что это за дело? – с короткой стрижкой, с этим залихватским прищуром, сейчас Зорька больше всего напоминала мальчишку-сорванца, задумавшего пульнуть из рогатки в окошко соседям.

– Ну, у меня есть свой стриптиз-клуб, – скромно, но с достоинством поведал я.

– Так ты ещё и сутенёр, – закатив глаза, она отвернулась.

– И вовсе я не...

– Ну конечно. Чего ещё ожидать от отпрыска Золотова?

– Послушай меня... – я взял её за плечи, стараясь развернуть к себе.

И по какой-то непостижимой причине вдруг оказался на земле. Сверху нависло острое веснушчатое личико.

– Не смей меня трогать, – прошипела Зорька. – Я не одна из твоих девочек.

Терпение моё иссякло.

Сделав ловкий переворот, я оказался сверху, придавив Зорьку к земле всей тяжестью. А потом сказал:

– Слушай сюда, малявка. Если не перестанешь бакланить, дальше пойдёшь сама. Усекла?

– Ты говоришь не как принц, – пролепетала удивлённая девчонка.

– Ну, принцем я стал не так уж и давно, – я поднялся и помог подняться ей. – А до этого я был грозным морским пиратом Бармалеем, который ест очень маленьких детей...

Глаза Зорьки вдруг сделались огромными и стали быстро наполняться слезами.

Никакие ей не двадцать, – вдруг понял я. – Пятнадцать. И то – максимум.

– Про Бармалея я пошутил, – сказал я добрым голосом.

– Между прочим, в Заковии любого пирата ожидает смертная казнь, – мстительно поведала Зорька, отряхивая курточку и потёртые джинсики сзади. – Так что, на твоём месте, я бы не слишком хвасталась подвигами.

Пришла моя очередь закатывать глаза.

– Я же сказал, что пошу...

– Тихо.

К моим губам прижалась жесткая ладошка. От неё пахло пылью, металлом и немного кровью.

– Сюда кто-то идёт, – добавила девчонка шепотом. Я медленно кивнул, и она отняла свою руку.

– Что теперь делать? – мы стояли в тупике, возле стены. Проходить обратно на улицу с боевыми действиями как-то не хотелось, а узкий просвет переулка уже закрыла высокая стройная тень...

По-моему, она натягивала лук.

– Ходу! – закричал я, схватил Зорьку за руку и наклонив голову, как бык побежал на лучника. – А-а-а!..

Для тех, кто не понял, это была психическая атака.

Расстояние было невелико, да и эффект неожиданности сыграл свою роль. Лучник не успел выстрелить.

Я промчался по нему, как стадо бизонов, в какой-то момент очень удачно наступив на лук, и услышав жалобный треск дерева, побежал дальше.

Зорька телепалась за мной, как Пятачок за Винни-Пухом.