Текст книги "Мой магический год: зима и выпечка (СИ)"

Автор книги: Татьяна Терновская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)

Глава 11

Весь вечер я ломала голову, какой десерт приготовить на конкурс. Но на ум ничего хорошего не пришло. Не приходить же мне с имбирным печеньем? Это смешно. В итоге утром я решила пойти на рынок в надежде найти вдохновение. Вдруг сами продукты подскажут мне идею десерта.

Продуктовый рынок раскинулся на главной площади. С четырёх сторон его окружали ратуша, мэрия, театр и суд. Последнее было очень символично. Правда, даже близость правосудия не мешала некоторым лавочникам обвешивать покупателей. Но такова жизнь, как любила повторять моя мама.

В простые дни на рынке было немноголюдно, а по выходным сюда съезжались фермеры и торговцы со всего района, а иногда и продавцы издалека. Я занималась магической кулинарией с детства, поэтому на рынке меня хорошо знали, и я отлично разбиралась в тонкостях торговли: когда можно поторговаться, где искать самые свежие продукты, а чьи прилавки лучше обходить стороной.

Разумеется, зимой на рынке было меньше товаров, чем летом. Продавцы накрывали свои прилавки согревающими и защитными чарами, чтобы уберечь продукты от ветра и холода и сохранить их свежесть, запах и вкус. Сами же кутались в тёплые пальто и полушубки и пили согревающий настой огнецвета.

Стоило мне зайти на рынок, как в нос ударил сильный запах солёной рыбы.

– Доброе утро, Мирабель! – поздоровалась со мной миссис Винтер, торговавшая специями.

– Здравствуйте! – ответила я, разглядывая прилавок.

Может, приготовить заварные эклеры с ванилью? Булочки с корицей и сливочным кремом? Морковный кекс с мускатным орехом и корицей? Нет, не то. Надо поискать ещё.

Я прошла дальше. Рынок шумел, как чан с кипятком. Торговцы перекрикивали друг друга, зазывая покупателей, те громко ругались на высокие цены и пытались выклянчить себе скидку. Запах рыбы сменился ароматом можжевельника, потом запахло копчёным, а затем всё смыл яркий аромат цитрусовых.

Я шла вдоль рядов и прикидывала варианты.

Лимонный кекс?

Безе с экзотическими фруктами?

Творожные колечки?

Пирожные с заварным кремом?

Ни один вариант не казался достаточно смелым, зимним и ярким. Что же мне приготовить?

– Вы собираетесь участвовать в конкурсе зимних десертов? – Услышала я и обернулась. Обращались точно не ко мне. Пробежав глазами толпу, я нашла говорившего и побледнела.

В соседнем ряду продавец ягод разговаривал с Аделиной Стар. Неужели она тоже участвует в конкурсе? Но зачем? И главное, как мне победить такую соперницу?

– Вы шутите! – воскликнула она, – я здесь лучший кулинар и мне нет нужды что-то доказывать. В конкурсе участвует моя дочь.

Дочь? Выходит, Аделина готовит себе преемницу?

Мне захотелось узнать подробности. Чтобы подслушать разговор я подошла ближе, спрятавшись за пучками ароматных трав.

– Чудесно! Уверен, дочь защитит честь вашей фамилии, – торговец откровенно заискивал перед Аделиной, – разумеется, с поддержкой матери победить ей не составит труда.

Аделина Стар фыркнула и задрала подбородок.

– Мне нет нужды помогать дочери, она профессионал и справится сама, – заявила она.

Конечно, только почему тогда дочь сама не пошла на рынок за ингредиентами, подумала я. И дураку понятно, что Аделина Стар приложит все силы, чтобы её дочь выиграла конкурс.

– Брать будете?! – закричали мне на ухо.

От неожиданности я вскрикнула и отскочила в сторону. Торговец и Аделина обернулись на шум. Я и миссис Стар встретились взглядами. Она скривилась.

– Смотрите-ка, а что за маленькая крыса тут подслушивает? – глаза Аделины зло сверкнули.

Мои щёки вспыхнули румянцем.

– Ничего я не подслушивала! Я покупала травы. – В доказательство своих слов я сняла с верёвки первый попавшийся пучок и протянула продавщице. – Сколько с меня?

– Три медяка за сбор для очищения кишечника, – крикнула та, чуть не оглушив.

Подождите, я только что взяла сбор для очищения кишечника?!

Аделина Стар расхохоталась.

– Какой интересный выбор для кулинара, – хмыкнула она.

Я ещё сильнее покраснела, но отступать не собиралась.

– Да, вот планирую испечь кексы для быстрого похудения, – сказала я, обменивая пучок трав на монеты, – могу и вас угостить. Раз вы постоянно не в духе, возможно, мучаетесь запорами.

Улыбка быстро сползла с лица Аделины, сменившись гневом.

– Ах, ты наглая девчонка! Да как ты смеешь так со мной разговаривать?! – завопила она на весь рынок.

– Как вы со мной, так и я с вами. Доброго дня, – бросила я и поспешила ретироваться, пока Аделина не закатила скандал.

Ссориться с ней мне совершенно не хотелось, тем более перед конкурсом, от которого зависело не только моё будущее, но и будущее моей семьи.

Быстро пробежав несколько рядов, я притормозила и оглянулась. Вокруг царила обычная рыночная суматоха. Я с облегчением выдохнула, а потом заглянула в свою корзинку. На дне одиноко лежал пучок ненужных трав. С таким набором лучше вообще не приходить на конкурс. Мне сразу стало грустно. Я подняла взгляд и посмотрела на продукты на ближайшем прилавке.

Стоп, а что, если? Точно! Отличная идея! С таким десертом у меня появятся шансы на выход в полуфинал!

Глава 12

Незаметно наступило 15 декабря. Я встала очень рано (хотя на самом деле из-за волнения всю ночь не спала), чтобы приготовить десерт для отборочного тура. Мой выбор пал на миндальный пирог. Орехи, цедра апельсина и лимона, ванильный сахар и корица – чем неидеальное сочетание для зимнего десерта? Рецепт миндального пирога не самый сложный, но трудоёмкий. Чего стоит только взбить белки до твёрдых пиков. Но результат заслуживает потраченных усилий.

С подбором алхимических порошков эмоций проблем тоже не возникло. Я решила добавить в пирог восторг, радость и ностальгию. Именно с такими эмоциями люди чаще всего встречают День зимнего солнцестояния.

Когда миндальный пирог был готов, я убрала его в корзинку, не забыв с помощью магии защитить ее от холода и ветра. Затем взяла свой любимый зимний фартук со снеговиками, письмо от организаторов конкурса, бутерброд и чай с пыльцой огнецвета, на случай, если отборочный тур затянется. Это был мой первый конкурс, поэтому я не знала, как он будет проходить и чего стоит ожидать. Оставалось только надеяться на удачу. Собрав всё необходимое, я оставила Маффина за главного и отправилась в путь.

Город уже давно проснулся, правда прохожих было мало. Это показалось мне странным, но вскоре объяснение нашлось само. Свернув на главную улицу, я увидела множество горожан, толпящихся на площади. Мои руки задрожали, велосипед вильнул, и я чуть было не улетела на обочину, но вовремя выровняла руль.

Всё хорошо, Мирабель, всё хорошо. Тебе всего-то нужно поставить пирог на судейский стол и дождаться результатов. Подумаешь, большое дело!

Но моё сердце не желало слушать доводы разума, вместо этого оно усиленно качало кровь, так что начала кружиться голова. Я остановила велосипед и спрыгнула на мостовую. Дальше лучше идти пешком. Прислонив велосипед к стене, я отстегнула корзинку и, поправив пальто и причёску, зашагала к площади.

В её центре, недалеко от памятника королю Вильгельму поставили большой белый шатёр для участников конкурса. А вокруг толпились любопытные зеваки. Я медленно пробралась через толпу и оказалась около шатра. При входе стоял мужчина в форме стюарда со значком организатора конкурса. Когда я поравнялась с ним, он спросил:

– Вы участница, мисс?

Я кивнула.

– Можно ваше письмо? – спросил он.

Хорошо, что я догадалась его взять. Быстро достав из кармана помятый и обслюнявленный Маффином конверт, протянула его стюарду. Он брезгливо открыл конверт, достал письмо, пробежал глазами, а затем сказал:

– Проходите, мисс. В полдень стартует отборочный тур. У вас будет час, чтобы поставить свой десерт на стол жюри. Те, кто не уложится в срок, снимаются с конкурса, – строго добавил он, – пока у вас есть время украсить своё изделие или подправить что-то при необходимости.

Я поблагодарила его и вошла в шатёр. По левую руку от меня стоял длинный деревянный стол с белой скатертью, украшенный еловыми ветвями и свечами, именно туда мне надлежало поставить свой десерт. Справа стояли простые деревянные столы, где участники могли работать над своими изделиями. Чуть в стороне было несколько печей, рядом стол с посудой и кухонной утварью и даже небольшой ящик с ингредиентами, на случай, если участнику понадобится что-то переделать. К счастью, мой миндальный пирог получился просто на загляденье, и печи мне не понадобятся. А вот украсить его получше было бы нелишним.

Я подошла к одному из столов. В шатре кроме меня были и другие участники. Кого-то я хорошо знала, с кем-то до этого не была знакома. Краем глаза я оценила уровень своих конкурентов. В основном это были домохозяйки. Опытных поваров почти не было. Только миссис Джеймисон, которая когда-то работала в таверне в соседнем городке. И Эмма Флинн, мы обучались у одного преподавателя. Когда наши взгляды встретились, я улыбнулась и помахала рукой, она ответила тем же. Приятно увидеть старую подругу в такой волнительный момент. Я пробежала взглядом остальных соперников и остановилась на знакомой рыжей шевелюре.

Джеральдина?

Точно, это была она. Но что Джеральдина забыла на конкурсе десертов? Неужели она тоже занимается магической кулинарией? Похоже на то. Интересно, придёт ли Ричард, чтобы поболеть за неё?

Стоило вспомнить о нём и о пари, как настроение тут же испортилось. Нет, сейчас надо сосредоточиться на конкурсе.

Я взяла большую красивую тарелку и поставила на стол. Затем осторожно вынула пирог из корзинки и положила в центр тарелки. По размеру почти идеально, но без украшений смотрится простовато. Я стала озираться. Можно положить на тарелку немного мяты и нарисовать снежинки сахарной пудрой. Думаю, будет красиво.

Улыбнувшись, я направилась к столу с продуктами. Взяв пару веточек мяты и баночку с пудрой, вернулась к своему месту. Жаль, у них нет формочек, но ничего. Использую магию и снежинки получатся очень красивыми.

Я открыла баночку, зачерпнула пудру ложкой и занесла её над пирогом, когда увидела то, что заставило меня мгновенно побледнеть.

Мой пирог покрылся плесенью!

Но это невозможно! Я чётко соблюдала рецепт и приготовила пирог только этим утром! Он не мог заплесневеть. Так просто не бывает. Если только не…

На лбу выступила испарина, а ладони сжались в кулаки.

Магия! Кто-то нарочно испортил мой пирог! Другого объяснения просто не может быть. Только заклинание способно за минуту превратить свежий пирог в плесневелый. Пока я отошла от стола, чтобы взять мяту и пудру, кто-то испортил мой десерт. Но кто это сделал?

Я огляделась и встретилась взглядом с Джеральдиной. Она хитро улыбнулась и издевательски мне подмигнула.

Это точно была она! Но зачем? Почему Джеральдина так со мной поступила?! Нет, не то. Что мне теперь делать?!

Сердце словно рухнуло в пропасть, перед глазами всё поплыло. Сначала мне стало очень холодно, а потом мгновенно бросило в жар. Я почувствовала сильную боль в груди. В голове не осталось ни одной мысли, кроме вопроса:

Что. Мне. Делать?

Миндальный пирог, который я в полдень должна была поставить на судейский стол, испорчен. Никакая магия его уже не спасёт. Значит, мне нечего показать жюри. А без десерта меня дисквалифицируют. Это катастрофа! Если я не пройду отборочный тур, то проиграю пари Ричарду и тогда придётся закрыть кафе.

Меня охватило отчаяние, стало трудно дышать. Я стояла неподвижно, словно восковая фигура, и непроизвольно сжимала и разжимала кулаки. Потом почувствовала, как к глазам подступили слёзы.

Несправедливо!

Сначала я осталась без своей книги. А теперь приготовила практически идеальный десерт, но соперница его уничтожила. Зачем я только отошла от стола?!

Какая же ты дура, Мирабель!

Я продолжала бормотать себе под нос, ругаясь на собственную беспечность, хотя понимала, что от этого моё положение не станет лучше. Мне нельзя проигрывать пари! Нельзя закрывать кафе. Значит, надо бороться!

Оглядевшись, я увидела в противоположном конце шатра одного из организаторов конкурса. Схватив свой пирог, я бросилась к нему.

– Простите, – позвала я хриплым от волнения голосом.

Мужчина средних лет в мышиного цвета пиджаке со значком организатора конкурса обернулся и недовольно на меня посмотрел.

– Что у вас, мисс? – спросил он таким тоном, словно я отвлекла его от важного дела.

Я старательно сдерживала слёзы обиды. Руки дрожали.

– Я… мой пирог кто-то испортил, – я показала ему тарелку с заплесневелым пирогом.

Он бросил в мою сторону только один короткий взгляд. Выражение его лица говорило, что мои проблемы интересны ему не больше, чем жужжание мухи над ухом.

– Испортил? – зачем-то переспросил он.

– Да, именно так, – подтвердила я, не понимая, почему организатору безразлична моя проблема.

– А как вы это докажете? – с нажимом спросил он.

Я опешила.

– Докажу?

– Именно, – он сверлил меня взглядом.

– Но я приготовила пирог этим утром. Он не мог заплесневеть за полчаса, – сказала я, не в силах скрывать отчаяние в своём голосе.

– Это только ваши слова. Где доказательства? – он снова пошёл в наступление, – возможно, вы изначально принесли бракованный пирог, а теперь пытаетесь свалить вину на соперников.

У меня перехватило дыхание от возмущения. Я жертва коварства Джеральдины, а он пытается выставить меня обманщицей!

– За кого вы меня принимаете?! Я честный человек, и никогда бы так не поступила! – воскликнула я.

Организатор только пожал плечами.

– Как говорится, красивые слова к делу не подошьёшь, – он строго посмотрел на меня, – либо предъявите неоспоримые доказательства, либо уходите.

С этими словами он развернулся и ушёл, а я так и осталась стоять посреди шатра с плесневелым пирогом в руках.

Как же так?! Почему мне никто не верит?! Разве организаторы не должны защищать участников конкурса? Выходит, им всё равно.

Я хотела броситься за ним, но поняла, что это бесполезно. Какие доказательства я могу предъявить? Показания Маффина, который был на кухне, когда я готовила миндальный пирог? Смешно! Увы, я не смогу доказать свою невиновность.

Я снова огляделась в поисках человека, который мог бы меня спасти, и наткнулась взглядом на Джеральдину. Моя соперница с триумфом победительницы смотрела на свой идеально украшенный десерт. Вот же змея! Почему она выбрала своей мишенью именно меня?! Хотя сейчас это не важно. Джеральдина сделала своё дело. Теперь мне нужно как-то спасать положение.

В следующий миг я услышала мелодичный перезвон. Часы на ратуше пробили полдень. Через час закончится отборочный тур, а мне нечего поставить на судейский стол. Я пропала!

Голова закружилась. Мне показалось, ещё чуть-чуть и упаду в обморок. Я своими руками вырыла себе могилу! Теперь Ричард выгонит меня из кафе, мои родители не смогут расплатиться с долгом за землю, нас выселят из дома, и мы всей семьёй будем ночевать на улице, а мои братья…

Стоило мне вспомнить о них, как головокружение прекратилось. Я увидела перед собой лицо Генри, который говорил, что верит в меня.

И ты позволишь себе так легко сдаться, Мирабель?

Ну уж нет! Не дождётесь! Пусть Джеральдина злорадствует сколько хочет, но я так просто не отступлю! До окончания приёма работ есть ещё час. За это время можно попробовать испечь новый десерт.

Я бросила тарелку с пирогом на стол и побежала к ящику с продуктами. Кровь пульсировала в висках. Это мой последний шанс.

Заглянув в ящик, я стала прикидывать варианты. Мука, яйца, сахар, соль, масло – это хорошо. А что есть из фруктов? Я быстро оглядела содержимое ящика. Только яблоки?! Но это же… зимой в наших краях в каждом доме пекут яблочные пироги. Этим никого не удивишь! Ладно, все равно другого выхода нет.

В итоге у меня оставался всего час и ограниченное число ингредиентов. Для приготовления сложного десерта нет ни времени, ни нужных продуктов. Выбор был очень маленький, практически нулевой. Придётся испечь классическую яблочную шарлотку.

Я сбегала за корзинкой, в которой ещё недавно лежал мой идеальный миндальный пирог, и сложила туда нужные ингредиенты, даже нашла маленькую бутылочку лимонного сока. Потом посмотрела в небольшой ящик, где должны были лежать алхимические порошки эмоций. На дне одиноко стоял маленький пузырёк.

Эссенция грусти? И всё?! Если я добавлю в шарлотку только её, то судьи разрыдаются!

Как же… что же… боги!

Ладно, пусть будет грусть.

Я поставила в корзинку маленький пузырёк и пошла за кухонной утварью. Миска, форма для запекания, нож, разделочная доска, лопатка, венчик, сито, пергамент.

Еле удерживая всё это в руках, я отнесла добычу к своему столику. Другие конкурсантки с любопытством на меня посматривали, негромко переговариваясь друг с другом, но я не обращала на них внимания.

Бросив небесную искру в очаг, я сняла пальто, повязала волосы лентой и вымыла руки.

Вперёд!

Для начала нарезала яблоки ломтиками. Они были твёрдые и кисло-сладкие на вкус. То, что надо! Я даже решила не очищать их, надеясь, что яркая алая кожура украсит мой пирог.

Сбрызнув ломтики лимонным соком, я перешла к бисквиту. Смешала яйца с сахаром, а затем принялась усердно взбивать массу веничком. Она должна стать светлой и пышной. Это была самая нелюбимая часть работы и невероятно утомительная. К счастью, за годы увлечения магической кулинарией я уже набила руку на бисквитах.

Пока орудовала венчиком, думала, как поступить с магической частью десерта. Отдать пирог с одной грустью было равносильно признанию поражения. Может, вообще ничего не добавлять? Но тогда меня могут дисквалифицировать. Всё-таки это конкурс магических десертов.

Пока думала, мой взгляд блуждал по шатру и наткнулся на пальто. Стоп. Я же взяла с собой перекус, на случай, если конкурс затянется. Точно! В кармане у меня была небольшая фляжка с чаем, а к ней я взяла баночку с пыльцой огнецвета. Что, если добавить её в пирог? Огнецвет ведь согревает, дарит тепло. Он вполне может смягчить эссенцию грусти. Да, это рискованно, но хотя бы даст мне шанс.

Когда пена стала достаточно светлой и пышной, я частями просеяла туда муку, затем добавила немного эссенции грусти, смешанной с пыльцой огнецвета и, стала осторожно перемешивать тесто лопаткой, чтобы оно не осело.

Печь уже нагрелась до нужной температуры. Я постелила в форму пергамент, вниз аккуратно уложила яблочные дольки, а сверху вылила тесто. Всё, можно ставить в печь. Кажется, успеваю к сроку.

Я выдохнула и стала приводить стол в порядок.

– Вот же упёртая, – услышала я знакомый голос за спиной, – прилипла, как пиявка.

Я обернулась и встретилась взглядом с Джеральдной. Та скривилась.

– Надеюсь, с этим пирогом не случится беды, как с предыдущим, – процедила она. В голосе чувствовалась угроза.

– Не дождёшься! – ответила я.

Джеральдина хмыкнула и отвернулась. А я осталась в недоумении. Почему она так меня ненавидит? Я ведь ничего ей не сделала! Неужели хочет выиграть конкурс любой ценой? Но почему? Из-за денежного приза? Сумма, конечно, большая, но не настолько, чтобы ради неё заходить так далеко. Да и, судя по нарядам Джеральдины, она явно не бедствует. Скорее, наоборот. Может, дело в Ричарде? Хотя при чём тут я? Мы с ним даже не друзья. Он просто мой арендодатель…

За этими размышлениями время ожидания пролетело за один миг. Наученная горьким опытом, все положенные сорок минут я не отходила от печки. Не хватало, чтобы кто-то испортил ёще и шарлотку.

– Десять минут до конца приёма десертов! – громко объявил стюард.

Всего десять?! Только бы моя шарлотка успела пропечься!

Когда пришло время доставать её из печи, минутная стрелка почти подобралась к двенадцати. Украсить шарлотку я уже не успевала.

Надев прихватку, я вытащила горячую форму, а затем ловко перевернула её на тарелку. Моему взору предстали аккуратные яблочные дольки. Вроде получилось.

– Одна минута! – крикнул стюард.

Я схватила тарелку с горячей шарлоткой и побежала к судейскому столу.

Ещё немного.

Совсем чуть-чуть!

Я поставила тарелку на свободное место.

– Стоп! Приём десертов на отборочный тур закончен! – объявил стюард.

Я всё-таки успела!

Но пропеклась ли моя шарлотка? И что скажут судьи, увидев такой простой десерт. А главное, удалось ли мне смягчить эссенцию грусти?

Почти сразу после окончания приёма работ в шатре появилось жюри. Среди них был мэр, капитан королевских стрелков, городской судья, режиссёр местного театра и ещё один человек. Пожилой, с худым лицом, седыми волосами и цепким, холодным взглядом. Его я видела впервые. Судя по дорогой одежде это был аристократ из столицы. Интересно, кто он такой?

– Уважаемые участники, – обратился к собравшимся стюард, – на время обсуждения членами жюри мы просим вас покинуть шатёр. Как только решение будет принято, вас пригласят на объявление результатов отборочного тура.

Ясно, надо ждать.

Я надела пальто и вслед за остальными участниками вышла на улицу. Холодный ветер сразу заключил меня в свои объятья, и я поёжилась. В шатре рядом с горячей печью было гораздо теплее.

– Мирабель! – услышала я и обернулась.

Ко мне со всех ног бежали братья.

– Ну, что там? Ты выиграла? – спросил Сэм.

– Это ещё не финал, дубина, – Генри оттеснил его в сторону.

– Сам ты дубина! – надулся Сэм.

– Не ссорьтесь, ребята! – я хлопнула в ладоши, а потом обняла их, – сейчас судьи попробуют десерты участников и выберут, кто пройдёт в полуфинал.

– Да что тут решать? – фыркнул Генри, – ты готовишь лучше всех.

– Да! Мы болеем за Мирабель! Мирабель победит! – завопил Сэм.

Я прикусила губу. Они ведь не знают, что Джеральдина испортила мой идеальный миндальный пирог и мне пришлось наскоро готовить новый десерт. Уже всем надоевшую яблочную шарлотку. Десерт для новичков. Но я-то занимаюсь магической кулинарией много лет и подала на конкурс такое! Да ещё и внутрь пришлось добавить эссенцию грусти. И не факт, что пыльца огнецвета хоть немного её смягчит. Что подумают судьи? Понятно: шарлотку готовила какая-то неумеха. Хорошо ещё моего имени на ней нет. Хотя, если я не пройду в полуфинал, позора всё равно не избежать.

Мне хотелось завыть. Грудь жёг стыд перед братьями, которые так в меня верили.

– Мирабель, что-то случилось? – осторожно спросил Колин.

Он всегда был очень внимательным и наблюдательным. Нельзя, чтобы Колин обо всём догадался.

Я натянула на лицо улыбку.

– Просто очень волнуюсь. Впервые участвую в конкурсе, – соврала я.

– Да брось! Ты же на этом кошку съела! – отмахнулся Генри.

– Кошку? – переспросила я.

– Ну, у нас ведь живёт Маффин. Если при нём плохо говорить о собаках, он расстроится, а про кошек можно, – объяснил Генри.

– Маффин же ничего не понимает, – возразил Колин.

– А вот и понимает! Собаки знаешь какие умные! – Генри начал спорить.

– Хочу карамельное яблоко, – невпопад заявил Сэм.

Это был мой шанс. Я достала из кармана несколько медяков и протянула их Генри.

– Купите себе каких-нибудь сладостей, – сказала я.

Схватив монеты, братья радостно побежали прочь, продолжая спорить. А я с тревогой посмотрела на шатёр. Сейчас там решается моя судьба. В полуфинал пройдёт только половина участников. Хоть бы мне повезло! Хоть бы…

– Мисс Харрис? – рядом со мной возник Ричард.

Я ойкнула от неожиданности.

– Простите, не хотел вас напугать. Вы, я вижу, молились кулинарным богам? – пошутил он.

Я хмыкнула.

– Кулинарным богиням нет нужды молиться кулинарным богам, – парировала я.

Ричард изобразил на лице удивление.

– Вот как? Если бы знал, что разговариваю с богиней, захватил бы дары. Скажем, – он огляделся, – пучок редиса.

Я закатила глаза.

– Вы мне до конца жизни будете припоминать тот разговор? – спросила я.

– Возможно, – ответил он, – знаете, у юристов очень хорошая память.

– У кулинаров она не хуже, – заметила я и почувствовала на себя чей-то тяжёлый взгляд.

Повернув голову, я увидела Джеральдину. Она смотрела на меня с нескрываемой ненавистью. Почувствовав перемены в царившей атмосфере, Ричард проследил за моим взглядом. Стоило Джеральдне заметить, что он смотрит в её сторону, как выражение лица изменилось буквально за секунду. Словно профессиональная актриса Джеральдина широко улыбнулась и приветливо помахала Ричарду. Он ответил сдержанным кивком.

– Знаете, ваша подруга только что испортила мой десерт, – сказала я.

– Что? – удивился Ричард.

– Да, я хотела украсить свой пирог, поэтому оставила его на столе, а она навела порчу. Пирог заплесневел и мне пришлось готовить новый, – призналась я.

– А почему вы не обратились к организаторам или судьям? – спросил Ричард.

– Обратилась! Но организатор сказал, что это мои проблемы, – я развела руками.

– И вы так легко сдались? Организатор поступил не по закону. Он должен был провести расследование по вашему обращению, – поучительным тоном сказал Ричард.

Во мне закипела обида.

– Вам легко говорить! Вы королевский юрист. Да люди приходят в восторг от одного только вашего имени! – воскликнула я.

– Только не вы, – тихо сказал он, глядя мне прямо в глаза, – впечатлить вас мне пока не удалось. Но юристы – люди настойчивые.

Я почувствовала, что краснею. О чём это он? Зачем Ричарду меня впечатлять? У нас совершенно другие отношения. Но моё сердце против воли забилось чаще. Я посмотрела в глаза Ричарда и хотела спросить, что он имел в виду, но услышала звон гонга.

Из шатра вышел стюард и громко произнёс:

– Жюри приняло решение. Прошу участников пройти в шатёр для объявления результатов!

От страха моё сердце сжалось, а ладони вспотели. Сейчас я узнаю, прошла в полуфинал или нет.

Услышав слова стюарда, участники вернулись в шатёр, а за ними устремились их группы поддержки. Ричард куда-то исчез, зато рядом возникли мои братья. Генри жевал свежий крендель с кунжутом, Колин остановил свой выбор на глазированных орешках, а Сэм уплетал карамельное яблоко, вымазав всё лицо в сладком. Я нервничала, мне не хотелось, чтобы братья стали свидетелями моего провала. И одновременно рядом с ними мне было спокойнее. Вот такой парадокс.

Деревянные столы уже убрали, остался только тот, на котором были наши десерты. Рядом с ним стояли судьи. На их расслабленных лицах были улыбки, чего нельзя сказать об участниках. Мы выстроились в ряд перед столом, нервно оглядываясь в поисках поддержки. Меня немного успокаивало, что не я одна ощущаю неуверенность. Возможно, другие участники тоже допустили ошибки и их десерты не так идеальны, как мне казалось со стороны.

Вперёд вышел мэр: тучный мужчина в белом парике и с орденом на золотой цепи.

– Дорогие жители Колдсленда, я рад, что наш конкурс десертов вызвал у вас такой интерес, – начал вещать он, речи мэра никогда не отличались краткостью, – и отдельно хочу поблагодарить конкурсантов за прекрасную работу! Все десерты получились просто замечательными, и нам очень трудно было сделать выбор. Но к сожалению, по правилам в полуфинал пройдёт только половина участников. Итак, мы будем указывать на десерты, которые выбрали, а их создатели выйдут вперёд и назовут своё имя.

Я сцепила ладони в безмолвной молитве. Пожалуйста, дайте мне ещё один шанс! Всего один! В следующий раз я никому не позволю испортить мой десерт!

Мэр прошёл вдоль стола и указал на пирог с ягодами.

– Автор этого десерта мастерски справился с очень сложным рецептом, – объявил он.

– Это мой! Джеральдина Мор, – представилась моя знакомая злюка.

Подождите, её фамилия Мор?! Неужели она… но мои размышления прервал городской судья. Он также прошёл вдоль стола и указал на безе с фруктами.

– Автор этого десерта выбрал редкий в наших краях десерт, но сумел блестяще его приготовить, поэтому заслуженно проходит в полуфинал, – резюмировал судья.

– Спасибо! Эмма Флин, – сказала моя подруга и встала рядом с Джеральдиной.

Я искренне похлопала. Эмма молодец, я в ней никогда не сомневалась.

Затем вперёд вышел капитан королевских стрелков. Местные дамы сразу оживились, увидев своего любимца. Он не стал тянуть время и быстро указал на кексы.

– Мы выбрали этот десерт за безупречный подбор ингредиентов, – сказал он.

Вперёд ожидаемо вышла миссис Джеймисон.

– Это мой. Элеонора Джеймисон, – представилась она.

От страха у меня закружилась голова. Братья тоже занервничали и перестали жевать. Сэм подошёл ко мне и вложил свою липкую от сока и карамели ладошку мне в руку. Я слабо улыбнулась ему.

Режиссёр театра в странном мятом наряде и, кажется, слегка навеселе, быстро обогнул стол и ткнул в большой расписной пряник.

– Мы не могли не оценить великолепное оформление этого десерта, – хихикнул он.

Вперёд вышла моя знакомая из алхимической лавки.

– Это мой. Агата Стилл, – представилась она.

Я почувствовала, как от страха у меня подкашиваются ноги. Осталось всего одно место в полуфинале! Неужели я проиграла?! Мне хотелось закрыть уши руками и отвернуться, чтобы не узнавать результат. А ещё лучше сбежать отсюда. Да, убежать пока не поздно! Невыносимо было стоять и смотреть, как рушатся мои мечты.

Тем временем вперёд вышел мужчина из столицы. Возможно, мэр его представил, но я прослушала. Не могла думать ни о чём, кроме результатов.

Он медленно обогнул стол.

– Этот десерт был выбран за смелость в работе с алхимическими элементами, – с этими словами мужчина указал на мою шарлотку.

Неужели?!

От шока я просто застыла на месте. Генри схватил меня за локоть и потянул вперёд.

– Давай, выходи! – сказал он.

Колин и Сэм присоединились к нему, и втроём они вытолкали меня вперёд.

– Я… это моя шарлотка. Мирабель Харрис, – с трудом проговорила я.

Напряжение резко спало, и я ощутила страшную усталость. Хотелось лечь на пол и уснуть. А ещё рассмеяться и заплакать, но, чтобы не сойти за сумасшедшую, я сдержалась.

Неужели… Неужели я всё-таки прошла в полуфинал?! Невероятно! Голова кружилась, ноги стали ватными. Я с улыбкой обернулась, чтобы разделить радость с другими полуфиналистками, и пересеклась взглядом с Джеральдиной. На её лице не было ни капли радости от прохождения в следующий тур. По хищному, полному ненависти взгляду, я поняла, что Джеральдина не отступит и не успокоится, пока меня не уничтожит. Но почему? Откуда такая ненависть? Ведь другие полуфиналистки ни слабее меня, а миссис Джеймисон, пожалуй, сильнее. Почему же Джеральдина выбрала объектом своей ненависти именно меня? Вряд ли дело только в конкурсе. Тут должно быть что-то ещё. Но что?

Когда имена всех, кто прошёл в следующий тур, были названы, мэр снова вышел вперёд.

– Теперь вам известны все участники полуфинала. Поаплодируйте нашим талантливым кулинарам! – зрители радостно захлопали.

Мэр довольно улыбался.

– А тем, кому сегодня не повезло пройти дальше, я желаю не унывать и совершенствовать своё кулинарное мастерство. У вас ещё будет шанс взять реванш, – эти слова стали слабым утешением для выбывших участников.