Текст книги "Королевская стража (СИ)"

Автор книги: Татьяна Талова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 19 страниц)

– Интересно знать, для чего? – холодно поинтересовалась женщина, спокойно, но со всей силы, награждая барда пощечиной. – Нахал…

– Понятно, – Кайса грустно посмотрел на захлопнувшуюся дверь и решился на еще одну попытку. – На самом деле это хозяин интересовался насчет снов! – он снова постучал в дверь. Шагов женщины слышно не было, скорее всего, она еще стояла у двери. – Просто тут в коридоре недавно травили… э-э… клопов и мышей. И многие постояльцы жаловались на кошмары и головную боль. Вот я и спрашиваю… – дверь вновь скрипнула, дама выглядела слегка раздраженной, но не более. Кайса сбился, врать в лицо было немного труднее.

– Вот я и интересуюсь, как вы…

– Но зачем будить, скажите на милость?

Кайса попытался состроить самую глупую и виноватую гримасу, на которую был способен. Получилось, как всегда.

– Ладно, идио… Иди отсюда. Скажи хозяину, чтоб выбирал другую отраву, у меня полночи болела голова. А я еще думала, это из-за местного вина…

Бард благодарно кивнул, развернулся и сбежал вниз.

– Ну что? – в один голос спросили Ройоль и Риннолк.

– Развенчивать собственные догадки, особенно когда они подпитывают твою гордость, это так… печально, – с тоской в голосе проговорил Кайса. – Но, похоже, я был не прав. И ты, Ройоль, и ты, Ри…

Он пересказал им разговор с постоялицей и стал ждать ответа.

– А вдруг… она соврала? – неожиданно предположил стражник.

– Она вся была в поту, с темными кругами под глазами, и слишком злая… Сомневаюсь, что ей снилось что-то хорошее.

– Если б это был действительно кошмар, пугающий до озноба, то она бы обрадовалась, что ты его прервал, – заметила Риннолк. – И, – девушка прищурилась с лукавым смешком, – тогда ты был бы уже у нее в кровати. Это самый действенный способ прийти в себя! А ее поведение… Я бы предположила, что ночью ее мучила какая-нибудь изматывающая тягомотина без сюжета и смысла. Не оставляющая воспоминания и сил.

– Так вот какие сны тебе снятся обычно…

– Ты…

– Ребята! – привлек к себе внимание Ройоль и, надо сказать, привлек весьма вовремя. – Мне лично все равно, что снилось той бабе. Главное, ты скажи – действительно думаешь, что я ошибся, и никакого Змея тут нет?

– Думаю, да. А вот колдун – это вполне вероятно.

"И это объясняет, почему Его Величество все-таки послал нас сюда, – домыслил Кайса для себя. – Не со Змеем же воевать, в самом деле".

– Чернокнижник? – Риннолк задумчиво отбивала пальцами по столу сложный, смутно знакомый Кайсе ритм. Взгляд барда помимо воли приковался к бледной руке. Только сейчас он заметил, что вокруг запястья наемницы обмотан кожаный шнур с небольшим овальным медальоном. Сама подвеска была заткнута за шнур, чтобы не мешать руке и не ударяться о предметы. Зачем ей это украшение и почему на руке, а не на шее, как это бывает обычно? И что внутри? Прядь волос отца или матери? Любимого человека?

– Откуда мне знать? – запоздало отозвался Кайса.

– Там во дворе я явно чувствовала что-то очень враждебное, – категорично заявила Риннолк, продолжая барабанить пальцами по столу. – Пока еще я не решила, почему его… хм, взор обратился именно на нас, но могу предположить, что из-за твоих песен. Помнишь, ты сам рассказывал… – она поморщилась, припоминая. – Чтобы обнаружить что-то, нужно привлечь к себе внимание этого "чего-то", так? Ты часто поешь ту жутковатую песню про черную магию?

Кайса немного удивился, узнав, насколько хорошо его спутница запомнила рассказ о его последней охоте на чернокнижников.

– Сегодня пел, – признался он. – Она почти всегда действует…

– Я полагаю, он был здесь, – сделала вывод наемница. – А возможно, и сейчас находится.

Ройоль мгновенно стал озираться. Кажется, он был порядочно удивлен таким быстрым развитием событий.

– Ройоль… – Кайса тоже огляделся. – Еще достаточно народу. Я вроде бы обещал сыграть? Сыграю. А пока я буду этим занят, следите за гостями. Оба. Хорошо?

– Сомневаюсь, что… – начала Риннолк, но цнэрг прервал ее, тронув за плечо. Четкая дробь сбилась, и Кайса вдруг вспомнил мелодию.

– А я думаю, что все получится, – сказал Ройоль. – Раз этот маг уже проявил себя один раз, то и второй раз проявит.

– Анретский парный танец! – коротко кивнув цнэргу, разведчик скрестил руки на груди и взглянул на девушку. – Я помню его только по королевским приемам!

– Поздравляю, – с каменным лицом отозвалась наемница. – И что?

– Откуда ты его знаешь?

– Из Анрета! Я там была! – Риннолк сжала кулаки. – Меня уже бесит твоя подозрительность, бард!

– Не знаю, что между вами, – пробормотал цнэрг, вновь хватая Риннолк за плечо. – Но уймитесь, сейчас не до того.

– Еще раз вцепишься в мое плечо, прибью, – буркнула наемница, успокаиваясь.

Ройоль только вздохнул, однако, в его взгляде ясно угадывалось некоторое восхищение. Кайса усмехнулся про себя. А забавно будет, если цнэрг вздумает поухаживать за его суровой спутницей. А что, общих тем у стражника с наемницей будет явно побольше, а Ри иногда улыбается так, что кажется почти красавицей…

Когда Кайса привычно забрался на свободный стол, расчехлил лютню и подождал, пока слушатели, одобрительно кивая, подвинутся ближе, Ройоль уже вручал своей новой знакомой кружку эля, что-то оживленно рассказывая.

– Спеть, что ли, о любви? – с едва заметной язвительностью, громко спросил бард.

Что бы там ни происходило между цнэргом и Ри, а свою задачу они выполнили прекрасно. В том плане, что их мнение совпало с мнением и самого барда.

– Я за парня, что прямо за мной, в дальнем углу, – тихо поведал бард, вернувшись за стол. – Не знаю как насчет магии, но выглядит он подозрительно.

– И ведет себя тоже, – улыбаясь, согласилась наемница. – Хотя я пока ничего потустороннего не чувствую.

– А я чувствую, – просто сказал Ройоль, подводя итог "голосованию". – Если кто в этой таверне и маг, то это он.

– Хорошо, – кивнул бард. – Тогда я пошел.

– Куда? – вскинулась Риннолк, но Кайса ее уже не слушал.

– Песенная магия, – за него сказал Ройоль. – Сейчас посмотрим, подействует ли в третий раз… Надо выманить этого колдуна из таверны.

– Вот скотина, – беззлобно фыркнула наемница. – Мог бы и сам объяснить.

– Он привык действовать один, – пожал плечами стражник и добавил с легкой улыбкой:

– Как и ты.

Риннолк о чем-то задумалась, прихлебывая эль, а потом сощурилась и протянула с довольной улыбкой, наблюдая за тем, как бард с благодарностью принимает из чьих-то рук кружку:

– Действительно… – Риннолк перевела взгляд на главного подозреваемого. Тот, словно почувствовав что-то, взглянул в ее сторону.

– Что ты задумала? – шепотом спросил Ройоль.

– Нам ведь надо вывести его в какое-нибудь пустое тихое место, так? – девушка спрашивала стражника, но смотрела на незнакомца. И улыбалась тоже ему. – Чтобы никого случайно не задеть здесь, да?

– Да, – осторожно ответил цнэрг.

– Значит, это я и задумала, – Риннолк медленно повернула голову к Ройолю и приподняла бровь. – Как я смотрюсь?

Она сняла колет, небрежно кинула его на соседний стул, пригладила волосы и вопросительно посмотрела на стража.

– Волосы лучше взлохматить.

Риннолк послушалась и к тому ослабила шнуровку на рубашке. Удачно так ослабила – взгляд помимо воли скользил от оголенной шеи и ключиц ниже.

– Ты… – не поверил Ройоль.

– Да, – Риннолк еще раз улыбнулась незнакомцу, а потом решительно встала, сделав непонятный небрежный жест рукой. – И посмотрим, что сделают магия, а что…

Она не договорила, подхватив свою кружку и оставив немного растерявшегося собеседника в одиночестве. Ройоль задумчиво подпер голову рукой. Такого поворота он не ждал.

Риннолк, чуть хмелея от вина и собственной выходки, мягким шагом направилась к мужчине. Внутренне хмыкнула – ну надо же, все как положено, злодейская небритая физиономия, одинокий кувшин с вином и самый темный угол.

– Можно к вам? – задорно улыбнувшись, спросила она, встряхнув короткими волосами. Наверное, сам того не замечая, незнакомец улыбнулся в ответ.

Мужчина огляделся в поисках стула. Один из компании, сидящей за соседним столом, как раз встал, потянувшись к блюду с печеной картошкой.

– Можно, – глубокий бархатный голос контрастировал с его внешним видом.

Незадачливый посетитель хлопнулся на пол, компания дружно заржала, Риннолк сдержанно усмехнулась.

– Эй ты…

– Выйдем? – прямо спросил мужчина, посмотрев на пострадавшего сверху вниз и словно невзначай положив ладонь на рукоять охотничьего ножа на поясе.

Девушка бросила тревожный взгляд в сторону менестреля. Если этот тип покинет таверну еще до того, как Кайса перестанет болтать с людом и начнет петь… Но с угрюмым незнакомцем предпочли не связываться. Риннолк чуть виновато пожала плечами.

– И как же тебя зовут? – задумчиво поинтересовался "подозреваемый", переводя на нее взгляд.

– Риннолк… Можно Ри.

– Колкое имя и запоминающееся. Как и ты.

– А твое имя?

– Касман, – на миг он церемонно склонил голову, потом поискал кого-то взглядом. – Эй, хозяин!

Йелсу подошел, с явным неодобрением глядя на Риннолк.

– Еще вина и…

– У меня эль, – подсказала девушка.

– …и эля. Приятный вечер, приятное место, – Касман вновь повернулся к ней, – приятная девушка… Знакомство состоялось.

– За знакомство! – отозвалась наемница. – А скажи, зачем тебе нож здесь? – спросила она, облизнув внезапно пересохшие губы.

– А зачем тебе кинжал за поясом?

– Всегда про него забываю, – беззаботно рассмеялась девушка, откинув назад голову. Взгляд Касмана невольно приковался к белой шее.

– Пограничье, верно? – спросил он, стряхивая оцепенение.

– Верно, неужели и ты?

– Дхэрм, – кивнул Касман и улыбнулся, вспоминая прошлое.

– Не может быть! – искренне восхитилась Риннолк, забыв на мгновение, с кем говорит и с какой целью. – Почему же я не вижу нашивки с серебряными серпами Дхэрма?

– Давно все это было, – махнул рукой Касман. – Много всего случилось, и нашивки хранятся дома в шкатулке.

– Показывать внукам и хвастаться былыми подвигами?

– Ну, до внуков еще далеко, – усмехнулся воин. – До детей, впрочем, тоже… А ты здесь каким ветром?

Риннолк рассказывала осторожно, представив все как обычное путешествие в поисках работы, Касман отвечал тем же, но определенный успех имелся – выпивка исчезла и спустя какое-то время Риннолк вдруг оборвала очередную байку на полуслове и хихикнула в кулак.

– Что случилось? – Касман придвинул стул и наклонился к ней, уже не невольно, а вполне осознанно рассматривая шею и все, что можно было рассмотреть благодаря распушенной шнуровке ворота. Девушка не отстранялась и все не могла остановить тихий смех, а Касман чувствовал себя упырем – до того хотелось коснуться губами молочно-белой кожи.

– Похоже, – наконец отсмеялась Риннолк. – Похоже, мы одни до сих пор болтаем, когда вроде как надо слушать этого… дивного барда.

– Похоже, – согласился мужчина. – Раз мы его все равно не слушаем, так может, стоит уйти совсем?..

Девушка лукаво сощурила темные глаза и прошлась по Касману слегка оценивающим взглядом. Они похожи – своим прошлым, памятью о Пограничье… А ей, как и ему, просто нужно хорошо отдохнуть. Не к тому ли велось все с самого начала?

– Чуть позже, – мягко ответила Риннолк, придвигаясь еще ближе. – Будем вежливы…

Касман был совсем не против того, чтобы побыть вежливым, обнимая девушку, появившуюся так внезапно и так вовремя. Ее запах и влажные губы, выпитое вино, музыка, ее руки и плечи, полумрак – все смешивалось в голове и превращалось в легкий дурман.

– Тебе понравилась последняя песня? – поинтересовалась Риннолк, когда бард отложил лютню.

– Мне понравилось все, – признался Касман. – Только из песен я не запомнил ни слова…

– Я тоже, – Риннолк снова рассмеялась, ответила на поцелуй и отстранилась, заговорщически подмигнув. – Мне надо на свежий воздух! К тому же, вдруг он снова запоет, и снова уходить станет невежливо?

Она вскочила и потянула его к двери. Он охотно послушался – эта таверна успела надоесть Касману за последние дни.

– Мерзнешь? – выдохнул он во дворе, прижимая девушку к стене и чувствуя через тонкую рубашку ее дрожь.

Дверь хлопнула – таверну решили покинуть не только они. Вместе с несколькими одобрительно зашумевшими пьянчугами во двор вывалился и бледный менестрель.

– Не здесь, – скривилась Риннолк. – Много людей… Идем!

Они обошли таверну и свернули в какой-то пустой закуток между домами, заваленный старыми ящиками, бочками и разным бытовым хламом. Касман думал, что комната подошла бы больше, но желание женщины – это главное, что поделать.

Риннолк снова улыбнулась, томно вздохнула и… с силой толкнула Касмана в грудь. Тот непонимающе нахмурился и обернулся, проследив за взглядом девушки.

– Ну что, это он? – светловолосый бард взглянул на стоящего рядом хмурого цнэрга в кольчуге.

– Он, – уверенно произнес тот. – Колдун!

Касман пошатнулся. Этого еще не хватало!

– Какой, к квиррам, колдун? – злобно спросил он. Бард открыл рот, чтобы ответить, но стражник опередил его, бросаясь к Касману и взмахивая коротким мечом.

Заклинание вырвалось прежде, чем Касман успел придумать что-то другое. Цнэрг, к удивлению колдуна, не отлетел к стене, а лишь выронил меч. А вот барда приложило хорошо – проехался на спине едва ли не до другого дома.

Риннолк стояла, спокойная, с кинжалом в руке. Не самое лучшее оружие… Не самый лучший вечер… Руку удалось перехватить на втором ударе, посылая в сторону парня в кольчуге еще одну магическую волну, хрустнула кость, девушка невольно вскрикнула…

– Змея! – прошипел Касман в разом изменившееся лицо.

Прошипел – и бросился бежать. Он, конечно, лучший в своем деле, но против троих сразу не выстоит. Да и события быстро повернулись в неожиданную сторону, а Касман не умел принимать сложные решения молниеносно. Слежка, хорошо продуманные действия, выверенные слова – это было больше по нему.

– Мы знаем, кто ты! – крикнул кто-то вслед. Наверное, приходящий в себя бард… "С каждым мигом все паршивей!" – подумал Касман. Он бежал. Никто не догонит. За ворота, в лес, там даже при огромном желании никто не сможет его найти… Он бежал, проклиная весь этот вечер и темноглазую девку с сообщниками. Кто их нанял, интересно знать?!

Уже в лесу, под защитой живых деревьев, Касман позволил себе перейти на шаг, а потом и остановиться, прислоняясь спиной к высокому ясеню, отдышаться окончательно.

– Змея, – прошептал он уже почти равнодушно. – Проклятая змея…

Глава 15. Лабиринты и дороги

– Его зовут Касман, и он от нас сбежал. Легко и непринужденно. Мы опять ничего не добились, так? – хмурая, дрожащая Риннолк прислонилась к стене, с трудом терпя боль в вывихнутом запястье.

– Давай, – бард подошел к ней, – я умею вправлять кости.

– Я тоже.

– Дай руку!

– Б-благодарю… – в глазах появились слезы, но крик Риннолк все же сдержала вскрик. – Наверное, надо было за ним погнаться…

Кайса махнул рукой:

– Пустое. Все отличились.

– Я думаю, он не должен вернуться, – задумчиво произнес Ройоль. – Мы теперь точно знаем, что колдовать он умеет, а раз сбежал так быстро – значит, и грешки имеются… Нашим расскажу все – обратно в город не пройдет.

– А ты уверен, что он уже не в городе?

– Вроде да.

– Быстрый, – Кайса покачал головой и вдруг улыбнулся. – Тогда будем считать, что мы молодцы.

– Ну да, – горько усмехнулась Риннолк. – Если так не считать, то получается – мы с тобой, Кайса, редкие неудачники. Сначала тот…

Бард сделал страшные глаза, и Риннолк осеклась, вспомнив, что рядом находится стражник.

– Странные вы, я уже говорил? – спросил цнэрг. – Ладно, идем…

– Ри… – позвал Кайса, когда все трое медленно побрели обратно в таверну. – Мне бы все-таки хотелось узнать, зачем ты это сделала?

– Твои песни все равно бы на него не подействовали, – наемница пожала плечами. – Он даже слов не разобрал.

– Я бы тоже не разобрал, – хмыкнул Ройоль.

– Для кого, интересно, старалась? – вздохнула наемница, проигнорировав ухмылки. – Без меня до сих пор там сидели бы!.. Рой, ты с нами обратно, что ли?

– Вообще-то, – тут же засуетился стражник, – уже и домой бы пора… Ну, бывайте… оба.

– Давай, удачи, – махнула рукой девушка.

Бард просто кивнул.

– Дело не в том, – сказал он тихо, когда цнэрг отошел на порядочное расстояние, – что ты делаешь, а в том, что мы работаем вдвоем. И в свой план меня стоило бы посвятить.

– Да? – сощурилась Риннолк, сложив руки на груди. – То-то о твоем плане мне рассказывал Ройоль.

– Я думал, ты и так поняла!

– Да дело даже не в том, – наемница прерывисто вздохнула и исподлобья взглянула на разведчика. – Кайса… откуда у тебя эта дурацкая привычка ничего не объяснять? Я не ты и не знаю, что творится у тебя в голове!

Бард в растерянности потер лоб.

– Как сказал все тот же Рой, – подвела итог Риннолк. – И ты, и я привыкли работать в одиночку, так что…

– Понял. Я перестаю решать один, ты перестаешь действовать одна, так?

Кайса помолчал и добавил:

– Хотя будь я один, я бы его точно поймал.

– Я тоже, – надменно фыркнула Риннолк. – Причем очень тихо и не покидая постоялого двора.

– Вынужден согласиться, – засмеялся бард. – Не думал, что ты способна на… такое.

– Не знаю, что ты подразумеваешь под словом "такое", но пока что принимаю это за похвалу…

И все же Кайса хотел казаться веселее, чем было на самом деле. Побег чернокнижника стал самым большим провалом за всю историю службы Элле-Мира. Радовало, пожалуй, только то, что пять лет назад барду случалось попадать и в более серьезные передряги. Причем, с завидной частотой, но… Что-то не давало покоя. Странным каким-то был этот Касман для опытного мага. Риннолк об этом не подумала, а вот Элле-Миру пришло в голову: раз чернокнижник все время был в таверне, то наверняка понял, что Риннолк и бард, распевающий подозрительно знакомые песни, пришли вместе. К тому же, то, что ощутили оба путника, когда выбежали за цнэргом, явно было магической атакой, подделанной под "кольца Змея" и сорванной появлением Ройоля. То есть, Касман знал, на кого нападает. Так как он мог позволить себе столь безрассудно увлечься девушкой, которую сам же вроде как зачислил в противники? Решил, что бард со спутницей ничего не успели понять, и раз так, стоит наплевать на возможное столкновение и просто на всякий случай подождать их ухода? Или… или все же Риннолк настолько обаятельна?

Утро наступило быстро, забытое за ночными волнениями. Кайса, махнув рукой на всевозможные догадки, уснул как раз с первыми лучами, решив, что Риннолк вряд ли проснется спустя лишь ойт, и лучше им обоим хорошо выспаться.

Хотя наемница вполне обошлась бы и без сна. Вернее, без такого сна…

Первый лабиринт был придуман магом. В легенде говорилось, что старый колдун отводил своих учеников, по одному каждый год, в созданный им лабиринт. Говорил: "Выберешься – станешь настоящим магом". И окрыленные ученики шли… Не знали, наивные, что выхода из лабиринта не существует, а ключ от входа учитель носит на шее и никогда не снимает. Медленная смерть мага дает его собрату по ремеслу больше сил, чем быстрая, что поделать – колдовство…

Нынешние чернокнижники находили другие способы убийства, а сами избегали лабиринтов, отчего так – Риннолк не знала. Неужели им всем, как и ей, в детстве рассказывали эту страшную сказку?..

Тем не менее, как бы она не вела себя во сне, страшно было все равно. В детстве она защищала сестру непонятно от чего, та боялась ужасных лабиринтов больше, даром, что старшая. Потом, подростками, когда подобные сны появлялись реже, уже сестра водила ее за руку по серым дорожкам, смеялась, что-то рассказывала, пряталась… Риннолк тоже смеялась, но то и дело оборачивалась, оглядывалась, хваталась сначала за нож, потом, когда доверили, за шпагу… И все же это было удивительно – с детства один сон на двоих. Сейчас он, верно, тоже был один на двоих, иначе откуда это марево тумана, в котором так часто являются Белые гости? Сон вернулся впервые после смерти сестры, и вот Риннолк в нем. Одна.

Разбудил хозяин таверны, постучав и сообщив под дверью, что путникам пора или освобождать комнаты, или платить еще за день. Риннолк чуть не расцеловала старика и чуть не расцеловала Кайсу. Первый выдернул ее из отвратительного сна, а второй, пока Ри выводила из конюшни Репея и прилаживала к седлу сумки, рассеянно пропел какую-то несуразную, разухабистую песенку из тех, что придумываются сами собой после пары бутылок браги в хорошей компании. Это было именно то, что нужно, чтобы окончательно вернуться из высокой сферы сновидений в привычный мир.

– Что-то ты бледнее, чем обычно, – заметил Кайса мимоходом.

– Все прекрасно, – невнятно отозвалась Риннолк, скрывая улыбку.

– Как скажешь…

Идти было легко. Каждый в своих мыслях, не слишком радостных и не очень печальных. Так, обычные планы на будущее, а именно: что же будет с ними в Думельзе?

День за днем под ногами дорога. Шли. Тренировки не прекратились, как и их игра, и Кайсе повезло один раз – вопрос был за ним. Он решил приберечь его для подобающего разговора, и тот разговор вскоре случился.

– Забавно, – отметила однажды Риннолк. – Уже четвертый день все спокойно. Ни Белых гостей на безголовых лошадях, ни чернокнижников…

– Не к добру? – предположил Кайса.

– Да нет, у меня почти все путешествия так проходили, – пожала плечами наемница. – Это с тобой что-то привыкла ко всяческим… столкновениям.

– У меня тоже они редковато бывали… Честно. Вот конец пути – это да, там обычно что-то случалось. А дорога… это романтично лишь поначалу. Сначала интересен сам путь, потом, когда вдоволь всего насмотришься, манит место… А до него еще топать и топать.

– Это верно…

– Что ты тут ищешь? Ведь это было ясно, что в столицу ты приехала не просто так, не из любопытства.

– "Тут" – это где? – уточнила Риннолк.

– На дорогах.

– Я ищу одного человека. Настоящего его имени я не знаю, не знаю даже, как он выглядит.

– Это его медальон ты носишь на руке?

– Это уже второй вопрос, бард.

Риннолк могла бы продумать ответ лучше, могла бы ответить так, чтобы вопросов только добавилось. Решила, что их и так достаточно – и для нее, и, уж тем более, для него. И потом, ей – удивительно! – было просто лень что-то просчитывать и предугадывать именно тогда, в тот теплый солнечный день, находясь на дороге из Даремла в Думельз. И даже более того. Спустя пару мев Риннолк со вздохом сняла шнурок с руки и протянула разведчику.

– Гляди, если так интересно.

Несколько шагов Кайса сделал, не понимая смысл слов. Потом – не отказываться же! – принял медальон. Как он и думал, там оказалась прядь волос. Прямых и темных.

– Близкий человек?.. Я понимаю, это уже третий вопрос, но раз ты…

– Ничего страшного. Самый близкий, – Риннолк усмехнулась, но как-то горько. – После сестры. Но ищу я не его. Это так, память…

Кайса понял, что с сестрой случилось что-то плохое, и постарался увести разговор в сторону темноволосого "близкого". Хоть и неудачно.

– Извини, что вспоминаю, но… это его имя – Лиотто?

– Сестры, – она покачала головой. – Имя редкое даже для Шермеля.

– Извини еще раз.

– Все нормально. Это было давно.

Элле-Мир понял, что у него талант напоминать этой девушке о бедах. "Это" – смерть. А "давно", судя по лицу, значит "года два-три назад". Но замечательно хотя бы то, что Риннолк говорила о себе…

– А знаешь, что я тебе скажу, – тоном бывалого сказочника начал Кайса. – Откровенность за откровенность, Ри, сама понимаешь…

Риннолк поняла только то, что ее пытаются отвлечь от мрачной темы, и с наигранным интересом посмотрела на барда.

– Вот знаешь, мне всегда было интересно – как видят землю птицы или, например, те же Змеи-драконы? Понимаю, глупо, но просто представь… Что бы ты видела оттуда? Например, больше суши или моря? Или, скажем, все сливалось бы с лесом, или вдруг оказалось бы, что городов на земле – на самом деле такое множество, что просто удивляешься – и как это люди до сих пор в стены случайно не врезаются?.. Не знаешь? А вот я думаю, что все – лес, горы, поля, даже моря и озера – все было бы в дорогах. В разных… И если смотреть так, то краев, входов, выходов нигде нет. Мы все как будто…

– В лабиринте.

– Да!

– Кайса, – проникновенно сказала Риннолк, – я тебя ненавижу. У тебя какой-то дурацкий дар! Попадать в неприятности и напоминать о них!

– Опять не то сказал? – догадался Элле-Мир.

– То, – вздохнула Риннолк и похлопала Кайсу по плечу. – Просто… бывает, в общем.

– Ты непонятно выражаешься…

– Давай помолчим.

Не раз и не два Кайса пытался подвести Риннолк к еще одному подобному разговору – не получалось. Бард разочаровывался в искусстве дипломатии в целом и своих способностях в частности и сам понять не мог – зачем ему знать о своей спутнице что-то явно его не касающееся. Риннолк говорила, что его природное любопытство когда-нибудь приведет к беде. Кайса в ответ удивлялся – неужто шермельские наемники еще и даром предвидения наделены?..

Можно сказать, что они успели если не сдружиться, то хотя бы сработаться, привыкнуть друг к другу. Когда в ответ на просьбу принести кувшин с эффе трактирщики стали округлять глаза, а указатели стало совершенно невозможно правильно прочитать с первого раза, путники поняли, что граница государств миновалась незаметно, и до столицы герцогства осталось дня четыре пути.

– Можно и за денек дойти, – поделился вечером знакомый паренек. С Литкаем гости из Даремла познакомились на дороге к Вейгтег-Киргои. Парнишка был учеником лекаря и возвращался к костоправу из родной деревни после праздников. Рассказывал о городе он охотно, с искренним восторгом. Литкай настолько приглянулся обоим путешественникам, что те решили позвать его вечером к себе, узнать побольше о думельзских порядках, ну и просто хорошо провести время. Вейгтег-Киргои стал первым большим городом за последние восемь дней, и путники хотели отдохнуть. Кайса признался, что даже петь ему не хочется, и вот, вместо шумного зала очередного постоялого двора все трое сидели наверху, в комнате Элле-Мира.

Литкай заявился рано, разведчик и Риннолк только успели смыть дорожную грязь и пыль, но в целом выглядели бодрыми и радостными. Новая земля, город, порядки и уже один хороший знакомый – все это настраивало на благостный лад.

– Так как там можно путь сократить? – поинтересовался разведчик, уже не в первый раз разливая по кружкам легкое думельзское пиво. Привыкший к даремлскому элю, Кайса не ощущал никакого эффекта, а вот паренек немного захмелел.

– Как? – Литкай залихватски подмигнул. – Да всего-то ничего, только через Вейгскую пустошь срезать, здесь недалеко…

– Ну и отлично, будем в столице совсем скоро, – Риннолк выбрала из вазы зеленое яблоко и откинулась на спинку стула.

Литкай молчал целую кейду, медленно пережевывая и непонимающе глядя на путников.

– Это шутка была? – догадалась Риннолк. – Местная, да?

– Я думал, о Вейгской пустоши даже в Даремле знают… – разочарованно протянул Литкай.

– Давай, порадуй рассказом, – предложил бард. – Не все ж мне байки травить…

Все оказалось просто. На месте нынешней Вейгской пустоши ранее находилась деревенька, а в деревеньке, как водится, жил колдун. То есть, это Риннолк с Кайсой к присутствию колдуна отнеслись равнодушно, а вот Литкай расписывал мерзостного мага со всеми подробностями. И девок он насиловал, и детишек похищал, и кровь их пил, и черви с мышами да гадюками у него в услужении были…

– А правда, что в Даремле колдовство разрешено? – тихо спросил он, на миг отвлекшись от рассказа.

– Такое, как ты здесь описываешь – строжайше запрещено, – заверил его Кайса. – А остальное – да, бывает… Так что там с ним случилось, с колдуном?

– Сдох, – просто ответил Литкай. – Уволок он к себе однажды девку какую-то, а та возьми и задуши его. Вышла наутро из его дома, с головой в руках…

– А почему пустошь-то теперь на месте деревни? – не поняла ничего Риннолк.

– А в то время как раз колдовство-то и запретили, – поведал Литкай. – Приехал отряд – раз колдун здесь жил, то место проклято, вот и погнали всех из домов, а место выжгли. И с тех пор там даже трава не растет.

– Почему? – еще больше запуталась Риннолк. – С отрядом этим дурным, квирры с ним, а вот трава-то с чего перестала расти?

– Проклятое место? – предположил Кайса.

– Оно самое. Только смеркаться начинает, выползают на землю чудища разные, пока на ту землю не ступишь – не увидишь.

– Дурацкая история, – вынесла вердикт Риннолк. – Какая-то бессвязная. И что, никто туда не ходил?

– Ходили и не раз, – пожал плечами Литкай. – И герцогские люди и так, просто… Многие седыми возвращались, кто-то с ума сходил. А уж какие ужасы все про эту пустошь рассказывали…

– Ты бывал? – внезапно спросил Кайса.

– И не хочется, честно говоря.

– Вот и я не был, – рассеянно продолжил бард. Риннолк вопросительно изогнула бровь. Разведчик самодовольно усмехнулся.

– Так вы хотите… – Литкай осекся и покачал головой. – Зря я вам это рассказал.

– Ну почему зря? – улыбнулся Элле-Мир. – Ри права, байка какая-то неправдоподобная… как будто была история, а ее взяли и разбили на фрагменты. Что-то потеряли, что-то переделали…

– Ну, – с грустью сказал паренек, – вы-то, может, и пройдете нормально…

– Пройдем, – махнул рукой бард. – А то, что место проклятое, так не впервой.

Чернокнижники не были бы и вполовину так опасны, занимайся они просто черной магией. Главная беда состояла в том, что черный маг самим фактом своего существования притягивал к себе всевозможных злых духов, болезни и различные беды. Естественно, своего "хозяина" темные силы не беспокоили, отыгрываясь на окружающих его людях. Впрочем, такая особенность обычно и помогала выследить чернокнижников, другое дело, сколько вреда они и их невольное окружение успевали принести до появления борцов с нечистью или конкурентов-магов.

Так что про себя Кайса уже решил, что самое страшное, ожидающее его на пустоши – землянка черного мага и, собственно, сам черный маг, прячущийся от бдительных ищеек Великого Герцога. Мастера иллюзий среди магов встречаются редковато, но с одним Элле-Миру довелось столкнуться… А чудовища? Да что чудовища! Может, Риннолк и вспомнит парочку походов в Шейм-Оннэ и увиденных там существ, а он, Кайса, твердо знал, что с нечистью договориться бывает легче, чем с человеком. Тем более, магом. Нечисть, она как-то… проще, что ли. Ее легче понять. Оккупировать территорию ей ни к чему. Сидеть на пустоши, питаясь чужим страхом, вместо того чтобы попробовать покинуть герцогство – это больше в духе трусоватого мага, нежели темных сил.

Риннолк же о местном чуде думала мало – история бредовая, ну а что еще взять с государства, где магия под строжайшим запретом? Страшно не будет. В ее личной копилке страхов жило только два воспоминания: гибель сестры и безумный, мечтательный взгляд голубых глаз эквиски за мгновение до того, как утащить жертву под воду… Да и то, последнее событие подействовало на нее так сильно во многом потому, что она тогда едва-едва очнулась и с трудом соображала. Риннолк покосилась на барда, мысленно обозвав себя дурой. И квирр же дернул сказать ему про сестру! Расслабилась и понадеялась, что разведчик станет менее подозрительным… а вот и зря. Элле-Мир за ней следил и наверняка уже сложил в голове прекрасную картину, в которой нашлось место и прошлому Риннолк, и настоящему, и будущему. Да еще эти его истории про лабиринты…