Текст книги "Приказ Императрицы (СИ)"
Автор книги: Татьяна Ренсинк
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)
Глава 9
-Как же счастлива я, что ты здесь! – шептала Кристина, закрывшись в спальне с Настей.
–Что происходит? Ты здесь, я рада, но как нам быть? – волновалась та. – Знаешь, что нас наказать могут за такой обман?!
–Знаю, но всё обойдётся, поверь мне, – улыбнулась Кристина, отводя подругу в сторону. – Тише ты, чтоб нас не услышали. Я еле дождалась, чтоб эта дамочка ушла от тебя. Кто это?
–Бывшая фрейлина Императрицы. Узнала она меня, – кратко сказала Настя. – Расскажи же, что случилось и что делать теперь!
–Слушай, – улыбнулась Кристина. – Ты притворяйся мною, хорошо? Проси, чтоб тебя те, кто знают, не выдали. Я ж надеялась, не признают тебя... Кто помнит челядь? Ан нет... помнят, – усмехнулась с недовольством она.
–Зачем эта игра? – не понимала Настя.
–Миленькая, – обняла её подруга. – Помоги же... Мы с женихом моим, с возлюбленным моим, всё задумали это. Он сейчас здесь, чтобы встретиться с Императрицей да получить чин высокий. Служить ей будет, а там и обвенчаемся с ним. Понимаешь?
–Нет, – слушала Настя, удивляясь услышанному и пытаясь найти ответы на все вопросы.
–Ты помочь мне хочешь? – вопросила Кристина.
–Конечно хочу, Криста, но не понимаю... Почему вам сразу к Императрице не пойти, не объяснить, что ты его женой желаешь быть, а не женой Салтыкова?
–Нет, – вздохнула та и вдруг заплакала, уткнувшись в ладони. – Я его слушаюсь. Мне так спокойнее. Выдаст Императрица меня за Салтыкова, да и дядя не позволит быть женой простого корсара. Вот, если ему будет чин высокий дан, если будет под крылом государыни, вот тогда иное дело. Теперь понимаешь?
–Понимаю, – стало Насте жалко подругу настолько, что на всё была согласна, лишь бы та стала счастливой. – Криста, милая, я помогу. Ты пока укройся у моей матушки. Ведь изловят здесь, потом нам обоим грозит или каторга, или казнь какая.
–У матушки твоей? Правда? – с надеждой на спасение взглянула Кристина и крепко обняла её. – Спасибо, подруженька моя единственная! Голубка ты моя!
–Ну же, – улыбнулась нежно Настя, гладя ту по головке. – А Василий твой уже здесь, значит? Он нашёл тебя в Париже?
–Василий? – села прямее Кристина, что-то вспоминая и опустила взгляд от неловкости. – Настенька... Прости... Не Василий друг моего сердца.
–Как это?! – удивилась Настя.
–Вот так, – пожала плечами Кристина. – Использовала я его... Да, он нравился мне в самом начале, но, когда я встретила его капитана на одном из свиданий, всё переменилось. Мы с его капитаном стали встречаться, переписываться тайно, а ты думала, я с Василием. Я встречалась с ним тоже, но только для отвода глаз. Капитан тоже скрывался. Но теперь Василий нас нашёл в Париже, всё узнал... Он ушёл сразу, и мой любимый, мой Петенька, говорит, что Василий не злится, что принял новость достойно да уступает.
–Удивительно, – поражалась Настя, слушая подругу с широко раскрытыми глазами. – Разве так бывает?!
–Как видишь, бывает, – несмело улыбнулась Кристина. – Простишь?
–Конечно же, – улыбнулась Настя. – Ты только не скрывай больше ничего.
–Не буду! – пообещала Кристина, воодушевившись. – Я так боялась твоего недовольства, но теперь вижу, ошибалась в своём страхе.
–Только как же те преследования, похищения? – вдруг вспомнила Настя и наполнилась вновь странным предчувствием.
–Какие похищения? – вытаращила глаза подруга. – Тебя кто-то преследовал и похищал?!
–Да, нас с Ванечкой убить пытались. В Ванечку стреляли, меня увозили от него. Спас меня твой брат, о котором ты когда-то упоминала, что он живёт в Англии, – быстро рассказала Настя кратко, как смогла. – Знаю, что здесь где-то должен быть Ванюша... Надеюсь, жив он.
–Жив? – смотрела поражённая услышанным Кристина. – Милая... Кто же это за вами гнался?... Никак,.. люди Салтыкова, желающего не упустить меня, как невесту? Ведь богаты мы, а у него дела так худо идут, слышала.
–Думаешь, это его люди? – удивилась Настя. – А говорят, он человек хороший.
–А кто тогда?! Думаешь, я организовала всё?! Зачем мне убивать тебя или Ивана? – была не меньше поражена происходящим Кристина и оглянулась на дверь. – Можно я здесь останусь на ночь? Что-то страшно уходить сейчас... Уже так поздно.
–Конечно же, – указала Настя на шторку у кровати. – Тут, за ширмой есть ещё кровать. Аделина, моя помощница, я её знаю, придёт только утром.
–Хорошо, – улыбнулась Кристина устало...
Вскоре вечер пропустил властвовать ночь. Только подруги так и не спали. Настя переоделась, легла в постель, но уснуть не могла. Она думала обо всём, что узнала от Кристины. Она была счастлива, что та жива и здорова, но странное чувство сдавливало душу. Страх той игры, которую затеяли, не давал покоя.
Кристина же не переодевалась, устроившись за ширмой на кровати для прислуги. Она какое-то время дремала, но потом тело вздрогнуло, а рука пала на лежащую на столике рядом книгу. Кристина зажгла свечу и взяла её в руки.
Сразу, как только появился свет, Настя приподнялась на постели:
–Ты не спишь?
–Нет, – выглянула из-за шторки Криста, прижимая к груди маленькую книгу. – Молитвенник нашла. Твой?
–Нет, наверное Аделины, – решила Настя. – Почитай?
–Молитвенник? – удивилась Криста, но, видя не менее удивлённое лицо подруги, принялась тихо читать вслух...
Глава 10
Мила, жизнь так мила – пела звезда,
Но песни той не слышала земля.
Вокруг неё глубокие сомнения-моря
Туманят разум, потоком в опасения уводя.
А по тропе лесной в бесстрашии
Всё дальше, оставляя позади вчерашнее,
Не слушал путник крики волн морских.
Он шёл на свет зовущей лишь его любви.
И ведал он, что там, за лесом сим,
В стенах у страха, что будто и не победим,
Заключена любовь лишь для него,
Томится там, в руках сильных врагов.
Да замок страха весь был окружён
Морем сомнений, что стеной встаёт,
Как только кто к нему вдруг подойдёт,
Но путник шёл и верил – всё пройдёт.
Остановившись на крутом краю,
Соколом верным поднялся в вышину
Тот путник, что стремился к одному -
К свету любви, к истине и добру.
И никаких преград не побоясь,
Любви голубку он сумел украсть:
Освободить от всех в мире напастей,
К счастью лететь, не дал и упасть ей.
И там, в новом краю, где только мир,
Где слышится пение той звезды,
Что согревает души и сердца,
Они узнали, как же жизнь мила.
Проснувшись утром рано, Иван открыл глаза. Он окинул маленькую комнату взглядом и вспомнил снова всё произошедшее в последние дни с ним. Он коснулся груди, на которой была закрыта повязкой рана, и сморщился от пробежавшей по телу боли...
...Когда беспощадная пуля вонзилась в него и он пал с коня, Иван резко пал в темноту неизвестности. Что было и как – он не знал, пока не очнулся на везущей повозке. Несколько мужчин в плащах и шляпах сопровождали, рассказав тут же, что нашли его, раненого, на дороге. Иван ничего тогда не отвечал, попросив лишь помочь добраться до Петербурга.
В полусне продолжалось его дальнейшее путешествие. Дикие боли, новые люди, тряска повозки, странная и противная жидкость, которой его опаивали, – всё, что помнил Иван. Ему казалось, путь сей длился не несколько дней, а месяц. Очнувшись же некоторое время спустя в незнакомой комнате, Иван увидел сидевшего подле одного из своих спутников. Тот сразу поведал, что они находятся на его квартире.
Вскоре прибывший врач осмотрел рану Ивана и стало известно, что жизнь вне опасности. Довольный Иван хотел продолжить путь и помчаться во дворец на поиски Насти, но уговоры врача взяли верх, и он согласился провести ещё одну ночь здесь, чтобы набраться побольше сил...
Теперь Иван проснулся с чувством, что пора поблагодарить за спасение и отправиться во дворец. Надежда, что с Настей всё хорошо, что она именно там, вела его дальше. Он распрощался с хозяином квартиры, и тот предложил купить у него коня, рассказав, что занимается продажей лучших лошадей. К большой радости Ивана тех денег, что у него оставалось, хватило, дабы выкупить коня. Хозяин квартиры в придачу дал Ивану и одежду получше, а не ту изодранную, в которой он был, и пожелал удачи...
Так, прибыв скорее ко дворцу, Иван замедлил ход коня. Он видел прогуливающегося у входа молодого человека и узнал его.
–Василий, – медленно подъехал Иван.
Тот, завидев его, остановился и ждал. Когда Иван встал перед глазами, поручая коня подошедшему слуге, Василий кивнул:
–Добрался один?
–Вижу, и ты один, – съязвил Иван. – Что ты здесь делаешь? Ты говорил, будешь в Париже?
–Был... Отыскал быстро своего капитана на его квартире. Думал, отдохну там, а застал в его объятиях Кристину, – кратко рассказал о случившемся Василий, не став скрывать. – Однако, капитан просил понять... В любом случае, мы теперь все здесь. Капитану светит повышение и служба у государыни. Вот, жду... Его повысят, и мне может выпадет доля послужить.
–Рассчитываешь, что за счёт такого человека, как твой капитан, достойнее жизнь получишь? – засмеялся Иван.
–Научен использовать всё, что жизнь даёт, – выдал с гордостью Василий, как бы на душе ни было тяжело, но Иван в его глазах читал боль:
–Вот надо было тебе связаться с этим капитаном и его группой тау-креста?
–Ты Императрице не выдай сего, – предупреждающе сказал Василий.
–Влезать не в своё болото не собираюсь. Тебя вместе с ним повяжут, – тихо выдал Иван. – Люди Потёмкина сами однажды докопаются до истины.
–Так то однажды, – вздохнул Василий, не отрицая, что Иван прав.
Только Иван ничего отвечать больше не стал. Он направил быстрый шаг во дворец, а взволнованный от всего Василий отправился следом...
Глава 11
Уже два дня, как Настя была во дворце. Общаясь каждый день подолгу с Татьяной, обучаясь у неё, как себя держать, чтобы никто не догадался о том, кто она, Настя теряла терпение чтобы не броситься заглядывать во все комнаты. Мысль отыскать возлюбленного, судьба которого так пока и не была ясна, не покидала...
–Дорогуша? – договорив объяснения по поводу этикета, Татьяна заметила, что Настя где-то в мыслях не здесь.
Они сидели в небольшом кабинете за круглым столиком, наслаждаясь тишиною этого вечера и роскошью обстановки. Только Настя мало всё это замечала, всё чаще углубляясь в тревоги. Так, она вновь отвлеклась, но на этот раз смотрела в сторону двери, словно окаменела.
Оглянувшись туда же, Татьяна заметила стоящего на пороге красивого молодого человека. Он был в белокуром парике, с затянутым позади чёрной лентой хвостом. Его светлый наряд сиял серебряными нитями узоров, а богатое кружево жабо и сборок галстука восхищало...
–Прошу простить, что потревожил, – выполнил он реверанс, одаривая очарованием улыбки их обоих. – Кристина Петровна, – сделал он шаг вперёд и обратился к Насте. – Разрешите поговорить с Вами? Простите, графиня, – поклонился он поднявшейся, чтобы уйти, Татьяне.
Та молча удалилась, тихо закрыв к ним дверь, и Настя поднялась. Она подошла к улыбающемуся кавалеру, в котором, как знала, видела брата подруги – Владимира Александровича Протасова.
–Что происходит? Криста искала Вас, а уехала без объяснений. Где она? – прошептала Настя с нескрываемым недовольством.
–У твоей матушки, милая, – ласково молвил тот и походкой важного господина прошёлся вокруг неё.
Он окинул её красивый белокурый парик и наряд взглядом с нескрываемым восхищением. Потом остановился возле столика, у которого она до этого сидела с Татьяной, и взял лежащие там листы.
–Ммм, – протянул он, бегло их прочитывая. – Учишься... Ты скоро будешь более завидной невестой, чем моя сестра. В любом случае, ты прекраснее.
–Тише Вы, – насторожилась Настя, опасаясь, что их услышат, как Владимир схватил её в свои объятия, а потом резко выпустил:
–Прости. Не удержаться было... Нравишься ты мне.
–А Вас будто манерам не учили, – широко раскрыла глаза Настя, отойдя от него подальше в сторону. – У меня жених имеется.
–Это который? Салтыков, аль Морозов, который погиб?
–Он не погиб, – задрожали глаза Насти. – Не смейте так говорить никогда, слышите? Я не буду в том случае следить за этикетом.
–Это мне в тебе и нравится, – вздохнул Владимир и протянул листы. – Учись... Я только волновался о том, как ты...
В его глазах Настя увидела какую-то грусть, что-то настоящее, что стало видно из-под той маски, которую носил для вида, которая всё время отпугивала её до этого, но не теперь. Она видела, что Владимир настоящий совсем иной, но зачем он играет столь неподходящую ему роль – не могла понять.
Владимир не сказал больше ничего. Взяв в свои руки её поддавшуюся ручку, он нежно коснулся губами и открыл дверь кабинета. В тот же момент вошла ожидавшая там Татьяна...
–Что за кавалер? Рассказывай, – закрыв дверь, сразу вопросила она.
Настя больше не скрывала всей случившейся истории. Сев с нею на стоящую в углу софу, рассказала абсолютно всё, что произошло, с надеждой найти Ивана:
–Где он может быть? – в конце выдохнула Настя, и Татьяна погладила её по руке:
–Я постараюсь всё разузнать. Только раненых сюда никто не привозил, уверяю. Я знаю точно... Ничего, найдётся.
–Надеюсь, – закрыла на миг глаза Настя.
–Ты готовить любишь? – вдруг улыбнулась Татьяна, пытаясь передать больше спокойствия в душу, как-то отвлечь.
–Обожаю, – призналась Настя. – Да давно не приходилось... И желания нет наверное.
–Идём, – повела Татьяна за собой. – Мы собираемся через полчаса с Екатериной Алексеевной, нашей дорогой государыней, рыбники вместе делать. Вот будет забавно!
–Ах, как чудно придумали... И верно, всё же Петров пост, – кивнула Настя, подчинённо следуя вместе, но всё же без желания.
–Для начала сменим одежду на более удобную, – улыбнулась Татьяна, и они покинули кабинет...
Глава 12
Прогуливаясь следующим днём в дворцовом парке, Настя вспоминала вчерашний вечер. Тогда она вместе с Татьяной, парой фрейлин и Императрицей готовили на кухне рыбник. Милые беседы, тёплая обстановка – всё тогда немного радовало Настю, но сколько неудобств она испытала – страшно было вспоминать:
«Боялась слово молвить или шаг сделать не так, чтобы кто не догадался, кто я», – сказала в мыслях Настя, медленно ступая по тропинке. Она почувствовала дуновение усилившегося ветра и тут же поправила на голове шляпку, что покрывала её красивые кудри белоснежного парика:
«Вот так и я боюсь сорваться да улететь куда-то далеко, а потом пасть внезапно в пропасть... Государыня вчера так странно смотрела, когда обращала ко мне взор... Может показалось? Я всегда боялась её, помню. Но сейчас... Почему-то чувство от всего происходящего далеко неприятное. Надеюсь, что Кристиночка скоро обвенчается с возлюбленным да я смогу исчезнуть отсюда. Только бы Ванечку найти. Верю, верю, вопреки всему, что жив он!»
Настя достала из висевшей на запястье сумочки медальон и взглянула на изображение Святого Николая. То был тот самый медальон, который однажды нашли с Иваном на ожерелье, что им передал тайком в книге капитан «Красного чёрта». Настя сразу вспомнила доброго капитана, его грустные глаза и что именно с ним когда-то связывали романтические чувства Татьяну.
Та была в то время ещё фрейлиной Императрицы и вместо любви подчинилась тому выбору мужа, который государыня подсказала...
–Помоги нам, молю, – прошептала Настя, не успев сказать молитву к Святому Николаю, как заметила за парком, на площади перед дворцом, людей.
Оставшийся там вскоре один молодой человек оглянулся вокруг и присел на скамью. Его чёрный плащ и шляпа были обычными, но сердце почему-то быстро застучало. Волнение комком подступило к горлу. Медленно пробравшись к зарослям у выхода из парка, Настя спряталась и стала подглядывать...
–Боже, – выдохнула она, узнав в молодом человеке Василия. – Криста, милая, он здесь... Значит, и капитан его... А Ванечка?
Только размышления её прервались. Кто-то подошёл сзади, и она резко обернулась.
–Ах, Вы напугали меня, – прошептала Настя стоящему перед нею Владимиру.
Она быстро окинула его взглядом и чуть отстранилась. Улыбнувшись на её реакцию, Владимир приблизился к глазам:
–Страшен без парика? – заметил он, погладив свои короткие тёмные волосы. – А ты, наоборот, с каждым днём всё краше... Только бы не стала куклой, как остальные дамочки. Прости же. Я не хотел напугать. Наоборот,... милая Настенька.
–Тише Вы, – расширились глаза Насти. – Вы же всё сами испортите!
–С тех пор, как увидел тебя, порчу всю жизнь, да... Ты виновата в этом. Ты... Прошу, говори мне тоже ты, – стал он целовать её ладонь, но Настя несмело убрала руку, опасаясь как бы не обидеть, но желание избегать сей близости было выше:
–Умоляю, перестаньте. Вы же знаете, моё сердце и жизнь принадлежат иному человеку.
–Это и удручает, увы, – с видимым сожалением усмехнулся Владимир. – Неужели у меня нет ни малейшего шанса?
–Нет,... простите, – опустила взгляд Настя, будто почувствовала себя виноватой в причинённой боли тому, кого душа никак не воспринимала, а тем более – сердце...
Она медленно поплелась дальше по тропинке парка, оставляя Владимира позади и надеясь, что он не последует за нею. Оглянувшись на сидевшего у дворца на скамье Василия, Владимир заметил подошедшего к нему мужчину. Тот был без камзола, лишь в рубашке со свисающей на плече повязкой, которая поддерживала руку у груди, где была, как видно, перевязана рана. Мужчина стоял некоторое время спиной и о чём-то беседовал с Василием. Хоть и был он одет в такой же белокурый парик с хвостом, как и Василий, что-то заставляло подозревать неладное...
Как только мужчина оглянулся, Владимир застыл, словно поражён был в самое сердце. Он узнал Ивана и понял, что тот каким-то образом спасся и прибыл сюда. Времени терять, он понял, нельзя, и быстро нагнал Настю, подхватив под руку:
–Не противься, родная, молю, – крепко держал он её, не позволив отдёрнуть руку.
–Вы с ума сошли, отпустите, – шептала взволнованная Настя, но чувствовала силу спутника и подчинённо следовала с ним ко дворцу с иной стороны. – Я должна вернуться к себе... У меня вот-вот будут уроки.
–Я провожу, – улыбался Владимир, но улыбка казалась нервной.
Оглянувшись ещё раз в сторону Ивана с Василием, он открыл дверь для Насти и пропустил войти в коридор прислуги. Только она шагнула за порог, тут же бросилась бежать, подхватив мешающееся множество юбок своего наряда. Только и это не служило преградой для спешившего следом отчаянно влюблённого кавалера...
Глава 13
Ах, шуми и пой река
О моей судьбе.
Виновата в ней сама,
Что горька теперь.
Спой же, реченька, родная,
Что одна поймёшь меня,
Как волна, с волной играя,
Обнимает берега.
Прожитое сильным ветром
Воротилось вновь ко мне
И тревожит душу светом
Памяти любви моей.
Успокоиться бы надо.
Не воротишь ничего.
Только сердце бьётся сладко
Да в надежде горячо.
В вихре дум посреди ночи
Позабыть я не могу
Ни любви, ни его очи,
И мечта тревожит грудь.
Кабы он меня увидел,
Кабы выслушал бы вновь,
Отдала бы всё на свете,
Только б вновь была любовь...
Тихо напевала Татьяна песню, сидя за клавесином в том небольшом кабинете, где ожидала прихода Насти. Настя знала, что настало время их урока, что следует быть здесь, но, как только открыла дверь, осталась стоять на пороге.
Татьяна нежно пела... Грусть и голоса, и глаз волновали душу Насти, и она догадывалась о причине...
–Ах, ты уже здесь, – когда закончила петь, Татьяна заметила облокотившуюся на дверь и о чём-то думающую Настю.
Медленно обратила та к ней взгляд:
–Я видела Василия у дворца. Может он что знает о Ванечке.
–Настенька, милая, – подошла к ней Татьяна и отвела в сторону, где тихо продолжила речь. – Вчера, когда мы покинули кухню да я отправилась проводить Екатерину Алексеевну, поведала она, что настроение её улучшил один прибывший гость. Сказала, ранен он да отправила сразу на покой. Врача позвала ему. Сегодня будет говорить с гостем этим.
–Ранен? – затаила дыхание Настя, и надежда, что речь идёт о милом, прокатилась тёплыми волнами по всему телу.
–Да. Кто это и как звать, не сказала. Ты уже спала, так я подумала сегодня сразу расскажу, – улыбнулась Татьяна с грустью. – Только вдруг это кто иной?
–Я верю, что всё идёт так, как надобно... Так угодно Богу, – прошептала Настя и вопросила. – А песня-то? Песню чью пели Вы?
–Ты, – поправила её Татьяна, не желая между ними столь строгого соблюдения этикета.
–Ты, – смущённо улыбнулась Настя.
–Всё пустяк, – опустила взгляд Татьяна. – Вспомнилось... Я эту песню написала очень давно. Тогда под венец шла, на что-то надеялась, чего-то ждала, сама не понимала. Теперь знаю... Любовь прежняя жива все эти годы, а будущего у неё нет. Я так виновата перед ним.
–Любовь, – ласково вымолвила Настя и поймала её взгляд. – К кому? Неужто всё к капитану тому?
–Женат он? – дрожал взгляд Татьяны, а голос озвучивал всё, что желало из души вырваться.
–Нет, – прикусила губу довольная узнанным Настя. – Грустный он всё время был. Не знаю ничего, и Ванечка не говорил о том, но мне кажется, не забыл тебя сей капитан.
–Пустяк, – махнула рукой Татьяна, не желая говорить дальше об этом. – Ты лучше сходи, узнай, кто гость государыни. Она вот-вот должна будет его принять, а урок позже проведём. Ты всё одно умница.
–Верно ли?! – взволновалась Настя, прижав руки к груди. – Господи, благодарю! Танечка, – взмолилась она в надежде. – Сходи со мною! Страшно одной-то!
–Ах, ты, – улыбнулась довольная Татьяна...
Девушки медленно покинули кабинет и оглянулись в пустом коридоре. Никого не встречали и не слышали, пока не спустились на первый этаж.
Оттуда стали доноситься мужские голоса, принадлежащие, как поняли, когда выглянули за угол, Ивану с Василием. Те сидели в креслах в стороне у лестницы и ждали, когда их вызовут пройти к государыне. Вид Ивана крайне взволновал Настю, так и желающую выбежать к нему. Только шаг остановила рука Татьяны:
–Обожди пока, – улыбнулась та.
Настя же не сводила глаз с возлюбленного. Его рука свисала на повязке у груди. Одет он был лишь в рубаху, что явно волновало, как и тот факт, что его густые красивые волосы были скрыты под кудрями парика, затянутого позади в хвост чёрной лентой...
–Это хороший знак, раз Императрица долго ведёт беседу с моим капитаном, – усмехнулся Василий, но радости в глазах не было.
Он облокотился локтями на колени и опустил голову, устало закрыв глаза. Иван промолчал. Взглянув на вошедшего во дворец статного молодого человека, он прищурился, что-то вспоминая, и вспомнил... То был один из тех, кого видел у кареты, что тогда похитила Настю... То был Владимир...
