Текст книги "Приказ Императрицы (СИ)"
Автор книги: Татьяна Ренсинк
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц)
Глава 4
Вздрогнув от пробуждения, Настя резко открыла глаза. Она села на постели, где лежала, и оглянулась в просторной спальне. За окном бушевал ливень, дул сильный ветер. Природа будто озверела, не оставляя надежд, что солнце когда-либо вновь покажется на небосводе...
Настя окинула себя взглядом и поняла, что так и спала в платье, а значит, её кто-то принёс сюда. Осторожно открыв дверь, она не видела и не слышала никого, пока не приблизилась тихим шагом к виднеющемуся свету из комнаты у выхода из дома. Оттуда были слышны какие-то голоса. О чём говорила женщина с мужчиной, Настя не могла разобрать. Говорили они очень тихо...
Сделав ещё шаг, чтобы покинуть дом, она застыла на месте. Под ногами раздался скрип, и мужчина с женщиной тут же вышли к ней:
–Бедненькая! Да куда же собрались-то? Ночь уж скоро! – всплеснула руками пожилая женщина, а добрый её взгляд говорил об искренней заботливости.
–Кто вы? – вымолвила осипшим голосом Настя.
–Остановились вы у нас на хуторе на несколько дней, дабы прийти в себя после долгого путешествия. До Петербурга ещё день ехать, – сообщила женщина, пока муж её, махнув рукой, вернулся в комнату и закрыл дверь.
–Спутник Ваш, милочка, при выходе сидит, хотите к нему? – вопросила женщина, и Настя резко замотала головой:
–Нет!
–Продрогли что-то Вы вся, – заметила дрожь Насти женщина и сняла со своих плеч две шали, окутав одной голову Насти, другой – плечи. – Пойдёмте, чаю попьём... Штормит уж который день. Никуда вам в такую погоду не выехать, – обняла она её и повела с собою.
–Я давно здесь? – вопросила Настя, следуя с женщиной в просторную столовую, где тепло от печи сразу стало согревать.
–Да вчера ж принёс на руках спутник Ваш, – рассказывала женщина, усадив Настю к столу и наливая из самовара чай в две кружки. – Вчера больно уж странный день был. До вас проезжали господа в карете, спрашивали о лекарствах и чистом полотне для перевязки раненого. Спешили доставить его в Петербург. Тут-то у нас лекарей нет поблизости.
–Раненого? – заволновалась Настя, прижав руки к груди в надежде, что речь идёт о милом.
–Да, – с улыбкой взглянула женщина. – Раненый отказался остановиться здесь, мы бы ему может тоже помогли. Где вот они в такой шторм теперь?
–Вы его видели? Как он выглядел? Он сильно ранен? – засыпала вопросами Настя, вдохновляясь всё больше.
–Да, да, милочка, что же Вы так, – удивилась женщина и села поближе, придвинув чай. – Молодой человек тот,... раненый... Волосы тёмные, волнистые, до плеч, красивые глаза,... выразительные такие. Нос прямой, скулы сильные. Фигуры его не видела и роста какого понять не могла. Лежал он под пледами на руках спутников. Ранен он, как видела, в грудь. Слабый, но был в сознании.
Здесь женщина смолкла и оглянулась на дверь, а потом бросила взгляд на окно, за которым бушевал ливень с сильным ветром.
–Попутчики раненого сказали, мол, нашли его на дороге, – прошептала она дальше, и Настя невольно вымолвила со слезами счастья на глазах:
–Ванечка...
–Именно так и звать его, – подтвердила женщина, понимая уже и без вопросов, что гостья как-то связана с ним. – А попутчик Ваш, милочка, странно ведёт себя. Я уж насмотрелась на людей, знаю... Будто караулит, чтоб не исчезли Вы вдруг. Я и мужу так сказала, но он не верит.
–Да, караулит, – кивнула Настя, не скрывая и своей тревоги, а от пробежавшей по телу дрожи укуталась поплотнее в шали. – Охотятся за мною какие-то люди... Знать бы, зачем.
–Ничего, – обняла женщина за плечи. – Утихнет и этот шторм.
–Вы здесь? – неожиданно вошёл Владимир и сел к столу возле Насти.
Она неотрывно смотрела на него, следила за каждым взглядом. Спокойная. Скрывающая трепет в душе от счастья, что любимый жив. Настя была уверена, что тот раненый, о котором рассказала хозяйка хутора, и есть Иван. Только одного не желала – поведать об этом своему спутнику – Владимиру Протасову...
–Вам лучше? – вопросил он с видной заботой.
–Да, – шепнула Настя устало. – Хочется поскорее в Петербург.
–Я рад, что Вы воспрянули духом, – слегка улыбнулся Владимир и взял её ручку в свою, нежно коснувшись губами.
–Простите меня,... Владимир,... – забыв отчество, Настя долго смотрела в его глаза.
–Александрович, – улыбнулся он.
–Да, – вздохнула расслабленно Настя и медленно поднялась, осторожно убрав свою руку от него под шаль. – Надо выспаться... Может завтра шторм и утихнет.
Владимир поднялся следом, ничего не ответив. Он выполнил поклон и не сводил с неё глаз, пока Настя совсем не скрылась из вида. Точно так же наблюдала и хозяйка хутора. Владимир будто не замечал её, покинув столовую и отправившись следом за Настей...
Глава 5
Когда пары и мглу сгущая,
Светило дня свой кроет вид,
Гром, мрачны тучи разрывая,
Небесный свод зажечь грозит,
От громкого перунов треска
И молнии горящей блеска
Мятется трепетна земля,—
Но солнце страх сей отгоняет
И град сгущенный растопляет,
Дождем проливши на поля.
Так ты, возлюбленна судьбою,
Царица преданных сердец,
Взложенный вышнего рукою
Носяща с славою венец!
Сгущенну тучу бед над нами
Любви к нам твоея лучами,
Как бурным вихрем, разобьешь,
Их, к благу бедствие устроя,
Унылых чад твоих покоя,
На жизнь их радости прольешь.*
Когда укрылась в отведённой ей спальне, Настя сразу легла на кровать. Она смотрела в потолок, вспоминала беседу с хозяйкой хутора, где находилась, а на лице медленно появлялась улыбка:
–Ты жив... Верю... Это ты, без сомнения, – шептала она...
Как уснула, не заметила, но сон был глубоким, успокаивающим. Проснувшись от выкрика петуха за окном, Настя тут же поднялась. Улыбка с лица так и не сходила. Она думала только о возлюбленном, о встрече с ним. Не имея терпения дожидаться, когда отправятся снова в путь, в Петербург, где и будет долгожданная встреча со счастьем, Настя вышла из комнаты.
В коридоре не было никого. Стояла тишь, словно ночь ещё не покинула свой трон. Медленно прокравшись к выходу, Настя вышла на двор. Она куталась в шаль от чувствовавшегося холодного ветра, но тот был тише: не таким строгим, не таким сильным, как в последние дни.
Пробежавшие по двору куры скорее скрылись за дверцами курятника, оставив важно прохаживающегося петуха наедине со стоящей посреди двора гостьей. Настя любовалась им, округой, даже небом, синюю высь которого скрывали тучи. Мелкий дождь накрапывал, но Настя улыбалась ему.
Она подняла лицо к небу и закрыла глаза. Дождь усиливался. Ветер – тоже. Только Настя стояла, словно никто не мог побеспокоить, словно непоколебима ничем. Она слышала лишь, как дождь о чём-то шепчется с ветром. Казалось, те говорили о ней, будто она важна в этом мире, кому-то нужна больше жизни, а значит – защищена от всех напастей...
–Вы заболеете, – молвил Владимир позади, выйдя на двор так неслышно, что Настя вздрогнула.
Она оглянулась и улыбнулась в ответ.
–Вы пугаете сим взором, – удивился он.
–Посмотрите, – призвала Настя обратить внимание на небо и указала туда рукой. – Видите? Туча вот-вот уйдёт, а за нею сквозь туманную дымку облаков подглядывает синева. Солнце будет сегодня!
–Вы удивляете меня всё больше, – не находил Владимир, как реагировать на подобное. – Вам хорошо?
–Мне лучше. Я верю, что Ванечка не погиб, понимаете? – улыбалась Настя, а утихающий дождь каплями стекал с её промокших волос и лица.
–Понимаю, – улыбнулся Владимир слабо.
Настя видела, что он не поддерживает её веру, надежду, но ей было всё равно. Она знала истину и тянулась скорее к любимому.
–Давайте отправляться в путь? – предложила она.
–С превеликим удовольствием, – кивнул Владимир...
Что он думал, решил ли оставаться в стороне, сочувствует ли, или ему безразлично – Настю это не волновало. Она скорее поспешила в дом, а там... Там хозяйка хутора помогла обсушиться, согреться, хорошо покормила её и Владимира и обняла на прощание...
–Удачи Вам, милочка, – прошептала она Насте. – А спутника своего проверяйте... Странный он...
–Благодарю Вас, – улыбнулась Настя и поспешила устроиться в повозку, которую хозяин хутора вывез им на двор:
–Ну, храни вас всех Бог...
–Прошу, – отдал Владимир ему небольшой мешочек денег. – Надеюсь, повозка не сломается на полпути.
–Обижаете, сударь, – строго сказал хозяин. – За такую сумму я вам продаю лучшую, что у меня есть.
Владимир ничего не ответил, сев на козлы. Он взмахнул вожжами, и тройка коней повезла повозку прочь. Настя оглядывалась на стоящих в объятиях друг друга хозяев хутора и жалела лишь о том, что может уже не встретится с ними никогда...
* – из «Ода на рабство» Василия Капниста, 1783 г.
Глава 6
Сердце Насти застучало сильнее, когда повозка, в которой сидела, проехала через ворота дворца. Именно здесь она надеялась увидеть возлюбленного и прижаться к его груди. Мечтами наполненная, она улыбалась и скорее слезла с повозки, когда Владимир остановил.
Тем утром у дворца прогуливался важный пожилой господин с тростью. Одетый в подтягивающий тело камзол, без напудренного парика он казался усталым и будто на двор вышел в спешке для чего-то особо важного. Настя прочувствовала это сразу, как только взглянула на него. Она вспоминала этого человека и, когда Владимир слез с повозки и поклонился ему, убедилась в догадках...
–Иван Иванович, – выпрямился перед ним Владимир, и тот кивнул:
–Получил Ваше известие, ждал... Рад, что Вы настолько точны в расчётах времени.
–Повезло, шторм стих. Множество деревьев по пути видел поваленных, но ни одно не послужило преградой на дороге, – улыбнулся Владимир.
–Острить будете перед зеркалом в своих покоях, – выдал Иван Иванович и взглянул на Настю. – Это она?
Владимир выполнил показательный реверанс, и почему-то Насте стало не по себе. Иван Иванович, а он некогда приходился личным секретарём Императрицы, подошёл ближе. Прищурив глаза и приставив к ним очки, он рассматривал лицо Насти некоторое время, после чего ухмыльнулся:
–Симолина?
Настя сглотнула, не желая лгать, но под напором пристального и строгого взгляда Владимира слегка кивнула.
–Что ж, – вздохнул с видимым недовольством Иван Иванович. – Молода, в невестах... Прошу Вас, сударыня, пройти во дворец со мною, а там Вам выделят комнату на этаже фрейлин. Здесь начинается Ваша новая жизнь. Воспитанницей возьму Вас по совету государыни, Екатерины Алексеевны, если покажете себя с лучшей стороны.
В это время из дворца вышла молодая служанка и пригласила Настю следовать за нею. Иван Иванович кивнул Насте идти и повернулся снова к стоящему рядом Владимиру, что-то ему ещё тихо объясняя...
Настя медленно шла по коридорам дворца, по его величественным ступеням и всё, что в прошлом переживала здесь, картинками из воспоминаний будто замелькало. Она улыбалась и грустила, тосковала и радовалась. Душа сжималась, трепетала, особенно когда вошла в коридор для фрейлин, где будто ничего и не переменилось...
Служанка открыла для неё последнюю комнату и указала рукой:
–Прошу, сударыня, здесь Ваша спальня... Государыня просит отдохнуть после дороги, а вечером позовёт. К Вам придут помочь подготовиться.
–Благодарю, – несмело вымолвила Настя, пройдя в комнату.
Она сразу осталась одна в этой ничем не отличающейся от тех комнат фрейлин, что помнила, спальне. Без штор, со скромной обстановкой из старой мебели. Но и та мрачность, что царила здесь, никак не омрачала того светлого предчувствия, что Настя в себе хранила.
Жалела лишь об одном: пока было нельзя вырваться из данной клетки и мчаться по дворцу в поисках возлюбленного. Где он, и здесь ли оставлен – Настя не знала... Однако время шло... Настя оставалась стоять у окна и любоваться видом на парк, вспоминая прошлую во дворце жизнь и произошедшее с любимым.
В скором времени в комнату дверь открылась. Настя оглянулась и, узнав одну из служанок, ту, что была постарше, резко отвернулась с широко раскрытыми глазами.
–Аделина, – прошептала она себе, как молодая служанка молвила:
–Вам следует переодеться, сударыня. Государыня просила помочь.
–Да,... конечно, – набралась смелости повернуться Настя и тут же встретилась со взглядом Аделины.
Та узнала её, приподняв от удивления брови, но опомнилась в одно мгновение. Юная служанка, находящаяся с ними, истины не знала и пока ничего странного не почувствовала. Она положила платье, которое принесла, на кровать, и подошла к Насте, принявшись тут же помогать снять наряд с дороги.
Аделина приготовила у столика с зеркалом расчёску и стала помогать напарнице. Когда Настю переодели и пригласили сесть к зеркалу, юная служанка ушла, забрав былое платье Насти...
–Наряд тот уберут... Теперь у Вас будет иной... Настя? – прошептала Аделина, склонившись над ухом...
Глава 7
-Аделиночка, – волновалась Настя от страха перед подругой прошлого.
Боялась и разоблачения, и гнева – всего, что может последовать. Только Аделина нежно коснулась волос её и стала расчёсывать. Так же осторожно она и зашептала:
–Сейчас будем красиво укладывать локоны... А пока поведай, нужна ли помощь тебе? Ты решилась на обман какой? Где настоящая Симолина?
–Аделиночка, поверь, не смогу поведать много. Боюсь за твою безопасность, – шептала Настя в ответ. – Скажу лишь, что пытаюсь спасти её жизнь. Должна я пока играть эту роль, понимаешь?
–Всё поняла, – кивнула в поддержку Аделина. – Будем, как раньше, молчком... И потом, помнишь, мы играли всякие роли перед нашими фрейлинами да государыней? Так что,... не впервой, – улыбнулась она.
–Меня ещё другие могут узнать... Виталина, – не переставала волноваться Настя.
–Других уж нет здесь. Многих сменили, – погружаясь в печаль, задумчиво молвила Аделина, пока расчёсывала волосы Насти. – И Виталиночка,... моя милая сестрёнка... Я думала, тебе сообщат... Надеялась.
–Что? – догадывалась о худе та.
–Нет её уже давно. Умерла при родах, – чуть встряхнулась Аделина и стала укладывать волосы Насти.
–Нет, – промелькнули у той воспоминания об ушедшей подруге. – А малыш?
–Тоже,... увы. А отец малыша... князь один. Ему всё равно, как оказалось, – всхлипнула Аделина и, не желая углубляться в боль, позволять слезам вылиться наружу, улыбнулась. – Что уж теперь. Жизнь продолжается, милая моя. Я так рада, что ты приехала! Ой, – смахнула она покатившуюся одиночную слезу. – Я должна обращаться к тебе на Вы. Сейчас принарядим Вас и провожу к государыне.
–Что меня ждёт здесь? – задумчиво вымолвила Настя.
–Вовремя уйти тебе надо будет, – сказала Аделина.
Об этом Настя и сама думала. Кристину здесь ожидает жених, но что делать пока – было не ясно. Как играть её роль, как долго, как вести себя перед женихом Кристины – множество вопросов мучило Настю. Надежда получить ответы на них появилась лишь тогда, когда одетая в прекрасное богатое платье Настя подходила к дверям покоев Императрицы...
Из-за угла другого коридора выглянула молодая служанка. Заметив её, Настя невольно замедлила шаг, следуя за ничего не заподозрившей Аделиной. Узнавая в служанке свою дорогую подругу Кристину, Настя широко раскрыла глаза от удивления. Кристина же приставила палец ко рту, чтобы та поняла знак и молчала...
–Что ты? – удивилась испуганному взгляду Насти Аделина.
–Узнает она меня? – вопросила та дрожащим голосом, и Аделина строго шепнула:
–Будешь кричать на весь дворец, узнает... Тихо же... Думаешь, государыня помнит всех? Поверь, не похожа ты на себя, да и краше никогда не была, – поправила она кружева её платья и вьющиеся на плечи локоны. – Прям княжна.
Бросив вновь взгляд на угол, где Кристины уже не было видно, Настя скрылась за дверями покоев Императрицы, а на душе всё как-то странно сжалось...
–Проходи, милочка, – раздался тёплый голос государыни, стоявшей посреди богатой уютной комнаты. – Прошу, – указала она на стул у круглого столика. – Садись-ка.
Настя несмело шагнула вперёд и села на указанное место. Государыня изучающим взглядом окинула её всю и подняла удивлённо брови. Ещё некоторое время она молчала, будто терялась в словах, а потом вздохнула:
–Хорошо... Поведай-ка, милочка, не случилось ли в пути неприятностей?
–Трудно было, но всё... Всё обошлось,... Ваше Величество, – смотрела в пол Настя.
Императрица подняла её лицо за подбородок и тем самым заставила посмотреть в глаза. Будто читала в них всё, что хотела знать, изучив быстро душу,... выведав тайны без слов... Душа Насти от страха вся будто перевернулась...
–Что ж, – отошла Императрица к зеркалу и глубоко вздохнула. – Скоро будет бал. Там тебе представлю жениха... Вижу, боишься. Нет причины... Характером он иной, чем его родственники Салтыковы. Добр, милосерден, мудр, хоть и молод. Коль приглянешься ты ему, – повернулась она, глядя так, словно продолжала изучать. – Дело не станет. Помолвка будет сразу. Ясно ли?
–Да,... Ваше Величество, – исчезающим голосом вымолвила Настя.
–Научат тебя ещё всему, чтоб готова была ко встрече да при дворе чтоб никаких неприятностей не произошло, – заключила Императрица и позвонила в колокольчик со стола...
Глава 8
В сопровождении прибывшей к Императрице фрейлины Настя покинула покои государыни. Фрейлина уводила её дальше по коридору, пока вышедший из-за угла пожилой господин долго смотрел вслед...
–Иван Иванович, – вышла за ним следом молодая дама в прекрасном платье с цветочными узорами.
Блеск её жемчужных украшений дополняли ту красоту лица, которой была награждена природой. Поправив кружевные перчатки, дама посмотрела вслед исчезнувшей за углом Насте и вздохнула:
–Иван Иванович, прошу Вас, согласитесь.
–Это пустая игра, – строго вымолвил он. – Не ребёнок она уже.
–Подумайте, – нежно погладила дама его по плечу и прошептала. – Долго ли продлится задуманное? Императрица знает, что делает. Я пригляжу за нею, помогать Вам буду.
–Глядите, – усмехнулся Иван Иванович. – Я иду на сие лишь ради Вашего благополучия.
–Что Вы, – улыбнулась та ласково и встретилась с его добрым взглядом. – Лишь человеколюбие да благоразумие Ваше вдохновляет меня на подобное. О благополучие моём уж речи быть не может. Жизнь не удалась.
–У Вас-то?! – удивился тот и не согласился. – Отчего же?! Наоборот... Бог наградил красотой, умом, мужа ненавистного скоро забрал. Графиней оставил. Впереди наслаждение жизнью!
–Благодарю, Иван Иванович, – смутившись, улыбнулась дама. – Я оставлю Вас пока, а как всё узнаю про сию Симолину, сообщу немедля.
Иван Иванович лишь кивнул в ответ и медленно ушёл в один из кабинетов. Поправив белокурый парик, красиво уложенных кудрей с цветами и бусинками, его собеседница отправилась туда, куда удалилась Настя...
Та тем временем была оставлена в своей комнате одна. Снова стояла она у окна. Только любоваться видом не получалось. Все мысли о том, как и где узнать о возлюбленном, – не давали покоя. Не долго длилось это тягостное одиночество. В дверь постучались...
–Входите, – несмело молвила Настя, подойдя к двери, и открыла её.
Что она, что прибывшая молодая дама, смотрели друг на дружку, словно увидели приведение.
–Боже, я не ошиблась, – вырвалось из груди дамы, и она скорее взяла Настю за руку, закрывшись с нею в комнате. – Ты что здесь делаешь?!
–Вы... Вы узнали меня?! – волновалась Настя, но скрываться не было смысла.
–Я помню тебя, Настенька, – прослезилась дама. – Годы мои фрейлинские с теплом вспоминаю. С тех пор, как Катюша отпустила тебя уехать служить к Симолину, помнила. Замуж вышла, графиней стала, вдова теперь... Ты не представляешь, как эти годы были тягостны. Да и судьба Катеньки нашей оставила следы.
–Я знаю, – прослезилась и Настя. – Не выдавайте меня, Татьяна Алексеевна, умоляю.
–Где сама Симолина? Что случилось? – шептала поражённая происходящим Татьяна. – Знаю, не стала бы ты такую игру заводить сама. Ты не такая!
–Осознанна ложь моя, – признавалась Настя. – Только позвольте не рассказывать. Я сама ещё не всё знаю, да лучше пока молчать.
–Смотри, Настя. Государыня не зря заподозрила в тебе неладное. Приглядеть меня послала за тобою, – шептала Татьяна. – А Бецкого попросили взять тебя в воспитанницы. Он тоже чует ложь.
–Меня узнали?! – поразилась Настя.
–Не знаю пока, – пожала плечами Татьяна. – Я так тебя помнила хорошо, узнала сразу, даже в этом наряде!
–Помогите, Татьяна Алексеевна, – покатились по щекам Насти слёзы. – Ванечка мой пропал, Кристиночка, моя Криста-подруженька, Симолина,... в опасности. Меня заставили притвориться ею.
–Не реви же, – ласково молвила Татьяна, обняв её и сев вместе на краю постели. – Помогу, но мне надо будет всё знать. Когда понадобится, словечко перед государыней замолвлю. Она меня по-прежнему любит видеть да слушать.
–Себе во вред не действуйте, – плакала Настя, не находя пока сил остановиться.
–Совет дам. Буду учить тебя всему, договорились? – спрашивала Татьяна, и Настя кивала сразу. – Ты должна очаровать Бецкого, чтобы поддержку заполучить, ясно? Я тебе помогу. Душа его изранена, тонка, нежна, а человек он добрый. Воспитанниц своих любит и на многое ради них идёт, богата или бедна девушка.
–Душа ранена? – взглянула с волнением Настя.
–Да, – вздохнула Татьяна и, погружаясь в воспоминания, рассказала дальше. – Там такая интрига была... Бецкой с ума сходил по своей воспитаннице Алымовой... Была она сначала в Смольном институте, потом фрейлиной Императрицы. Но враги Бецкого устроили её брак с Ржевским в скором времени таким образом, что и сама Алымова вышла замуж, лишь бы избавиться от ревности Бецкого... Им пришлось даже переехать в Москву. Бецкой тогда чуть не умер. От расстройства схватил паралич. Вот с тех пор он опасается воспитанниц, но по просьбе Императрицы помочь желает... Я оставлю тебя пока. Ты отдыхай. Завтра начнём все уроки, как себя вести и держать.
Задержав в себе страх и слёзы, Настя смотрела с грустью в ответ и кивала. Как только Татьяна покинула спальню, в дверь снова раздался стук и вошла молодая служанка, которую Настя сразу узнала:
–Кристиночка?...
