Текст книги "Гарант Мира (СИ)"

Автор книги: Таня Пепплер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 13 страниц)

Глава 16

А вот утро, по мнению Янтилиш, наступило неоправданно быстро. Накануне вечером она всё же немного перенервничала, и большую часть ночи не спала, пытаясь собраться с мыслями. И вроде никогда не жаловалась на излишнюю трепетность характера, а вот поди ж ты – волновалась едва ли не хуже, чем перед первым экзаменом в Обители.

Только часа за три до рассвета ей удалось всё же заснуть, правда сон этот был каким-то душным – естественно, настроения это не добавило. И в такие моменты, как водится, принцесса не всегда могла сдержать собственную язвительность.

– Только не говори, что ты только что проснулась! – ворвавшаяся в её покои жизнерадостная Кассианэль радости не добавила, особенно когда принялась тормошить кузину, – вставай, у нас много дел!

– Если ты всегда встаешь так рано, я буду сочувствовать твоей ящерице, так и знай, – буркнула Янти, выпутываясь, наконец, из одеяла и, не обращая внимания на покрасневшую сестру, спросила, – и какие дела у нас вдруг появились с утра, кроме церемонии, на которую, дай-ка подумать, я совсем не опаздываю?

– Через два часа нужно быть в храме, а мы ещё не подобрали платье, – несмотря на ворчание Янтилиш, энтузиазма у Касси не убавилось, и она продолжала лучезарно улыбаться, – я приготовила несколько вариантов…

– Не надо платья, – Янти поспешила остановить кузины, пока та не предложила перенести к ней весь свой гардероб, – я привезла его с собой. В шкафу посмотри.

Прерванная на полуслове, Кассианэль сначала ошалело захлопала глазами, а потом рванула к шкафу, распахнула тяжелые дверцы и замерла в восхищении. И темноэльфийская принцесса прекрасно знала, отчего.

Свадебный наряд Янтилиш по многослойности ничуть не уступал принятым в драконьей империи, правда, в первое мгновение легко мог поразить несколько мрачной цветовой гаммой. Нижнее прямое платье, прикрывающее щиколотки, должно было демонстрировать стройные ноги невесты в смелых разрезах, едва доходящих до середины бёдер, и настолько плотно облегать фигуру, что не оставило бы никакого простора для воображения. Невысокий воротничок-стоечка, окантованный ярко-фиолетовой лентой, явно был создан подчёркивать тонкую шею и плавную линию подбородка.

К счастью для поборников морали, затесавшихся среди свидетелей церемонии, поверх смелого наряда надевался жакет-спенсер с расширяющимися к предплечью рукавами, сшитый из чёрного шёлка с искусной вышивкой фиолетового цвета. Талию под жакетом подпоясывал украшенный шитьём шелковый пояс с кистями. А высокие разрезы нижней юбки прикрывала верхняя – скроенная из нескольких расширяющихся книзу клиньев, прошитых у пояса и щедро вышитых всё той же фиолетовой нитью.

– Оно великолепно, – выдохнула Касси и протянула руку, но тут же её отдернула, побоявшись замять лёгкую ткань, – настоящее чудо!

– Согласна, – мягко рассмеялась Янти, которая собственным нарядом уже успела налюбоваться, – только тебе придется запихнуть меня в это чудо, потому что самостоятельно я никогда не справлюсь с застёжками!

Процесс сборов затянулся, так что будущая императрица вынуждена была признать, что кузина совершенно правильно сделала, когда пришла будить её так рано. Иначе они, пожалуй, рисковали опоздать к храму и сорвать церемонию. К счастью, подобного не случилось. Кассианэль помогла разобраться со всеми потайными крючками на платье, собрала непослушные косички в элегантную прическу и проводила Янтилиш до кареты, но сама внутрь не села.

– До места тебе придется ехать одной. Традиция, – она пожала плечами, демонстрируя, что сама не понимает, в чём необходимость подобного правила, – мы с Его Высочеством будем уже там, когда ты приедешь.

С этими словами она отступила и задернула шторку, оставляя Янти наедине с собственными мыслями. И, надо сказать, радужными они вовсе не были. Никакого радостного предвкушения, которое следовало бы испытывать счастливой невесте, принцесса не чувствовала. Нет, никаких возражений против свадьбы у нее не было, да и личность жениха сомнений не вызывала – Данияр понравился Янтилиш ещё во время первой встречи, можно сказать, с первого взгляда. Но всё равно что-то внутри скребло, не давая прочувствовать всю полноту и торжественность момента.

Так бы ей и мучиться сомнениями, но, пока она копалась в себе, карета уже подъехала к храму. Расторопный кучер распахнул дверцу и, спускаясь по услужливо подставленной лесенке, принцесса увидела императора. И его лицо лучше всяких аргументов ответило ей на вопрос, почему она всё-таки сейчас находилась здесь…

Император дожидался невесту у ступеней храма и, хоть время ещё позволяло, он, обычно сдержанный и уверенный в себе, отчего-то нервничал, периодически поглядывая на подъездную дорожку.

– Почему так долго? – спросил нетерпеливо, когда рядом с ним уже появились задержавшиеся во дворце Аррияр и Кассианэль, – что-то случилось?

– Всё в порядке, Ваше Величество, – улыбнулась Касси, которой волнение дракона было вполне понятно, – карета с кузиной должна проехать самым длинным маршрутом. Скоро она будет здесь.

– Её Высочество сопровождает отряд гвардейцев, – добавил принц, оглянувшись на мгновение на супругу и получив от неё подтверждающий кивок, – мы всё проконтролировали.

Они, к слову, и в самом деле проконтролировали – Аррияр, несмотря на всю свою безалаберность, был неплохо знаком с навыками гвардии на императорской службе, так что отобрал лучших. А Кассианэль лично передала кузину буквально с рук на руки и проследила за отбытием кареты, так что Данияр и впрямь мог быть спокоен за безопасность невесты.

Экипаж с темноэльфийской принцессой появился из-за поворота неожиданно даже для императора, который в последние несколько минут уже практически не отрываясь смотрел в нужном направлении. Прошуршала колёсами по старой брусчатке и остановилась у самых ступеней. Расторопный кучер соскочил с облучка, распахнул золочёную дверцу, расправил и установил переносную лесенку и с поклоном отступил.

Впрочем, всё это Данияр отметил только краем сознания – всё его внимание было поглощено появившейся из кареты Янтилиш. Мужчина прекрасно знал, что его невеста красива – в конце концов именно её внешность и заинтересовала его первоначально. Только вот он оказался совсем не готов к тому, насколько завораживающей оказалась принцесса этим утром. Хрупкая и изящная, как многочисленные статуэтки, доставляемые в его дворец с востока, она буквально притягивала, так и призывая прикоснуться, чтобы проверить – не видение ли перед ним.

– Вы восхитительны, Янтилиш, – шагнул навстречу, протягивая руку, чтобы помочь девушке подняться по ступеням храма, и не смог промолчать, ошарашенный увиденным.

– В таком случае, полагаю, наше восхищение взаимно, – Янти уже успела взять себя в руки и тоже с интересом рассматривала замершего перед ней мужчину. А посмотреть ей и в самом деле было на что – высокий, смуглокожий, в ало-золотом наряде, он выглядел внушительно и величественно, чем только подтверждал собственный статус. Невеста на его фоне казалась еще более миниатюрной, что, впрочем, не мешало паре гармонично дополнять друг друга.

По ступеням к дверям храма они поднимались бок о бок, и Данияр бережно поддерживал девушку под локоть. Янтилиш почему-то казалось, что внутри будет темно, но, когда высокие резные створки захлопнулись за их спинами, они попали в полосу света, падавшую на них сквозь высокие мозаичные окна.

Разглядыванием помещения принцесса увлекаться не стала. Её взгляд сразу нашёл главное в этом зале – невысокая, искусно вырезанная из камня статуя богини и круглый алтарь, символы на котором не были знакомы Янти, точно так же как в свое время Касси.

Именно к нему настойчиво, но осторожно и увлёк Данияр невесту – там их уже дожидался жрец Аолиры, давно готовый провести обряд. Едва только пара подошла ближе, он заговорил, повторяя традиционные фразы, предваряющие принесение клятв.

Гортанные звуки языка Древних царапали горло, словно не хотели выталкиваться наружу, но Янтилиш старательно повторяла их вслед за жрецом, очень надеясь, что не ошибается в произношении, но, судя по спокойному лицу мужчины, всё происходило, как нужно.

После того как все положенный слова были произнесены, на алтаре перед парой появился ритуальный кинжал, испещренный символами на древнем наречии, и серебряный кубок. Император первым потянулся к ним, но, вместо того чтобы взять клинок самому, протянул его невесте. Так же как и раскрытую ладонь, предлагая эльфийке пустить ему кровь. Даже нет поморщился, когда острое лезвие вспороло кожу, а наоборот – ободряюще улыбнулся девушке, сцеживая драгоценную жидкость в приготовленный сосуд.

Оценившая подобный жест, Янти доверчиво позволила мужчине порезать собственную руку и, едва поморщившись от острой вспышки боли, капнула несколько капель крови в кубок. Только вот ладонь её Данияр не отпустил, вместо этого поднёс её к губам и, глядя прямо в глаза невесте, лизнул порез, явно надеясь на заживляющие свойства слюны, не иначе.

Удивительно, но принцесса, которая в обычной жизни редко терялась и за словом в карман не лезла, от подобного поступка императора залилась ярким румянцем, который сделал её еще более очаровательной в глазах дракона. Увлеченно разглядывающие друг друга, они даже не заметили, как жрец опрокинул наполненный кровью сосуд на алтарь. Только вспышка яркого золотистого света заставила пару отвлечься и обратить внимание на собственные запястья, на которых расцветали широкие линии отливающей золотом брачной татуировки.

А потом дракону то ли померещилось, то ли и в самом деле послышалось, как зазвенел по храму серебристыми колокольчиками женский голос: «Ну наконец-то! Береги своё счастье, дракон. Надеюсь, тебе понравится мой подарок».

Что ж, именно это Данияр и собирался делать отныне и до тех пор, пока ему это будет позволено судьбой, так что напутствие Богини только укрепило его в этом желании. А вот слова про подарок, наоборот, заставили насторожиться, потому что про весьма своеобразное чувство юмора Аолиры мужчина был наслышан. Впрочем, сейчас у него имелось куда более важное занятие, чем думать об услышанном.

Взяв новоиспеченную супругу за руку, он, подавая ей пример, поклонился жрецу, дождался пока она сделает то же самое, и уверенно повел её к выходу из храма – им еще предстояло показаться всем приглашенным на обряд и принять поздравления.

Оба молчали – Янтилиш от растерянности не знала, что сказать, а Данияр, хоть и пытался отвлечься, всё же оказался слишком шокирован незримым появлением Богини, и даже не мог представить, как рассказать о её словах Янти. Он подозревал, что эльфийка сюрпризы не любила так же, как и он сам.

И, когда двери храма вновь распахнулись перед ними, такими молчаливыми они и предстали перед подданными. Впрочем, дракон быстро вспомнил, чего именно дожидаются присутствующие, и поднял повыше руку супруги, которую так и не выпустил из своей ладони, демонстрируя золотой узор на её запястье.

– Приветствуйте мою супругу и вашу новую императрицу! – произнёс положенную ритуалом фразу и окинул толпу внимательным взглядом, запоминая, кто и как отреагировал на сказанное.

Первыми поздравить императорскую чету подошли наследник с супругой. И если то, что Касси, лишь взглянув на кузину, поспешила к Данияру, было ожидаемо, то вот распахнувший руки для объятий с Янти Аррияр, сильно удивил тёмную эльфийку.

– Ну здравствуй, ящерица, – шепнула на ухо принцу Янтилиш, обняв его в ответ, – вижу, ребра перестали тебя беспокоить?

– Добро пожаловать в семью, гарпия, – совершенно беззлобно фыркнул он в ответ и, разжав руки, всё же не удержался от шпильки, – надеюсь, мне не придется называть тебя мамочкой?

– Лучше не стоит, сыночек, – прищурилась девушка, как-то совершенно по-новому оценивая стоящего перед ней молодого мужчину, – боюсь, от подобной любезности с твоей стороны меня стошнит.

Аррияр хотел было ответить что-то ещё, но от обмена колкостями их с новоиспеченной императрицей отвлек звонкий смех Кассианэль. Принцесса трогательно держалась обеими руками за широкий рукав Данияра и, запрокинув голову, над чем-то заливисто смеялась, не обращая внимания на свидетелей. Император же наблюдал за ней с отеческой улыбкой, слегка покачивая головой.

– Она чудесная, – выдохнул принц, которого, пожалуй, уже ничего не могло отвлечь от наблюдения за супругой, – мне кажется, я её не заслуживаю.

– Он тоже, – улыбнулась Янтилиш, любующаяся эмоциями, которых сейчас на лице Его Величества было предостаточно. В этот момент Данияр выглядел таким довольным жизнью, что отвлекать его от общения с невесткой не хотелось, – удивляюсь, как мне повезло.

– Береги его, гарпия, – всё же отвлекся на мгновение от созерцания Касси драконий принц, чтобы, обернувшись, полоснуть собеседницу острым взглядом, – я буду следить за тобой.

– Аналогично, ящерица, – кивнула Янти, которую слова Аррияра совершенно не задели, потому что на этот раз она полностью разделяла его мнение, а потом всё же не удержалась и улыбнулась, – спасибо, что не осуждаешь его.

– Падение с высоты неплохо прочищает мозги, – пожал плечами принц и, двинувшись в сторону Данияра, бросил напоследок, – а нам, пожалуй, стоит прекратить шептаться. Народ жаждет общения с виновниками торжества.

С этими словами он отправился в сторону отца, шепнул ему пару слов и, похлопав по плечу, отошел, увлекая за собой и Кассианэль. На смену им тут же подошел кто-то из приглашенных, и Янтилиш отвлеклась на разговор с ними, потеряв кузину из виду.

Впрочем, это развлечение на свежем воздухе не продлилось долго. Уже через четверть часа император решительно увлёк супругу в сторону дожидающейся их кареты, которая тут же покатила в сторону дворца.

– Надеюсь, Аррияр не сказал вам ничего оскорбительного? – поинтересовался дракон, когда они с Янти остались наедине, в тесном пространстве кареты, – он бывает излишне резок в высказываниях.

– Мы с Его Высочеством пришли к полному взаимопониманию, – улыбнулась девушка, которая прекрасно понимала беспокойство супруга, озабоченного поведением наследника, – мне кажется, в последнее время он несколько изменился, разве нет?

– Надеюсь, что это не временное явление, – расслабился Данияр, когда понял, что впечатление супруги от свадебной церемонии ничем не испорчено, и наконец-то улыбнулся, – добро пожаловать в семью.

– Это честь для меня, – при зрелом размышлении Янти в этом браке устраивало всё, так что слова императора и в самом деле были ей приятны. А в их искренности сомневаться не приходилось – она и без всяких заверений знала, что этот мужчина не лицемерит и прямолинеен настолько, насколько вообще возможно при его статусе.

На этом разговор как-то постепенно затих, но тишина не была напряженной, скорее уж – уютной, как бывает, когда собираются приятные друг другу существа, которым просто хорошо рядом.

Впрочем, в обратном направлении карета ехала коротким путём, так что поездка закончилась раньше, чем успела надоесть новобрачным. Утомляться им совсем не хотелось, потому что впереди ждал праздничный обед, от появления на котором отказаться они не могли.

На своем этаже супруги ненадолго разошлись, чтобы переодеться в более удобную одежду и уже оттуда спуститься в обеденный зал. Там им пришлось высидеть несколько часов, принимая все положенные по регламенту поздравления и подарки. Янтилиш так радовалась, когда череда желающих выразить ей свое почтение закончилась, что не сумела скрыть собственное облегчение от сидящего рядом императора.

– Еще немного, и мы сможем удалиться в свои покои, – шепнул он ей, одновременно с этим в очередной раз склоняя голову в знак благодарности, – больше ничего подобного от нас не потребуется.

Данияр оказался прав – уже спустя четверть часа им удалось покинуть обеденный зал. Как только двери за их спинами закрылись, с улыбками переглянулись и поспешили прочь по коридору, пока кто-нибудь не вышел следом за ними. Шли рядом, Янти с удовольствием опиралась на предложенный ей локоть и чувствовала себя при этом абсолютно довольной происходящим.

У дверей в комнату принцессы пара остановилась. Янтилиш попыталась что-то сказать, но дракон её опередил. Притянув девушку к себе, он осторожно её поцеловал, словно думал, что его оттолкнут, но этого не произошло. А губы у Янтилиш оказались мягкими, со вкусом дикой лесной ягоды – её название Данияр забыл и тратить время на воспоминания не собирался. Только, собравшись с остатками здравого смысла, распахнул дверь в комнату и мягко подтолкнул супругу внутрь, надеясь, что в ближайшие пару часов никто не подумает их беспокоить.

Аррияр спускался следом за супругой по храмовым ступеням и думал. В последнее время он частенько именно этим и занимался – размышлял и переосмысливал. И причина подобных изменений в принце сейчас шла прямо перед ним, даже не подозревая, какая буря внутри него бушует.

Хотя, пожалуй, всё она подозревала – из них двоих именно Кассианэль имела больший допуск к связывающему их эмпатическому каналу, так что и чувствовала супруга лучше. Сам принц приоткрыл блок со своей стороны буквально за пару дней до приезда темной эльфийки – может быть, поэтому он и встретил её гораздо теплее, чем мог бы. Мысли его были заняты совершенно другими вопросами.

Ари не любил свои способности эмпата – слишком уж много неприятных минут они ему доставляли. Стоило только открыться чуть шире, чем следовало бы, и в сознание скопом проникали чужие эмоции. И не от всех из них даже он, обладающий довольно тяжелым нравом, приходил в восторг. Драконы, так уж вышло, всепрощающими существами не были, отсюда и злость, и зависть, и много чего еще малоприятного, с чем сталкиваться не хотелось.

Именно поэтому, когда он все же решился снять блок со связи с супругой, подсознательно он не ждал ничего хорошего – слишком привык к окружающему негативу, да и Касси изначально казалась ему не самой приятной личностью. И пусть к этому моменту принц понял, что на самом деле всё не так, но предрассудки – это то, что изживается сложнее всего.

Тем удивительнее оказалось для Аррияра, что Кассианэль совсем не испытывает негатива. Нет, у нее, конечно, порой бывало плохое настроение, иногда она грустила, но никаких тяжелых эмоций, от которых становилось плохо до тошноты, он не чувствовал. Его супруга, кажется, не умела завидовать – более красивые вещи у кого-то или теплые отношения посторонних вызывали у нее легкий интерес или симпатию и только. А еще она практически не злилась – даже грубость со стороны придворных вызывала только легкую вспышку раздражения, которое быстро сменялось не наигранной безмятежностью.

И это подкупало. Принц, кажется, еще не вполне осознавал, но его тянуло и к этим чистым эмоциям, и к самой Касси, которая при более тесном общении оказалась, не в пример первому впечатлению, довольно искренней и открытой. Но, к сожалению, демонстрировала эти качества чаще всего она в общении с Его Величеством, а не собственным супругом. И эту несправедливость дракон планировал исправить.

А Кассианэль и в самом деле чувствовала, что с Аррияром происходит что-то непонятное. Странно было бы не обратить внимание на то, как меняются его эмоции, в которых она уже практически научилась разбираться, как в своих собственных.

Поначалу, когда они еще не были связаны, единственное, что Касси получала от принца, это неприязнь и откровенно негативное отношение. Первые изменения произошли, после того как эльфийка оказалась в вотчине деда Гаяра. Именно тогда она осознала, что негатив сменился на осторожный интерес и любопытство.

А потом был разговор и первые попытки привыкнуть к обществу друг друга. И изначально принцесса очень боялась, что возможность знать, что чувствует дракон, не принесет ей ничего, кроме разочарований и неуверенности в себе. Впрочем, опасения оказались беспочвенными. Аррияр мог злиться, очень часто он бывал раздражен, но в отношении супруги оказывался неизменно вежливым и, буквально ошеломлял изумлением и постепенно возрастающей симпатией, по образованной связи.

Нельзя сказать, что это знание о меняющемся отношении дракона искупало его поведение в прошлом, но, однозначно, производило приятное впечатление. И пусть только время могло показать, во что выльется происходящее с ними, Кассианэль хотелось верить, что это начало чего-то хорошего.

Эпилог

Шестой день рождения младшего принца Империи драконов Велияра подходил к концу. Традиционные торжественные мероприятия закончились, и гордые родители в компании наследника и императорской четы расположились на свежем воздухе в дворцовой галерее, где специально для их отдыха установили несколько удобных кресел и небольшой столик с угощениями. Пока взрослые, расслабившись, наслаждались минутами спокойствия, Велияр воодушевленно бегал вокруг них, активно растрачивая энергию.

– Папа Дан, папа Ари, смотрите, как я могу! – в какой-то момент, пока Касси отвлеклась от наблюдения за ним, хрупкий темноволосый мальчик с синими глазами взобрался на невысокие перила одного из балкончиков и замахал руками, активно привлекая внимание родных. Дождавшись, когда мужчины, которых он так громко звал, посмотрят в его сторону, он выдохнул и шагнул в пустоту, чтобы через пару мгновений взмыть и очутиться на виду уже маленьким ало-золотым дракончиком.

Кассианэль, у которой от очередной выходки слишком активного сына уже дергался глаз, только покачала головой. Для первого оборота было немного рановато, но Велияр с рождения был сильнее, чем обычные дракончики его возраста, так что принцесса уже видела, как оно превращается. Именно поэтому, спокойно наблюдая, с каким оживлением супруг вместе с отцом разглядывают мелкого, повернулась к кузине.

– Прости, Янти, у меня никак не получается отучить его называть Данияра отцом, – ей в самом деле было неловко от того, что из-за магической подпитки, которую император давал Велияру, тот считал его одним из родителей, наравне с Касси и Аррияром, – такое чувство, что он меня даже не слышит.

– С магией не спорят, дорогуша, – открыв глаза, усмехнулась Янтилиш, которая до этого момента, зажмурившись, подставляла лицо солнцу, греясь в его теплых лучах, – Данияру это нужно – он выглядит таким счастливым. Твой чешуйчатый, конечно, немного дуется, но кто ему теперь виноват?

– Данияр выглядит счастливым с момента вашей свадьбы, – расслабилась принцесса окончательно, перевела взгляд на супруга, который, кажется, собрался вышагивать с балкончика следом за сыном, и вздохнула, – иногда мне кажется, что младший в нашей семье вовсе не Велияр.

Вмешиваться, к счастью, не пришлось. Император совершенно неаристократичным образом отвесил подзатыльник сыну, что-то негромко сказал внуку, и, после неяркой вспышки, на балкон, вместо дракончика, мягко спрыгнул маленький мальчик. Он звонко расхохотался и повис на шее подхватившего его деда. Насупленному Аррияру осталось только со стороны наблюдать за этим весельем – его в компанию двух заговорщиков не пригласили.

Впрочем, дулся принц недолго. Посмотрел на счастливого сынишку и не менее довольного отца, улыбнулся и поспешил к супруге, которая с интересом наблюдала за происходящим. Садиться не стал, наклонившись, поцеловал в макушку и шепнул, задевая теплыми губами острое ухо:

– Я отлучусь в ритуальный зал. Нужно подкормить нашу малышку, – и ушел, насвистывая себе под нос какой-то незатейливый мотивчик, транслируя по ментальной связи благодушие и радостное предвкушение.

Кассианэль и сама не поняла, как несколько месяцев назад она согласилась с мыслью, что одного маленького дракончика их семье будет мало. Но факт оставался фактом, они провели еще один ритуал и… сломали всю систему рождаемости клана Золотых. Потому что к моменту, когда магический кокон должен окраситься и показать пол будущего дракона, он и стал не золотистым, как это положено для рождающихся в клане мальчиков, а серебристым, что характерно для девочек. Девочек, которых среди Золотых не появлялось уже очень давно… Тут то Данияр и вспомнил о подарке Богини, который она пообещала ему еще на свадьбе – это было вполне в её духе.

Гордый отец будущей маленькой принцессы был настолько счастлив, что на этот раз в ритуальном зале стал частым гостем. Без всяких напоминаний и упреков со стороны супруги, он мастерски делил свободное время между сыном и еще не появившейся на свет дочкой, чем безумно радовал Касси, которая прекрасно помнила, с чего началась их история.

– Думаю, у твоей ящерицы еще есть шансы повзрослеть, – наблюдающая за происходящим с какой-то таинственной улыбкой, Янтилиш, как всегда, оказалась в своем репертуаре, мягко поддразнивая кузину. Несмотря на потепление отношений обзывать драконьего принца императрица не перестала, на что тот давно уже не обращал внимания, отвечая ей полнейшей взаимностью, – появление дочери обычно заставляет мужчину становиться более ответственным.

– Время покажет, – покачала головой Кассианэль и, не удержавшись, всё же спросила, устав бороться с собственным любопытством, – не поделишься, в чем причина твоей мечтательной задумчивости? Ты сегодня весь день витаешь в облаках.

– А я разве не сказала? – удивилась Янти и, отыскав взглядом супруга, счастливо улыбнулась, – мы с Данияром решили, что после рождения вашей дочери тоже проведем ритуал.

– Это замечательная новость! – просияла Касси, когда ошеломление от услышанного рассеялось, – я так рада!

– О чём шепчетесь? – император заметил оживление за столиком и подошел ближе, краем глаза продолжая наблюдать за Велияром, который продолжал носиться по балкону.

– Я рассказала кузине о нашем решении, – Янтилиш улыбнулась и, протянув руку, прикоснулась к ладони супруга, который ответил ей легким пожатием, – она, кажется, очень рада.

– Вот как? – усмехнулся Данияр и, облокотившись на спинку кресла любимой жены, спросил, – Кассианэль, ты связывалась с отцом?

– Он с утра поздравлял Велияра с днем рождения, – кивнула принцесса, с улыбкой наблюдая за расположившейся напротив парой, – извинился, что не сможет присутствовать на празднике и пообещал заглянуть в конце недели. Дедуля, кстати, тоже грозился нанести визит, когда разберется с делами.

– Велияр будет рад, – почти хором произнесли Янти и император и, рассмеявшись, переглянулись, после чего дракон продолжил, – он скучает по ним, хоть и не говорит об этом. Утром я отдам все распоряжения, чтобы всё было готово к встрече.

Касси только кивнула, в который раз удивляясь педантичности Данияра. С момента появления на свет их с Ари сына дед с отцом периодически заглядывали в гости, и каждый раз их встречали так, будто это не визит родственников, а, по меньшей мере, официальная делегация. Впрочем, в чём-то это было даже мило, да и дедуле нравилось соблюдение всех формальностей.

– Мам, папа Дан, Янти! – в очередной раз прервал беседу маленький дракончик. Он подбежал к креслу и ловко вскарабкался по нему на колени матери и, обхватив её за шею, громко прошептал ей на ухо, – а папа Ари обещал показать мне сестрёнку!

Принцесса прижала сына к себе и, легонько поглаживая по спинке, беспомощно взглянула на Данияра – тонкости драконьей ритуальной магии не были ей знакомы, так что она ждала его разрешения или запрета, чтобы объяснить Велияру, почему этого делать нельзя. Дракончик прекрасно понимал слово нет, так что Касси понимала – особых проблем не будет.

– Ну раз обещал, – усмехнулся император, хлопая в ладоши, чем привлек внимание внука, а потом протянул руки, – идём, я с удовольствием тебя провожу.

Велияр восторженно пискнул и тут же, позабыв и о матери и о тётке, бросился к Данияру, чтобы тут же оказаться подхваченным на руки. Крепко прижав к себе драгоценную ношу, мужчина шагнул к выходу с галереи, но, оглянувшись, всё же спросил:

– Вы с нами?

Сёстры переглянулись и закивали, поспешно поднимаясь из кресел. Догнав императора, они пристроились по разные стороны от него. Так тесной компанией они и вышли за дверь, а за их спинами за горизонт медленно отпускалось солнце.