Текст книги "Ядовитое влечение (ЛП)"

Автор книги: Т. Л. Смит

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)

7.Кора

Когда я наконец-то добираюсь до офиса Арло, чтобы передать документы, уже понедельник. Он на месте, и когда я вхожу, секретарша улыбается и спрашивает, назначена ли у меня встреча. Не назначена.

– Могу я просто оставить документы у Вас? Арло ждёт их. Это касается недвижимости, которую он недавно приобрел.

Она бросает растерянный взгляд на папку, затем снова смотрит на меня. И как раз в тот момент, когда собирается что-то сказать, дверь кабинета Арло открывается, и я слышу женский смех. Женщины смеются рядом с Арло? Он всегда такой серьёзный и устрашающий.

Я оборачиваюсь и вижу, как Арло кивает в ответ на слова незнакомки. Она снова смеётся. Потом он смотрит на меня, и ухмылка сразу сходит с его губ.

– Лилит, прошу извинить. У меня появились дела.

Женщина, по всей видимости Лилит, поворачивается ко мне, склоняет голову набок и медленно улыбается, прежде чем неторопливо выйти.

Арло жестом указывает на свой кабинет.

– Можешь занести документы.

– Я собиралась просто передать их, как ты просил.

– Ты затянула с этим. Привыкла опаздывать? – спрашивает он, что меня задевает, потому что опоздания – это не про меня.

– Подготовка заняла больше времени, чем ожидалось. Как только всё было готово, я сразу привезла документы.

Я сказала Мэтти, что задержусь ненадолго, поэтому оставила все вещи в машине, даже телефон. И когда Арло закрывает за мной дверь, мне становится не по себе.

– Садись. Я просмотрю всё и сразу подпишу.

– Я могу заехать за ними позже. У меня ещё…

– Сядь, – приказывает он, и я оказываюсь на диване раньше, чем успеваю что-либо обдумать.

Арло подходит ближе, его рука на мгновение задевает мою, когда он берёт документы, после чего садится в кресло напротив.

Это место совсем не похоже на типичный кабинет психотерапевта – впрочем, я бывала только в одном, и тот был очень белым и стерильно чистым. Здесь большое чёрное панорамное окно. Диван, на котором я сижу, из чёрного бархата, достаточно длинный, чтобы при желании можно было лечь. За моей спиной – книжный шкаф от пола до потолка, занимающий всю стену. Под ногами – кремовый ковёр, между нами лишь журнальный столик. Всё выглядит выверенно и безупречно. Даже изысканно.

– Тебе нравится мой кабинет? – спрашивает он, заметив, как я осматриваюсь.

– Стильно, – отвечаю, складывая руки на коленях.

– Я недавно его обновил. Стараюсь менять обстановку хотя бы раз в год. Перемены полезны.

В его руке нет ручки, только папка. Когда я больше ничего не говорю, он возвращается к документам.

– Ты не включила моё дополнительное предложение… тот лишний миллион.

– Нет, не включила.

Он встаёт и протягивает мне папку.

– Исправь.

Я смотрю на него снизу вверх. На нём чёрные классические брюки и чёрная рубашка; латунные пуговицы необычного оттенка перекликаются по цвету с пряжкой ремня.

Схватившись за папку, я пытаюсь забрать её, но Арло не отпускает. У меня начинает сосать под ложечкой, когда он спрашивает:

– Ты обдумала моё предложение?

– Я уже сказала. Я состою в отношениях. – Пульс на шее бьётся так сильно, что отдаёт в ушах.

– Многое в тебе пока остаётся загадкой для меня, но когда ты лжешь, то часто моргаешь.

Я снова тяну документы к себе, и на этот раз Арло их отпускает.

– Так ты обдумала моё предложение? – повторяет он.

– Это непрофессионально.

– Я могу подождать, пока сделка не будет закрыта.

Прикусываю язык, чтобы не сказать лишнего.

– Рад был снова тебя увидеть, мисс Эшфорд, – наконец говорит Арло, и я поднимаюсь. – С нетерпением жду нашей следующей встречи. Давай закончим с этим как можно скорее. – Я киваю и делаю шаг вперёд, но он не двигается. – От тебя потрясающе пахнет.

– С-спасибо, – выдавливаю.

– Только не вздумай сейчас смущаться. – Он подмигивает и отступает, позволяя мне пройти.

Я не говорю больше ни слова, открываю дверь, и не оглядываюсь, хотя чувствую, как его взгляд буквально прожигает мне спину. Секретарь улыбается мне, когда я прохожу мимо, и я замечаю пациента в приёмной. Мне приходится взглянуть дважды: несмотря на шапку и опущенную голову, я узнаю лицо. Его последний фильм только что получил престижную награду. Все только об этом и говорят. Похоже, список известных клиентов Арло и правда впечатляет.

– Он серьёзно сказал тебе переделать документы? – недоверчиво спрашивает Лейла, когда я захожу в офис примерно через час после своего небольшого столкновения с мистером Грейвсом. Она идет следом, с кофе в руке, цокот каблуков раздается за моей спиной.

– Да. Кто вообще добавляет к предложению лишнюю сумму? – бормочу себе под нос.

– А ко мне он не проявлял никакого интереса. Фактически, единственный раз, когда мы нормально поговорили, – это когда он спрашивал о тебе.

Я резко останавливаюсь и оборачиваюсь к ней.

– В смысле? Я видела его всего один раз, – говорю растерянно.

– Без понятия. Может, спросишь его при следующей встрече. А она, судя по всему, будет скоро, раз ты хочешь как можно быстрее закрыть сделку, – ухмыляется она.

– Может, отправить тебя? – смеюсь я.

Лейла качает головой.

– Нет уж. Он ранил моё эго, когда отшил меня. – Она прижимает руку к груди и изображает обиженное выражение лица.

– О, держу пари, с тобой это случается нечасто.

И, если честно, с чего бы? Лейла потрясающая.

– Нечасто. Но ничего страшного. Я уже нашла пару мужчин, которые быстренько вернули моё эго на место, – она подмигивает и уходит.

Улыбаясь, я захожу в свой кабинет и вижу Делани, сидящую в одном из кресел для посетителей. Тёмные волосы ниспадают блестящими свободными локонами, а большие карие глаза смотрят на меня с радостью.

– Какой приятный сюрприз. – Наклоняюсь и целую её в щеку.

– Ты забыла. Не ожидала от тебя такого, – отвечает подруга.

Я бросаю на неё взгляд, кладу документы на стол – и тут до меня доходит.

– Боже мой. Прости, пожалуйста.

Она отмахивается.

– Прощаю. Только потому, что знаю: обычно ты ничего не забываешь. А теперь объясни, почему ты забыла мой день рождения.

– Ты получила цветы?

– Это не считается. Я записана в твоём календаре для флориста, так что всё делается автоматически.

Я улыбаюсь. Она знает меня слишком хорошо. Делани стала одной из моих первых подруг здесь, в Нью-Йорке. Я тогда только съехала из дома, где жила с мамой, и переехала в съемную квартиру на несколько человек – Делани была одной из моих соседок. С мамой всё было в порядке, и, когда она снова вышла замуж, я решила взять жизнь в свои руки и поняла, что больше не хочу жить под одной крышей с очередным мужчиной.

– Цветы прекрасны, как всегда. Спасибо, – с восторгом говорит она, а потом замечает стопку бумаг на моём столе. – Но ты, кажется, занята. Может, перенесем?

– Нет-нет. Прости, что я пропустила твой праздничный обед, но сейчас уже почти ужин. Так что… продолжим по нашему обычному плану? – Каждый год мы отмечаем дни рождения вместе: встречаемся на обед, обязательно берём десерт. А вечером – коктейли и лучшая еда, какую только можно себе позволить. – Мне подобрать место?

– Нет, есть одно новое заведение, куда я хотела сходить, если ты согласна.

– Конечно. Сейчас передам документы ассистентке, и можем ехать. – Я касаюсь её плеча, проходя мимо.

Пока я сидела у Арло в офисе, мне следовало быть с Делани. Потом, по дороге обратно, пришлось заехать на несколько объектов – на это ушёл почти весь день. Я планировала как можно быстрее внести правки в договор и отправить его Арло, чтобы закрыть вопрос, но он подождёт. Хотя терпение – явно не его сильная сторона.

Я объясняю ассистентке, что нужно сделать, возвращаюсь в кабинет, беру сумку и говорю Делани:

– Теперь всё, поехали.

Я здесь не впервые, но не говорю об этом Делани. Сейчас ресторан выглядит иначе, чем в тот вечер, когда я была здесь с Арло. Тогда я так и не попробовала еду, но сегодня собираюсь это исправить.

– Сюда сложно попасть, но я смогла забронировать столик, – с воодушевлением говорит Делани.

Мы заходим внутрь. Хостес встречает нас и провожает к столику. Я оглядываю зал, и взгляд сам собой останавливается на том месте, где мы сидели с Арло. Теперь там другая пара, они держатся за руки через стол.

Когда мы садимся, Делани берёт меню, а я заказываю бутылку вина, прежде чем хостес уходит. Она кивает и отходит.

– Итак… я кое-кого встретила.

Её слова застают меня врасплох. Не в плохом смысле, а потому что обычно Делани не говорит о мужчинах вот так. Как правило, она просто посвящает меня в подробности очередного романа без обязательств и не стесняется делиться всеми деталями. Поэтому такая формулировка удивляет – я не слышала, чтобы у неё намечалось что-то серьёзное. Впрочем, мы обе были так завалены работой, что толком не разговаривали уже какое-то время.

Я кладу салфетку на колени и жду, пока она продолжит. Наверное, мне вообще не стоит как-то реагировать на то, что она сейчас скажет, ведь я сама так и не рассказала ей про Арло. Да и рассказывать особенно нечего – этот мужчина по-настоящему обескураживает. К тому же я не сказала ей, что порвала с Люком. Делани знакома с ним, так что не удивлюсь, если он уже сам всё ей выложил.

– Ладно, я слушаю. И насколько он нам нравится? – спрашиваю я.

Тогда она краснеет.

Ого-го, всё действительно серьёзно.

– Вау, ясно. Ты влюблена по уши.

– Откуда ты… – она касается щёк, и мы обе смеёмся, потому что Делани всегда краснеет, когда выпьет, когда нервничает или когда по-настоящему увлечена кем-то. Она заправляет тёмно-каштановые волосы за ухо и улыбается. – Да. Мы сходили на три свидания. И только на последнем он меня поцеловал.

Ха! А мне, значит, просто предлагают потрахаться. Как романтично (нет).

– И как, поцелуй был хорош? – спрашиваю я.

Она кивает, прикасается к губам и шепчет:

– Крышесносный.

Я смотрю, как она обмахивается, пытаясь охладить разгоряченную кожу.

– Я рада за тебя. Ты заслуживаешь самого лучшего, Делани.

И я не лгу. Делани была не только потрясающей подругой более десяти лет, но и дважды победила рак, и при этом сумела построить карьеру, полностью полагаясь только на себя. Её родители умерли ещё до того, как она переехала в Нью-Йорк, так что я никогда не встречалась с ними, но она много о них рассказывала. Мы сблизились, потому что обе оказались одни в большом городе. Я держала её за руку во время химиотерапии. Была рядом, когда последний парень разбил ей сердце, и она зареклась больше ни с кем не встречаться. Она боялась снова испытать боль, и я её понимаю. Именно поэтому у меня были только отношения без обязательств – и до недавнего времени это работало.

– Он хочет поехать со мной в отпуск и всё оплатить, по сути, увезти меня куда-нибудь на день рождения. Но у него рабочие обязательства, так что дату ещё нужно подобрать.

– Ничего себе… это серьёзно.

– Думаешь, мне стоит отказаться? Я ему пока не ответила.

– Если хочешь поехать – езжай. – Я улыбаюсь ей, когда к нам подходит официантка с вином. Она разливает нам по бокалу, ставит бутылку на стол, и мы делаем заказ. Делани берёт курицу, я – стейк. И, конечно, мы обе заказываем десерт.

– То есть ты правда считаешь, что мне стоит поехать?

– Я в этом уверена. – Беру бокал и поднимаю его в её сторону. – За твоё счастье.

Она улыбается мне в ответ.

– И за твоё тоже. И не думай, что я ничего не знаю про Люка. – Я ухмыляюсь, поднося бокал к губам, и делаю большой глоток. – Я с ним столкнулась. Он сказал, что ты порвала с ним.

– Ага. – Делаю ещё глоток.

– Я жду объяснений. – Делани наклоняет голову набок, наблюдая за мной.

– Это ни к чему не вело.

– Ты ведь раньше не хотела замуж, – говорит она.

– Нет, и сейчас не думаю, что хочу… Может быть. Просто, кажется, я готова к серьезному партнеру. К кому-то, кто будет ждать меня дома, чтобы спросить, как прошел мой день. – Мягко улыбаюсь этой мысли. Наблюдая за тем, как мама выходила замуж снова и снова, я рано поняла, чего именно не хочу. Наверное, я стала немного циничной в отношении той любви, от которой сердце колотится и невозможно представить день порознь.

– И я.

Она поднимает бокал, и я делаю то же самое, хотя мне неприятно, что в голове на мгновение вспыхивает образ Арло.

– За то, чтобы наконец разобраться, чего мы хотим от жизни.

Мы обе смеёмся – по-настоящему, без напряжения, так, что плечи расслабляются, а в груди становится легче. Впервые за несколько дней, а может, и недель, я ни к чему не готовлюсь и ничего не жду. Я просто здесь: со своей лучшей подругой, с бокалом вина в руке и хорошей едой перед нами, без необходимости быть кем-то, кроме самой себя. Это облегчение, в котором я, оказывается, давно нуждалась. Сегодня… сегодня я могу просто дышать. И само по себе это ощущается как маленькая свобода.

8.Арло

У меня есть несколько друзей, если их так можно назвать.

Сорен, разумеется, тот, с кем я провожу больше всего времени. Есть ещё Бостон. Насчет Реона я сейчас и сам не уверен, друг он мне или просто знакомый. И есть Райлас. Он адвокат по уголовным делам – один из лучших. У каждого в Обществе Отверженных есть темная сторона, и Райлас не исключение. Иногда мне кажется, что он стал уголовным адвокатом затем, чтобы разобраться во всех причинах, по которым людей ловят за убийство, и однажды использовать эти знания, чтобы самому выйти сухим из воды. В целом он человек замкнутый, и друзей у него немного. Впрочем, так живет большинство членов Общества – за исключением Сорена. У него, наоборот, друзей хватает. Хотя никто не догадывается, насколько он на самом деле двинутый. Даже я, при всей нашей близости, знаю, что кое-что он скрывает и от меня.

Сорен увлекается боями (подпольными, разумеется), и он в них хорош. Я был с ним на нескольких таких поединках. Не могу сказать, что получаю от этого удовольствие, но понимаю, чем его это привлекает: днём он влиятельный бизнесмен, а ночью дерётся до тех пор, пока он сам, его соперник – или оба сразу – не оказываются залиты кровью.

– Слышал, вы пригласили Реона на приём, – говорит Райлас, когда я встаю из-за стола.

Рабочий день сегодня выдался коротким – по крайней мере, таким он задумывался. Мне нужно ещё заехать в свой ресторан, что случается нечасто. Обычно всем занимается управляющий, которому я хорошо плачу именно за то, чтобы он брал на себя всю текучку и звонил мне только в крайних случаях.

– Идея Сорена.

– Он всегда относился к нему иначе.

Я согласно киваю. Сорен всегда уважал Реона больше по неизвестным причинам. А когда Сорен устроил помолвку Реона со своей сестрой, стало окончательно ясно: в его глазах Реон стоит выше всех остальных.

В последний раз Райлас видел Реона на Охоте, где Лилит была добычей. Реону это, мягко говоря, не понравилось.

Но вступив в Общество Отверженных, уйти из него невозможно.

Реон это знает.

Жены также вне игры – и это он тоже знает. И несмотря на то, что я виделся с Лилит в сугубо профессиональном контексте, даже я не был в курсе, что они женаты, пока Реон сам об этом не заявил. Именно поэтому они оба до сих пор живы, а не мертвы, как предписывают правила.

Есть у нас ещё одно правило, которое обычно остаётся на усмотрение Лорда. Согласно ему, члены Общества должны вступать в брак к тридцати годам, чтобы ограничить шансы быть использованными женщиной. Однажды такое уже случилось: один из членов проговорился подружке об Обществе. Она воспользовалась этим и вытянула из него крупную сумму. Теперь у неё подписано соглашение о неразглашении, и она прекрасно знает, что если заговорит – умрёт. Последнее, что я слышал, – она живёт где-то за городом, замужем и с детьми.

Я уже перешёл возрастной порог и по-прежнему холост. Хотя это правило и остаётся на усмотрение Лорда, ко мне его пока не применяли. А вот Райлас женат. Правда, сильно сомневаюсь, что он проводит с семьей много времени.

– Езжай домой, к жене, Райлас.

Райлас смеётся над моим замечанием, но так и остаётся сидеть на месте – в дорогом костюме, потягивая не менее дорогой виски.

Мы оба понимаем, что домой к жене он отправится не скоро.

9.Кора

Мы уже прикончили две бутылки вина и доедаем десерт, когда я замечаю, что к нашему столику кто-то подходит. Я не обращаю на это внимания и продолжаю рыться в сумке – и вдруг понимаю, что кошелька там нет. Куда он делся? Неужели я оставила его дома? Не может быть. Паника подступает волной, и как раз в тот момент, когда я собираюсь сказать об этом Делани, кто-то резко опускает ладони на стол. Загорелая кожа, проступающие вены – от этого вида у меня ускоряется пульс. Мой взгляд поднимается от сексуальных рук к предплечьям, открытым закатанными рукавами чёрной рубашки, и я чувствую, как меня накрывает жар. Может, виновато вино, но этим рукам я бы позволила касаться меня где угодно. Да и его ладони… чертовски хороши.

Мой осмотр продолжается, потому что я просто не могу удержаться.

Когда я поднимаю голову, то замечаю острую линию челюсти и мягкую усмешку на губах, которые уже слишком хорошо знаю. У нашего столика стоит Арло Грейвс, нависая над нами, и всё его внимание приковано ко мне.

– Я ждал тебя сегодня днём, – говорит он, продолжая улыбаться. Пытаюсь вспомнить, видела ли я, чтобы он улыбался раньше. Не уверена. В любом случае, ему стоило бы делать это чаще – так его резкие черты становятся чуть мягче.

– Внесение правок в договор требует времени. К тому же у меня есть и другие клиенты, мистер Грейвс.

– О, Вы клиент Коры? Приятно познакомиться. Я Делани, – Делани протягивает Арло руку, но он лишь бросает на неё короткий взгляд и тут же снова смотрит на меня, ожидая, что говорить буду я. Этот мужчина невероятно требователен и явно привык получать всё, что захочет. Он говорит прямо – без лишних слов или колебания. Конечно, многие влиятельные мужчины такие: раздают указания, ждут подчинения, говорят так, будто мир им что-то должен. Но с Арло всё иначе. Ему не нужно повышать голос или демонстрировать свой статус. Его власть чувствуется в каждом слове, спокойная, но неоспоримая. В том, как люди замирают, когда он говорит.

– Не поздороваться – грубо. Прояви вежливость, – резко бросаю я.

Он выпрямляется, убирая руки со стола, и смотрит на Делани.

– Прошу прощения. Рад познакомиться. Уверен, Кора уже рассказала всё, что стоит знать обо мне.

Делани округляет глаза и смотрит на меня.

– Я ни разу не упоминала о тебе. – Улыбаюсь и поднимаю бокал, делая ещё один глоток. – Напомни, как тебя зовут? – дразню, высокомерно приподняв бровь. Иногда мужское эго нужно слегка приземлить, а его – особенно.

Сначала мне кажется, что я рассердила его, но затем Арло поворачивается к Делани и говорит:

– Я сделал твоей подруге предложение.

– Он предложил мне трахнуться, – говорю я, и Делани тут же выплёвывает вино прямо на стол.

Он берёт салфетку и протягивает ей. Она улыбается, принимает её и начинает вытирать стол.

– Скажи, Делани, если бы мужчина предложил тебе трахнуться, как бы ты к этому отнеслась?

Я понимаю, каким будет её ответ, по одному взгляду и тянусь за бокалом, но он опережает меня. После чего поворачивает так, чтобы след от моей помады оказался под его губами. Я замечаю, как движется его горло, когда он делает глоток, и мне приходится скрестить ноги, чтобы напомнить себе: этот мужчина мне не нравится. Он уже собирается отставить бокал, но затем его язык скользит по кромке стекла, и он слизывает помаду, глядя на меня сверху вниз.

– У тебя отличный вкус на вино.

Я качаю головой, когда он ставит бокал, затем беру третью бутылку и наливаю себе ещё.

– Не слишком профессионально, – говорит мне Арло, даже не дожидаясь ответа Делани.

– Я сейчас не на работе, – отвечаю с ухмылкой.

– Сколько ты уже выпила?

– Ты бы задал такой же вопрос мужчине? – огрызаюсь я.

– Задал бы. И прошу прощения, если тебя это задело.

– Надо же. Значит, чувство приличия у тебя всё-таки есть. По крайней мере, ты знаешь, как просить прощения. – Я делаю ещё один глоток.

– Ладно, что здесь происходит? – вмешивается Делани.

– Он просто проходил мимо, – отвечаю ей, а затем обращаюсь к Арло: – Рада встрече. Договор будет у тебя завтра. Хорошего вечера. – Я машу ему рукой.

Он переводит взгляд с Делани на меня. Видимо, алкоголь, и правда ударил мне в голову, потому что в следующую секунду я хватаю его за руку и крепко сжимаю, глядя снизу вверх. Не отпуская, маню его пальцем ближе, и когда он наклоняется, подаюсь вперёд, почти касаясь губами его уха.

– Мне нужна услуга, – шепчу.

Он поворачивается и мы оказываемся лицом к лицу, так близко, что между нашими губами почти не остаётся расстояния.

Затем приподнимает тёмную бровь.

– Услуга? – переспрашивает он, его взгляд скользит к моим губам и возвращается ко мне.

– Да. У Делани день рождения, и мне нужен торт. Я знаю, ты знаком с шефом, – я подмигиваю, потому что мы оба прекрасно понимаем, что он владелец этого места.

– Разумеется.

Арло опускает взгляд на мою руку, всё ещё сжимающую его предплечье, и я тут же отпускаю его. Он снова улыбается, затем разворачивается и уходит. Я невольно смотрю ему вслед.

– У него отличная задница, – говорю Делани, не отрывая взгляда от этого идеального вида. Вдруг Арло останавливается. Я поднимаю глаза и вижу, что мужчина смотрит прямо на меня.

– Можешь трогать её в любое время, – говорит он, подмигивает и уходит.

– Охренеть, вот это химия! Что это, чёрт возьми, было? И кто это, чёрт возьми, такой? И почему, чёрт возьми, он смотрел на тебя так, будто хотел съесть?

– Слишком много чертей, – отвечаю я. – Возможно, именно к ним я и отправлюсь, если свяжусь с этим мужчиной, – смеюсь, потягивая вино.

Не то чтобы я что-то скрывала от неё. Просто это её вечер, и мне хотелось услышать во всех подробностях, как у неё дела. Но сейчас, когда она сидит напротив – сытая, довольная, с любопытством в красивых глазах, – я уже понимаю: вопросов будет много. А рассказывать, по сути, нечего. Да, между нами есть притяжение – отрицать это бессмысленно. Но одно лишь притяжение ещё не повод действовать. Даже если Арло так не считает.

– Он правда знаком с шефом? – спрашивает она.

– Да. Этот ресторан принадлежит ему.

Её глаза округляются.

– Подожди… ты уже была здесь?

– Да, но я тогда ничего не ела. Он привёл меня сюда на обед, и я ушла почти сразу.

– Они ведь не работают днём, – говорит она, ошарашенная.

– Я знаю. Мы были здесь вдвоём.

– Как романтично.

– Ничего подобного, – отрезаю резче, чем следовало. – Он грубый и холодный. И явно хочет меня только из-за моего тела. Иногда мне кажется, что он даже не слушает, когда я говорю.

Я вздрагиваю, когда Арло останавливается у нашего столика с небольшим тортом в руках.

– Я слушаю, когда ты говоришь. Я слышу всё, что ты мне говоришь, Кора. И даже те слова, которые ты не решаешься сказать вслух.

Когда он аккуратно ставит торт на стол, мой взгляд снова падает на его руки. Грубые, с выступающими венами – руки человека, который привык работать ими и умеет это делать. Я едва сдерживаю желание облизать губы. Его движения мужские, сдержанные и неоспоримо сексуальные: он просто ставит торт, подмигивает и отходит.

– Ты его спугнула, – обвиняет Делани.

– Брось. Не думаю, что этот мужчина вообще чего-то боится.

Делани снова начинает говорить, а я оглядываюсь через плечо и вижу Арло за столиком неподалёку от нашего. Я даже не заметила, что он остался. Наверное, потому что мне было слишком весело с Делани, и я перестала обращать внимание на всё вокруг.

Я фотографирую её с тортом. Она улыбается своей самой яркой улыбкой, и я знаю, что позже выложу этот снимок. В этом городе у меня есть и другие друзья, но никого из них я не люблю так, как люблю её.

– С днём рождения, красавица. Я так горжусь тем, что все эти годы была твоей подругой, видела, как ты меняешься, и была рядом. – Поднимаю бокал, и она чокается со мной.

Мы остаёмся ещё как минимум на час – просто разговариваем и делимся всем, что происходит в наших жизнях. Она рассказывает мне больше о мужчине, с которым встречается, и говорит, что хотела бы, чтобы я с ним познакомилась, если их совместные выходные пройдут хорошо. Я для неё почти что семья, так что, конечно, я соглашаюсь: мне хочется убедиться, что этот мужчина достаточно хорош для неё. Хотя, если честно, я сомневаюсь, что кто-то вообще может быть достоин её доброго сердца.

Мы уже поднимаемся, когда Делани бросает взгляд мне за спину, и я понимаю: она видит Арло, сидящего неподалёку. Последний час я старалась не оглядываться, и у меня это неплохо получалось. Запуская руку в сумку, я нащупываю кошелек. Из-за появления Арло я совсем о нём забыла. Но теперь я в замешательстве, потому что клянусь, его там раньше не было.

К нам подходит официантка и сообщает, что ужин уже оплачен.

Делани издаёт тихое «О!», а я закатываю глаза, потому что знаю, кто оплатил счёт.

Наконец я решаюсь взглянуть в его сторону. Он сидит один, перед ним полный бокал – похоже, виски, – и смотрит прямо на меня.

– Ты должна поблагодарить его, – настаивает Делани.

– Нет, нам пора. Кино и попкорн. У нас каждый год один и тот же план.

Она отмахивается:

– Не ворчи и не говори, что я старею, но мне очень хочется забраться в кровать и уснуть. Так что я ухожу, а ты пойдёшь и поблагодаришь того потрясающего мужчину за наш ужин. Хотя бы от моего имени. – Она тянется и сжимает мою руку. – Иди. И спасибо тебе за вечер. Это было здорово.

Я предлагаю проводить её, но она отказывается и уходит, не дав мне сказать больше ни слова.

Как только Делани выходит, я поворачиваюсь к Арло. Он всё ещё смотрит на меня. Собравшись с духом, я подхожу и сажусь напротив. Именно тогда замечаю чёрные чётки, намотанные на его кулак, которых раньше не было. Я припоминаю, что мельком видела их в кафе. Хмурюсь, пытаясь понять их значение.

Даже через стол я чувствую его одеколон – пахнет, черт возьми, восхитительно. Перед ним бутылка того же вина, что мы пили с Делани, и один пустой бокал. Самоуверенности ему не занимать. Не дав мне опередить его, он наливает вино той же рукой с чётками и подвигает бокал ко мне. Его виски, похоже, всё ещё нетронут, но что точно нельзя назвать нетронутым, так это моё тело, учитывая, как его взгляд скользит по нему снова и снова. Это навязчиво и одновременно будоражаще – осознавать, как сильно он хочет меня. Часть меня шепчет, что я делаю самую глупую вещь в своей жизни. Я никогда не смешиваю работу и удовольствие, всегда держу их отдельно. Знаю, многие из моих агентов этим пренебрегают, но для себя я сделала это правилом.

Похоже, правила созданы для того, чтобы их нарушать.

– Как тебе еда? – спрашивает он.

– Хорошо, – отвечаю, и мой взгляд перескакивает с его губ на глаза.

– А торт?

– Потрясающий.

– Хорошо. – Он кивает, довольный моим ответом. – Если бы ты сейчас не была такой пьяной, моя рука уже была бы у тебя под юбкой.

Только тогда он наконец отводит взгляд и смотрит на мою юбку. Я прикусываю губу и слегка раздвигаю ноги. Он усмехается, но не прикасается ко мне.

Если честно, жаль.