Текст книги "Значимые (ЛП)"
Автор книги: Шенен Риччи
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 21 страниц)
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
Искра во тьме
Не могу поверить, что я делаю это.
Мои кулаки сжимаются, пульс учащается, он слишком высокий. Я закрываю глаза. Я справлюсь. Аарон сидит рядом со мной, не замечая моего волнения, пока мы поднимаемся все выше и выше на колесе обозрения. Мне следовало бы сказать ему, что я боюсь высоты, но хотела доказать, что я сильнее своих страхов. И теперь моя маленькая капля храбрости приводит меня к грани сердечного приступа. Даже дети катаются на колесе обозрения, я не могу быть такой слабой. Я смотрю вниз, ладонями крепче сжимаю перекладину.
– Ты в порядке?
Киваю и изображаю фальшивую, неубедительную улыбку. Не могу показать ему, что боюсь детского аттракциона. Мне нужно сменить тему.
– А ты не боишься смерти, когда участвуешь в гонках?
Эй, Аарон, давай поговорим о смерти на первом свидании. Не то чтобы мне не терпелось умереть на колесе обозрения.
– Нет. – Он пожимает плечами.
– Почему?
Как он может не бояться? Один неудачный маневр. Одна ошибка. Одна секунда. И он может погибнуть. Аарон добровольно подвергает свою жизнь опасности.
– Мне нечего терять. Это даже захватывающе – бросать вызов смерти во время каждого заезда. – Он смотрит на меня, пытаясь понять мою реакцию.
– Что в этом такого захватывающего? А что, если однажды ты проиграешь в борьбе со смертью?
Я не могу поверить, что он не боится. Любой человек испугался бы, но, опять же, он Волк.
– Держать все под контролем. Неважно, проиграю я или выиграю, главное, чтобы я забыл.
Я встречаю его мрачный взгляд, задаваясь вопросом, что с ним случилось. Почему он такой...
– Нет! – вскрикиваю от ужаса, когда колесо обозрения останавливается на самой высокой точке.
Я застряла в своем худшем кошмаре. Начинаю паниковать, напряженно двигая руками. Мой рот вибрирует от страха, мышцы дрожат. Слышу скрип металлических деталей, должно быть, что-то случилось. Что-то не так. Я закрываю глаза, надеясь, что это всего лишь кошмар и что я скоро проснусь.
– Посмотри на меня, – спокойно и властно приказывает Аарон.
Качаю головой, не в силах открыть глаза.
– Я не могу. Мне страшно, я не могу...
Пытаюсь не поддаться слезам страха, текущим по моим щекам. Это унизительно. Как бы я хотела, чтобы Аарона здесь не было, чтобы ему не пришлось наблюдать за тем, как меня парализует страх. Все мое тело дрожит, я больше не слышу музыки ярмарки, запертая в собственном кошмаре. Рука Аарона тянется к моей, переплетая наши пальцы. Я крепче хватаю его ладонь, сжимая ее, зная, что он наверняка жалеет о том, что преследовал меня. Сильный ветер. Наше укрытие трясется. Металл трещит, словно смерть стучится в твою дверь. Нет. Нет.
– Подсядь ко мне ближе.
Он так безмятежен, в то время как я погружаюсь в своих демонов. Аарон подводит наши руки ближе к своему телу, как приглашение. Не задумываясь, я грубо врезаюсь на его торс. Он предлагает мне лечь головой на его грудь, обхватывая меня руками. Ласкает мою спину, пока я крепче сжимаю его талию. Он кажется несокрушимым – его тело сильное, выражение лица холодное как лед, но при этом прикосновения утешительны и заботливы. И я отпускаю себя. Я плачу, давая волю своему беспокойству, воскрешая болезненные воспоминания. Крепко обнимаю Аарона, боясь, что он бросит меня. Я не хочу снова оставаться одна.
Моя восьмилетняя сущность застряла в бесконечном кошмаре своего прошлого, в воспоминаниях, которые она хотела бы забыть. Воспоминание, с которого началось ее падение. Воспоминание, которое оставило в ней неизлечимый страх. Он сказал, что поймает меня. Я глотаю слезы, мои руки сжимают одежду Аарона от воспоминаний, преследующих мой разум.
Он сказал мне прыгнуть. Два метра. Почему ты не поймал меня? Я прыгнула. Я прыгнула, а его не было рядом, чтобы поймать меня. Я упала. Мой кошмар. Мне нужно забыть об этом.
Я выныриваю из своих мыслей, когда чувствую прикосновение Аарона, возвращающее меня к реальности. Молча, он нежно гладит мои волосы кончиками пальцев, а другой рукой прижимает меня к себе. Когда мое тело настроено его близость, я больше не чувствую себя одинокой.
Он ловит меня. Он здесь. И точно так же мое прошлое «я» чувствует себя защищенным, обеспеченным.
Впервые за много лет я чувствую, что больше не одна. Забываю о высоте, забываю, где нахожусь, и наше сердцебиение соединяется в симбиозе.
– Сделай глубокий вдох, задержи дыхание на три секунды и медленно выдохни. Считай до десяти, – приказывает он, продолжая расчесывать мои волосы. Я делаю, как он говорит, и чувствую, что мое сердце успокаивается. – Хорошо. А теперь постарайся вспомнить какое-нибудь спокойное воспоминание или место. Не думай о том, что что-то может пойти не так. – Я киваю. Через несколько минут мне хватает смелости открыть глаза и поднять голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Его взгляд темный, загадочный и...обеспокоенный. Я теряюсь в чтении его измученной души и кое-что понимаю. Он знает. Он понимает. То, как он успокоил меня за пару минут, то, что он не осуждал меня, не насмехался надо мной. Он пережил нечто подобное. Травматический опыт. – Ты в безопасности. – Его голос серьезный и властный, на мгновение мы остались вдвоем. Никакой игры. Никаких пряток. Он нежно стирает пальцем следы туши на моих щеках. – С тобой ничего не случится. Я обещаю.
Его пальцы скользят по моей челюсти. Я открываю рот, глаза все еще влажные от слез. Наклоняюсь ближе к нему, умоляя поцеловать меня. Наши губы в нескольких дюймах от того, чтобы столкнуться... но сила Вселенной действует против нас.
Колесо обозрения снова начинает работать, приближая нас ближе к земле, подальше от моего страха. Мы тут же вырываемся из объятий друг друга, делая вид, что этого момента никогда не было. Это был знак. Ему не суждено стать моим прекрасным принцем, нам не суждено целоваться. Но он призван облегчить мою душу, забрать мою тьму – он и есть обеспокойный рыцарь.
– Спасибо, Аарон. – Мой голос выдает мое смущение от того, что я уязвима. – И прости...прости за то, что я такая беспорядочная. Я просто...я запаниковала.
– Тебе не нужно извиняться. На самом деле это было очень смело с твоей стороны – встретиться со своим страхом сегодня вечером.
Он снова становится самим собой, его выражение лица непроницаемо. У меня был проблеск человечности Аарона. Прикосновения были такими защитными, нежными, хотя обычно им руководит требовательный голод, контролирующее поведение и горячая страсть. Сегодня я открыла для себя другую сторону Волка.
– Я действительно не могу понять тебя, Аарон.
* * *
Я восстанавливаю свои эмоции, и мы снова оказываемся посреди ярмарочных аттракционов, поедая чуррос. Победили игровые автоматы, он выиграл мягкую игрушку, готовый воплотить в жизнь «свидание в стиле клише Ферриса», как он это назвал, но чего не ожидал, так это маленькой девочки, которая плакала, потому что не могла получить своего единорога. Аарон предложил ей единорога, этот жест сделал меня счастливее, чем любые мягкие игрушки, которые он мог бы для меня выиграть. В Аароне есть нечто большее, чем он нам говорит. Я в этом уверена. Что делает его еще более опасным и неопреодолимым. Сломанный человек спасает менее сломанных людей.
Мы подходим к автомату к когтями. Я замечаю брелок с плюшевым мишкой в гоночном костюме. Это было бы идеально для Аарона. Беру Аарона за руку и веду к игровому автомату с улыбкой на лице.
– Никто никогда не выигрывает на автомате с когтистым краном.
– А я выиграю. – Я поднимаю бровь, ища свои деньги, но Аарон уже купил билеты на игру. – Я могла бы купить их сама.
– Я никогда не позволяю женщине платить, а тем более женщине, с которой я на свидании.
Я закатываю глаза на его замечание, удивляясь, откуда взялась эта новая галантность.
– Я не возражаю.
– Со мной я никогда не позволю тебе платить. Ты можешь спорить со мной, но знай, что последнее слово останется за мной.
Дуюсь, хотя какая-то часть меня тает перед его уверенностью.
Полный альфа. Полный мужчина. Полный контроль.
Двадцать минут спустя я заканчиваю тем, что оскорбляю автомат, а Волк потратил больше сотни долларов на эту игру – на случайный двухдолларовый брелок. Он сказочно богат, а я пытаюсь выиграть ему бессмысленную безделушку. Должно быть, я выгляжу жалко в его глазах.
– Мы должны идти. Ничего, если...
– Нет! Дай мне попробовать еще раз!
Я злюсь на себя за то, что не смогла этого сделать. Сильнее хлопаю автомат – я могу победить глупую машину, ради Бога! А затем коготь хватает плюшевого мишку, и я наконец побеждаю. Я сделала это. Гордо беру брелок и протягиваю его Аарону.
– Это для тебя, мистер Высокомерный, – по-детски хмыкаю я. – Но я хочу вернуть тебе долг, это должен был быть подарок.
– Нет, не вернешь. – Самодовольная улыбка расплывается на его лице, когда он театрально кланяется передо мной. – Важно то, как преданно ты работала последние двадцать минут, чтобы выиграть это для меня, мисс Монтейро.
– О, заткнись! – Я смеюсь над ним, мягко отталкивая его.
– Нет, правда. Обычно я не получаю подарков. – Его хрипловатый голос поражает меня, когда он с восхищением рассматривает нелепый брелок. – Спасибо, Элли.
Я пытаюсь не краснеть и не поддаваться жару, достигающему моего живота. Мужчина, у которого есть все, впечатлен моей жалкой попыткой сделать для него что-то до смешного маленькое. Нет, не надо, Элли.
Мы продолжаем гулять по карнавалу. Я никогда так не смеялась. Это действительно лучшее свидание в моей жизни, и при этом такое простое и естественное.
– Это Аарон Лебо! – Ребенок примерно двенадцати лет подбегает к Аарону и прыгает к нему в объятия. Волк улыбается, приветствуя его, и дает автограф на кепке ребенка. – Я хочу стать гонщиком, как ты! Я смотрю все твои гонки по телевизору! Ты самый лучший! – радостно восклицает он.
– Спасибо, дружище. Ты же знаешь, что можешь стать кем угодно, правда?
Ребенок машет кепкой.
– Генри! Посмотри, с кем я!
В нескольких метрах от нас в нашу сторону смотрит ребенок примерно того же возраста; они похожи. У обоих каштановые волосы и голубые глаза. Я хихикаю над этой сценой, обожая детскую невинность. Но когда смотрю на Аарона, он уже не улыбается. Его лицо пустое, он делает глубокий вдох и смотрит на Генри так, будто увидел привидение. Я кладу руку ему на плечо, он тут же оглядывается на меня, быстро улыбаясь.
– Это мой брат! Он нравится моему папе больше. Я всегда попадаю в неприятности. Но иногда с ним бывает скучно. Ему не нравятся гонки, – объясняет ребенок, пожимая плечами, когда его брат перестает обращать на нас внимание.
– Генри, да? Как тебя зовут? – Аарон опускается на колени перед ребенком.
– Я Лукас! – он одаривает Волка огромной, гордой улыбкой.
– Ну, Лукас, ты очень напоминаешь меня самого в твоем возрасте. – Глаза Лукаса блестят от радости при виде своего кумира. – У меня тоже есть брат по имени Генри. Мы всегда были такими разными и постоянно ссорились. Но... – Аарон на мгновение замолкает, и я теряю дар речи. Это первый раз, когда он говорит о своей семье. Он сверкает своей непринужденной ухмылкой. – Я уверен, что он любит тебя. Не будь с ним слишком строг, хорошо? – Ребенок кивает. – Из тебя получится отличный гонщик, Лукас. Я в этом уверен.
– Я бы хотел увидеть, как ты гоняешь по-настоящему...но мой папа... – Лукас вздыхает. – Я попросил его на свой день рождения увидеть тебя. Но он против.
У меня сердце разрывается, когда я вижу грусть в глазах Лукаса.
– Знаешь что? Я зарезервирую для тебя свободные места. Попроси папу позвонить по этому номеру. Это мой агент.
Аарон протягивает ему свою личную карточку и игриво подмигивает. Мои губы подрагивают от удивления. Волк – полная противоположность тому, что я ожидала от него на этом свидании. У Волка есть сердце. Волк заботливый. И Волк внезапно покоряет меня.
Лукас прыгает от счастья, обнимает Аарона, отчего тот теряет равновесие и падает на землю. Эмоции захлестывают меня, когда я замечаю слезы эйфории у ребенка и улыбку Аарона. Но тут какой-то мужчина начинает кричать, приближаясь к нам.
– Лукас! Вернись сюда! – Лукас тут же отступает назад и встает рядом со стариком перед нами. Аарон встает на ноги рядом со мной. – Простите, если мой ребенок вам мешал.
– Напротив, сэр. Я только что предложил вашему сыну бесплатные места на мой следующей гонке. Вот моя карточка и...
Отец отбрасывает карточку.
– Нет. Эта одержимость должна прекратиться, Лукас. Почему ты не можешь быть таким же, как твой брат? – кричит отец на сына, который пытается защищаться. – Я не хочу, чтобы ты был безмозглым гонщиком!
Как он может быть таким суровым? Да еще и на глазах у Аарона. У этого человека нет никакого уважения.
Аарон сужает глаза, глядя на сумасшедшего отца.
– Вы не можете так разговаривать со своим ребенком. Вы должны уважать его мечту, а не...
– Не указывай мне, как воспитывать моего сына. Пойдем, Лукас.
Парень уже собирается уйти с отцом, когда я встаю перед ними. Он не может так неуважительно относиться к Аарону.
– Знаете ли вы, что Аарон ЛеБо с отличием окончил колледж получив степень по бизнесу? Стать гонщиком так же сложно, как стать астронавтом. – Все эти часы поиска Аарона в Интернете стоят того. – Позвольте мне сказать вам, что является безмозглым. Судить о людях, не зная их. И раз уж мы об этом заговорили, безмозглый гонщик выигрывает больше, чем вся зарплата, которую, я уверена, вы собрали за последние тридцать лет.
Не знаю, откуда взялась моя внезапная уверенность. Отец что-то бормочет себе под нос и уходит вместе с сыном. Аарон искренне улыбается Лукасу, прежде чем уйти.
– Ребенок. Лукас. Он напоминает мне меня самого. Меня молодого. – Аарон словно потерялся в своих мыслях, уставившись в никуда. – Я думал, что помогаю ему. Но теперь понимаю, что сделал только хуже.
– Хуже? Ты не мог знать, что его отец так себя поведет.
Он что, всерьез винит себя за то, что был добр к ребёнку? Он качает головой, быстро меняя тему.
– Как ты узнала о моей степени?
– Исследования, мистер ЛеБо.
Я победно ухмыляюсь.
– Ты посылаешь мне неоднозначные сигналы, Элли. – Его голос хриплый, он проводит пальцами по волосам, поворачиваясь ко мне.
– Что ты имеешь в виду?
Снова смотрит на меня, в его глазах плещется конфликт.
– Я терпеливый человек, и я был честен с тобой с самого начала. Я хочу тебя. – Один шаг вперед. – И я знаю, что ты тоже хочешь меня, иначе мы бы не ходили на свидание. Но все же ты продолжаешь сопротивляться...неоднозначные сигналы. – Еще один. – Чего ты хочешь, Элли? Никаких игр. Только честность, – несколько сантиметров разделяют наши тела, взгляды прикованы друг к другу. – Я отступлю, если ты скажешь, что не хочешь меня. Все в твоих руках, Элли.
Он ждет моего шага. Моего согласия. Любого знака.
Я чувствую, как мое сердце колотится, находясь в положении, когда могу отказать нам.
Нашему невероятному притяжению.
Этот магнетизм объединяет нас. Душа Волка говорит с моей. Он – торнадо противоречивых чувств. Стань страсть человеком, то приняла бы его обличие. Разрушительного и приносящего удовольствие.
И снова я позволяю своему телу взять под контроль мой разум, игнорируя последствия.
– Я хочу тебя.
Три слова – катаклизм чувств.
Твердое тело Аарона прижимается к моему, он обхватывает мою челюсть своими ладонями, прежде чем его губы яростно врезаются в мои. Я никогда бы не подумала, что простой поцелуй может пробудить каждую клеточку моего тела, каждое из моих чувств. Поцелуи требовательны, настойчивы, сильны. Это не сладко и не нежно. Он хочет меня, и он захватывает мои губы, владея каждым их дюймом.
Его прикосновение заставляет меня чувствовать новую форму похоти и создает во мне возбуждающий, жадный голод. Он обвивает мой язык своим, и я стону, забывая, что мы на публике. Мое тело взрывается от ощущений, магнетически притягивается к нему, наслаждаясь каждым его мгновением. Каждый из его пылких поцелуев развращает меня, отправляя в забытье. Это ужасает и вызывает привыкание. Он забирает с собой часть моей души, оставляя меня желать большего.
– Блять. Если бы мы не были на публике, что бы я с тобой сделал.
То, что я не могу дождаться, чтобы узнать.
Он разрывает наши объятия и оставляет меня бездыханной от нашего обмена, все мое тело горит.
– Ты готова к следующей части нашего свидания?
На его лице расплывается лукавая ухмылка.
– Это было не все свидание?
– Частично, да. Я улетаю на Гран-при Канады сегодня вечером. Мой самолет вылетает через пару часов. – Гран-при Канады? Разве я не должна была быть с ним? Но это было бы бессмысленно. Сегодня только вторник, и... – И ты летишь со мной, ma belle – моя красавица…
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
Падший бог
Аарон ЛеБо ненавидит ярлыки и имеет свои собственные высказывания.
Встречаться с ним означает сопротивляться ему до тех пор, пока не сдашься. Для него отношения равны соглашению. Удовольствие без эмоциональной связи. Срок годности истекает еще до того, как все началось. Что касается моего присутствия на Гран-при Канады, то я здесь только для того, чтобы разгадать человечность Волка, выполняя свою часть соглашения, хотя мы оба знаем, что я приехала сюда добровольно. Но зачем? Когда я с ним, – испытываю неописуемый прилив сил, я ненасытно нуждаюсь в приключениях.
Я до сих пор не могу отделаться от того, что произошло сегодня вечером. Несколько часов назад я была на свидании с Аароном, победила свой самый большой страх, а потом села в его частный самолет – его роскошный, огромный, частный самолет. Мне пришлось держаться от него на безопасном расстоянии в течение нескольких часов, пока мы летели. Все неопределенно, кроме одного: чертов Волк развращает мою душу.
Эта свобода заставляет меня вспомнить, какой я была до Стефана три года назад. Танцевала с друзьями, праздновала окончание семестра, чувствовала себя свободной, уверенной, зажигательной. Пока не появился Стефан. Он был таким, как из книги: вежливым, обаятельным, ему суждено было стать блестящим юристом – воплощением совершенства.
«Любовь – не то чувство, на которое можно положиться. Не жди того, чего не существует», говорила моя мама.
Именно поэтому я дала Стефану шанс. На нашем первом свидании он угостил меня ужином в одном из самых роскошных ресторанов Нью-Йорка, привлекая меня своими словами и невероятно убедительной личностью. Он был заботлив, не позволяя мне пить столько, сколько я хотела, и показал свое желание помолвки, попросив меня стать его девушкой – то есть, он уже говорил о браке. Он заполнил пустоту, которая грызла меня, уделяя мне внимание и предлагая то, чего, наверное, хотела каждая женщина.
Даже если я была уверена, что я не такая девушка. Вот так я открыла свои границы мужчине, которого едва знала.
Я возвращаюсь в реальность, когда слышу смех нескольких гонщиков, дружески беседующих. Команды начинают раскладывать материалы по своим паддокам. Нас окружают репортеры, семьи и подруги фотографируются вместе, а что касается меня, то я знакома только с Волком.
– Аарон!
Мужчина лет пятидесяти идет к нам с ослепительной улыбкой на лице. Он один из немногих, кто здесь одет повседневно. Джинсы, клетчатая рубашка. У него борода в несколько дней, растрепанные каштановые волосы и доброта в серых глазах. Чужой? Как и я. Двое мужчин дружески обнимаются, прежде чем Аарон поворачивается ко мне, чтобы представить нас.
– Элли, это Томас, руководитель нашей команды и мой агент. – Может, и не чужой. – Томас, это Элли.
Мы вежливо приветствуем друг друга с застенчивой улыбкой. Я вижу, что Томасу так же неловко, как и мне, когда его представляют.
– Итак, Элли, я много о тебе слышал. – Правда? – Мне интересно, как тебе удалось заставить его изменить свои привычки. – Он обнимает Аарона за плечо. – Я мог бы использовать ее уловки, чтобы заставить тебя меня слушать.
– Ты не женщина, Томас. Ты не можешь использовать ее уловки.– Аарон сверкает улыбкой, пока Томас закатывает глаза, и через секунду мои щеки краснеют. Волк переключает свое внимание на меня. – Извини меня. Мне нужно увидеть своего товарища по команде.
Он оставляет меня с Томасом, и мой взгляд не может не следовать за ним, мои мысли неконтролируемы. Я смотрю, как Аарон разговаривает со своим товарищем по команде и несколькими другими гонщиками, очарованная его магнетической харизмой. Волк привлекает все внимание одним лишь жестом; он излучает доминирование. Но не фальшиво. Он сам по себе, не заботясь о том, что думают другие.
– Аарон – великий человек.– Томас улыбается, заметив, как я смотрю на Аарона.
– Действительно, так оно и есть, – смущенно отвечаю.
– У него есть свои демоны, и он нелегко доверяет людям, но...он может многое дать. – Голос Томаса полон доброты.
– Как вы его нашли? – Я убеждаю себя, что должна задавать вопросы для предстоящей статьи, хотя на самом деле мне просто интересно узнать все о Волке.
– Я взял его под свое крыло, когда он был еще подростком. Этот парень без разрешения одолжил у меня картинг, а потом устроил на нем гонки. Утверждал, что лучше других моих учеников. – Он усмехается, глядя на Аарона с гордостью на лице. – Ну, он был прав. В нем уже был этот огонь. В девятнадцать лет он уже занял второе место на чемпионате мира.
– Как он сказал, он всегда получает то, что хочет. – Я не могу удержаться от смеха. Так и есть. Иначе меня бы здесь не было.
– Я уже начал беспокоиться за него. Жизнь гонщика нелегка, ему нужна стабильность. – Когда Томас смотрит на меня с благосклонностью, я чувствую себя подростком, только что получившей одобрение отца своего парня. – Он больше одиночка. У его товарища по команде всегда есть семья, которая поддерживает его, но он... – он вздыхает. —...он считает, что ему никто не нужен, я просто думаю, что такому человеку, как он, трудно кому-то доверять.
– Должно быть, трудно строить настоящие отношения, когда ты знаменит. Иногда лучше отталкивать людей, чтобы не разочаровываться в них.
Мне нужно помнить, что мы с Волком играем в игру. В игру, в которой никогда не задействованы чувства или эмоциональная связь. Я могу стать незначительной только после того, как истечет срок нашего соглашения.
– Но, судя по всему, он впустил тебя, не так ли? – На его лице скользит игривая улыбка.
– Ma belle – моя красавица, нам пора в наш номер.
Аарон возвращается к нам и кладет руку мне на поясницу. От его чарующего прикосновения у меня по рукам бегут мурашки.
– Было приятно познакомиться с вами, Томас.
– Мне тоже, Элли. Скоро увидимся. – Мы еще раз улыбаемся друг другу, пока внимание Томаса не переключается на Аарона. – И никаких грязных дел перед гонкой, Аарон.
О, Боже! Я чувствую румянец на своих щеках, когда Томас уходит от нас, смеясь над моим шокированным лицом.
* * *
Мы доходим до нашей спальни, и меня начинают терзать сомнения. У нас комната на верхнем этаже с потрясающим видом на трассу. Балкон освещается прекрасными сумерками. Атмосфера пропитана романтикой. Комната просторная, могла бы подойти для медового месяца. И что еще важнее, там одна кровать размера «king-size». Только одна. Я собираюсь провести неделю наедине с Волком. Могу ли я ему доверять? Вероятно, нет. Но я верю, что он будет джентльменом. Я почти чувствую себя его личным эскортом, может быть, это соглашение было не такой уж хорошей идеей. Есть только один способ узнать.
– Так...какую сторону кровати ты хочешь занять? – Мой голос срывается, показывая тот факт, что я давно не спала рядом с мужчиной.
– Как хочешь. Я буду спать на диване. – Что? Он бросает сумку на диван, который превращается в крошечную кровать. Я с недоумением изучаю его. Волк хочет меня трахнуть. Волк приглашает меня сюда. Но спать в одной кровати со мной он не может? Я не верю, что он сделал это из галантности – нет, это что-то другое. Аарон бросает на меня взгляд через плечо. – Это не личное, Элли. Просто я всегда сплю один.
Я бормочу неопределенное «хорошо», мой голос выдает мое разочарование. Что со мной не так? Пока он идет в ванную, я ставлю чемодан на кровать и завязываю волосы в небрежный пучок. Ищу в сумке свои косметические средства, все еще удивляясь, почему он не хочет спать рядом со мной. Это потому, что он не может заснуть рядом с кем-то? Потому, что он не хочет эмоционально вовлекаться в кого-то? Трудно сказать.
Я решаю принять душ, как только замечаю, что Волк закончил. Несу свои продукты, наши пути встречаются на полпути, взгляды тесно переплетаются друг с другом. Смотрю в пол, игнорируя его, не веря, что я действительно это делаю.
Это одноразовое событие.
Всего несколько дней вдали от всего.
Я захожу в ванную, когда слышу, как его телефон звонит на раковине.
– Аарон, твой телефон! – Хватаю его и открываю дверь, чтобы вернуть ему, но по ошибке мельком вижу идентификатор звонящего WhatsApp.
Моника.
Она прекрасна. На фотографии в профиле она улыбается, демонстрируя свои невероятные зубы. Ее глубокие голубые глаза завораживают любого мужчину, волнистые каштановые волосы выглядят как реклама волос. На мгновение я задаюсь вопросом – кто она для него? Кому какое дело.
– Спасибо, Элли.
Он берет телефон, я выдаливаю улыбку, чувствуя что-то...странное. Ревность? Серьезно? Это просто смешно.
Я слышу, как он несколько раз ругается, но решаю не подслушивать. Во время душа все мои мысли заняты Аароном. Таинственным и загадочным Аароном. Я переодеваюсь в атласные шорты и майку бордового цвета и проверяю телефон.
Аарон: Направляюсь в спортзал. Не жди меня.
Лжец.
Я, может, и не эксперт в Формуле-1, но в спорте я разбираюсь.
Ты должен сохранять энергию перед соревнованиями, следовать графику тренировок, который не включает в себя ночные занятия в спортзале.
Отлично, Волк просит меня приехать сюда только для того, чтобы трахнуть другую женщину, возможно, роскошную Монику. Я отказала ему в сексе (по крайней мере, пока), а он не из тех, кто ждет женщину вечно.
Я врываюсь в спальню, стараясь не поддаваться гневу. Беру книгу, желая расслабиться, и направляюсь к балкону, чтобы почувствовать свежий воздух на своём лице. Почти весь свет выключен, за исключением одного огромного эркера справа.
Тренажерный зал.
Я присматриваюсь и вижу...Аарона, бегущего по беговой дорожке в одиночестве. Он быстр, сосредоточен, как будто ведет войну с самим собой. Черт. Он не врал. Поговорим о проблемах с доверием. Я сажусь на стул, переключая свое внимание между книгой и Аароном бог знает сколько времени. Я никогда не видела человека, который был бы так чертовски увлечен. Он останавливает беговую дорожку и садится на пол с измученным видом, положив руки на лоб. Аарон выглядит затравленным, измученным, как будто переступил через свои собственные границы.
Я смотрю на время и замечаю, что прошло уже два часа с тех пор, как он ушел, и уже за полночь. В этот момент инстинкты берут надо мной верх. Я не думаю ясно, мной руководит мощная воображаемая сила. Делаю глубокий вдох и, схватив халат, выхожу из комнаты. Открыв дверь в спортзал, застаю Аарона у окна, спиной ко мне. Возвращаться уже поздно.
– Аарон, – бросаю я, не понимая, зачем я здесь на самом деле. Когда он слышит мой голос, его пронзительный взгляд встречается с моим, пока он потягивает свою бутылку воды. – Прости, я не хотела вмешиваться...Просто увидела тебя с балкона и хотела узнать, все ли с тобой в порядке.
– Мне не нужна няня, – мрачно отвечает он.
Его брови хмурятся, а глаза сужаются, глядя на меня с глубоким укором. Намек понят. Он хочет, чтобы я ушла. Я замечаю, как глупо выгляжу. Мы даже не знаем друг друга, а я уже врываюсь в его личное пространство. Киваю ему, понимая, что это плохая идея.
Уже собираюсь выйти из спортзала, когда он хватает меня за руку, его прикосновение посылает электризующее ощущение по всему моему телу. Впервые, читая его глаза, нахожу в них уязвимость, которую никогда не видела раньше. Он, обычно всегда контролирующий себя, всегда такой сильный, бесстрашный, теперь кажется призрачным ребенком, проснувшимся от кошмара, запертым в теле одичавшего мужчины.
– Я не хотел быть грубым. Просто это то, что я делаю. – Он сжимает челюсти.
– Что ты имеешь в виду?
Аарон подходит к огромному эркерному окну.
– Я тренируюсь усерднее всех, чтобы избавиться от своих мыслей. Мне нужно быть лучшим. Если я отпущу себя, меня поглотит тьма. – Я встречаюсь с ним взглядом, лунный свет освещает половину его лица. Наполовину серафическое. Наполовину сломанное.
– О чем ты говоришь?
– Мое прошлое тебя не касается. – Его взгляд, словно лезвие, пронзает мой глаза.
– Тебе, должно быть, одиноко, – шепчу я, вероятно, думая о себе. Он в замешательстве анализирует меня, словно я загадка, которую ему нужно разгадать. – Держишь все в себе. Иногда полезно поговорить с кем-то.
Мне ли не знать. Я тоже одинока.
– Ты не хочешь знать, почему я такой. Почему я вожу машину. – Почему он ни с кем не сближается. – Я сломан.– Его резкий и холодный тон не отталкивает меня. Вместо этого мое сердце сочувствует ему, даже если он сверлит меня взглядом, как будто я его враг. – Мне не нужна твоя жалость, Элли, – добавляет он с недоверием, прежде чем рвануть за своей сумкой.
– Это не жалость, Аарон. Это называется заботой. – Слово, значение которого он, вероятно, не знает.
Интересно, что произошло за последние два часа, что заставило его резко изменить поведение? Какие шрамы он скрывает, чтобы отрицать свои эмоции?
– Тебе следует заботиться о своих собственных проблемах.
Его слова могли бы ударить меня.
– Я не знаю, что с тобой случилось, но это не повод вести себя как эгоистичный придурок. У каждого из нас есть свои демоны! – кричу я ему, выходя из спортзала.
Он молча идет за мной. Возможно, я действовала импульсивно. Действительно ли я назвала его придурком? Я просто сделала предположение, ничего не зная о его жизни. Он закрывает за нами дверь спальни. Я чувствую необходимость извиниться – в конце концов, он мне ничего не должен, но он меня опережает.
– Седьмое число месяца – плохой день для меня. – Семь...как и номер его машины, и татуировка в виде черепа. – Спокойной ночи, Элли.
Иногда слова имеют иное значение, чем их реальный смысл. Иногда нам приходится читать между строк, чтобы найти новое понимание. И в данном случае открытие мне может означать, что он сожалеет.
– Спокойной ночи, Аарон.
Я забираюсь в свою кровать и, когда уже собираюсь выключить свет, слышу его голос.
– Спасибо за заботу.
Я улыбаюсь. Выключаю свет. Надежда есть.
Он может быть сломлен, поврежден, раздавлен прошлым, которым не готов поделиться с миром. Но я узнаю, кто такой Волк, ценой пробуждения своих собственных демонов.
