Текст книги "Один шаг от дружбы до любви (СИ)"
Автор книги: Северная Виктория
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц)
Глава 3
Павел прибыл в ресторан раньше Насти и её женишка. Пусть он еще его не видел, но уже испытывал непередаваемый букет отрицательных чувств к этому нехорошему человеку. Артемьев допускал, что ведет себя эгоистично, но ничего не мог поделать с собой. Мысль о том, что кто-то будет занимать большую часть интересов и времени его постоянной подружки, причиняла ему... боль?
Паша понимал, что ведет себя странно, но столь бурная, не совсем адекватная реакция стала следствием сильной привязанности к девушке. Он прекрасно знал, что многие думали, что их связывает более тесные отношения, но он слишком уважал Настю для того, чтобы уложить её в постель. Подруга обладала особой привлекательностью и славянской красотой. Пашка знал, что Настя думает, что совершенно не привлекает его физически, но она крупно ошибается. Васильева была очень красивой и сексуальной женщиной, а он являлся здоровым мужчиной, не связанным с ней кровными узами. Конечно, у него вставал у нее, и Артемьев считал это нормальным явлением. Просто Павел не давал себе возможности развязать себе руки, держал свои хотелки в ежовых рукавицах, хотя иногда столь жёсткий контроль давался ему с огромным трудом. Моральные качества подруги Паша ценил гораздо больше, чем возможность позабавиться с ней в постели. Эти моменты наверняка стали бы очень яркими и неповторимыми, но им бы пришлось расстаться. Пашка рано или поздно всегда уходил, и от нее бы ушел, и заставил бы страдать, потому что Настя не из тех девушек, для которых секс являлся просто физической потребностью, для неё секс являлся выражением более глубоких чувств. Вот и прятал он свои желания далеко-далеко, глубоко-глубоко, а в помощь ему был холодный душ и рука.
Когда в зал зашла пара, то взгляд Артемьева моментально приклеился к Насте. Высокая, статная, натуральная блондинка с тонкими чертами лица и безупречным вкусом. В ней явственно угадывалось порода, аристократичность, интеллигентность. Столь явное несоответствие между ним и подругой было самой интересной частью их отношениях. Паша всегда был из тех, кто нарушает правила. Хулиган, ловелас и прожигатель жизни, вот что про него говорят. С первыми двумя определениями Артемьев соглашался легко, а вот с третьим поспорил бы. Несмотря ни на что, в пустую он свои годы не тратил. Павел открыл несколько бутиков по всему городу и собирался открыть свой магазин, специализировавшийся на продаже курительного табака, трубок и сигар. В его планах было добавить к этому ассортименту дорогое коллекционное вино. Так что деньги Павел зарабатывал и неплохие. Хотя сначала дела шли туго. Чтобы раскрутить самую первую свою торговую точку ему понадобилось почти три года. Тем не менее, явственные отличия между ним и Настей были, как говориться, на лицо. Сама по себе дружба между ними стала знаменательным явлением и приравнивалась почти к чуду. Артемьев считал таких, как она скучными и закостенелыми, а Анастасия не любила столь легкомысленным мужчин, каким являлся он, и напрямую говорила, что он – отъявленный подлец. И тем не менее несмотря на все различия, их дружба была крепкой и нерушимой, продлившейся несколько десятилетий, а этот Толя нёс потенциальную опасность этой дружбе.
Его взгляд скользнул на человека, идущего рядом с Настей. Очень высокий блондин. Выше Насти, а тем более его, с неудовольствием отметил Пашка, хищно прищурившись. Одет был Горлов в дорогую одежду. Денди. Красавец. Обнимает её тонкую талию своей лапищей. Глаза Артемьева сузились сильнее, а губы сжались в тонкую полоску. Этот Анатолий явно отличался от тех хлюпиков, когда-то ухаживавших за подругой. Паша сразу распознал в нём характер, а значит, с ним будет намного труднее справиться. Но с другой стороны, Настя всегда в итоге принимала его сторону. Так почему в этот раз должно быть по-другому? Успокоенный этими мыслями, Пашка растянул свои губы в высокомерной усмешке и встал, чтобы поприветствовать гостей. Он ещё не знал, какой сюрприз его сегодня ожидает.
* * *
Настя шла в ресторан, как на казнь. Уверенности ей предавал Толя, который как всегда являлся образцом абсолютного спокойствия и уверенности в себе. Иногда ей казалось, что его ничто не в состоянии вывести из себя. Этот мужчина был настолько невозмутим, что порой у неё возникало желание пощекотать жениху нервы и попробовать вывести его из себя, но девушка быстро справлялась с этим детским порывом. Горлов был надежен, как скала. И именно он давал Васильевой некоторое подобие спокойствия, когда они направлялись на встречу с её лучшим другом и неразделенной любовью в одном лице.
Васильева знала, что Павел будет проверять Толика на прочность, как делал это всегда, когда к ней мужчины проявляли интерес. Он был своего рода собственником и считал её, Настю, своей территорией. Девушка про столь эгоистичное отношение к ней прекрасно знала, но у Анастасии не было в запасе достаточно сил освободиться от подобного нездорового проявления привязанности и зависимости. Но так было раньше. Васильева слишком устала. Единственное, что сейчас Настя действительно хотела, так это спокойной жизни. Без драм и нервов. Без проливания слёз в подушку, когда Артемьев развлекался с очередной подружкой. Анастасия заслужила, выстрадала своё право на полноценную жизнь после всех этих лет непонятных дружеских отношений. Настя хотела почувствовать себя женщиной. Любимой женщиной. А ещё она хотела быть уверена в следующем дне. Вот и всё. Разве она многого желает?
– Настёна, дорогая, – девушка вздрогнула, когда Павел встал со своего места и ленивой походкой направился к ней. Судя по хитрющему, самоуверенному взгляду, Артемьев что-то задумал и был совершенно уверен в своём превосходстве. Непроизвольно Настя сильнее вцепилась в руку Горлова. Красноречивая инстинктивная реакция невесты заставила Толю нахмуриться.
Между тем Паша подошел к ней и буквально задушил девушку в медвежьими объятиями, совершенно не обращая внимания на её жениха. Пусть в росте он и уступал ей и Толе, но разворот плеч у Артемьева был богатырским. Васильева мысленно крепко выругалась. Пашка явно решил поиграть на нервах у Анатолия и заодно её нервах потрепать заодно. Она еле сдержалась, чтобы не отрезвить друга подзатыльником. С каких это пор при встрече он к ней с объятиями лезет? Всего пару дней не виделись, а создается ощущение, что пару месяцев. По крайней мере, если судить по столь «радушному» приветствию.
Когда лучший друг всё-таки оторвался от неё, Васильева холодно посмотрела на него. Она не собиралась идти у него на поводу.
– Здравствуй, Паша, – непривычным равнодушием она явно озадачила Артемьева. Он даже на доли секунды растерялся, но быстро взял себя в руки. Если бы Настя не знала его так хорошо, то даже не заметила бы эту заминку.
– Отлично выглядишь! – сделал Павел ей комплимент, продолжая игнорировать Толю. Хотел подмазаться. Только вот в отличие от привычного ему женского контингента, Настя не была падка на лесть.
– Спасибо, – чинно кивнула она. Чем меньше эмоций, тем лучше. – Позволь представить тебе моего жениха. Паша, это Анатолий, мой будущий муж. Милый, это Павел, друг детства.
Артемьев снова прищурил глаза. Она с ленцой подумала, что если продолжит так часто щуриться, то точно обзаведется глубокими морщинами раньше времени. Анастасия не знала, что именно ему не понравилось, но Паша сам нарвался. Она будет придерживаться делового стиля разговора до тех пор, пока он не перестанет вести себя, как идиот. В конце концов, Анатолий – её выбор, и лучший друг должен его уважать.
– Рад знакомству, – сухо проговорил Горлов, напоминая о себе. – Я наслышан о вас...
Толя вполне мог соперничать с Пашкой в высокомерии. Анатолий был юристом, причем в третьем поколении и имел отличные карьерные перспективы, так что, как говорится, и не таких обламывал. Внезапно Настя развеселилась. Было забавно наблюдать, как стремительно портиться настроение у Артемьева.
– Надеюсь только хорошее, – приторно ухмыльнулся Павел, стреляя глазами в сторону Насти. Девушка еле сдержалась, чтобы не показать ему в ответ язык.
– Хорошее, – Толя выдержал мхатовскую паузу, – и плохое тоже.
– Я тоже многое о вас слышал, – не остался в долгу Пашка, – и плохого, и хорошего...
Мужчины сцепились взглядами. От подскочившего уровня тестостерона в воздухе стало потрескивать. Васильева закатила глаза. Всё же мужики порой сущие дети.
– Может, уже сядем? – нетерпеливо предложила она, – а то мы уже привлекаем к себе внимание.
На них уже действительно стали поглядывать. Сцена приветствия затягивалась.
– Ты права, милая, – проворковал Горлов, притянул к себе её ладонь и поцеловал.
Девушка заметила, как Пашка скривился. Что же, как она и думала, её ожидает очень длинный вечер. Артемьев явно не желает облегчать ей жизнь.
Сам ужин превратился в медленную пытку. Мужчины обменивались колкими выпадами в адрес друг друга, а Насте отводилась роль наблюдателя. В один прекрасный момент ей это надоело и, извинившись, девушка направилась в туалет, чтобы хоть на несколько минут отдохнуть от переизбытка конкурирующих мужских гормонов. Оба парня вели себя в рамках дозволенного, но напряжение за столом чувствовалось очень сильно, а замечания на грани оскорбления заставляли Васильеву постоянно вздрагивать в ожидании неминуемого взрыва. Павлу явно не нравился Горлов, а Толя отвечал её другу ничуть не меньшей «симпатией».
Оставшись наедине с собой, Настя вымыла руки и немного плеснула холодной водой себе в лицо. Вся эта ситуация плохо сказывалась на её нервах. Паша при любой возможности пытался задеть Толю, но её жених уверенно игнорировал подначки Артемьева и отвечал не менее болезненными словесными уколами. Мужики мерились длиной... языка, а Анастасия больше молчала, пытаясь сохранить спокойствие. Никто не поинтересовался, как же на ней отражаются их баталии, оба слишком были увлечены азартом противостояния.
Понимая, что больше не может задерживаться, девушка вышла обратно и застала интересную сцену. Какая-то девица уже сидела за их столиком и громко вульгарно смеялась. Незнакомка казалась смутно знакомой и являлась красивой шатенкой, одетой в раскованное красное платье. Причем она пыталась флиртовать с обоими мужчинами одновременно. Горлов смотрел на неё как на какое-то диво-дивное, причем «диво» было не очень приятным. Паша же кисло улыбался ей, но особой радости он тоже не испытывал.
Настя напрягла память, лицо девицы было ей знакомо. Даже слишком. Через минуты две усиленной работы мозга, Васильева вспомнила, где именно видела ее. Одной из бывших Пашки. Причем он умудрился отбить девицу у её же парня в каком-то клубе. Брошенный не смирился со своим положением затеял с разлучником драку. Артемьева тогда пришлось из полиции вытаскивать, кстати ей, Насте и пришлось. В ту же ночь этот ходок наведался к этой девице. Каким образом Паша умудрился её номер телефона взять в той ситуации, Настя до сих пор не знала. В итоге, они провели бурную ночь, но красавица-шатенка захотела продолжения, а вот Павел был активно против такого развития событий. В итоге он снова вызвал Настю, которая должна была сыграть роль невесты и отвадить настырную от него. Как же ее там зовут? Лариса, кажется...
– Здравствуй, Лариса, – поздоровалась с ней Анастасия, садясь за стол.
Девушка бросила на неё недоуменный взгляд, нахмурилась, а потом вспомнила Настю.
– А-а-а, – ядовито протянула она, – невеста Пашеньки, от которой он регулярно гуляет...
С виду Васильева не подала вида, как замечание её задело. Если бы она не питала к Артемьеву более глубоких чувств, то над подобным замечанием Настя бы просто посмеялась, а так девушка разозлилась. Сильно разозлилась.
– Она моя невеста, – ледяным голосом поставил в известность Ларису Горлов. В эту секунду Настя мысленно пообещала своему жениху устроить горячую, очень бурную ночку. Заслужил!
Лариса растерялась. Посмотрела на Толю, потом на Пашу.
– Как так? – наконец нашлась она. – Ты же говорил, что никогда не оставишь её, потому что тебе её жаль!
Так-так, с этого места поподробнее пожалуйста! Если до этого момента Настя просто была раздражена и раздосадована, то сейчас завелась не по-детски. Значит, ему жаль ее. Именно столь позорное оправдание придумал Паша для своих многочисленных обманутых пассий? Вот... говнюк!
– Как мило, – голос Настя был таким сладким, что Артемьев вздрогнул. Знает ведь подлец, что подобный тон ничего хорошего не сулит. – Вот только его невестой я никогда не являлась, просто помогала ему избавляться от лишнего хлама, коим ты и подобные тебе для него приходитесь. Вы для Пашеньки разовое развлечение. Раньше я соглашалась помогать ему в этом по долгу дружбы, но сейчас, – Настя беззаботно улыбнулась, – я в сама выхожу замуж, и теперь ему самому придется разбираться с этим вопросом. Кстати, между нами девочками, такие, как Паша, не подходят для семейной жизни и долгих отношений! Слишком неистребим в них кобелиный инстинкт. Так что не советую пытаться захомутать его, все равно ничего хорошего из этого не выйдет.
Дав этот совет, Анастасия снисходительно посмотрела на собеседницу и вернулась к трапезе, игнорируя гневный взгляд Паши и победную улыбку Толи. Внешне девушка выглядела холодной, даже стервозной, но внутри её всю трясло. Такое оскорбление со стороны своего лучшего друга она не ожидала.
Незадачливая бывшая пассия Пашки в это время в буквальном смысле задыхалась от негодования.
– Как? Как? – ее голос стал немного истеричным. – Это правда, Пашенька?
– Да, – последовал разозленный ответ Пашки. Злится, да? А Насте плевать! Не она начала этот маскарад.
Дальше последовала гневная тирада Ларисы на тему подлости мужского рода и их высокомерных подруг-сук. Васильева слушала в пол слуха, продолжая невозмутимо есть свою отбивную. Когда говорившая резко вскочила и отвесила Павлу пощечину, после чего гордо удалилась, Настя отвлеклась от поглощения еды и посмотрела на своего друга.
– Вот и поговорили, – ехидно хмыкнула она.
Артемьев же выглядел очень злым, но девушку это не трогало. Не хрен выставлять ее посмешищем перед своими подружками на ночь!
– Так говоришь, кобелиный инстинкт? – буквально прорычал Паша. Глаза его метали молнии.
– Это же правда, – удивилась Анастасия, пожав плечиком, – а на правду, как известно, не обижаются!
– Так вот что ты обо мне думаешь?! – сказанный преувеличенно мягким голосом вопрос Артемьева подразумевал не шуточную злость.
– Это то, что ты демонстрируешь мне и другим людям, – спокойно ответила Настя, испугавшись дальнейших событий. Сейчас она выскажет всё, что думает о нём, и их дружба может этих откровений не выдержать, но она устала молчать. – Твоя жизнь превратилась в бесконечную череду легкомысленных девушек и кутежей, ты растрачиваешь себя и даже не замечаешь, как это жалко выглядит!
– Жалко? – зло рассмеялся Павел. – Да многие мужики мечтают иметь ТАКУЮ жизнь!
Ну да, мечтают недалёкие, неразвитые в эмоциональном плане и не желающие нести хоть какую-то ответственность. Анастасия знала, что Пашка куда лучше, чем хочет казаться, но почему-то свои лучшие качества считает слабостью, от того и подавляет.
– И что? – Настя тоже усмехнулась далеко не самой дружелюбной из улыбок. – Об этом мечтают только те, кто не имеет особых амбиций и ума. Скажи мне, дорогой друг, что будет через двадцать лет, когда ты уже будешь изрядно потрёпанным и не таким здоровым? Будут ли твои курицы о тебе заботиться? А вот и нет. Ты станешь никому ненужным, есть конечно возможность, что какая-нибудь охотница за деньгами вцепится в тебя, чтобы получить твои денежки, но это при условии, если ты сможешь развить свой бизнес и не обанкротиться.
– Ты судишь поверхностно, Настя, – хладнокровно заметил Павел. Сейчас он на себя не походил. Слишком серьезный, слишком холодный.
– Ты хороший человек, Паша, – устало ответила Васильева, – но в погоне за сиюминутными удовольствиями ты теряешь себя. Мне глубоко жаль, что ты размениваешь себя по пустякам. Оставишь здоровье, прыгая из постели в постель, а потом трудно будет найти женщину, которая полюбит тебя с таким-то прошлым.
– Может я просто не встретил ту, ради которой готов пожертвовать всей этой жизнью? – резонный вопрос причинил Насте сильнейшую боль, скрутив все внутренности в единый узел.
– А какого будет узнать твоей единственной сколько через тебя прошло девушек? Каково ей будет наблюдать, как очередная твоя бывшая цаца пытается тебя закадрить, вспоминая ваши былые похождения? – сейчас её слова были произнесены от сердца. Васильева хотела быть для него единственной, которую он полюбит, но ее мечты так и останутся мечтами. Ей осталось лишь сочувствовать той девушке, которой суждено стать его женой. Павел имел способность играя разбивать чужие мечты и сердца, при этом даже не подозревая об этом. И всё же, несмотря на это, Настя завидовала его будущей гипотетической жене. – Да и не изменишься ты! Такие, как ты, не меняются и даже женившись, ты наверняка будешь гулять от своей жены налево. И я сейчас искренне не понимаю из-за чего ты злишься.
– Из-за я злюсь? – взорвался он. – Может потому что лучшая подруга считает меня кобелем, не способным хранить верность!
– Разве ты способен ее хранить? – задала резонный вопрос Настя.
– Способен! – зарычал Пашка. – Еще как способен!
– Не верю, – покачала головой она. – Ты хоть сам можешь представить себе ту девушку, с которой мог бы прожить оставшуюся часть жизни? Не изменяя, любя ее? С который хотел бы засыпать и просыпаться в одном постели, вместе растить детей и состариться?
Кажется, её вопрос завел Павла в тупик. Он хотел что-то ответить, открыл, а потом резко закрыл рот. Настя не знала, что происходит в его голове, но выражение лица у друга было презабавное. Он часто моргая смотрел на нее, будто не мог во что-то поверить.
– Ну вот видишь, – Васильева по-своему поняла его заминку. – Ты одиночка, Артемьев, и ни одна уважающая себя девушка не станет терпеть твое эгоистично-пофигистическое отношение.
Хотя тут Анастасия лукавила, ведь она уже столько лет терпит это самое отношение, но и у нее терпение небезграничное.
– Павел, – дружеским голосом произнёс Толя, – не думаю, что стоит из-за этого ругаться. Она тебя как облупленного знает! Вот встретишь свою любовь и будешь ей доказывать какой ты хороший...
– Да пошел ты, – огрызнулся Артемьев даже не глядя на Горлова.
– Выбирай выражения, когда обращаешься к моему жениху, – вспылила блондинка, сразу встав на защиту Толи.
– Что, он сам за себя постоять не в силах? – язвительно отреагировал Артемьев, явно желая перевести спор в откровенную ссору.
– Полегче, Пашенька, я за такие слова и морду тебе набить могу! – Анатолию защита не нужна была, он вполне мог сам постоять за себя.
– Ты попробуй! – самоуверенно взвился Паша. Имея звание спорта по рукопашному бою, Артемьев в этом плане мало чего боялся. Иногда даже специально цеплял мужиков, чтобы «почесать» кулаки.
Толя уже собирался встать, но тут Настя прекратила намечающуюся драку.
– Хватит! – повысила голос она, причем не пискляво и панически, а властно и холодно. – Не на базаре находитесь!
– Этот петух сам напрашивается! – в запальчивости воскликнул Павел и резко замолчал под разъяренным взглядом Анастасии. Он еще никогда не видел такого выражения лица у нее. Смесь гнева и брезгливости.
Девушка медленно встала, не отрывая взгляда от друга. Руки ее мелко подрагивали от злости, противной, липкой злости, окутавшей ее.
– Не смей оскорблять моего жениха, – прорычала Настя. – Не смей повышать на меня голос! Не смей относиться ко мне без должного уважения! Можешь и дальше прожигать свою жизнь, а меня это больше не касается! Толя, мы уходим!
Горлов поспешил встать со стула, на лице у него была довольная, одобрительная улыбка. Расклад, когда невеста сама избавляется от слишком близкого друга мужского пола, ему был выгоден. Куда легче, когда Настя разочаровалась в Павле, а Толику ничего не нужно предпринимать, чтобы выдавить его из жизни Васильевой.
– Ты просто так не уйдешь! – Артемьев не стал сдерживать свой норов и тоже вскочил на ноги.
– Не смей на меня орать! И приказывать не смей! Время, когда я бежала к тебе по первому зову, прошло! Меня наша дружба стала утомлять, – чем больше распалялся Павел, тем спокойней становилась Анастасия.
– Не говори того, о чем потом пожалеешь, – попросил Артемьев. В его глазах Настя заметила нечто напоминающее страх.
– Я всего лишь говорю правду, – гордо ответила она, вздернув подбородок. – Я устала, Паш, от того что ты используешь меня в своих целях. Тебе со мной удобно, комфортно, я всегда тебя выслушаю, помогу. Вот только ты хоть раз задавался вопросом, что у меня в душе происходит? Я для тебя, как диванная подушка. Удобная и всегда доступная, вот только я устала быть твоей подушкой. Устала жить твоей жизнью, у меня и своя есть, отдельная от тебя. Помнишь, три года назад я говорила тебе, что наступит тот день, когда у меня появятся муж и дети, и я уже не смогу быть тебе тем другом, который тебе нужен? Что ж, этот день наступил. На свадьбу я тебя не приглашаю. Прощай. Надеюсь, у тебя все будет хорошо!
Она резко развернулась, спеша покинуть помещение. Слезы были готовы пролиться из ее глаз, но она держалась из чистой гордости. Руками, вцепившись в рукав пиджака Горлова, девушка быстро шла к выходу.
– Ты что? Беременна? – столь бесцеремонный, бестактный вопрос мог задать только Павел. Причем на весь ресторан буквально прокричал. Анастасия даже не обернулась. С дураками умные люди не разговаривают. Из всей длинной тирады, он лишь услышал то, что у нее могут появиться муж и дети. И мгновенно пришел к выводу, что она беременна. Идиот даже не обратил внимание на суть содержания ее послания!
