Текст книги "Эволюция целителя 4 (СИ)"
Автор книги: Сергей Карелин
Соавторы: Сергей Харченко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)
Гудков довольно наблюдал за сборами Ярослава, как тот покидал поместье. Уже через пару часов от него пришло сообщение, что он с родителями и сестрой сел в самолёт.
А ещё через полчаса начальник охраны вместе с дипломатом клана посетили кабинет главы клана.
Князь Державин сидел за столом, и когда они появились на пороге, окинул их хмурым взглядом.
– Вы явились без приглашения, – тихо и настороженно произнёс он. – Что-то случилось?
Климушкин посмотрел на Гудкова, затем еле заметно моргнули.
Лев Николаевич выдохнул и произнёс:
– Да, Ваше Сиятельство, случилось. Вашу дочь пытался похитить князь Останин.
* * *
После того как я отпустил второго пациента, в приёмную заглянула мама с маленьким мальчиком, которому на вид было года три от силы. У мальчугана был приоткрыт рот, дышал он часто, покашливал и выглядел испуганным.
– Добрый день, проходите, – пригласил я их к небольшой кушетке в углу как раз чтобы принимать детей. – Что беспокоит вашего малыша?
– Я не малыф, – тихо выдавил малец и зашёлся лающим кашлем.
– Хорошо, юный мужчина, – улыбнулся я. – Садись на кушетку. Сейчас мы тебя осмотрим.
Его мама устроилась рядом, обеспокоенно взглянула на меня, пригладив чёлку сына.
– У Глеба одышка странный кашель, – сообщила она.
– Может, что-то проглотил? – предположил я одну из версий.
Такое часто встречается в педиатрии. Об этом рассказывали на лекциях в институте, да и у знакомых был такой случай. Хорошо, что скорая приехала вовремя, вытащили фундук, который застрял в горле.
– Нет, конечно, – покачала головой женщина. – Он поперхнулся пюре минут двадцать назад. Мы Глебушку перевернули, постучали. Он поплакал и вроде успокоился. Но сейчас… он как-то странно дышит, хрипит, и голос его стал тихим. Я думаю, что это какой-то остаточный спазм. А может он немного простыл, пока мы бежали сюда? На улице прохладно. Но ничего он не глотал, я видела всё, что он ел.
Я взглянул на Глеба, приготовившись к диагностике. Он сидел на кушетке, слегка наклонившись вперед, рот его приоткрыт. Он не плакал и выглядит действительно испуганным и немного заторможенным.
Я заметил частое поверхностное дыхание. На вдохе слышен громкий, свистящий звук. Как его называют медики – стридор. То есть просвет дыхательных путей сужен. И причин здесь может быть море. Инфекция, инородное тело, аллергия на что-либо, например на то же пюре, которое недавно ел, и ещё много чего.
Глеб пытался что-то сказать, но звука не последовало. Он вновь закашлялся.
Дыхание его участилось. Мама явно подумала, что я буду его прослушивать стетоскопом, и стянула рубашку вместе с майкой. Я сразу заметил, что ямки над его ключицами и между ребрами втягиваются при вдохе. Как мне сообщила ментальная книга – это признак тяжелой обструкции, то есть сужения верхних дыхательных путей.
Да и цвет кожи: синюшность вокруг губ, лицо бледное.
– Вспомните ещё раз, может вы забыли, – вновь попросил я у его матери. – Мог ли он проглотить игрушку или орех, может косточку?
Мама занервничала, надула губы.
– Вы, лекари, постоянно преувеличиваете, – слегка повысила она голос. – Я же сказала, что нет! Он играл только с мягкой игрушкой. Это скорее всего просто ларингит или аллергия на котлету. Он ел её с утра. Не надо ему никаких трубок в горло! Можно воды?
Настя поднесла ей стакан, и женщина дала попить мальчугану. Но Глеб выплюнул воду, затем у него вновь начался приступ судорожного кашля, лицо посинело.
– Хр-р-р, – Глеб схватился за шею.
– Хоть что-то сделайте! – воскликнула его мать.
– Отойдите, вы мне мешаете, – сухо сообщил я, и Настя всё поняла без слов, попросила женщину отойти.
Несмотря на слова матери, я наблюдаю клиническую триаду. Внезапное начало удушья + стридор + асимметрия дыхания.
Прибавляем к этому отсутствие температуры, к тому же чёткую связь начала симптомов с моментом игры или приёма пищи. Даже если мать Глеба отрицает это, пытаясь выглядеть передо мной хорошей мамой, которая всё видит и следит за своим ребёнком. Ко всему прочему я понял, что одно лёгкое не работает от слова совсем.
Всё это указывает на инородное тело в главных бронхах или трахее. И сейчас я попробую достать его, но без всяких трубок, оптики и пинцетов. Зачем травмировать малыша?
Главное, что состояние мальчугана средней тяжести, но скоро наступит полная обструкция, а следом остановка дыхания.
Через несколько секунд, введя диагностический щуп, я увидел полную картину. Ну да, а вот и само инородное тело. Пластиковая деталь от конструктора в виде лапы некоего монстра. Причём эта деталь застряла в главном бронхе.
На фоне Глеб начал сипеть и открыл рот ещё шире.
– Что вы делаете⁈ – слышал я на фоне голос его мамы. – Ему надо помочь!
– У вашего ребёнка перекрыто дыхание посторонним предметом, – сухо сообщил я. – Не отвлекайте меня, но внимательно смотрите на то, что я вытащу.
– Да этого просто не может быть! – воскликнула всхлипнувшая мамаша, сбивая мне концентрацию.
– Послушайте, если вы будете мне мешать, ваш сын может задохнуться в течение пары минут, а может и раньше, – взглянул я на женщину, вытирающую слёзы.
Мать Глеба постаралась взять себя в руки, да и Настя ей дала успокоительное, а я вновь переключился на диагностику.
Я удалял камни в почках «Нейтрализатором», точнее расщеплял их в песок. Но в том то и дело, пластик надо вообще убрать из организма мальчика. Он может не вывестись полностью и спровоцировать воспаления. Поэтому его я использую в паре с другой способностью.
Поэтому ничего не остаётся как использовать «Экстрактор». Он уже удалял опухоли. Но с более плотным предметом ещё не сталкивался.
Справлюсь ли я? Обязательно справлюсь. Вот только непонятно, сколько на это энергии уйдёт.
Я сформировал воронку. Затем, обезболив заранее анестетиком, погрузил её в сипящего Глеба, посиневшего от удушья, через гортань. Деталь втянулась в воронку. Теперь никуда не денется. Ровно в этот момент я раздробил её на несколько частей, чтобы она беспрепятственно вышла наружу по энерго-каналу воронки, не травмируя малыша дополнительно.
Когда операция была закончена, Глеб всхлипнул, а затем задышал и… начал плакать. Настя отпустила женщину, которая бросилась к своему сыну, обнимая его.
– Вот инородное тело, о котором я говорил, – впереди меня всё ещё мерцала воронка, которую я сделал ещё более чёткой. А внутри неё крутились более десяти раздробленных кусочков детали от игрушечного монстра.
– Спасибо вам, Алексей Михайлович, – женщина прочла на бейджике моё имя. – Извините. Да, у нас есть дома такая игрушка. Но как он успел ее проглотить⁈
– Вы могли отвлечься, моргнуть, либо в панике не заметить этого, – произнёс я. – У него не было температуры, а это уже первый признак того, что малыш что-то проглотил.
– Я жи гаваю – я не малыф-ф! – уже более бодрым голоском воскликнул Глеб.
– А это я о других малышах. А ты мужчина! Вон какую операцию выдержал! – улыбнулся я.
– Ага, – довольно улыбнулся Глеб.
– Спасибо вам, – глаза женщины вновь заблестели слезами, но я сообщил, что работа у меня такая, жизни спасать.
Оплатив через банковский терминал, женщина попрощалась и взяла за ручку мальчугана, выводя его из приёмной.
– Ну вот, ещё один спасённый малец, – улыбнулся я.
– Ты просто молодец, Лёшка, – через силу улыбнулась Настя. – Я всегда поражаюсь твоему хладнокровию.
– Таким и должен быть лекарь, – хмыкнул я, затем вздохнул и глотнул уже разведённый заранее «энерго-бустер», ибо сил я потратил, на удивление, прилично.
/ПОЗДРАВЛЯЕМ!
Вы успешно провели операцию!
Награда: +700 очков опыта.
Усилена особая способность «Экстрактор». Увеличена дистанция применения, масса и плотность извлекаемого тела.
Награда: +300 очков опыта.
Текущий уровень: 9 (7700/25000)/
Теперь понятно, почему я так истощился. Применил способность нестандартно, что привело к её улучшению, а Система за это забрала дофига моих внутренних ресурсов.
После третьего глотка бустера я понял, что восстановился окончательно.
– Ну что, поехали дальше, зови следующего, – улыбнулся я Насте, и она заглянула в коридор.
Потом я принял ещё пятнадцать пациентов. В целом ерунда, по сравнению с недавним извлечением инородного тела. И вновь я вспомнил о Роме с Михаилом. Они бы этих пациентов вполне бы вылечили, н о камень преткновения в виде Зинаиды Артишок вновь заставил выкинуть эти мысли из головы.
После того как мы вышли из клиники, Настя позвала Дарью в поместье. Наконец-то выцепила нашу техничку для ремонта той древней быстро-плиты, которую нашла на антресоли.
Ну а я вспомнил о том, что обещал поговорить с Александром о датчиках и охранной зоне клиники. Созвонился с ним, но голос его был изрядно выпивший и он сначала не понял, кто его беспокоит.
– А-а-а, Алексе-е-ей! – радостно воскликнул он, когда я представился. – Лёша, я так рад тебя слышть! А ты приезжай к «Тёмному кроту» на Савёловский, ага… Я здесь, да…
Звонок прервался. Ну а я прикинул. С одной стороны человек пьяный. С другой – что я теряю? Он хоть и выпивший, но соображает. Чем раньше договорюсь, тем быстрее мы себя обезопасим.
В «Ниве» было просторно, и Дарья ничуть не потеснила нашу компанию. Пуля добросил меня до станции метро «Савёловская». Я даже увидел через перекрёсток мерцающую в сгущающихся сумерках вывеску «ТЁМНЫЙ КРОТ».
Выскочив, я набрал телефон Александра, но он не брал трубку, затем сбросил звонок. Хм, что за ерунда?
Я набрал его номер ещё раз, уже оказавшись перед входом в пивной бар.
– Ща! Я на улице… Разберусь, и… – затем звонок прервался.
Но я вроде слышал и так его голос.
«Да, он за зданием, – сообщил Карыч. – Дерётся с кем-то».
Я ускорил шаг, слыша приглушённые крики и звуки битвы.
Заскочив в переулок, я заметил, как Санёк отправил в нокаут третьего оппонента, сцепился с четвёртым, смуглолицым. Спасатель пропустил удар в глаз, но тут жеврезал в ответ. Арабу попало в челюсть, и тот улетел в кучу коробок, расположенных возле мусорных баков.
– Лёша! Привет, дорогой! – распростёр объятья Александр, улыбаясь во всю пьяную физиономию и вытер кровь с лица.
Но вот за его спиной вскочил араб и тут же прыгнул в сторону спасателя, а в его руке блеснул длинный кинжал.
Глава 9
Рывок араба был таким быстрым, что я кое-как успел сформировать импульс анестетика. Впервые так быстро применял способность, и даже почувствовал лёгкое головокружение.
Но я успел за секунду до трагедии.
Александр стоял, довольно улыбаясь, и только начал оборачиваться на шум. Араб уже был рядом, а остриё клинка, поблёскивая в свете уличных фонарей, метило ему прямо в сердце.
Но затем напавший будто споткнулся. Враг упал на асфальт и заржал ишачим смехом.
– Ах ты ж, паскуда, – пихнул его ногой Александр и чуть сам не упал. – Зар-резать меня… и-ик… решил⁈.. Меня⁈ Саню Фартового?
– Оставь его, – обратился я к спасателю. Надо привести его немного в чувство.
Мерцающая сеть окутала Александра, а затем, расщепив вредные вещества в его организме, исчезла. Ну вот, теперь хоть какая-то осознанность появилась во взгляде.
– Ех-хе-хе! – заливался араб, хлопая по асфальту ладонями.
– Ещё и ржёт, сволочь, – Александр ещё раз пнул араба под рёбра, но тот лишь перевернулся на бок, продолжая надрывать живот от смеха.
– Пойдём отсюда, – предложил я.
– Не на того нарвались, черти, – Александр вновь вытер лицо от крови, ухмыльнулся. – А всего то, ха!.. всего лишь черножопыми их назвал!
– Теперь я понимаю, почему началась драка, – ухмыльнулся я, утихомирив анестетиком очнувшегося амбала, который что-то зашипел и достал из кармана кастет. – Это ведь оскорбление.
– Не надо было борзеть, – объяснил спасатель. – Они к Регине пристали, лапать её начали.
Он вырвал из рук араба кинжал, покрутил в руках, поцокал, рассматривая рельефную костяную рукоять.
– К Регине? – переспросил я.
– Официантка. Хорошая девушка, – вздохнул Александр, срывая кожаные ножны с пояса хихикающего араба, и закидывая в них кинжал. Затем снял с руки прыскающего от смеха амбала кастет, положил в карман. – А эти черти её за задницу щипать начали. Некрасиво получается.
– Это хорошо, что заступился, – ухмыльнулся я, когда мы отошли от места стычки. – Хотя тебя ведь действительно могли порезать.
– Да я всё уже понял, – протянул руку спасатель, и мы схлестнулись в крепких рукопожатиях. – Спасибо тебе, Алексей. Забавно, – нервно хохотнул он, – опять ты мне жизнь спас… Чего они все смеются?
– Радуются, что ты их до смерти не запинал, – улыбнулся я и решил перейти к делу. – Надо поговорить.
– И накатить, – заметил спасатель. – Стресс требуется снять.
– Можно, но не здесь, – произнёс я. – Найдём другой бар.
– Да вон в квартале отсюда есть «Вяленая рыба», – махнул спасатель, и мы перешли дорогу, направляясь к очередному злачному заведению столицы. – Не в смысле того что рыба вяленая, а бар так называется. Там обычно неплохое пиво, и всегда свежее.
Я кивнул. Так и быть, пропущу кружечку. Ради сделки можно.
/ПОЗДРАВЛЯЕМ!
Вы успешно применили «Веселящий анестетик»!
Способность улучшена. Скорость выброса импульса энергии увеличена на 100 %!
Награда: +200 очков опыта.
Текущий уровень: 9 (9100/25000)/.
Какое-то время мы шли в тишине. Александр довольно посматривал на свой трофей, болтающийся на поясе. Расписанная узорами костяная рукоять намекала, что это оружие довольно необычное. Затем спасатель задумчиво взглянул на меня.
– А ты ведь их чем-то погасил, – тихо произнёс он. – Особенно того, что меня пытался прирезать.
– Обычный наркоз, – улыбнулся я в ответ.
– Да не обычный, в том-то и дело, – удивлённо взглянул на меня спасатель. – Я ваще впервые такое вижу. И меня ты им усыплял?
– Иначе б ты не выдержал боли, а возможно скончался бы от болевого шока, – произнёс я, наблюдая в стороне уличный музыкальный дуэт.
– Этот странник был один из тех, кто просто любит урр!.. – голосил знакомым тембром парень, а второй выдавал знакомые ритмы.
– Опять этот урр, – хохотнул Александр. – Помешались на этом урре, мать его.
– Ты забыл про золотые жёлуди, – напомнил я ему, засмеявшись.
– О, это вообще чушь, – рассмеялся спасатель. – Один раз мы с ребятами снимали одного такого с вышки. Сын барона, не помню фамилии… перебрал этих желудей и так приободрился, что решил покорить телевизионную вышку. Как ещё не разбился до нашего приезда, непонятно.
– И что с ним было? Крыша поехала? – поинтересовался я.
– Не, просто парень поверил в себя, – хмыкнул спасатель. – Хотя что-то похожее на помешательство. Глаза блестели, словно у фанатика. Всё порывался к этой вышке. Пришлось связать, пока лекари барона не подъехали.
– Успокоили, – продолжил я.
– Ага, – улыбнулся Аллександр. – Нашпиговали парня успокоительным и увезли домой.
– Так жёлудь это энергетик, – сделал я вывод. Не помню, кто мне это говорил, вроде Настя.
– Вроде, но я не разбираюсь. Но вот ты бы купил такую хрень за десять тыщ рублей? – задал вполне риторический вопрос Александр, и я отрицательно покачал головой. – С жиру бесятся, больше на публику, ради статуса. Понтуются перед друг другом как подростки, потом самых безбашенных спасают такие как мы.
Мы в это время зашли в стандартный бар. Круглые столики, шумно пьющая публика, которая что-то отмечала.
– Наши выиграли сегодня в полуфинале у Пятого рейха, – довольно улыбнулся Александр. – Вот и празднуют.
– Чемпионат мира? – поинтересовался я.
– А то, он самый, – хмыкнул спасатель. – В кои-то веки выбились в финал.
Да, я видел в Сети мелькающие новости о чемпионате мира по хоккею. И здесь основным конкурентом были Штаты. При их отсталости в технологиях всё же в хоккей они играли неплохо. Да и Пятый Рейх гонял шайбу на уровне.
Увы, я не был заядлым поклонником этого вида спорта, но всё же матчи нашей сборной изредка смотрел в своём мире. Здесь же из-за суеты и насыщенных дней просто нет времени сесть перед теликом, взять пивка и посмотреть хотя бы одну прямую трансляцию матча. С утра до вечера каждый день расписан, либо возникали события, на которые следовало срочно отвлечься.
Мы нашли столик в отдалении от шумной толпы болельщиков, заказали по кружке пива. Через пару минут нам принесла заказ дородная дама в пахнущем рыбой фартуке и поставила на стол небольшой пластиковый контейнер, в котором я заметил что-то вроде колец кальмара.
А это что, простите? – спросил я.
– Закуска, бесплатно, – улыбнулась она нам, блеснув брекетами.
– Благодарим, – кивнул я.
– Не удивляйся, при первом заказе здесь всегда так, – хмыкнул Александр, затем отхлебнул хмельной напиток и довольно улыбнулся. – Я ж говорил, пиво здесь особенное, – произнёс он, затем слегка навис над столом, – Ну что там у тебя за дела? Слушаю очень внимательно.
– Мы переехали в отдельное здание, – начал я. – Хотим обезопасить периметр, да и датчики поставить от астральных тварей.
– Правильное дело, – оценил Александр. – Хотя до оранжевой аномалии ещё как до Китая пешком, но опасения понятны.
– Можешь помочь? – попробовал я закуску и сморщился от степени солёности, тут же запивая пивом. Это точно не те кольца кальмара из моего мира.
– Защитный контур, датчики, – задумчиво перечислил Александр, почесав макушку. – У нас нет в наличии хорошего оборудования, а то, что на складе имеется – хрень полная. А вот через недельку скорее всего будет, может и раньше. Я обязательно дам знать.
– И в какую цену? – вопросительно взглянул я на Александра, и сразу же заметил обиду в его глазах.
– Ты издеваешься, что ли? – прогудел он. – Второй раз мне жизнь спас только что.
– Скидку сделаешь?
– Бесплатно. Не парься, – отмахнулся спасатель. – Для меня это не составит труда. Потом спишу как неликвид по тихому, и никто не узнает.
– Отлично, – улыбнулся я. – А почему именно Фартовый?
– Ты это о чём? – округлил глаза Александр, а затем хохотнул. – А, ты про кликуху? Да это в двух словах и не расскажешь.
– А я никуда и не тороплюсь, – подчеркнул я, увидев заблестевший взгляд спасателя. Он вспоминал что-то, улыбаясь.
– Однажды, когда только устроился на службу, чёрт меня дёрнул зайти в оранжевую аномалию, – произнёс Александр. – Надо было спасти нескольких жителей, которые не успели убраться из опасной зоны. Вытащил их. Правда, пришлось схлестнуться со здоровенной крысой. Во что на память мне оставила.
Александр отвернул воротник рубашки, и я увидел серьёзные шрамы от когтей. Они проходили над ключицей и терялись за тканью.
– Впечатляет, – оценил я. – И как ты ту тварь убил?
– Задушил верёвкой, которая была на поясе, и притащил за собой как доказательство, – засмеялся спасатель. – Вот меня с тех пор и прозвали Фартовым.
– И ничего вам не выдают для борьбы с тварями? – изумился я. – Оранжевая аномалия всё-таки.
– Почему? Разрядники, – горько усмехнулся Александр. – Но тот, что у меня был, сгорел при первом же использовании. Бракованный оказался.
– Действительно, фартовый, – улыбнулся я.
– Вот давай за это и вздрогнем, – спасатель поднял кружку. – За удачу в любом деле.
Мы промочили горло, затем Александр заказал ещё пиво, и ещё. Пока я растягивал одну кружку, он умудрился влить в себя пару литров, а то и больше. На старые дрожжи его прилично развезло.
Пришлось заказывать такси и сажать спасателя на заднее сиденье. Кое-как он выговорил водиле свой адрес, ну а я сунул купюру таксисту. Автомобиль тронулся с места, и я проводил его взглядом.
Мне понравился разговор с Саней Фартовым. Отличный мужик, волевой, открытый. Главное, что главная цель этой встречи достигнута. Он точно сдержит данное слово, и скоро мы обезопасим клинику.
Вызывать Пулю я не спешил. Решил прогуляться пешком пару кварталов. Змей Горыныч придавал мне уверенности, что если Небула и попытается напасть, то её постигнет та же участь, что и прежде.
Но вряд ли стоит ждать засады. Кобра явно не идиотка, и уже поняла, что ничего хорошего её не ждёт в случае повторной атаки.
Направляясь в сторону метро, я прислушался к своим ощущениям. Голова уже не кружилась. Откат меня посетил в момент выплеска энергии, хоть и незначительный.
Вывод был очевидным. Много энергии уходит, когда я применяю способности нестандартно, либо преодолевая некую планку, вот как в этом случае, в плане скорости.
В небе загремело, начал срываться дождь. Некоторые прохожие начали раскрывать зонты, ну а я заспешил в сторону подземки и услышал мелодию входящего звонка, которая доносилась из внутреннего кармана.
Зашёл я под козырёк небольшого магазинчика, по которому начали барабанить крупные капли дождя, затем принял звонок.
– Алексей Михайлович, доброго вечерочка, – поздоровался нотариус.
– Доброго, Николай Александрович, – ответил я ему. – Что нового?
– Новости исключительно радостные. Я вышел только что на контакт с Протасовым, замдиректора «Империала», – сообщил Войничев. – Он как раз сейчас недалеко от кафе «Берёзка». Я его уговорил встретиться. Такую возможность упускать нельзя.
– Отлично, – оценил я. – Я вам нужен?
– Как раз таки ваше присутствие желательно, – услышал я из динамика.
– Скиньте адрес, я скоро буду, – произнёс я и тут же телефон просигналил входящим сообщением.
– Уже отправил, – сказал нотариус. – Через полчаса вас устроит?
– Сейчас, – я взглянул на адрес, тут же проложил маршрут. Что ж, должен успеть. – Да, я буду у этого кафе через полчаса.
В итоге пришлось ускориться. Я спустился в подземку, миновал переход и сел в поезд. Шесть остановок, и вот я уже почти на месте.
Как раз в назначенное время я подходил к летнему кафе. Дождь внезапно прекратился, и за столиками сидели посетители. Войничева я увидел сразу же, в третьем ряду столиков. Он махнул мне рукой.
Напротив него сидел моложавый старик с залысиной. Пристальным взглядом он посматривал на меня через очки с роговой оправой.
– Прошу, присаживайтесь, Алексей Михайлович, – пригласил меня за столик Войничев и показал на старика. – Познакомьтесь, это Пётр Владимирович Протасов.
– Добрый вечер, – кивнул мне напряжённый старик, и я поздоровался в ответ. – Мне Николай Александрович уже успел рассказать о ваших интересах, я вновь озвучил сумму.
– Но она нас не устраивает, – заметил Войничев, мельком бросив на меня озадаченный взгляд.
– Да мало ли что вас не устраивает, – хмыкнул Протасов. – Цена озвучена, а там уж вам решать, идти на сделку или отказаться.
– И сколько вы хотите за участок на Суворовской двадцать четыре? – поинтересовался я.
– Постойте, там не совсем участок, – возразил замдиректора банка. – Фамильный дом, хозпостройки, сад, разведанные залежи ценного минерала.
– Вы только что назвали руины фамильным домом и хозпостройками? – удивился я. – Засохшие деревья садом? У вас очень богатая фантазия, Пётр Владимирович.
– Это не мои слова, а заключение группы оценщиков, – побледнел Протасов.
– Передайте им от меня привет и скажите, что они шарлатаны, – произнёс я.
– Не буду я им такого говорить, – покачал головой старик.
– Так какова ваша цена? – вновь спросил я.
– Сто тысяч, – холодно улыбнулся Протасов.
– Но это слишком дорого для заброшенного участка даже на Суворовской, – произнёс я, и замдиректора «Империала» тяжело вздохнул.
– Тогда я вообще не понимаю, зачем мы встречаемся, – пробурчал он, вставая со стула.
– Сядьте, прошу вас. И послушайте меня, пожалуйста, – остановил его Войничев. Старик нахмурился и с явной неохотой вернулся на своё место. – Вы никому не продадите участок за такую цену. Мой клиент прав, на участке лишь руины и засохший сад. А ваши утверждения о разведке недр, будто что-то вы там нашли, не имеют подтверждения.
– Вот же они. Вот доказательства, – Протасов достал из своего портфеля несколько листов и кинул их на стол. – Здесь всё и описано.
– Я уже ознакомился с этим заключением ранее, Пётр Владимирович, – напряжённо уставился на него нотариус. – Но ведь это фикция. Нет печатей гос образца, нет нужных подписей. Мы прекрасно знаем, что ваша организация просто хочет продать участок дороже.
– Вы обвиняете «Империал» в мошенничестве? Да как вы… – густо покраснел Протасов, затем добрался до внутреннего кармана и достал пузырёк, высыпая из него пару таблеток. Выпив их, он выдохнул. – Да как вы могли подумать?..
– Я всего лишь констатирую факты. Тридцать тысяч рублей. Вот красная цена этому поместью, – продолжал давить Войничев. – Мы можем сразу же оформить сделку и оплатить. Верно, Алексей Михайлович?
– Да, разумеется, – кивнул я. Как раз на такую сумму я и рассчитывал.
– Вы слишком настойчивы, но ничего не получится, – тихо произнёс Протасов. – Решение принимает Рогов, директор банка. Именно он настаивал на повышении суммы.
– Вы не предоставили ничего, чтобы это повышение считалось адекватным, – произнёс я, едва скрывая раздражение.
Этот старик будто издевается над ними. Он ведь может повлиять на своего босса. Я видел его лёгкую ухмылку, которую он пытался скрыть. К тому же старик нервничал. Да и Войничев тоже заметил это.
– Я понял – вы просто давите на меня, поэтому хочу прервать нашу беседу, – сухо произнёс Протасов, нервно поправляя очки.
Войничев вздохнул, затем достал из своей папки бумаги.
– Но вы её продолжите, Пётр Владимирович, – холодно произнёс нотариус. – Видит бог, я хотел договориться мирным путём. Но… не судьба.
– Что это? – уставился на распечатки замдиректора банка.
– Это часть тех документов, которые могут вас выставить перед Роговым в очень некрасивом свете, – улыбнулся Войничев.
– Да это бред! – воскликнул Протасов, хватая первый лист и пробегая его глазами, затем уже более тихим и неуверенным голосом выдавил: – Чушь и поклёп…
– Исключительно факты, – сухо произнёс нотариус. – Весной этого года вы оформили пару крупных кредитов, не ставя в известность организацию.
– Откуда… – Протасов захватал ртом воздух. – Вы ничего не докажете. Никто вам не поверит.
– Вы удивитесь, насколько быстро все документы окажутся на столе вашего начальника, – продолжал Войничев.
– Сволочи… – пробормотал старик и схватился за сердце, сминая в руках пару распечаток.
Ну а я решил проверить его текущее состояние. Выпустил диагностический щуп и уже через несколько секунд имел на руках полный расклад.
Атеросклероз второй стадии. На стенках его сосудов интенсивно формировались бляшки, или, как их называют в медицинских кругах, атеромы. Одно из плотных образований с жировым ядром внутри уменьшило просвет внутренней сонной артерии, кратковременно перекрывая её.
– У вас сейчас был микроинсульт, Пётр Владимирович, – сообщил я. – А если вы не успокоитесь, это может привести к инсульту. Всё идёт к этому.
– Откуда эт… откуд… узнали? – шумно задышал Протасов, тараща на меня глаза.
Ну вот, проблемы с речью, затуманенное зрение. Визуальные симптомы тоже присутствуют.
– Я ведь лекарь и обладаю даром, – объяснил я. – Так что успокойтесь, и предлагаю начать конструктивный диалог.
– Да, мы вам не враги, – сообщил нотариус. – Просто вы не оставили нам выбора.
Протасов вновь вытащил свои таблетки. Высыпал несколько на руку, готовясь закинуть их в рот.
– От этих таблеток вам станет только хуже, забудьте про них, – сообщил я, и старик замер.
Пришлось втянуть атеромы при помощи «Экстрактора». Я обезболил организм Протасова анестетиком настолько, чтобы он мог почувствовать моё вмешательство.
Около минуты продолжалась чистка. Старик изредка дёргался на стуле, а я убирал основные опасные очаги один за другим, затем почистил его лёгкие от последствий курения и выдохнул.
/ПОЗДРАВЛЯЕМ!
Проведена операция по удалению атеросклеротических бляшек.
Награда: +500 очков опыта.
Текущий уровень: 9 (9600/25000)/.
– Сейчас вам уже лучше, – сообщил я старику. – Считайте, что эта услуга – плата за вашу лояльность.
– Вы… вылечили меня? – уставился на меня Протасов. – Я ведь ощущал, как вы… Я себя чувствую гораздо лучше.
– Убрал то, что могло привести к инсульту и облегчил симптомы, – объяснил я ему. – А если хотите пройти полный курс чистки – приходите в «Возрождение».
Я вкратце рассказал Протасову, что убрал из его организма, и он затих на пару минут.
– Приходите в клинику, сделаем скидку, – пообещал я. – И мой вам совет – прекращайте курить, а также забудьте о вредной пище.
– Это было впечатляюще, – оценил Войничев.
– У меня просто нет слов, – Протасов аж прослезился.
– Может вернёмся к сделке? – спросил у него Войничев.
– Хорошо, я поговорю с Роговым, – пробормотал Протасов, протирая стёкла очков, затем напяливая их обратно на нос. – Его ещё надо убедить продать участок за вашу цену. Только умоляю, не говорите никому о тех кредитах. Никто не должен об этом узнать.
– Уверяю вас, ни одна душа не узнает, – пообещал Войничев. – Но всё зависит исключительно от вас. Вы ведь понимаете?
– Да-да, я понимаю, конечно, – закивал уже сговорчивый старик.
На этом мы пожали друг другу руки и попрощались с Протасовым.
– Сделка прошла шикарно, – рассмеялся нотариус. – Вас подвезти до Суворовской?
– Буду благодарен, – кивнул я.
– Как вы это сделали? Как вылечили его? – удивлённо взглянул на меня Войничев, когда мы направились в сторону его вишнёвого кадиллака.
– Как обычно. В клинике это происходит точно так же, – ответил я.
– Тогда и я к вам, пожалуй, запишусь, – натянуто улыбнулся нотариус.
На ходу Войничева сложно было диагностировать, но когда мы сели в машину, я внимательно обследовал его.
– Варикозное расширение вен на правой ноге? – улыбнулся я.
– Именно так, – печально взглянул на меня нотариус. – И уже третий лекарь не знает, что с этим делать. А к целителям обращаться даже для меня слишком накладно.
– Приходите, посмотрим, что можно сделать, – пригласил я его.
Всю дорогу Войничев рассказывал, как уламывал Протасова о встрече. Упрямый оказался старик, с характером. Вот и пришлось нотариусу по своим каналам накопать компромат, который и пришлось использовать на встрече.
Далее я вышел у ворот поместья, попрощался с Войничевым. Тот пообещал держать меня в курсе.
Вернувшись в фамильный дом, я сразу же принял душ и отправился на ужин, к гостевому дому, откуда уже раздавались голоса коллег и стук столовых приборов.
Вечер завершился обыденно. Поговорив на общие темы, я отправился отдыхать, и упал на диван, засыпая буквально через пару минут.
* * *
День спустя
Сегодня отработал я штатно. День прошёл настолько ровно, что и вспомнить особо нечего. В итоге двадцать пять пациентов и ещё полторы тысячи очков в копилку опыта.
А сейчас я добрался до поместья Новикова. Пуля хотел притопить, минуя массивные ворота, но я остепенил его. Ещё не хватало всполошить гостей.
Добравшись до стоянки, на которой уже было не протолкнуться от автомобилей, мы остановились между белым лимузином и спортивной «Волгой».
– Ну всё, Олег, я напишу, когда забрать, – напоследок сказал я здоровяку, который осматривал крутые тачки. – Олег, ку-ку.
