Текст книги "Имперский повар 7 (СИ)"

Автор книги: Сергей Карелин

Соавторы: Вадим Фарг
сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)

В ту же самую секунду врата кулинарного ада распахнулись прямо на моём языке.

Мои рецепторы буквально взорвались от невыносимой боли. Это был не острый вкус, а чистый, стопроцентный концентрированный ад. Внутри не было ни грамма мяса. Там скрывалась жуткая, смертоносная смесь из чёрного перца, соли и безумной дозы перца чили. У меня возникло такое стойкое ощущение, будто я случайно проглотил кусок раскалённого добела угля вперемешку с битым стеклом. Обжигающий жар моментально ударил в нос и спустился вниз по горлу, а глаза мгновенно налились предательскими слезами.

Я перестал дышать.

На кухне внезапно повисла гробовая тишина. Я краем глаза заметил, что моя команда перестала смеяться и внимательно смотрит прямо на меня. Они увидели, как я замер, как неестественно напряглись мои плечи и как блеснула влага в моих глазах. Они всё поняли. Их грозный шеф вытащил несчастливый билет в этой кулинарной рулетке.

Мой внутренний голос отчаянно кричал и требовал немедленно выплюнуть эту кислоту на тарелку, схватить кувшин с водой и залить этот чудовищный пожар. Но я не мог себе этого позволить. Я был их лидером. Я был Арсением Вольским, который прошёл через самые жёсткие жернова столичного ресторанного бизнеса. Как шеф, я категорически не мог позволить себе потерять лицо перед подчинёнными из-за какого-то острого перца.

Поэтому включил всю силу воли. Я заставил мышцы расслабиться. Ни один мускул на моём лице не дрогнул. Я сохранял абсолютно непроницаемое спокойствие.

Начал жевать. Медленно и ритмично. Каждое движение челюсти высвобождало новую порцию обжигающего капсаицина, но я упрямо продолжал свою работу. Мозг сигнализировал о сильном химическом ожоге, но я просто игнорировал эту боль. Я тщательно пережевал всю смесь.

Затем сделал судорожный глоток. Магма медленно потекла по моему пищеводу, оставляя за собой огненный след прямо до самого желудка. Я с достоинством положил вилку на край тарелки. Взял белоснежную льняную салфетку и очень элегантно промокнул пылающие губы.

Моё тело всё же взяло небольшую физиологическую дань. По щеке медленно скатилась одна-единственная слезинка. Она прочертила влажную дорожку и упала прямо на воротник кителя.

Я посмотрел на свою притихшую команду спокойным взглядом.

– Текстура теста превосходна, – мой голос прозвучал удивительно чётко, без малейшего намёка на дрожь или хрипоту, хотя моё горло всё ещё нещадно пылало. – Хотя вкусовой профиль в этом конкретном экземпляре оказался весьма агрессивен. Кто автор данного произведения?

Команда замерла на секунду. Они переваривали тот факт, что их командир только что съел настоящую перечную бомбу, от которой здоровые мужики плачут навзрыд, и даже не поморщился.

А затем вся кухня буквально взорвалась. Грянули оглушительные овации. Повара громко хлопали в ладоши, стучали ложками по столу и заразительно смеялись. Стажёры смотрели на меня с таким искренним восхищением, словно я только что голыми руками одолел свирепого зверя. Лицо Миши светилось от гордости за своего шефа. Захар громко гоготал раскатистым басом, а Лейла одобрительно покачала головой, признавая мою железную выдержку.

В этот момент нервное напряжение последних дней спало окончательно. Оно растворилось без остатка в этом громком смехе и звоне посуды. Мы были не только коллегами по работе, но ещё и настоящей, крепкой семьёй, которая готова вместе смеяться над трудностями и поддерживать друг друга в любой беде.

Я сидел во главе стола, смотрел на их светлые улыбающиеся лица и чувствовал, как внутри меня разливается огромное, приятное тепло. И это было тепло не только от жгучего перца чили в моём желудке. Это была настоящая гордость за тех людей, которых я собрал вокруг себя.

Глава 24

Иногда самый сложный кулинарный рецепт кроется не в идеальном соусе, а в умении вовремя открыть нужную дверь тому, кто в ней искренне нуждается.

Я сидел за столом в своём кабинете. Настольная лампа бросала длинные тени на исписанные листы бумаги. До новогодней ночи оставалось всего-ничего, и я вносил последние, самые важные штрихи в праздничное меню. Любому хорошему банкету обязательно нужен свой признанный король. И в этот раз я решил сделать главную ставку на старую добрую классику, на авторский салат Оливье.

Но это не будет та унылая, плавающая в дешёвом майонезе мешанина из колбасы и овощей, к которой привыкли многие местные жители. Я собирался вернуть этому блюду его историческую гордость. Мясистые, сладковатые раковые шейки, которые дадут великолепную нежную текстуру. Для хруста я решил использовать мочёную антоновку. Её бодрящая кислотность отлично сбалансирует общую жирность. Затем пойдёт связующее звено. Домашний майонез, взбитый вручную с добавлением острой горчицы. И самый главный контраст, мощный финальный аккорд. Я добавлю туда свежую микрозелень, которую мне доставили из теплиц «Гильдии». Этот свежий вкус вдохнёт в старый рецепт новую жизнь.

Я отложил ручку и удовлетворённо потёр уставшие глаза. Внезапно в тишине раздался тихий стук в двери кафе. Я удивился, но всё же поднялся и вышел в зал, чтобы открыть дверь. На пороге стояла высокая фигура, закутанная в тёмный плащ. Капюшон был низко надвинут на глаза, а на плечах лежал пушистый снег. Незнакомец быстро скользнул внутрь помещения и закрыл за собой дверь. Откинул капюшон, и я сразу увидел аккуратную эспаньолку и пронзительные серые глаза фон Адлера.

– Барон? – я удивлённо поднял брови. – Почему такая строгая секретность? Вы похожи на опасного контрабандиста, который скрывается от ночного патруля.

Фон Адлер виновато улыбнулся и отряхнул снег.

– Прошу прощения за этот поздний визит и излишнюю театральность, Игорь. Но мы ведь договаривались, что я стану вашим тайным Дедом Морозом. Если бы я пришёл днём через парадный вход, ваши очаровательные дамы непременно бы меня заметили. А я категорически не хочу портить им приятный сюрприз раньше положенного времени.

Он подошёл к моему столу и бережно поставил на него небольшой кожаный саквояж. Его длинные пальцы ловко щёлкнули замками. Внутри, на мягкой подкладке, лежали шесть бархатных коробочек. Каждая была перевязана тонкой серебряной лентой и скреплена печатью из сургуча.

– Я подготовил эксклюзивные подарки, – тихо произнёс барон, доставая коробочки одну за другой. – Каждый аромат абсолютно уникален и создан лично мной. Никакой магии, Игорь. Только чистая природа, сложная химия и моё скромное мастерство.

Он указал на первую коробку тёмно-бордового цвета.

– Это для вашего блестящего продюсера, для Светланы. Верхние ноты состоят из горького апельсина, они очень резкие и бодрящие. А базовая нота отдаёт холодным металлом и сталью. Это идеальный запах для красивой женщины, которая управляет людьми железной рукой, но всегда выглядит абсолютно безупречно.

Затем он коснулся чёрной бархатной коробочки.

– Это для Лейлы, вашего сурового администратора. Густая южная ночь, тёмные терпкие специи и тёплый сандал. Это настоящий аромат для гордой принцессы в изгнании, которая привыкла прятать острый кинжал под складками своего красивого платья.

Мои глаза невольно расширились от удивления, но барон спокойно продолжил, указывая на бежевую коробку.

– Для вашей замечательной сестры Насти я приготовил совершенно иное. Уютный, успокаивающий запах тёплого свежеиспечённого хлеба и сладкой ванили. Это запах родного дома, полной безопасности и искренней заботы.

Он перевёл палец на ярко-красную коробку.

– Для Даши, вашей огненной воительницы с кухни. Ноты трещащего лесного костра, сладкой паприки и лёгкого древесного дыма. Запах для той, кто совершенно не боится тяжёлой работы и горячего пламени.

Затем настала очередь глубокой фиолетовой коробочки.

– Для вашей таинственной знакомой Вероники. Одурманивающая дикая полынь, резкий запах летней грозы и чистый озон. Крайне опасный, но невероятно притягательный аромат.

И, наконец, он притронулся к последней, ярко-жёлтой коробочке.

– А это для Саши, вашего юного технического гения. Дерзкие, взрывные цитрусы, металлический аккорд и синтетическая нота мощного энергетика. Яркая смесь для очень быстрого ума.

Я стоял молча, совершенно поражённый услышанным. Я переводил взгляд с красивых подарочных коробочек на уставшее лицо аристократа.

– Откуда вы всё это знаете, барон? – задал я логичный вопрос. – Вы ведь даже не видели большинство из этих людей вживую. Вы с ними никогда не общались, чтобы так точно понять их сложные характеры.

Фон Адлер мягко и по-доброму улыбнулся.

– Я просто внимательно читаю городские слухи, Игорь. Вы сейчас самая настоящая звезда в нашей холодной столице. А ваши верные люди, это ваш личный шлейф. Они постоянно оставляют свой невидимый след в воздухе, прямо как хорошие дорогие духи. Я лишь собрал этот след и аккуратно закупорил его в стеклянные флаконы.

Я был тронут его вниманием к таким мелким деталям. Открыл ящик стола и достал оттуда конверт с деньгами.

– Это феноменальный труд, барон, – я протянул ему заработанное честным трудом. – Здесь ваша полная оплата, а также щедрая премия за срочность и гениальное исполнение.

Но фон Адлер почему-то совершенно не спешил брать деньги. Он неуверенно переминался с ноги на ногу. Его руки нервно теребили край плаща. Я чётко видел, как его аристократическая гордость сейчас ведёт тяжёлую борьбу с каким-то отчаянием.

– Игорь, – его голос слегка дрогнул. – У меня есть к вам одна огромная просьба. Одолжение, которое не измерить никакими деньгами.

Я медленно положил конверт на стол и внимательно посмотрел на собеседника.

– Я вас очень внимательно слушаю.

Он тяжело и прерывисто вздохнул, собираясь с мыслями.

– Завтра в город приезжает моя единственная дочь. Мы не разговаривали с ней пять долгих лет. Это была очень глупая и горькая семейная ссора. Но теперь она возвращается, и я отчаянно хочу всё исправить. Я хочу показать ей, что я полностью изменился. Самое лучшее место в столице сейчас, это ваша «Империя Вкуса». Но я прекрасно знаю, что все столики в зале давно забронированы на недели вперёд.

Он указал дрожащим пальцем на конверт с деньгами.

– Оставьте эти деньги себе, Игорь. Просто умоляю вас, найдите небольшой светлый уголок для старого дурака и его дочери в эту новогоднюю ночь.

Я долго смотрел на мастера, который был готов пожертвовать своим заработком и гордостью ради простого семейного ужина. Потом взял конверт и уверенно пододвинул его прямо к барону.

– Труд настоящего мастера всегда должен быть справедливо оплачен, барон, – твёрдо сказал я. – Забирайте деньги. Вы их честно заслужили.

Его лицо сильно побледнело, он явно подумал, что я окончательно отказываю ему в просьбе.

– А что касается отцов и детей, – я немного смягчил голос и тепло улыбнулся. – Эти вещи находятся совершенно вне кассы. Вы знаете, любой умный ресторатор всегда держит в запасе один резервный столик. Он не числится в общих списках и нужен только для экстренных гостей.

Я обошёл стол и протянул руку.

– В эту новогоднюю ночь этот столик ваш, барон.

В глазах старого парфюмера блеснули настоящие слёзы. Он крепко сжал мою ладонь в ответ.

– Спасибо, Игорь, – благодарно пробормотал фон Адлер. – Огромное вам спасибо. Вы даже не представляете, насколько это для меня важно.

– Всегда рад помочь хорошему человеку, – улыбнулся я. – Надеюсь, наша дружба продлится ещё долгие года.

– О, на этот счёт не переживайте. У меня слишком хорошая память, и вашу доброту я никогда не забуду.

Мы по-дружески распрощались. Я проводил его до двери, барон ещё раз поблагодарил, накинул на голову тёмный капюшон и быстро вышел из кафе, оставив после себя лишь едва уловимый приятный аромат дорогого парфюма.

Я остался один. В зале было тепло и спокойно. Я потянулся, разминая затёкшие уставшие плечи, и оглянулся по сторонам.

– Рат, ты где прячешься, прожорливая серая морда? – позвал я своего фамильяра. – Выходи, у меня остался кусок отличного сыра.

Но в ответ стояла мёртвая тишина. Рата нигде не было, что было совершенно на него не похоже. Обычно он всегда преданно ждал меня после смены, чтобы доложить свежие городские новости и плотно поужинать.

Внезапно из вентиляционной решётки под потолком раздался металлический скрежет. Я резко поднял голову. Решётка задрожала, её крепления жалобно заскрипели. А затем она с громким звоном вылетела наружу. Из тёмной зияющей дыры на пол с жутким грохотом вывалилось нечто большое, полностью покрытое серой паутиной.

Я стоял посреди зала и удивлённо смотрел на грязный свёрток. Густое облако пыли медленно оседало на чистый пол. Из образовавшейся дыры показалась знакомая усатая морда. Рат громко чихнул, ловко спрыгнул на шкаф и перебрался на стол. Он брезгливо отряхнул серую шёрстку от налипшей паутины.

– Ну и грязища в этих столичных перекрытиях. Хозяева совершенно не следят за чистотой вентиляции.

Я осторожно подошёл к лежащему на полу предмету. Это было нечто продолговатое, плотно замотанное в старую истлевшую тряпку.

– Что это такое, Рат?

Я аккуратно раздвинул края грязной ткани носком ботинка.

Крыс гордо выпятил грудь и самодовольно пошевелил длинными усами.

– Мои парни сегодня ночью вскрыли заваленный подвал старого особняка на самой окраине города. Там оказался винный погреб, про который все местные аристократы забыли ещё сто лет назад. Мы долго копались в завалах. И вот, это «Слеза Императора». Выдержка больше ста лет, если верить этикетке. Это наш подарок тебе на Новый год, шеф. Мы, крысы, вино не пьём, нам от кислого брожения становится дурно. Но мы прекрасно знаем, что вы, люди, за эту редкую стеклотару готовы убить кого угодно.

Я присел на корточки и предельно бережно взял бутылку в руки. Она была очень тяжёлой, сделанной из толстого тёмного стекла. Горлышко было залито толстым слоем сургуча. Сквозь слой пыли едва проступала выцветшая этикетка с имперским гербом. Я прекрасно знал из городских слухов про это вино. «Слеза Императора» считалась настоящей легендой. Это коллекционное вино стоило баснословных денег, его было практически невозможно достать даже на чёрном рынке.

Я перевёл потрясённый взгляд на своего пушистого шпиона.

– Рат, это же невероятное сокровище.

Моё сердце радостно дрогнуло. Эта хвостатая армия оказалась куда более преданной и благородной, чем большинство столичных аристократов в дорогих костюмах. Я бережно поставил бутылку на стол и решительно сдёрнул с вешалки рабочий фартук.

– Рат, твои парни заслужили самый лучший праздничный пир. Сколько их там у тебя сейчас в подчинении?

– Около сотни крепких бойцов, шеф, – довольно пискнул Рат и быстро посеменил за мной следом. – Все очень голодные и ждут моего сигнала в подворотне.

– Зови всех к задней двери ресторана. Сегодня мы устроим вам настоящий королевский ужин.

Мы прошли на просторную кухню. Я включил свет и сразу направился к холодильнику. Внимательно осмотрел свои запасы и выбрал огромный кусок говядины. Мясо имело насыщенный тёмно-красный цвет. Оно было пронизано красивыми тонкими прожилками, они напоминали сложный морозный узор на зимнем окне.

– Что мы будем готовить, шеф?

Рат с любопытством запрыгнул на соседний металлический стол. Его нос жадно задвигался, вдыхая шикарный мясной аромат.

– Мы будем делать исполинский стейк тартар, – ответил я и погладил гладкую рукоять ножа. – Это идеальное блюдо для настоящих хищников. Никакой термической обработки, только чистый вкус первозданного мяса и правильные акценты.

Я мог бы легко пропустить говядину через мощную электрическую мясорубку, это заняло бы всего пару минут. Но я никогда так не делал с хорошим продуктом.

– Никаких мясорубок, Рат. Железные шнеки безжалостно мнут и рвут нежные волокна, они выдавливают все соки и превращают благородное мясо в унылую кашу. Настоящий классический тартар рубится только острым ножом. Это долго, это тяжело, но результат того стоит.

И я приступил к работе. Мои движения были быстрыми, ритмичными и максимально точными. Сначала я нарезал кусок на широкие пласты толщиной в полсантиметра. Затем распустил эти пласты на длинные ровные полоски. А после этого начал методично рубить их поперёк, превращая мясо в крошечные аккуратные кубики. Лезвие ножа звонко и часто стучало по деревянной доске, создавая своеобразную кухонную музыку. Мясо сохраняло свою упругую текстуру, не теряя ни капли драгоценного сока.

Когда огромная гора рубленой говядины была полностью готова, я переложил её в глубокую металлическую полусферу. Теперь наступило время магии правильных мелочей.

Я быстро и очень мелко нашинковал несколько головок лука-шалота. Он даст блюду лёгкую приятную сладость и звонкий хруст. Следом на доску отправилась большая горсть маринованных каперсов. Порубил их ножом, чтобы они пустили свой резкий пикантный сок. Всё это отправилось в миску к мясу.

– Теперь нам нужно хорошее связующее звено.

Достал из холодильника лоток с перепелиными яйцами.

Аккуратно отделил маленькие желтки от белков. Желтки полетели в мясную массу, придавая ей невероятную насыщенность и шелковистую жирность. Туда же я добавил несколько ложек дижонской горчицы, она отлично подчёркивает вкус сырой говядины. Немного свежемолотого чёрного перца, хорошая щепотка крупной соли. И финальный решающий штрих. Я достал маленькую стеклянную бутылочку и капнул в миску совсем немного трюфельного масла (да, да, сотрудничество с контрабандистами идёт лучше, чем я предполагал). Его сложный роскошный аромат мгновенно заполнил всё пространство кухни, заставляя Рата возбуждённо сглотнуть слюну.

Я надел чистые перчатки и начал очень бережно вымешивать тартар руками. Не давил мясо, а лишь нежно переворачивал его, заставляя все ингредиенты подружиться между собой. Масса становилась глянцевой, переливаясь рубиновыми и золотистыми оттенками под яркими лампами. Запах стоял просто умопомрачительный.

– Готово, – я снял перчатки и вытер лоб рукавом. – Теперь нужно всё это правильно упаковать.

Достал из подсобки несколько десятков пластиковых контейнеров и начал быстро раскладывать тартар щедрыми порциями. Каждая из них выглядела как настоящий шедевр кулинарного искусства. Закрыл контейнеры и сложил их в картонные коробки.

Мы вышли к задней двери ресторана. На улице шёл снег, укрывая переулки белым ковром. В глубокой темноте подворотни светились десятки маленьких блестящих глаз. Крысиная разведка терпеливо ждала своего командира.

Я поставил коробки на заснеженные ступеньки крыльца.

– Передай своим ребятам, Рат. Пусть они чётко знают, что работают на правильного шефа. Вы моя самая надёжная опора в этом холодном городе. Сегодня у них настоящий элитный ужин. Наслаждайтесь, парни.

Из темноты вышли несколько крупных серых крыс. Они ловко подхватили зубами ручки картонных коробок и потащили их в безопасное укрытие. Рат остался сидеть на верхней ступеньке. Он встал на задние лапы и отвесил мне совершенно человеческий поклон.

– Спасибо, Игорь, – пискнул мой фамильяр. – Мы никогда не забудем твою доброту.

Крыс развернулся и скрылся в снежной пелене, спеша присоединиться к своему законному пиру. Я стоял на морозном воздухе, вдыхая запах зимы, и чувствовал невероятное спокойствие. У меня было дорогое коллекционное вино, у меня была верная команда, и у меня был чёткий план. Я был полностью готов к встрече с графом Яровым.

Глава 25

Даже на загруженной кухне нужно находить время для своих людей, ведь голодная команда, это шаг к провалу.

Вечер тридцатого декабря выдался сумасшедшим. Снег падал за окнами, но внутри кафе «Империя Вкуса» творилось нечто. У нас была полная посадка. Зал гудел от разговоров, звона бокалов и стука приборов. Официанты носились между столиками.

На кухне стояла жара. Воздух пропитался запахами мяса, соусов и пряностей. Моя команда работала на пределе сил. Захар рубил овощи тесаком. Его лысая голова блестела от пота. Тамара собирала заказы на раздаче. Стажёр Миша носился с кастрюлями, стараясь никого не сбить с ног.

– Шеф, три стейка на пятый столик! – крикнула Тамара.

– Принял, отдаём через семь минут, – ответил я, не отрываясь от сковороды. – Захар, как там соусы?

– Всё кипит, командир, – буркнул здоровяк, помешивая варево в сотейнике.

Я понимал, что ребята валятся с ног от усталости. Завтра нас ждал ещё более тяжёлый день. Нам предстоял телемост с моим родным Зареченском и обслуживание новогоднего банкета. Мне было необходимо накормить команду ужином после смены. Но времени на долгую готовку у меня не было. Работа кипела. Я решил сделать жареные креветки с чесноком параллельно с заказами. Это простое и быстрое блюдо. Испанские рыбаки всегда знали толк в хорошей еде.

Я достал из холодильника миску с тигровыми креветками. Они уже были разморожены. Встал с краю стола, чтобы не мешать Тамаре, и начал их чистить.

В этот момент на кухню влетел Эдуард. Его укладка растрепалась от беготни по залу. На рукаве красовалось пятно от соуса.

– Шеф, седьмой столик жалуется, что салат холодный, – протянул он, поправляя галстук.

Я посмотрел на него.

– Эдуард, это холодная закуска. Она и должна быть холодной по рецепту. Иди и объясни это гостям, пока я не сделал холодным тебя. И не смей путать заказы.

Эдуард сглотнул и скрылся за дверью. Шпион из него был так себе, но сейчас каждый человек был на счету.

Я продолжил чистить морепродукты. Отрывал креветкам головы и снимал панцири. Затем поддевал ножом и удалял вену на спинке. Это важный шаг, иначе песок будет скрипеть на зубах. Креветки получались чистыми, и я сложил их в посуду.

Работа на кухне не останавливалась.

– Тамара, забирай утку! – скомандовал я, пододвигая к ней тарелку.

– Забрала, шеф, – отозвалась женщина, украшая блюдо веточкой тимьяна.

Я взял несколько зубчиков чеснока. Очистил их от шелухи. Мелко порубил и отправил в пиалку. Достал перец горошком, соль и сухой розмарин. Отложил в сторону стручок перца чили. Остроту нужно было контролировать, чтобы не сжечь ребятам желудки.

Я поставил на конфорку сковороду и налил растительного масла. Огонь включил на максимум.

– Миша, не зевай! Следи за пастой! – крикнул я.

– Извини, шеф, – пискнул Миша и бросился к плите.

Масло нагрелось. Я выложил креветки в кипящее масло. Раздался шипящий звук и кухня наполнилась ароматом морепродуктов.

Креветки начали краснеть. Как только они поменяли цвет, я добавил к ним измельчённый чеснок. Быстро перемешал лопаткой. Чеснок не должен был подгореть, иначе появится горечь. Затем я бросил в сковороду перец горошком, немного перца чили, соль и розмарин.

– Чем это так вкусно пахнет? – басом спросил Захар.

– Наш ужин, Захар. Скоро будем есть, – подбодрил я су-шефа.

Специи раскрыли свой аромат. Запах чеснока и розмарина смешался в отличную композицию. Розмарин и перец придавали блюду изюминку. Я жарил креветки ровно две минуты, постоянно помешивая их лопаткой. Они быстро свернулись в колечки. Это был главный признак готовности. Если передержать моллюсков на огне, они станут резиновыми. И после выключил плиту.

Я переложил креветки в тарелку. Постарался оставить перец горошком в сковороде. Свою функцию он уже выполнил. Сбрызнул креветки соком лимона и посыпал зеленью. Блюдо выглядело отлично.

Когда последний гость покинул кафе, Лейла закрыла дверь на ключ. Мы перевернули табличку на слово «Закрыто». Команда выдохнула с облегчением. Все собрались вокруг стола на кухне. Официанты, посудомойщицы, повара.

Я поставил тарелку с креветками в центр стола. Рядом поставил соусник с томатным соусом и нарезал багет.

– Налетайте, ребята. Вы это заслужили, – сказал я, снимая фартук.

Все набросились на еду. Было слышно только чавканье и хруст хлеба. Креветки получились сочными, острыми и нежными. Чеснок и розмарин дополняли вкус морепродуктов. Лейла макала кусок багета в томатный соус. Захар ел креветки горстями. Миша старался есть аккуратно, но перепачкался в соусе. Лица моих людей раскраснелись от усталости и еды, но они выглядели счастливыми.

Когда тарелка опустела, я налил себе воды в стакан и поднялся со своего места. Разговоры стихли. Десятки глаз смотрели на меня с ожиданием.

– Завтра будет тяжёлый день, – начал я, обводя взглядом команду. – Завтра мы должны накормить полный зал гостей. Плюс мы проводим телемост с Зареченском. Камеры будут снимать каждый наш шаг. Это ответственность. Но главное заключается в другом. Завтра меня здесь не будет.

По кухне прокатился гул удивления.

– Я иду прямо в логово графа Ярового, – твёрдо сказал я. – На его бал. Я должен показать «Альянсу», что мы их не боимся. Но кафе не должно останавливать работу ни на минуту. Завтра корабль поведёте вы.

Я посмотрел на су-шефов.

– Тамара, Захар. Завтра вы два капитана на кухне. Ваше слово, это закон для всех. Лейла, ты штурман. Ты держишь зал. Никто не смеет спорить с твоими решениями. Вы должны работать слаженно.

Повисла тишина. Никто не улыбался. Все понимали ставки этой игры.

Тамара поднялась со стула. Её взгляд был серьёзным и холодным.

– Иди, шеф, – её голос звучал твёрдо. – Делай то, что должен. Мы удержим периметр. Я гарантирую, что ни одна мышь не проскочит на кухню.

Она усмехнулась.

– Ну, кроме «неприметных» шпионов. Мы им особо не мешаем.

Ребята засмеялись, напряжение спало. Захар кивнул головой. Миша смотрел на меня с обожанием. Лейла прокручивала в уме планы обороны. Моя команда была готова к бою.

* * *

Наступило тридцать первое декабря. Город готовился к празднику. Персонал кафе работал с самого утра, не покладая рук.

Зал был вновь забит до отвала. Праздник набирал обороты. Знатные гости в шикарных вечерних нарядах, дорогие платья, сверкающие драгоценности, всё это слилось в одну пёструю и шумную толпу. Официанты ловко лавировали между плотно стоящими столиками, разнося тяжёлые подносы с нашими лучшими блюдами. В воздухе витал невероятный густой аромат запечённого мяса, пикантных соусов, свежих пряных трав и очень дорогих терпких духов.

Но самое главное чудо этой ночи происходило не на столах, а прямо на стенах. Огромные плазменные панели, установленные по всему периметру зала, ярко светились. Наш совершенно безумный телемост с далёким провинциальным Зареченском работал безупречно. Техника, настроенная Сашей Додой, стойко выдерживала мощный магический фон, глушащий сигналы в этом районе. Мы полностью стёрли границы между городами. Я с гордостью смотрел на экраны и видел свой родной «Очаг». Там тоже кипела бурная жизнь, ничуть не уступая столичной суете. Люди за столиками в губернской столице и провинции радостно поднимали бокалы, громко смеялись и чокались друг с другом прямо через стеклянные мониторы. Это было невероятное зрелище, разрушающее все привычные законы этого закостенелого мира.

Я медленно подошёл ближе к одному из центральных экранов. Настя стояла возле горячей раздачи и счастливо махала мне рукой. Её глаза блестели от неподдельной радости. Рядом с ней прыгала неугомонная Даша. Она крепко держала в руке тяжёлый поварской нож и показывала большой палец вверх.

– С наступающим праздником, столица! – звонко крикнула Даша прямо в объектив камеры, легко перекрывая общий гул заведения. – Мы тут тоже не пальцем деланные!

Они справлялись просто отлично. Моя команда работала как единый организм, даже находясь за сотни километров от своего шефа. Я удовлетворённо кивнул им в ответ и повернулся обратно к залу.

Мой цепкий взгляд невольно зацепился за резервный столик в дальнем углу. Там сидел барон фон Адлер. Напротив него сидела симпатичная девушка в скромном, но очень элегантном тёмном платье. Они неловко, но удивительно тепло держались за руки поверх белой скатерти. Перед ними стояли почти пустые тарелки от моего фирменного Оливье.

Долгие годы глупой семейной ссоры растворялись прямо сейчас, за тарелкой вкусной и честной еды. Барон случайно заметил мой взгляд. Он медленно поднял бокал с вином и одними губами: «Спасибо». Я ответил ему коротким кивком. Ради таких моментов и стоило терпеть все эти перегрузки, недосыпы и бороться с надменной аристократией. Правильная еда объединяет людей лучше любой магии.

Моё кафе находился в надёжных руках. Тамара и Захар уверенно командовали на кухне. Они не подпустят к своим раскалённым плитам ни одного врага или продажного инспектора. Я мог со спокойной душой оставить свою крепость.

Я прошёл через зал, стараясь не привлекать лишнего внимания, и скрылся в своём кабинете. Внутри было привычно тихо и прохладно. Я подошёл к вешалке в углу и аккуратно расстегнул молнию на защитном чехле. Мой парадный мундир покорно ждал своего звёздного часа.

Быстро стянул с себя рабочую куртку. Затем бережно надел белоснежный китель, в очередной раз отметив, что Соломон всё-таки гений в своём деле. Плотная ткань легла на мои плечи просто идеально. Я застегнул блестящие пуговицы, заметив про себя, что каждая из них словно добавляла мне реального веса в обществе. Повернулся к большому зеркалу на стене. Оттуда на меня смотрел не молодой и дерзкий повар из далёкой провинции. Это был уверенный в себе главнокомандующий, полностью готовый к решающему бою. У меня не было никакого страха, остался только холодный и трезвый расчёт. Я стал настоящей силой, с которой им придётся считаться.

Дверь кабинета открылась без единого стука. На пороге одновременно появились Света и Лейла. Они обе выглядели напряжёнными, отлично понимая всю тяжесть моего визита на бал.

Света сделала пару быстрых шагов и подошла ко мне вплотную. Она внимательно осмотрела мой наряд и привычным женским жестом поправила жёсткий воротник, хотя он и так стоял идеально ровно. В её глазах горел боевой азарт профессионального продюсера.

– Выглядишь просто потрясающе, Игорь, – твёрдо сказала она, похлопав меня по плечу. – Порви их там всех. Покажи им, что такое настоящая империя вкуса. Пусть они подавятся своими химическими порошками и дешёвыми ресторанными иллюзиями.

Лейла осталась стоять у двери. Её лицо оставалось непроницаемой маской, но тёмные глаза выдавали беспокойство. Она знала гнилые нравы аристократов гораздо лучше, чем кто-либо другой из нашей команды.

– Будь предельно осторожен, Белославов, – тихо произнесла бывшая шпионка, скрестив руки на груди. – Не ешь то, что они тебе предложат и назовут красивой иллюзией. Эта грязная магия может легко сломать твой разум и подчинить волю Яровому. Верь только самому себе, своей крепкой интуиции и своим собственным чувствам.

– Я всё прекрасно понял, Лейла, —спокойно ответил я. – Ни один маг в этой империи не сможет обмануть мои опытные рецепторы.

Подошёл к небольшому личному холодильнику, что стоял в углу кабинета. Там лежал подарок для графа. Почему-то мне показалось, что-то, что я приготовил, обязательно сегодня понадобится. Как потом оказалось, я был прав.