Текст книги "Друид Нижнего мира (СИ)"

Автор книги: Сергей Карелин

Соавторы: Егор Золотарев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц)

Глава 9

С помощью звука «о-м-м-м» я настраиваюсь на вибрацию природы и открываю канал общения с духами зверей и деревьев. Именно поэтому мой белоснежный щенок замер, неотрывно глядя на меня, а рядом с ним возник полупрозрачный двойник, видимый лишь мне. Это был тот самый дух зверя, которому на самом деле много тысяч лет. Он всего лишь переродился в новом обличии.

«Назови свое истинное имя», – мысленно велел я.

«Меня зовут Вейл», – послышался глубокий низкий голос.

«Рад познакомиться с тобой, Вейл. Называй меня друид Орвин Мудрый. Я беру тебя под свою опеку».

«Благодарю». – Дух низко опустил голову и пропал, а щенок счастливо завизжал и замахал хвостиком.

Вот и познакомились.

Теперь, где бы я ни очутился, я смогу обратиться к Вейлу и он явится ко мне. Он тоже может позвать меня на помощь. Мы крепко связаны друг с другом. Эта связь прервется, только когда один из нас умрет.

Взял щенка на руки и прижал к себе. Кроме имени духа, мне нужно дать ему обычное имя, которым буду называть я и окружающие. У Егора никогда не было собаки, поэтому я даже не знал, какие имена в этом мире дают собакам.

В это время дверь моей комнаты открылась и показалась Анна.

– Сынок, отец уже спит, – прошептала она и протянула мне тарелку, в которой лежали пять вареников. – Ешь. Только ему ни слова.

– Спасибо… мама, – я снова сделал усилие, чтобы выдавить последнее слово, и забрал тарелку. – Слушай, а как мне назвать щенка?

Анна зашла, прикрыла за собой дверь и опустилась на кровать рядом с засыпающим щенком.

– Это кобель?

– Да.

– Тогда можно назвать Полкан или Дружок. Хотя… такие обычные имена не подойдут такому белоснежному псу. – Она задумалась, поглаживая пальцем мохнатый бок щенка. – Снежок или…

– Призрак! – озарило меня.

– Да, пожалуй, Призрак подойдет, – кивнула она, встала и указала на тарелку: – Когда съешь – отнеси посуду на кухню.

Она вышла, а я друг за другом съел все вареники. Мягкое тесто, солоноватая картофельная начинка с жареным луком и щепоткой трав – просто объеденье! На данный момент это самое вкусное, что я ел в этом мире.

Пяти вареников не хватило, чтобы утолить голод, но было лучше, чем ничего. Я отнес тарелку на кухню и выпросил у Авдотьи старое полотенце для подстилки Призраку. Она поворчала, но вытащила из шкафа большое махровое полотенце с мелкими дырками и неотстирывающимися пятнами и протянула со словами:

– Если этот твой Призрак будет гадить в доме, я его на улицу выкину.

– Он не будет гадить в доме, – заверил я, забрал полотенце и вернулся в комнату.

Щенок даже не проснулся, когда я перекладывал его с кровати на подстилку. Похоже, он очень устал после общения со мной, ведь для того, чтобы дух явился, не только я потратил энергию, но и он сам.

* * *

На следующий день поднялся, едва посветлело небо. Я не был уверен, что охотник выполнит мою просьбу и принесет ветку, но очень хотел поприсутствовать при их возвращении из Дебрей. Мне было любопытно, что они смогли добыть за ночь.

– Ты чего так рано? – удивился Иван, когда я одетым вышел из комнаты и двинулся к выходу.

Я обернулся и увидел его сонного в дверях спальни.

– Хочу встретить охотников.

– Они так рано не возвращаются. Обычно не раньше десяти часов, а сейчас, – он сделал шаг назад в комнату и взглянул на часы, – всего четыре утра.

– Подожду, – ответил я, откинул крючок на двери и взялся за ручку.

– Ты помнишь про наш уговор? – строго спросил он.

– Про десять рублей к концу недели? – уточнил я, Иван кивнул. – Да, помню.

– Сильно не привязывайся к щенку. Если денег не будет – вернешь старику Полугрудову.

Я ничего не ответил и вышел на улицу. Как ему объяснить, что теперь мы с Призраком связаны до конца жизни? Никак.

Когда собирался, щенок спал, дергая во сне лапками, поэтому я не стал его будить. Все равно он еще мал и далеко не уйдет – придется на руках его таскать. А я все же надеялся, что вернусь домой не с пустыми руками.

Спустился с крыльца и двинулся к калитке. Воздух был влажный и свежий после ночи. На траве поблескивала роса, издали слышался птичий гомон.

Если охотники возвращаются не раньше десяти, то у меня достаточно свободного времени, чтобы осмотреть общину. Я вышел из калитки и не спеша направился в противоположную сторону от ворот. Туда, где еще не был.

Проходя мимо колодца, невольно задержал дыхание. Смердело от него намного меньше, но вонь все равно осталась. Тот фильтр, что я соорудил, – всего лишь временная мера. Полностью очистить колодец поможет лишь магия друида, но у меня сейчас очень мало энергии, поэтому ничего не получится.

Вскоре я увидел сооружение, которое при ближайшем рассмотрении оказалось сторожевой вышкой, примерно десяти метров в высоту. Наверху кто-то стоял и смотрел на меня.

Кто этот человек? И что он делает на такой высоте?

Хотел подойти поближе и поговорить с ним, но память Егора любезно подсказала, что это охотник. Он следит за тем, чтобы из Дебрей в общину никто из зверей не перебрался и не прилетела какая-нибудь хищная птица. Охотники дежурят день и ночь, сменяя друг друга. Они и есть главные защитники этой общины.

Я прошел мимо поста и в конце улицы увидел еще одни ворота. Они были точно такие же, как и те, через которые я прошел. Из сторожки, что выглядела намного лучше той, в которой жил Глухарь, слышался заливистый храп.

Снова память бывшего владельца помогла. Я узнал, что через эти ворота пришли охотники из Высокого Перевала. Через них же сюда приезжают торговцы. В общем, через эти ворота осуществляется связь с остальным миром.

Подошел к двери в воротах и подергал ее – заперто. Интересно, а что находится за этими воротами? Попытался найти хотя бы щель, но все было наглухо закрыто.

На этот раз память не могла мне помочь. Как оказалось, Егор никогда не выезжал из общины и знал, что находится за стеной, только по рассказам других. Я уже хотел пойти в обратном направлении, но тут мою голову пронзила острая боль.

«Жажда знаний очень похвальна, мой доблестный господин. – Сквозь гул в ушах разобрал голос амазонки Лары. – В помощь я разблокировала часть информации, чтобы адаптация прошла активнее и безопаснее».

Гниль в корень! Что все это значит?

Я схватился за виски и рухнул на колени, тихонько застонав. В ту же секунду нескончаемый поток информации хлынул в мою голову.

Больше века назад случилась катастрофа: земная твердь пришла в движение, в результате чего часть территорий опустилась на несколько сот метров, поделив прежний мир надвое. Части получили название Верхний мир и Нижний мир.

Нижний Мир окружили неизвестно откуда взявшиеся опасные Дебри, в которых обычные звери начали изменяться и превращаться в кратов – гигантских существ, не похожих на своих прародителей. В грудине каждого крата находится энергетический сгусток, получивший название ядро зверя.

Чтобы обезопасить себя, Верхний Мир поставил охрану и воздвиг несколько ворот в туннеле, который связывал два мира. С тех пор Верхний и Нижний мир взаимодействуют только тогда, когда приходит пора обмена ресурсами. Нижний мир поставляет ядра зверей, шкуры, зубы и бивни, а Верхний мир делится лекарствами и технологиями. Кроме этого, Верхний мир отправляет в ссылку в Нижний преступников, которым дали на выбор два варианта: либо пожизненное заключение в тюрьме, либо двадцать пять лет в Нижнем мире.

Центром Нижнего мира и его столицей является Высокий Перевал. А община, в которую я попал, называется Волчий край и находится на фронтире, в самой глуши Дебрей. Дальше Волчьего края люди не живут.

– Эй, парень, ты чего? Тебе плохо, да? – меня потрясли за плечо.

Я открыл глаза и понял, что голова уже не болит и шум в ушах пропал. Передо мной стоял пожилой мужчина с большим мясистым носом и желтушным цветом лица. Он напряженно всматривался в мое лицо.

– Все нормально, – ответил, еле ворочая пересохшим языком. – Просто голова немного разболелась.

– Голова разболелась? Хм. А я подумал, что у тебя припадок. Ты же орал во все горло. Даже меня разбудил, – он ткнул пальцем в сторону сторожки.

– Извините. Я не хотел вас будить, – ответил, поднялся на ноги и зашагал неровной походкой.

Только что за считаные секунды в голову влилось столько информации, что теперь требовалось все это переварить. Я вышел на соседнюю Четвертую улицу и задумчиво двинулся по ней.

Верхний мир и Нижний мир. Волчий край. Дебри. Преступники. Все так и кружилось перед глазами.

«Ну спасибо тебе, Лара, – буркнул мысленно. – Не могла как-то дозированно давать информацию, а не вываливать все разом?»

«Прости, рыцарь моего сердца, но я посчитала, что так будет лучше».

«Ты можешь рассказать, как устроен Верхний мир?»

«К сожалению, я не могу этого сделать. Эту информацию придется разузнать самому».

Я с раздражением выдохнул. Ну ладно, самому – так самому.

Когда добрался до дома Женьки, хотел зайти проведать его, но потом вспомнил, что сейчас раннее утро, и прошел мимо.

Возле ворот в Дебри никого не было, не считая старика Глухаря, который сидел на крыльце своей сторожки и снова что-то записывал в бумажки с задумчивым видом.

– А-а, Егорка, ты чего здесь лазиешь? – спросил он, отвлекшись от своего дела. – Чего тебе не спится?

– Охотников жду.

– А-а, ну жди-жди. Придут… надеюсь, – еле слышно ответил тот.

– Почему вы так сказали? Бывает, что не возвращаются? – заинтересовался я.

– Бывает конечно. Дебри, они опасные. Иногда охотники теряются в тумане и не находят дорогу к воротам. Иногда краты оказываются сильнее, и тогда… – он осекся, мельком взглянув на меня. – Ну ты сам понимаешь, что тогда.

Я кивнул и опустился рядом с ним. Старик быстро скрутил документы, которые заполнял. Наверняка, чтобы я не подсмотрел.

– Чаю будешь? Правда, я воду с Третьей улицы ношу – так ближе.

– Нет, не буду, – мотнул головой, хотя пить хотелось.

Лучше умру от жажды, но больше не притронусь к той тухлой мути, что зовется здесь водой.

Время шло. Глухарь занимался своими делами, а я пытался еще хоть что-то выудить из памяти Егора, но пока не получалось. Вообще, его память очень странно возвращалась – обрывками. Поэтому приходилось многое додумывать.

Например, я «вспомнил» момент, когда над общиной повисла огромная птица. Она кружилась над домами точно так же, как это делает коршун над птичьим двором. Следующий эпизод: птица пронзительно крикнула и стрелой устремилась вниз. На этом все – белое пятно. Что было дальше? Смогла она схватить кого-то, или от нее отбились? А может, ее подстрелил дежурный охотник? Ответов на эти вопросы не было. Как и на множество других.

Я вытянул руку, на которую села просто гигантская бабочка, до этого кружащая по округе в поисках цветка. Бабочка прошла по моей ладони, затем по предплечью, плечу и остановилась на моей щеке. Повернувшись, уставилась фасеточными глазами на меня и замерла. Ожидая моей реакции.

– Ну здравствуй, – еле слышно сказал я, аккуратно снял ее с лица и положил на ладонь. – Ты-то мне и нужна.

Встал с крыльца сторожки и отошел подальше, чтобы Глухарь не помешал мне сделать задуманное.

– О-м-м-м-м, – прогудел я, пристально глядя на бабочку.

Дух, живущий в ней, откликнулся почти сразу. Бабочка замерла, а рядом с ней образовался призрачный двойник. Это произошло потому, что я уже достаточно окреп и могу накапливать энергию этого мира.

«Назови свое истинное имя», – велел ей.

«Аурелия Вентелия, друид», – послышался молодой женский голос.

«Приветствую тебя, Аурелия. Зови меня Орвин Мудрый. Мне нужна твоя услуга».

«Выполню все, что в моих силах», – с готовностью ответила она.

«Найди охотников и покажи мне их».

«Будет сделано».

Бабочка взлетела, махая ярко-оранжевыми крыльями, быстро поднялась над моей головой и перелетела через стену.

– Эй, Егорка, раз пришел, помоги мне крышу подлатать, а то после каждого дождя потоп в сторожке, – попросил Глухарь, высовываясь из окна.

– Хорошо, помогу, – кивнул я.

– Вот и славно. Знал, что ты не откажешь, – обрадовался он и вынес из сторожки сначала лестницу, затем три доски и ящик с инструментами.

Я подошел поближе и понял, что доски свежие.

– Откуда у вас они? – спросил и провел рукой по древесине. Это был дуб.

– Наместник начал стройку у себя во дворе. Вот я и выпросил три дощечки. С него не убудет, а мне хорошая подмога. – Глухарь приставил лестницу к стене и велел: – Залезай наверх. Я тебе буду доски подавать, а ты забивай.

Как оказалось, прибить доски затупившимися ржавыми гвоздями не так-то легко. Я порядком выдохся, пока заколачивал первую доску.

– Что строит наместник? – спросил, чувствуя, как дрожат руки от напряженной работы.

– А-а, ерунду какую-то, – махнул он рукой с недовольным выражением лица. – То ли террасу, то ли навес.

Я тут же вспомнил почти развалившийся дом Женьки. Как же все-таки несправедливо все здесь устроено. Одни пользуются благами, другие выживают как могут. Как друид я всегда за равновесие и гармонию. Здесь ее нет, что мне очень не нравится.

Когда начал прибивать вторую доску, со мной связалась Аурелия.

«Орвин Мудрый, я нашла их».

«Покажи».

В ту же секунду перед мысленным взором показались охотники. Они шли в полном составе, что не могло не радовать. Охотники вели за собой крата, обмотанного цепями и перетянутого веревками и толстыми прямыми стволами деревьев. Это существо отдаленно напоминало смесь полевой мыши и саблезубого тигра, но размером было со слона.

Крат истекал кровью, которая сочились из многочисленных ран, и еле двигался, но его подгоняли тычками и ударами. Куда его ведут и почему не убивают, я не знал.

Также каждый охотник нес за плечами битком набитый рюкзак. У одного из рюкзака выглядывали чьи-то острые рога. У другого виднелись веточки с ягодами. Что находится в рюкзаках остальных, рассмотреть не получилось. В это самое время на Аурелию Вентелию набросилась птица. Бабочка пыталась спастись, но последнее, что я видел – раскрытый острый клюв. Вот и все, нет больше моего нового питомца. Жаль, но такова жизнь.

– Ты чего застыл? – вернул меня в реальность ворчливый голос Глухаря. – Заколачивай быстрее. У меня уже спина устала лестницу держать.

Пришлось быстро расправляться со второй доской и браться за третью, но тут в дверь в воротах с силой забарабанили.

– О-хо-хо, уже пришли, – засуетился старик. – Спускайся. Потом я сам доделаю.

Я спрыгнул с лестницы, а Глухарь торопливо двинулся к двери, снимая на ходу связку ключей с ремня.

Когда дверь наконец открылась, первым зашел тот самый кривоногий охотник и велел:

– Открывай ворота. Крат через дверь не пройдет.

– Что? Вы живого крата сюда привели и хотите провести его через общину? – ужаснулся Глухарь.

– Делай, как говорю! – прикрикнул охотник.

Старик не осмелился перечить, поэтому подошел к воротам и сначала снял три больших замка, а затем начал со скрипом крутить механизм, находящийся слева, приводя створки в движение.

Ворота начали медленно разъезжаться, скобля землю. Охотники быстро завели измученного зверя и велели закрывать, пока еще кто-нибудь не прибежал. Глухарь порядком выдохся, исполняя их приказы, но даже слова поперек не сказал.

Я подошел к крату, который тяжело дышал и бешено вращал глазами от страха. В его зубах был зажат камень, а морда обмотана цепями. Одно ухо отсутствовало, а вместо хвоста – кровоточащий обрубок. На боках и голове зияли прожженные участки. Стало ясно, что он не сдался и боролся за свою жизнь и свободу до последнего, но охотники оказались сильнее и умнее.

Крат остановил взгляд на мне и даже дышать перестал. Он будто превратился в изваяние. Зверь почувствовал меня и ждал реакции. Я уже было протянул руку, чтобы дотронуться до него, но тут меня окликнули:

– Эй, парнишка! – Обернулся и увидел того самого охотника в очках. – Ты деревяшку просил, я тебе ее принес. – Он с довольным видом подошел к крату и снял одно из деревьев, которыми зверь был перетянут с двух сторон. – Держи.

Врученную жердь я смог обхватить только двумя руками.

– Большое спасибо! Для меня это настоящее сокровище.

– Не благодари, – махнул он рукой. – Я тоже с детства мечтал стать охотником и, как видишь, стал. Кто знает, может, мы с тобой еще в одном отряде будем охотиться.

– Хватит лясы точить – выдвигаемся! – прикрикнул кривоногий и, кивнув мне, прошел мимо.

Охотники со свистом, улюлюканьем и ударами погнали измученного крата по Третьей улице.

– Куда они его ведут? – спросил я у Глухаря, который встал рядом со мной и смотрел им вслед.

– В Высокий Перевал, конечно же.

– Для чего?

– Может, для мяса. Чтобы сохранить его свежим. А может, еще что-то надо. Мне-то откуда знать. Передо мной никто не отчитывается. Моя задача – двери открывать, – в его голосе сквозила обида.

– Давайте я третью доску приколочу, – предложил я.

– Иди уж домой, без тебя разберусь, – буркнул он и поплелся к своей сторожке.

Я взвалил на плечо жердь и пошел не домой, а в мастерскую Ивана. У него на стене висела пила, которой можно поделить жердь на куски, чтобы удобнее было работать.

Еще издали услышал стук, доносящийся из мастерской. Прислонив жердь к стене, потянул дверь на себя и явственно ощутил запах свежей краски.

– Чего тебе? – мельком взглянув на меня, спросил Иван.

Он аккуратно красил зеленой краской тумбочку, стоящую на его массивном рабочем столе. Тумбочка была сделана из разных кусков старой деревянной мебели, но Иван так искусно подогнал их друг к другу, что покрашенный бок тумбочки никак не выдавал, из чего она сделана.

– Хочу воспользоваться твоей пилой, если позволишь.

Он удивленно приподнял бровь.

– Что пилить собрался?

– Вот это. – Я занес жердь и подошел к нему.

Иван забрал ствол, внимательно осмотрел и с изумлением уставился на меня.

– Откуда?

– Охотники из Дебрей принесли, – пожал плечами, не понимая, чему так удивляться.

– Это же Слоновий ясень. Глянь сюда, – он указал на неровный срез, и я заметил, что белая древесина переливается перламутром.

Очень необычно. То, что это ясень, я определил сразу по коре и остаткам энергии, что в ней сохранилась, но даже предположить не мог, что внутри дерево совсем не такое, каким должно быть.

– И что? Игрушки будут красиво переливаться, – пожал плечами. – Даже лучше. Смогу больше десяти рублей заработать.

– Эх, похоже, ты никогда не поумнеешь, – он сказал без злобы, а скорее с сожалением. – Это очень ценная и редкая древесина, а ты ее собрался на игрушки тратить.

– Что же из нее можно сделать?

Иван задумался. Он покрутил жердь, провел по ней рукой, взвесил и только после этого кивнул.

– Ты прав. Из одной ничего не сделаешь. Ладно, делай свои игрушки, но своими инструментами ты ее только испортишь. Пользуйся моими, – он указал на стену с висящими инструментами и два ящика, стоящие на полке.

Мастерить из дерева для меня – плевое дело. В периоды, когда хотелось отдохнуть и развеяться, я вырезал деревянные панно или плел ковры из разноцветных лиан. Бывало, даже выращивал себе дерево в виде трона, но это блажь. Обычно так заморачивался, когда ждал гостей и хотел произвести на них впечатление.

Первым делом решил сделать того жирафа, которого обещал. Отрезал от жерди кусок длиной пятнадцать сантиметров и принялся за дело. Чтобы поверхность стала ровной и удобной для работы, сначала удалил кору и небольшой сучок. Затем набросал карандашом силуэт жирафа, наметил основные пропорции и принялся острым ножом отсекать все лишнее.

Дерево поддавалось с трудом. Чтобы отколоть первый ненужный кусок, я потратил более получаса. Иван занимался своим делом, но изредка поглядывал на меня.

– Какое же твердое дерево, – выдавил я, когда осмотрел свои руки, на которых уже появились мозоли, а дерево даже издалека не напоминало жирафа.

– Потому-то оно и ценится. – Иван взял заготовку и покрутил ее в руках. – Лучше топором отсечь лишнее.

Он указал на свой тяжелый топор, прислоненный к стене.

– Хорошо, попробую.

Я боялся отрубить лишнее, поэтому взялся за топор с опаской, но вскоре понял, что это лучший вариант. Отрубив ненужные части, сделал заготовку, которую Иван назвал болванкой.

Дальше дело пошло быстрее. С помощью ножа и резцов начал строгать. Тонкие стружки поддавались легче, поэтому еще через два часа в заготовке уже угадывалось животное. Я порядком выдохся, и мозоли на руках полопались, поэтому решил закончить на сегодня и продолжить завтра.

– Ты идешь домой? – спросил у Ивана, увидев, что на улице уже стемнело.

– Нет. Надо работать, – коротко ответил он. – Иначе всю зиму без света и тепла просидим. Нужно накопить хотя бы на три ядра зверя, чтобы до весны протянуть.

Сказав это, он даже не взглянул на меня, а в его голосе слышался упрек.

– Хочешь, я помогу тебе? Что нужно делать? – с готовностью предложил, чувствуя за собой вину, хотя виноват прошлый владелец тела.

– Занимайся своими делами и не лезь ко мне, – буркнул он.

М-да, похоже, он еще не скоро отпустит ту ситуацию. Ну ладно, значит, каждый будет заниматься своим делом.

Я вышел на улицу и побрел в сторону дома. Энергию из источника силы отправил на лечение мозолей, поэтому чувствовал усталость, но зато прошла боль и зажили раны.

Когда подходил к дому, взревела сирена. Та самая, что визжала тогда в лесу, когда нашли меня. Теперь я знал, что это значит «опасность». В общину пробрался зверь из Дебрей.

Все, кто был на улице, в панике бросились по домам, я же не торопился уходить, а увидев, куда побежали двое крепких мужчин с ружьями наизготовку, двинулся вслед за ними.