Текст книги "Заброшенный"

Автор книги: Сергей Круподеров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 19 страниц)

– Не спрашивай, – замахал руками орк. – Я только слышал об этом. Сам я подобных заклинаний не знаю и не сталкивался. С морлоками я тоже впервые столкнулся только вчера, – зачем-то уточнил Харас.

У ученика забурчало в животе, почти два дня без крошки во рту – не шутка. Все дела были тот час отставлены в сторону. Еда – это святое! Особенно для оголодавшего человека.

– Я вот уже три года, как учусь сражаться без оружия, с оружием и с помощью магии, – начал новый разговор Александр, пока они шли. – И что в результате? Мы бегаем как зайцы, от всех подряд! Слава богу, как колобок, уходим целыми: от гарпий ушли, – загнул один палец ученик, – от кобольдов ушли, хоть и не совсем целыми, от морлоков тоже ушли…

– А что ты хочешь? Чтобы мы вдвоём расправились с целой толпой природников, находящихся в идеальных для себя условиях? Надо соизмерять свои желания с возможностями, – покачал головой Харас. – Небольшие отряды природников – наш с тобой предел. И то, еле справляемся.

– Альтернативы быстрому бегу найти нельзя? – немного разочарованно спросил Александр.

– Бегать полезно! – ответил орк, быстро набирая скорость. Ученик невольно прибавил ходу и догнал учителя.

– Куда спешим?

– Обернись, – коротко ответил старый шаман.

Александр обернулся.

– Это кто? – за ними бежал, тяжело топая, кто-то громадный с человекоподобной фигурой.

– Впечатлился? Это горный огр – только у них есть окаменелая кожа. Их так же сложно убить, как и драконов.

– Не вопрос, – ученик начал призвать свой лук.

– Поправка, – ухмыльнулся, глядя на это Харас, – их убить сложнее, чем драконов. Чары, наложенные на стрелу, не подействуют, а сама стрела огра только поцарапает. Подавиться стрелой у него тоже не получится.

Александр расстроено отпустил лук.

– И как мы будем с ним справляться? – продолжал ломать голову над этой проблемой ученик.

– Шевеля ногами, – без всякого энтузиазма ответил орк. «Гром, сюда бы один клинок[13]13
  Клинком у орков называется отряд из семерых воинов. В отряде обязательно должен быть один воин с клановой татуировкой для связи, который исполняет обязанности командира. Так же желательно присутствие шамана.


[Закрыть] – мы бы разделались с этим громилой», мечтательно подумал Харас. Он не врал, когда говорил, что справиться с горным огром сложно. Но в отличии от драконов, тот не владел магией, и не мог плеваться огнём или кислотой. Поэтому при должном старании его можно было убить. Если бы это можно было проделать вдвоём, орк предпочёл сражение с огром бесславному бегству.

– Но он же один! – вторил невесёлым мыслям Хараса ученик.

– На нас и одного хватит.

За четыре часа беглецы предприняли семь попыток оторваться от преследовавшего их огра. Но каждый раз тот их нагонял – огр практически не уставал и мог бежать за ними бесконечно долго, нисколько при этом не замедляясь. Всю дорогу старый шаман думал, как им оторваться от преследователя – они по любому устанут раньше его.

– Сможешь обрушить свод пещеры? – неожиданно задал вопрос учитель. – Поворачиваем.

Харас свернул в сторону пещеры, которую заметил только что.

– Я же не умею! – попытался откреститься Александр.

– А жить, хочешь? – Ученик подтверждающе кивнул. – Тогда сможешь. Давай думай.

Сам Харас скоро перебрал все таблички с заклинаниями, что висели у него на поясе, а так же шее в виде ожерелья, и нашёл заклинание проверяющее наличие у пещеры второго выхода – замуровывать себя в гору старому шаману не хотелось. У самого входа он остановился, чтобы дать заклинанию сделать свою работу.

– Второй выход есть. Заходим внутрь, и обрушишь свод.

– Обрушу, а как? – себе под нос сказал Александр, пока они заходили в пещеру. Сейчас, он напряжённо думал, как это можно сделать? «Что нужно сделать, чтобы обрушился свод? Нужно отломить часть свода от горы. А это можно сделать, создав трещину в горе… Как я могу создать трещину?…». На этом его рассуждения прервались – ни одной мысли сразу в голову не приходило: нужно использовать свои способности в магии земли – но как? «Как? Как? Как?», суматошно думал ученик. «Размягчить камень?… Превратить в песок?…». Юный маг обернулся к стене и попытался превратить маленький выступ в песок – полностью превратить не получилось, но песок посыпался. «Попробуем с песком… Теперь надо придумать способ, чтобы указать, какую часть нужно превращать в песок… Заклинание поиска, ищущее твёрдую породу, должно подойти. Только оно должно искать не в объёме, а вдоль плоскости: например, по шарообразной поверхности с центром у входа в пещеру. Радиус, пусть будет – метров десять. Всё, пробую…».

Прежде чем пользоваться составным заклинанием, нужно сначала овладеть его частями. С этим у юного мага всё было в порядке: заклинанием поиска твёрдой породы на расстоянии он овладел вместе с поиском руды, а превратить камень в песок оказалось неожиданно легко. Оставалось самое сложное – заставить два различных заклинания работать вместе. Оба заклинания не требовали никаких ритуалов со стороны ученика, поэтому вся его подготовка ограничилась предельной концентрацией на новых чарах. Чтобы указать отправную точку для поиска, Александр уставился в небольшой участок земли у входа в пещеру, и, не задерживаясь, начал колдовать.

– Бежим! – закричал старый шаман, и попробовал сдёрнуть с места ученика. Но тот не сдвинулся ни на миллиметр, как в камень превратился. Через мгновение стала понятна причина такой неподвижности – потолок пещеры треснул и сверху обрушился громадный кусок горы, подняв при этом тучу пыли.

– Ну, ты даёшь! – воскликнул орк, когда пыль улеглась. Со стороны орка с Александром упавшая глыба имела идеальную сферическую форму. После падения над ней образовалась трёхметровая щель, через которую виднелось небо.

– Ага, я молодец, – похвалил сам себя ученик, осматривая результат своего нового заклинания. – За минуту придумал и освоил новое заклятье. Только, похоже, чуток перестарался. – Юный маг чувствовал, что сильно растратил свой резерв маны, да и подустал. Он взял слишком большой радиус, и в результате пришлось превращать в песок камень на довольно большой по площади поверхности.

– Ты только что придумал новый способ убийства каменного огра, – невпопад ответил Харас.

– Учитель, ты это о чём? – переспросил, ничего не понявший ученик.

– Как это, о чём? Ты же обрушил свод, как раз в тот момент, когда огр вбежал в пещеру, – в тон ему ответил старый шаман.

– Правда? А я и не заметил. Надо тогда сделать себе татуировку огра.

– Ты хочешь сказать, что сможешь поднять эту глыбу? – тут же охладил его пыл учитель. – Не зацикливайся ты на этих татуировках. Они не самоцель. Так, помогают немного в странствиях – не больше. Пошли лучше ко второму выходу – тут мы не выберемся уже, – сказал он, придирчиво осматривая идеально гладкую поверхность на десяток метров вверх. Не тратя время, на рассуждения орк двинулся в противоположном от завала направлении.

– А с чего ты решил, что тут есть ещё один выход? – спросил Александр, нагоняя его.

– Заклятие подтвердило, – старый шаман продемонстрировал ученику табличку с непонятным рисунком. Рисунок засветился, показывая, что заклинание сейчас используется. – Да, ещё один выход точно есть.

Александр окинул взглядом все подобные таблички, палочки и прочую мишуру, которой сейчас был обвешан учитель.

– Почему ты только в это путешествие обвешался этими штуками?

Харас осмотрел сам себя с ног до головы, пытаясь понять, о чём говорить ученик. Но потом до него всё же дошёл смысл вопроса:

– К твоему сведению, – пояснил он, – так увешиваются табличками с заклинаниями все шаманы, и, нередко, маги-ритуалисты у людей. Это не очень надёжно, так как нанесённую тонкую структуру заклятий можно повредить. Но выбор у нас небольшой – не всегда есть возможность потратить время на сложный ритуал… Раньше я их все не одевал потому, как надобности такой не было.

– Сделаешь и мне такие?

– Как, интересно, я это сделаю? Чтобы сделать каждую из этих табличек, нужно самостоятельно уметь творить соответствующее заклинание. А сам я всё это таскаю, – сказал орк, небрежно перетряхивая всё, что на нём висело, – потому, как ни одним из этих заклинаний не владею. Так что ты можешь только обучиться создавать эти заклинания самостоятельно. Но согласись, что в таком случае тебе не потребуется материальный носитель для них.

– Понятно. А как их тогда получают – снимают с трупа врага?

– Такое тоже случается, – не стал спорить учитель, – но предпочитают всё же покупать. Заклинания – самый ходкий товар между магами. Удобнее всего их записывать в книгу, или на инструменты с оружием на худой конец. На одежду некоторую наносят тоже. А то, что на мне – это походный вариант.

– Впереди что-то светится, – прервал словоизлияния старого шамана Александр. – Что это может быть?

Как по команде оба сбавили интенсивность собственного освещения – круглых медальонов, висящих на шее. На медальоны с одной стороны был нанесён магический рисунок, наполняя магией который, можно было заставить их светиться. Причём рисунок был хитрый, не позволял использовать себя в качестве отправной точки для заклинания или ритуала. Ведь, линии, напитанные маной, для обозначения узловых точек заклинаний и используются – было бы неприятно, если кто-то использовал в качестве целеуказателя для боевого заклинания висящий на груди медальон. Поэтому единственным назначением медальона было освещение – яркость зависело от количества маны, направленного в рисунок. Из-за малого расхода маны, такие медальоны были идеальными средствами освещения для магов.

– Там посмотрим, – тихо ответил орк, приготовив к бою своё оружие.

Глава 14
Феникс

Пройдя поворот пещеры, путешественники попали в короткий коридор, за которым начинался широкий зал с высоким потолком. На разглядывание подробностей интерьера ни один из них времени тратить не стал – «живое пламя», расположившееся посередине зала, полностью поглощало внимание новоприбывших.

Только через минуту Александр рассмотрел, что пламя, в разных участках имеет разные оттенки, складывающиеся в рисунок перьев. Если приглядеться, то можно было рассмотреть тучное продолговатое тело, расположившееся на коротких ножках, по бокам протянулись складки крыльев, а сверху небольшая голова правильной круглой формы с полуприкрытыми, светящимися ярким белым светом, глазами. Юному магу показалось, что существо приглядывается к нему, и даже использует какие-то чары.

– Смертные, зачем вы меня побеспокоили? – разбил тишину гулкий голос существа.

– Чего? – в свою очередь сказал на оркском Харас.

Ученик понял, что существо говорило на русском, только после встречного вопроса орка. Теперь он окончательно убедился в магическом происхождении огненной птицы. Это, конечно, и так было ясно, но в этом мире с ним разговаривали на родном языке только очень могущественные духи.

– Мы это… проходили мимо… – попытался ответить ученик.

– Ага, и решили заглянуть на огонёк, – состроил ехидную рожицу феникс. Александр, наконец, смог вспомнить, кого ему напоминало это существо.

Юный маг задумчиво переступил с ноги на ногу и нерешительно убрал свой меч в пространственный карман. Убрал своё оружие и Харас.

– Что он сказал? – толкнул ученика в бок орк.

– Спросил, чего припёрлись – тихо шепнул в ответ Александр.

– Тут ходить нельзя? – так же тихо спросил учитель.

– Чего шепчемся? – прервал их разговор феникс. – И попрошу говорить на одном языке со мной. За один раз я могу настроиться только на один неизвестный мне язык.

Пока он говорил, путники вошли в зал и подошли ближе к фениксу. Правда, пришлось остановиться на расстоянии десятка метров – от огненной птицы шёл сильнейший жар, и чем ближе к фениксу, тем горячее был воздух. С близкого расстояния Александр смог оценить размеры птицы: рост метр и двадцать два сантиметра вместе с хохолком, между крыльями у их основания было сорок пять сантиметров, к низу тело сужалось, завершаясь массивными ногами с птичьими четырёхпалыми лапами и роскошным хвостом не менее метра в длину. Столь точно определить размеры ученику помогла постоянная практика в проведении различных ритуалов – часто нужно было на глаз расчертить рисунок с точностью до миллиметра. В таких условиях глазомер разработаешь в любом случае.

– Он не знает русского, – пояснил фениксу юный маг.

– Так зачем пришли?

– Мы от огра убегали, пришлось разрушить вход сюда с той стороны, – указал себе за спину Александр. – Идём теперь ко второму выходу. Ты феникс? – неожиданно закончил он.

Ответ последовал не сразу. Феникс прикрыл глаза и склонил голову набок, задумавшись о чём-то своём.

– Древний феникс, если переводить на твой язык, – наконец послышался гулкий голос огненной птицы. Не дожидаясь вопросов, феникс пояснил: – Обычный феникс не помнит своей прежней жизни, когда возрождается. Всегда появляется молодым. А древние – помнят. Я много жизней уже прожил, но не знал раньше, как появляются обычные фениксы. Теперь, похоже, знаю, – печально сказал он. – Если перерожусь прямо сейчас, то превращусь в обычного… Чувствую просто, – пояснил феникс сам себе, и горестно качая головой, поделился своей бедой: – Оказывается, чтобы переродиться в самого себя, необходима возможность выхода из мира, а этот как запечатан!.. Смертный? Я не солнышко, загореть ты не сможешь.

Последние слова были вызваны тем, что ученик начал стягивать с себя рубаху. После чего внимательно уставился на свою клановую татуировку, перевёл свой взгляд на феникса и обратно. И так несколько раз.

– Похож? – обратился Александр на икельстромском к орку.

– Я фениксов не сильно умею различать, – с сомнением сказал Харас, сравнивая рисунок и оригинал.

– Смертные! – полыхнул от негодования феникс, мгновенно выйдя из меланхоличного состояния, – вас кто-нибудь учил вежливости? Я тихо-мирно умираю. Всё равно долго тянуть с перерождением не могу… А вы мало того, что побеспокоили меня, так ещё и внимания не обращаете… – Дальше гневная тирада огненной птицы не продолжилась. Феникс обратил внимание на рисунок, расположенный на груди у одного из посетителей. Через небольшую паузу он продолжил более спокойным тоном: – Знакомый рисунок. Откуда он у тебя, человек?

– Так это всё-таки ты? – ответил вопросом на вопрос Александр, болезненно морщась. Феникс только вздохнул на такую бестактность, поворчал себе под нос для порядка, но, в конце концов, ответил:

– Позировал я как-то одному гному для гравюры. Твой рисунок на неё очень похож.

– Чего? – переспросил на оркском Харас.

– Говорит, что моя татуировка похожа на одну гравюру, которую гном сделал, – перевёл для него ученик.

– Так я и рисовал тебе с гравюры по памяти.

– Мой учитель как раз рисовал эту татуировку с гравюры. Наверняка, с той самой, – поспешил перевести слова учителя на русский Александр, чтобы не получать очередную порцию упрёков от огненной птицы. Ему хватило и одной вспышки. Ученик получил после неё неслабый ожёг на весь торс и лицо – старый шаман сейчас занимался его лечением. Слава богу одежда, защищённая магически, испытание огнём прошла и защитила своих хозяев.

– Зачем тебе этот рисунок? – последовал следующий вопрос феникса. Задавая его, он подобрался, принимая более серьёзный вид.

– Я прошёл Испытание Верховных богов этого мира, – не спеша давал объяснения Александр, – и получил два цветка. Один из них означал возможность создать свой клан. А я во время испытания видел огненную птицу, может даже тебя. Сейчас уже не помню, давно это было. Мне показалось удачным выбрать в качестве эмблемы феникса, то есть тебя.

– Да, я слышал о таком обычае у орков – всех своих воинов через это испытание проводить. – Феникс продолжил свою мысль более весёлым тоном: – Если бы орки узнали настоящее предназначение этого ритуала, они бы сильно удивились.

От огненной птицы послышались звуки, которые можно было интерпретировать как смех.

– А для чего тогда этот ритуал? – задал сам собой напрашивающийся вопрос юный маг.

– Поверь, – пророкотал мощным голосом, которого сложно было от него ожидать, феникс, – смертным не стоит этого знать. Это знание только помешает им пользоваться всеми плюсами этого явления. Теперь выбирай: техника или магия? Что тебе ближе?

Такой неожиданный поворот разговора озадачил Александра. Он крепко задумался. Правда, причиной задумчивости было скорее его ошарашенное состояние, чем реальная необходимость выбирать. Для себя он уже решил, что магия лучше и надёжнее техники. «Да и зачем мне паровоз здесь нужен? Кого им здесь удивишь?», обстоятельно рассуждал юный маг. О паровозах он успел услышать от деда ещё у себя дома – это были передовые технологии из Англии. Дед показал внуку картинку, но она его не сильно впечатлила.

– Магия, – наконец выдал ученик.

– Подойди ко мне, – скомандовал феникс. И, видя нерешительность человека, добавил: – Не бойся, я себя в клюве держать умею, не обожгу… Ну, почти, – неопределённо добавил он.

Александр нервно сглотнул комок в горле и медленно подошёл к птице. Жар, действительно, спал, позволяя подойти вплотную к фениксу. Тот приблизил свою голову к татуировке и «подул» на неё: от его клюва к человеку потянулась огненная дымка. Ученик чуть не дёрнулся, когда эта дымка коснулась его груди. Он почувствовал, как его вновь обжигает в районе татуировки. Если бы его не обожгло несколькими минутами раньше, Александр отскочил бы сейчас с криком. Но после первого ожога его чувствительность к боли сильно снизилась, поэтому ученик решил потерпеть. Он не видел ничего вредного в том, что сейчас делал с ним феникс.

Постепенно, помимо обжигающей боли, появились и другие эффекты от странного воздействия феникса. Пространство вокруг стало окрашиваться яркими объёмными линиями разных цветов. Некоторые линии объединялись в фигуры, а другие начинались у одной стенки и уходили в другую по одной им известной траектории. В некоторых местах был виден разноцветный дымок. Преобладали вокруг красные цвета.

Со временем все линии стали разгораться всё ярче и ярче, от чего юный маг зажмурился, но это ему не помогло. Внутренним зрением он продолжал видеть ту же картину.

– Настолько ярко? – послышался голос феникса. Александр и не заметил, как исчезло обжигающее воздействие на него.

– Да, – сказал ученик и подтвердил ответ кивком.

– Так уменьши её, эта твоя новая способность и ты ей вполне можешь управлять.

– А что это? – спросил юный маг. Все линии действительно поблекли, стоило ему только захотеть.

– Замолчи и внимай мне, смертный, – не терпящим возражений тоном сказал феникс. Его голос опять приобрёл силу. – Я, один из древних фениксов, дарую тебе и твоему будущему клану способность видеть магические проявления подобно волшебным существам, которым эта способность присуща от рождения. Да будет так, пока я остаюсь в своей памяти.

После этих слов Александр понял, что напоминало ему увиденное только что – подобную картину он видел под действием заклинания магического зрения. Заклинание было тяжёлым и показывало не всё, но было полезным при разработке заклинаний.

– Я теперь всегда буду видеть всё это? – обвёл он вокруг себя рукой.

– Не всегда, а лишь до тех пор, пока я буду помнить об обещанном тебе. Но если я перерожусь, и этот мир будет в этот миг так же закрыт, моя новая реинкарнация будет совершенно новым фениксом. Поэтому если ты хочешь, чтобы эта способность оставалась с тобой и дальше, тебе придётся постараться решить эту проблему: найти дорогу из этого мира.

– Да я и так бы этот путь искал. Я, ведь, тоже из другого мира. – Александр задумался, прежде чем продолжить. – Тут тоже ничего, но надо хоть родителям передать весточку о том, что со мной всё в порядке.

Феникс опять засмеялся.

– Пожалуй, и от богов есть толк. И в чувстве юмора им не откажешь. – Помрачнев, он добавил – особенно если учесть, что мне недолго осталось.

– Сколько у меня времени? – уловил суть юный маг.

– Максимум лет тридцать. А если реально: не больше десяти… Но я могу не протянуть и года… Тут от многого зависит. Так что советую поспешить. Старайся уложиться в пять или шесть лет…

– А как найти способ перемещаться между мирами? Ты искал? – спросил напрямик Александр.

– Конечно, искал, – уверенно ответил феникс, – все три тысячи лет. Обычные способы перемещения не работают, так что их можешь отбросить. По крайней мере, до тех пор, пока этот мир закрыт. Ищи либо способ его покинуть, или способ снять блокировку.

– Э… ты три тысячи лет искал способ?.. А я за пять лет?… – ошарашено произнёс ученик.

– Ничего страшного, – отмахнулся феникс. – Тебе это нужно не меньше чем мне. И ты бы видел себя со стороны. Как сказали в одном мире: «ты увешен как игрушка ёлками»… или как «ёлка игрушками»? – с сомнением сказал он. – Пусть будет как «ёлка игрушками», или, если точнее, всевозможными способностями и наложенными заклинаниями. Даже печать одного бога есть. Назначение некоторых заклинаний я и угадать не могу. Потенциал впечатляющий. Только не задирай нос, как вы, люди, обычно это делаете. Маг из тебя не ахти, даже до среднего для людей уровня не достаёшь, если умением мерить. Способности нужно ещё развить.

«Ещё и этот поучает», про себя вздохнул юный маг и попытался перевести разговор на другую тему:

– Так где всё-таки искать? А то получается: «пойди туда – не знаю куда, найди то – не знаю что». Слава богу, что именно искать знаю, но где?

– Если бы я знал – сам нашёл, – резонно ответил феникс. – Попробуй поискать в Сарассе. Там, говорят, маги имеют знания о магии и мироустройстве, полученные от самого бога Медора. Я, в своё время, так и не смог до оригиналов добраться, а то, что распространяется свободно – неполная версия. Может в тех записях что и будет. И, учти, ты – мой последний шанс. Думал мне больше шанса найти выход не представиться, но раз ты сам пришёл, то тебе и карты в руки. Можешь идти, если я хочу протянуть подольше, мне надо экономить силы.

С этими словами феникс поудобнее устроился на полу и даже уменьшился в размере. На посетителей никакого внимания он больше не обращал.

Александр вздохнул – всё то его посылают, а сами с места ни ногой. Он оглянулся на учителя, тот стоял на прежнем месте со скучающим видом.

– Может объяснишь, что тут происходит? – задал вопрос Харас, когда увидел, что ученик обратил на него внимание. Александр задумался, осмысливая произошедшее, и выдал краткую версию:

– Этот феникс, – кивнул он на уменьшившуюся огненную птицу, – так же как и я застрял в этом мире. Феникс попросил меня помочь выбраться из этого мира – он уже отчаялся самостоятельно решить эту проблему. А ему недолго осталось жить.

– Печальная история, – ничуть не впечатлившись ответил старый шаман. Он родился в мире, где чудеса и волшебство являются обыденностью, и его сложно было впечатлить очередным волшебным существом, тем более умирающим. – Нас что-нибудь здесь ещё задерживает?

– Нет, – коротко ответил ученик, одеваясь.

Нигде больше не останавливаясь, путники пошли дальше. Через час они оказались у узкого пролома, за которым начиналось открытое пространство гор. Сверившись с картой, орк с учеником направились к своей пещере.

Остальная часть пути до пещеры ничем примечательным не выделилась по сравнению с бурными событиями последних дней. У Александра появилось достаточно свободного времени, чтобы исследовать свои новые способности. То, что он видел с помощью магического зрения, практически ничем не напоминало изображение, показываемое соответствующим заклинанием.

Различия начинались с наличия цветов. Харас по ходу дела просветил своего ученика о том, что цвета появляются в том случае, если у мага есть предрасположенность к мане определённого происхождения. Такую ману маг мог использовать намного эффективнее, чем любую другую. Подробнее старый шаман рассказать не смог, но и уже сказанного было вполне достаточно. У ученика остался только один неразрешённый вопрос по этому поводу: это у него улучшились способности в магическом зрении, или после воздействия феникса возросли именно способности в использовании маны? Юный маг не стал ломать голову слишком долго – этот вопрос был не столь важен.

Проблем со значением цветов маны особых не было. Александр разгадал их загадку с помощью нескольких экспериментов. Всего цветов было четыре: зелёный, синий, коричневый и серый. Зелёным отображалась мана, источаемая окружающими растениями, синим – мана воды, коричневым – мана земли, а серым отображалось всё остальное.

Но цвета были отнюдь не главным отличием. Поразительнее всего было количество подробностей, которое позволяло видеть новое магическое зрение. Александр видел даже мелкую вязь символов на своей одежде, и мог вычленить из рисунка отдельные символы. Узор очень сильно напоминал ему о подобных узорах, виденных им на некоторых вещах у себя дома. Но задумываться о подобных вещах ученику не хотелось, он до сих пор не привык к мысли, что его новый дом – дорога с большими и малыми остановками у костров друзей. Александр даже замер, когда его посетила подобная мысль – ему не хотелось верить, что именно такая судьба уготована ему. Но больно уж она походила на правду.

Харас видел, что ученик поглощён какими-то размышлениями, и старался ему не мешать. Хотя ему было чрезвычайно интересно узнать подробности произошедшего между Александром и фениксом. Но надо было, чтобы хоть один из них наблюдал за окрестностями, дабы не вляпаться ещё в одно приключение. Старому шаману оставалось утешать себя тем, что ничего страшного с учеником не произошло, и он вполне может узнать подробности позже – по возвращению домой.

– Не устал? – окликнул ученика Харас.

Только после этих слов тот ненадолго остановился на одном месте и замер в расслабленной позе. Александр уже второй час без передышки тренировался со своим новым мечом. Что было немного странно: стоило мечу впервые оказаться у него в руках, он потерял над собой контроль. Хотя до этого ждал новое оружие без энтузиазма.

По прибытии к пещере орк сразу начал приготовления к изготовлению нового оружия. Большая часть этой работы легла на их духа-слугу, который большую часть времени просто маялся от безделья из-за практически постоянного отсутствия хозяев.

Пока слуга трудился, Харас добился-таки более подробного рассказа от ученика. Но ничего интересного для себя не узнал. Его даже ничуть не впечатлила новая способность Александра: «Без этого обходятся многие маги, но это им ни капли не мешает» – отмахнулся он от слов ученика. Правда, было ещё смутное чувство беспокойства связанное с этой историей, но у орка не было времени это обдумывать – существовали проблемы и посерьёзнее, о которых он знал абсолютно точно. И прежде чем о них станет известно Александру, нужно было успеть выковать ему новое оружие. В это занятие он и погрузился с головой, стараясь как можно больше вовлекать в процесс, чуть не испортив всё своей назойливостью. Ученику под конец хотелось, лишь чтобы от него отстали. Он отошёл только после того, как увидел конечный результат их трудов.

Клинок был самой простой формы, которую только можно представить, рукоять полностью ему соответствовала, а магическим зрением можно было рассмотреть ничем не примечательный рисунок наложенных заклинаний. Но, тем не менее, Александр не спутал этот меч ни с каким другим лишь потому, что он был создан специально для него! Был, конечно, небольшой задел на вырост, но это практически не ощущалось – рукоять идеально ложилась в ладонь, меч не был ни чересчур тяжёл, ни слишком лёгок, великолепный баланс делал его естественным продолжением руки. Ничуть не уступали мечу кинжал и весь комплект саи. Разве можно от такого оторваться?!

Харас благодушно улыбался, следя за действиями Александра. Он затем и старался не показывать ничего из готовых вещей, дабы позже впечатление от увиденного было более сильное. Наконец ученик закончил играть со своими новыми «игрушками», вложил меч в ножны (носить его в пространственном кармане ему казалось кощунством), и подбежал к учителю.

– Ну, теперь-то мне уж точно можно отправиться к Ане? – задал он неожиданный для орка вопрос. Тот поморщился, как будто съел что-то кислое, и утвердительно кивнул.

– Можно, можно… больше я тебя не задерживаю. Прямо сейчас пойдёшь?

– Да, – ответил ученик уже на бегу.

«Перестарался я всё же с попытками его задержать», недовольно подумал старый шаман. Постоял немного, глядя вслед убегающему Александру, и развернулся к пещере – у него ещё оставались незаконченные дела, и времени, чтобы их закончить, оставалось всего-ничего.

Александр летел вперёд как на крыльях – у него было отличное настроение, и ничто не могло его испортить. Поначалу он не понимал, зачем Харас настоял на его постоянном участии в изготовлении нового оружия – все необходимые ритуалы можно было провести и отдельно – но при виде результата все обиды были скопом прощены, оружие немедленно опробовано и ученик был, наконец, свободен. Впереди была встреча с дриадой…

Когда до дерева дриады оставалось совсем немного, Александр сбавил темп. Показываться перед Аней запыхавшимся почему-то не хотелось, да и успокоится надо было хоть немного. Казалось, от распиравшей его радости, юный маг сейчас лопнет. С лица ученика не сходила широкая счастливая улыбка. Но стоило обойти последнее дерево, преграждающее ему путь к цели, и улыбка померкла.

Перед ним оказалось высохшее дерево, от того могучего исполина, что укоренился в памяти Александра, остался один полый остов с немногочисленными, еле держащимися, ветками. Ученик медленно подходил ближе, с ужасом думая о том, что всё это означает. Прямо в его голове появилась музыка, всколыхнувшая какие-то давние воспоминания. По мере того как он приближался, эта музыка набирала силу. А если прислушаться, то можно было разобрать слова.

 
Тебе бьётся в окно туман?
Прости, милый, моя вина.
Я хотела, чтоб он прошёл
Сквозь невидимый дым стекла,
 

С болью в сердце Александр узнал в нём голос дриады. «Но где же она сама?», бился о стену непонимания вопрос. Он медленно обходил дерево вокруг, в надежде увидеть Аню целой и невредимой. Или хотя бы живой!

 
Чтобы утром тебя поднял
Запах чуда и вкус воды,
Чтобы горя цветок увял,
Унося груз лихой беды.
 

Но её не было. И он никак не мог себя убедить, что с ней всё в порядке, не смотря на состояние дерева.

– Аня, ты здесь? – непослушными губами произнёс он первые слова. Ответа не было… – Но почему?!! – в отчаянии крикнул он в пустоту. Ответом ему была только песня.

 
Не хотела прервать твой сон.
Поверь, милый, не буду лгать.
Шёпот, шелест у древних крон,
Говорил мне тебя искать.
Чтобы месяц судьбу пропел,
Попросила моя душа.
Слова ночи – не мой удел,
Но я пела, едва дыша.
 

В знак прощания со своей любимой Александр осторожно прикоснулся к единственной, казавшейся не тронутой тлением, ветке. В тот же миг он испытал те же чувства, что и при породнении с луком – дерево через его руку в его душу пускало корни, причиняя этим невероятную боль. Но Александр даже не подумал отнять руку. Он был рад этой боли. Он был благодарен этой боли. Она была лишь отголоском той боли, что он испытывал от потери любимой, и она глушила последнюю, не давала ей разрастись. Хотя ощущения были и там и там одинаковыми – боль разрывала ему душу.