Текст книги "Искатель 28 (СИ)"

Автор книги: Сергей Шиленко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)

Когда я наконец неохотно покинул её влажную тесноту и обессиленно откинулся на подушки, увлекая её за собой, девушка-лань обмякла в моих объятиях. Измученная, но абсолютно счастливая, она блаженно прижималась к моему боку. Её дыхание, пахнущее терпким мускусом и сладким потом, щекотало мне кожу, она осыпала мою грудь и шею невесомыми поцелуями, то и дело издавая тихие довольные стоны.

Откинув голову, я гладил её по спине, чувствуя себя так, словно только что покорил очередную вершину. В комнате стоял густой одуряющий аромат секса и разгоряченных тел.

В этот момент полог тихо зашуршал, и в палатку скользнула Лили. Не теряя ни секунды, она сбросила с себя одежду и юркнула к нам под одеяло, пристраиваясь рядом с Эля. Кунида нежно, почти по-матерински, обняла расслабленную девушку-лань; её ушистые ушки чуть подрагивали, а серые глаза светились неподдельной радостью. Она ласково отвела влажные от пота пряди волос с раскрасневшегося лица нашей новой возлюбленной и мягко поцеловала её в щеку.

– Добро пожаловать в семью, дорогая, – промурлыкала она так тепло, что у меня самого дрогнуло что-то в груди.

Эля с облегчением вздохнула и доверчиво прильнула к моей жене-куниде, словно искала у неё защиты.

– Спасибо, – шепнула девушка-лань, и её голос дрогнул от переполнявших эмоций. – Я… я так счастлива!

Мы лежали, тесно прижавшись друг к другу и слушая, как за стенами палатки завывает холодный ветер. Моя семья пополнилась на ещё одну прекрасную женщину, и эта мысль грела получше всякого костра.

Глава 9

Лиан вышел со мной на связь вскоре после полуночи. Резкая трель камня связи бесцеремонно вырвала меня из объятий сна, но, честно говоря, я этого и ждал. Сон был чутким, прерывистым, рука сама то и дело ложилась на рукоять кинжала. Молодой оруженосец вместе с Кору и штурмовым отрядом, который им было поручено собрать, находился примерно в пяти часах езды на ездовых рапторах.

Это означало, что остаток ночи уйдет на координацию и марш-бросок на север; нужно было как следует разведать логово Малина Медобрука до того, как мы ввалимся туда с основным войском. Ненавижу действовать вслепую, это верный способ похоронить операцию ещё до её начала.

Я тут же связался с Корвином по камню. Он заверил меня, что армия Теневого крестового похода будет полностью мобилизована к утру и сразу же выдвинется на север, чтобы соединиться с нами. В лучшем случае основные силы достигнут поместья гнома примерно к середине дня, конечно, если я не решу сжечь лишнюю ману и ускорить процесс, приказав одному из наших фазовых манипуляторов открыть портал прямо на маршруте.

Но тратить ресурсы впустую меня душила жаба. Всё будет зависеть от того, что именно обнаружит наша разведгруппа. Если там жёсткий цейтнот или угроза засады – откроем портал, если нет – пусть идут своим ходом.

Под утро к нашей стоянке добрались Лиан, Кору и разведчики, среди них Сияна, Селина, Арик и Эдгард. Мы с Лили, Элей и Эшем свернули лагерь и двинулись вместе с ними к точке сбора южнее крепости. Примерно в двадцати милях от укрепленного поселения Малина я подал знак отряду свернуть с тракта, и мы углубились в густой, пахнущий сырой хвоей и прелой землей лес. Раскидистые кроны вековых деревьев должны были надежно укрыть нас от магических взглядов ясновидцев Консорциума. Система учит паранойе, а паранойя спасает жизни.

Там мы и разбили передовой лагерь. Холодный утренний воздух пробирал до костей, но разводить костры я запретил. Большая часть команды, в том числе Эля и Эш, осталась в охраняемом лагере, пока Сияна и Селина, мои прекрасные жены-лисицы, возглавили передовой отряд Лазутчиков для глубокой разведки. Двигались они абсолютно бесшумно, словно тени, скользящие между стволами деревьев. К ним присоединились Видящий Линии Арик и Разрушитель чар Эдгард, скрытые плотным пологом заклинаний невидимости, их задачей было прощупать магическую оборону гнома.

Они вернулись спустя несколько томительных часов, и я сразу понял по их хмурым лицам, что новости дерьмовые.

– По сравнению с этим местом Королевский дворец Марогии выглядит как пряничный домик, – мрачно заметила Селина, откидывая белый капюшон. Её серебристые волосы слегка растрепались. – Только одна внешняя иллюзия генерируется массивным куполом в несколько сотен метров поперёк и выше самой башни, и поверь, там используется каждый кубический сантиметр этого пространства.

– Нам удалось проникнуть за внешний контур, – подхватила Сияна, выступая из-за плеча сестры. Я поймал её озабоченный и сосредоточенный взгляд. – Генератор иллюзий вынесен за основное кольцо оборонительных сооружений, благодаря этому мы смогли разглядеть, как на самом деле выглядит комплекс.

Лисицы докладывали, одновременно разворачивая на плоском валуне подробные карты и эскизы. Запахло пергаментом и свежими чернилами. Рисунки базировались на том, что им удалось засечь за пределами маскирующего купола. За годы, проведенные в шпионаже и разведке, Сияна и Селина стали потрясающими картографами, их чертежи были ясными, точными и по-настоящему профессиональными, с идеальным соблюдением масштаба.

При виде карт на миг вспомнил другую отметку, бетонное сооружение среди мёртвой пустоши Хорадиса, которое мы оставили до конца войны. Сначала Малин, к той точке вернёмся, когда подготовимся.

Селина указала на центральную часть чертежа.

– Это похоже на древний форпост великанов, который совсем недавно отреставрировали. Центральная цитадель – круглая башня из монолитного гранита с укрепленными стенами и бронированной крышей, навскидку в сотни метров в высоту и ещё шире в основании; пока иллюзия не снята, точнее не измерить. Она не только обладает колоссальным запасом прочности сама по себе, но и до отказа накачана древними защитными заклинаниями. – Селина провела тонким пальцем по чертежу. – Знаешь, Артём, я уверена, что эта хреновина могла бы выдержать прямое попадание дюжины метеоритов из арсенала архимага и потерять разве что пару осколков штукатурки.

– Дело далеко не только в неприступности стен, – вмешался Арик. Его лицо было бледным от перенапряжения магических каналов. – Безымянная богиня, сколько же маны он вкачивает, чтобы питать всю сеть оборонительных чар⁈

Даже его попытка иронизировать не могла скрыть явного разочарования, сквозившего в голосе. Дело пахло керосином, гном окопался основательно.

– Что мы имеем по активным чарам? – спросил я, скрестив руки на груди и внимательно изучая карту.

– Лучше спроси, чего мы там не имеем, – сухо парировал Видящий Линии. – Я засек сеть Сторожевых оберегов, Оберегов тревоги, Чары против невидимости, Самонаводящиеся печати, Обереги дальнозоркости, Подавители магии, Чары мгновенного отражения… Там есть всё, что только можно купить. – Он покачал головой, потирая переносицу. – Но наша главная проблема – это барьеры.

– Барьеры? – резко переспросил я и бросил взгляд сквозь деревья в ту сторону, где над лесом едва заметно искажался воздух, единственное видимое проявление гигантской иллюзии. – Только не говорите мне, что они достаточно масштабны, чтобы накрыть всю территорию комплекса целиком. Это же бешеные затраты энергии!

– Именно так, они накрывают вообще всё, – мрачно подтвердил Арик, словно забивая гвозди в крышку гроба моего оптимизма. – Три независимых барьера, и самый большой достигает сотен метров в поперечнике. Они выстроены по принципу матрешки, один внутри другого. Это либо стационарные артефактные зачарования эпического ранга, либо они были возведены высокоуровневым заклинателем, узко специализирующимся на снижении урона, а может, и то, и другое сразу. Система подсказывает, что по плотности маны это минимум 70-й уровень, и, скорее всего, он переваливает за 75-й.

Вот же гадство! Опыт вопил, что мы уперлись в классическую «черепаху». Подобные барьеры обычно возводили чтобы пережить полное истребление гарнизона, или при масштабных осадах замков. Да, они намертво запирали тех, кто внутри, лишая маневренности, но не позволяли врагам проникнуть на территорию и при этом могли поглотить в сотни раз больше урона от нападающих равного уровня, чем любой обычный индивидуальный барьер.

Чтобы проломить их, нам потребуется либо методично долбить их несколько суток, высаживая генераторы, либо нанести какие-нибудь действительно чудовищно разрушительные разовые удары.

– Полагаю, единственный способ прорваться сквозь эту луковую шелуху – это просто снести их грубой силой, сведя прочность к нулю? – Я уже прикидывал в уме суммарную ударную мощь наших сил.

– Насколько мне известно из механик магических потоков, да. – Арик в задумчивости почесал подбородок и вопросительно взглянул на Эдгарда.

Разрушитель чар мрачно кивнул, соглашаясь.

– Артём, моей команде потребовалась бы целая вечность, чтобы распутать и развеять хотя бы первый контур, а тамошние встроенные заклинания мгновенного восстановления просто тут же отреставрировали бы поврежденные узлы, пока мы возились бы с дешифровкой. Никакие атаки Лазутчиков сквозь них не пройдут. Технически, в рамках Системы, они не считаются «защитными чарами», поэтому профильные навыки наших Воров и Диверсантов тут бесполезны, им придется ковырять эти щиты грубым уроном, как и всем остальным бойцам. Вдобавок Подавители магии полностью блокируют открытие любых порталов, Рывков или Скачков между барьерами и самой башней. Я готов поставить свой лучший посох на то, что у Малина внутри есть специально экранированная портальная комната, и порталы не откроются больше ни в одной точке комплекса.

– А я готов поспорить на что угодно, что эта комната просто напичкана самыми мерзкими ловушками, защитными конструктами и прочей магической оборонительной дрянью, – глухо добавил Лиан, сжимая кулаки.

Я медленно кивнул, переваривая информацию. Без сомнения, это место было настоящей цитаделью, идеально подходящей параноику, который десятилетиями дергал за ниточки и правил целым континентом Шалин из тени. Но помимо этого непрошибаемого магического панциря у старого гнома, несомненно, были в запасе хитроумные физические ловушки, толпы элитных наемников и личные телохранители с заоблачными уровнями.

Чёрт бы побрал этого ублюдка! Если мы начнем лобовой штурм, то пока мы будем ковырять эту многослойную скорлупу, Малину хватит времени спокойно сварить себе кофе, не спеша собрать вещички, открыть портал и сделать нам ручкой. Самый быстрый стационарный портал плетётся и стабилизируется менее чем за десять минут, этого времени нам ни за что не хватит, чтобы пробить хотя бы первый барьер, даже если соберём в одну точку весь объединенный удар наших сил.

– Ну что ж, – наконец протянул я со вздохом, в груди зарождался знакомый холодный азарт. Здравый смысл подсказывал простое решение: если правила Системы не позволяют пробить щит заклинаниями, нужно ломать сами правила. – Хорошо, что мы прихватили с собой те самые «рогатки» Эшли, думаю, самое время провести их полноценные полевые испытания.

При этих словах все мои спутники заметно оживились, уныние как рукой сняло.

– Кровь моих предков, да! – громогласно расхохоталась Кору, хлопнув себя по мощным бедрам. Её красная кожа потемнела от предвкушения. – Уже целую вечность жду момента, чтобы посмотреть, какие разрушения способны причинить эти игрушки!

Я хлопнул ладонью по развернутой карте, звук вышел резким, похожим на выстрел, заставив всех подобраться.

– Отлично. Тогда давайте набросаем четкий план нападения, обсудим его с Корвином по камню связи и начнем исполнять в ту же секунду, как только наша армия выйдет на позиции.

Я впился взглядом в эскизы гранитного монстра, чувствуя, как адреналин разгоняет кровь по венам. Стены этого старого ублюдка Малина могут быть из монолитного гранита, а щиты поглощать урон тысячами единиц, но в этом мире всегда найдётся лазейка для того, кто умеет мыслить нестандартно и знает правила.

Главное – не дать ему добежать до портальной комнаты. Если мы сейчас ошибёмся с расчётом времени, второго шанса выковырять лидера Консорциума из норы у нас уже не будет. Охота перешла в финальную стадию.

Мы склонились над картами, обсуждая стратегию штурма. Главной головной болью оставался вопрос: как эффективнее задействовать эти чёртовы «рогатки», наши баллисты. Учитывая, что Малина Медобрука требовалось взять живым, ну или, на худой конец, получить относительно целое тело для гарантированного опознания, просто сровнять всё с землей не вариант. Приходилось рассчитывать траектории, целиться высоко, чтобы снести верхушку его проклятой круглой башни или бить по краям, проламывая внешний оборонительный периметр и пробивая в стенах удобные бреши на уровне земли для штурмовых групп.

Судя по примерным габаритам башни, толщина гранитных блоков составляла не меньше трех метров, и это серьёзное препятствие, но я ни на секунду не сомневался, наши с Эшли мощные осадные орудия способны разобрать эту твердыню на щебень. Снарядов хватало, здесь я не скупился, главный риск заключался в том, чтобы не увлечься и не разнести всё слишком основательно. Завалить Малина сотнями тонн камня – не лучший финал для нашей операции.

Когда армия наконец приблизилась к условленной точке, на мысленную связь со мной вышла Лютик. Я коротко кивнул своим, запахнул плащ, защищаясь от пронизывающего ледяного ветра, и отошёл к самому краю подлеска, откуда открывался отличный обзор на юг прямо через заснеженную тундру.

Сначала, вглядываясь в стылую даль, я не заметил ничего необычного, лишь легкую, едва уловимую рябь, искажающую горизонт. Я бы точно пропустил её, не будь у меня развитого Восприятия и охотничьей привычки всматриваться в каждую складку местности.

Затем, к моему немалому удивлению, эта рябь немного расплылась, и сквозь оптический обман проступили десятки копыт коней и когтистых лап ездовых ящеров, которые мерно били по мерзлой земле, при этом самих животных и всадников не было видно, конечности словно существовали сами по себе. Зрелище, откровенно говоря, сюрреалистичное.

– Должен признать, – усмехнулся я, не поворачивая головы к Лиану, который неслышно подошёл сбоку. Мой оруженосец тоже во все глаза пялился на приближающуюся армию. – Практическая польза от иллюзии колоссальная, но выглядит она чертовски глупо.

Мой друг тихо рассмеялся, облачко пара сорвалось с его губ.

– Не знаю, командир. Как по мне, вид сотен звериных ног, которые с бешеной скоростью несутся прямо на тебя, кого угодно заставит наложить в штаны.

Стандартные маскировочные сети и камуфляжные плащи, которыми мы пользовались в Теневом крестовом походе, отлично показывали себя при организации засад. Залёг в кустах, накинул сетку, слился с местностью и жди врага, но для целой армии, находящейся в постоянном движении, требовалось совершенно иное решение. Пытаться визуально скрыть от наземных наблюдателей такую массу войск было дохлым номером, хотя мы и делали всё возможное, особенно на больших дистанциях, где детали скрадывались.

Но нашей главной целью было укрытие не от простых дозорных, нам в первую очередь требовалось спрятаться от прорицателей и ясновидящих Консорциума.

Ради этого я заперся с Мариль и её лучшими магами-иллюзионистами, устроив им настоящий мозговой штурм. Мы разработали «передвижной купол», грандиозную, жрущую прорву маны иллюзию, которую они растянули над всей армией, скрывая марш от чужих глаз. На каждом этапе создания мы жестко тестировали эту штуку, привлекая Лютик с её девчонками-ясновидящими.

Мне даже не понадобилось тратить время на полевые эксперименты, чтобы понять простую истину: неподвижная картинка в движении мгновенно выдавала бы себя, она сразу бросалась бы в глаза любому наблюдателю, особенно учитывая ту скорость, с которой армия крестоносцев продвигалась на быстрых ездовых зверях.

Решение, которое мы нашли, оказалось элегантным, но безумно сложным в исполнении. Мариль и её подчиненные должны были непрерывно в режиме реального времени изменять текстуру купола, синхронизируя её со скоростью движения колонны. Они захватывали элементы окружающего ландшафта впереди, проецировали их на купол и плавно смещали назад, имитируя неподвижность. Если всё делалось без малейших сбоев, с высоты птичьего полета создавалась идеальная оптическая иллюзия пустой заснеженной тундры.

Для магов это был адский труд, они ненавидели эту задачу, ведь она требовала бешеной концентрации и непрерывного контроля потоков маны. Но Лютик и её ясновидящие подтвердили, что при грамотном исполнении засечь нас сверху с помощью базовых заклинаний прорицания практически невозможно. Чтобы заметить подвох, вражескому магу пришлось бы фокусироваться на одном квадрате с такой интенсивностью, какую ни один нормальный ясновидец не может поддерживать, сканируя сотни и тысячи километров вокруг.

Разумеется, любой элитный ясновидец, нанятый Малином Медобруком для сканирования периметра вокруг его логова, отнесется куда внимательнее к аномалиям, но это всё равно в сотни раз лучше, чем переть в открытую, размахивая знаменами, и куда менее рискованно, чем пытаться открыть порталы прямо под носом у Малина, рискуя нарваться на пространственные ловушки.

Я скрестил руки на груди, ощущая под пальцами холодную сталь доспеха. Должен признать, результат превзошел все мои ожидания, наша маскировка по своей эффективности приближалась к врождённым способностям хамелеидов или к маскировочным технологиям из научно-фантастических фильмов, которые смотрел еще на Земле.

И хотя иллюзионисты изрядно поворчали, проклиная мои идеи, в итоге сами загорелись открывшимися перспективами. Мариль, войдя во вкус, вместе с несколькими одаренными магами умудрилась разработать усовершенствованное личное заклинание маскировки. Оно работало на малом радиусе, укрывая одиночку или небольшую штурмовую группу, и на дистанции они становились практически невидимыми, а сама Мариль, как лидер группы, достигла такого дикого мастерства, что её силуэт нельзя было разглядеть даже в упор, если только она не начинала резко двигаться.

Конечно, у заклинания Мариль имелся один жирный недостаток: оно было чисто визуальным, обычная оптическая иллюзия, не влияющая на чутьё и агрессивность тварей. Стоит какому-нибудь высокоуровневому монстру или дозорному с развитым нюхом подойти слишком близко – и нас раскроют мгновенно. Но, даже учитывая этот изъян, её купол оставался невероятно полезным инструментом, и наш Теневой крестовый поход выжимал из него максимум пользы.

Я коротко кивнул Лиану и шагнул из-под прохладной сени леса. Воздух здесь, на опушке, пах прелой хвоей и озоном, верный признак мощной работающей магии. Едва оказался под защитным куполом Мариль, как передовая колонна армии замедлила ход, лёгкий гул шагов, лязг металла и приглушённое фырканье ездовых зверей стихли, и армия остановилась прямо передо мной, замерев, словно единый стальной организм. Слева и справа от меня беззвучно выросли Лиан, Фелиция и Лили. Моя кунида привычно скользнула ладонью в мою руку, а Лиан поправил перевязь с оружием.

Открывшееся зрелище заставило меня на мгновение забыть, как дышать, я просто стоял, впитывая момент, а сердце бухало в груди, разгоняя по венам горячий коктейль из гордости и предвкушения.

Четыре сотни мужчин и женщин, молчаливых, дисциплинированных, закалённых в горниле бесчисленных боев, выстроились в безупречные ряды, каждый выше пятидесятого уровня. Тренированный взгляд автоматически считывал их мощь: тяжёлые ауры передовой линии, острые искры магов, ледяное спокойствие стрелков. Они восседали в седлах массивных чешуйчатых рапторов и свирепых лютоконей, готовые сорваться в атаку по одному моему слову.

Все, как один, были облачены в лучшее снаряжение, которое только могла выдать наша кузница, а поверх брони развевались серые накидки, на каждой из которых вышит герб Крестового похода, комета, огибающая Валинор. В их глазах не читалось ни капли страха, только непоколебимая решимость обрушить божественное возмездие на головы врага и довести миссию до победного финала.

Меня захлестнула такая волна гордости за этих людей, что в горле на миг встал ком. Храбрые, верные, самоотверженные бойцы. Большинство из тех, кто сейчас сжимал в руках сверкающие клинки и посохи, ещё недавно были обычными фермерами, забитыми торговцами, а то и вовсе бесправными рабами с клеймом на шее. Они присоединились ко мне, чтобы вырвать Шалин из лап тирании Консорциума, и теперь превратились в настоящую элиту.

Они тренировались рядом со мной, проливали кровь и глотали грязь в одних окопах, ради великой идеи терпели клевету и изгнание из родных домов. Эти люди доверили мне свои жизни, отправившись в смертельно опасные Дикие Земли, где раньше Искатели пропадали целыми отрядами, и пошли за мной, готовые строить новый мир.

И фундамент этого мира мы заложим сегодня, а начнём с падения Малина Медобрука.

Корвин тронул поводья своего раптора, направляя зубастую тварь ко мне. Закованный в тяжёлую броню, он чётко и уважительно отдал честь, ударив кулаком по нагруднику. Лязг металла гулко разнёсся в напряжённой тишине.

– Судья, – произнёс Корвин. Его голос звучал ровно, но в ярких глазах, контрастирующих с суровым лицом ветерана, полыхал неукротимый азарт. – Наконец-то этот день настал.

– Правосудие грядёт, Корвин, – с не меньшей серьёзностью ответил я, чеканя каждое слово. – У нас готов план действий, мне нужно узнать твоё мнение перед началом штурма.

Он коротко кивнул. Легко, несмотря на вес доспехов, спрыгнул на землю, небрежно обмотал кожаные поводья раптора вокруг толстой ветки и зашагал следом за нами к передовому лагерю. Армия осталась ждать в сёдлах в полной боевой готовности, но их ожидание не должно было затянуться надолго.

Я спиной чувствовал взгляды сотен глаз, в которых горело нетерпение расплаты. Эти люди вручили мне свои судьбы, и у меня просто не было права на ошибку. Ответственность давила на плечи бетонной плитой куда тяжелее любого доспеха, но именно она не давала мне сломаться, заставляя делать следующий шаг, отбрасывая в сторону любую усталость и сомнения. Пора заканчивать эту игру.

Глава 10

Корвин, щурясь от резкого порыва ледяного ветра, просмотрел эскизы огромной круглой башни и план штурма, который мы подготовили после доклада разведчиков. Ветер трепал края пергамента, но старый вояка держал его крепко. Через несколько минут напряжённого молчания он наконец кивнул.

– Всё предельно просто, – рыцарь поднял на меня взгляд. – Штурмуем этот комплекс также, как любую другую цель, которую приходится атаковать вслепую. Хотя, если честно, мы слишком сильно рассчитываем на то, что основную работу выполнят эти ваши… «дерьмомёты». План «Б» на случай их отказа, мягко говоря, не внушает мне оптимизма.

Я усмехнулся, чувствуя, как мороз покалывает щеки.

– Это лучшее, что мы можем выставить против этих барьеров, – ответил ему, скрестив руки на груди. – Силовое поле – это чистая математика Системы. Но да, если наша теория не сработает и нам придётся прорываться сквозь щиты обычными атаками, Малин, вероятно, успеет сделать ноги.

– Если, конечно, он уже давно не свалил, – мрачно добавил Корвин. Мой заместитель тяжело вздохнул, расправляя широкие плечи в начищенных доспехах, и металл тихо звякнул. – Хорошо, судья, крестоносцы на позициях и ждут приказа. Хочешь сказать пару слов, прежде чем мы отправим их в бой и выкатим на передовую эти наши безумные рогатки?

Я молча кивнул. Сердце в груди стучало ровно, отбивая ритм предстоящей битвы. Мы пошли туда, где, выстроившись безупречными квадратами, нас ждала армия. Сотни глаз, полных ненависти к Консорциуму, устремились на меня. Маги воздуха быстро подсуетились; я почувствовал легкое покалывание маны, когда они создали вокруг меня невидимый ветровой барьер. Это работало как направленный микрофон, усиливая мой голос и не давая словам разлетаться в пустоту морозной тундры.

– Братья и сестры Теневого крестового похода! – мой голос громом разнесся над рядами закованных в сталь воинов. – Перед нами не просто крепость, перед нами логово Малина Медобрука, самого гнусного ублюдка, которого Шалин только видел!

Выдержал паузу, вглядываясь в их суровые лица.

– Он построил свою империю на крови, причинил невыразимую боль бесчисленному множеству невинных, включая многих из вас и тех, кого мы любим!

Подняв руку в латной перчатке, я указал на далекое, едва заметное мерцание в воздухе над заснеженной равниной, там, где невидимый купол укрывал Твердыню Сумрака.

– Малин заслуживает того, чтобы в чистилище, куда он скоро отправится, на него обрушился первозданный адский огонь! – прорычал я, чувствуя, как внутри закипает адреналин. – Но пока он жив, мы будем бить его чем-нибудь не менее ужасным и разрушительным. Мы обрушим на него самые мощные атаки!

Собравшиеся крестоносцы одобрительно взревели, и этот громогласный рык сотен глоток отозвался вибрацией в моей груди.

Перекрикивая шум и вскинув кулак, я скомандовал:

– Готовьте метательные установки!

Армия взорвалась ликованием. Заскрежетал металл, воины начали ритмично бить мечами и копьями о щиты, размахивая кулаками над головами, и меня, как командира, этот звук пьянил похлеще любого вина. Шум продолжал нарастать, а Корвин уже спешно собирал офицеров, раздавая последние указания по плану «А». Развернувшись, пошёл проверять эти чертовы рогатки-переростки.

Эшли вместе с техниками носилась около своих детищ. Они придирчиво проверяли, не получили ли какие-либо скрытые повреждения во время нашего долгого путешествия на север те самые двенадцать осадных орудий, закреплённых на спинах ездовых рапторов.

Девушка наотрез отказалась остаться в дома и настояла на своём личном присутствии, чтобы самой контролировать использование этих махин. Я пытался отговорить её, но она даже слушать не хотела, хотя на её уровне большинство наших врагов могли бы прикончить её одним лишь гневным взглядом.

– Чтобы всё сработало, требуется идеальная, поистине ювелирная синхронизация. Нужно точно рассчитать момент и отдать команду на увеличение в ту самую долю секунды, когда контейнеры резко останавливаются, и ровно перед тем, как их содержимое вылетит наружу, – настаивала гениальная изобретательница, яростно жестикулируя гаечным ключом. – Мало кто кроме тебя или меня сможет сделать всё без ошибок, Артём, а я тренировалась годами, чтобы быть к такому готовой!

Отбросив инструмент, она шагнула ко мне и схватила за руку с такой отчаянной страстью, какой никогда прежде в ней не замечал. Пальцы, испачканные в масле, крепко сжали моё запястье.

– У нас есть только один шанс всё сделать правильно, всего один, а потом вся наша тяжелая работа будет навсегда стерта Системой из-за очередного грёбаного «восстановления баланса». Я ни за что не пропущу это событие, слышишь? Ни за что!

Я неохотно кивнул. В конце концов, её позиция находилась довольно далеко от непосредственной зоны боевых действий, и всё же для очистки совести настоял на том, чтобы приставить к ней элитный отряд охраны. Бережёного, как говорится, и боги берегут.

Глядя на Эшли сейчас в её родной стихии, облачённую в привычный мешковатый комбинезон, поверх которого было накинуто тяжелое пальто, я чувствовал мощный прилив гордости. Она уверенно и жестко руководила своей командой, заставляя их прямо на ходу менять какую-то деталь, которая не соответствовала её запредельным стандартам качества. Она делала всё тихо, без лишнего шума, оставаясь почти незаметной на фоне более ярких личностей в этой теневой войне, но без её гения мы бы тут и дня не продержались.

Обняв её со спины, по-хозяйски прижал к себе её упругое тело и нежно поцеловал в изгиб шеи. Кожа была солоноватой на вкус и пахла машинным маслом.

– Да, это действительно твой момент, – прошептал ей на ухо.

Она слабо, но счастливо улыбнулась, чуть повернула лицо, отвечая на поцелуй, а затем мягко вырвалась из моих объятий, чтобы продолжить работу. Усмехнувшись про себя, встал рядом, готовый помочь, если потребуется.

Концепция этих наших «игрушек» была гениальна и проста.

В чём заключался подвох? На помощь пришёл мой старый добрый друг, навык уменьшения.

Я уже вдоволь наигрался с этим зачарованием, которое позволяло уменьшить предмет размером с огромный сундук до габаритов жалкого арахиса, пропорционально снизив его вес в мгновение ока, и, что ещё важнее, с такой же безумной скоростью обратить эффект вспять. Особенно долго я издевался над своим легендарным сундуком, который достал ещё в первом подземелье; страшно даже вспомнить, сколько раз использовал его не по назначению.

К этому моменту местные божества, должно быть, уже люто ненавидели слово «уменьшение», но каждое их обновление, каждая попытка залатать дыры в правилах оставляли мне крошечное пространство для новых, ещё более извращенных экспериментов.

Без сомнения, они рвали на себе волосы от злости за то, что я извратил саму суть их творения. Они ведь хотели создать удобный предмет, предназначенный лишь для банальной перевозки трофеев и, возможно, сокрытия сокровищ от чужих глаз, а я постоянно находил способы превратить этот гребаный сундук в оружие массового поражения. Это наверняка доводило их до белого каления, а меня чертовски веселило.

И теперь с помощью моей гениальной жены мы снова провернули этот фокус, хотя совсем недавно Мия передала нам очередное предупреждение о том, что боги во все глаза следят за этими нашими дурацкими метательными установками, словно голодные ястребы за полевой мышью.

В последнем системном обновлении, исправляющем уязвимость зачарования «Уменьшение», дословно говорилось следующее: «Системное уведомление: Внимание! Команда „Увеличить“ зачарования „Уменьшение“ больше не может быть активирована, если зачарованный объект находится в активном движении, либо если его внезапное увеличение в размерах неизбежно вызовет значительный ущерб окружающему пространству от разрушения или смещения массы».

Когда впервые прочитал эти строки, я осознал, какие бездонные возможности оставляет эта кривая бюрократическая формулировка, и даже собрал всю семью, зачитав им точный текст обновления. Хотелось проверить, заметят ли они ту же самую деталь, что и я.

Никто из них так и не уловил сути до тех пор, пока прямо не ткнул пальцем в текст, подчеркивая, что исправление касается только… самого зачарованного предмета.

Жаба душила терять такую лазейку! Другими словами, содержимое этого предмета системе было абсолютно до лампочки. Ничто, никакая системная логика, не мешало мне, скажем, держать в руке мой легендарный сундук, до краев набитый тяжеленными свинцовыми слитками, с откинутой крышкой, а затем сделать мощный бросок в цель и… резко остановить сам сундук в руке, одновременно отдавая команду «Увеличить». При идеально выбранном моменте, пока сам сундук тормозил, его содержимое по закону инерции продолжало двигаться вперед. Оно вылетало наружу прямо в процессе своего стремительного роста, а затем сносило к хренам всё, что имело неосторожность оказаться на траектории.