Текст книги "И пришёл охотник (СИ)"
Автор книги: Сергей Котов
Жанры:
Боевая фантастика
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)
Поначалу гидроцикл шёл ровно. Потом, видимо, его пилот засёк, что за ним идёт охота, и начал маневрировать, затрудняя сближение. Потом я увидел вспышки – точно такие же, как до этого на палубе платформы. Противник начал отстреливаться.
Наконец, дрон зашёл на цель и начал стремительное сближение. Вот осталось метров тридцать. Двадцать… и тут экран снова гаснет.
– Фартовый, зараза… – тихо сказал командир. – Поднимай четвёртую птичку.
– Принял, – ответил оператор.
– Охренеть, конечно… – прокомментировал один из операторов, которые сидели перед большими экранами. – У него, походу, фиксатор на курке газа. Иначе как скорость держал?
– Да, так и есть, – ответил второй. – Заметил, как с гладкостволом работает? Надрючились, заразы. Ещё месяц назад нифига такого не было!
– Факт…
– Работаем, – вмешался командир.
Следующий дрон всё-таки настиг спецназовца, который первым добрался до палубы. Обманным манёвром: он отвлёк стрелка, нырнув вниз и появившись потом сверху, через проём для трапа, ведущий на вторую палубу. Причём в этот момент противник пытался прикрывать своего товарища, который как раз в это время карабкался по лестнице на другой опоре. Однако до верха тому добраться было не суждено – взрыв дрона сбил его в море.
Единственный оставшийся в живых вражеский спецназовец до последнего пытался приблизиться к опоре, чтобы забраться наверх. И это ему почти удалось. Но «почти» никогда не считается…
– Молодцы, мужики, – сказал командир, когда десантная группа противника была уничтожена.
Перед тем, как выйти из кунга, я встретился взглядом с одним из операторов, который успел снять очки. В его глазах была бесконечная усталость, на грани измождения. Только теперь я смог прочувствовать, какой ценой на самом деле достаётся кажущаяся лёгкость быстротечного боя.
Тем вечером, засыпая в располаге под мигание заряжающихся раций, я представлял себе, как выглядел этот бой со стороны противника. И что можно ощущать, когда ты идёшь в ночь, по ледяному морю выполнять задачу. Зная, что за темнотой тебя ждёт жужжащая и пикирующая смерть.
Глава 8
Попытка к бегству
– Миха, подъём! – Лёхин голос грубо вырвал меня из сна.
«Какой подъём? Тут же не бывает подъёмов… стоп, и я же вообще не должен…» – успел подумать я, садясь на кровать, свесив ноги.
– Боеготовность полная, – продолжал Лёха. – Только что объявили. Тебе долго собираться? Давай помогу!
Уловив тревогу в его голосе, я окончательно проснулся.
– Что-то случилось? – спросил я, чувствуя, как пересохший язык неприятно ворочается во рту. Я взял с тумбочки смартфон, взглянул на часы. Четыре утра. Блин, самое сонное время!
– Накат идёт массированный. Тут реально опасно. Надо уезжать, пока прилёты не начались. Прямо сейчас!
– Опять дроны?
Собрав всю волю в кулак, я встал с кровати и начал одеваться.
– Да хрен его знает! Всё и сразу!
– Понял, понял, я мигом…
Хорошо, что большая часть вещей осталась в «Лисяне». А так – спрятал ноут в рюкзак, захватил пакет с «мыльно-рыльными», вот и все сборы. Меньше, чем через минуту мы уже выходили из пустой располаги. Судя во всему, остальные бойцы собрались и вышли ещё раньше.
– Смотри, короче, я думаю, что тебе лучше сначала на Симферополь двигать, – говорил Лёха, шагая стремительно, в своей обычной манере. – Там по ситуации: новости включи на радио, слушай, что говорят. Сразу на мост я бы не совался, можно в очередь встрять. Да и вообще бы не совался. Понял?
– Понял, – кивнул я.
– Если всё плохо – двигай на Чонгар сразу. Там сразу по встречной обочке хреначь, понял?
– Да.
– Сможешь?
– Раз ты сказал – значит, сделаю, – ответил я.
– Добро.
Мы подошли к «Лисяну». Машина, узнавая меня, мигнула габаритами и открыла водительскую дверцу. Я закинул рюкзак и сумку на пассажирское сиденье.
– Мих, если что,извини, но сам видишь, – сказал Лёха, протягивая руку.
Я пожал его ладонь. Потом мы обнялись.
– Будет связь – давай знать, что нормально добрался.
– Конечно. Ты тоже! Не пропадай, главное!
В этот момент над морем что-то сильно бахнуло. В небе, на фоне туч, расцвёл огненный цветок. Ещё несколько огненных вспышек мелькнуло в отдалении.
– Ну всё, понеслась звезда по кочкам… – выдохнул Лёха. – Давай шустрее! Ходу! Не останавливайся и не оглядывайся!
– Добро, – ответил я, невольно копируя его манеру.
Я стартанул необычно резко. Лишь электроника не дала колёсам сделать пробуксовку. В зеркале заднего вида я наблюдал, как Лёха бегом несётся к воротам. А в небе над морем продолжают цвести огненные цветы. За раз я насчитал больше десятка.
Навигация, конечно же, не работала. Поэтому прежде, чем попасть на дорогу, ведущую к Черноморскому, пришлось немного поплутать. В сам посёлок я заезжать не стал – сразу повернул направо, в сторону Красной Поляны.
Дорога была пустынной. Ни встречных машин, ни попутных. Лишь возле самой Красной Поляны я увидел большую очередь на заправку.
К тому моменту распогодилось. Над горизонтом поднялась ущербная луна. Тихий пейзаж крымской степи, наполненный серебристым светом, выглядел удивительно спокойно. Особенно на контрасте со взрывами над морем, которые я видел совсем недавно, и которые уже казались нереальными – стоило лишь отъехать на пару десятков километров.
Я вдруг поймал себя на том, что сердце сжимает странная тоска. Будто бы я вовсе не хотел уезжать…
Достав смартфон, я покопался в приложениях. Хотел включить музыку – но вспомнил, что связи нет. Тогда я активировал ФМ-радио. Сканер прошерстил диапазон и на выбор предложил несколько радиостанций.
Немного подумав, я решил вместо музыки включить новостной «Спутник».
«…противоречивые данные, – говорил женский голос. – Наши корреспонденты остаются на связи в ожидании комментариев официальных лиц. Пока что можно уверенно сказать, что в ближайшие несколько часов проезд открыт не будет. Автомобилистам рекомендовано выбирать путь объезда. Там уже образовались многокилометровые пробки. Тем временем в самом городе…»
Приём вдруг испортился. Я попробовал переключиться на «Дорожное радио», но и там были сплошные помехи, слушать невозможно.
Я притормозил и остановился на обочине. Приоткрыл окно со стороны водителя – вдруг показалось, что в салоне душно. Ночной воздух принёс степные запахи и свежесть. Сделав пару глубоких вдохов, я открыл карту на основном экране. Внимательно просмотрел возможные маршруты до Чонгара. Потом обратил внимание на Армянск. Почесал подбородок.
Вдруг со стороны моря послышался шум, напоминающий гул самолётных двигателей. Я выглянул в окно. Мне показалось, что прямо на меня в хрустально-прозрачном воздухе, наполненном лунным светом, несётся хищная вытянутая тень с короткими крыльями.
Сердце замерло на миг. Я с тоской подумал, что вот и всё. Закончился мой творческий путь. Но нет: ракета прошла прямо над дорогой, очень низко, может, на ста метрах всего. Пролетев пару километров, она деловито развернулась и пошла куда-то в сторону Евпатории. Некоторое время я глядел ей вслед, уговаривая себя отцепить ладони от руля. Наконец, мне это удалось.
Ещё до того, как я тронулся, в той стороне, куда ушла ракета, что-то вспыхнуло. Потом до меня докатился низкий, утробный грохот. Конечно, мне хотелось верить, что это ПВО отработало – но едва ли взрыв в этом случае был бы таким мощным.
В Симферополь мне больше не хотелось. Да и в Чонгар тоже. Паника – страшное дело, а там наверняка будет что-то на неё похожее. Поэтому, проехав несколько километров вперёд, я свернул направо, на Далёкое.
Несмотря на то, что дорога была второстепенной, покрытие тут оказалось вполне приличным, видимо, недавно отремонтировали. Это позволяло держать приличную скорость, даже не пользуясь электронными помощниками.
Конечно, я вспомнил про Зелёного Гоблина и его предупреждение.
Кем на самом деле был мой неизвестный собеседник? Сотрудником одной из западных спецслужб? Теперь такой вариант выглядел вполне вероятным. Но для чего я ему был нужен изначально?
На самом деле у меня был ответ на этот вопрос. И он мне совершенно не понравился.
Возник соблазн разблокировать его и спросить напрямую. Интересно посмотреть, как бы он начал вертеться… или же, наоборот, признался бы сразу? И, скажем, начал бы меня шантажировать?
Я ухмыльнулся, представляя, что именно написал бы ему в ответ.
Впрочем, эта идея всё равно оставалась сугубо теоретической – ведь связи не было и не предвиделось.
Когда я подъехал ближе к морю, то заметил ещё несколько вспышек у горизонта. Впрочем, они были достаточно далеко, чтобы беспокоиться о них всерьёз.
На дороге по-прежнему было пустынно. За всё время мне лишь однажды попался одинокий военный грузовик, да какой-то мужик на стареньком «Вольво».
Следуя по указателям, я миновал Раздольное, Воронцовку, и уже на рассвете находился у въезда в Красноперекопск.
Здесь обстановка была спокойной. Появились другие машины. На заправках, правда, стояли большие очереди – но меня это мало волновало, спасибо «Лисяну» и большому запасу в канистрах, в кузове.
Понимая, что почти выбрался, я снизил скорость, чтобы не нарушать и не нахватать зря штрафов. Даже проверил телефон – не появился ли интернет? Однако же, связи по-прежнему не было, даже голосовой.
Тогда я снова включил радио «Спутник». Ведущий сменился – теперь на новостях сидел молодой человек.
«…констатировать произошедшее, – говорил он. – Списки уточняются у оператора. На месте работают следственные органы. По сообщениям очевидцев, разрушения существенные…»
Приём снова начал портиться. Я хотел попробовать перенастроиться на другую станцию, но тут снова услышал сзади характерный авиационный гул.
Я ехал уже непосредственно в самом Красноперекопске. На всякий случай я включил аварийку и остановился на обочине.
В городе ревела сирена.
Надо мной сначала пронеслась одна ракета. Сюрреалистически низко. Это было даже страшнее, чем ночью. За ней последовали ещё три. Потом со стороны Армянска раздался страшный грохот. Там, где шоссе уходило на круг на выезде из города, над горизонтом поднялось огненно-дымное облако. У меня сначала сердце в пятки ушло: на миг я решил, что это тот самый гриб.
Лишь через несколько секунд мне удалось подавить панику. Электроника в машине уже бы выгорела, если бы это был он. Но «Лисян» продолжал работать, штатно и стабильно.
Остальные водители на улице тоже съехали на обочину. Впереди, перед кругом кто-то столкнулся. Там собиралась небольшая пробка.
Не мешкая более, я развернулся через сплошную и поехал в противоположную сторону.
Очевидно, что двигаться дальше в сторону КПП в надежде, что он не пострадал, было наивно. Похоже, били именно по дорогам, которые связывали полуостров с материком.
Уезжая из города, снова наплевав на скоростные ограничения, я лихорадочно соображал: куда податься? На Джанкой через Воинку и дальше на Чонгар? Но, блин, если даже здесь такое творится – то что происходит там?
Хорошо бы вернуться в Симферополь. Всё-таки город есть город: убежища, средства защиты, снабжение. Или даже в Севастополь. Найти, где остановиться, переждать острую фазу ситуации. Спокойно, без нервов по возможности. А уже потом, после стабилизации, продумывать путь возвращения.
Мне этот план показался вполне разумным. И ехать я решил таким же путём, каким попал сюда. По крайней мере, он казался безопасным. Видимо, из-за низкой загруженности бить по тем дорогам было бессмысленно.
Я благополучно проехал Раздольное. Хотел было снова поглядеть карту, чтобы не запутаться, но тут мне навстречу проехала колонна из трёх военных «Уралов» с матерчатыми кунгами. Они мчались на огромной скорости, прямо по центру шоссе, игнорируя полосы, так что я едва успел свернуть на обочину.
Остановившись, я поглядел им вслед. И обомлел, когда увидел, что колонну преследует сразу три эф-пи-ви дрона!
Из кузова замыкающего «Урала» вели огонь в отчаянной попытке отбиться от «птичек».
Головной машине не повезло. Один из дронов попал в капот. Грузовик подскочил и перевернулся, завалившись на бок. Через несколько секунд рвануло горючее в баке.
Оставшиеся две машины сумели увернуться от столкновения – всё-таки держали приличную дистанцию. Но дроны продолжали их преследовать. Я следил за ними, пока грузовики не скрылись за поворотом.
Несколько раз глубоко вздохнув, я попытался собраться с мыслями. Двигаться по дороге вот так, в открытую, больше не хотелось. Да, «Лисян» не слишком похож на военную цель, сейчас мне повезло – но будет ли разбираться в этом противник, если рядом не окажется военных грузовиков?
Тоскливо оглядевшись, я увидел в поле, за дальней посадкой, что-то вроде заброшенного коровника. Идея спрятаться хотя бы на время, до прояснения ситуации, показалась мне вполне здравой и я, свернув в поле, начал двигаться в ту сторону.
Без полного привода в полуразрушенный коровник я бы ни за что не заехал. А так возможностей и габаритов моей машины как раз хватило на то, чтобы попасть в укрытие. Оно оказалось вполне достойным: за торцом коровника, выходящим на дорогу, с крыши сооружения свисала наполовину рухнувшая плита перекрытия, загораживая обзор. А изнутри «Лисян» спрятался за уцелевшую стену. Так что для того, чтобы увидеть машину, нужно было зайти в сам коровник, и никак иначе.
Я выключил машину. Некоторое время просто сидел тихо, собираясь с мыслями и пытаясь анализировать ситуацию. Несмотря на то, что сердце стучало как молот, дико клонило в сон. Сказывался недосып. Очень хотелось кофе, да и вообще – пить.
Вот ведь какая штука: собираясь в поездку, я взял с собой почти всё для комфортной полевой жизни: газовые горелки, посуду, спальники, горючее. Всё, кроме самого элементарного: воды и припасов.
Ведь была же возможность заехать на заправку перед Красноперекопском, хоть воды взять. Нет же, я глядел на очередь из бедолаг, стоящих за горючим, радуясь своей экономичной тачке.
Идиот.
Но ругать себя бесполезно, ситуацию этим не исправить.
Как быть? Наплевать на опасность и поехать в магазин в Раздольное? Перед глазами встала картинка атаки дронов. Нет, что-то как-то не хочется…
Мысли крутились по кругу. Как-то незаметно для себя самого я уснул. А разбудили меня отдалённые взрывы. Бухало опять со стороны моря.
Я вздохнул, потянулся. Потрогал пересохшим, шершавым языком потрескавшиеся губы. Пить хотелось так, что в глазах темнело. Видимо, потерял много влаги, пока ездил и нервничал.
В конце концов, я решил, что делать нечего: надо идти в посёлок, в надежде, что там ситуация стабильна и магазины работают. А дроновая атака была разовым эпизодом.
Двигался я максимально осторожно, внутри посадки вдоль дороги, то и дело вглядываясь в небо и прислушиваясь – нет ли характерного жужжания.
Наконец, я оказался в самом посёлке. Тут было удивительно тихо: ни души, ни авто, вообще никакого движения. Только пустые улицы. Даже собаки не брехали.
Я старался не выходить на открытую местность, по-прежнему скрываясь в тени деревьев, которых тут, к счастью, хватало. Посадки вдоль дороги были достаточно плотными.
Логично было предположить, что магазинчики в посёлке находятся где-то ближе к центру. Именно туда я и двигался.
Посадка вдоль дороги упёрлась в невысокую школьную ограду: редкий забор из выкрашенных в зелёный цвет прутьев с кирпичными тумбами между секциями. За оградой находилось футбольное поле, спортивный городок и сама школа – приземистое здание из красного кирпича.
Во дворе здания стояла военная машина. Издалека я принял её за БТР-80, и только подобравшись поближе, понял, что у неё какой-то странный приплюснутый нос и вообще много всяких «неправильностей». Лишь спустя несколько секунд в памяти всплыли старые картинки из тактических занятий в учебке. Это действительно был БТР, но не наш, а американский. Кажется, «Страйкер» называется…
Сердце зачастило; я нырнул за ближайшую кирпичную тумбу и притаился, наблюдая. Успели меня засечь? Может, в «Страйкере» никого нет? Тогда мне стоит убраться по добру, пока есть возможность…
Будто в ответ на мои мысли на школьном крыльце появились люди. Два парня в военной форме и с оружием вели под конвоем пятерых, тоже военных. Пленники шли гуськом, руки за голову.
Плохо, что двигались они прямо в мою сторону!
Я подавил рефлекторное желание немедленно бежать. Улица перед школой была слишком открытым местом, на дороге меня бы сразу засекли. А так, за оградой, я оставался невидим. К тому же, в самой ограде с этой стороны не было ни ворот, ни прохода. Едва ли конвойные и их пленники планируют перебираться через забор.
Во мне любопытство боролось с осторожностью. С одной стороны, я понимал, что лучше мне совсем не высовываться. С другой – очень хотелось знать, куда ведут пленников. Хотя бы в какую сторону. Чтобы понять, куда точно не следует соваться.
Я всё-таки рискнул выглянуть из-за тумбочки.
Пленники и конвойные подошли ближе. Теперь я мог разглядеть их подробнее. Вооружённые бойцы на груди и на рукавах носили незнакомые патчи.
– Ну, двигайтесь, – сказал один из конвойных. – Дальше!
Пленники обречённо, понурив головы двинулись вперёд.
Меня отвлёк громкий гул над головой. Вжавшись в основание забора, я посмотрел вдоль дороги. Со стороны моря, низко над дорогой, шла ракета.
После пролёта я хотел было снова посмотреть за забор, но глоса приблизились, и я не рискнул поднять голову.
– Какие-никакие, а воины, – сказал один из бойцов.
– Ну а почему не там, сразу?
– А ты подумай маленько. Полезно бывает.
Последовала короткая пауза.
– Ну вот! Можешь, когда хочешь!
Голоса отдалились. Но встать сразу не получилось даже после того, как я услышал, как захлопнулась входная дверь на школьном крыльце. Ноги отказывались слушаться.
Глава 9
Закат
Тело казалось лёгким, как пушинка, а ноги будто бы несли сами собой. Я ещё никогда в жизни так быстро не бегал. При этом мозг на каком-то автоматическом уровне непрерывно сканировал окружающее пространство, выбирая наиболее безопасный путь. Что-то похожее ощущаешь на мотоцикле, когда скорость далеко за сотню. Внимание будто расширяется. Давно забытые ощущения.
Спрятаться за забором, потом в посадке, потом за брошенным грузовиком. Перебежкой через дорогу. Вот и граница посёлка. Почти выбрался.
Лёгкое жужжание на самой границе слышимости настигло меня у границы лесопосадки. Я тут же бросился на землю, оказавшись на склоне дренажной канавы, среди жухлой травы. На время я даже разучился дышать – не говоря о том, чтобы шевелиться.
Гул нарастал. Наконец я увидел точку над верхушками деревьев в посадке. Тогда я впервые обратил внимание, как хорошо слышно полёт эф-пи-ви дрона, когда другие громкие звуки не мешают. До смертельной летающей машины было метров семьсот, а то и больше.
Дрон пролетел куда-то вдоль трассы по своим дроновым делам и скрылся за поворотом дороги.
Я перевёл дыхание, поднялся и снова короткими перебежками начал двигаться к заброшенному коровнику, где спрятал авто.
Оказавшись за рухнувшим бетонным перекрытием, я перевёл дух. Несмотря на такую гонку, я почти не вспотел. Видимо, организму серьёзно не хватало влаги. Зато перегрев ощущался очень отчётливо. Голова немного «плыла».
Я разозлился на себя. Столько раз мне повезло! Не хватало ещё умереть от банального обезвоживания, будучи уже в безопасности. Ну, относительной безопасности, конечно.
Зарычав, я открыл багажник и начал рыться в вещах. Может, хоть где-то завалялась жалкая бутылка с остатками воды? Хоть пара глотков в спортивном бутыле, в сумке для фитнеса? Но нет: я будто нарочно выпил в зале всё, до последней капли.
Мне на глаза попалась газовая горелка и посуда, которую я захватил с собой. И в этот момент у меня родился план.
Лужа нашлась у фундамента бывшего коровника. Неглубокая, застойная, вонючая – но выбирать было просто не из чего. Я набрал воды в пластиковую спортивную бутыль, потом вернулся к машине, под защиту бетонных стен. Достал горелку, алюминиевый котелок, расчистил участок на бетонном полу, чтобы поставить всё это дело на ровную поверхность. Потом распотрошил автомобильную аптечку, достал вату и бинты. Соорудил из чистой майки что-то вроде мешка, засунул внутрь вату в несколько слоёв. Потом всем этим делом закрыл горлышко бутылки.
Вода через слой механической очистки просачивалась томительно медленно, по капле. Прождав несколько минут и не дождавшись того, чтобы фильтрованная вода хотя бы закрыла донышко котелка, я вспомнил про пустые пластиковые бутылки, которые оставались в салоне. Достал парочку, снова сходил к луже. Наполнил их, стараясь, чтобы горлышко держалось ближе к поверхности. Сделал ещё один фильтр.
Плюс пластиковой бутылки в том, что её можно сдавливать, сильно ускоряя процесс грубой фильтрации. Дело пошло куда веселее: всего через пару минут котелок был полон. Вода даже выглядела почти нормально. Разве что пахла тиной.
Настало время кипячения. Щёлкнув пьезоэлементом, я зажёг горелку, открутив огонь на максимум. Поставил сверху котелок.
Теперь оставалось только ждать. Время тянулось томительно медленно, но вот, наконец, вода закипела. Хотелось тут же снять её с горелки и начать остужать, но я выждал три минуты, запустив таймер на смартфоне. Заодно перевёл аппарат в авиарежим – так, на всякий случай. Связи-то всё равно не было.
Кипячение, по идее, должно резко снизить биологическую опасность воды. Да, оставалась возможность, что она была заражена опасной химией. Например, из-за удобрений. Но поля вокруг выглядели не слишком ухоженными. Не похоже, что ими занимались в этом году. Так что, как мне показалось, риск был оправдан.
Погасив горелку, я накрыл котелок крышкой и отнёс к луже. Опустил его до половины в воду, чтобы охлаждался быстрее. Снова тягуче поползли долгие минуты.
Я пытался сосредоточится на чём-то постороннем. Листал загруженные старые сообщения в «Телеге». Вспомнил про Зелёного Гоблина. Выходит, прав он был. Надо было послушать его – сейчас был бы в безопасности… и что на меня тогда нашло? Почему отреагировал так резко?..
С другой стороны, почему он сам отказался раскрываться? Мог бы хотя бы сказать, почему именно не готов. Ну или намекнуть… мне было бы легче.
Я вздохнул, открыл меню контакта и попытался его разблокировать. Начал сердиться, почему это у меня не получается. Лишь потом сообразил, что нет связи.
Где-то вдали послышались автоматные очереди. Однако они быстро затихли. Потом что-то пару раз грохнуло – и снова наступила тишина.
Я потёр виски. Мысли плыли. Оставшиеся минуты я сосредоточился на том, чтобы не потерять сознание.
Чуть охлаждённый кипяток уже не обжигал рот, но всё равно был достаточно горячим. Я сдерживался, чтобы не хватануть слишком много и не обжечь себе горло. Это было сложно.
Когда я допил половину котелка, меня прошиб пот. Стало даже немного зябко, зато в голове прояснилось. Я глубоко вздохнул и улыбнулся.
Вскипятив ещё один котелок про запас и оставив его охлаждаться обычным способом, на воздухе, я залез на водительское кресло, и начал думать, что делать дальше.
Покидать укрытие категорически не хотелось. Перед глазами так и вставала картина расстрела пленных. Я думал о том, как буднично всё произошло. Никакого драматизма, ни малейших колебаний. Просто констатация факта, что вот так-то и так – и всё: «сорян, пацаны!»
С каким-то гражданским на дорогой машине точно ведь никто церемониться не будет.
Я поёжился. Потом вдруг вспомнил ощущение оружия в руке. Стрельбу из «Гюрзы». Только теперь я понял, что же именно вызывало у меня сильные эмоции там, на стрельбище. Это было понимание тех возможностей, которое оружие давало. Ощущение силы. Мне остро его не хватало. Так сильно, что колючий ком сжал горло.
Вздохнув, я заставил вернуться себя к логическим рассуждениям, отключив эмоции.
В посёлке серьёзных столкновений не было. Всё, что я видел, это атаку дронов на колонну, и украинских военных в школе. С нашими пленными. Кстати, где и как их могли захватить? Скорее всего, остановили какой-то транспорт – ведь никаких частей или военных городков я не заметил. Да и пленных маловато было.
Значит, скорее всего, украинцы были передовым отрядом. Спецназом, ДРГ. Получается, сейчас всё ещё нет сформированных позиций сторон, полосы соприкосновения и всего такого. Передовые отряды занимаются разведкой, стараются закрепиться там, где могут, чтобы взять под контроль пути снабжения. А наши должны начать реагировать. Выходит, уже с нашей стороны должны скоро последовать обстрелы, в том числе артиллерией и авиабомбами… причём стрелять будут по тем местам, где, по мнению наших, укрываются украинцы.
Как выглядит со стороны «мой» коровник?
Плохо выглядит. Как возможное укрытие. На территории, которую предположительно захватил противник. Отсюда, например, очень удобно запускать дроны…
А что, если эта мысль не только мне в голову пришла, но и реальным операторам дронов? Которые выдвигаются в этом направлении прямо сейчас – после того, как получили первые данные разведки и первые ДРГ отчитались о выполнении задания?
Я почувствовал, что у меня волосы шевелятся на руках.
Быстро перелив не до конца остывшую воду в бутыль, я бросил вещи в багажник, даже не складывая аккуратно. Потом подумал, и перевёл авто в полностью электрический режим. Компьютер показал запас хода: двести тридцать километров.
После этого я открыл все окна – для того, чтобы как можно лучше слышать происходящее. Не так давно я убедился, что эф-пи-ви дрон слышно издалека. Даже если меня решат атаковать – есть шанс попытаться спастись, выпрыгнув из машины.
Перед тем, как выехать, я вывел на дисплей загруженную карту. Попытался сориентироваться. В сторону моря двигаться никак нельзя – очевидно, что противник появился оттуда. В Армянск тоже возвращаться нельзя, скорее всего, за переход в ближайшее время начнётся ожесточённая схватка. Если уже не началась. Понятное дело, наша задача – разблокировать его как можно скорее, чтобы подтянуть резервы с материка, а противник будет всеми силами этому препятствовать.
Значит, надо двигать обратно, в сторону Черноморского.
Определившись с направлением, я выехал задним ходом из коровника. Внимательно огляделся. Потом развернулся и поехал по полю. Мне повезло: высокая сухая трава не давала подниматься пыли, но всё равно я старался ехать не слишком быстро, чтобы не привлекать внимания.
Вдали от населённых пунктов все поля и полосы посадок похожи друг на друга. Я ехал где-то минут двадцать, но до сих пор не встретил ни асфальтированной дороги с указателем, ни какой-нибудь деревеньки, по которой можно было бы сориентироваться.
С другой стороны, и дронов никаких не наблюдалось. Вообще всё было на удивление тихо – если не считать нескольких отдалённых «бахов» со стороны моря.
Я даже немного расслабился. Пока не увидел за очередной посадкой тёмно-синюю полоску моря.
Стало понятно, что я заехал куда-то совсем не туда.
Я остановился в посадке, среди раскидистого кустарника. Снова открыл карту. Прикинул скорость и расстояние, прикинул, куда я мог теоретически заехать. Странно получалось: вроде бы ну никак я не мог возле моря оказаться! Если только в поле не сделал петлю… эх, надо было хотя бы за солнцем следить, что ли. Но я решил положиться на чувство направления – и вот, прогадал.
Солнце, кстати, уже клонилось к закату. Как раз над морем. Я по-прежнему где-то на западном побережье Крыма. Но вот где именно?
Для того, чтобы выяснить это, было бы неплохо найти хотя бы что-то приметное, что было бы обозначено на карте. Ну или увидеть контуры береговой линии – куда она идёт, как загибается. Хотя бы так сообразить можно!
Однако на машине к самому берегу соваться не хотелось. За посадкой местность открытая, и что-то мне подсказывало, что противник по возможности внимательно её мониторит. Такой крупный объект, как машина, точно заметят. А вот на одинокого мужика в гражданке, может, и не обратят внимания. Мало ли местных по окрестностям шастает? Опасности не представляет – и ладно…
Так что я решил двинуться дальше пешком.
До береговой линии от посадки было совсем недалеко, меньше километра. И я его преодолел быстрым шагом, внимательно прислушиваясь к небу. Даже пытался заранее какие-нибудь укрытия приметить, но тщетно: кругом только степь да выжженная трава. Никаких канав или ям.
Я вдруг подумал, что, может, стоило хотя бы какую-нибудь палку захватить? Интересно, можно ли сбить дрон палкой? Выяснять это категорически не хотелось, так что я просто перестал об этом думать.
Наконец, я вышел на берег. Обрыва здесь не было, лишь небольшое возвышение перед узкой полоской пляжа. Я поднялся на него. И обомлел.
На рейде, в широкой открытой бухте, которую справа замыкала вытянутая далеко в море коса, стояла целая флотилия. С виду – самые обычные сухогрузы. Я насчитал не меньше двух десятков.
Справа, километрах в трёх, у самого берега застыли такие же корабли, их носы почти впивались в линию прибоя. Сначала мне показалось, что корпуса у некоторых треснули, будто их выбросило штормом. Но, присмотревшись, я заметил: в носовой части торчали не разломы, а широкие рампы – аккуратно опущенные к воде.
На берегу перед кораблями стояла техника. Пара БТРов – точно таких же, как тот, что попался мне в посёлке. Какой-то другой бронированный транспорт, на гусеницах. И даже несколько грузовиков, выкрашенных под хаки.
Тут над одним из судов, которые стояли на рейде, вдруг поднялся дымный росчерк. В воздухе расцвёл огненный цветок. Через пару секунд до меня долетел отдалённых «бах!» от взрыва. Видимо, сработало ПВО. Которое, очевидно, находилось на этих обычных с виду торговых кораблях.
Я осторожно, пятясь, отошёл от береговой линии. Потом развернулся. И бегом побежал обратно к машине.
В салоне снова открыл карту. Судя по конфигурации береговой линии, меня занесло в Бакальскую бухту. Хорошая новость заключалась в том, что дорога, ведущая обратно в Черноморское, проходила совсем рядом. Попасть на неё не составило бы труда. Но была и плохая новость: как раз на дорогу лучше бы не высовываться сейчас.
Значит, надо двигаться, как и раньше, полями и посадками. Главное не заплутать снова. И успеть до того, как солнце окончательно зайдёт. Причём дело даже не в том, что по нему можно ориентироваться. Просто после заката у меня ведь будут ходовые огни, как минимум – которые никак не отключить. Разве что разбив светодиодные полосы… а ведь ещё остаётся лидар! Вроде бы его лучи прекрасно видно даже в обычных камерах. Интересно, отключается ли он полностью, если вырубить ассистентов вождения? Честно говоря – сомневаюсь. Значит, по-хорошему от него тоже надо бы избавиться. Или заклеить чем-нибудь
Я даже всерьез задумался о том, чтобы такое приспособить для маскировки лидара. Но потом снова поглядел на солнце, и решил, что успею добраться до Черноморского раньше, чем оно зайдёт. Даже полями и посадками.




























