Текст книги "Неукротимый Бастард 3 (СИ)"

Автор книги: Сергей Измайлов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц)

– А комнаты здесь действительно хорошие? – снова спросил Дмитрий, явно пытаясь отвлечься от мыслей об испытаниях, пока мы шли по богато оформленному широкому коридору.

– Сейчас сам всё увидишь, – улыбнулся Александр.

Мы поднялись на второй этаж, где находились наши комнаты.

Весь этаж был разделён на блоки по восемь комнат в каждом. На весь блок предусматривалась одна общая столовая, а прочие удобства, слава Богу, находились непосредственно в каждой комнате.

Впрочем, назвать это комнатой было сложно. Здесь было почти так же уютно, как в моих покоях в замке Пожарских, разве что кабинет был объединён со спальней. Гардеробная, гостиная и просторный санузел также присутствовали.

Имелся и книжный шкаф с основными учебниками. Насколько я понял, нужную литературу всегда можно будет найти в знаменитой на всё Русское царство библиотеке академии.

На столе в гостиной я обнаружил все книги, которые просил привезти. Были здесь и те самые потёртые томики, что с напутствием подарил мне дед Филипп во время моего отъезда из Хорошевки.

Слуги уже позаботились обо всём и разложили вещи по местам. В гардеробной висели запасные камзолы, сюртуки, рубашки и брюки, стояло несколько пар обуви на разные случаи.

Насколько я понял, позже нам выдадут особую форму, которую носят все обучающиеся, чтобы никто не выделялся роскошью камзолов, количеством золота или родовыми гербами. Вместо этого у каждого будет эмблема академии. Правда, всё это вручат только после подтверждения поступления.

Ещё раз внимательно осмотрев комнату, я вышел в коридор, решил немного пройтись.

– Хотел пойти погулять? – услышал я позади голос Софьи Фёдоровны.

– Если составишь мне компанию, то я только за, – сказал я, оборачиваясь к девушке.

– Значит, гулять будем втроём, – сказала она, демонстрируя мне учебник по магической физике. – Завтра состоится первый экзамен. Не думаю, что тебе повредит ещё раз всё повторить.

– Повторение – мать учения, – ухмыльнулся я, пропуская её вперёд.

Девушка вышла из здания и уверенно повернула налево, словно она была здесь уже не в первый раз. Может быть, Александр подсказал ей, где можно найти спокойное место, чтобы позаниматься на свежем воздухе.

Подходящая не занятая лавочка нашлась довольно быстро, окружающие красоты растаяли в потоке воспроизводимой в голове информации. Мы листали страница за страницей, сложные элементы по очереди проговаривали вслух. Софья звонко захлопнула учебник, когда диск солнца наполовину спрятался за величественной крепостной стеной.

Так хотелось погулять по саду, который заиграл в лучах заката новыми красками, но первым делом надо привести себя в порядок и как следует выспаться.

Мы уже поднимались по мраморным ступеням, как вдруг дверь распахнулась и дорогу перегородили стражники.

– Михаил Фёдорович Пожарский? – спросил старший из них, окинув меня взглядом.

– Слушаю вас, – сказал я, делая шаг ему навстречу, остальные стражники тут же взялись за рукояти мечей.

– Вы задержаны, – строго сказал мужчина. – Извольте пройти с нами.

– А по какому праву? – решила всё-таки вступиться Софья, хоть я и подал ей знак не вмешиваться. – В чём его обвиняют? Мы же только приехали!

– В краже ценного имущества, – сказал ей начальник стражи. – Сегодня из библиотеки академии пропал очень ценный экземпляр. Нам сообщили, что Михаил Фёдорович был замечен в этой секции и мы нашли эту книгу в его комнате.

У меня внутри всё похолодело. Не ту ли книгу, что мне подарил дед Филипп, они имеют в виду? Хотя она пропала из общего поля зрения не менее двадцати лет назад, как минимум. Неужели только сейчас заметили? А главное – кто такое мог придумать? Ну тут, пожалуй, список подозреваемых краток и вполне очевиден.

Глава 6

Софья Фёдоровна хотела было что-то возразить стражникам Академии, но я остановил её жестом и покачал головой, мол, не надо. Какой сейчас смысл пытаться за меня заступаться? Это ведь всего лишь наряд, который прислали за мной, подробностей всей истории они, скорее всего, не знают, поэтому спорить с ними или что-то пытаться доказывать абсолютно бессмысленно.

Я добровольно пошёл с ними, не дожидаясь, пока мне предложат надеть наручники или что-нибудь в этом роде, это уже был бы перебор. Командир наряда вышел вперёд, двое шли по бокам. Почувствовал себя реальным преступником, которого ведут из здания суда в тюрьму.

Обернувшись, я увидел, как Софья замерла на крыльце, прижимая к груди учебник, она провожала меня встревоженным взглядом. Девушка-то прекрасно знала, что я ни в чём не виноват, ведь всё это время она была рядом, и у меня не было ни малейшей возможности незаметно отлучиться.

В сопровождении нескольких вооружённых стражников в бряцающих доспехах я шёл по аллее, затем через большую площадь перед главным зданием к центральному входу. Солнце почти полностью скрылось за крепостной стеной, погружая двор в глубокие сумерки.

Поступающих на улице уже не было, все осваивались в своих общежитиях. Лишь несколько старшекурсников проводили меня и сопровождающих удивлёнными взглядами.

Со стороны одной из скамеек, на которой с важным видом восседали несколько адептов, послышался знакомый голос:

– Кажется, бастард уже что-то начудил, – произнёс кто-то довольно ехидно. – Видите вон, ведут под стражей.

У меня даже не возникло сомнений, что это сказал Савелий Куракин. Ведь кто, как не он, мог сегодня попасть в библиотеку и подсунуть мне эту книгу? Значит, они проследили каждый мой шаг и знали, что я ушёл из своей комнаты. Подложили редкий экземпляр, а затем сразу сообщили, что видели меня в библиотеке возле запретной секции.

«Ну-ну, рано радуешься, придурок. Посмотрим ещё, чья возьмёт», – подумал я, хотя понимал уже, что быстро это не закончится. А там, кто знает.

Стражники отвели меня на второй этаж административного крыла. В одном из ответвлений коридора находился кабинет с неприметной дверью, такой же, как и все остальные. На небольшой табличке значилось коротко и лаконично: «Комендант».

– Проходите, – не грубо, но и без угодливой учтивости произнёс один из стражников, открывая передо мной дверь.

По кабинету неспешно расхаживал высокий, представительный господин с проседью на висках и глубокими морщинами на лице. Несмотря на немалый возраст, выглядел он довольно грозно. Особенно если учитывать, что смотрел на меня тяжёлым взглядом сверху-вниз. Его глаза медленно прошлись по мне с головы до ног, словно рентген.

– Что же вы, молодой человек, – басовито пророкотал комендант. – Только успели приехать в Академию, а уже совершаете столь серьёзные проступки.

– Ваше благородие, – начал я, поняв, что он сделал паузу, давая мне возможность ответить. – Как вы верно заметили, я только сегодня после обеда приехал в академию и у меня не было физической возможности попасть в библиотеку и украсть оттуда книгу. Я элементарно даже не знаю, где находится эта библиотека. Всё это время был с братом и сестрой. Потом мы с сестрой занимались магической физикой в парке, готовились к завтрашнему экзамену. Скорее всего, именно в этот промежуток времени мне и подбросили раритет.

– Вы же понимаете, что подобное оправдание вряд ли возможно принять? – ничуть не смутившись, ответил комендант. – Ваша сестра может сказать всё что угодно в вашу защиту. Кстати, насколько мне известно, она ведь вам не совсем сестра. Вы бастард князя Пожарского?

Я лишь молча кивнул. Из его уст слово «бастард» прозвучало без оскорбительного подтекста, просто констатация факта. Мужчина медленно обошёл стол, сел в своё кресло и положил руки на зелёное сукно столешницы, о чём-то раздумывая и глядя на меня.

– Прошу прощения, ваше благородие, – спокойно произнёс я. – Разрешите хотя бы увидеть книгу, о которой идёт речь.

– Всё ещё хотите настаивать на своей невиновности? – невесело усмехнулся мужчина. – Что ж, полюбуйтесь, – он достал книгу из ящика стола и положил передо мной. – Я направил своего человека проверить, затем выслал за вами стражу.

Я сделал небольшой шаг вперёд и уставился на книгу, которую видел впервые. Даже неопытному человеку было бы понятно, что это старинный и очень дорогой фолиант, за которым долгие годы тщательно ухаживали и берегли как зеницу ока. Только странно, что его всё-таки не уберегли. Куракин, которого я не считал самым умным, каким-то образом сумел незаметно его похитить и принести в мою комнату.

Насколько я понимаю, отпечатки пальцев в этом мире ещё не научились снимать. Но, может быть, остаются какие-нибудь магические следы? Если магия воздуха достаточно редка, то скорее всего здесь останется след другой стихии.

– Ваше благородие, – начал я, не сводя взгляда с книги. – Насколько мне известно, все адепты, как и те, кто только собирается ими стать, обладают магическими способностями. Возможно ли определить, какой стихией владеет человек, державший эту книгу в руках? Стража точно не могла оставить след.

– Я могу пригласить соответствующего специалиста, – ответил комендант, сдегка прищурившись. – Он сможет определить, кто последним держал книгу. Но тогда мне придётся предать этот случай широкой огласке. Не боитесь только ухудшить своё положение?

– Если вы во мне сомневаетесь, а вы имеете на это полное право, – ответил я, – то я в своей невиновности не сомневаюсь ни капли и согласен на любую проверку, чтобы её доказать. Я эту книгу вижу впервые в жизни. Негоже оставаться с очернённой репутацией в первый же день пребывания в Академии.

После этих моих слов мужчина посмотрел на меня уже не с тяжёлым осуждением, как прежде, а с заметным сомнением.

– Хорошо, – наконец произнёс он и обратился к одному из стражников: – Найдите Никона Игнатьевича, скажите, что срочно нужен.

– Будет исполнено, ваше благородие, – ответил один из стражников и быстро вышел из кабинета.

– Садитесь, – сказал мне комендант, указав на один из стульев у противоположной стены, потом обратился к оставшимся стражникам: – подождите пока в коридоре.

Я немного подумал и решил воспользоваться его предложением. Честно говоря, мне не мешало немного отдохнуть. Все эти злоключения уже порядком утомили, а завтра важный экзамен. Побыстрее уж всё закончилось, надо успеть как следует выспаться.

В кабинете воцарилась тишина, нарушаемая лишь шелестом бумаг. Комендант магической академии продолжал заниматься своими делами несмотря на то, что солнце уже давно скрылось за горизонтом.

Никона Игнатьевича привели лишь спустя четверть часа. Это был сгорбленный, ворчливый старик в изрядно потёртом, когда-то роскошном кафтане, который давно пора было отправить на покой. Причём сразу в утиль, даже не на ветошь.

– Чего это вы старику отдыхать не даёте? – недовольно проворчал артефактор, окинув всех недовольным взглядом из-под кустистых белых бровей. – В такое время людей беспокоить уже негоже.

– Приношу свои извинения, Никон Игнатьевич, – сказал комендант. – Но у нас возникла весьма щекотливая ситуация. Один из поступающих обвинён в краже, однако настаивает, что этой книги даже в руках не держал, – комендант указал на лежащий на столе фолиант. – Поэтому нам крайне необходимо ваше экспертное заключение.

– Сами не спите и другим не даёте, – снова проворчал старик, бесцеремонно поставил на стол коменданта увесистый портфель и начал в нём ковыряться, позвякивая железками. – А, вот он. Давно уж не пользовался, – он бережно достал странный инструмент из тонких золотых шестерёнок и нескольких разноцветных кристаллов на ажурном диске. – Ещё бы сто лет не пользоваться, своих дел хватает, а вы меня дёргаете по пустякам. Подумаешь, взял адепт книгу почитать, он же не на ярмарку её отнёс.

– Никон Игнатьевич, моё терпение тоже не железное, – лязгнул металлом голос коменданта. – И вы прекрасно знаете, что просто так я вас не стал бы отвлекать от ваших бесконечных экспериментов, тем более в такое время, но тут речь идёт не столько о книге, хотя она бесценна, сколько о дворянской чести, так что будьте добры!

– Да всё, всё! – недовольно рыкнул артефактор. – Проверим сейчас, чего вы на меня бурчите?

– Я⁈ – воскликнул комендант, медленно поднимаясь со стула.

Никон Игнатьевич сразу отодвинулся на дальний край стола, ловко прихватив с собой книгу и свой загадочный инструмент, который положил прямо на фолиант и активировал касанием пальцев. Комендант тем временем медленно опустился на стул, раздувая ноздри, но верно решил промолчать, а то препирание грозило затянуться надолго.

Шестерёнки в механизме внезапно ожили, зашелестели, камни на диске начали поочерёдно мерцать, пока не загорелся один красный.

– Огонь, – коротко бросил старик, убирая потухший инструмент обратно в портфель.

– А у нашего испытуемого? – спросил Комендант.

Старик возмущённо засопел через раздутые ноздри, пытаясь прожечь взглядом дыру во лбу своего истязателя, потом снова достал свой инструмент и активировал, приложив к моей груди. Кристаллы замерцали, потом ярко вспыхнул небесно-голубой, но при этом слегка подмигивали и другие, но красный молчал.

– Очень интересно, – тихо произнёс Никон Игнатьевич, уставившись на меня, как на сказочного единорога. – Никогда такого не видел.

Он повторил свои действия ещё раз, но результат не изменился. Теперь и мне очень интересно, что же всё это значит?

– Воздух, – сказал наконец старик, снова убирая артефакт. – К этой книге он точно не прикасался, нет в нём огня.

– Спасибо, Никон Игнатьевич, – выдохнул с облегчением комендант. – Выручили, можете быть свободны.

– Могу, чего ж не мочь, – проворчал старик, направляясь к двери и как-то странно поглядывая на меня, словно с тенью испуга.

Когда дверь за артефактором закрылась, комендант встал и подошёл ко мне.

– Прошу прощения, ваше сиятельство, – начал он уже совсем другим, даже скорее виноватым тоном. – Ваша невиновность доказана и будет запротоколирована. Тогда возникает другой вопрос: кто мог вас подставить? Это же явно всё неспроста.

– Не знаю, – покачал я головой. – Честно, понятия не имею, я вроде пока никому не успел здесь насолить.

– Может на кого посмотрели недобро, плечом толкнули при даме, ещё что-то? – продолжил мужчина.

– Я понимаю, что здесь собрались люди далеко не простые и сильно избалованные вниманием и властью, – сказал я, пожимая плечами. – И нарываться на дуэль или просто наживать себе тихих врагов, которые будут таким образом бить исподтишка, я не хочу, поэтому вёл себя предельно осторожно. Как минимум надо для начала к людям присмотреться. Судя по всему, врагов можно нажить, даже ничего не сделав.

– Тут вы правы, Михаил Фёдорович, – медленно произнёс комендант, имени его я узнать так и не удосужился, а теперь спрашивать уже неудобно. – Быстрый сбор информации не всегда информативен, но мне удалось узнать, что вы можно сказать совсем недавно жили в деревне, а потом Фёдор Алексеевич нашёл вас и привёз в свой замок, признав своим сыном, это так?

– Всё верно, – кивнул я, а сам насторожился, как бы не начало попахивать новой вербовкой, но это не точно.

– Я не могу в это поверить, – сказал мужчина, пристально глядя мне в глаза, но я достойно выдержал этот взгляд.

– И почему? – спросил я, стараясь оставаться невозмутимым. Неужели я снова что-то не то сказал?

– Потому, что вы сейчас говорите то, чего многие, выросшие с пелёнок в княжеской или графской семье не понимают, – сказал комендант, подперев подбородок кулаком и не сводя с меня глаз. – Если хотя бы половина из них это понимала бы, мне бы жилось неизмеримо спокойнее. Так вы не поверите, у меня работы больше, чем у начальника жандармерии, хватает с утра и до позднего вечера. Я не просто за порядком присматриваю, а буквально каждый день веду расследование. Каждый Божий день одно и то же – кто, кого, зачем, почему, какого ляда им всем нужно? Вот так-то. Я уже вижу и чувствую, что вы другой, совсем не такой. Спокойный, рассудительный, не брызжете слюной и не бьёте себя в грудь, не пихаете мне под нос родовой герб. А ведь я всё это должен терпеть несмотря на то, что веду себя максимально корректно.

– Я вам искренне сочувствую, – сказал я с полуулыбкой. – Сложно с этой братией, понимаю.

– Ещё раз приношу свои извинения, Михаил Фёдорович, – сказал мужчина, устало поднимаясь из-за стола. – Но если что-то заметите в поведении других адептов или поступающих, что укажет на вероятность его причастности, то скажите лично мне. Пока мы знаем только, что он обладает стихией огня, этого слишком мало. Точнее невероятно мало, так как чуть ли не половина наших адептов обладает стихией огня.

– Этот факт я тоже учту, спасибо, – сказал я, тоже поднимаясь. Похоже, беседа окончена. – А насчёт подозрений, в такой непростой обстановке легко запутаться, но я буду смотреть внимательно по сторонам, обещаю.

– Мудрый ответ, – усмехнулся комендант. – Не сказали нет, но и не согласились. Ну и на том спасибо. Сейчас вы свободны, всегда к вашим услугам.

– Спасибо э…

– Богдан Леонидович, – подсказал он. Ну наконец-то! Лучше бы на двери нормальную табличку повесил ещё.

– Спасибо, Богдан Леонидович, – сказал я и чуть склонил голову, изображая поклон. – Буду иметь ввиду.

Комендант едва заметно улыбнулся и тоже чуть склонил голову, продолжая смотреть мне в глаза. Я развернулся и вышел из кабинета. Кажется, я только что обрёл очень полезное знакомство. И прикоснулся ещё к одной загадке. Чему так удивился артефактор, когда проверял меня своим аппаратом? Во мне что-то не так? Боюсь, вытрепать из него эту правду будет ох как не просто, надо действовать осторожно.

Когда я вышел на улицу, уже наступила ночь. Небо усыпало звёздами, площадь перед главным корпусом освещала нарастающая луна. Свежий, пахнущий росой воздух, после такого испытания было особенно приятно вдохнуть.

Савелий с друзьями так и сидел на скамейке в начале аллеи, что-то оживлённо обсуждая. Когда я подошёл достаточно близко, они притихли.

– Пошёл вещи собирать, бастард? – спросил с ехидной усмешкой Куракин.

– Разве что только твои, могу помочь, – спокойно ответил я, сбавляя шаг. – На книге обнаружены твои следы, так что проблемы теперь у тебя. Богдан Леонидович очень недоволен.

Улыбку с лица Савелия сразу сдуло, лицо вытянулось, рот приоткрылся в немом вопросе. Не дожидаясь какого-либо ответа или нового вопроса, я пошёл дальше.

– Чего? – нелепо вырвалось изо рта у Савелия, но я не стал останавливаться, оглядываться или что-либо отвечать, пусть теперь помучается.

Уже подходя к общежитию, я обернулся на аллею. Куракин и его братия быстрым шагом двигались в эту же сторону. Догнать меня не пытались, просто шли в общежитие, но шли довольно быстро. Значит его неплохо смогли пронять мои слова, а это пахнет доказательством его вины. Да и кому тут ещё такое пришло бы в голову учудить?

Я даже специально задержался на крыльце, сделав вид, что что-то потерял в карманах, и осматривая ступеньки, чтобы у Куракина появились шансы меня догнать. Когда решил посмотреть в их сторону, увидел, что они тоже остановились в стороне, имитируя беседу. Значит догонять и пытаться уточнить, что я имел ввиду, он не собирается, так же, как и пытаться разобраться со мной физически, вполне разумно. Ну пусть мучается в неведении и ожидании справедливого возмездия от руки начальства.

Стоило мне войти в свой блок, как от окна тёмной столовой, что являлась сердцем блока, отделилась невысокая фигура и стремительно пошла навстречу. Я почти сразу догадался, что это Софья Фёдоровна.

– Всё хорошо? – спросила девушка встревоженно.

– Лучше не бывает, не волнуйся, – ответил я максимально спокойно, стараясь передать спокойствие и ей.

– О какой книге он говорил? Что вообще произошло? – спросила Софья уже спокойнее, остановившись в шаге от меня. Тусклый свет от дежурного канделябра в коридоре осветил её всё ещё взволнованное лицо.

– Я к ней даже прикасаться не стал, – ответил я. – Подкинул кто-то, кто обладает стихией огня.

– Савелий? – предположила она.

– Скорее всего, – кивнул я. – Мирону скорее всего было не до этого.

– Ты сказал об этом?

– Конечно нет, сказал, что даже предположить не могу, – ответил я.

– Но почему? – не успокаивалась Софья.

– Если я его сразу сдам, это только обозлит ещё больше, – сказал я. – Да и другие начнут называть ябедой. Но ты не переживай, я дал ему повод понервничать. Скорее всего подобного больше не повторится.

– Значит придумает что-то другое, – вздохнула девушка. – Но ты прав, если доложить на него, ситуацию это не исправит.

– Отец его вытащит, – кивнул я. – Будем действовать по-другому. Когда его гадости будут его же бить по голове, он поуспокоится.

– И станет действовать ещё более осторожно, – добавила Софья.

– Ну а что поделать, – пожал я плечами. – Не он, так кто-то другой. Таков он этот высший свет, человек человеку волк.

– Страшные ты вещи говоришь, Миша, – вздохнула девушка, отвернувшись от меня и вновь посмотрев в сторону окна.

– Жизнь – не прогулка по парку, – усмехнулся я. – Шансов споткнуться гораздо больше. Идём спать, завтра рано вставать.

– Да, ты прав, – сказала Софья, вновь посмотрев на меня, в этот раз задумчиво. – Спокойной ночи.

Княжна ушла в свою комнату, щёлкнув замком, я открыл свою дверь и для начала внимательно осмотрелся, в чём мне помог всё тот же лунный свет. Чиркнув огнивом, я зажёг свечи на тройном подсвечнике и прошёл в спальню, здесь тоже не обнаружил ничего особенного. Все мои вещи оставались на своих местах, книги Филиппа так и лежали на столе.

Я закрыл дверь на замок, наконец-то разделся и практически упал на кровать, уставившись в потолок. Ну, здравствуй, академия. Не успел даже сдать ни единого экзамена, а уже попал на допрос к коменданту. Неплохой дяденька, кстати, может потом пригодиться. Как бы ещё найти подход к артефактору.