Текст книги "Союз нерушимый (СИ)"

Автор книги: Сергей Хорев

Соавторы: Михаил Каштанов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 27 страниц)

В принципе, он разыграл тот же сценарий, который себя оправдал еще в 'то' время. Подошел к Углову и, состроив наивные и восторженные глаза, упросил ознакомить со всеми работами, которых ведутся в лаборатории. 'Для лучшего ознакомления, понимания и участия', типа. Нет, участвовать он на самом деле намеревался, как и 'тогда'.

А 'тогда' это выглядело так, что пока его однокурсник Олег Пасарин ковырялся в порученном ему усилителе, даже выпросив себе в помощь старенькую ЭВМ типа ДВК-2, Рыбный успел получить два авторских свидетельства в 'не своих' темах. Первое в соавторстве, а второе, так сказать, 'в одного'. Поскольку потенциальный соавтор и ведущий темы не рискнул воспользоваться идеей Рыбного, посчитав её 'ненаучной'. А 'ненаучной' идею посчитали потому, что она нигде прямо не была описана. 'Ни в одной монографии не подтверждается возможность этого эффекта' – говорил руководитель темы. 'Но ни в одной и не опровергается его возможность' – возражал Рыбный. 'Черт с тобой, а я свой авторитет подмочить не рискну' – заключил руководитель темы и махнул рукой. Через месяц Рыбный получил сто рублей авторских и сделал эту свою 'чертову' железку, которые потом начали применять в крылатых ракетах. А свою совместную с Пасариным работу он закончил даже раньше, поскольку успел рассмотреть её с разных сторон и с разными подходами. Упёртость в какую-либо одну идею или мысль до добра не доводит. Ну, во всяком случае, результат часто получается не лучшим из всех возможных.

Состоя 'за штатом' и с подачи, так сказать, Углова, Пантюшин начал аккуратно 'капать на мозги' сотрудникам лаборатории. И начал, что было естественно, с Лосева. 'Лосевский' приёмник они до ума довели почти сразу, после чего главный автор к своему детищу немного охладел и переключился на свой кристадин. Не охладел к приемнику Шорин и выпросил его у Лосева, поскольку штатный приёмник, который использовала группа Шорина, был слегка 'шумноват и трескуч'. А сам Лосев плотно стал заниматься полупроводниками. Правда, он пока не знал, что кристаллы, с которыми он работал, так назовут. Сейчас этого не знал никто, кроме Пантюшина. А, как и что намекнуть Лосеву, Андрей уже прекрасно разобрался. Но это было только начало.

Самым большим своим успехом в лаборатории Пантюшин считал то, что сумел заронить в умы ведущих инженеров мысль о цифровых сигналах. Нет, как их назовут теперь, он не знал, поскольку называть теперь будут уже не американцы, а русские. А тут было много вариантов. Получилось это так. Группа Шорина, которая занималась радиотелефоном, упёрлась в качество приёма сигнала передатчика. В это время применялась только амплитудная модуляция*, а эта штука очень чувствительна и к качеству аппаратуры и к условиям приёма. Андрей почти неделю провозился с приёмником, паяя и перепаивая. Наконец закончил и включил. Когда вместо шума и треска из динамика послышался ровный и четкий сигнал передающей станции, в комнате стало тихо. Подвывания, само собой, были, но их причиной были сама передающая станция и эта чертова амплитудная модуляция. Неслышно подошел Шорин:

– Как тебе это удалось, черт возьми?!

– А я сигнал взвесил, вот и...

– Что значит 'взвесил'? Куда взвесил, на чем?

– А вот, смотрите. Тут я сделал источник опорного сигнала на восемь уровней, через делитель. Здесь переключатель. У приёмника, как бы восемь входных линий приёма получается. Когда уровень входного сигнала совпадает с опорным напряжением, переключатель это запоминает и подает опорное напряжение на сетку выходного триода. Ведь в этот момент входной и опорный сигналы одинаковы, разницы нет. И так по всем восьми уровням. Значит, на выходном триоде мы получаем полное подобие входного сигнала. Только без шума и помех.

– Та-а-ак, Кулибин. Ну-ка, пошли к Александру Тихоновичу. Расскажешь ему про своё 'взвешивание'. Ну, ты и голова два уха.

В кабинете Углова Андрею пришлось повторить своё объяснение. И не один раз, отвечая на всякие каверзные и уточняющие вопросы. Наконец, устав 'пытать' возмутителя спокойствия, начальник лаборатории постановил:

– Значит так, лаборант. Прикрепляю тебя к Александру Федоровичу. Будешь свои 'весы' отлаживать.

– Александр Тихонович! Я же еще Петру Алексеевичу обещался помочь. Мы с ребятами всё уже подготовили, осталось только попробовать. У них же работа стоит, меня ждут. А в 'весах' этих ничего сложного нет, я и схему нарисовал, вот она. У Александра Фёдоровича ребята сильные, разберутся. Ну, Александр Тихонович, разрешите...

– И что, авторство своё не бережешь?

– Да какое там авторство?! Вон, Коля Зосимов смог бы и сам такое придумать, только занят сильно. Нет, какое авторство, задачу-то мне Александр Федорович ставил, его и авторство. Так разрешаете?

– Ну, что с тобой делать, скромник ты наш. Помогай Острякову. Но уж если вопросы по 'весам' появятся, чтобы как штык был готов. Понял?

Вот так Пантюшин и стал своеобразной 'палочкой-выручалочкой'. К чему, собственно говоря, и стремился. Не хотел он никакой публичности. Думал как 'агент влияния' действовать: тут намекнуть, там подсказать, а если потребуется – сделать и показать. Вот, как с 'весами'. Чтобы у тех людей, чьи предложения и работы он считал правильными, появились уверенность и доказательства своей правоты. Ведь почему связь на коротких волнах в 'его' время 'задвинули'? Доказать и показать нечего было. А тот же Углов? Если бы у него были доказательства своим предложениям и если бы не потащили его вслед за собой всякие рамзины, первый в мире компьютер появился бы в Советском Союзе. И появится, можете не сомневаться!

'...Таким образом, в соединении с электрической трубкой инженера Зворыкина, которая может быть установлена на летательном аппарате, система инженера Грабовского способна посредством коротковолновой связи наводить летательный аппарат на цель. Лётчик-наблюдатель, получая вид обстановки на экране, управляет тягой двигателя и рулями высоты, подавая команды на исполнительные механизмы по радио. Механизмы электрического управления впрыска топлива и тяги двигателя разработаны и испытаны совместно с немецкими инженерами под руководством профессора Мейснера. Дальность действия такой системы достигает 30-ти километров в прямой видимости...

...Соединения кристаллов, полученные инженером Лосевым, совместно с пластинами кварца инженера Моругиной позволили производить электрические сигналы длиной волны короче 3 метров без использования машин высокой частоты. Одновременно кварцевые резонаторы Моругиной, включенные по схеме инженера Листова, повысили стабильность электрических сигналов до минус четвертой степени. В качестве активных элементов в системе ДКРС (дальняя коротковолновая радиосвязь) применены миниатюрные радиолампы конструкции инженера Кугушева РЛК-38, выполненные в безцокольном варианте. Всё это позволило уменьшить вес передающей станции до 7,8 кг, а приемной станции до 6,2 кг...

...Регенерированные сложные антенны с раздельно возбуждаемыми идентичными вибраторами** инженера Татаринова, дающие сложение энергии в пространстве, позволили довести мощность локационной станции 'Ревень' до 500 кВт в импульсе. В ходе проведения испытаний было обнаружено, что при попадании лоцирующего импульса на цель, в последней возникают вторичные радиосигналы, выводящие из строя электрические цепи цели. Эти вторичные радиосигналы возникают в местах соединения разнородных металлов, в частности стали и меди. В большинстве случаев это приводило к остановке двигателя цели и её падению на расстоянии до 10 – 12 километров от 'Радиополя'...

В этом месте Пантюшин остановился и потряс кистями рук. В самом деле, попробуйте заставить профессиональную машинистку печатать двумя пальцами. Мигом кисти сведет от напряжения. Потому, что, тыкая по клавишам двумя пальцами, придется остальные ЗАСТАВЛЯТЬ этого НЕ делать. А это трудно, физически трудно. Это ведь вам даже не электромеханическая 'Ятрань', это агрегат 'сурьёзный'. Здесь, чтобы букву пропечатать, по клавишам сильно тыкать надо. Мышечная память проснулась, стоило только Пантюшину сесть за пишущую машинку. Но превращаться в заправскую 'пишбарышню' извини-подвинься, дураков нет. Вот и приходится изображать тут. А случилось это потому, что секретарь начальника Зиночка приходила в себя после 'испанки'. Но тезисы выступления М.А. Бонч-Бруевича на высшем техническом совете должны быть напечатаны вовремя. 'Да чего тут думать, посадить самого молодого за машинку и всех делов'. А кто у нас самый молодой? Хмыкнув, Андрей перечитал последний напечатанный абзац и хмыкнул еще раз. На этот раз от удовольствия. 'Лазеры, мазеры... Херазеры у вас будут вместо лазеров. Владимир Васильевич УЖЕ умеет совмещать излучение от разных источников. С помощью антенного поля. А когда я ему фазовую 'машинку' настрою, он еще и точку совмещения двигать сумеет. 500 'кило' ватт это вам не шутки, и это ведь не предел. Сейчас в антенном поле восемь вибраторов, а если их шестнадцать будет? Или тридцать два? А когда Листов электрическое укорочение освоит, мы их вообще сколько угодно ставить сможем. Кстати, надо не забыть ему про радиокерамику подсказать. Думаю, сварить её стекольщики сумеют. Потом радиодальномер подключим, так вообще прямо на цели совмещать станем. И куда вы тогда на своих 'летающих крепостях' спрячетесь? Нам ведь облака не мешают, а выше 20 км вы летать не умеете. Если, конечно, успеете наклепать эти свои 'крепости. Так, что у нас там дальше'?

А дальше вырисовывалась чистой воды фантастика. Но не фантастика из разряда 'звёздных утюгов' Лукаса, а подкреплённая вполне себе работающими примерами реальность. Просто в известной Рыбному истории ничего этого не было. Ошельмованное 'выдающимися авторитетами', вытравленное из всех официальных планов и тем, а часто и просто украденное и проданное 'друзьям' после того, как автору устраивали 58-ю статью, сейчас работало и развивалось. Не без перегибов и крайностей, но развивалось. Две самые сильные в мире научные школы – русская и немецкая – работали с огромной отдачей. Да еще помогая, и взаимно дополняя друг друга. Правда, нет-нет, да и японцы подбрасывали что-нибудь такое восточно-изощренное. Типа беспроводной внутрикорабельной связи, о которой 'величайшая страна мира' САСШ узнала, только захапав себе уцелевшие японские корабли. Да и то, разобраться с ней ей помогли те же японцы. А чему тут удивляться – всё, что смогла выродить англосаксонская цивилизация, это экономисты и психиатры. Ну, правильно, первые – мастера по ограблению всего мира, вторые лечат самую главную болезнь англосаксонской 'элиты' – психические расстройства. Нет, еще она родила журналистов, мастеров по обману и оглуплению народов. Только немного не учли эти ребята, что против подобной изощрённой задумки есть хорошее лекарство – петля. Ну, или пуля, если свинца не жалко. И назначают это лекарство с пониманием и удовольствием и в Союзе, и в Германии, и в Японии. Так что вполне реальная фантастика получается, когда под ногами не путаются эйнштейны, знающие своё место – конторский клерк. Или, говоря по-русски, молчаливый и исполнительный служка. Только.

'Скорость вычислений в ЭВУ-3 (электрический вычислитель Углова третьего типа) удалось довести до 10000 операций в секунду. Это даёт основания для применения ЭВУ-3 в качестве баллистического вычислителя и/или центрального элемента систем управления. В настоящий момент в качестве показывающего элемента в ЭВУ-3 используется световая панель на элементах Лосева-Никитина...

...С целью увеличения собирающей способности произведена замена стального покрытия зеркала теплообнаружителя – пеленгатора ВЭИ с диаметром 40 см. на покрытие с добавками селена. Применение же в качестве термоэлементов пластин арсенида галлия, позволило увеличить дальность обнаружения надводной цели в ночное время до 30-ти километров для среднетоннажных судов (эскадренный миноносец 'Володарский') и до 20-ти км для малотоннажных судов (сторожевой корабль 'Тайфун'). Вместе с тем, дальность обнаружения торговых судов не превышает 10-12 км в силу их меньшей, чем у военных судов, тепловой излучающей способности. Работы по повышению общей чувствительности теплообнаружителя – пеленгатора ВЭИ проводятся в плановом порядке...

...Увеличение мощности вихревого излучателя ВИ свыше 150 Вт приводит к ионизации воздуха по пути распространения луча. В месте скрещивания двух лучей наблюдается изменение хода времени на 0.001 секунду по сравнению с эталонными кварцевыми часами. Причина, по которой происходит то ускорение, то замедление хода времени пока не установлена. Кроме того, помещенные в область скрещения лучей измерительные устройства показывают увеличение мощности излучения на 10 % сверх суммарной мощности лучей...

...Проведенное в лаборатории сверхкоротких радиоволн расследование и соответствующие измерения показали, что при определённых условиях радиосигналы короче 1 см. могут воздействовать на биологические объекты, в том числе и на человека. В расследуемом случае потерпевшие длительное время находились под воздействием импульсного излучения переменной амплитуды, что привело к не до конца выявленным последствиям, хотя установлено, что в некоторых случаях наблюдались отчетливые видения, записанные с рассказов потерпевших на магнитную ленту. В настоящий момент все пострадавшие находятся на излечении в доме отдыха 'Волжские дали' под наблюдением специалистов из первого медицинского института г. Москва. Результаты расследования и данные измерений переданы в НИИ изучения человека академика Т. Лысенко...'

Эта последняя история наделала в Нижнем Новгороде много шума. Вдруг, ни с того ни с сего, почти два десятка человек практически одновременно обратились за врачебной помощью. При этом никаких признаков массового заболевания не наблюдалось – ни тебе 'испанки', ни пищевого отравления. Просто слабость, потеря аппетита, головные боли и... массовая, в смысле у многих, галлюцинация. На дурной роток не накинешь платок, но разговоры про 'вредительство', под которые некоторые шустрые ребятки попытались обделать свои делишки, закончились сразу, как только некоторым особо активным серьёзные ребята из НКГБ задали вопрос: 'О каком конкретно вредительстве вы тут говорите'? А потом выписали направление на стройки народного хозяйства – нечего зря языком трепать, не на базаре.

*

Необходимые примечания.

Амплитудная модуляция – это когда радиосигнал изменяется (модулируется) по величине (амплитуде). Крайний случай амплитудной модуляции т.н. цифровой (или двоичный) сигнал – есть/нет, 1/0. Авторы отдают себе отчёт в том, что неподготовленному читателю будет сложно и скучно читать текст, в котором много специальных слов и понятий. Но авторы делают это намеренно, поскольку без этого нельзя понять, что именно было потеряно, не реализовано или украдено в реальности. Авторы уверяют, что забытые со школы слова и понятия, легко вспоминаются, если посмотреть их значение, например, в Википедии.

Приведённые ниже фамилии, это фамилии реальных людей, которые на самом деле занимались тем, о чём пишут авторы. Но... У кого-то, как у Б.Грабовского, оказалась 'потерянной' документация. Кто-то, как Моругина и Кугушев, были ошельмованы и лишены права заниматься инженерной деятельностью. Кто-то, как А.Углов, были иезуитски подведены под 58-ю статью и очень быстро расстреляны. А между тем, прототип РЛС 'Ревень' был испытан в 1927 году. Результаты испытаний были... 'признаны'(!) не удачными и проект закрыт. По 'странному' стечению обстоятельств, через три года в Англии начались работы над системой РЛС, где за основу был взят... 'Ревень', 'неудачно' испытанный в Советском Союзе. И только когда 'недодавленные' упрямцы, вроде будущего академика Котельникова, довели-таки эти сведения до руководства страны, проект был возобновлён. К сожалению, времени хватило только на то, чтобы оснастить этой системой только несколько кораблей на Балтийском и Чёрном морях. Но даже это не позволило с началом войны застать базы флота врасплох неожиданным нападением. А если бы всё было иначе?

**

Авторы утверждали, что забытые со школы знания, легко вспомнить, если посмотреть непонятные слова в Википедии. Они не отказываются от своих слов, но хотят напомнить о том, что со сведениями, получаемыми из интернета, следует обращаться аккуратно. Например, слово 'вибратор' сегодня имеет исключительно интимно-эротическое значение. Между тем, на самом деле, это всего лишь тип излучающей радиосигнал антенны. Если вскрыть любимый радиотелефон, то та маленькая непонятная штучка, на которую намотаны провода, и называется вибратором.

Новиков

Дивизия, после окончания маневров, готовилась в обратный путь. И опять своим ходом. Только теперь вместе с ними к пятисоткилометровому пробегу готовились и танкисты Роммеля. Танковый полк Рейхсвера на новеньких 'четверках'. Именно на них, на знаменитых Pz. Kpfw. IV (Sd. Kfz. 161) или по простому, по-русски, Т-IV. Вот только вместо привычного короткоствольного 'окурка', из башни торчало солидное орудие длиной в 43 калибра. Да и подвеска была индивидуальная торсионная, как в свое время у Т-III. Не обследовать это чудо Германской технической мысли Новиков, конечно, не мог. Облазил всё. И за рычагами посидел, и в башне. Впечатление было одно – машина хорошая, но Т-29 намного лучше. По бронированию. По запасу хода. По маневренности и скорости. По огневой мощи. И даже, как не странно это звучало бы для любителей танковой техники из других времен, обзорность. Не зря, ох не зря Новиков в свое время бился смертным боем за установку призматических перископических приборов наблюдения. Прибор имел кратность увеличения. В поле зрения имелись угломерные и дальномерные линейки. А вот то, что этот прибор был очень похож на еще не появившийся на свет британский Mk IV, никого не касалось. Да и знать про это никто, кроме самого Новикова, не мог. Ну а радиосвязью нас само собой не удивишь! У нас еще со времен принятия на вооружение Т-19 все танки радиофицированы. В общем, покатался Новиков на немецкой машине, даже пострелял, и с удовольствием пересел в свой Т-29. А вот Роммель из 'двадцать девятого' вылез задумчивый и немного растерянный.

Постояли. Покурили. Хорошие все же сигареты выпускались в Германии. Пока выпускались. Петля экономической блокады стягивалась все туже. Британия старалась, как могла. Миротворцы, мать иху! Умудрились приравнять поставки в Германию табака, чая и кофе к поставкам военных товаров! Да, американцам у вас еще учиться и учиться. Если времени им, конечно, дадим. В Европе все явственнее пахло порохом. Сколько еще осталось? Два года? Три? Не больше. И война в Китае – это только прелюдия. Проба сил и испытание техники. Положение в мире и в Европе складывалось для 'хозяев мира' нетерпимое. СССР, Германия, Япония – выпали из их сферы влияния. Напрочь! Эти государства посмели проводить самостоятельную политику, поставив интересы своих народов превыше всего. Это было бы не так страшно для 'хозяев', если бы эти страны действовали каждая сама по себе. Но они решили объединиться и скоординировать свои усилия! А на попытки вмешаться и повлиять на происходящее изнутри, силами оппозиций и прочих внутренних либерастов, отвечали стремительно и жестко, даже жестоко. Всех этих 'оппозиционеров' выловили и расстреляли. И, судя по всему, не только их, но и тех, кто за ниточки дергал. С этими обходились вообще без суда. В Германии бесследно исчез адмирал Канарис. В России попал под колеса поезда Хрущев. В результате этого попадания, поезд сошел с рельсов и вагон, в котором ехали, ой, извините, следовали, высокопоставленные чины из МИДа и 'очень талантливые' журналисты, перевернулся и сгорел. Дотла сгорел. Даже косточек не осталось. В Японии всё то же самое, но с учетом национального колорита. Вежливое пожелание, написанное красивыми иероглифами, и несколько десятков заметных и не очень заметных чиновников и даже 'лиц приближенных к императору' совершили ритуальное самоубийство. Ну а тем, кто не очень хотел сам вспарывать себе живот, весьма ловко помогли секунданты. Понятно, что до конца очиститься от этой заразы за один прием невозможно, но выбить самых активных, разорвать и нарушить связи, внести элемент неразберихи и паники – это можно. И самое главное – нужно. Даже находясь в Китае, даже будучи сверх меры загруженным при формировании дивизии, Новиков следил за происходящим. И то, что он видел, слышал и читал – ему очень нравилось. Да и не только ему. Со страны словно сорвали какую-то волшебную сеть, в которую она была завёрнута, как сказочная принцесса. И ведь не просто 'дышать стало легче'. Многое из того, что раньше непонятным образом тормозилось и не получалось, стало делаться и стремительно развиваться. 'Не правда ваша, господа демократы! 37-й и тогда был не годом террора, а годом очищения, а уж теперь и подавно'. Эта мысль пришла Новикову после первых статей в газетах и разъяснений, полученных из политуправления РККА. И с тех пор он только крепче убеждался в её правоте. Не сработали хитрые схемы с оговором невинных людей. Практически нет случайно пострадавших от чистки. А тех, кто все же попал под удар, быстро отпускали с полным восстановлением в правах, зато потом активно занимались теми, кто их оговаривал. И ведь что интересно, как очистились города! Не от бытового мусора, хотя и его стало меньше, а от человеческого. Как это проявилось? Да элементарно! Куда-то подевались целые толпы всевозможных замов и помов, их жены, любовницы и любовники. Хотя почему 'куда-то'? Мест в стране, где нужна грубая сила человеческих рук, достаточно. И ведь, что характерно, ни одна сволочь не трудилась в реальном производстве или сельском хозяйстве! Но это ничего. Не хотели сами ручки марать – теперь будут трудиться на благо страны, а не своё личное, до кровавых мозолей.

От подобных приятных размышлений Новикова отвлек бесцеремонный толчок в бок.

–Полковник, Вы где витаете? О жене мечтаете?

Роммель довольно улыбался. А как же, подловил Новикова.

Пришлось отвечать в том же тоне.

–Ну, не только Вам витать в мечтах и стоять с видом роденовского мыслителя!

–Николай, если Вы действительно мечтали и вспоминали о своей жене, то наши мечты и думы не совпадают. Я мечтал о том, чтобы в нашей армии скорее появились такие машины как ваш Т-29. А если серьезно, то я почему-то отчетливо представил, что бы было, если бы нам пришлось воевать друг против друга. И мне стало жалко старушку Германию.

–А мне Россию. Это была бы страшная бойня. Мировая война показалась бы в сравнении с этим старым рыцарским турниром. Но самое главное – что мы бы проиграли, даже если бы победили.

–Извини Николай, твой немецкий безупречен, но я не всегда могу проследить нюансы славянской логики.

–Эрвин, перестань! У наших народов общие корни. Если мы не можем понять друг друга, то кто тогда вообще на это способен? А в данном случае все предельно просто. В этой войне мы бы настолько обескровили друг друга, что уже не смогли бы сопротивляться давлению англосаксов. Не сразу. Через десять, двадцать лет, но мы вынуждены были бы уступить напору их идеологии или начать новую войну, еще более страшную. Третью войну за полвека. Нам может просто не хватить сил. Не технических – душевных. И вообще, что это тебя потянуло на такие мрачные размышления?

Роммель как-то странно посмотрел на Новикова. Расстегнул ворот кителя. Словно он ему мешал дышать.

–Ты знаешь, Николай, я никогда не пытался посмотреть на все это вот так, в перспективе. Это страшно! Значит и все предыдущие войны между Германией и Россией были напрасны? Нас просто стравливали между собой как ... Это подло!

Роммель нервно вытряхнул из пачки сигарету и, прикурив, затянулся так глубоко, что ввалились щеки. Выдохнул через нос струю дыма, еще раз затянулся и с отвращением выбросил сигарету.

Новиков, хотя и знал Роммеля больше пяти лет, не переставал удивляться его представлениям о долге и чести. Иногда ему казалось, что еще чуть-чуть и за плечами Эрвина заполощется на ветру рыцарский плащ, а вместо фуражки, блеснет полированной сталью шлем, украшенный рогами или плюмажем. Это надо же до такого додуматься, сказать о деятельности британских политиков – 'это подло'! Нет, по сути, он прав. Но как-то не вяжется это определение с сегодняшними реалиями. И уж тем более с реалиями того мира, откуда пришел Новиков. И ведь не Дон Кихот.

Новиков даже тряхнул головой, пытаясь отогнать лезущее на язык слово, и все же не выдержал.

–Они не подлецы. Они либерасты и дерьмократы!

–Кто? – Удивление Роммеля было настолько неподдельно, что Новиков рассмеялся.

–Либерасты. Это такие твари, которые, прикрываясь фиговым листочком либеральных 'общечеловеческих' ценностей, готовы совершить любую подлость и гнусность, пойти на любое преступление, как только вопрос касается их интересов. Особенно материальных. А других у них, по большому счету, и нет. А дерьмократы, это те, кто этими либерастами управляет и пытается навязать свою подлость всему миру. И за всем этим – ад сионизма.

Что не говори, но вид растерянного кавалера ордена "Pour le Merite", стоил введения в обиход этих неологизмов. Причем, если с усвоением понятия 'либерасты' проблем у Роммеля не возникло, то вот второе определение вогнало его в ступор. Пришлось популярно объяснить. После этого, обычно прищуренные, глаза у Эрвина стали круглыми как у кота, занятого известным процессом. Но вот оно всё, видимо, соединилось, потому что Роммель сначала фыркнул, как упомянутый кот, а потом зашелся приступом смеха. Это было так неожиданно и заразительно, что Новиков невольно начал смеяться вместе с ним.

–Это предельно точно! – Роммеля все еще душил смех, – Умеешь ты, Николай, давать очень необычные определения. Но, видимо, это особенность вас, русских. Ты вот лучше мне скажи, если это не секретная информация, как вам удалось создать это чудо так, что даже у нас о нем ничего не знали?

Роммель как породистого скакуна похлопал по броне Т-29. На лице его все еще блуждала улыбка, а взгляд стал цепким и внимательным.

'Ну, ты волчара!' – это Новиков, конечно, не стал произносить вслух, да и сама мысль была не осуждающая. Скорее смесь уважения и восхищения.

–А так же, как и вы свою 'четверку', и не только. Головой и руками. А если честно, то ваши, кому положено, знали. И не просто знали, а помогали в разработке. Обратное, кстати, тоже верно. Наши инженеры принимали участие в создании ваших панцеров. Просто задачи определялись разные, поэтому и машины получились столь непохожие. Да и условия у нас и у вас сильно отличаются. Германия когда вышла из Версальских соглашений? Только в тридцать пятом. А у нас таких ограничений не было. Да и сейчас вам приходится производить военную технику с оглядкой на Европу. Поэтому и собирали ваши четверки у нас в Харькове из ваших комплектующих.

Роммель как-то расслабился, успокоился. Видимо, и умному человеку иногда нужно повторять прописные истины. Собственно, и сам Новиков тоже не знал всех подробностей заключенных между Союзом и Германией договоренностей, не его уровень. Но вот то, что с тридцать третьего года в СССР началось производство техники и вооружения для рейхсвера, знал прекрасно. Схема была, по сути своей, простая, хотя и достаточно трудоемкая. Союз официально оформлял в Германии заказы на производство различных узлов или образцов вооружений и техники в счет полученных от Германии кредитов. Все это легально доставлялось через Прибалтику или морским путем в СССР. Здесь монтировалось или довооружалось, а дальше или возвращалось в Германию под видом металлолома или, а вот тут очень интересная задумка, поступало на вооружение частей рейхсвера, под видом наемников расположенных на территории России, Закавказья и Средней Азии. В последнем регионе немцы себя вообще замечательно проявили. После того, как в 34-35гг. они поголовно уничтожили несколько басмаческих группировок, там наступили мир и благодать. А для любого желающего отправить кого-либо с той стороны в Советскую Среднюю Азию, это теперь заканчивалось одинаково – его голову присылали в дар доблестным немецким эфенди. Так что сотрудничество было по-настоящему взаимовыгодным.

Промышленность Германии работала с нарастающей нагрузкой, осваивая производство новой техники и оружия. Советские заводы приобретали неоценимый опыт и новейшие технологии. Совместная работа с немецкими специалистами позволила значительно поднять уровень технической культуры.

Части рейхсвера под видом своеобразного Иностранного легиона получали необходимый и весьма специфический опыт, заодно надежно прикрывая южные границы СССР.

Почти идиллия. Но уже по всему было видно, что эта схема доживала свои последние дни. Наверное, уже со следующего года Германия перестанет скрываться и начнет у себя открытое производство военной техники, развертывание новых армейских частей, и формирование Люфтваффе. Время, отпущенное историей на подготовку к новой войне, стремительно заканчивалось. А сколько еще надо сделать!

Конечно, разговор требовал продолжения, вот только возможность появилась не скоро. Свыше пятисот километров по российскому бездорожью – это не шутка. Тяжелое испытание даже для Т-29, что уж говорить про немецкие 'четверки'. Вот когда в полной мере проявились их недостатки. И в первую очередь – ограниченный запас хода на одной заправке. В условиях бездорожья – сто, максимум сто десять километров. Это против трехсот у 'двадцать девятых'. А аварийное обслуживание техники превратилось для немецких танкистов и техслужб в настоящий кошмар.

Короче говоря, уже к концу первых суток график движения полетел к чертовой матери. Разрыв между советскими и немецким частями достиг восьмидесяти километров. Новикову пришлось отдать приказ остановить движение и дожидаться отставших немецких камрадов.

Ругавшегося на дикой смеси из немецкого и русского мата Роммеля Новиков встречал вместе со своим неизменным зампотехом, Ивановым. Идея, пришедшая тому в голову, была проста, но позволяла здорово увеличить время пробега немецких танков на одной заправке. Подвесные баки. А поскольку взять их посреди степи негде, то подойдут и бочки из-под бензина. Долго объяснить идею Роммелю не пришлось, суть он ухватил сразу, сам был мастером импровизации. Но разнос своим технарям, за отсутствие должного технического мышления, устроил первостатейный. И понеслось: грохот железа, шипение и всполохи сварки, рёв моторов заправщиков и машин техпомощи. В общем, вполне нормальный и вполне организованный бардак. Ночи хватило. И, слава богу! С утра зарядил нудный осенний дождь и дорога, если это конечно можно назвать дорогой, стала на глазах превращаться в сплошное месиво.