Текст книги "Право выжить. Исход (СИ)"

Автор книги: Сергей Харт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 32 (всего у книги 34 страниц)

Глава 41: Переворот

Нас встречали как героев! Завидев голову дракона, солдаты разом высыпали на улицу, подхватили Деда с Андреем на руки и с громогласным «Урааа!» понесли их к казарме.

Прапорщик тоже вышел. Лицо его светилось от радости. Он жал нам руки и лез обниматься и целоваться. Еле угомонили.

– Убили-таки! – злорадно сказал военный и хорошенько наподдал по голове.

А потом начался праздник! Мы выставили на стол все, что привезли с собой, а прапорщик щедро распахнул двери кладовых. Гуляли долго и шумно, но без излишнего пьянства и драк. В смысле совсем без драк, но с умеренным пьянством.

Голову дракона насадили на шест и водрузили у входа в казарму. После каждой пары рюмок, прапорщик выбегал на улицу, оббегал кругом этот импровизированный штандарт, после чего возвращался обратно.

Он был счастлив, как ребенок!

Я присел на чью-то койку и принялся наблюдать за веселящимися людьми. Громко играла музыка, кто-то пробовал танцевать. Спиртного мне не хотелось, поэтому я держал в руке стакан с обычной водой. Иногда ко мне подходили солдаты, что-то спрашивали, говорили, чокались и уходили.

Так продолжалось какое-то время. Меня потихоньку разморило, и я подловил себя на том, что глупо улыбаюсь. В дверях показался Дед. Он повертел головой, потом заметил меня, подошел. Лицо его было хмурым.

– Кругом веселье, а на тебе лица нет! – приветствовал я его.

– База не отвечает, – мрачно ответил он.

– Кто не отвечает?

– База! Иван молчит.

– Спит, наверное, – пожал я плечами, – время позднее, завтра свяжешься.

Дед кивнул, поднялся и ушел. Зуб даю, опять пошел к рации. По-моему, если человек один раз не вышел на связь, это еще не повод для паники. Тем не менее, от слов Деда в душе у меня зародилась тревога, и все удовольствие от вечеринки было испорчено.

Ночь прошла быстро. Я не стал дожидаться окончания веселья. Отошел в дальний угол, где стояли выделенные нам койки, и улегся спать. Я долго лежал с закрытыми глазами, вспоминая сегодняшний день. Музыка постепенно стихала, а свет перестал досаждать, и я провалился в сон.

Утром я первым делом разбудил Деда, и мы вместе отправились к машине. День обещал быть солнечным! Теплые лучи быстро прогревали воздух, отгоняя ставший уже привычным утренний холод.

Мы подошли к «УАЗу». Старик уселся на место водителя и взялся за рацию. Я остался стоять снаружи.

– База, база! Это орел! Ответьте. Иван, ты меня слышишь? Прием!

Мы подождали немного, но ответа не последовало. Дед принялся возиться с настройками, повысил громкость динамика и вновь запросил базу. Тишина была ему ответом.

– Может, сломалась? – предположил я. – Машина же вчера перевернулась.

– Может быть, – согласился Дед, и мы перебрались в бульдозер.

Целый час он пытался установить связь. Менял настройки, крутил антенну, ждал. В конце концов, наше беспокойство переросло в сильную тревогу.

– Надо ехать, – сказал Дед. – Там явно что-то случилось!

Я кивнул. Надо. Может и зря мы волнуемся, может просто рация сломалась или сигнал не доходит, но ехать надо однозначно.

Разбудили остальных, описали ситуацию. Андрей вошел в положение и сразу же пошел в автопарк, готовить технику. На шум наших сборов вышел заспанный прапор.

– Как, уже уезжаете? – удивился он.

– Беда у нас, – объяснил Дед, – база не отвечает на вызовы. Надо проверить.

– Ну, раз такое дело… – вздохнул военный – Только пилота я с вами не отпущу!

– Кого? – не понял я.

– Пилота! Ну, англичанина вашего. Он умеет управлять самолетом, вы разве не знали?

Мы недоуменно посмотрели на Брюса.

– You are pilot? – спросил я у него.

– Yeah, – подтвердил он и замялся, – I'd like to stay here…

– Чего он там бормочет? – спросил Игнат.

– Говорит, что хочет остаться, – вздохнул я.

– Думаю, мы не вправе ему запрещать, – пожал плечами Дед. – Человек волен сам выбирать свою судьбу.

Я глянул на американца и улыбнулся.

– Good luck to you!

Он улыбнулся в ответ и проговорил по слогам:

– Спа-си-бо!

На улице мы столкнулись с Андреем, и он сходу нас огорошил:

– Раньше, чем через час выехать не получится!

– Почему? – хором спросили мы.

– Грузовик не заводится, аккумулятор сел, а у бардака бак почти пуст. Насос у нас ручной, долго наполнять придется…

Дед выругался.

– Почему бак пустой? Мы же вчера едва пяток километров сделали!

– Начальство велело много не заправлять, – виновато потупился Андрей. – Только чтобы туда и назад хватило.

Мы зло посмотрели на прапорщика, а тот внезапно вспомнил о каких-то сверхважных делах и быстро ретировался в свой кабинет.

Дед с силой топнул ногой.

– Что ж теперь делать то…

– На джипе поедем! – решил я.

Старик вскинул брови.

– А техника? А оружие?

– Поедем вдвоем, а остальные загрузят машины и приедут позже.

Дед нехотя кивнул.

– Другого выхода нет.

– Я с вами, – выступил вперед Василий. – Игнат с Семой и вдвоем управятся. Верно?

Игнат кивнул, а Сема вопросительно глянул на меня.

– Оставайся с Игнатом, потом пригонишь грузовик.

– Понял!

– А бульдозер? – спохватился Дед.

Василий отмахнулся.

– Потом заберем!

Старик повернулся к Игнату.

– Перед тем как возвращаться, проедьтесь немного дальше по трассе. Километров через десять, по правую сторону должен быть поворот на деревню «Орешкино». Проверьте, есть там что, или нет.

– Сделаем.

Мы быстро загрузились в «УАЗ» и, не прощаясь, покатили к проломанной накануне дороге. За рулем сидел Василий. Дед сел подле него, а мне досталось место на заднем сидении.

Ехали довольно быстро, километров сорок в час, плюнув на шасси и дикую тряску. Василий не только не сбавлял скорости, но и наоборот, старался поддать газу. Вскоре мы свернули на трассу.

Добравшись, наконец, до города, я вздохнул с облегчением. От этой езды у меня разболелась голова, а желудок просился наружу. Оставалось лишь радоваться, что я не позавтракал.

Дед не оставлял попыток выйти на связь. Надеялся, что сигнал слабый и вот-вот дойдет. Последнюю попытку он предпринял, когда мы уже почти подъехали к дому, но результат был прежним.

– Ничего… – вздохнул старик, убирая микрофон на подставку.

Улицы становились все более знакомыми. Мы были уже совсем близко.

– Стой! – скомандовал я, и Василий затормозил. Они с Дедом посмотрели на меня вопросительно.

– Тут паркуемся, – пояснил я, – дальше пешком пойдем.

Дед одобрительно кивнул.

– Верно, если в общине проблемы, то лучше тихо туда прокрасться и посмотреть, что к чему.

Василий прижал машину к обочине и заглушил двигатель. Мы вышли наружу, и подошли к багажнику. Внутри лежала наспех собранная сумка с боеприпасами.

Я вскрыл пачку патронов и быстро снарядил магазин к автомату. Два снаряженных уже болтались на разгрузке, и я прицепил к ним третий. Закинул в карманы гранаты для подствольника, подвесил рядом пару «РГД», проверил пистолет, нож.

Вооружены мы были одинаково. Тяжелое оружие Дед запретил брать строго настрого, мотивируя это тем, что миссия наша носит исключительно разведывательный характер и затяжных боев не предполагается.

– Готовы? – спросил старик, первым закончив приготовления.

Я передернул затвор автомата, показывая, что готов. Василий запихнул последний патрон в магазин и кивнул.

– Готов.

– Тогда вперед.

Мы перешли через дорогу, протиснулись между двумя двухэтажными домами и вошли во двор. До дома выживших идти было минут десять. Я специально велел Василию остановиться подальше, чтобы в общине никто по возможности не услышал звуки работающего двигателя.

Впрочем, предосторожность эта скорее всего не помогла. Город можно сказать мертв, громкие звуки на километры разносятся. Вспомнить хотя бы, как мы издалека засекли по звуку машины «Варановских», когда они напали на группу Василия.

– Ведем себя тихо, – стал повторять инструктаж Дед, – в бой не вступать, ограничиться только наблюдением!

– Знаем, знаем, слышали уже, – проворчал Василий, настороженно оглядываясь по сторонам.

– Так послушай еще раз! Это важно! Если нас засекут, немедленно отступаем к машине и ни в коем случае не геройствуем! Понятно?

Старик строго посмотрел на нас обоих. Мы по очереди ему кивнули.

– Понятно.

Во дворе было грязно и пыльно. Мы обошли старенький жигуль, припаркованный под облысевшим кленом, и вступили на детскую площадку. Миновали сиротливо стоявшие качели, обошли начавшую ржаветь горку, прошли мимо песочницы.

Потом вновь вышли на дорогу, немного прошли по ней и зашли в другой двор. Дома выглядели брошенными, но я заметил в некоторых окнах силуэты.

– Ты бывал тут раньше? – тихо спросил я Василия.

– До или после? – уточнил он.

– После.

– Только мимо проезжал. Магазинов тут нет, а люди, если и есть, на контакт не идут.

Я вновь посмотрел на окна, где видел силуэты, но на этот раз ничего не увидел.

– А волков? – вновь спросил я, представив, как за окном притаилась готовая к броску туша.

– Этих точно нет, – заверил он. – Дозоры бы сразу заметили. Близко.

Что ж, это успокаивало. Во всяком случае, тут мы не помрем.

– Тихо вы, – шикнул на нас Дед. – Пришли уже!

Мы действительно пришли. Остановились возле угла, и Дед осторожно заглянул за него.

– Что там? – спросил Василий.

– Трое охранников, у двоих есть ружья.

– Дежавю, – хмыкнул я.

Дед улыбнулся во весь рот, а вот Василий непонимающе спросил:

– В смысле?

– Да были уже в похожей ситуации, – не стал я вдаваться в подробности.

Я глянул на часы. Полвосьмого. Скоро начнет жарить, и народ повылазит из дома. Если мы хотим что-то предпринимать, то делать это надо прямо сейчас.

– Странно, – протянул Дед, продолжавший наблюдение.

– Что?

– Ведут себя странно! Один охранник ушел, но не направо, а налево, к дому «Варановских».

– Быть того не может… – пробормотал Василий.

Дед вновь вернулся к наблюдению. Минут через пять он удивленно присвистнул и обернулся ко мне.

– Тебе лучше самому это увидеть!

Я поменялся с ним местами и выглянул из-за угла. Двое охранников стояли у стены, курили и о чем-то разговаривали. Недалеко от них была навалена куча строительного мусора: бревна, кирпичи, металлическая арматура. Посреди этой свалки копошились две фигуры. Я присмотрелся, стараясь разглядеть их лица, и присвистнул.

Дед Иван и Паша. Грязные, оборванные и похоже хорошенько избитые. Старик пытался поднять какой-то стальной прут, но сил ему на это не хватало, и он упал. Один из охранников громко заматерился, подскочил к пленникам и огрел старика прикладом по спине.

Паша схватил подонка за рукав, но получил кулаком в челюсть и упал на колени, схватившись за разбитое лицо. Гогоча, охранники стали пинать его ногами.

– Твою ж мать! – выругался я.

– Что там? – взволновано спросил Василий. Он хотел было посмотреть, но я перегородил ему дорогу.

– Лучше не смотри.

– Пусть смотрит, – твердо сказал Дед.

Я отступил, пропуская Василия, но остался рядом с ним, готовый в любой момент схватить его и оттащить назад, если он решится на какую-нибудь глупость. Однако глупостей он делать не стал. Посмотрел пару минут и отошел, возвращая место наблюдения Деду. Лицо его было серым, а глаза искрили злобой, но самообладания он не потерял.

– «Варановские», – с ненавистью в голосе сказал наш водитель.

– Да, похоже, они захватили власть, – согласился Дед.

– Это понятно, – кивнул я. – Но как?

– Это нам и предстоит выяснить.

Дед продолжил наблюдать, а мы стояли рядом и молча ждали.

– Нужно наших освобождать! – не выдержал Василий.

– Нужно, – согласился Дед. – Только как это сделать?

– Выйдем и убьем их! – решительно сказал наш водитель.

Дед неодобрительно покачал головой.

– Начнем стрелять, набегут другие. Завяжется бой, и уйти будет намного сложнее. Кроме того, так «Варановские» узнают о нашем присутствии, и мы потеряем преимущество неожиданности.

– И что же нам делать? – отчаялся Василий.

– Ждать подходящего случая!

– Ждать нельзя, – возразил я. – Скоро Семен с Игнатом приедут, а они ведь не знают ничего. Попрут прямо во двор!

– Верно, я и забыл о них… – растерянно протянул Дед.

Мы помолчали, обдумывая сложившуюся ситуацию. Как ни старался я придумать план, но ничего умного в голову не лезло.

– Они ведь и не смотрят по сторонам, – сказал Василий после того, как очередной раз выглянул из-за угла. – Можем попытаться подойти тихонько.

– Тут метров тридцать по открытому пространству! – возразил Дед. – Увидят.

– А мы не прямо пойдем, а направо, вдоль дороги. Выйдем из поля зрения, перейдем через дорогу и вернемся уже с той стороны, вдоль стены дома.

– Тогда мы потеряем их из виду, – опять возразил Дед.

– Кто-то должен остаться тут и координировать тех, кто пойдет, – предложил я. – Может получиться.

– Рискованно очень, – покачал головой старик. – А если из окна кто-нибудь наблюдает?

Василий посмотрел ему в глаза.

– Там мой сын. Я готов рискнуть!

Я поддержал его.

– Я тоже.

Дед тяжело вздохнул.

– Черт с вами. Идите!

Мы подождали, пока охранники не отвернутся и, пригнувшись, вынырнули на дорогу. Свернули направо и рысцой побежали, стараясь побыстрее скрыться из поля их зрения.

Я все ждал, что нас заметят, ждал окрика, выстрела, но все было тихо. Мы прошли немного вперед, после чего пересекли дорогу, прижались к стене и повернули обратно.

Добравшись до угла, я взял автомат наизготовку и присел. Предохранитель был снят заранее, а затвор я передернул еще у джипа, так что если придется стрелять, сделаю это быстро. Но надеюсь, что до стрельбы все-таки не дойдет.

Батя с Пашей были прямо перед нами, в каком-то десятке метров, но стояли они к нам спинами, так что видеть нас не могли.

– Надо их предупредить, – прошептал мне на ухо Василий.

Я согласно кивнул. Посмотрел на Деда и показал пальцем за угол, а потом себе на глаз, интересуясь, смотрит ли охрана. Дед жестом показал, что те курят и все им пофигу. Тогда я подобрал с земли небольшой камень, прицелился и кинул.

Камень угодил Паше в спину. Он резко обернулся, увидел нас и удивленно выпучил глаза. Я махнул ему рукой и приложил палец к губам, чтобы не шумел. Он кивнул, нагнулся и прошептал что-то на ухо Бате. Тот посмотрел на нас искоса, чуть заметно наклонил голову и продолжил работу.

– Надо отвлечь охрану, – прошептал я Василию.

Он развел руками и так же шепотом спросил:

– Как?

– Они набросились на деда Ивана, потому что он упал. Нужно, чтобы Паша их опять спровоцировал.

Василию план не понравился, но ничего лучше он придумать не смог и вынужден был согласиться. Как-никак, идти сюда была его идея, и отступать уже поздно. Я снова привлек внимание Паши и, как мог, объяснил, что именно от него требуется. Кажется, он понял. Во всяком случае, спустя минуту упал на землю, схватившись за ногу, и громко застонал. Дед Иван присел рядом с ним на корточки.

– Чего расселись, мрази? – гаркнул из-за угла гнусавый голос.

– Больно! – простонал Паша.

– Кажется, он сломал ногу! – сказал Батя.

– Мля! Дохляк, а ну вставай! И ты скелет, тоже. Живо работать!

Охранники приблизились к пленным. Один из них пнул старика в бок и тот повалился на землю. Второй замахнулся, намереваясь ударить Пашу прикладом.

Ждать дальше мы не стали. Василий первым рванул вперед, быстро преодолел разделяющее нас расстояние и сделал красивую подсечку, отправляя замахнувшегося на Пашу бандита на землю. Второй обернулся, вскинул было ружье, но, получив мощный удар прикладом в лоб, моментально вырубился.

Я подбежал спустя секунду и направил ствол автомата в лицо тому охраннику, который оставался в сознании.

– Не шевелись!

Бандит замер, раскрыв рот.

– Сынок, ты как? – взволнованно спросил Василий, помогая сыну подняться.

– Все нормально! – отозвался тот, обнимая отца.

Паша помог подняться деду Ивану, после чего они со стариком подхватили упавшие ружья. К нам подошел Дед. Василий достал из кармана моток проволоки и быстро связал обоих «Варановских». По мотку проволоки было и у нас с Дедом, взяли на всякий случай. Связанных охранников мы оттащили за угол, после чего стали совещаться.

– Что у вас тут произошло? – спросил я.

– Переворот, – горько усмехнулся Батя.

– А эти тогда откуда? – я кивнул на «Варановских».

– Все было гораздо хуже, чем я предполагал. Несколько советников заключили договор с Варановым и они вместе устроили переворот. Напали ночью, перебили половину дружины, а остальных разоружили и согнали в подвал!

Он посмотрел на Деда.

– Вы не отвечали на вызовы, а времени было в обрез, поэтому рацию я отключил и спрятал. Не хотел, чтобы они про вас узнали.

– Ясно, – кивнул Дед и указал на кучу мусора, – а это что?

– Баррикада, – пояснил Паша. – Они хотят один выход полностью перекрыть.

– А как Доктор и девочки? – спросил я, тревожась за Сашу.

– В лазарете. Раненных много.

– А Юрка? – спросил Василий.

– С ним все в порядке, – успокоил отца Паша, – он в подвале, вместе с остальными.

Я вздохнул с облегчением. Значит, с Сашей все в порядке.

– Здесь еще наблюдатели есть? – спросил Дед, кивнув во двор.

– Нет, только эти двое, – покачал головой Паша. – Еще один иногда приходит, но редко. Недавно ушел и раньше, чем через час точно не вернется.

– Из окон наблюдать могут, нужно уходить.

– Ну уж нет! – возразил я. – Если мы уйдем, то вернуться потом будет сложнее. Сейчас они нас не ждут, мы должны вытащить остальных!

– Ладно, и что ты предлагаешь?

План у меня был. Созрел, пока мы разбирались с охраной. Я обвел взглядом окружающих и принялся раздавать указания:

– Паша с Дедом возьмете ружья и будете изображать охрану, дед Иван, вы пройдете через дворы, там увидите «УАЗ», в нем рация. Свяжитесь со второй группой и объясните им ситуацию. Василий, ты пойдешь к Татарину, опишешь ситуацию и передашь ему мою просьбу о помощи.

– С чего бы это им нам помогать? – удивился Василий.

– Просто сходи и передай. Вреда-то от этого не будет, верно?

– Ладно.

– Всех пристроил, а сам что будешь делать? – поинтересовался Дед.

– Вытащу наших из лазарета.

– Безумец! Там же охрана кругом! – Дед глянул на Батю в поисках поддержки и тот согласно кивнул.

– Через двор не пройти, заметят сразу! Они пулемет в центр двора выкатили, тебе как раз мимо него идти придется.

– Значит, через двор не пойду, – пожал я плечами.

– В обход? – спросил Дед.

– По крыше.

– Пятый подъезд вот эти, как раз и охраняли, – сказал Паша, указав на своих бывших надзирателей. – Думаю, что наверху сейчас тоже никто не стоит, людей у них осталось не много.

– Может получиться, – согласился Василий. – А как будешь резервуары проходить?

– С помощью этого, – сказал я, демонстрируя нож, – только вот ключи от крыши достать надо.

– Ключи у Нины Федоровны есть, – сообщил дед Иван.

– А она… – я осекся, стараясь правильно подбирая выражения, но тот меня понял.

– Она с ними. Предательница. Ты знаешь ее квартиру?

Я кивнул.

– Бывал…

– Так вот, у нее есть связка из пяти ключей, по одному для каждого подъезда. И вот еще, ты главное не слушай ее, она баба коварная! Предполагаю, что за переворотом именно она и стоит.

Я снова кивнул.

– Понял.

– Тогда удачи тебе!

Я поднялся, собираясь уходить, но Дед остановил меня. Вытащил из кобуры свой «Стриж», вынул из кармана черный цилиндр глушителя и быстро навинтил его на ствол.

– Держи, – протянул он мне свое оружие.

Я взял пистолет и с любопытством осмотрел удлиненный ствол.

– А я и не знал, что к ним глушители прилагаются!

– Потому что не глазастый, – хмыкнул Дед. – Ты еще не заметил, что у него магазин на семнадцать патронов, крепления под разные плюшки вроде тактического фонарика и есть возможность ведения автоматической стрельбы!

Я присвистнул. Он мне еще на складе такой предлагал, а я отказался. Это ж надо было так сглупить!

– Ладно, иди уже! – усмехнулся Дед.

Глава 42: Спасательная операция

До подъезда я добрался благополучно. Хоть в каких-то пятидесяти метрах от него располагалась стоянка, на которой дежурили несколько человек, но никто меня не заметил, не окрикнул, и в спину стрелять не стал. Толстая металлическая дверь закрылась за моей спиной, и я вздохнул с облегчением.

Автомат отправился за спину. Я направил перед собой пистолет и стал медленно подниматься по лестнице.

Пролет, еще один. Третий этаж встретил меня скрипом двери. Я навел оружие в ту сторону, палец замер на спусковом крючке. Старая деревянная дверь, безвольно болталась на погнутых петлях. Замок был вырван с мясом. Я подошел поближе и заглянул внутрь. Пулевые отверстия на стенах и засохшая кровь на полу явно указывали на то, что тут уже никто не живет.

Квартира «295» находилась на другой стороне площадки. Я подошел к ней вплотную и встал в углу так, чтобы меня не было видно из глазка, после чего громко стукнул три раза. Послышались шаги.

– Кто там? – раздался из-за двери грубый мужской голос.

На мгновение я растерялся, но тут же пришел в себя и ляпнул первое, что пришло в голову:

– Срочный приказ от Варанова!

Наступило молчание, потом замок щелкнул и дверь распахнулась. На пороге стоял крупный, мускулистый мужик в одних трусах. В руке он небрежно держал пистолет неизвестной мне модели.

– А ты кто такой? – спросил он и только тут заметил направленный ему в грудь пистолет. Он растерялся. Не сообразил, что именно лучше сделать, стрелять или захлопнуть дверь. Спустя секунду он все же решил стрелять, попытался навести на меня оружие, но я действовал быстрее.

Пистолет дернулся, чихнул, и мужик со стоном осел на пол, зажимая рукой две аккуратные дырки в груди. Остекленевшие глаза удивленно уставились в потолок. Пистолет выпал из ослабевшей руки.

– Смерть твоя! – ответил я трупу и присел, чтобы поднять оружие.

– Вадимчик, что там?

Из коридора вышла Нина. На ней был тот же самый халат, в котором я застал ее в прошлый раз. Завидев труп, она вскрикнула и попятилась.

– Здравствуйте, Нина Федоровна, – поздоровался я, направляя на нее оружие. – А куда это вы собрались?

Я быстро подошел к ней и заглянул в комнату, из которой она только что вышла. Спальня. В углу стояла большая кровать, белье на ней было в полном беспорядке, а по всему полу валялась разбросанная одежда. Женская и мужская, вперемешку. На стуле висели бронежилет и пустая кобура.

– Скажите, Нина, а давно вы этого Вадимчика знаете? – спросил я.

– Друг детства, – ответила она, не отводя взгляд от трупа.

– Как вижу, не только друг.

– Антон… – прошептала женщина, упершись спиной в стену, – не стреляй, пожалуйста.

– Не выстрелю, – пообещал я, – если вы будете со мной честны. Будете?

Она кивнула.

– Вот и хорошо. Мне нужны ключи от дверей на крышу. На все подъезды. Они ведь у вас, верно?

Он снова кивнула.

– Дайте мне их.

Мы прошли в кабинет. Женщина подошла к столу и дрожащими руками выдвинула ящик. Я напрягся, готовый выстрелить в любой момент, но она просто достала связку ключей и положила на край стола.

– Вот!

Я взял ключи и не глядя сунул карман. Вряд ли она меня обманывает, слишком дорожит своей жизнью.

– Наверху кто-нибудь дежурит?

– Нет.

Я приподнял пистолет.

– Точно?

– Клянусь! У них слишком мало людей! Вадим говорил, большинство подвал стерегут.

Эта информация не могла меня не обрадовать. Чем больше людей охраняют подвал, тем меньше встретится мне на пути.

– А теперь в спальню! – велел я.

– За… зачем? – глаза Нины расширились, и она плотно сжала полы халата.

– Не за этим, – усмехнулся я. – Вперед!

Она посмотрела на меня недоверчиво, но подчинилась. В спальне я сразу же подошел к стулу и снял с него пояс убитого Вадима. Забрал запасной магазин к пистолету, а наручники кинул женщине.

– Пристегнитесь к кровати.

– Антон! – она сидела на кровати, держа наручники в руках. В ее глазах стояли слезы. – Они меня заставили! Я не хотела! Он меня насиловал!

– Вадимчик? – усмехнулся я. – Ласково же ты своего насильника называешь! А соседей твоих за что убили? Громко музыку по ночам слушали?

Я устал от ложной вежливости и любезности. Ее вранье и искусственные слезы вывели меня из себя. Я поднял пистолет с твердым намерением пристрелить эту лживую подлую женщину. Слезы перестали литься из ее глаз, а испуганное выражение сменилось безразличием.

– Ладно, ты не такой дурак, как остальные. Тебя не проведешь, – она посмотрела на меня пристально. – Оставайся со мной. Варанову нужны умные люди, а ты парень не промах! Оставайся, разделим власть!

– Пристегивайся! – холодно велел я.

Она медленно пристегнула себя к кровати и легла в откровенную позу, раздвинув ноги.

– Уверен, что не хочешь?

Я поднял с пола камуфляжную куртку, подошел к кровати, сдвинул ноги женщины вместе, после чего крепко привязал их к бортику. Подобрал белую майку и запихнул ей в рот в виде кляпа. Проверил наручники и убедился, что в ближайший час она точно не вырвется.

Перед тем как уйти я сказал:

– Знаешь, не мне тебя судить, но, когда те, кто имеет на это право до тебя доберутся, ты еще пожалеешь, что я сейчас тебя не убил.

Она замотала головой, замычала, а в глазах ее блеснул неподдельный страх. Не обращая на нее больше внимания, я вышел из квартиры и плотно закрыл за собой дверь. На душе было неприятное чувство, словно в дерьмо вляпался.

Наверху и правда никто не дежурил, тут Нина не соврала. Я подошел к двери и принялся подбирать ключ. После третьей попытки, замок со скрежетом открылся, и я вступил на крышу.

Нереально голубое небо и футуристический вид уже не вселяли в меня чувство восторга. Только тоску. Наверное, я слишком устал от этого мира. Устал от сражений, убийств, подлости. Больше всего на свете, мне хотелось, чтобы эта катастрофа никогда не происходила.

Очень хотелось домой.

По-настоящему сильный дождь не шел уже довольно давно, поэтому емкости должны быть практически пусты. Я надавил ногой на брезент и по тому, как легко он прогнулся, убедился в своей правоте.

Блеснула сталь клинка. Нож с трудом резал плотный брезент. Я вырезал некое подобие двери и оттуда хлынул поток воды. Я забрался внутрь и, загребая ногами, пошел к противоположной стенке. Несколько взмахов и в преграде появилось еще одно отверстие.

Действуя, таким образом, я миновал четыре емкости, прежде чем добрался, наконец, до цели. Вандализм, конечно, но что поделать? Не по бортику же обходить!

Второй подъезд встретил меня тишиной и безлюдьем. Осторожно спускаясь, я не забывал осматривать каждый пролет, но так никого и не встретил. Везет пока.

Везение кончилось на третьем этаже. Еще на подходе я услышал шум. Речь, стоны, бряцание предметов и шаги. Тут кипела бурная деятельность!

Я остановился, прижавшись к стене, и стал выжидать. Прикинул, сколько патронов у меня в запасе. Дед говорил, что в магазине семнадцать зарядов, выстрелил я только два раза, а значит еще пятнадцать в запасе. Много!

Движение и голоса стихли. Ушли? Похоже, что так. Ну, была, ни была! Я шагнул на площадку, держа пистолет перед собой. Там были двое. Один стоял лицом ко мне, другой боком. У обоих из-за пояса торчали пистолеты и по виду они походили на уголовников. Уголовники, небось, и есть.

Меня заметили сразу. Тот, что был повернут лицом, крикнул: «Эй!» и потянулся к оружию, второй начал поворачиваться и все бы ничего, но тут из двери вышел третий. Чернорубашечник, как назвал их дед, с автоматом и в броннике.

Меня прошиб пот. С двумя я бы еще как-нибудь справился, но три – это перебор! А самое паршивое, что назад уже не отступить. Поздно!

Что же делать?! Думай, думай!

В голове что-то клацнуло. Я почувствовал, как в кровь хлынула волна адреналина, а движения бандитов вдруг стали плавными, заторможенными.

«Адаптация, мать ее так и раз-этак!» – радостно понял я.

Такое уже случалось со мной и раньше. Первый раз, когда мы потеряли Кондрата, а второй на крыше, во время атаки дракона. Тогда я тоже был на волоске от гибели и время словно замедлилось для меня, но тогда я не сообразил, что именно со мной произошло, а теперь дошло!

Пока я думал эту мысль, палец сам нажал на курок. Пистолет чихнул как-то вяло, медленно отскочил затвор, выплевывая дымящуюся гильзу. Мне даже показалось, что я успел увидеть летящую пулю.

А может и не показалось.

Труп бандита стал съезжать на пол, а я уже смещался вправо. Как ни странно, но всеобщая заторможенность никак не повлияло на мою скорость. Похоже, ускорилось не только мое восприятие, но и все тело разом.

Я нащупал пальцем переключатель между режимами стрельбы и вдавил его. В кого целиться? Второй бандит только повернулся и еще даже к оружию не успел потянуться, а вот чернорубашечник уже поднимал свой автомат. Это и предрешило мой выбор.

Пули застрекотали по бронежилету. Затем одна угодила ему в шею и две в лицо. Не отпуская курок, я перевел пистолет на последнего бандита и буквально вспорол ему живот. Патроны кончились.

Время пошло с обычной скоростью. Оба тела рухнули почти одновременно. Сердце у меня в груди колотилось как бешенное, а кости и мышцы дико ломило. Тело отвечало на перегрузку. Очень захотелось сесть, закрыть глаза и отдохнуть. Но я знал, что если поддамся этому соблазну, если сяду, то встану еще очень нескоро.

Превозмогая боль, я направился к убитым. Пока снимал с них оружие и боеприпасы, пульс вошел в норму, а боль слегка поутихла. На шум никто не из лазарета не вышел. То ли не поняли ничего, то ли шума было мало.

– Осторожнее, козел! – прорычал лежащий у входа мужик. Голова его была забинтована, однако это хмурое, бородатое лицо я узнал сразу.

– Мишка, ты что ли?

– Антон? – удивился вахтер, – какими судьбами? Мы думали, что вы там все того, померли!

– Живые мы, – заверил я его. – Где Доктор?

– В операционной, – ответил Мишка, – бандюгу какого-то оживляет. Эти твари велели вначале своих, а потом уже наших лечить. Три человека богу душу отдали, не дождались…

– А ты как? Сильно задело?

– Ерунда! Пуля в голову, на вылет! – он приподнял бинты, демонстрируя аккуратную дырку во лбу. – Доктор говорит, над мозгом прошла, жить буду!

– А ходить можешь?

– Теоретически, – отозвался он и попробовал встать. С моей помощью у него это получилось. Стоял он ровно, не плыл и в обморок падать вроде не собирался.

– Вот что, – решил я, протягивая ему снятый с бойца в черном «укорот», – иди-ка ты лестницу стереги. Кто не наш – вали сразу!

– А эти как? – он указал в сторону выхода.

– А этих нету больше. Кончились.

– Серьезно? – удивился вахтер. – Ты один их что ли?

– Нет, нас там целый взвод! – усмехнулся я. – Иди, давай.

Он вышел, а я осторожно прошел в операционную. На столе без сознания лежал человек. Доктор стоял ко мне спиной, а справа и слева от него, были Саша с Верой и Егор. Моего появления они не заметили, полностью сосредоточившись на работе.

– Как он? – спросил я, подходя к Доктору сзади.

– Плохо, – ответил тот, и обернулся. Узнал меня и спросил удивленно. – Антон? Как ты… откуда?

– Оттуда! – сказал я, показывая пальцем вверх.

Саша бросила на пол окровавленный прибор и кинулась мне на шею. Заплакала. Еле оторвал ее от себя.