Текст книги "Где моя башня, барон?! Том 4 (СИ)"

Автор книги: Сергей Харченко

Соавторы: Антон Панарин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 16 страниц)

– Да сам не вдупляю, Тимофей Игоревич, – пробубнил худой низенький мужичок.

– Пошли в курилку, поболтаем, – махнул я им. – Всё равно Борщов на выезде. Время есть.

– Ну пойдём, – настороженно посмотрел на меня пухлощёкий Тимофей Игоревич, и ещё раз покосился на мои погоны. – Из Тюмени говоришь?

– Ну да, Западная Сибирь, – улыбнулся я, понимая, что курилка недалеко от клетки, где ещё мерцал барьер.

У клетки дежурил здоровенный амбал, уже посматривая на время. Я украдкой взглянул на телефон, сверился с таймером. Ещё десять минут с лишним до пересменки.

Мы зашли в провонявшееся табаком помещение, которое напоминало больше будку. Под потолком дребезжал старенький вытяжной вентилятор. Будто намекал, что отработал своё и умолял его прикончить.

– Угощайтесь, мужики, – открыл я пачку и протянул её полицейским, выдвинув пару тёмно-коричневых сигарет с позолоченным ободком. – Для своих я просто Саня, ну или Платоныч.

– Нихерасе! Перлборо ориджинал! – удивился Роман, уставившись на пачку.

– Ты чо, аристократ, Саня? – скривил улыбку пухлощёкий Тимофей Игоревич. – Откуда деньги на такую роскошь?

– Да это у вас полиция не может такое позволить, – воскликнул я, улыбаясь во все тридцать два зуба. – У нас всё с этим в порядке. И зарплаты на неплохом уровне. Да говорю же, угощаю. Что застыли?

– А давай! – махнул рукой капитан, вытягивая сигарету и принюхавшись. – Вот это настоящий табак, я понимаю.

– Я тоже тогда… попробую, – повторил его движение Роман, но более робко.

Мы закурили, а я старался не запускать ядовитый дым в лёгкие, но притом и выдыхать естественно.

– Тимофей, – протянул руку мне капитан, и мы обменялись крепкими рукопожатиями.

– Роман, – улыбнулся лейтенант, пожимая мне руку.

– И скока отслюнявливают в месяц тюменцам, раз такие богатые? – спросил пухлый Тимофей и выдул из носа две струйки сизого дыма.

– Достаточно. Квартальные премии, надбавки за раскрываемость. На хлебушек с икоркой хватает, – хмыкнул я, чуть не закашлявшись от дыма. – Я тут по очень важному делу. Говорят, к вам зелёного уродца привезли. Так вот, я поэтому и приехал. В усиление. И проверить, что да как. Это такая опасная скотина, что надо его вообще заковать в цепи и в подвале держать.

– Да весь отдел об этом зелёном карлике трындит, – хохотнул капитан. – Он в левом крыле. Говорят, даже стихами шпарит похлеще Ветковского.

– Есть такое дело. Только между нами, – я тихо наклонился к ним. – И никому, хорошо? Борщов в курсе, и я.

– Что-то секретное? – покосился на меня капитан, так же прошептав в ответ.

– Говорят, что сегодня на участок нападёт очень крутой чел, – продолжил я. – Попытается вытащить зелёного засранца.

– Да ну, бред какой-то, – засмеялся Роман. – Тимофей Игоревич, ну скажи. Особенно в левом крыле такая защита, что никто не проберётся. Там барьер любого постороннего в капусту изрубит.

– Да в задницу пусть ваше начальство барьер засунет, – заскрипел я зубами и округлил глаза. – Это всё такая хрень, на самом деле. Я слышал, что у того, кто нападёт есть очень серьёзный артефакт. Поэтому меня и прислали. Всё ясно вам?

Мои собеседники сразу же побледнели.

– Подожжи. Я что-то не догоняю, – растерянно взглянул на меня Тимофей. – А почему об этом знают в Тюмени, что творится в Москве. А в самой Москве нихрена не знают об этом? Как-то всё неправильно.

– Да Тимофей Игоревич, наше начальство просто зажралось. И обленилось. Уже кто только не говорит, – выдавил Роман. – А можно ещё сигаретку стрельнуть?

– Да, бери, конечно, – протянул я ему пачку.

– Тогда две возьму? – робко спросил Роман.

– Да хоть три, – улыбнулся я ему.

– Тогда три, ага… спасибо, Саня, – счастливо улыбнулся лейтенант.

– Давай ещё закурим, что ли, – предложил Тимофей.

– Да конечно, – легко согласился я. – И сразу отвечу на твой вопрос, Тимофей. Очень умный вопрос. Вы ребята нормальные, точно сработаемся. Поэтому только вам я и могу сказать. В общем, все секретные дела сначала стекаются в тюменский филиал. Мало кто знает, но это так. Ещё раз – это, если что, не для лишних ушей.

– Да понятно, Саня. Ну чо ты… – вытаращился на меня Тимофей. – Мы все подписывали о неразглашении и прочую лабудень.

– А почему в Тюмень сначала? – удивлённо уставился на меня Роман. – Ну… ты говорил, что информация сначала в Тюмени появляется…

– А вот этого, друзья, я вам сказать не могу, – вздохнул я, напустив в свой взгляд загадочности. – Потому что и сам не знаю. Есть пара версий, но о них я расскажу чуть позже.

Далее в процессе разговора я ненавязчиво узнал, где в левом крыле включается пожарная сигнализация, где хранятся сумки с деньгами. Потом понял, что и в правом крыле есть камеры, которые переполнены заключёнными. Затем в какой именно камере держат Гоба. И следом Тимофей поведал, что это дело взял под личный контроль агент тайной полиции Дорохов, и никого к нему не подпускает.

Мы вышли из курилки. Я проводил взглядом усатого коренастого мужчину в штатском. Он прошёл через мерцающий барьер, вместе с двумя лаборантами. Они о чём-то спорили, но я не разобрал.

Мне лично было понятно, что скоро произойдёт. В руках один из людей в белом халате держал два пузырька с оранжевой мерцающей жидкостью.

Этот цвет и мерцание я узнаю из тысячи. Да и по отрицательному фону было всё понятно. Антимагия чистой воды. Гоба это убьёт, я уверен.

Взглянув на время, я понял, что через три минуты начнётся веселье. Вот только весело будет мне, а вот остальным – сомневаюсь.

– Вон же Дорохов пошёл, – махнул в сторону удаляющейся процессии Тимофей. – Так что всё под контролем.

– Ну да, но нападение произойдёт уже скоро, через пару минут, – я оценил обстановку, посмотрел на количество дверей. И понял, что меня могут и укатать толпой.

Пожирателя костей нет, я почти безоружен. Но не зря же я взял чудодейственный свисток. Его я использую, когда буду на месте. А пока следует сократить вероятность провала до минимума. Нужно создать суматоху.

– Как это через пару минут⁈ – воскликнул Тимофей. – Ты точно не шутишь⁈

– Мы не в цирке, Тимофей, – процедил я. – Так! Бегите, предупредите всех, а я к щиту с пожарной сигнализацией. Тот, кто хочет освободить тварь, наверное, уже там.

Эта парочка выскочила из коридора, а я зашёл в одну из дверей, разбил локтём стеклянное оконце и нажал на красную кнопку.

Под потолком вспыхнули красные фонари, затем закапала вода, потом полилась струйками. Через пару секунд она начала хлестать в разные стороны.

Я вышел в коридор, встречая более десяти полицейских. Они высыпали из боковых кабинетиков, застёгивая по пути пояса с кобурой и накидывая форменные куртки. Сверху лила вода, мигали красные фонари, начала гудеть тревога.

– Да вы чего творите⁈ – заорал я, встречая толпу стражей порядка. – Дебилы! Ловите заключённых! В правом крыле чёрте что творится!

Охрана понеслась к выходу, а я направился к барьеру, который мигнул и потух. А встретил сменщика и пропустил его в служебное помещение, а сам остался снаружи. Хотя смотрел он вглубь комнаты и что-то встревоженно говорил.

Я быстро прошёл мимо, сунув ему под нос удостоверение, закрывая фото и фамилию.

– Свои, – сухо процедил я.

– А ну назад! – рявкнул тот. Но я хлёстким ударом в подбородок вырубил его. А второму досталось с ноги. Он не успел вскочить и получил носком в висок. Упал следом за своим товарищем.

Я выскочил в коридор и под покровом быстро добрался до нужной камеры, уронил на пол с двух мощных ударов крупного надзирателя.

– Я поймал его! Колите! – кричал мужской голос, и слышалась возня. А также матерные стишки Гоба, которого явно били разрядами.

Разумеется, я не мог отказать себе в удовольствии. Сконцентрировал силовой удар на двери. Затем набрал в лёгкие побольше воздуха. И принялся неистово дуть в артефактный свисток.

Мощную стальную дверь скрутило в три погибели, а затем петли хрустнули, каменная кладка затрещала. Трещины поползли по стенам в разные стороны, и за окном обвалился ещё недавно очень надёжный кирпичный балкон.

Дверь рухнула внутрь, разбрасывая в разные стороны пыль и осколки камня. А я забежал внутрь.

Гоб выглядел так себе. Весь в подпалинах от молниевых разрядов. Взгляд тусклый, замученный, но он узнал меня. Улыбка появилась на его лице, глаза вновь заблестели.

– Стой на месте, ты, прыщавый урод, – прошипел в мою сторону усатый агент. Капли влаги тарахтели по его лысине, пытаясь попасть в прищуренные глаза. – Я вколю ему эту дрянь! Точно говорю! Знаешь, что это⁈

– Смазал я кинжалы в яде!

Вот и всё, тряситесь,… – радостно пропел Гоб, но не закончил.

– Заткнись, сучёныш! Закрой свою пасть! – заревел на него усач, напрягая руку, которая держала шприц с зельем. А игла в шее зеленомордого.

Пальцы агента дрожали от напряжения, замерев на поршне. Ситуация очень напряжённая.

В стороне два лаборанта замерли в страхе. А позади, в коридоре, я слышал приближающийся топот множества ног.

Дотянусь до свистка, и эта скотина ведь точно дёрнется. Вольёт зелёную хрень в короля гоблинов. Поэтому тут надо сыграть более тонко.

«Отменяю сокращение мышц», – приказал я, обращаясь к агенту. Но эффекта не было. Защита у него стояла на такие ментальные приёмы очень мощная.

– Ты попал, парень, – оскалился этот гад, будто почувствовал несработавший ментальный удар. – Крупно попал.

– Мордой в пол! – услышал я позади себя грубый окрик.

В ту же секунду я донёс до рта свисток, но дунуть в него так и не успел. Лишь услышал выстрел. А затем пуля ударила в спину, швыряя меня на бетонный пол камеры. Воздух со свистом вылетел из лёгких, боль сковала движения.

Я поднял взгляд на зеленомордого. Король гоблинов широко улыбнулся, в глазах его заблестели озорные искры. А затем он нажал на руку агента. Поршень шприца сдвинулся, вливая в Гоба смертоносную жижу.

Глава 7

Стой! Ты что творишь⁈ Именно это я пытался крикнуть Гобу. Но к горлу подкатил ком.

И на этом всё⁈ Неужели зеленомордый сбрендил⁈ Хотя я чувствовал, что король гоблинов находится в здравом уме. Он знает, что делает.

За доли секунды промелькнули в моей голове эти мысли. А события между тем развивались очень стремительно.

Гоблин сорвался с места, словно стрела, выпущенная из эльфийского лука. Бросился в дальний угол, подпрыгнул до потолка.

– Стреляйте! – заревел усатый агент, словно раненый зверь. – Мочите тварь!

В помещении загромыхало. В Гоба врезалось несколько пуль, пробивая кожаный жилет. Но разве это остановит зеленомордого? Он впечатался головой в то место, откуда расходилась по комнате сдерживающая аура.

Раздался громкий удар и хруст. Из дыры в стене посыпалась штукатурка, пыль, детали скрытого устройства. Стены комнаты перестали мерцать.

И… ох-хо-хо! Что начал творить зелёный! Вооружённые полицейские в коридоре, испуганные лаборанты, разъярённый агент – все они начали погружаться в сгустки теней, созданные Гобом.

Передо мной появилось теневое пятно, из которого выпал Пожиратель костей. Я резко вскочил, чувствуя боль в спине. Ухватил меч за рукоять, не давая ему упасть. Всё-таки магический бронежилет, которым поделился Каменский, спас меня.

После выстрела в спину мне показалось, что пуля пробила грудную клетку. Но нет, всего лишь оставила приличный синяк. Руна малой регенерации избавится от него за считанные секунды.

Я ударил мечом плашмя по руке агента, выбивая из его рук пистолет и вроде даже чуток что-то сломал. Усатый засранец взвыл от боли, пытаясь вырваться из теневого плена. Я же тем временем потянул из Пожирателя костей энергию и создал костяную маску.

Буквально в этот же момент из коридора прилетели ещё две пули. Они ударили в голову, отскочили от моего виска и затылка. Я услышал громкий хруст расползающихся по костяной маске трещин, но та не рассыпалась.

Ух-х, как же я вовремя создал защиту. Замешкался бы на секунду, и пораскинул бы мозгами, в буквальном смысле.

Вокруг воцарился локальный хаос. Лаборанты кричали от ужаса. Полицаи палили в Гоба, который в ответ поливал их отборными матерными стишками. Агент сжал кулаки, которые замерцали, затем заскрежетал зубами и всё-таки вырвался из теневого плена, прыгая в мою сторону.

Ага, так я и дал тебе нас остановить!

Набрав полную грудь воздуха, я дунул в свисток. Все вокруг скорчились, закричали, хватаясь за голову. Я в это время сосредоточился на стене и дунул в артефакт ещё раз. На этот раз ударил концентрированно.

Стена треснула, сотни камней вывалились наружу, образовывая дыру. За ней просматривалась засыпанная гравием дорожка и несколько кустов худосочной травы. Вот она, свобода! Мы почти вырвались!

За секунду огромные трещины со зловещим хрустом протянулись от огромной дыры в разные стороны, расползлись по потолку и стенам. Сверху упал крупный кусок штукатурки, вырубая одного из лаборантов.

Что ж, пора сваливать, мой зелёный друг!

Я подскочил к Гобу, закинул его за спину, создавая своеобразный щит. Потерпи, дружок, по-другому мы не уйдём отсюда.

Позади вновь раздались выстрелы. Я же выскочил наружу и почувствовал, как пули с чавкающим звуком врезаются в хохочущего Гоба.

– Пошли вы к дьяволу, щенки!

Утёрли нос мы вам по полной!

Свободен Гоб! И напрямки

Бежит хозяином спасённый! – восклицал зеленомордый, сотрясаясь от врезающихся в него пуль.

Нам всё-таки пришлось завернуть за здание. Гоб подсказал, где пробить свистком стену. Да, именно там и находилось хранилище. Нюх на деньги у зелёного, конечно, что надо!

Когда стена содрогнулась от разрыва, через образовавшийся проём я увидел знакомые сумки. То, что конфисковали из бойцовского клуба Крапивина. Гоб забрал их все. Включая свои кинжалы, на которых болтался номерок вещдока. Зелёный потащил в тень здоровенный стеллаж с ножами в пакетах, оружием, статуэтками и непонятным барахлом, но я настоял, чтобы он оставил его в покое. Это уже явный перебор.

В воздухе загудела сирена. На двух ближайших вышках засуетились вооружённые люди. Окна на первых этажах распахивались, из них выскакивали полицейские. Как и из главного входа в участок.

– Теневые ловушки слабеют

Отпускают наших врагов

И теперь нам хозяин скорее,

Надо скрыться, накинув покров, – сообщил Гоб.

В ту же секунду из-за угла выскочил знакомый агент. Он чуть ли не визжал от злости, показывая в нашу сторону. Пока мы выбегали из внутреннего двора, толпа собралась приличная. Полицейские, охрана периметра, люди в магической броне с сияющими жезлами, вроде спецназа, несколько магов в красных и синих одеяниях.

Синяк от попавшей в меня пули уже исчез. Это позволило по полной нагрузить своё тело. Я отдал Пожирателя обратно в теневые закрома Гоба. Оружие сыграло свою роль, спасло меня от смерти, но теперь оно будет лишь мешать.

Усилил покров маны. В это время раздался выстрел со стороны вышки. Пуля ударила в бок, вылетая из него вместе со струёй крови.

Да что б вас шакалы Тёмного Родника поимели! От боли потемнело в глазах, зубы сжались до скрипа. Меня резко дёрнуло вбок. Но нет. Нельзя отклоняться! Задержусь ещё на мгновение и, чувствую, что здесь и останусь. На асфальте, в луже собственной крови.

Недолго думая, я врубил руну «родэ» два раза подряд. Стена здания, полицейские, машины на стоянке расплылись в силуэты и цветные пятна. Я успел пролететь через магический барьер до того, как выход заблокировали. Гоб на ходу выставил ногу, сбивая со штатива артефакт. За спиной хрустнул металл. Кажется, что-то сломалось, ха-ха!

Мы уже пробежали пару кварталов. Пока руны не отработали своё. Я остановился в переулке, убрал руку с правого бока. Кровь продолжала сочиться, но уже не так быстро, как поначалу.

Неприятная слабость разливалась по телу, сердце гулко стучало, билось из груди, будто стремясь выскочить и продолжить путь уже без своего хозяина.

Гоб спрыгнул со спины, подошёл ко мне, благодарно посмотрев мне в глаза, оскалился. На его теле, прямо на глазах, затягивались сквозные раны. Из нескольких отверстий выпали блестящие сплющенные пули, падая на асфальт.

– Хозяин Гоба спас, и вот

Сам ранен пулею в живот.

Как руна справится с дырой

Пожрать бы надо, друже мой, – сообщил Гоб.

– Обязательно. Наешься до отвала, обещаю. Послушай, а как ты понял, что эта дрянь тебя не убьёт? – любопытно взглянул я на гоблина. – Я про тот шприц.

– По запаху Гоб понял сразу,

Что это точно не зараза,

Хозяин помнит Терновой,

В пещере пахло шаурмой

К тому же зеленистым мхом

Который Гоб сожрал потом.

Поэтому и выжил он

Ускорился, создал погром.

И запах зелья тот же был.

Что влить хотел усатый эмбицил,

От злости чуть этот гандон не разорвался.

Спасибо, что хозяин в камеру ворвался, – выдал очередной стишок зеленомордый.

– Ты говоришь, что я тебя спас, – ухмыльнулся я и дотронулся до костяной маски, которая сразу же осыпалась на мелкие фрагменты. – Но ты бы и без меня выбрался.

– Хозяин близко подошёл

И силы Гоб в себе нашёл.

Если б стена нас разделяла,

Силёнок у зелёного бы оказалось мало.

Последняя надежда утонула бы в кровавом глянце,

И Гоба начали кромсать бы те засранцы, – оскалился Гоб, сверкнув глазами.

– Я рад тебя видеть, дружище, – улыбнулся я и не выдержал, обнял этого зелёного проныру.

А тот пощупал рукой в моём потайном кармане и вытащил на свет две жемчужины. Красную и фиолетовую.

– Нам поскорее надо их впитать

Такое чудо, и не при делах!

Иначе их придётся нам отдать.

Иначе превратимся в прах, – выдохнул Гоб, напряжённо посмотрев в сторону машины, заезжающей в проулок.

Это был кто-то из местных, не полицейский. Машина не доехала до нас, свернула в один из дворов через арку.

Зеленомордый прав. Пора нам отправляться домой. У нас есть ещё одно незаконченное дело. Найти ублюдка, выкравшего артефакт.

Моё лицо вдруг начало растягиваться со страшной силой. Будто невидимые палачи подцепили крючьями кожу и принялись тянуть её в разные стороны. Я совсем забыл про маскировку!

Вытащил из кармана мерцающий куб, сжал его в руке. Маска растворилась, и я сразу же вздохнул с облегчением. Болезненные ощущения исчезли. Только затягивающаяся рана на боку всё ещё жутко саднила и чесалась.

– Хозяин выглядел словно злодей.

Ух ты, какой забавный артефакт!

Да с ним таких мы раздадим люлей,

Что станем царствовать здесь, это факт! – зловеще воскликнул Гоб.

Он победоносно постучал кинжалами друг о друга, отбивая знакомые ритмы, и спрятался в тенях.

– Э, мож хватит, мать вашу⁈ – хрипло зарычал чумазый бродяга, выглянувший из-за мусорного бака. – Рифмоплёты, едрить-колотить! И стучат они ишшо… Поспать не дают честным людям…

Я задумчиво взглянул в его сторону, затем осмотрел свою одежду. Рубашка и штаны заляпаны кровью, дырявый бок, вся спина в потёках крови Гоба. В таком виде сейчас точно на улице нельзя показываться.

Первый же полицай остановит. Ну а дальше понятно, что будет. Уверен, что меня уже объявили в розыск. Пусть я даже буду там прыщавым мужиком, но ума им точно хватит связать все нити воедино.

Понятно же, что тот усатый агент всю столицу на уши поставит, лишь бы найти меня.

Здесь меня никто не видит, кроме бродяги. Справа и слева – лишь кирпичные стены, окон почти нет, если не брать в расчёт пару рядов глухих застеклённых проёмов, напоминающих форточки.

– Этот бродяга видел слишком много

Наверное, я брошусь прямо ему в ноги.

Ну а хозяин пусть ему башку снесёт

Иначе эта сволочь нас заложит, донесёт, – мрачно прошипел Гоб.

– Ты слишком плохо знаешь простых людей, Гобби, – тихо произнёс я. – Он не угрожает нам. Просто защищает свою территорию. Уйми свою кровожадность.

Гоб тяжело вздохнул, затих.

– Чо ты там бормочешь? – протянул бездомный. – Никогда не видел свободных людей?

В этот момент мимо переулка пролетела полицейская машина, потом ещё одна. Надо ускоряться. Я посмотрел на ворох тряпья рядом с бомжом, на помятую бутылку воды, к которой присосался бродяга.

Следует убрать следы крови, прямо сейчас. А потом приодеться в ближайшем магазине. Я видел перед проулком нужную вывеску.

– Как дела? – обратился я к бродяге, направляясь к нему.

– Я те ща покажу как у меня дела, – бродяга принялся закатывать рукава грязной серой рубахи, пытаясь встать. Но упал обратно на кучу тряпок, образовывающих спальное место.

Пока бродяга пыхтел в углу, пытаясь подняться и угрожающе бормоча под нос, я отдал жемчужины Гобу на хранение. Кроме двух зелёных. Их я использовал для ускоренного заживления раны.

Сжал зелёные кругляши в руке. Немного тряхнуло, перед глазами от резкого энергетического скачка заплясали цветные круги. Но потом вдруг резко полегчало.

– Друг, угости водой, – обратился я бродяге, останавливаясь напротив. – И твоё тряпьё мне тоже пригодится.

– А в морду не хошь? – подскочил на ноги бомж. Посмотрел на меня мутным взглядом, покачнулся и сделал шаг в мою сторону. – Только попробуй меня ограбить! Только, ска, попробуй! Я тебе…

Он сжал худосочный кулак, погрозил им.

– Да угомонись ты, – слегка толкнул я его в грудь, роняя обратно на тряпки. – Сдался ты мне, чтобы грабить. Я могу купить у тебя воду и вон ту простыню.

Я показал на более-менее чистую цветастую тряпку. Она лежала в стороне, наполовину разорванная, но до неё бродяга ещё не добрался. Видно было, что нашёл её недавно.

– Писят рублёв, – оскалился бомж, демонстрируя гнилые зубы. – Мне на лечение надоть.

Знаем, какое лечение ты предпочитаешь. Но выплачу я тебе чуть больше. Может это тебе поможет чуть подняться с этого дна.

В своём мире я довольно часто встречал нищих. Шансов, что они вылезут в люди из дерьма, в котором оказались, ничтожен. Пару раз я наблюдал, как получив две золотые монеты эти уникумы просаживали всё в кабаках, либо делились с такими же обделёнными. Их устраивала такая жизнь. Ноль ответственности и страха за свои деньги, потому что их нет. Поэтому они быстро избавлялись от любых ценностей.

Но шанс – дело такое. Одного я так вытащил из полнейшей задницы. Дал ему кров, и он даже начал вполне мирскую жизнь. Стал фермером, завёл семью.

Рука Гоба появилась за моей спиной и выкинула через моё плечо тугую пачку сотенных купюр. Та упала на заплёванный асфальт.

Морщинистое лицо бомжа вытянулось от удивления. Он недоверчиво потянул руку к пачке денег, пролистал пальцем уголок, вытащил несколько купюр, посмотрел на свет. А затем удивлённо икнул.

– Ты эт чо?.. Эт всё моё? – испугался он, посмотрев по сторонам.

– Да, забирай. У тебя появился шанс начать новую жизнь, – улыбнулся я, принимая бутыль воды.

Бомж тихо и эмоционально матерился, пересчитывая деньги. Я же в это время быстро стянул с себя одежду, смыл засохшую кровь. Следом разорвал тряпку, пахнущую плесенью и ещё чем-то отвратным, и обернул её вокруг бёдер несколько раз. Да уж, прёт от этой дряни точно не фиалками. Буквально пропиталась всеми ароматами мусорки. Но выбирать не приходится.

Я мог бы призвать Гоба, и он бы стащил комплект одежды из магазина, оставляя деньги на прилавке. Но зеленомордый очень истощён. Всё-таки многочисленные ранения сказались на его возможностях, временно ослабляя его.

Я чувствовал его состояние и не хотел тревожить. Пусть лучше восстановится до очередной важной задачи. А с мелкими проблемами я разберусь самостоятельно.

Теперь надо дойти до магазина со шмотками. Судя по вывеске он бюджетный, но сейчас выбирать не приходится. Надо было всего лишь выйти из проулка и повернуть направо.

– А это… может сделать ещё чаво? – прохрипел бомж, удивлённо, благодарно и в то же время преданно таращась на меня. – Ты прям чудак-человек. Столько денег отвалил… Бирюк здесь много чо знает, всё чо угодно отыщет.

Я сморщился от жуткого перегара, который выплеснулся из его беззубого рта. Оставалось лишь догадываться, что он пил накануне, явно не благородные напитки.

– Ты в порядок себя приведи, и не пробухай деньги, – ответил я. – Может, как-нибудь ещё встретимся. Тогда и поможешь.

– Ты от полиции чоль скрываесся? – прищурился бомж. – Убил кого?

– Меня хотели убить, – признался я, встречаясь взглядом с Бирюком. Он пристально, изучающе смотрел на меня, с лёгким прищуром. Видно пытался понять, почему я передал ему столько денег, и не представляю ли угрозу.

– Полицаи? – спросил он.

– Они самые, – ответил я. – Подумали, что я преступник.

– Ха-ха! Ох-ха-ха! – хрипло рассмеялся Бирюк широко раскрывая беззубый рот. – Из тебя преступник, как из меня батюшка Государь! Вот уроды! Ужо молодёжь в камеры гребут.

В этот момент по стенам заиграли красно-синие отблески. В проулок медленно заезжала полицейская машина.

Взгляд Бирюка заметался, будто он принимал непростое решение.

– А ну, пойдём! Чаво встал-то⁈ – махнул он мне и метнулся к жестяному забору, размахивая лоскутами оборванной одежды.

Бродяга отогнул край жестяного листа. Тот легко поддался. Было видно, что этим лазом часто пользовались. Своеобразный тоннель был похож на кроличью нору, только вряд ли кролики знают, как укреплять поверхность при помощи проволоки и полусгнивших жестяных листов.

Я последовал за оборванцем, протискиваясь сквозь не очень просторный лаз. И дёрнулся, когда острый край металла чиркнул по плечу, оставляя царапину. Но та затянулась через пару секунд.

– Вижу что не местный, раньше не видел тебя, – кряхтя, пробормотал Бирюк. Он протискивался вперёд, ведя меня по своей секретной норе.

– Проездом, – туманно объяснил я. – Скоро домой, в Хабаровск.

– Хаба⁈ Да я там вырос! Стал быть землячка встретил! Во новость-то! – огляделся он и тут же врезался головой в ковшик, болтающийся на выходе в очередной проулок. – Ох ты ж! Зараза!

Внутри ковша загремело что-то вроде болтов и гаек. Мы вылезли у другого мусорного бака, в котором копались двое доходяг. Они услышали сигнал тревоги, насторожились, обращая на нас внимание. Точнее на меня

– Был переулок Угловой, а теперь Порядковый! Ха-ха! – засмеялся Бирюк.

– Неплохо, – хмыкнул я. – И много таких ходов в столице?

– Да щитай вся она в таких ходах, – довольно ухмыльнулся старик.

– Ещё скажи, что знаешь, как незаметно проникнуть в магазин одежды.

– Бирюк всё знает, каждую норку в этом чёртовом городишке, – оскалился беззубый бомж, сверкая глазами. – Извиняй, могу тока предложить махровый халат. Но он не то чтобы целый.

– Не обязательно, – натянуто улыбнулся я в ответ. Ещё одной вонючей тряпки я не выдержу. Мне хватает и этой, что прикрывает моё естество.

В голове тут же родился примерный план, как не вызвать подозрение у продавцов магазина. Главное ещё в него незаметно зайти.

– Ну как знаешь, – оскалился Бирюк и махнул одному из оборванцев: – Мыкола, поди-ка сюды!

– Чего случилось? Эт кто с тобой? Обокрали, что ли? – к нам подошёл низенький мужичок с впалыми щёками и печальным взглядом. В тёмно-серой робе, разорванной на груди. Клок ткани свисал вперёд и болтался, будто прося милостыню.

– Какая разница тебе чо произошло? – нахмурился Бирюк. – Проводи гостя в одёжный магаз.

– «Фазан» или «Чёрный пират»? – покосился на меня доходяга.

– Ну ты сказанул! Совсем тут ничаво нет в твоей коробчонке? – постучал Бирюк по своей голове. – «Чёрный пират» на виду. А в «Фазан» можно через чёрный ход попасть.

– А, ну да, – забегал глазками худощавый. – Пойдём.

Он махнул мне, и мы отправились в очередной лаз.

– Я не забуду, добр человек! – крикнул мне вслед Бирюк. – Если чо-почём – приходи. Буду рад помочь!

Я махнул ему, поблагодарив в ответ.

Этот лаз оказался более просторный, полтора метра в диаметре. Не думал, что бродяги так кропотливо подходят к делу. Здесь уже я увидел полноценные листы металла. Они хоть местами и покрылись ржавчиной, но выглядели довольно прочными. Эти своеобразные стены были надёжно закреплены упорами из кусков арматуры. Правда, их приходилось огибать аккуратно. Мало ли, пошевелишь один из них и придавит тебя нехилым куском металла. Во тогда смеху то будет.

Разворошил полицейский участок, забрал питомца из усиленной камеры, обчистил склад вещдоков, но погиб под ржавым куском металла в одной из бомжовских нор. Ха, да, эт точно герой одной из песенок Гоба. Им я не хочу стать, это уж точно.

Мы и правда вышли на задний двор. Справа – небольшая стоянка для служебного транспорта, которую заняли две машины. К ней вела дорога, которая терялась в проулке. Слева – синий дощатый туалет и большой мусорный бак. И чуть далее – большое двухэтажное здание.

– Вон там вход, – указал доходяга в сторону деревянной двери без опознавательных знаков. – Сразу попадёшь в раздевалошные. Может, что и умыкнуть получится.

– Тут я уж как-нибудь сам разберусь, – усмехнулся я.

Заскочил я через дверь в полутёмное пространство. И сразу же столкнулся с полным низеньким продавцом, который выходил с коробкой. Та выпала из его рук, выкидывая из своего чрева блестящие туфли.

– Не бойтесь, мне лишь нужно приодеться, и деньги у меня есть, – я показал бумажник, который только что передал мне из своих тёмных закромов зелёный друг. Внутри было не менее десяти тысяч.

У продавца заблестели глаза, он слегка расслабился, но всё ещё был растерян.

– А… к-как вы в таком виде? – он оглядел меня, стараясь не морщиться. Но аромат от меня исходил и правда не очень приятный.

– Да представляете, я тут с любовницей кувыркался, – засмеялся я как можно более непринуждённо. – А у неё муж вернулся. Вот я в чём мать родила и сиганул из окна.

– Пахнет от вас, конечно… – скривил рожицу продавец.

– Так я в мусорный бак упал, – тяжело вздохнул я. – Нашёл там какое-то тряпьё, чтобы прикрыться.

Пухляш понимающе улыбнулся, окончательно расслабившись.

– Все мы не без греха, это уж точно, – масляно улыбнулся он. – Я ведь и сам потрахивал одну баронессу в своё время. А та оказалась замужней. Представляете? Вот почти всё как у вас. Только я…

– Извините, что прерываю. Могу я у вас приодеться? И обувь нужна, – как можно более вежливо произнёс я.

– У нас и душ есть. Он правда для персонала. Но я могу организовать, за отдельную плату, – вновь взглянул на мой кошелёк пухляш.

– Сто рублей устроит? – достал я купюру.

– О, разумеется, – пухляш даже раскраснелся от счастья, не веря в такие лёгкие деньги. – Я вам принесу прямо туда всё, что может подойти. Вас интересует костюм?

– Да, что-то посолидней, – кивнул я. – Но не слишком броское.

Он достал мерную ленту, аккуратно подошёл, снял с меня мерки. Затем проводил в одно из помещений. Небольшое пространство с мойкой и душевой кабинкой, стул со столиком, на котором лежал ворох чьих-то вещей.

В кабинке я нашёл все купальные принадлежности, смыл с себя вонь, и вышел. На стуле заметил трусы и майку, сразу надевая их.

– А вот и два костюма, – улыбаясь, зашёл в помещение пухляш, затем сгрёб на стул ворох одежды, разложил передо мной два неплохих костюма с ценниками.

– Так вот… – хохотнул пухляш, наблюдая, как я примеряю штаны. – В самый ответственный момент муж открывает своим ключом входную дверь. Я тут заканчиваю своё дело. А он кричит… Хах! Дорогая, кричит, я приехал!