Текст книги "Искажение"

Автор книги: Сергей Цеханский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 22 страниц)

– Говори, что делать! – потребовал Виктор.

– Не знаю, – вздохнул Гриша. – Не убивать же его.

В комнате повисла тишина. День уже был в самом разгаре, за окном светило солнце, пели птички, но все это не имело к ребятам никакого отношения. Перспектива пролития крови никого не устраивала, а более оригинального способа никто пока не предложил. Время шло, вызов Злого Программиста оставался без ответа, и, в конце концов, ребята завздыхали, смущенно переглядываясь. Трудно сказать, насколько был толковым тот Программист, который создал окружающую программно-социальную среду, но у ребят на этот счет появились неприятные подозрения. Обидно, конечно, но что поделаешь...

– Придумал! – радостно завопил вдруг Коля, вскочив с кресла.

– Что?? – пронесся по комнате шепот-стон.

– Надо его напоить в усмерть! Он же не выносит алкоголя!

Секундная пауза...

– Молодец, Колян!

– Ты настоящий программист!

– Качать его, мужики! Кача-а-ать!!!

Глава X
Агония

Занятия по специальности все же начались. Лекции стали более интересными, зазвучали на них знакомые слова, кое-что Андрей даже записывал. Попутчик время от времени появлялся в поле зрения. но агрессивных выходок себе не позволял. Все больше стоял где-нибудь невдалеке, смотрел, и во взгляде его читалась тоска. Вероятно, уже понял, что попались ему крепкие орешки, но изменить свою сущность был не в состоянии, и ходил за ребятами, как привязанный. Надеялся, видимо, на удобный случай. Где жил и чем питался – неизвестно.

Ребята, разгадав коварный замысел, держались вместе. По одному никуда не ходили, подмечали повадки диверсанта и тоже выжидали подходящего момента. Просто так решили не пить – экономили деньги на заключительный аккорд.

Гриша в обморок больше не падал. Объяснял это тем, что обрел точку опоры на занятиях по любимой специальности. Увлеченно дискутировал с преподавателями, попутно развивая свою теорию.

– Понимаешь, Андрюха, – говорил Гриша. – Я вижу, на тебя он тоже перестал действовать, да и на лекторов наших. А знаешь, почему?

– Почему? – спрашивал Андрей.

– Когда я подошел к нему в скверике, – вспоминал Григорий, – то уже тогда все понял, но как-то интуитивно. Объяснить могу только сейчас. В общем, я осознал себя какой-то программой. Представляешь, я весь состою из команд неизвестного мне языка программирования. Каждая команда в отдельности ничего ценного не представляет, а когда их много и расположены они в определенном порядке, получаюсь я. С моим сознанием, характером, привычками...

– Понятно, – согласился Андрей. – Картина та же, что и в обычном программировании. Любая программа состоит из простых команд, которые сами по себе ничего не значат. Впрочем, каждая команда генерирует какой-то код, то есть электрический сигнал. Хм, интересно... Слушай, а что если команды, из которых мы состоим, обладают элементарным сознанием, а?

– Возможно, – задумчиво пробормотал Гриша. – Наличие в каждой команде рудиментарной психики является необходимым условием того, чтобы программа получилась разумной... Да, интересно, но я хотел сказать о другом.

– О чем?

– Понимаешь, во-первых, попутчик ведь тоже программа. Писали нас явно разные программисты, но язык один и тот же. А во-вторых, совсем не обязательно, что он откуда-то прилетел. Ведь разные программисты вполне могли поочередно поработать на одном и том же компьютере, как считаешь?

– Могли, – кивнул Андрей.

– А это значит, – продолжал Гриша, – что попутчик – свой, доморощенный продукт. А завелся он приблизительно также, как заводятся мыши в антисанитарных условиях. И, почувствовав, наконец, что все мы, так сказать, одной крови, немножко угомонился. Совсем отказаться от своей затеи он не сможет, потому что он программа-вирус, но действовать теперь будет более аккуратными методами.

– А, значит, и более опасными, – нахмурился Андрей. – Мы можем ничего не заметить.

– Вот-вот! – подхватил Гриша. – Поэтому надо поторопиться...

Вскоре случай представился. В один из погожих дней попутчик был особенно настырным. С самого утра дежурил у отеля, а затем, держась на некотором расстоянии, проводил ребят на учебу. Потом все время бродил под окнами, поглядывал, терпеливо ждал.

– Замышляет что-то! – прошептал Виктор.

– Сегодня попробуем, – решил Андрей.

– А как?

– После занятий пойдем в кафе. Он потянется за нами, там его и накроем.

– Его же не пустят!

Замечание было резонным. Затрапезный вид попутчика закрывал перед ним двери всех приличных заведений.

– Что-нибудь придумаем, – пообещал Андрей.

В перерыве Андрей позвонил Алексею и спросил его мнение насчет кафе «Вираж».

– Нормальное кафе! – заверил Леха. – Кстати, у меня там официант знакомый.

В общем, договорились, что Леха все устроит.

Занятия закончились. Ребята покинули комбинат, остановились на крыльце. Небо было голубым, далеким и чистым. Осеннее солнце лениво перебирало лучами пожелтевшие тополиные листья. Сентябрь был на исходе, веяло прохладой.

– Боязно что-то, – поежился Виктор. – Может, не пойдем?

– Надо идти! – решительно произнес Николай, не двигаясь с места.

– Я вот думаю, может, как-то иначе, – забормотал Гриша. – Есть же, наверное, и другие способы...

– Прекратите! – пресек панику Андрей. – Уже все решено.

Шагнули на ступеньку вниз.

– Ну что, мужики? – раздался бодрый голос. – В пельменную?

Ребята испуганно обернулись, но это оказался староста Вася.

– Вася! – кинулся к нему Виктор. – Мы в кафе идем! Пошли с нами!

– А что? – Василий изобразил секундное раздумье. – Пошли!

Залитый солнцем переулок выглядел вполне миролюбиво. Тем не менее в воздухе ощущалось напряжение, словно поблизости зрело какое-то коварство. Шли медленно. Виктор, ухватив за локоть старосту, буквально к нему приклеился. Видимо, на остальных уже не рассчитывал. Василий слегка недоумевал.

Наконец, дошли до перекрестка. Через улицу виднелось кафе, у входа стоял Алексей. Заметив Андрея, приветственно помахал рукой.

– Кто это? – подозрительно спросил Гриша.

– Мой друг, – ответил Андрей. – У него здесь официант знакомый. Да и вообще все схвачено.

Гриша удовлетворенно кивнул.

Когда переходили улицу Андрей, как бы ненароком, быстро оглянулся. Попутчик зеленым попугайчиком порхнул в телефонную будку.

– Привет! – крикнул Леха. – Все готово!

Из телефонного разговора Алеша понял, что ребята решили напоить того самого малого, который везде за ними ходит. Помня взволнованный рассказ Андрея, он вызвался помочь и, рассчитав, что будет шесть человек, заказал соответствующий столик. Теперь, со всеми перезнакомившись, аспирант безошибочно вычислил товарищей Андрея и сделал вывод, что Вася и есть тот самый хмырь, насчет которого надо прояснить ситуацию. Василий был торжественно усажен на почетное место, рядом быстренько плюхнулся Виктор, Алеша подсел с другого боку. Андрей, видя такое дело, принялся корчить рожи и толкать друга ногой под столом. Но Леха, сделав незаметный знак: «Спокойно, все будет о’кей», – склонился к Василию и что-то интеллигентно забухтел.

Официант не показывался, стол пустовал, делать было пока нечего, и ребята молчали. Только Леха приятным басом выпытывал у Василия подробности биографии. Поинтересовался состоянием здоровья, спросил об успехах на работе, выяснил семейное положение и завел пространный разговор о местных достопримечательностях. Василий, польщенный таким вниманием, охотно отвечал. Но с другой стороны к нему льнул Виктор, который к тому же заметно нервничал, ребята упорно молчали, да и Андрей продолжал гримасничать. Староста забеспокоился. Отвечать стал невпопад, пытливо заглядывал в лица собравшимся, мучительно пытался что-то сообразить. В конце концов, видимо, решив, что его хотят «раскрутить», обиженно насупился и вообще как-то потух.

– Леха! – не выдержал Андрей. – Пошли перекурим! На пару слов.

Алексей дернулся, сделал страшные глаза, кивнул на Василия.

– Пошли! – повторил Андрей, решительно поднявшись.

Староста проводил обоих тревожным взглядом.

– Ты что?! – возмущенно прошипел Леха. – Все испортил!

– Перестань! – огрызнулся Андрей. – Это не тот!

– Как не тот? А который?

– Того здесь вообще нет! Он на улице! Так что давай седьмой стул!

Алексей ошарашенно отпрянул.

– На улице? – переспросил он. – А это тогда кто?

– Это наш староста. Василий. Он здесь вообще случайно.

– Ну дела-а, – протянул Леха. – Ладно, сейчас притащу.

Седьмой стул поверг старосту в полное смятение. Леха установил стул между собой и Василием, невразумительно объяснив:

– Сейчас придет еще один товарищ...

Подошел официант. На щеках у него был нездоровый румянец, а глаза, кажется, накрашены.

– Добрый вечер! Что будете заказывать?

– Привет, Жорж! – панибратски оскалился Леха. – Ты нам меню забыл принести!

Официант недовольно поморщился, покосился на аспиранта, потом брезгливо указал на пустой стул и спросил:

– А это что?

– А это я поставил, – сказал Леха. – Ты нам еще один прибор принеси. Нас будет семеро.

Официант внимательно посмотрел на Леху, как бы что-то припоминая. Потом обиженно поджал губы, молча удалился.

– А почему у него глаза накрашены? – взволнованно зашептал Гриша. – Ты его хорошо знаешь?

– Как тебе сказать... – Леха замялся. – Были здесь как-то с ребятами. Месяц назад. Но я думаю, что он меня запомнил. Да, чуть не забыл! Он же считает, что я работаю товароведом на базе, так что учтите!

Вернулся Жорж. Видимо, Леху он все же припомнил и поэтому заметно подобрел. Подмигнул обоими глазами сразу и улыбнулся так, что губы сложились сердечком. Потом, словно фокусник, извлек откуда-то меню и, окинув компанию профессиональным взглядом, уверенно выбрал Василия.

– Пожалуйста!

На Василия было жалко смотреть.

– Ладно, давай сюда! – спас Андрей старосту.

Меню было отпечатано на двух языках – русском и каком-то иностранном. Однако напротив каждой строки шариковой ручкой было дописано коротенькое «нет».

– Что-то я здесь ничего не пойму, – пробормотал Андрей. – Леша, посмотри ты.

Алексей, мельком глянув, отложил меню в сторону.

– Жорж, что у тебя есть?

Официант, занятый сервировкой стола, выпрямился.

– Из закусок имеется столичный салат и мясо по-французски. Из выпивки только коньяк.

– А водка?! – подал голос Виктор. Кажется, за сегодняшний вечер это была его первая фраза.

– Водки, к сожалению, нет, – пригорюнился официант.

– А какой коньяк?

– Армянский.

– Сколько стоит?

Жорж назвал цену, от которой у Василия начался нервный тик, и, чтобы его сбить, староста крепко зажмурился.

– Что же это получается, мужики? – заголосил Виктор. – Я себе такого коньяка никогда в жизни не заказывал, неужели мы этого гада поить будем?!

Василий изумленно распахнул глаза.

– Тихо! – приказал Андрей и повернулся к официанту. – Несите все, что есть. И салат, и мясо по-французски.

– Сколько коньяку? – осведомился Жорж.

Андрей ругнул себя за то, что не подумал об этом заранее. Ну, действительно. – сколько?

В этот момент в зале произошло какое-то движение, словно большая невидимая птица, взмахнув крыльями, бесшумно пронеслась над головами посетителей. Дважды мигнул свет. Официант Жорж, крутнув шеей, ослабил тугой воротничок.

– Коньячку... – сдавленно всхлипнул он и замолчал, выкатив на Андрея блестящие глаза.

Но Андрей, уже ничего не замечая, неотрывно смотрел в сторону гардероба. Там, за тяжелой портьерой, стоял попутчик. Его глазки, изучая обстановку, беспокойно бегали.

– Неси пять бутылок, – скороговоркой произнес Андрей и тут же добавил: – Шесть. Быстро.

Официант отпрянул, словно его ударили в грудь. Крутнувшись на месте и взмахнув фалдами фрака, Жорж черной бабочкой запорхал между столиками по направлению к кухне. Андрей быстро оглядел товарищей. Но ребята уже все поняли. Леха с Николаем косились на дверной проем, Гриша прикрывал лицо ладонью, Виктор спрятался за Василия. И лишь Василий смотрел на Андрея совершенно обалдевшим взглядом.

Глаза попутчика, заметив ребят, коротко вспыхнули. Ухватившись за портьеру, он топтался на месте, не зная, на что решиться.

Подоспел официант. Обежал вокруг стола, расставил салаты, бутылки.

– Запивать будете-с? – обратился он к Андрею.

– Будем, – кивнул Андрей. – Минералку.

Жорж, изобразив восторг, убежал.

– Леха, разливай, – тихо сказал Андрей и, повернувшись к попутчику, помахал рукой.

Попутчик дернулся всем телом, но с места не сдвинулся.

– Ну иди, иди, – бормотал Андрей, делая призывные жесты.

Наконец-то попутчик решился – медленно двинулся к ребятам. На его лице неуверенно забрезжила знакомая улыбка. Среди посетителей возник изумленный шепоток.

– Василий, помоги товарищу сесть.

Староста удивленно вытаращил глаза, но тем не менее повиновался. Попутчик сел.

– Ну! – Андрей поднял рюмку. – Давайте. За знакомство.

Василий был единственным, кто выпил сразу. Остальные выжидающе смотрели на попутчика.

Ханыга покосился на коньяк, покрутил носом, вопросительно взглянул на Андрея.

– Надо пить! – строго произнес Андрей и добавил: – А иначе ничего не будет.

Эта фраза возымела действие. Попутчик оскалился, оглядел всех по очереди, взял рюмку. Видимо, он тоже устал и был не прочь решить все проблемы полюбовно.

– Пей, пей, – деловито промычал староста, закусывая салатом. – Это армянский коньяк. Хорошая вещь.

Попутчик благодарно взглянул на Василия, по-хозяйски осмотрел его упитанную фигуру и оскалился еще шире.

– Ыыы! – сказал он.

Наконец, выпили. Напряжение немного спало. Леха сразу налил по второй. Подлетел официант с минералкой.

– Вот!.. – Жорж запнулся. – Это ваш товарищ?

– Наш, наш, – успокоил Андрей. – Все в порядке.

Жорж растерянно заморгал.

– Вы... – Он склонился к попутчику. – Кепочку, пожалуйста, снимите. А то у меня неприятности будут.

Попутчик обеспокоенно взглянул на Андрея, потом на Жоржа. Послышалось какое-то жужжание.

– Извините-с, – прошептал Жорж. – Ничего нет-с. – И на цыпочках отошел в сторону.

Попутчик торжествующе оглядел присутствующих.

– Ну... давайте. – предложил Андрей. – За удачу!

Попутчик охотно выпил.

Потом пили еще, Жорж принес мясо по-французски, Василия развезло.

– Это хорошо, что мы вместе, – промычал он, обведя всех осоловевшим взором. – Я хоть и староста, но всегда был с народом. – Он повернулся к попутчику: – Слышь, друг? Я тебя когда-нибудь обижал?

Захмелевший попутчик мотнул головой.

– Вот видите! – проревел староста. – У народа нет причин меня не любить! Народ меня любит! А вообще вы, ребята, молодцы. Правильно! Время сейчас такое, что надо с народом!

Василий разошелся не на шутку. Долго и нудно митинговал, потом принялся в чем-то каяться, бил себя в грудь и под конец пустил слезу. Трудно сказать, что на него нашло, но, видимо, назначение старостой давно не давало ему покоя, и сейчас, наверное, он сам себе казался, как минимум, секретарем обкома. А может, просто занимал на работе какой-нибудь комсомольский пост, о чем неожиданно вспомнил. В общем, присутствие попутчика основательно перетряхнуло содержимое Васькиной головы.

Леха тоже подпал под психическое воздействие. Вначале настойчиво выяснял имя попутчика, а затем, потеряв надежду, пустился в откровения о нелегкой аспирантской жизни.

– Понимаешь, – втолковывал он ханыге, – всех приходится поить. Научного руководителя, его жену, дочку, оппонентов, в общем, всех! Я бы давно защитился, но времени нет!

Попутчик согласно кивал, но, кажется, уже по инерции. Коньяк свое дело сделал. Поначалу заморыш еще как-то крепился, силился удержать в глазах интерес, теперь же обмяк, ссутулился, тупо смотрел в тарелку. Тем не менее вирусные миазмы успели распространиться по всему кафе. Народ волновался, звенел посудой, озабоченно гудел. Отовсюду неслись какие-то споры, разбирательства, ругань, обвинения, угрозы, жалобы, признания и бог знает что еще! В воздухе плавал густой сигаретный дым, официанты бродили, как сомнамбулы, откуда-то вынырнул Жорж. Бессмысленно посмотрел, поставил зачем-то на стол свечу, щелкнул зажигалкой, подпалил фитиль, попятился и растворился в табачно-коньячном угаре. Андрей вдруг с ужасом осознал, что кафе буквально на глазах превращается в нечто среднее между борделем и притоном. И остановить это было уже невозможно. Послышались дикие выкрики, звон разбиваемой посуды, истерический хохот, визг и рыдания взахлеб. Кто-то затянул грустную песню.

Попутчик, сидевший до этого момента смирно, вдруг ухватился за скатерть, резко оттолкнулся и вместе со стулом кувыркнулся на пол. Послышался жуткий грохот, полетели осколки, Андрей вскочил, а попутчик зеленой ящерицей шмыгнул под соседний стол. Мгновение – и белоснежно-хрустальную идиллию соседей постигла та же участь. Стол дернулся, встал на дыбы, и все, что на нем стояло, посыпалось на пол. Завизжали женщины. Мужчины после секундного замешательства кинулись ловить попутчика. Но куда там! Ханыга метался по залу перепуганной летучей мышью. То там, то здесь оглушительно взрывались столы, словно кафе находилось на минном поле и началась детонация. В разрушительном процессе уже участвовал не только попутчик. Одновременно в нескольких местах возникла потасовка, в воздухе замелькали ножи, вилки, обломки стульев, ошметки одежды. Откуда-то потянуло дымом. Андрей крутнулся и увидел, что горит скомканная на полу скатерть. Наверное, занялась от свечи.

– Бежим! – крикнул он и первым бросился к выходу.

Ребят подгонять не пришлось.

Но на выходе образовался затор, там дрались, и ребята были вынуждены принять участие. Свалив очередного противника, Андрей оглянулся и увидел, как официанты тушат огонь шампанским.

«Вот, значит, зачем они его прячут!» – мелькнула мысль, от которой Андрей, совсем ошалев, заорал и ломанулся к выходу, расшвыривая дерущихся посетителей, как былинный русский богатырь иноземных супостатов.

Орущей массой выкатились в гардероб. Черной молнией наперерез кинулся Жорж. Злобно сверкая накрашенными глазами, он перехватил Василия, прижал его к стене. Оба глаза у Василия были подбиты, вокруг них уже образовались синие круги, и толстый староста с худым официантом составляли забавную двусмысленную пару. В общем, можно было надеяться, что они договорятся.

На улице ребята перешли в галоп. Внезапно Леха свернул в какой-то переулок, но, вспомнив что-то, резко остановился. Ребята тоже встали, тяжело дыша. Леха выглядел донельзя растерянным – волосы всклочены, рубаха порвана, глаза сумасшедшие.

– Андрюха! – заорал он. – Ты кого притащил?! Он же нам весь город разнесет!

И, развернувшись, замелькал в пятнах света, отбрасываемых редкими фонарями.

Андрею оставалось только вздохнуть.

Эпилог

Поезд замедлял ход. Приближалась та самая станция. Кое-где горели фонари, за окнами открывалась знакомая картина. Курсы закончились, Андрей возвращался домой.

Попутчик больше не появлялся, и оставшиеся дни ребята доучились спокойно. Экзамены сдали все. Правда, поначалу Василия хотели вообще отчислить, а за дебош в кафе еще и сообщить на работу. Но группа старосту отстояла, и дело замяли. С милицией тоже удалось уладить – комбинату скандал ни к чему. В общем, Василий оказался прав – народ его любил. Оно и понятно, ведь облик старосты совсем не вязался с тем, что значилось в милицейском протоколе, а такие контрасты народу всегда приятны. Деньги Ваське, разумеется, вернули. В кафе на него списали большую часть убытков, так что пришлось раскошелиться. Ребята разделили астрономическую сумму на пять частей, и каждый внес свою долю. Леха куда-то исчез. Пару раз Андрею удалось дозвониться, но аспирант сослался на жуткую занятость, и Андрей оставил его в покое. Да, однажды он повстречал на улице Тоню с Леной. Подошел, завел фривольный разговор, но девицы, глянув как на чокнутого, обозвали хамом и ушли.

Настроение у Андрея было так себе, среднее. Даже то, что удалось уничтожить вирус, было слабым утешением. Вид из окна на маленькую станцию остался прежним – лужи, грязь, бесхозяйственность, разруха.

Андрею не повезло – билетов в купейный вагон не хватило, пришлось ехать в плацкартном. На сей раз досталось боковое место. В закутке напротив ехала компания из четырех человек. Кажется, тоже возвращались из командировки. Три солидных мужика – по всему видать, начальники, и четвертый – еще совсем молодой, но довольно шустрый, что называется, «из ранних». Из разговора Андрей понял, что идет обсуждение какого-то очень важного совещания в министерстве, а заодно строятся планы на будущее. Строил планы, в основном, молодой. От волнения он заикался, шепелявил, проглатывал окончания слов. Обращался все время к одному и тому же начальнику по имени-отчеству. Выходило нечто вроде: «Васисин Касисин». Андрей понял, что Васисин Касисин – самый главный начальник.

– Васисин Касисин! – подхалимски сюсюкал молодой. – А что вы думаете по поводу...

И дальше шел мудреный, видимо, действительно сложный вопрос. Васисин Касисин хмурился, напрягался в каких-то внутренних исканиях, беспокойно посматривал на других начальников, но молодой, уже поняв свою оплошность, быстро исправлялся.

– Васисин Касисин! – азартно подхватывался он. – А как вы считаете...

И теперь уже следовал вопрос попроще, а, точнее сказать, настолько элементарный, что ответить на него мог бы любой случайный прохожий. Васисин Касисин мгновенно преображался. Солидно покивав, пускался в пространные объяснения. Остальные участники сложного действа внимали с неподдельным интересом, одобрительно поглядывая на молодого.

Все это было довольно забавно, но Андрею надоело, и он отвернулся к окну. Чья-то желтая физиономия вновь разглядывала поезд. Ничего на этой станции не изменилось.

В этот момент снаружи дзинькнуло, состав дернулся, пополз дальше. В проходе показался новый пассажир, и Андрей невольно вздрогнул – слишком много было совпадений. Пассажир приблизился, сел напротив, поставил на колени кейс. Пепельный костюм, светло-серая рубашка, коричневый в полоску галстук. Андрею полегчало. Нынешний попутчик никак не походил на прежнего. Вид вполне интеллигентный, открытое лицо, синие глаза, белесые ресницы. Вот только волосы торчат каким-то неприятным бобриком...

Попутчик, глянув на Андрея, усмехнулся, забарабанил пальцами по кейсу. Андрею почудился какой-то скрытый смысл. Неужели вновь?

В глазах попутчика мелькнуло озорство и как будто понимание Андреевых сомнений.

Андрею стало плохо. Перед ним сидел прожженный тип. Не чета первому. Тот по сравнению с этим был просто мальчишкой.

Но попутчик вдруг подмигнул совершенно по-приятельски, и Андрей опешил. Разумом он уже ничего не понимал, но нутром почуял, что разгадка где-то близко. Что же?

И вдруг Андрей все понял. Ну, конечно! Это был тот самый долгожданный антивирус. Наконец какой-то Программист скумекал, что пришла пора заняться благородным делом. Ишь какого белобрысенького кадра отбабахал! Да такому прохиндею десяток зелененьких попутчиков, что десяток семечек – перелузгает и не заметит. С «дипломатом» даже! Небось специальные приспособления с собою носит. Понятно – профессионал. Не то что дилетанты с дедовскими способами.

«Но мы же сами справились, – мысленно сказал Андрей соседу. – Как смогли. Что ж ты припозднился?»

Сосед, однако, нисколько не смутившись, игриво подмигнул и чуть заметно указал глазами на соседей справа. Андрей не понял. Тогда попутчик снова подмигнул и снова указал. Андрей, отчего-то замерев, осторожно покосился на забавную компанию.

Боже, как он не заметил раньше! Вся компания во главе с Васисином Касисином дружно улыбалась акульими улыбками!

Андрей, содрогнувшись всем телом, с мольбою глянул на нового попутчика. Но белобрысенький, нисколько не смутившись, уверенно кивнул, побарабанил пальцами по кейсу, чуток придвинулся и тихо прошептал:

– Не волнуйся, все будет о’кей.