Текст книги "Новый вызов (СИ)"

Автор книги: Сергей Баранников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)

Глава 9
Дуэлянты

В долгожданный выходной мы всей компанией решили отправиться на главную ёлку города. Инициатива, как обычно, исходила от Мокроусова, ставшего в нашей компании главным заводилой. Мы собрались на главной площади лишь к полудню, но гуляния только начинались.

Ростовые куклы в костюмах героев народных сказок гуляли по ярмарке, предлагая сделать фотографии, жонглёры на ходулях и задорные скоморохи веселили толпу, а самые ловкие гости праздника могли испытать свои силы в боях подушками и лазаньи по столбу за сапогами. Организатор развлечения обещал выдать победителю сапоги по размеру, а народ любил показать свою силу, поэтому желающих оказалось немало. К деревянному столбу выстроилась целая толпа.

Что меня порадовало – дежурные бригады целителей на площади. Сначала я встретил целителя с длинными бакенбардами, заменявшего недостающих сотрудников в Первой городской больнице, когда мы с Мартыновым только прибыли в Градовец, а затем взгляд выцепил из толпы ещё несколько человек в белых халатах. На краю площади приютились машины скорой помощи и пожарной службы. Я узнал знакомые хирургички с нашивками в виде белых крылышек в районе сердца и оранжевые костюмы пожарных с различными нашивками. Судя по всему, они отличались в зависимости от роли в бригаде.

Когда один из смельчаков, решивший попытать удачи на столбе, рухнул вниз, мы пробились к нему через толпу, но там уже работали целители.

– Отдыхайте, молодёжь! – улыбнулся нам целитель с длинными бакенбардами. – Мы здесь на дежурстве, так что это наша забота.

Только сейчас я отметил, что развлечения были организованы с умом. Вокруг столба были натянуты страховочные сети, поэтому бедолага отделался лёгким испугом, а худшее, что с ним случилось – издёвки толпы. Неудачливого покорителя столба провожали свистом и улюлюканьем. Причём, в поведении толпы не было жестокости, народ просто развлекался, хоть и не понимал, что тем самым мог причинить душевные страдания бедолаге.

– А что? Не уверен – не лезь, – пожал плечами Мокроусов, когда я поделился с ним своими мыслями. – Здесь ведь выходят покрасоваться, показать свою силу. Если хочешь испытать себя, делай это в другое время, когда на тебя не пялится несколько тысяч зрителей.

– Тёма, погнали подушками махаться! – предложил Жилин.

– Павел, вы вызываете меня на дуэль? – с наигранным официозом поинтересовался Мокроусов.

– Здесь и сейчас. И пусть перьевые подушки рассудят нас! – продолжал дурачиться Пашка.

Парни забрались на огромные деревянные бочки и повернулись друг к другу.

– Начали! – закричал ведущий и поспешил отойти в сторону, потому как бой начался не на шутку. Парни ожесточённо размахивали подушками, пытаясь скинуть друг друга. Им приходилось работать не только руками, но ещё ногами и корпусом, доворачивая удар, и тем самым делая его сильнее.

В какой-то момент подушка Жилина с треском лопнула, заваливая округу перьями.

– Замена оружия! – закричал парень, а бой пришлось приостановить.

В конечном счёте коренастый Пашка всё-таки одолел Артёма, сбив его с бочки.

– В следующий раз возьму реванш, – пропыхтел Мокроусов, переводя дыхание.

Бои подушками оказались непростым занятием для обоих парней, но никто не жаловался. Мы сделали несколько памятных фото, наелись блинов с красной икрой и мёдом, и разбежались по домам. У целителей тоже бывают выходные, и вдвойне приятно, когда удаётся провести их в такой компании.

– Знаешь, такие прогулки мне нравятся, – призналась Лера, когда мы дошли до её подъезда. – Правда, я жутко проголодалась.

– А у меня дома как раз есть тушеное мясо с картошкой и грибами, – многозначительно произнёс я, оглядываясь в сторону своего подъезда.

– Как-нибудь обязательно попробую, – засмущалась девушка, верно истолковав мой намёк. – Спасибо за этот день.

И снова поцелуй в щёку. Мне это безумно нравится, но я начинаю всерьёз волноваться. Хочется большего, но пока наши отношения развиваются неспешно. Может, это я слишком тороплю события?

Попрощавшись с Лерой, занялся приведением своего скромного жилища в надлежащий вид. Если приглашать девушку в гости, то нельзя ударить в грязь лицом. В квартире должно быть не только чисто, но и уютно.

Конечно, я не стал заморачиваться и покупать ароматические свечи. Моя эфирная горелка – незаменимый помощник, и я её не променяю ни на какой комфорт. К тому же, сейчас был период сезонных заболеваний, не хватало ещё для «полного счастья» подхватить какую-нибудь заразу.

На следующий день сразу после обхода на мои плечи свались процедуры в индивидуальных палатах.

– Костя, надежда только на тебя, потому как мы с Ниной Владимировной уходим на операцию, а Паршина останется в отделении и будет присматривать за пациентами.

Радостно, что мне доверяют, но после неприятного опыта с Брюсовым работать в одиночестве с благородными совсем не хотелось.

– Если что-то пойдёт не так, прекращай приём и жди, пока мы не вернёмся после операции, – приказал Николай Юрьевич, верно истолковав мой настрой.

Пока Тарасов готовился к операции, Сарычева передала мне истории болезней, поступившие с приёмного отделения.

– Госпожа Добровольская упала во время конной прогулки и получила повреждения. Нужно провести осмотр и, при необходимости, процедуру, – объяснила мне Сарычева. – Необходимости в операции скорее всего нет, но если понадобится, записывай у дежурной. Как только мы освободимся, сразу возьмём в работу.

Уж лучше бы я на операцию отправился. Было бы куда полезнее, да и меньше мороки. Такое впечатление, что Сарычева специально отправляет меня на осмотр, чтобы не идти туда самой.

– А знаешь, давай первую пациентку мы осмотрим вместе, – неожиданно решила целительница. Не доверяет? Или решила, что моя реакция – это неуверенность в себе? Я-то уверен в своих силах, но боюсь снова закуситься с сильными мира сего.

– Тамара Васильевна Добровольская – одна из самых влиятельных женщин нашего города. Хозяйка ателье и основательница благотворительного фонда, – начала вводить меня в курс дела целительница у входа в палату. – Будь осторожнее. Следи за своими словами, не позволяй поймать себя на слове и не забывай, что в первую очередь ты – целитель.

Зачем тогда тащите, если так переживаете? Возьмите сами и лечите их. Я поборол внезапно нахлынувшее желание отказаться от процедуры, но решил, что раз я целитель, то должен принимать пациентов, пусть даже у них повышенные требования и свои странности.

Добровольская была статной женщиной лет сорока пяти. Её внешний вид сразу выдавал женщину из высшего общества: прямая осанка, задранный вверх подбородок, надменный взгляд, плавные выверенные движения.

– Тамара Васильевна, добрый день! – войдя в палату, Сарычева натянула ослепительную улыбку. – Рассказывайте, что у вас случилось?

– Я сама не знаю как так вышло, – рассеянно развела руками женщина. – Ленточка всегда была спокойной, а тут неожиданно взбрыкнула. Она у меня уже шесть лет, и это первый раз, когда происходит подобное.

– Может, почувствовала запах волка? Сейчас зима, хищники вполне могли перебраться поближе к черте города, – предположил я.

– Вряд ли волки смогут проникнуть на охраняемую территорию, – покачала головой Сарычева. – В стойлах стоят лошади, которые стоят сотни тысяч, а некоторые – миллионы. Никто не будет так рисковать жизнью лошадей, и уже тем более, их хозяев.

– А знаете, вполне может быть, – подхватила Добровольская. – Я ещё заметила как впереди что-то мелькнуло в кустах перед самым падением. Потому и отвлеклась, не успев сгруппироваться. Мне тогда показалось, что это гончая, но откуда ей здесь взяться?

– Костя, давай диагностику, – скомандовала Сарычева, хотя я прекрасно знал, что она уже сделала это парой минут ранее, а сейчас просто проверяет меня.

И всё равно, нужно переступить через свою гордость и стараться изо всех сил, потому как в этом и заключается один из главных принципов обучения.

– Сотрясение мозга, ушиб мягких тканей головы и повреждение левой руки. Видимо, при падении женщина приземлилась на неё.

– Какой характер повреждения? – потребовала более точного диагноза целительница.

– Секунду, – отозвался я. Мне требовалось ещё несколько секунд для того, чтобы поставить точный диагноз. Лучше потратить больше времени, чем допустить ошибку. – Я вижу трещину в лучевой кости. Ничего серьёзного, мы укрепим структуру кости, обезболим и снимем воспаление, чтобы избежать отёчности. Но завтра придётся снова наведаться к целителю, чтобы продлить эффект.

Я не стал говорить, что достаточно посетить целителя в поликлинике. Учитывая статус пациентки, вряд ли она будет ждать приёма у целителя. Скорее, обратится в частный кабинет, или даже клинику. Вообще удивительно, что с такими возможностями женщина не направилась к ним сразу.

– Костя, молодец! Достойный приём, – похвалила меня Сарычева. – Буду понемногу привлекать тебя к работе с такими пациентами. Как раз будешь набираться опыта.

– Нина Владимировна, что вы мне всё время то стариков, то девчонок подсылали, когда у вас вон какой симпатичный мальчишка работает? – оживилась Тамара Васильевна и принялась прихорашиваться.

– Парень ещё только младший целитель, ему нужно много практиковаться, пусть он и талантлив не по годам, – с нажимом произнесла Сарычева, взглядом указывая мне на дверь.

– Костенька, а вы женаты? – продолжала Добровольская свой опрос, лишая меня возможности незаметно ретироваться.

– Нет, но у меня есть девушка. Планируем свадьбу в следующем году.

– Эх, какая жалость! Всех красавчиков разобрали. Жаль, не в том я возрасте, чтобы молодым фору давать. Но вы хороший целитель и очень обходительный молодой человек. Если соберётесь делать предложение своей даме сердца, в моём свадебном салоне я сделаю вам хорошую скидку.

– Благодарю, буду иметь в виду.

Какое там предложение? Мы только начали общаться с Лерой, и о свадьбе даже думать пока рано, но судя по поведению Тамары Васильевны, лучше не искушать судьбу и делать вид, что я уже чуть ли не завтра документы несу на регистрацию брака. Так будет спокойнее и мне, и ей.

Когда мы вышли из палаты, Сарычева пообещала, что завтра Добровольской займётся Николай Юрьевич, а мне «пока рано» работать с такими пациентами. Но к следующему аристократу идти мне пришлось самому, потому как Нину Владимировну ждали в операционной.

Пациентом, расположившимся во второй индивидуальной палате, был молодой человек лет двадцати пяти. Я отметил, что он всего на пару лет старше, а может, и вовсе мой ровесник. Дмитрий Александрович Ляпунов. Да, люди его возраста нечасто становятся пациентами нашего отделения. Даже интересно, что его привело в больницу, ведь у многих аристократов есть свои целители, которые решают большинство проблем со здоровьем.

Заметив белый халат, он заметно приободрился, но через пару мгновений скис. Что, ожидал увидеть умудрённого сединами старца, или симпатичную целительницу? В любом случае, он сейчас в таком положении, что целителя не выбирают.

– Простите, а где господин Радимов? – поинтересовался парень.

– К сожалению, Егор Алексеевич находится на реабилитации после серьёзной травмы. Расскажите мне о цели визита, и я решу вашу проблему.

– А никого более опытного нет? – поинтересовался парень, бросив на меня недоверчивый взгляд.

– Если хотите, можете подождать несколько часов, пока старшие целители завершат операцию. Но что-то мне подсказывает, что у вас случай, не терпящий отлагательства.

– С чего вы так решили? Думаете, если я благородного происхождения, то не умею ждать? Спешу вас уведомить, что терпение – это одна из благодетелей, которой учат в элитных гимназиях.

– Я так решил, потому как вижу укус на вашей руке. Судя по его характеру, животное явно не домашнее, и могло быть заразно.

Чтобы заметить ранку, оставленную двумя острыми клыками, не требовалось целительского зрения, достаточно одного взгляда на повреждённую руку. Рана уже покраснела и заметно припухла, мне даже показалось, что началось нагноение. Очевидно, что парень не торопился с визитом к целителю, и обратился за помощью только когда рана начала пульсировать и болеть.

– Нетопырь, – произнёс парень, заметно нахмурившись.

– Ситуация… – протянул я, запуская внутреннее зрение. Проблема куда серьёзнее, чем могла показаться на первый взгляд, потому как в слюне нетопыря могла оказаться какая угодно зараза.

А вот, собственно, и она! Вместе попавшей в рану гнилью, крылатая бестия наградила пациента вирусом бешенства.

– Где же вы нашли летучую мышь в середине зимы? – ухмыльнулся я.

– Я осматривал старинный особняк, который приобрёл на днях. Вот там, на крыше, оказалась целая свора летучих мышей. Они мирно спали, но я имел несчастье по неосторожности разбудить их. Одна из них оставила на моей руке этот след.

– Придётся сделать укол. Чем быстрее мы введём вакцину от бешенства, тем будет лучше, – начал я, но Ляпунов меня перебил.

– Тогда она перестанет кровоточить? – с надеждой в голосе произнёс парень.

Вот в чём причина! Он не столько переживал из-за боли и отёчности, сколько из-за кровотечения.

– Слюна нетопыря обладает особым свойством, препятствуя свёртываемости крови, – в памяти удачно всплыла полезная информация. Спасибо, прежний Константин! – Эти существа чаще всего питаются кровью крупных животных, а особые вещества в слюне помогают ране долго не заживать. Сейчас я введу вакцину, а затем приведу рану в порядок.

Весь приём занял всего двадцать минут, но жизнь нерадивого исследователя заброшенных чердаков была спасена.

– Будьте осторожны, исследуя свой особняк. Кто знает, какие ещё опасные секреты он скрывает?

– Благодарю, – сдержанно ответил Дмитрий, но потом заметно заволновался. – Господин целитель, вы мне нужны! Завтра я дерусь на дуэли, а у меня до сих пор нет целителя. Вы просто обязаны мне помочь!

– Так ведь дуэли запрещены законом, – удивился я, не желая вляпаться в какую-нибудь дурно пахнущую историю.

– Запрещены без участия секундантов и целителей. И потом, дуэлянтам позволяется драться или стреляться лишь до первой крови. Как по мне, нелепое ограничение. Хотя бы дали уложить обидчика на лопатки, или лицом в грязь, чтобы он сполна искупил нанесённую обиду, но закон есть закон.

– Я подумаю над вашим предложением и сообщу в кратчайшие сроки, – пообещал я.

Разумеется, решил сначала спросить совета у Мокроусова. Тот разбирается в делах аристократов и их законах чести куда лучше меня.

– Ляпуновы? – переспросил Артём. – Знаю я это семейство. Когда-то были влиятельным родом, но последнюю сотню лет дела у них идут из рук вон плохо. Они умудрились растратить богатство своих предков, и от былого величия осталась лишь тень. Правда, Дмитрий пытается возродить былую славу, но несмотря на все его старания, выходит какая-то нелепица.

– На днях он купил старый особняк с летучими мышами в довесок. Одна из них цапнула его за руку.

– Ха! Ты ведь понимаешь, что это наверняка была заброшенная постройка, и особняком он называется только формально? Уверен, это какие-то руины с выбитыми окнами и прохудившейся крышей, доставшиеся Дмитрию за бесценок. Не удивлюсь, если окажется, что продавец был счастлив от них избавиться.

– Зачем ему это?

– Ляпунов попытается его восстановить, чтобы доказать всем свою значимость. Ты не понимаешь мотивы аристократов. Для них статус, влияние и вес в обществе – не пустые слова. Вот только у Дмитрия нет денег даже на ремонт.

– Тёма, а ты откуда знаешь об их состоянии?

– Шутишь? Аристо у всех на виду, за их жизнью следят в оба глаза, ведь именно они задают вектор развития.

– Может, ты и сам аристократ?

– Нет, наша семья – типичный представитель среднего класса, – покачал головой Артём. – У нас недостаточно денег, чтобы влиться в элиту города, а род владеет даром всего третье поколение. Этого явно недостаточно, чтобы ходатайствовать перед императором о присвоении Мокроусовым благородного статуса. И потом, мы особо и не стремимся в высшее общество, потому как это опасно. Аристократы до смерти боятся, что кто-то из простолюдинов возвысится и сбросит их с насиженных мест, поэтому часто вставляют палки в колёса тем, что получает большое влияние. Куда безопаснее плыть по течению и не лезть в их дела.

Как всё сложно у этих аристократов…

– Не хотел бы я такой публичности, – покачал я головой. – Слушай, и как мне быть с этой дуэлью?

– Соглашаться! – выпалил Мокроусов. – Дуэль – это дело чести, отказываться никак нельзя. Тем более, когда тебе самому не придётся стреляться.

– А почему дуэлянты не используют свой дар? – задумался я. – Было бы куда логичнее сойтись в бою и решить все вопросы. Но они почему-то хватаются за пистолеты.

– Дань традициям, – пожал плечами Артём. – Ты ведь понимаешь, что аристо помешаны на символизме и сохранении традиций? И потом, дуэлянт может не владеть даром, как быть в такой ситуации? Это будет уже какое-то избиение. А шпаги или пистолеты немного уравнивают шансы. Фехтование и стрельба – это навыки, которые может развивать каждый. И потом, выбор оружия остаётся за тем, кого вызывают.

Я ненадолго завис, пытаясь осознать всё, что услышал от Мокроусова.

– Не волнуйся, я знаю об этой дуэли и тоже там буду, – успокоил меня Артём. – Меня попросили быть целителем у соперника Ляпунова – Никиты Ершова.

– Выходит, мы с тобой будем по разную сторону баррикад?

– Успокойся, враждуют только дуэлянты. Секунданты могут последовать их примеру, но чаще просто следят за соблюдением правил, а дело целителей – сторона. Наша задача – не дать умереть этим болванам.

Вся эта ситуация с дуэлью мне совершенно не нравилась, но я решил не нарушать дело чести, и согласился быть целителем со стороны Ляпунова. Надеюсь, оба спорщика выстрелят в небо и разойдутся, хоть в такой исход и верится с трудом. Я уже достаточно изучил характер Дмитрия и его взгляды, поэтому понимал, что он не ограничится формальными выстрелами и не пойдёт на примирение.

Дуэль была назначена на полдень. Я успел хорошенько отоспаться перед ночной сменой, перепроверить аптечку и закинуть туда побольше расходников на случай, если помощь придётся оказывать на месте. К назначенному времени я встретился с Мокроусовым, и мы вместе направились к условленному месту – на пустыре за чертой города.

Ляпунов пришёл не один, его сопровождал верный пёс, покорно сидевший рядом с хозяином. Он считал его своим талисманом и таскал за собой повсюду. Хорошо, хоть в больницу не разрешают с собаками. Секунданты о чём-то перешёптывались друг с другом, а вот противник Дмитрия опаздывал.

– Если в течение пятнадцати минут Никита Ефимович не явится, дуэль будет считаться сорванной, а сам он уклонившимся от поединка, – заявил секундант Ляпунова.

– Не волнуйтесь, он будет с минуты на минуту, – попытался успокоить всех представитель Ершова.

И действительно, через пару минут второй соперник появился из-за холма и быстрым шагом направлялся к нам. Оба спорщика смотрели друг на друга с нескрываемым презрением, и отклонили предложение примириться.

– Господа, прошу занять позиции! – скомандовал секундант Ершова.

Дуэлянты стали спиной к спине, а затем каждый сделал пятнадцать шагов в сторону. Пёс Ляпунова жалобно заскулил, когда его хозяин остановился.

– Не волнуйся, дружище, я был лучшим стрелком на курсе. А если Никита попадёт, так тому и быть! – произнёс Дмитрий, успокаивая своего пса.

– Поворачиваемся! – скомандовал секундант Ершова, и оба дуэлянта повернулись лицом друг к другу. Ершов выпрямил руку и выстрелил сразу, практически не целясь. В это время пёс Дмитрия рванул к хозяину и прыгнул, чтобы тот взял его на руки. Пуля попала в спину несчастному животному, а округу наполнил жалобный собачий вой.

Ляпунов вмиг позабыл о дуэли и бросился к раненому псу.

– Целители, скорее! – закричал он. – Сделайте что-нибудь!

– Я лечу людей, а не животных, – пожал плечами Мокроусов.

– Константин Юрьевич, а вы можете хоть что-то сделать? – с надеждой в голосе произнёс Дмитрий.

– Постараюсь, но ничего обещать не могу. Нужно сначала оценить серьёзность раны.

– Это дуэльные пистолеты, – хмыкнул секундант Ершова. – У них такая мощность и калибр, что отрывает конечности, а тут псина…

– Следи за своими словами, выродок! – накинулся на него Ляпунов.

– Иначе что? Вызовешь меня на дуэль и заставишь отвечать за слова?

– Вызову! – вспыхнул Дмитрий, снова вспыхнув. Нет, он неисправим! Даже серьёзная рана любимца не заставила Ляпунова одуматься.

– Господа, успокойтесь! – попытался вразумить спорщиков Ершов, который сам только недавно стрелялся на дуэли.

– Я принимаю вызов, – с гадкой ухмылкой заявил парень. – Никита, будешь моим секундантом.

Похоже, отказ Ляпунова делать свой выстрел был воспринят как слабость, и этим решили воспользоваться.

– Дмитрий Александрович, Платон Трескунов принимает ваш вызов, – официальным тоном заявил Никита. – Предлагаю сторонам примириться, но если это дело принципа, выбирайте оружие и место проведения дуэли.

– Здесь и сейчас, – произнёс Ляпунов, явно желая покончить с этим.

Дуэлянты стали спиной к спине и разошлись в стороны, отсчитав положенные тридцать шагов. Я успел лишь обезболить жуткую рану собаки и остановить кровь. Пытаться извлекать пулю не было смысла – она прошла навылет. К счастью для собаки, жизненно важные органы не были задеты, но операцию нужно провести в ближайшее время. Если бы не вторая дуэль к ряду, я бы постарался стабилизировать состояние пушистого храбреца до тех пор, пока он не доберётся до ветеринарной больницы. Пусть его приводят в порядок те, кто на этом собаку съел. Точнее, специалисты по лечению животных.

– Поворачиваемся! – скомандовал Ершов, оба дуэлянта повернулись лицом друг к другу и одновременно подняли руки с оружием.

Пуля, выпущенная из пистолета Трескунова, зацепила плечо Дмитрия, заставив его пошатнуться. Своё попадание Платон отметил радостным возгласом, но Ляпунов твёрдо решил закончить начатое, выпрямился и выстрелил.

Пуля угодила в лицо Трескунову, разорвала щёку и выбила несколько зубов. Парень завизжал от боли и упал в снег, закрыв лицо руками. Пока я обрабатывал рану на плече Дмитрия, Мокроусов возился с Платоном, пытаясь хоть немного облегчить его боль.

– Дмитрий Александрович, вам нужно быть сдержаннее, – принялся я отчитывать бретёра. – Из-за вашей вспыльчивости страдаете не только вы, но и те, кто вам дорог.

– Близкие принимают меня таким, каков я есть, – отмахнулся парень. – Если они готовы идти за мной, значит, поддерживают во всём. Иначе пусть уходят прочь. Насильно никого держать подле себя не стану.

Рана Ляпунова не представляла опасности. Просто разорванная кожа, немного задеты мышцы. Обезболить, очистить рану, срастить, снять воспаление и готово. Справившись со своей задачей, я отправился на помощь Мокроусову, который всё ещё возился с Трескуновым.

– Тут потребуется операция, – покачал головой Артём. – Лицевые мышцы повреждены, выбиты зубы. Если ничего не сделать, лицо может перекосить, а со временем появятся проблемы с прикусом, дыханием, износятся суставы нижней челюсти… В общем, нужно показать его отцу.

Обратно мы возвращались все вместе. Благородные мирно болтали друг с другом, усиленно делая вид, что между ними нет никаких противоречий. Разве что Платону было не до разговоров. Пришлось помогать вести его до машины, припаркованной у дороги.

– Константин Юрьевич, я дважды ваш должник, – произнёс Дмитрий, пожимая мне руку. – Сначала вы оказали мне честь, присутствуя на дуэли в качестве целителя, а потом ещё и спасли моего пса.

– Тогда уж трижды, – заметил Мокроусов. – Дуэли ведь было две.

– Не забывайтесь, Артём Петрович, – сурово произнёс Ляпунов и повернулся ко мне. – Если вам понадобится моя помощь, дайте знать.

Однажды один аристократ уже обещал мне помощь, и не подвёл. Участие Брюсова в моём переходе вполне могло стать решающим. Если в этом мире есть возможность заручиться поддержкой благородных, то почему бы и нет? Правда, я не совсем понимаю какой мне толк от помощи Ляпунова, которому и самому не помешала бы чья-то помощь.