Текст книги "Оживитель Гробницы (СИ)"

Автор книги: Сергей Плотников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц)

Поэтому, когда наставник посмотрел на меня, я демонстративно сделал максимально нейтральное лицо: мол, как пожелает учитель.

И Элсин, конечно, коротко, по-некромантски поклонился, после чего сказал:

– С благодарностью примем ваше великодушное предложение!

Глава 8
Смерть в точном соответствии со служебной инструкцией

Естественно, в своем собственном кабинете мэтр Карсен жечь огонь не стал. Для телепортации мы спустились на ту же гравийную площадку во дворе, где возникали в прошлый раз.

– Как удобно с магом Воздуха поблизости! – вслух восхитился мэтр Огня. – Буря совсем не беспокоит! Спасибо, мэтресса. И спасибо за то, что вы построили этих олухов – раньше даже во время пыльных бурь выкаблучивались, а теперь несут дежурство, как миленькие!

– Да дело-то нетрудное, – пожала плечами Игнис. – Просто великовозрастные оболтусы.

– Вам нетрудное – а мне, увы, не хватило времени и, скажем так, свободы маневра… Я до некоторой степени связан традициями, – вздохнул Карсен. – Всегда удобнее, когда порядок между магами другой стихии наводит один из своих! Так, ну что ж, зажигаю круг Огня…

Нас обежала огненная полоса – которая почти моментально поднялась языками пламени в человеческий рост. И когда Огонь опал – мы оказались в полной темноте!

Нет, не в полной. Повинуясь жесту мэтра Карсена, вокруг вспыхнули алые сполохи огня – в специальных медных чашах на постаментах. Чаши стояли по углам обширной каменной площадки… Не просто каменной! Когда я поглядел под ноги, оказалось, что подо мной – расплавленный до стеклянной гладкости камень!

Вокруг же тянулась дикая скалистая равнина – по крайней мере, насколько получалось разобрать в свете этих факелов. Воздух был очень холодным и еще суше, чем обычно на Гробнице! Я чуть было не начал привычным усилием воли регулировать температуру вокруг тела – пришлось это подавить. Не то Карсен бы заметил, что не дрожу.

Однако долго страдать мне не пришлось: кроме этих факелов, Глава Круга тут же создал еще множество удивительно привычных мне искр Огня – тот же фокус, что я так полюбил использовать в самых разных целях, от освещения до соблазнения! Только мои огонечки светились ярко, а эти еле тлели, словно уголья. «Угольки» закружились вокруг Игнис и меня, излучая ровное тепло, Элсина игнорировали.

– Не волнуйтесь, они не обожгут, – сказал Карсен. – Они дают в основном тепло и совсем немного света. А поскольку их температура невелика, я создал их сразу много.

Ох, ять, как же хочется восхищенно заорать: «Научите меня этому фокусу, пожалуйста!»

Нет, регулировать температуру пламени я умею, научился. Но – в основном в сторону повышения от «дефолтной» температуры обычного дровяного костра. А так, чтобы понизить температуру, переведя излучение в инфракрасный спектр, и при этом не погасить огонь полностью… Да уж, видно, насколько мне не хватает полноценного обучения! Может быть, этот фокус и удастся освоить методом тыка, но о многом говорит даже то, что он просто пока не приходил мне в голову. А сколько еще таких трюков, которые можно проделывать с Огнем, и о которых я просто не подумал?

– Где мы? – спросила Игнис, зачарованно оглядываясь. – На теневой стороне?

– О да, хотя не слишком далеко от сумеречной зоны. Лишь достаточно, чтобы небо стало полностью темным. Дальше начинаются многокилометровые ледники. Это небольшое горное плато, оно довольно высоко, но не настолько, чтобы стало трудно дышать. Я очень долго искал зону, над которой дымка в небе не такая плотная, как везде на планете. Иногда ветер здесь даже полностью разгоняет тучи. Обычно раз или два в неделю мне удается застать здесь чистое небо для наблюдений… – Карсен поглядел вверх. – Что ж, сегодня, похоже, не повезло. Но, по крайней мере, я могу показать вам саму обсерваторию! Она вот здесь, рядом, – он махнул в сторону, за стену огней, где и правда темнело какое-то строение.

– Как это не повезло? – удивилась Игнис. – А я на что? Тут какая высота, километра два над поверхностью?

– Чуть меньше, – сказал Карсен. – Я бы сказал, километра два над уровнем моря, если бы оно тут было… Впрочем, мы нашли впадины, которые, вероятно, когда-то как раз и представляли собой моря!

Игнис хмыкнула, поглядела вверх, вскинула руки.

Я привык, что когда Игнис работает с ветром рядом со мной, особенно ничего не ощутишь: зона контроля решает. Можно было разве что услышать завывания ветра, ну и увидеть воронку смерча, когда она уже раскручена. Однако в этот раз я не слышал ни шелеста, ни завывания – Игнис работала с воздушными массами слишком высоко над нашими головами!

– Это… займет… какое-то время, – пробормотала она отсутствующим тоном. – Минут пятнадцать. Можете пока показать парням ваше оборудование, если хотите. Я в этом все равно ничего не понимаю!

Я почувствовал, что Игнис тяжело, и чуть было не коснулся ее, привычно вливая магию Жизни – но снова остановил порыв. Карсен, конечно, не поймет, что я делаю, но может расценить жест иначе. А тут, на Гробнице, обстановка совсем другая, чем на Ошибке, и к семейным ценностям тоже относятся иначе! Мы с Теей и Ройгой даже не делали попытки скрыть наши отношения, но слухи о том, что я еще и с Игнис сплю при попустительстве ее мужа, мне совершенно не нужны. Точнее, в основном такая дурная слава не нужна Элсину, но и меня по касательной зацепит.

– И оставить вас здесь одну? – удивился Карсен. – Ну что вы. Давайте я лучше пока расскажу, чем я в основном здесь занимаюсь…

– А можно сначала услышать, как вообще работают астрономы Империи? – спросил я (и тут же мысленно дал себе тумака: Олла правильно говорила, нефиг перебивать стихийных магов). – В смысле, прошу прощения!

Карсен усмехнулся.

– Нет, что вы, искренний интерес приятен… Вы с кем-то из наших сталкивались уже? Я имею в виду, из астрономов-любителей?

– На Ошибке-пять я водил знакомство с мастером Жизни, у которого имелась подзорная труба, но не было возможности сделать или заказать свой телескоп. Он мне показал, например, что у Ошибки-пять было два естественных спутника, и дал мне почитать пару астрономических трудов, которые ему с большим трудом удалось приобрести. Там рассказывалось о звездах и планетах, но в целом информации было немного.

– Да, увы! – вздохнул Карсен. – У астрономов в Метрополии есть своя Гильдии, но она очень невелика, и попадают туда в основном окольными путями. Хотя некоторые действующие астрономы берут учеников… Звездные окрестности Метрополии по этой причине изучены неплохо, написаны труды о том, как определять небесные координаты и картировать небеса других миров, ведутся работы по соотнесению изученных небесных объектов на разных мирах… Но мы еще в самом начале пути! Сейчас пока более-менее точно известно только, что большая часть миров Империи, на которых возможны систематические наблюдения небес, находятся в одной Галактике. Насчет других сохраняется неопределенность… Вы знаете, что такое Галактика?

– Нет, – сказал Элсин вперед меня.

Хотя я ему точно рассказывал! Но правильно, не стоит обнаруживать лишнюю осведомленность.

В итоге Карсен прочел нам небольшую лекцию, из которой стало ясно, что местная астрономия на самом деле немало всего знала! В частности, у них были даже разработаны теории насчет главной последовательности и жизненного цикла звезд, хотя полной информации, разумеется, не было. Спектр звезд они, по всей видимости, не изучали, а значит, измерять расстояние до звезд методом сравнения спектра и светимости не могли, использовали только метод параллакса, годный лишь для сравнительно близко расположенных звезд. Ну и об анализе химического состава речь тоже, естественно, не шла.

Однако математический аппарат они использовали правильный: знали и все Ньютоновские уравнения (под другими именами), и даже законы Кеплера – как «правила Аурберга-Рютте», причем Карсен с гордостью сообщил, что c Рютте он имел честь быть знакомым лично и даже учился у него. Понятное дело, что все это давало лишь относительную точность измерений – без Эйнштейновых-то поправок! – но с местными приборами все равно более точные измерения провести не получалось.

Заодно Карсен поведал нам кое-что интересное о планете, на которой мы находились! Точнее, о звездной системе.

– Мне удалось установить, – не без гордости произнес он, – что мы находится в системе из трех звезд!

– Из трех? – я не стал сдерживать свое удивление.

– Ну да. Или даже из четырех, но это пока спорный вывод… Причем две звезды, наше светило и ближайшее к нему, находятся друг к другу довольно близко, а третье – на таком отдалении от них, что воспринимает нашу пару как единственную звезду! Кроме того, есть определенные странности в орбите нашего мира… Короче говоря, я очень сильно подозреваю, хотя не знаю, как это доказать, что наша планета раньше вращалась у другой звезды! Может быть, даже у той, дальней из тройки…

– Удивительно! – восхищенно произнес Элсин.

А я подумал, что это, по крайней мере, объясняет, как на планете, расположенной так близко к явному белому карлику, когда-то умудрилась зародиться и доразвиваться до мегаформ животная жизнь.

– Вот-вот! – с энтузиазмом произнес Карсен. – Причем эта звездная система очень старая. Наша звезда уже сбросила свою оболочку Вечного Огня и успела порядочно остыть – люди мудрее меня считают, что звезды в таком состоянии могут остывать очень-очень долго. И даже наша ближайшая соседка уже лишилась своей короны! Что касается дальней звезды, то она время от времени вспыхивает ярче, и это заставляет меня предполагать, что у нее тоже может быть еще одна партнерша, которая делится с ней Огнем! Или эти изменения яркости могут быть вызваны другими причинами. За семьдесят лет я лишь дважды ловил эти вспышки, и они кажутся мне недостаточно яркими – быть может, лишь флуктуации… Впрочем, я углубляюсь в дебри.

Я же подумал, что если мы имеем дело с тройной или четверной старой звездной системой, часть компонентов которой уже выродилась, но по какому-то капризу не разбежалась друг от друга, – что ж, в такой системе возможны любые пертурбации. И, наверное, могло произойти и такое, чтобы планета попала под протуберанец раскаленного газа, потеряла почти всю биосферу, но не атмосферу, и осталась почти полностью, но не до конца безжизненной – а потом и орбиту поменяла? Понятия не имею, как это рассчитать, но, чувствую, наши астрономы накинулись бы на Гробницу, как оголодавшая дворняга на мозговую кость!

И вдруг Игнис сказала:

– Готово.

Я так увлекся беседой – Карсен с Элсином, кажется, тоже – что ее слова прозвучали для меня совершенно неожиданно. Я вскинул голову вверх – и увидел ярчайшее звездное небо! Дома, на Земле, мне ни разу не случалось ходить в горные походы (а то я бы, наверное, не полез в карстовые пещеры на фронтире с такой самоуверенностью!), но я много раз слышал и читал о том, как невероятно прекрасно горное звездное небо. Ну вот, оно действительно было очень красивым. Яркие, огромные, крупные звезды, разноцветные и мерцающие – и много! Такое ощущение, что больше, чем я видел на Земле. На Ошибке, кстати, примерно столько же.

Причем все эти звезды плотной полосой шли через все небо, сливаясь в млечный туман, у горизонта их было гораздо меньше. С чувством полудетскогоо восторга я осознал: да я же смотрю на рукав Галактики не с торца, а с фасада! Или хотя бы под углом! Эта планета, видимо, слегка приподнята над галактической плоскостью эклиптики – недостаточно, чтобы увидеть всю Галактику целиком, но вполне достаточно, чтобы обеспечить в одном из полушарий роскошный вид!

– Красиво, да? – с понятной гордостью произнес Карсен. – Одно из преимуществ этого места – помимо отличной компании… Но, мэтресса Бьер, вы редкостная молодец! Петерсен мне сказал, что дымку так высоко разогнать нельзя.

– Как интересно, – фыркнула Игнис, разминая руки. – А между тем, задача не так чтобы сложная. Хотя должна вас предупредить, это окно долго не продержится. Может быть, часа три-четыре.

– Вы – сокровище! Скажите, вы можете позволить себе иногда сопровождать меня в эти вылазки?

Игнис пожала плечами.

– Если я свободна – то почему нет? Звезды и правда красивые.

– Отлично! Тогда позвольте мне все же показать вам обсерваторию.

Обсерватория Карсена оказалась отлично оборудована и напомнила мне о том периоде астрономии, когда эту науку двигали в основном вот такие же богатые энтузиасты-хоббисты, и, по сути, они-то и были настоящими профессионалами. У Главы Круга имелось несколько телескопов-рефлекторов под разные нужды, в том числе один огромный, для которого был выстроен отдельный купол, приводимый в движение двумя умертвиями, что Карсен постоянно держал здесь. Элсин любезно предложил заодно подкачать умертвия Смертью, и Карсен с благодарностью принял предложение. Кроме того, в основном домике обсерватории имелась большая объемная модель здешней звездной системы (из которой я узнал, что планет вокруг белого карлика вращается пять штук, наша – самая ближайшая, а спутника у нее нет, но Карсен подозревает, что был, просто планета потеряла его во время того же катаклизма, что уничтожил всю крупную фауну).

– Почти у всех миров Империи есть спутники, – пояснил он. – Обычно их называют просто Лунами, кроме тех случаев, когда спутников несколько сходного размера, или когда их много, но они очень малы. А один мир представляет собой двойную планету! Сперва пробили портал на одну, увидели в небе вторую, поняли, что там есть вода и воздух – и пробили портал уже туда. Я там был, невероятное зрелище!

Из чего я сделал вывод, что порталы действительно можно пробивать не только наугад.

– А можно пробить портал на безжизненную планету? – задал я Карсену давно интересовавший меня вопрос. – Без воздуха и воды?

– Если там хоть раз хоть где-то горел огонь, то можно, – пожал он плечами. – Но никто не будет тратить портал на мир, в котором заведомо нельзя выжить! Поэтому при поиске новых миров для Империи мы всегда просим Огонь, чтобы в мире были подходящие условия для людей. Но просить тоже нужно уметь. Иногда все равно получаются пустышки. Именно поэтому портальная магия для Огневиков – это отдельный раздел портальной магии, которому долго и трудно учатся. Я, увы, так и не достиг в этом деле большого мастерства!

Ого, то есть зубры и монстры портальной магии еще круче Карсена? Будем знать.

Есть, куда расти, что называется.

А вот про солнышки я расспросить не успел – Карсен спохватился, что слишком долго нас задерживает (точнее, как я решил, вспомнил, что у него есть и другие дела) и перенес нас обратно. Только и успели, что в телескоп на вторую звезду этой системы немного полюбоваться.

Ну что, очень поучительная экскурсия получилась! У меня язык чесался подкинуть Карсену инфу про спектральный анализ, но я удержался – слишком подозрительно бы получилось. Если мне когда-нибудь потребуется его очень сильно впечатлить, и я придумаю, как залегендировать это свое знание, чтобы не вызывать лишних вопросов, – вот тогда и расскажу.

И о том, что мастер Карсена все-таки возьмет наш заказ, мы, конечно, договорились.

* * *

На следующий день Игнис все же не смогла вырваться с нами к порталу, мы с Оллой отправились вдвоем, взяв принадлежащую Полигону повозку с немертвой лошадкой. Трюхала она со скоростью идущего человека, быстрее было бы пешком, пожалуй. Но, во-первых, самостоятельно тащить наши свертки с сеном на обратном пути – так себе идея, пусть даже они легкие. Во-вторых, сильный ветер уже стих, но пыльная мгла все еще висела в воздухе. Имелась нешуточная опасность промахнуться мимо дороги, от чего немертвая лошадь застрахована: она идет по известному ей маршруту, не обращая внимания на мелочи.

Так что мы взяли этот возок, причем я сел на козлы вместе с Оллой, которая сразу взяла поводья, хотя немертвая лошадь в этом почти не нуждалась – разве что нам встретился бы другой экипаж и потребовалось бы разминуться. Но вероятность этого была невелика. Олла поглядела на меня искоса и ничего не сказала.

– Что, хочешь отправить меня сидеть в повозку, по-господски? – саркастически спросил я.

Сказал бы «по-барски», но тут такого оттенка смысла нет. Хотя баре вполне себе есть – вот этого бывшего главного Воздушника взять! Или Нейгартов, чтоб им на том свете икалось.

Олла покачала головой.

– Что вы. Я понимаю, что вам было бы неловко. И вам скучно ехать одному в повозке, это тоже ясно.

«Я понимаю, что вам было бы неловко». Однако.

Мы ехали уже минут десять. Серая мгла вокруг создавала атмосферу этакого безвременья, пути без начала и конца. Олла молчала, не затевая разговор первой, и я наконец решился.

– Олла… я хотел бы с тобой поговорить. Откровенно. Можно?

– Конечно.

– Я имею в виду, совсем откровенно. Может быть, не как раньше, если тебе тяжело. Но… пожалуйста, имей в виду: даже если я на какие-то слова обижусь или рассержусь, то уж точно огнем швыряться не стану. Поэтому не нужно меня бояться. И пытаться угадывать, что я хочу услышать, тоже не нужно. Просто ответь на мои вопросы честно, ладно?

Олла поглядела на меня удивленно.

– Я не боюсь вас, Эрик! Почему вы так думаете?

– Две недели назад ты упала на колени, стала биться головой об пол и униженно извиняться! – я решил говорить максимально прямо, это действительно уже назрело. – Что я мог подумать? Что ты меня боишься! Будто я тебя сожгу или что-то в этом роде. Было очень неприятно, что ты так способна обо мне подумать.

На лице Оллы отразились по очереди недоумение, потом ужас, потом что-то вроде понимания, потом оно внезапно замкнулось, сделалось непроницаемым.

– Ах, вот почему вас так перекосило! – прошептала она. – Извините… я… как только вы начали меня поднимать с пола, я сразу поняла, что ошиблась, сделала что-то не то. И госпожа потом сказала мне… – Олла тряхнула головой. – Я… простите! Я не хотела!

Вот теперь в голосе у нее звучали слезы, и я почувствовал себя последним подонком.

– Хорошо, что поняла, – сказал я нейтральным тоном. – Рад, что больше ничего подобного не повторяла. И хватит извиняться через слово… – я постарался сказать это мягко, но, видимо, не получилось, потому что Олла совсем поникла.

Тогда я сменил тон кардинально, сделав его максимально деловым и одновременно дружеским, словно мы говорим на совершенно нейтральную тему.

– Слушай, ты, по-моему, не понимаешь. Я уже несколько раз сказал тебе – я из другого мира! Я не впитал с молоком матери ваше сословное деление! У нас… ну, по крайней мере, в той Империи, где я вырос, его официально отменили за несколько поколений до моего рождения! Считается, что все люди рождены равными, а дальше все зависит от твоих способностей! – замнем для ясности такую историю, как «правильная» прописка и «правильная» школа, сейчас не это важно. – Я там двадцать три года жил, привык к тому, как там все устроено. А здесь живу только чуть больше десяти лет, еще не успел… проникнуться. И магии у нас нет! Совсем нет, ни у кого! Вообще не бывает магов! Поэтому в моих глазах мой дар Огня не делает меня выше, чем ты.

– Совсем нет магии? – ахнула Олла. – А как же…

– По-разному, – сказал я. – Если ты прекратишь самобичеваться и начнешь со мной нормально разговаривать, я тебе даже расскажу всякого интересного. На любые вопросы отвечу.

Олла молча отвела взгляд.

– Так, – я снова попытался. – Ладно, замнем. Давай по-другому. Скажи мне, за что ты извинялась, когда валялась на полу? Мне правда неясно. С моей точки зрения, мы с тобой нормально общались.

– За то, что я разговаривала с вами как с равным или низшим по статусу! – тихо сказала Олла. – Я не боялась, что вы меня сожжете, честное слово! Я просто… когда вы показали мне огонь, я сразу поняла – нужно извиниться перед вами, как можно лучше, чтобы вы поверили, что я поняла свою ошибку, не переступлю черту!.. Что я буду искренне служить вам так же, как госпоже! Что я понимаю свое место и не претендую на большее! Я подумала, что если не сделаю этого, то у вас навсегда останутся сомнения… – Олла не смотрела на меня, когда это говорила, а смотрела на свои руки, безвольно державшие поводья. – Что вы будете думать обо мне как о дерзкой, много себе возомнившей… – она вздохнула. – Впрочем, я уже сказала: я сразу поняла, что сделала что-то не то! И, видите, исправилась. Разве я хоть раз показала, что Эрик Шелки – намного выше меня по положению?

– Ты обращаешься ко мне на «вы», – заметил я.

– Вполне оправданно, если вы – ученик некроманта и возлюбленный госпожи, – тряхнула головой Олла. – Если бы мы оставались в нашем родном мире, я бы звала вас «ты», потому что там слишком много людей знали, как мы общались прежде. Но здесь – другое дело.

Я почувствовал, что внутренне зверею.

– А почему бы не звать меня на «ты» сейчас?

– Потому что так я рискую обнаглеть.

– Что? Что ты вообще имеешь в виду?

– Простите… ой, нет! – Олла цыкнула языком. – Да-да, вы просили не извиняться, я помню. Эрик… если хотите, я вам расскажу. Но это не очень приятный рассказ.

– Я же сам спросил. Значит, хочу услышать.

И Олла заговорила.

У меня волосы бы дыбом встали, если бы я не прожил уже в Империи больше десяти лет и не представлял уже, как тут все устроено. В общем, ничего особенного, на самом-то деле. Олла просто поведала мне про мальчика-соседа, который был со своим хозяином на «ты», и потом его забили на конюшне. Про служанку, которая всю жизнь верой и правдой служила одной аристократической семье, а потом на старости лет начала выпивать, покрикивать на других слуг – и в результате они ее подставили, обвинили в краже, и хозяева выкинули ее на улицу, где она и умерла. Про управляющего соседним трактиром, который верой и правдой служил владельцу из числа нетитулованных аристо, общаясь с ним запросто, накоротке – и как-то так же запросто возразил высокопоставленному клиенту, Воздушному магу, а тот взял и заколол его.

(Особый смак этой истории придавало то, что я лично знал этого гребаного Воздушного мага – то был Харт, глава Воздушников Ошибки!)

– Это лишь самые яркие случаи, было множество других, мелких, – тихо продолжала Олла. – И менее явные. Просто… когда человек забывает свое место, пытается прыгнуть выше головы… Он становится несчастен, теряет все. Вредит своей семье, вредит тем, кто его любит… Я не хочу сделать госпоже больно, не хочу для себя плохой судьбы. Я хочу прожить долгую жизнь и спокойно встретить старость, может быть, взять на воспитание кого-нибудь… – она вздохнула. – Или если госпожа… – она искоса взглянула на меня, но недоговорила.

Я хотел сказать, что не позволю никому из своих состариться, но не стал – я уже говорил что-то подобное, и если Олла тогда сочла это хвастовством, то и сейчас не поверит.

– Хорошо, – сказал я. – Допустим. Спасибо, что объяснила, теперь мне правда понятнее. Только… Олла, у меня ощущение, что тебе последнее время…. не очень хорошо. Тебе плохо в этом мире? Жалеешь, что ушла с нами, не осталась на Ошибке?

– Что? – Олла пораженно посмотрела на меня. – Нет! Я жалею только, что я мало могу сделать для вас и госпожи!

– Ты делаешь очень много!

– Да я почти бесполезна! Раньше я действительно делала для госпожи все – а теперь бытом занимаются слуги и магистр Бьер, он все организовывает, что раньше я… Госпожа подружилась с мэтрессой Бьер и с Ройгой, и это замечательно, и у нее есть вы… И я… не то чтобы не нужна, я вижу, что госпожа меня по-прежнему любит. Но мне, видимо, пришла пора отойти в тень, – Олла грустно улыбнулась. – Только поэтому я последнее время, может быть, веду себя тише, чем обычно. Вот и все. Я очень рада за нее.

Ага, вот в последнем я не сомневаюсь.

– А тебе не приходило в голову, что будь у тебя статус повыше, ты могла бы тоже быть Тее подругой, а не доверенной служанкой? – ровно спросил я.

– Как это возможно? – удивилась Олла.

– Например, если бы у тебя было очень много денег… кстати, насколько я понял, ты ведь и так не бедствуешь?

– Разумеется. Но даже будь я казначеем торгового треста, а не пайщиком в нем, я и то не могла бы сравниться с госпожой или даже обычным титулованным дворянином!

– А если бы у тебя самой был дворянский титул?

Олла нахмурилась.

– Ну, тогда, допустим… но откуда у меня возьмется титул?

– Если тебя удочерит дворянская семья? – предположил я кое-что из земной истории.

Олла усмехнулась.

– Такое только с детьми может быть, и то вряд ли! Бывает, детей-простолюдинов берут на воспитание, по разным причинам, но их в лучшем случае потом как-то пристраивают на теплое местечко, но дворянское достоинство не дают. Не говоря уже о титулах, это для мальчиков.

– А замуж?

Олла качнула головой.

– Я не пойду замуж за аристократа.

– Даже если по любви?

– Очень сомневаюсь, что какой-то аристократ в меня влюбится! Даже будь я юной красоткой, и то вряд ли! А уж чтобы я в него влюбилась в ответ… даже и не знаю, кем он должен быть. И потом, такой брак почти наверняка создаст кучу проблем для госпожи или помешает мне следовать за ней… нет.

– А если просто тебя кто-то пожалует титулом? Какой-нибудь король или герцог?

Олла усмехнулась.

– Эрик, вот теперь я точно чувствую, что вы не из Империи! С чего бы?

– Ты забываешь, что я маг Огня, – сказал я. – Более того, идеальный маг. Олла… если это так тебе нужно, я достану титул. До императора дойду, если иначе никак. Если все пойдет хотя бы приблизительно по моему плану… он мне точно не откажет! Тем более, для него это сущий пустяк.

Олла пораженно уставилась на меня.

– Да-да, – кивнул я. – Будешь какой-нибудь кавалер-дамой… Не знаю, как здесь это именуется. Этого достаточно? Сможешь тогда не бояться, как ты говоришь, «перейти черту»?

– Я… никогда не думала об этом… – потрясенно пробормотала Олла.

– Ну так подумай, – пожал я плечами.

На душе у меня впервые за последние две недели было легко.

Не то чтобы я был совершенно доволен этим разговором – но, по крайней мере, ситуация наконец-то прояснилась. А значит, можно с ней дальше работать.

* * *

Мы добрались к порталу очень удачно: как раз тогда, когда сегодняшнее плановое открытие уже отработало, очередное мегаумертвие уже транспортировали и партию заключенных успели провести на Гробницу через грузовой портал – не хотелось смотреть на каторжников. Карсен, видно, тоже уже отбыл: импровизированную временную арку портала разбирали работники канцелярии во дворе.

– Так, – сказал я. – Мне надо в Канцелярии выплаты по нашему патенту получить, – я помахал в воздухе конвертом с уведомлением, который мы на днях получили по почте. – Давай с этого и начнем, а потом уж зайдем на склад. Чтобы со свертками не таскаться.

– Хотите, я сама все на складе сделаю? – спросила Олла с неожиданной улыбкой. Давно она вот так запросто мне не улыбалась! – Нам ведь только получить ингредиенты по квитанции. Не думаю, что мне будут чинить препятствия.

– Да я проверить сразу хотел… – начал я.

Но тут же сообразил: ну и толку, что я проверю? Все уже оплачено, обратно в портал не запихнешь. Если прислали сено и труху вместо нормальных травок, придется накатать жалобу и смириться с тем, что деньги за заказ попросту потеряны. То есть Канцелярия, потом, возможно, внесет этого продавца в черный список – а может, и не внесет. Как повезет. Проверять все на складе же – бессмысленно.

А вот некоторое оживление Оллы и ее улыбку, которую я уже начал забывать, стоит поощрить! Блин, ведь раньше же она постоянно улыбалась, даже когда в бинты была замотана с ног до головы. Тяжелая болезнь ее не сломила, а вот проклятое чувство недооцененности, глядишь ты, справилось! Ну что ж, хорошо, что наш разговор, кажется, ей тоже помог.

– А хотя ладно, потом посмотрю, – кивнул я. – Спасибо.

– Не за что! – она махнула мне рукой и легкой походкой направилась к складскому помещению – большому, каменному, с узкими окошками, не для света, а, скорее, для ощущения, что окна в принципе есть.

Я же отправился в здание канцелярии. Пришлось уточнять у служителей, куда подойти, но в итоге деньги мне отдали без проволочек – и за меня, и за Элсина, потому что он заранее написал на меня доверенность и заверил ее в магистрате. Однако! Между прочим, вполне приятная сумма в серебряных монетах. Все-таки некромантский Цех хорошо следит за тем, чтобы его членов не обижали. Правда, это только часть того, что нам причитается – пятнадцать процентов сразу уходит Ковену некромантов в том мире, где использовалось изобретение по патенту.

Я не спеша вышел на двор, ожидая, что Олла уже погрузила свертки на наш возок и ждет меня. Однако возка с лошадкой ни у здания портала, ни у склада не обнаружилось – порожняя повозка по-прежнему ждала у входа на территорию. Зато перед крыльцом склада собралась целая толпа – несколько некромантов и двое служителей Канцелярии в сером, которые оживленно спорили и размахивали руками.

Что случилось?

Я машинально ускорил шаг, но пока еще не слишком встревожился: мало ли, что там произошло, может, спорят из-за накладной… Вот только один из столпившихся некромантов отличался необычной одеждой: поверх черного костюма он носил темно-красную накидку с капюшоном, простую, без всяких украшательств. И что-то мне подсказывало: это вовсе не значит, что его жена – магесса Огня! Совсем не значит!

Подходя, я услышал как дежурный некромант портала – тот же самый, что встречал нас тут две недели назад! – выговаривает типу в красном:

– Что вы натворили! Там же были посторонние!

– Процедура предписывает не обращать внимания на заложников-простолюдинов, – холодным тоном ответил человек в красной накидке. Тоже старый некромант, старше сотни, совсем лысый. Раньше я его не видел.

– Это ассистентка нашего ученого!

– И что с того?

– Женщина из свиты мэтрессы Воды!

Вот теперь лицо старого некроманта дрогнуло. Я же к тому времени преодолел последние полметра до спорщиков. Похоже, дежурный что-то увидел по моему лицу, потому что торопливо сказал:

– Уважаемый, это не наша вина! Я… мы приносим свои извинения, группа каторжников совершила побег, их не заметили из-за пыли в воздухе, и они забаррикадировалась на складе! Но баррикаду уже разбирают!

– Что вы сделали? – спросил я.

Как со мной иногда бывает в моменты максимального напряжения, все вокруг вдруг стало холодным и четким. Я видел, как от ветра колышутся складки красной накидки, видел, как дрожат губы дежурного некроманта.

Ответил мне человек в красном – я вдруг отчетливо понял, что это палач.

– Я сделал то, что предписывает инструкция при наличии в помещении, захваченном беглецами, материальных ценностей, которые легко повредить при штурме. Распылил летальный токсин. Готов принести извинения мэтрессе Воды. Заверяю, что мои наниматели предложат родственникам компенсацию согласно страховому договору. А если ее навыки были столь уникальны, безвозмездно предлагаю свою помощь в поднятии некроконструкта.