Текст книги "Врата: Наследие (СИ)"

Автор книги: Сергей Ким

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)

Перед ними открылся огромный ров – не менее километра длиной, полутора метров глубиной и пяти метров шириной, упирающийся с одной стороны в небольшую речку, а с другой в болото.

Серьёзная преграда. Для пехоты, кавалерии, колёсных машин и даже танков времён Второй Мировой, но не для более современной бронетехники, пусть даже самому новому из ТО-55 исполнилось в этом году аж полвека.

Танки просто спустились в ров, а затем без особых усилий поднялись обратно, разрывая землю будто исполинские кроты.

До гряды холмов оставалось меньше двух сотен метров, и обороняющиеся Тёмные как с цепи сорвались, швыряя в бронемашины огромные огненные шары и чудовищной силы молнии. Но толстая стальная броня надёжно защищала ТО-55 от серьёзных повреждений, а что снаружи что-то сбило… Ну, бывает, чего уж там.

Танки преодолели открытую местность под огнём противника, подойдя почти в упор – на полторы сотни метров…

А затем произошло первое в двадцать первом веке боевое применение огнемётных танков.

Спаренный с пушкой танковый огнемёт АТО-200 по паспорту мог бить аж на двести метров, расходуя на один выстрел тридцать пять литров огнесмеси, а запаса хватало на дюжину выстрелов.

Танки изрыгнули потоки пламени, будто стальные драконы, заливая огнём амбразуры и щели укреплений, а затем ещё и ещё. Гряду холмов поглотил опустошительный пожар, ТО-55 выжгли всё почти на километр по фронту, а затем начали почти в упор бить из пушек. Взрывы 100-миллиметровых фугасов разносили землю и укрепления в клочья, во все стороны летели горящие деревья и залитая горящим напалмом земля.

Выжить в этом филиале Ада на другой планете было совершенно нереально.

Опустошив боекомплект, танковый взвод развернулся и без лишней суеты двинулся обратно.

Больше по танкам никто не бил.

На северные земли опускались сумерки. Союзные войска обустраивались на отбитых позициях, оборудуя места для ночлега и базирования, выставляли охранение и готовились к следующему дню.

Хотя генерал Вершинин без особого энтузиазма рассматривал идею вторжения в подземную крепость. Вести бой в тесноте коридоров и галерей, где противнику знаком каждый угол, а всё преимущество федералов в дистанции боя может быть нивелировано? Ну такое себе, если честно…

Гряда холмов всё ещё была охвачена огнём, который разрастался в стороны. Сухая погода и дующий у подножья хребта ветер разносил пламя вокруг, сжигая вековые леса, а дым поднимался уже выше горных вершин.

С ударным отрядом по-прежнему не было связи – похоже, что они воевали где-то в глубинах подземелий.

– Дозор-1 – Первому, – неожиданно ожила рация генерала, который всё ещё находился на первой линии, наблюдая за охваченным огнём подножьем хребта. – Наблюдаем магические вспышки типа осветительных ракет. От гор на поле выдвинулся одиночный всадник.

– Одиночный? Странно… Что-нибудь ещё?

– Так точно, Первый. У него при себе белый флаг.

– Переговоры? – удивился Вершинин.

Глава 4

Вообще, Совет-без-Солнца было принято собирать примерно раз в сто лет – такова была заведённая предками традиция.

Правда, на самом деле собираться приходилось куда чаще, ведь немало вопросов требовалось решать сейчас, а не через сто лет. Совсем уж часто, конечно, тоже не собирались – всё-таки путь не близкий, Тёмным приходилось мириться с реальностью и выбирать места как можно дальше от ненавистной Империи Людей. Что становилось всё сложнее и сложнее, потому как говорящие крысы плодились и захватывали земли с угрожающей скоростью…

Совет-без-Солнца этого века уже прошёл, пусть и собранный на несколько лет раньше положенного, но Конклав посчитал масштабный кризис на востоке Нового Рима и вторжение непонятного врага имперцев достаточным поводом.

Даже Пожирающую Мать пришлось пробудить, ведь какой Совет-без-Солнца, и без Верховного Матриарха?

Хотя, если начистоту, Конклав предпочёл бы лишний раз не беспокоить своего уважаемого предка, ведь даже по меркам Тёмных Мать была совершенно безумна и неуправляема. По-хорошему, её бы вообще стоило устранить… Но многие тогда бы восприняли это как попытку Конклава окончательно узурпировать власть над кланами. Все и так прекрасно понимали, что именно в руках Стратегов Конклава и сосредоточена реальная власть, а Пожирающая Мать – всего лишь символ и знамя. Царствует, но не правит, если можно так сказать.

Однако среди многих кланов Матриарх пользуется огромным уважением и авторитетом. Хотя и видят её они раз в сто лет, слушают очередную выспренную речь и больше особо с ней не контактируют… А, может, именно из-за этого. Удобный ведь монарх – в дела поданных не лезет, ничего не требует, сидит себе под землёй и вдохновляет одним фактом своего существования.

Вот и получается, что в глазах многих Матриарх – хорошая, а Конклав – злые. Потому что всё время требуют денег, крови и бойцов. А сами кто? Всего лишь далёкие потомки древних царских родов. А Пожирающая Мать – кто? Правильно – как раз та самая древняя царица, которая не что приход проклятого солнцем Девятого испанского легиона помнит, а и само становление Ночной империи.

Так что убрать неудобного Матриарха было бы хорошо… Но неуместно. И так все последние столетия раскол в рядах Тёмных только нарастает, а недавние события и вовсе поставили Истинный народ на грань кризиса. Многие кланы понесли тяжёлые и почти невосполнимые потери – счёт погибших пошёл уже на тысячи, чего не случалось со времён Тёмных веков.

Точнее, тёмными они были для людей, а вот для Падших они наоборот – стали Серебряным веком, когда показалось – вот он, долгожданный реванш и возвращение былых времён…

Но нет.

Не получилось, удача не улыбнулась. А вместо этого – уничтожены огромные активы, которые годами и десятилетиями создавались и накапливались. Войска вассалов, шпионские сети и спящие агенты, планы, да и просто сколько оружия и денег пропало в никуда.

А что самое плохое – потери понесли в основном самые непримиримые кланы, те, что выступают за священную войну до конца. И вот теперь консерваторы резко поуменьшились в числе и растеряли влияние, а голову подняла фракция радикалов, которые выступали за прекращение тотальной войны и мир с Империей. Любой, пусть даже самый худой и невыгодный… Немыслимо, просто немыслимо!

В этой связи тем более не было уместным избавляться от Пожирающей Матери, которая последние триста лет является самым убеждённым и последовательным приверженцем тотальной войны…

Но это совсем не мешало Конклаву полагать, что даже по меркам Тёмных, Мать – безумна и опасна. Поэтому сотню лет она проводила в своих покоях, на самых нижних уровнях Города Теней… Кто сказал – тюрьма? Ни в коем случае! Просто почётное и абсолютно добровольное отшельничество. А что эти самые нижние уровни охраняют полсотни бойцов, так это почётный караул, не более.

А если серьёзно, то ни для кого не было секретом, что проклятьем Тёмных и правда было безумие, которое с каждым прожитым годом только усугублялось. Это и так грозило тем, кто разменял сотни три-четыре лет, а что тогда говорить о Матриархе, которой было никак не меньше трёх тысяч лет? Так что да – Пожирающая Мать была очевидно безумна, да и в редкие моменты ясности сознания отнюдь не блистала адекватностью. Чего стоит хотя бы тот факт, что, когда раз в столетие её выводили перед другими Тёмными, она стабильно каждый раз кого-нибудь убивала. Причём по самым древним канонам – выпивая кровь, вырывая сердце голыми руками и поедая его.

Всё-таки такое прозвище, как Пожирающая Мать – просто так не дают…

Впрочем, собравшимся в зале заседаний набольшим кланов было не до почтенного матриарха, которая следующую сотню лет должна была пребывать в своих покоях, размышляя о судьбе Истинного народа.

Нет, на повестке дня было неслыханное – буквально из ниоткуда появившийся враг, который с запредельной силой обрушился на передовые рубежи Города Теней.

Сначала было просто непонимание – как враги смогли подобраться так близко, оставаясь необнаруженными? На сотни миль вокруг – почти необитаемые земли, по которым бродят лишь племена кочевников, почти каждое из которых так или иначе платит дань Тёмным господам. Где рекрутами и провиантом, а где и дозорной службой, оперативно сообщая обо всём, что происходит окрест.

Но на этот раз никто не послал ни единой весточки. Не смогли? Не успели? Не захотели? Это было неясно, но уже, по большому счёту, и неважно – требовалось отразить атаку неприятеля…

Но дальше всё стало только хуже.

Тёмные рассчитывали, что враг сможет прорвать первую линию, вторую, ну, возможно, местами даже третью, но затем завязнет и будет разбит…

Однако противник без особых усилий всего за полдня прошёл целых шесть оборонительных линий, что считалось просто невозможным.

Впрочем, доклады наблюдателей и разведчиков внести ясность в происходящее – кроме проклятых имперских легионеров (и как их только сюда занесло) наступление вели те самые люди в зелёном – пришельцы из другого мира. Конечно, некоторые из Тёмных до сих пор считали инвириди очередной сказкой или диким слухом, но хватало и тех, кто так или иначе уже сталкивался с ними в бою.

Тут были те, кто ходил в неудачный набег Северной Орды и чудом унёс ноги из-под Дорпата. Были и те, кто стоял в обороне Литгалена… и опять же только чудом потом унёс ноги из взятой имперцами столицы Гефары… В целом, у Тёмных выработался полезный навык или условный рефлекс, если будет угодно – они привыкли убегать.

…Как и любое подобие демократического сената, собрание Тёмных немедленно превратилось в сплошной ор, крики и угрозы отрезать голову, выпустить кишки, сжечь живьём и всё в таком духе.

Сейчас в Иделан-Сонамор собралась немалая сила: почти сотня клановых представителей и их сопровождающие, да ещё собственно гарнизон и население Города Теней владетельного клана Эн-Мегорана, охрана прохода с той стороны Стены, охрана агохэ – всего в общей сложности почти четыре тысячи Тёмных. Огромная сила! И это ещё не считая агохэ, где находилось почти две сотни детей разных кланов.

По сути, сейчас это было самое большое одновременное скопление Падших на всеё Эшарре.

– Это всё не имеет смысла, – произнёс сидящий за массивной каменной трибуной Ривэл Эн-Мегоран.

Хотя, Тёмный мог бы и не приглушать голос – в подземном зале заседания, похожем на небольшой амфитеатр, было, мягко говоря, шумно. Десятки Тёмных ругались и спорили друг с другом.

– Делегаты со свитами – это почти тысяча бойцов, – столь же негромко отозвалась сидящая по левую сторону руку от него женщина-фейри в длинном вычурном платье. – Если сюда и правда, что называется, в силах тяжких явились имперцы и их союзники из иного мира – нам не помешают лишние бойцы.

– Нам сейчас не помешают любые бойцы, сестра Тарик, – слегка поморщился сидящий по правую руку от главы клана фейри.

– А какие вести от наших вассалов, брат Риг?

– Войска, что мы так долго готовили и обучали…

– Разбиты? – Тарик кому-то отсалютовала хрустальным кубком в золотой оправе и глотнула вина. – Я даже не удивлена. Варвары – есть варвары…

– Не разбиты. Хуже. Их просто нет. Больше нет.

– Значит – ситуация критическая? – спокойно поинтересовалась женщина.

– Максимально.

– И кто об этом знает?

– Наш клан. А скоро – и другие. Будет трудно скрыть, что мы перебросили большую часть гарнизона на передовые бастионы…

– А нужно ли это скрывать? – спросила Тарик.

– Поясни, – повернулся к ней Ривэл.

– Быть может, этот кризис – та самая возможность, которую мы так долго ждали? – женщина задумчиво накрутила на палец длинную прядь серебристых волос и бросила взгляд через плечо – на громаду каменного трона, возвышающегося позади трибуны.

Глава клана тоже непроизвольно бросил взгляд на Чёрный престол, что пустовал уже больше тысячи лет… Увы, но Тёмным лишь на короткий миг в своей истории удалось сплотиться под началом одного вождя, а затем междуусобицы снова раскололи Истинный народ.

Но клан Эн-Мегоран помнит – ведь Царём Царей был представитель именно их рода…

Так быть может, названная сестра права? Каждый из них пусть и не по крови, но по духу – родич. Три самых древних, три самых великих клана – Эн-Мегоран, Эн-Алара и Эн-Сирадзидан. А теперь ещё и самых могучих клана. Да, потери среди главных и младших ветвей велики, но там, где великий клан лишь ослабнет, малый клан и вовсе сгинет.

Так быть может, именно сейчас и стоит разогнать всю эту бесполезную говорильню Конклава и основать новый, улучшенный Конклав, куда войдут лишь достойные… То есть Эн-Мегоран, Эн-Алара и Эн-Сирадзидан. Ну, а себе…

Ну, а себе, чем кровь не шутит, может и вовсе потребовать чрезвычайных полномочий, взойдя на пустующий столько веков Чёрный трон?..

Неожиданно в зале заседаний воцарилась полная тишина.

Мало того – Ривэл Эн-Мегоран понял, что не может двинуть ни рукой, ни ногой, ни головой. Единственное, что получалось – двигать глаза, но и только. Всё тело будто бы придавило чудовищной тяжестью, а разум словно бы заволокло туманной пеленой – не получалось составить даже самое простенькое заклинание.

Это был магической удар чудовищной силы. Сокрушительный, внезапный и, кажется, совершенно необоримый – по крайней мере, Ривэл ничего не мог сделать, даже будучи опытном магом и воином с боевым опытом в три сотни лет.

И он был в этом не одинок – никто из присутствующих тоже не мог даже пошевелиться. Рядом с тёмным замерли его названные брат и сестра – Риг с открытым на полуфразе ртом и Тарик с замершим у губ бокалом.

Послышался скрип одной из пары боковых дверей, что располагались позади трибуны и Чёрного трона…

А затем раздался лязг и грохот. Механический лязг и грохот.

Ривэл моментально похолодел: он сразу понял, что это, а точнее – КТО это.

В зал заседаний вошли двое.

Механическое тело паука, отливающее тёмным металлом и покрытое то ли замысловатыми узорами, то ли неведомыми письменами. Но – всё это ниже пояса, а выше – человеческий женский торс.

Пожирающая Мать.

Длинные серебристые волосы, острые уши, но при этом – бледная кожа и ярко-голубые глаза. На чистокровных Тёмных с их смуглой кожей и алыми глазами она походила мало.

Два куска белой материи крест-накрест на груди, массивное золотое ожерелье-ускх да тонкий золотой обруч в волосах – вот и вся одежда. В руках – два серповидных меча-хопеша, густо обагренных кровью…

И да, Пожирающая Мать шла второй, а прямо перед ней спокойно шагала молодая фейри в лёгких доспехах необычного зелёного цвета.

Собранные в простой хвост светлые волосы, диковинного серебристого цвета глаза, в руках автомат – Шари Вяземская.

Сильвана спокойно поднялась по ступеням мимо трибуны с замершей троицей Тёмных…

И села на Чёрный трон.

Закинула ногу на ногу, положила на колени автомат и откинулась назад с непроницаемым выражением лица.

– Дети мои! – голос Пожирающей Матери был красив и чарующ. – Я пришла сегодня сюда, чтобы провозгласить великую весть! Наше Отмщение – Последнее Отмщение – свершается! Прямо здесь и сейчас!

Матриарх улыбнулась, но от этой улыбки Тёмных бросило в дрожь.

– Знаки небес благоволят, луны сходятся вместе, Алая Звезда восходит, – продолжила Мать. – То, что случилось однажды – случится вновь. Судьба замыкается в круг. Солнце вновь воскреснет, чтобы умереть и оставить мир Алой Звезде. И Отмщение свершится под её светом – под светом Алой Звезды кровавой!

Древняя богиня Тёмных рассмеялась – искренне и звонко, и потому откровенно безумно.

– Вы, наверное, думали, о мои неразумные дети, что Отмщение принесёт нам победу над Империей? – улыбка Матери превратилась в оскал. – О нет… Нет, нет, нет. Всё не так, всё иначе. Отмщение – не победа, Отмщение – это время ответить за всё совершённое. Время платить по счетам, время исправить ошибки… Исправить, стереть, навсегда стереть. Отмщение – оно наше, оно – нам.

Матриарх с лязгом прошлась взад-вперёд, прокручивая мечи в руках. То один, то другой, то оба сразу – клинками Тёмная явно владела превосходно.

– Знаете, кто наш главный враг, дети мои? – Мать неожиданно остановилась и посмотрела на замерших в зале Тёмных. – Мы. Мы сами совершали ошибку за ошибкой, снова и снова, и снова, и снова… Начали войну с имперцами, когда в этом не было нужды. Проиграли её, показав себя слабыми и разобщёнными. Не пожелали закончить её, превратив противостояние в истребление – как себя, так и врагов наших. Но что в итоге? Весь наш народ – Истинный народ – теперь находится на грани смерти. А кто в этом виноват? Имперцы? А если вы прыгнете в пропасть, то кого станете винить – бездну? Нет, всё это – смерти. Позор. Отчаянье. Всё! ЭТО! ВАША! ВИНА! Во что вы превратили идею о том, что мы должны властвовать над миром? Когда вы перестали править, а ввергли народ в хаос войны? Бесконечной войны, безнадёжной войны. Вы кидали мой народ, вы кидали ваших же братьев и сестёр, детей и родителей в горнило, будто… будто дрова в костёр. И что в итоге, а?

Один из стоящих в первых рядах Тёмных сдавленно захрипел.

– Что-что? – Матриарх подошла ближе и слегка взмахнула мечом.

Тотчас же с фейри спало оцепенение, и он поспешил преклонить колено перед древней царицей.

– Великая, но… но ведь вы сами звали нас на бой… – прохрипел Тёмный, склоняя голову и стараясь не встречаться взглядом с безумной богиней. – Вы вели нас на имперцев, мы убивали их по твоему слову…

– Конечно, я вас звала, – с лёгким удивлением произнесла Пожирающая Мать. – Вы были обречены на безумие, а участь безумных зверей – смерть. И если я не могу вас спасти, то должна была хотя бы подарить лёгкую смерть…

Ещё один жест хопешем, и Тёмный вновь застыл.

Матриарх вышла на середину зала и взмахнула руками с зажатыми в них мечами.

– Дети мои! Внемлите же мне. Чаша гнева богов переполнилась, и теперь нас ждёт Отмщение, теперь нас ждёт суд, – Мать указала на молча взирающую Шари. – Нас ждёт судья. И вам решать – с кем вы? Чью сторону изберёте? Путь искупления, избавления и… жизни? Или же путь смерти и забвения?

Древняя царица скрестила мечи.

– Сейчас я сниму чары, и вы сможете дать ответ, но предупрежу сразу: кто нападёт на меня или мою дорогую сестру – умрёт. И его клан тоже умрёт. А если вы думаете, что можете справиться со мной все вместе… Что ж. Быть может, со мной вы и справитесь… Но как насчёт нескольких десятков инвириди, что ждут за этими дверьми? На самом деле ваш выбор прост: вы либо отдаётесь на милость судье, либо отвергаете эту милость и умираете. Вы либо выйдете отсюда, присягнув новой силе, либо останетесь здесь навечно. Выбор за вами, дети мои. И да – у вас всё-таки есть выбор. А теперь – слушайте судью, слушайте мою дорогую сестру – Шари верс Вяземскую. Слушайте внимательно, ибо я – наречённая при рождении Тиамат верс Этана, Пожирающая Мать, последняя из цариц Ночных земель – нарекаю Шари верс Вяземскую новым Матриархом Истинного народа!

Глава 5

Вырубленный в скале зал, скупо освещённый шарами магических светильников, которые не столько разгоняли тьму, сколько умножали тени в углах.

Десяток немёртвых и неживых Тёмных, поднимающихся с пола.

И ещё один Тёмный стоящий перед ними и перезаряжающий автомат…

Ну как – Тёмный? Теперь уже скорее – Серый, а то и Зелёный, то есть инвириди.

– Ты умрёшь… умрёшь… умрёшь… – в темноте, что скрывала стены и углы подземного зала пронеслось многоголосое полушипение-полуворчание.

– Ну, это мы ещё посмотрим, – улыбнулся Асирэ, оценивая обстановку.

Немёртвые вставали, хотя фейри и бил им точно в голову. Значит, Хозяин, а в данном случае – Хозяйка Мёртвых была из сильнейших, способных вложить в нежить несколько управляющих ядер. Обычно оно всего одно и помещают его в голову, поэтому стоит снести мертвецу башку или расколоть череп – и сложное заклинание рассыпается. А тут нет, значит, ещё одно или два в груди или в животе. Неприятно. Это значит, что мертвецов нужно буквально нашпиговать пулями или порубить в кашу…

Асирэ неожиданно замер, словно бы прислушиваясь к чему-то, но на самом деле воспользовался магическим восприятием.

Подземный зал снова слегка тряхнуло, с невидимого потолка осыпалась пыль и каменная крошка.

Мгновение на раздумье, а затем фейри рухнул на пол ногами в сторону надвигающихся противников.

В следующий момент мощный взрыв разнёс каменную дверь перед Асирэ. Фейри оглушило и слегка контузило, но ожившим мертвецам пришлось куда хуже – каменные осколки буквально смели их и размазали по противоположной стене.

Пыль ещё не осела, а в пролом уже врывались спецназовцы.

Первым шёл боец с штурмовым щитом, на котором были закреплены мощные фонари, режущие темноту, будто нож масло.

Потоки света выхватили едва шевелящиеся ошмётки немёртвых, а затем и шатающуюся тень, пытающуюся скрыться в одном из проходов, ведущих из зала.

Спецназовец выстрелил из штурмового револьвера, и тяжёлая 12,7-миллиметровая пуля буквально оторвала неизвестному ногу в колене.

Неизвестный, а точнее, неизвестная покатилась по полу. На удивление – на фейри она похожа не была, а выглядела самой обычной русоволосой девушкой лет двадцати пяти.

Впрочем, кто бы это ни был – это был враг. Других внутри подземелья, кроме полуоглушённого Асирэ, не было и быть попросту не могло.

На неизвестной скрестились лучи нескольких тактических фонарей, но за мгновение до того, как её изрешетили из доброго десятка стволов, к Хозяйке Мёртвых притянуло остатки нежити.

Вокруг колдуньи моментально сформировалось что-то вроде мощного доспеха из мёртвой плоти и костей, сделав из невысокой девушки настоящего гиганта.

Автоматные пули АЕКов и «Валов» с влажным чавканьем вонзились в доспех из нежити, но пробить его, похоже, не смогли.

В ответ Неастраза вас Килигара сформировала из костей и мёртвой плоти щупальца и хлестнула ими по спецназовцам.

Бойцов разметало в разные стороны, но от серьёзных ран их уберегла хорошая бронезащита.

Через пробитый сапёрами проход входили новые солдаты и сходу вступали в бой.

Колдунью немедленно закидали светошумовыми гранатами, которые подействовали даже через доспех из нежити, а затем подключились бойцы, вооружённые крупнокалиберными автоматами и полуавтоматическими дробовиками. Мощные удары явно пришлись Неастразе не по вкусу, так что фейри снова попыталась ретироваться, однако она не рассчитала своих изменившихся габаритов и банально не пролезла в неслишком широкий проход, за что моментально поплатилась.

Вооружённый переделанным в булл-пап «печенегом» боец влупил очередью в спину колдунье, и бронебойные винтовочные пули без особых проблем пробили защиту.

Неастраза пошатнулась, осела на одно колено и начала заваливаться на бок.

Пришедшие в себя спецназовцы совместно с подкреплением обрушили на неё шквал огня, причём, и в буквальном смысле – вооружённый ранцевым огнемётом боец окатил Тёмную с ног до головы потоком пламени.

Колдунья завизжала, мёртвая плоть и кости начали кусками слезать с неё, открывая настоящее тело.

И едва мелькнула голова фейри, как она тут же буквально разлетелась на части от попадания сразу нескольких пуль.

– Отбой! – скомандовал Лоташ, вскидывая сжатый кулак и удерживая висящий на ремне автомат одной рукой. – Артист, живой?

– Да что мне сделается… – прохрипел Асирэ с помощью двух бойцов поднимаясь на ноги. – Вы вовремя, капитан.

– Ещё бы. Нас этому учили.

Подошли к лежащему на полу телу колдунью, которое на всякий случай контролировало четверо бойцов. Ну так, на всякий случай – никогда не знаешь чего можно ожидать от Тёмных, пусть даже и мёртвых или выглядящих как мёртвые. И даже наличие этих самых Тёмных в рядах ВС РФ не сильно улучало ситуацию – многие заклинания, чары и артефакты были секретами, не выходящими за пределы кланов. Так что выходцы из Катагарра могли говорить только за свой клан, ну и за несколько других.

– Кто это был хоть? – поинтересовался Лоташ, не спеша поднимать прозрачное забрало шлема. – Некромантка какая-то, что ли?

– Ну, наверное, можно и так сказать… – ответил Асирэ. – Правда, духов из мира мёртвых она призывала явно не для того, чтобы просто поболтать…

– Знаешь её?

– Назвалась Неастразой вас Килигара. Если это правда, то это одна из старейшин клана Хозяев Мёртвых. А вот то, что она была мистиком совершенно чудовищной силы – это совершенно точно.

– Не больно-то она на эльфа похожа, – Лоташ окинул профессиональным, без тени эмоций, взглядом половину головы колдуньи. Зрелище было, мягко говоря, не самым приятным. – Выглядит как обычный человек.

– Килигара не любят об говорить, но у них… не самая чистая кровь, скажем так, – усмехнулся Тёмный. – Так что у них порой рождались такие вот… полукровки. Внешность человека, но сила и долгая жизнь, как у фейри. И неизвестно – это случайность или Килигара специально их выводили… Мерзость в общем. Впрочем, ходят же слухи, что они при инициации… эээ… вступают во взаимодействие с мертвецами. Чего уж тогда молчать про то, что они веками разбавляли свою кровь кровью людей, да и между собой… скрещивались весьма причудливо.

– Да уж, мерзость, – хмыкнул спецназовец. – А это только слухи?

Асирэ лишь выразительно развёл руками.

– Ладно, плевать. Она сдохла?

– Да, сдохла.

– Стопудово?

– Нет.

– Не сдохла? – нахмурился Лоташ.

– Нет, просто не знаю, что значит «стопудово», – улыбнулся Асирэ.

– Это значит гарантированно.

– Значит, она стопудово мертва. Но я бы всё-таки посоветовал сжечь тело.

– На всякий случай? – понимающе кивнул спецназовец.

– На всякий случай, – подтвердил Тёмный.

Тело мёртвой некромантки сожгли из огнемёта, убедившись, что остались одни только кости. Да и их, опять же на всякий случай, покрошили в пыль прикладами – это проконтролировал лично Асирэ, как самый серьёзный эксперт по Тёмным. Случай с Шари, которая загремела в госпиталь всего лишь подержавшись за оружие противника, был на слуху, и потому со всем, связанным с Падшими, старались обращаться предельно аккуратно. Примерно как с неразорвавшейся авиабомбой времён Второй Мировой войны: штука, безусловно, занятная и атмосферная, но лучше от неё всё-таки держаться подальше, потому как неизвестно когда она может рвануть.

…Разобравшись с некроманткой, спецназовцы приготовились двигаться дальше.

– А где Шари? – спохватился Асирэ.

– Когда ты в замес угодил, то она со своими рванула через проход в колодце.

– Вот как? – слегка удивился фейри. – Польщён… Но мне тогда надо за ней.

– Сам же говорил – там чёрный ход, да ещё и хрен знает в каком состоянии. Так что вряд ли там большой отряд пройдёт. Или, может, там и вовсе завал, так что Шари придётся возвращаться: пойдём за ней – время потеряем, а времени у нас особо нет, сам же знаешь.

– Ты не понимаешь, капитан, – кисло произнёс бывший Тёмный. – Мне наш богоравный шер… Тьфу. То есть, уважаемый командир батальона наказал быть строго рядом с Шари, а если с ней что случится, то он мне голову открутит… Так что я пошёл.

– Ааатставить, – протянул Лоташ. – Куда ты один-то? Да и у нас ни магов, ни карты подземелий, так что будешь нас вести – больше и некому… Да не переживай ты! Если с Шари чего случится, то мы уж и подавно тут без голов останемся – не всем такие везучие, как эта девчонка… Всё, хорош базарить, выдвигаемся.

В течении следующего часа Асирэ вёл роту, повинуясь врождённому чувству направления, а заодно и время от времени сканируя коридоры впереди магическим зрением.

Пару раз пришлось пустить в ход оружие – столкнулись с группами мертвецов. На этот раз для разнообразия нежить была поднята не из фейри, а из орков и людей, да и оказалась послабее – не такая быстрая, не такая живучая.

– Странно всё это… – вслух заметил Асирэ, вгоняя по пуле в голову и грудь последнего мертвеца из уже третьей по счёту группы, что им попалась.

– Поясни, – сказал Лоташ, меняя магазин автомата.

– Видишь, чем они вооружены? Костяные дубины, костяные копья с каменными наконечниками… Дикари натуральные.

– И что, мало в этих местах дикарей?

– Таких, как эти? Да вообще нет. Местные знают бронзу, а некоторые и железо. Да даже если и не знают, то пусть и плохонькое, но железо всегда можно выменять.

– Может, издалека пришли?

– Может быть, – согласился Асирэ. – Вот только это было, как вы говорите – «во-первых».

– А во-вторых?

– А во-вторых, тут кроме орков ещё и люди, чего вообще быть не может. Понимаешь, капитан… Места тут для Тёмных священные. Можно сказать – священнее некуда. Так что людей сюда ни в каком виде не пускают – ни в качестве слуг, ни в качестве рабов… А такие дикари – кем ещё могут быть?

– Может, и «в-третьих» есть? – спросил спецназовец.

– Ну, скорее не «в-третьих», а вывод, – поморщился Асирэ. – Или, можно сказать – версия, что тут произошло… Спали меня Солнце!.. В общем, думаю Неастраза или нашла где-то несколько племён дикарей, или вообще какое-нибудь древнее поле битвы. Подняла мертвецов, привела их сюда… и перебила моих воинов. А затем и их превратила в нежить. И устроила засаду.

– Подожди-ка, – нахмурился Лоташ. – А откуда бы ей знать, что ты вообще сюда бы пришёл?

– Потому что это единственное место, где бойцы моего клана находятся более-менее постоянно. О месте нахождения клановой крепости никто не знает, где мы действуем и что делаем – тоже мало кому известно.

– А как же Конклав? Ему же вы должны отчитываться?

– И отчитываемся. Но только о том, что входит… входило в наши обязанности, и по заданиям напрямую от Конклава. А о каждом своём шаге мы докладывать никому не обязаны. Впрочем, как и любой другой клан.

– Но ты же здесь не был… получается, с детства? Она что – до посинения собиралась тебя тут ждать? Как-то это всё выглядит слишком… подозрительно. Не находишь?

– Светлому верь наполовину, Тёмному – ни в чём, – криво усмехнулся Асирэ, бросая косой взгляд на капитана. – Сам знаю, как это выглядит.

– И смердит, – поддакнул Лоташ.

– И смердит, – вздохнул фейри. – Хочешь – верь, хочешь – нет, но я тут точно ни при чём.

– Я и не говорил, что замешаны ты или твои люди. Может, утечка пошла от дяди?

– Вряд ли от него…

– А от его людей? Ну, то есть от фейри.

– А вот это уже возможно, – помрачнел Асирэ.

– Если нас ждут, то дело плохо, – спокойно произнёс спецназовец. – Мы, конечно, немало ублюдков с собой прихватим… Эх, надо было просить ранцевый заряд на пару килотонн…

– Не думаю, что нас ждут, – покачал головой фейри. – Точнее – ждут, но не те. Если бы нас ждал гарнизон Иделан-Сонамора… Ну, мы бы уже давно вели бой – нас бы даже под землю не пустили. Я всё-таки думаю, что всё это было, так сказать, личной местью Неастразы, так что нас может ждать ещё нежить, но не пара тысяч бойцов Тёмных. Ну, или, во всяком случае, не сразу.

– Твои бы слова, да богу в уши, – усмехнулся капитан.

Ещё через четверть часа совершенно неожиданно ожили рации, и удалось установить связь со взводом разведчиков Шари, а затем при помощи проводников-фейри встретиться в одном из залов.