Текст книги "Новобранцы"

Автор книги: Сергей Баталов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)

«Опять развлекается со своей пассией»! – недовольно поморщилась бессмертная, терпеливо дожидаясь, когда вспыхнет экран и на нем появится её заместитель.

– Слушаю! – наконец, отозвался его довольный голос. Дита не ошиблась – судя по виду «Коли», его любовные игры с Ириной были в самом разгаре. Что же, придется на время их прервать.

– Оденься и зайди ко мне, пожалуйста! – стараясь казаться сдержанной, попросила элойка. Впрочем, её раздражение не ускользнуло от человека – слишком уж резко Дита хлопнула по кнопке, выключающий её видеофон.

– Разведывательный корабль не будет большим. – как бы размышляя вслух, говорила бессмертная, меряя шагами расстояние между столом и экраном стереовизора, на котором высвечивались основные этапы подготовки к некоему, как она сказала, «путешествию». Впрочем, опытного шефа звездных рекрутов эта уклончивая терминология обмануть не могла. Дита вообще редко совершала «путешествия», которые были просто сложными или опасными. Как правило, авантюры, которые затевала она, или её доблестный папаша, отличались невероятной смелостью, невыполнимостью задач и большим числом угроз, многие из которых были смертельными. Они с Доном вообще отличались каким-то пренебрежением к смерти – качеством для бессмертных совершенно не характерным.

«Может, именно поэтому Сенатор для выполнения своего поручения выбрал именно её»? – думал Николай Платонович, внимательно следя за ходом мыслей элойки. Впрочем, сейчас его беспокоил только один вопрос – как построить разговор так, чтобы среди будущих «путешественников» не оказалось ни его имени, ни Ирины. Остальное, по большому счету, не имело для седого большого значения. По крайней мере, сейчас.

– Небольшой космический бот, а лучше – яхта. Она не привлечет лишнего внимания, позволит сохранить в тайне цели, задачи и маршрут экспедиции. Ты согласен, Николай?

Седой задумчиво потер подбородок указательным пальцем. Он на этот счет придерживался иного мнения. Лучше всего членов любой экспедиции защищает могучий галактический линкор с тяжелыми орудиями и ракетами дальнего радиуса действия на борту. В крайнем случае – фрегат или крейсер. Но... Большой корабль – большая команда. В которой вполне может найтись место для такого опытного командира, как он. Нет, Дита права. Маленькая яхта – это как раз то, что нужно сейчас Николаю Платоновичу. Нужно для того, чтобы его патронесса отправилась куда-нибудь подальше и не мешала ему в полной мере насладиться всеми прелестями медового месяца.

– Я согласен с тобой! Яхта, или бот – лучший выбор для такого путешествия. – убежденно сказал он, избегая, однако, встречаться взглядом с бессмертной. – Только нужно его подготовить так, чтобы исключить любую возможность поломки или повреждения от метеорита.

– Как ты думаешь, сколько бойцов нужно, чтобы пройти по чужой территории, населенной враждебными племенами? Три? Пять? – совершенно незаметно для себя элойка перешла на «военную» терминологию. Человек сделал вид, что не заметил перемен в лексике патронессы.

– Слишком мало. По самым скромным расчетам, мобильная разведгруппа должна включать в себя не меньше семи членов – людей, или элоев. Плюс – резервная команда в космолет на орбите, на самый непредвиденный случай. Минимум – человека четыре...

– Итого – одиннадцать или двенадцать? – уточнила Дита, проверяя, правильно ли она понимает ход мысли своего заместителя.

– Лучше – двенадцать! – поспешил ответь седой. – Например, для того же драка – двенадцать – счастливое число. Да и нам, людям, оно приятно. Не зря же цифру «тринадцать» называют «чертовой дюжиной»

– Каких именно специалистов ты видишь в составе такой экспедиции?

– Давай считать вместе... Руководитель экспедиции. Пилоты – первый и второй. Штурман, его помощник. Врач. И шестеро универсальных бойцов, способных управлять летными аппаратами, стрелять, драться, ориентироваться на местности. Словом – мобильная десантная группа.

– У тебя есть соображения, кого в неё включить?

Это был звездный миг седого. Только сейчас он мог отвести от себя «приглашение» поучаствовать в «путешествии». А значит...

– Руководить экспедицией будешь, вероятнее всего ты. – он сделал паузу, ожидая возражений. Их не последовало. – Первого пилота лучше твоего Демьяна Паршина – не найти. Второго... Надо подумать. Может, Евгений Дягилев? Штурмана и его помощника можно поискать среди элоев, но лучше – взять кого-то из наших старых выпускников. С бойцами – проще.

Нет сомнений, что в их число нужно включить Заречнева и этого его друга. Араха. Женька Тимофеев и Юрий Самочернов – также отличные кандидаты для «войны» на чужих территориях. А что думаешь на этот счет ты?

– Почти тоже, что и ты! Дягилева я возьму. Но не вторым пилотом. Слишком непредсказуем и независим в своих поступках. Пусть он будет... в составе десантной группы. Воин он отменный, храбрости и сообразительности ему не занимать.

Вторым пилотом я возьму, знаешь кого? Ту девочку, которую подобрал Заречнев на берегу озера.

– Богомолку? – ахнул седой.

– Да, именно её. Она – изгой в своем Улье. Но она – принцесса. И останется ею до тех пор, пока жива её мать, Царица Улья. А когда Царица умрет, то кто может воспрепятствовать, как её уже окрестили, Маше, занять свое законное место на престоле? Никто! Она молода, неопытна, но очень сообразительна. А то, что у насекомых притуплен инстинкт самосохранения, ты знаешь не хуже меня.

Из Маши получится отличный пилот. Со временем, разумеется. А если нам повезет – то когда-нибудь мы получим в её лице надежного союзника, главу одного из самых многочисленных Ульев богомолов. Согласись, ради такой цели стоит взять девочку вторым пилотом на мою яхту!

– Согласен! Осталось назвать имена врача и шестого, последнего разведчика. Может, это будет Иван Сущенко? Он – опытный боец, отлично владеет приемами рукопашного боя, храбр, сообразителен, силен...

Это была непростительная ошибка. Николай Платонович наверняка знал, что бессмертной тоже известен конфликт, который произошел между этим подлым «дедом» и Заречневым. Знал, и все-таки предложил.

«Зачем»? – мысленно недоумевала Дита, внимательно всматриваясь в лицо своего заместителя. – «Чего он добивается? Того, чтобы где-нибудь на чужой планете угли конфликта, тлеющего между Сущенко и Заречневым, под влиянием сложной или критической ситуации вспыхнули с такой силой, что пожар неприязни уничтожил всю команду? Неужели он считаем меня за дуру, неспособную просчитать даже такую простейшую ситуацию? Что же, сейчас проверим, кто из нас глупец».

– Кандидатура, которую ты предложил, безусловно, весьма достойная! – от язвительно-холодного тона патронессы у Николая Платоновича по спине потек холодный пот. – Но, как тебе известно, одним из членов диверсионной группы обязательно должна быть женщина, или девушка. Для нас это – аксиома.

Седой согнулся, как от удара в живот. Он понял, куда «гнет» элойка. Понял, но возразить не посмел. Дита это тоже хорошо знала. Единственный человек, который мог не согласиться с ней, был этот ненормально-влюбленный Заречнев. «Но ничего, когда на его «горизонте» замаячит бессмертие, он тоже станет намного сговорчивее». – думал седой, лихорадочно соображая, как ему выбраться из тупика, в который он сам себя же и загнал.

– Я предлагаю в состав экспедиции включить девушку, у которой на кроссе была перебита нога; забыла её имя. Напомни мне, пожалуйста!

На землянина было больно смотреть. Он побледнел, посерел, открыл рот, пытаясь что-то сказать, но так ничего и не ответил.

– Ах, да! – издевательски-принужденно воскликнула Дита. – Я сама вспомнила, как её зовут. Эту девушку зовут Ирина! Вот её мы и впишем с тобой в качестве последнего, двенадцатого члена моей экспедиции. Ты не против?

– А? Да! – седой поймал глазами взгляд бессмертной, обреченно кивнул. – Можно, я пойду в свою каюту? Что-то у меня живот разболелся. Вы не будете возражать, если я пойду прямо сейчас? – человек неосознанно перешел на «вы».

– Разумеется, иди. Спасибо! Ты мне очень помог! Если случайно встретишь Ирину, можешь сказать ей, что она скоро оправляется в далекое путешествие.

– Сучка бессмертная! – прошептал седой, вываливаясь за порог каюты элойки. – Что б тебе...

Заречнев поправлялся медленно с точки зрения бессмертной, мысленной уже распланировавшей чуть ли не по часам всю подготовку к экспедиции, «намеченной» для неё могущественным Сенатором.

«Яхта будет готова через месяц, не позже»! – думала она, заглянув в каюту бывших гладиаторов и внимательно осматривая раны «непутевого» курсанта. – «У рекрута на полную реабилитацию уйдет минимум – два. Месяц – собственно на лечение, еще столько же – на восстановление утраченных двигательных возможностей. Оставить его в Академии?

Лично я была бы только рада. Но этот зеленый великан, зорко наблюдающий за мной из соседней кровати, не оставит своего товарища. Это, разумеется, хорошо, я тоже не оставила бы... Но если не взять одного и второго, заартачится Дягилев, да и богомолка предпочтет остаться около человека. Команда распадется...

Но если травмы «непутёвого» можно долечить во время экспедиции, то как быть с заключительным этапом подготовки звездных рекрутов, которого эти парни и Ирина не касались даже на словах?

Как? Как обучить новобранцев управлять космическими и атмосферно-космическими летательными аппаратами? Без этих важных навыков риск им нельзя пересекать границ планетных систем. Не говоря уже – о звездных.

Каждый из членов дальней экспедиции должен уметь управлять кораблем в межпланетном и межзвездном пространстве – это аксиома. За прошедшие века слишком много было нелепый провалов в командах, когда этим навыком не владел хотя бы один-единственный член экипажа. Как обычно, по закону космической подлости (на Гее его любят называть «Законом Мерфи») именно он оказывался единственным здоровым, или вообще – живым, когда все остальные бойцы по разным причинам выходили из строя.

Одно из непреложных правил Звездной Академии гласит: подготовка должна быть проведена в полном объеме. Для всех курсантов – без исключений. Что же делать?

Как наверстать время, потерянное из-за нелепого «испытания», которое устроил землянину Джаддафф?

Впрочем, что там говорил Сенатор об умственных способностях «непутевого» землянина? А перевалю-ка я эту задачу на него самого. Сам попал в переплет, в котором едва не погиб, по собственной невнимательности допустил, что его, как лабораторную лягушку, пришпилили к доскам, сам теперь пусть и выкручивается, придумывает, как в один стакан вместить два стакана воды».

– Как у тебя самочувствие? – в голосе бессмертной не было ни тепла, ни участия. Наверное, так Снежная Королева разговаривала с Каем – холодно, отстраненно...

– В целом – нормально! – «отрапортовал» Сашка. – Внутренние органы – целы, дырки на коже затягиваются, кости – срастаются! Скоро начну передвигаться на костылях. Главное – голова не повреждена!

– Замечательно! Именно это я и хотела услышать от тебя. У меня для твоей головы есть задание. Этакий микро-мозговой штурм. Заречнев насторожился, приподнялся на кровати.

– Через месяц ты в составе небольшой команды, в которую включены твой друг, Маша, Ирина, Дягилев, Самочернов и Тимофеев, отправляетесь в экспедицию. Цель экспедиции вы узнаете позже, когда покинете пределы звездной системы элоев. Возглавляю ее я. В настоящее время на орбитальной верфи строится космолет – специально для нашей команды.

Через месяц все члены команды будут владеть навыками управления космолетами. Все, кроме тебя. Ты к завтрашнему полудню должен ответить мне, как ты собираешься не отставать от своих товарищей. Задача ясна?

– Ясна! Можно небольшую просьбу?

– Говори!

– Хотелось бы взглянуть, что будет представлять из себя то судно, о котором ты говорила. Хотя бы схематически. Это возможно?

– Да! Я отправлю схему судна на компьюзер вашей комнаты через четверть часа. Самостоятельно разберешься? Или дать помощника?

– Дать! Если можно – Дягилева!

– Хорошо! Можешь считать, что мы договорились.

Глава 12.
Класса «Премиум».

Слух о том, что бессмертная набирает отряд из десяти курсантов и всего через месяц отправляется в какую-то таинственную экспедицию, в связи с чем она поручила «полуживому» Заречневу некий «микро-мозговой штурм», мгновенно разнеслась по каютам космолета. Уже через четверть часа в комнате бывших гладиаторов стало тесно. Парни из названной элойкой команды пришли все – Дягилев, Самочернов, Тимофеев... Через несколько минут, осторожно приоткрыв дверь, в каюту «просочились» Ирина и Маша.

На богомолку покосились, но видно было – земляне постепенно начинают привыкать к необычной соседке. Вела себя Маша скромно, питалась отдельно от всех – в своей каюте. Все заметили, что насекомому почему-то негласно покровительствует сама Дита. Вопросов поэтому никто не задавал, «в друзья» не набивался. Единственный человек, с которым у Маши начали складываться хоть какие-то отношения, была Ирина. Почему? «Девушки» об этом не распространялись, а молодые курсанты мало-помалу учились не совать свой нос в чужие дела. И не совали.

Евгений Дягилев терпеливо дождался, когда все устроятся – кто, где сможет, взял в руки пульт-указку, вывел на стереоэкран объемное изображение незнакомого большинству присутствующих космического судна.

– Перед вами – схематическое изображение межзвездной космической яхты класса «Премиум». Суда этого класса отличаются высокой энерговооруженностью, большой автономностью, максимальными удобствами для пассажиров и членов экипажа.

Яхты класса «Премиум» рассчитаны на длительное проживание и перемещение в пространстве со всеми возможными удобствами десяти – двенадцати элоев; или человек. Длина яхты – около ста метров, поперечник – около тридцати. Полезный объем судна составляет примерно двадцать тысяч кубических метров. Космическое судно данного типа состоит из трех частей. Начнем с кормового отдела.

Здесь расположено «сердце» яхты – ядерный реактор. Кормовой отсек является местом размещения топлива; здесь же находятся и двигательные установки. Они двух типов. Первый – предназначен для орбитального маневрирования, коррекции движения в верхних и плотных слоях атмосферы, а также для посадки на планету и взлета с неё. Второй тип... Второй тип двигателя мотором в нашем, земном понимании не является. Он не имеет дюз, находится внутри корпуса, не сообщается с пространством вокруг корабля, – словом ничего никуда не отбрасывает и не использует принципы реактивного движения, знакомые нам чуть ли не с детского сада.

Однако этот не-мотор является самым мощным средством для перемещения аппаратов по Галактике.

Вселенная – не только большое скопление звезд. Это еще и невидимые, но мощнейшие силовые поля, пронизывающие звездные вихри от одного «полюса» к другому.

Представьте себе капсулу, имеющую разную полярность на своих концах. Теперь пометите эту капсулу в сильное электромагнитное или гравитационное поле. Капсула начнет перемещаться вдоль силовых линий в соответствии с тем, насколько сильна разница в зарядах в самой капсуле и какова энергия поле, в которое она помещена.

Мощный генератор электромагнитного поля, соединенный с ядерным реактором, создает эту разность зарядов.

Силовой «кокон» «подрезает» пространство (а возможно – и время) вокруг космического корабля так, что вокруг судна образуется однородное поле, непроницаемое для пространства. Затем создается разность потенциалов между одним и другим «полюсом» яхты. Судно начинает двигаться вдоль силовых полей Галактики. И чем выше полярность зарядов на концах капсулы, тем сильнее ускорение, тем выше скорость перемещения. Так как яхта во время движения существует как бы в собственном, обособленном пространстве, на нее не действуют ряд физических законов.

Для тех, кто находится внутри этой энергетической капсулы, время течет в обычном режиме, ускорение не ощущается. О перемещении судна в пространстве можно судить только по тому, как корабль смещается относительно внешних ориентиров.

Скорость корабля со стороны измерить невозможно – для стороннего наблюдателя его не существует. Для пилотов внутри капсулы окружающая Вселенная невидима – поле, окружающее судно, не пропускает никаких сигналов.

– А как тогда понять, куда мы летим?

– Все просто. Если известен вектор движения, ускорение и время, в течение которого это ускорение действует, то с помощью простейшей формулы вы сможете легко вычислить путь, который преодолеет ваше судно. Впрочем, не все так печально. Источником полей являются звезды. По расположению вашего корабля относительно источников силовых полей можно вычислить, где именно в Галактике находится ваш корабль. Если вы сумеете «привязать» вашу навигационную систему хотя бы к трем крупным, так называемым «якорным» звездам, ваше местоположение во вселенной сможете определить с точностью плюс-минус один миллион километров.

Впрочем, вернемся к нашим «баранам». Методику межзвездной навигации вам лучше меня расскажут на занятиях по штурманскому делу.

Средняя и передняя часть космической яхты разбита на большое количество отсеков. Часть из них – жилые; каюты – от довольно комфортабельных апартаментов, до мини-казармы на четыре бойца.

Вот здесь расположены главный пост управления, «мозг» яхты – компактный информационно-вычислительный с функциями искусственного интеллекта, кают-компания (она же – конференц-зал), кухня, столовая. В другой части – отсеки реабилитации: спортивный и тренажерный залы, душевая, медицинский блок...

Где находятся склады с продовольствием, рубка связи, комната с оружием и прочие секретные «прелести» – вам знать не положено. Это закрытая информация. Так же, как и то, что скрыто вот в этих затемненных на экране «ящиках».

– Что в этих «коробках» – ежу понятно! – подал свой голос Заречнев. – Судя по расположению – там бортовые орудия. Или ракеты. Чтобы отстреливаться от всякой дряни, или от метеоритов.

Дягилев выразительно посмотрел на бывшего гладиатора, но промолчал – не подтвердил и не опроверг предположение Александра.

– Кроме блока обеспечения жизнедеятельности на космолете имеются ангары для транспортировки легких оборонительных воздушно-космических машин, а также транспортных «шатлов» и наземных машин повышенной проходимости. Здесь их называют драккарами.

– Повозки драконов... – машинально произнесла Ирина, непроизвольно скосив взгляд на Сашкину ступню, с которой сползла повязка. – А как яхта управляется при посадке на планету? Где в это время находится пилот?

– Пилот находится в самом нижнем отсеке яхты; вот здесь! – Евгений указкой постучал по экрану в том месте, где у космолета виднелся небольшой выступ, наподобие тех, какие были у «дореволюционных» дирижаблей. Какие вопросы есть еще?

– У меня есть вопрос! – зашевелился на своей кровати Заречнев. – Судя по схеме, двигатели первого и второго типов занимают не больше трети объемов носового и кормового отсеков. С чем связана такое расточительное отношение к внутреннему пространству корабля? Это что – требование безопасности? Внутри – повышенная радиация, ядовитые испарения?

– Пока не готов ответить на твой вопрос. А что, собственно, ты хочешь? Зачем тебе знать, почему именно столько места занимают двигательные установки?

– В схеме яхты чувствуется некая негармоничность, некрасивость. В основном – из-за несуразно огромного заднего отсека. Я не конструктор, но мне кажется, что если безопасность не пострадает, то можно и даже нужно значительно уменьшить объем двигательных отделов.

– Для чего это нужно?

– На высвободившееся место можно разместить что-нибудь полезное. Более совершенную медицинскую аппаратуру; можно сделать тренажерный класс для моделирования полетов летательных машин. Можно разместить дополнительный склад с продовольствием, взять больше воды, больше истребителей, наконец. Может, место даже для баньки найдется? – Сашка хитро прищурил глаз.

– Не знаю, какое именно задание дала тебе Дита, но то, что ты сейчас говоришь, ни на какой мозговой штурм не похоже. Это скорее – бред сивой кобылы.

Есть инженеры, которые лучше кого-либо знают, как должен быть устроен космолет для длительного путешествия. И не тебе, простому курсанту, сомневаться в правильности конструкции яхты, чью надежность и выверенность конструкции проверена веками. Зря я согласился помочь тебе разобраться в конструкции космолета класса «Премиум». Ничего хорошего из этого не получилось. Только время зря потерял. Ладно, благодарю за внимание. Мне пора. Евгений заторопился и ушел из каюты.

– А что хотела Дита от тебя? – набросились на Сашку с вопросами Женька Тимофеев и Юрий Самочернов.

– Да придумать, как сделать так, что я через месяц полностью освоил теорию и практику пилотирования внеатмосферных летательных аппаратов. Ну, и вылечиться, конечно...

– Ну, и что – ты?

– Что – я? Дураку ясно, что через месяц, дай Бог, только-только смогу ходить. Вот я и подумал: хорошо бы доучится во время экспедиции. Всяко разно, место назначения – не в паре дней отсюда. Пилить будем месяц, два, а то и три. Если бы на яхте стояли тренажеры, все мы, включая меня, все это время спокойно занимались бы обучением и тренировками. Но места на корабле очень мало. Мне показалось, что если сдвинуть переборки переднего и заднего отделов, «отдать» этим «хреновинам» меньше места, высвободившегося пространства хватило бы на все. И на тренажерный комплекс, и на ту «дуру», которая стоит в Звездной Академии и в которой мои ноги и руки заживут максимум через неделю; и даже на баньку. Но видите – Женька со мной не согласен...

– А я думаю, этот человек – прав! – проскрежетала Маша. Все встрепенулись, уставились на неё, ожидая объяснения.

– В наших космолетах двигатели занимают намного меньше места, чем в том, который показали вам. Правда, внутри совсем не так, как у вас.

– А как?

– Это – секрет. Не могу говорить. Все, что могу сказать – внутри у нас, как в Улье.

– А как в Улье?

– Вот прилетишь, и сам все посмотришь!

– Ага... Вы с меня шкуру сдерете!

– С тебя – не сдерут. Пока я рядом, с тобой и твоими друзьями ничего не произойдет.

– Хорошо. Я принимаю твоё приглашение посетить ваш замечательный Улей. Вот только ноги немного заживут, и – в путь! Все засмеялись. Маша, однако, не обиделась.

– У нас никто не шутит. Не принято. Но мы знаем, что люди и элои иногда смеются. Зачем вы это делаете?

– Сложный вопрос. Не знаем. Чтобы разрядить напряжение, чтобы легче было на душе.

– У людей нет души!

– Вот те раз! А откуда такая информация?

– Нам говорили. У людей не может быть души. Люди – бездушные животные, они не знают, что такое Бог, ничего не знают о Создателе. Все удивленно замолчали.

– Я что-то не так сказала?

– Да нет, все так. Только можно одно маленькое уточнение? Душа у человека все-таки – есть. Также нам известно, что Бог, Создатель, Всевышний – он есть. Он существует. Он – един для всех разумных и неразумных существ, обитающих во Вселенной.

– Это неправда! Это вы сейчас придумали! Нам говорили... – она соскочила и умчалась в свою каюту.

– Ну как ей доказать, что у людей есть душа?

– А никак! – все повернули голову в сторону двери. В проеме стояла Дита. – Просто живите, как жили. Придет время, и она сама убедится в том, что и у человека, и у элоя душа есть.

Вот что, Заречнев. Я внимательно выслушала и твои аргументы, а мнение твоего оппонента. Обе точки зрения я передам инженерам. Думаю, через неделю вы будете знать, кто из вас был прав в получившемся здесь споре. Надеюсь, что – ты, Александр. Дополнительно пространство в космолете нам точно не помешало бы.

Встречать курсантов, вернувшихся со Дня Патруля живыми и частично – здоровыми, собралось все «население» Звездной Академии. «Старожилы» не скрывали своего изумления, они смотрели на прибывших курсантов как на выходцев с другого света. И это было только начало. Когда из космолета показалась Маша, а следом вынесли на носилках Заречнева, у звездных рекрутов напрочь отшибло способность произносить членораздельные звуки.

– Хорош пялиться! – излишне грубовато скомандовала Дита, сбежавшая по трапу последней, на секунду после Николая Платоновича. – Через полчаса – общее построение. Лично буду проверять, как вы выполняли программу подготовки за время моего отсутствия. Лично!

Впрочем, «гроза» «бушевала» недолго. Убедившись, что все пункты программы выполнялись достаточно скрупулезно, бессмертная «свалила» на седого накопившиеся дела, а сама ушла в штаб. Её ждал непростой разговор с Джаддаффом. А значит, тоже требовал времени и внутренних сил на подготовку к нему.

На следующее утро Дита собрала всех новобранцев – кандидатов в «звездный поход». Она удалила из своего кабинета даже Николая Платоновича – разумеется, под весьма благовидным предлогом. Седой все понял правильно, но, как обычно, возразить не посмел. Он немного помялся у двери, поглядывая на Ирину, потом, тяжело вздохнул, ушел выполнять указания патронессы.

Сашка долго не мог найти удобное положение, громыхал костылями. Бессмертная строго посмотрела на него, Александр перехватил её нетерпеливый взгляд, «вошкаться» на неудобном стуле перестал. Костыли он прислонил к соседнему креслу.

– Задача такова! – без долгих «преамбул», сразу к сути дела перешла элойка. – Через четыре, но вероятнее всего – через пять недель вы в составе небольшого отряда, возглавляемым лично мной, покидаете территорию Звездной Академии и отправитесь в экспедицию. Что это за задание, каков наш предполагаемый маршрут, вам знать пока не положено. Говоря другими словами – это самая большая тайна. Её знаю только я. Со временем, когда мы покинем пределы звездной системы элоев, я сообщу вам задачи, которые стоят перед нами; но не раньше.

Теперь второе. Оставшегося времени в обычном режиме для полноценной подготовки к экспедиции недостаточно. Поэтому с сегодняшнего дня все курсанты – как первого, так и других годов обучения (тебя это тоже касается, Дягилев!) переходят на военное положение. Это значит... Это значит, что занятия у вас будут не менее шестнадцати часов в день. Час вам отводится на обед, по полчаса – на завтрак и ужин. На сон и утренний туалет остается шесть часов. Достаточно для нормального отдыха. Во время высадок на чужие планеты у вас не будет и этого.

Для каждого из вас я составила индивидуальную программу подготовки. Она состоит из двух блоков – утреннего и дневного. С утра до полудня – летная и навигационная практика, после обеда – военно-спортивная. Кроссы, рукопашный бой, владение всеми видами оружия, которые имеют место быть в нашем рукаве Галактики, ориентирование на местности. Теперь конкретно по персоналиям.

Ты, Дягилев, назначаешься командиром группы разведчиков на весь период экспедиции. В твоем подчинении будут находиться пять чело... Четыре человека и один драк. Конкретно: курсант Заречнев, курсант Никитина, пилоты Самочернов и Тимофеев. В твое оперативное распоряжение поступает курсант Аррах. На текущем этапе твоя задача – наилучшим образом подготовить твою разведывательно-диверсионную группу для выполнения заданий на поверхности любых планет, на какие возможна высадка.

Теперь – о том, чем конкретно вы будете заниматься в ближайшие четырнадцать дней.

На тебе, Дягилев, лежит задача подготовки личного состава к полетам на тяжелых суборбитальных спарках. Это означает следующее – ты лично отвечаешь за стажировку Ирины и Арраха. Будешь летать с ними по очереди, научишь всему, что умеешь сам. В дальнейшем экипажи штурмовиков будут сформированы следующим образом. Экипаж номер один – Дягилев и Никитина, экипаж номер два – Тимофеев и Самочернов, экипаж номер три – Заречнев и Аррах.

На время, пока Заречнев находится на излечении, а я думаю, этот период не займет больше двух-трех недель, его место в экипаже займет Маша.

Насекомое встрепенулось, поискало глазами зеленого верзилу. Ар'рахх с любопытством взглянул на богомолку, согласно кивнул головой. Маша заметно приободрилась, поправила синюю форму звездных рекрутов, которая висела на ней довольно мешковато – перешить под его «конституцию» одежду почему-то никто не догадался.

– Да, Маша, я официально объявляю, что теперь ты – полноценный член моей команды. На корабле ты будешь выполнять функции второго штурмана. А пока, так же, как и остальные рекруты, займешься летной и военно-спортивной подготовкой. Кстати, ты какими видами оружия владеешь?

Маша что-то проскрежетала на своем языке. Дита наклонила голову, задумчиво погладила пальцем переносицу.

– Мда... Негусто. Впрочем, моего решения это не меняет.

– Что она сказала? – не выдержал Александр. Он дернулся, зацепил костыли. Те с грохотом упали на пол.

Элойка сердито посмотрела на человека, но замечания не сделала. В конце концов, это из-за неё Сашка сейчас «инвалидничал». Заречнев тяжело вздохнул, полез под стул подбирать костыли.

– Отставить! – сказала Дита. – Потом подберешь! Маша не владеет никакими видами оружия, кроме бластера. Что же. Придется включить в твою подготовку еще несколько пунктов. Последнее.

Твои предположения, Заречнев, о том, что задний отсек занимает слишком много места, подтвердились. На мой запрос из верфи мне ответили, что они как раз планировали внести необходимые изменения в конструкции яхты. За счет дополнительного пространства оборудуют тренажерный комплекс, расширят медицинский блок, установят в нем реанимационное оборудование подобное тому, какое имеется в Звездной Академии. Что касается бани... Будет для вас и баня. Небольшая, но – настоящая. С паром и веничком. На этом – все! Можете приступать к подготовке. Рекруты заулыбались, загрохотали стульями, передвигаясь к выходу.

– Заречнев, а ты – куда? – удивленно спросила Дита, заметив, что Сашка тоже заковылял к выходу. – Я тебя не отпускала. Ты будешь заниматься по индивидуальной программе. Что же ты её не получаешь?

– Извини. Не сообразил. Про баньку задумался...

– Отставить шутки! Поскольку ты – один из ключевых бойцов наземной команды, всей твоей последующей подготовкой займусь лично я. Землянин улыбнулся, посветлел лицом.

– Отставить улыбки! – довольно резко отреагировала Дита. – Мне очень неприятно видеть, как ты... Наблюдаешь за мной. Но поскольку в дальней экспедиции от подготовленности каждого члена команды зависит не только успех или неуспех задачи в целом, но и жизнь всех членов команды, мне придется на какое-то время смириться с твоим близким присутствием. Обучая тебя, я тем самым сохраняю жизнь себе, тебе и всем остальным рекрутам. Это – понятно?

– Так точно, мой генера... Извини... Понятно. А вопрос – можно?