Текст книги "Новобранцы"

Автор книги: Сергей Баталов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 17 страниц)

«Сдав вахту», Александр тщательно осмотрелся и обнаружил, что, действительно, на штурмовике обе внутренние пушки можно снарядить изнутри. Правда, придется отстегнуться от сиденья. Что чревато, в случае возникновения непредвиденных ситуаций.

Землянин посоветовался с другом, и они решили, что ни при каких обстоятельствах Ар'рахх не перевернет машину «вверх тормашками», по крайней мере – до сигнала о том, что Сашка снова «приклеился» к креслу. Но все обошлось.

Два десятка безгильзовых боеприпасов заняли положенное им место, Заречнев – положенное – ему.

– Сколько до острова? – перепроверяясь, спросил он у молодого следопыта, посматривая и на свои часы.

– По моим расчетам – около двух часов.

– По моим – тоже. А там до цели – рукой подать – минут пятьдесят, не больше.

– Согласен. Примешь «вахту»?

– Нет. Давай-ка лучше сделаем вот как. Ты веди самолет до острова, и потом – до конечного пункта. А я – обратно.

– А что так?

– После вчерашнего чувствую себя не очень. Я бы поспал часок-другой. А ты – «порули». Предложение принимается?

– Принимается! – не стал возражать зеленый верзила, еще утром, во время пробежки, заметивший, что у землянина какой-то неестественный – сероватый – цвет лица. – Будем подлетать, я тебя разбужу.

– Рота, подъем! – раздался в наушниках встревоженный голос зеленого верзилы. Сашка поднял голову с груди, протер глаза.

– Что-то случилось?

– Да пока – ничего. Но – может!

– Дружище, я спросонья торможу немного, ты не мог бы говорить подоходчивее?

– Можно и доходчивее. Точки справа видишь?

Землянин покрутил головой, всматриваясь в безоблачное голубое марево. Тщетно.

– Не вижу никаких точек. А, что, должен?

– Разумеется. Они там есть. Прямо над поверхностью воды. Десятка полтора. На большой скорости перемещаются параллельно нашему курсу.

– Ты ничего не придумываешь? Может, тебе грезится?

– Нет! Я тебя хоть раз обманывал?

– Нет!

– Почему ты тогда ты думаешь, что я обманываю тебя сейчас?

– Я не вижу ничего.

– Наверное, на это и был их расчет. Они же не знают, что я вижу жука В'з с двухсот локтей.

– Что, серьезно?

– Серьезнее не бывает.

– А ты никогда не говорил.

– Так ты никогда и не спрашивал! Так, вот. Я не только вижу, но могу попасть в него стрелой.

– Попасть-то и я могу.

– Можешь. Из вашего оружия. И если жука булавкой приколоть в центр мишени. Землянин промолчал. Крыть было нечем.

– Сколько нам еще лететь?

– Минут пятнадцать. Или как вы, люди, говорите – четверть часа.

– Наверняка, это та «бяка», о которой нас предупреждал Женька. Выследили, суки. На обратном пути – нападут.

– Ладно, посмотрим. Вон, впереди – остров показался. Нам, кажется, сюда.

Конечной целью маршрута был крохотный поселок – буквально из полудюжины строений. На карте, переданной Николаем Платоновичем, бывшим гладиаторам он был обозначен точкой в конце маршрутного задания.

На шум двигателей самолета от домика отделилась пара элоев (или людей – распознавать с первого взгляда, кто есть «ху», Сашка так и не научился) – мужчина и женщина. Заречнев выбрался из кабины, спрыгнул на землю.

– Кто примет груз? – вместо приветствия спросил он, обращаясь, главным образом к мужчине, почему-то решив, что именно он – тот, для кого предназначен алюминиевый тубус.

– Я! – приятным голосом ответила женщина средних лет, принимая почтовую цисту. – Покушаете с нами? Я приготовила отличные пирожки с рыбой.

– Спасибо. Но вынужден извиниться перед вами – нам нужно немедленно возвращаться обратно.

– Как хотите. Я понимаю, что это такое – служба.

– Всего доброго!

– Всего доброго!

«Альбатросы» появились не с той стороны, откуда их ожидал человек. Яркое восходящее светило слепило глаза, миллионы солнечных «зайчиков», отразившихся от поверхности моря, многократно усиливали сияние и без того яркой местной звезды.

Шестерка истребителей богомолов появилась из этой «сварочной дуги», словно привидение.

– Внимание! – раздался в наушниках голос мужчины. Он говорил на хорошем русском, почти без акцента. – Вы вторглись в зону, запрещенную для полетов. Следуйте за нами, иначе вы будете уничтожены.

– Пошел в жопу, придурок! – не сдержался Александр. – Разуй глаза, мудила! Ты, что, не видишь, какой самолет перед тобой! Мы не просто катаемся над морем, мы выполняем задание!

– Следуйте за нами, иначе вы будете уничтожены! – без малейших признаков эмоций повторил тот же голос.

– А этого ты не хочешь?! – Заречнев согнул руку в локте, сжал её в кулак, с чувством шлепнул себя по бицепсу.

– За отказ подчиниться вы будете немедленно уничтожены. Немедленно уничтожены. – прошелестел в наушниках все тот же мужской голос. – Последнее предупреждение. Следуйте за нами.

«Запись гоняют»! – наконец, догадался Александр. – «Ну, держитесь, твари большеглазые. Щас я вам покажу»!

Что именно он покажет жукам, Сашка пока не определился, но одно он решил уже точно – в плен к богомолам он добровольно не пойдет ни за что. Чтобы с него живьем содрали кожу?

Драться с «альбатросами» было бесполезно. Одному – против шестерых, имея «в активе» всего двадцать снарядов – вряд ли это было хорошей идеей.

Для начала можно было попробовать оторваться от преследователей, по-простому – удрать.

Землянин сдвинул рычаг управления охлаждением реактора вперед, до максимума поднял тягу всех трех двигателей.

Он нарастающей скорости зазвенело в ушах, перегрузки вдавили тело в спинку кресла. Руки и ноги почти потеряли чувствительность, они перестали слушаться, словно их перетянули тугим канатом. На глаза наплыла темная пелена... Штурмовик становился практически неуправляемым. Богомолы, похоже, именно этого и ждали.

– Мы видим, вы опять забыли одеть противоперегрузочные и противовакуумные скафандры? – словно издеваясь, напомнил о себе все тот же бесстрастный голос. – Если вы не прекратите набирать скорость, вы погибните. Следуйте за нами. – добавил он после небольшой паузы.

– Нет уж! Лучше подохнуть, чем в плен – к вам! – прохрипел Заречнев, с трудом уже различая впереди кромку моря.

– Ваше тело перестанет выполнять команды через две минуты!

– О-о! Это что-то новенькое! У вас, что, записи есть на все случаи жизни?

Наушники промолчали. Видимо, у богомолов записи были все-таки не на все случаи...

– Ваше тело перестанет выполнять команды через одну минуту! – напомнили о своем присутствии «альбатросы».

– Пошел в жопу! – теряя сознание, прохрипел Сашка. – Лучше сдохну, чем к вам – в лапы.

– У вашего напарника остановилось сердце! – «намекнул» о том, что человек не один, человеческий голос.

«Ловушка»? – думал Заречнев, краем глаза заметив, что скорость штурмовика давно уже перевалила за три «Маха». – «А если нет? И, правда, что-то я давно не слышал Ар'рахха».

– Ты жив? – по внутренней связи поинтересовался он у друга. Драк ничего не ответил. Человек понял, что выбора у него больше нет. Он уменьшил тягу двигателей. Скорость самолета стала падать.

– Мы рады, что вы приняли правильное решение. Следуйте за нами!

Зеленый верзила подал голос примерно через три минуты.

– Что, нас все-таки догнали? Ты сдался?

– Пришлось. Они сказали мне, что у тебя остановилось сердце.

– Не знаю. Может, и остановилось. Я сознание потерял... Тебе не нужно было подчиняться их требованиям.

– Ты мог погибнуть!

– А так мы погибнем оба!

– Посмотрим. Вон, видишь – впереди – остров?

– Предлагаешь спрятаться?

– А почему – нет? Не попрут же они вслед за нами в джунгли? А если осмелятся... Бластер у меня с собой, да и ты, как я заметил, свой стреломет в комнате тоже не забыл.

– А я его никогда не забываю. Ну, и как ты предлагаешь действовать?

– Секунд чрез тридцать резким маневром уйти вниз. Снизиться до уровня земли, постараться найти полянку, сесть, спрятаться в лесу.

– А что – дальше?

– Пока не знаю. Но дальше оставаться под конвоем богомолов равносильно смерти.

– Согласен. Кто поедет самолет?

– Давай – я! А ты присматривай площадку! Договорились?

– Договорились!

Пилотов богомолов удалось застать врасплох буквально на секунду. Фора – смехотворная. Но когда на кону – собственная жизнь...

Штурмовик резко снизился до уровня поверхности моря, буквально «впритирку» с водной гладью пошел по дуге вокруг острова.

«Альбатросы», словно стая злобных псов, сорвавшихся с привязи, бросилась вдогонку.

По обе стороны от штурмовика закипели буруны от разрывов снарядов и ракет, выпущенных по самолету землян. С каждым мгновением ракеты и НУРСы ложились все ближе и ближе. Сашка стал маневрировать, пытаться «сбить прицел» у преследователей.

Но Дита, видимо, не зря говорила, что богомолы – лучшие в Галактике пилоты. Паче того, когда шестеро – против одного. Развязка наступила довольно скоро.

Сразу две ракеты едва не прорезали переднюю кромку крыла штурмовика. Взрывом самолет приподняло, Александр «поймал» встречный поток, стал выравнивать машину. Мощный взрыв в кормовой части штурмовика довершил начатое. Упала тяга, рули практически перестали слушаться пилотов.

– Тянем к берегу! – успел передать по внутренней связи землянин, всего за мгновение до того, как в переднюю кабину попала ракета. От сильнейшего удара штурмовик бросило в сторону, Сашка потерял сознание...

Ар'рахх наклонился к ручью, смочил в ледяной воде тряпочку, приложил её к виску землянина. Приличных размеров гематома почти перестала кровоточить, Сашка шевельнулся. У него изменился ритм дыхания. Человек открыл глаза.

– Чё, кирдык? – слабым голосом поинтересовался у нависшего над ним драка.

– Самолету – да. У тебя переломов нет. Только вот эта шишка на голове. Когда ты от удара ракетой потерял сознание, машина бабахнулась о поверхность воды; слава Отцу Богов – плашмя. Я сумел направить её к берегу. Запаса скорости хватило даже на то, чтобы нас вынесло на пляж и шагов сто по нему протащило.

Богомолы почти сразу стали добивать машину. Я успел вытащить тебя из кабины, перенести в лес.

– Давно?

– Минут тридцать. Минут десять назад улетели «альбатросы»...

– Что с машиной?

– В хлам...

– Понятно. Сколько там времени осталось до часа «икс»?

– Четыре часа двадцать минут.

– Так. От Города Богов до сюда мы летели часа два. Стало быть, и обратно путь займет не меньше времени. При условии, что нам хоть как-то удастся подняться в воздух. Стало быть, на то, чтобы решить проблему транспорта, у нас всего-навсего два часа двадцать минут.

Возникает вопрос: а как решить эту проблему? У меня пока имеются только два предположения – отремонтировать нашу машину, или поискать другой самолет. Начнем с первого.

Осмотр самолета оптимизма не прибавил, скорее – наоборот. Крепчайшая металлокерамика выдержала все удары ракетами и обстрел снарядами. Но даже поверхностный осмотр выявил, что повреждена гидросистема управления штурмовиком, в дребезги разбит фонарь передней кабины, серьезно повреждены два из трех двигателей.

И все же нужно было попробовать хотя бы оторвать его от земли. Сашка проник в кабину Ар'рахха, запустил верхний мотор.

«Если удастся оторваться от поверхности, мы с Ар'раххом в одной кабине даже на одном двигателе дотянем до побережья континента». – думал Заречнев, осматривая повреждения, полученные в результате атаки «альбатросов». – «Но что делать с гидравликой? Её нужно отремонтировать любой ценой. Какой смысл поднимать в воздух машину, если она не управляема?

Надо посмотреть, какую конкретно магистраль повредил снаряд. Вдруг – не самую важную? Тогда её можно заглушить. И в систему вернется давление».

– Ключ у тебя с собой? – стараясь говорить как можно спокойнее, спросил Сашка у друга.

– Ключ? Тот самый, которым нацеливали пушки?

– Да, он. Так где он?

– В каюте остался. В сегодняшний полет я захватил только оружие.

– Понятно. Ладно, будем искать.

– Что искать?

– Что-нибудь. Ключ. Истребитель. Пароход...

– Что такое пароход?

– Лодка без паруса. Большая такая. Работает на твердом топливе.

– А зачем нам такая лодка?

– Незачем. Дело – не в лодке. Это я – так, для «красного словца». Смысл – такой: надо что-то делать, а не загорать около машины на песке. Согласен?

– Разумеется, согласен. Куда пойдем?

– Остров, в принципе – довольно большой. По-любому здесь должен кто-то жить. Люди, элои, богомолы. Для нас – хоть кто. А там, где есть разумные существа, обязательно должны быть или средства передвижения, или хотя бы инструменты для их ремонта и обслуживания. Пойдем... Туда! – махнул рукой в направлении, откуда они прилетели, Александр.

– Есть другое предложение! – остановил его Ар'рахх.

– Какое? – насторожился человек.

– Идти к южной или восточной оконечности острова. Насколько знаю я, драки предпочитают селиться так, чтобы Отец Богов согревал их своими самыми первыми лучами. Да и вообще, ждать почти до полудня, когда Отец Богов перевалит во-он ту гору, вряд ли кто-то захочет – будь он хоть драк, хоть человек. Согласен? Если здесь есть жилье, то оно, скорее всего – там! – зеленый верзила указал в сторону, противоположную той, какую изначально наметил Сашка. Заречнев опустил голову, соображая, насколько весомы резоны его друга.

– Согласен! – наконец, ответил он. – Идем прямо сейчас.

– Бластер брать будешь?

– Буду? А где он?

– Остался в кабине. Он вывалился у тебя из-за пояса, когда я тащил тебя из кабины.

Минут через двадцать бывшие гладиаторы заметили несколько покатых крыш, крытых тростником. Деревня не выглядела заброшенной, однако около хижин никого не было. Человек и драк непонимающе переглянулись, ускорили шаг.

Посреди двух дюжин бунгало, в самом центре овала, очерченного обращенными к нему внутренними стенами хижин, стоял большущий казан, на треножнике. В огромной чугунной полусфере что-то булькало, из-под треножника вился дымок.

Недалеко от металлического котла, посредине между треножником и хижинами, на утоптанной, твердой, как камень площадке лежала женщина. Около руки она – большой металлический половник, вокруг головы большим темным пятном растеклась какая-то маслянистая жидкость. Вероятнее всего – кровь. Сашка присел около женщины, приложил два пальца к её шее. Пульса не было.

– Что с ней? – спросил драк, тревожно оглядываясь по сторонам.

– Мертва. Скорее всего – убита. Мы ей уже не поможем. Уходим отсюда. А то, не дай Бог, пожалуют аборигены...

Он поднял голову, чтобы провести себе по шее ладонью, и замер. В двух метрах он него стоял туземец, на котором из одежды была только набедренная повязка. Абориген молча целился в него из лука. Александр развел руки в стороны, показывая, что он не виноват в смерти женщины, стал вставать с коленей.

Туземец отступил на шаг назад, что-то громко закричал на непонятном наречии.

– Бежим? – спросил Ар'рахх.

– А куда? – ответил Сашка? – И зачем? Если сейчас побежим, значит, это – мы виноваты в смерти этой женщины.

Минуты через две все племя собралось на «центральной площади». «Они, что, за хижинами прятались, что ли»? – удивился Заречнев, рассматривая туземцев. Были они, как один – смуглокожи и светловолосы. Вождь отличался от остальных прямо-таки царственной статью, взглядом, безошибочно выдававшем в нем лидера племени. И еще – у него, единственного их всех аборигенов, на шее висело роскошное ожерелье из искусно нанизанных светлых морских раковин.

Вождь приблизился к полуголым воинам, плотно обступившим непрошенных гостей, отвел в сторону от драка и человека наконечники копий.

Он присел около женщины, большим и указательным пальцем потрогал шею женщины, лежащей в луже собственной крови. Поднял глаза, с ненавистью посмотрел на чужаков.

...! – рявкнул он на незнакомом языке, дланью указывая на бывших гладиаторов. Их обступили, вырвали из рук стреломет, вытащили из-за пояса бластер...

– Это – не мы! Когда мы пришли, она была уже мертва! – закричал Сашка схватившим туземцам. Но те никак не отреагировали на его слова, сбили с ног, навалились на тело вчетвером или впятером, стали вязать руки и ноги. Сопротивляться и объяснять что-то было бесполезно.

Зеленый верзила скосил глаза в сторону друга, увидел, что тот не предпринимает никаких действий для своего освобождения, позволил связать себя – тоже.

Подчиняясь коротким, властным командам вождя, аборигены быстро соорудили два Х-образных креста, перетащили к ним пленников, крепко привязали за руки и ноги.

– Пытать будут? – возбужденно полюбопытствовал молодой следопыт, подбородком указывая на группку отдельно стоящих воинов, выбиравших стрелы из общего колчана.

– На хрен его знает! Вообще ничего не понимаю...

– А что, у людей должно быть по-другому? У нас все – так. Как сказал Кар'ралум, так оно и будет. Его слово – последняя и окончательная воля для всех драков из племени Хромой Черепахи.

– Да не в этом дело. Ты заметил, что все происходящее очень смахивает на какой-то театр абсурда.

– Что именно?

– Давай начнем с простого. В деревне – мужчина и женщины. Так?

– Так! И что?

– А дети – они где? Почему детей не видно? И стариков? Потом... Пальцы ног у них – как у людей, которые всю жизнь ходили в обуви – вместе. Я на Земле видел передачу про филлипинцев, которые всегда ходят босиком. У них пальца – врастапырку.

– Как-как?

– Врозь. Не касаются друг друга. А у этих... Потом. На руки их посмотри. Ухоженные ногти, прекрасная кожа. Если человек целый день копается в земле, или ловит рыбу в море, кожа рук у него дубеет...

– Ну, и что ты на этот счет думаешь?

– Шнягя это. Игра. Подстава. Попугают и отпустят.

– Не уверен. Больно уж вид у них решительный.

Шесть воинов подошли к человеку, по очереди потрогали наконечкинами копий его живот, грудь, ноги. «Определяют, где мягче»! – мелькнула мысль у человека. – «Зачем им это»? Вскоре выяснилось – зачем.

Один из воинов отошел на десяток шагов, развернулся, подождал, когда остальные отойдут подальше. А потом со всей мощи швырнул оружие... точно в живот Заречнева.

К счастью, Сашка хорошо видел момент броска. Поэтому успел и подготовиться, и среагировать. Дернулся гибким телом что было сил. Копье с хрустом вонзилось в середину «андреевского» креста.

Широкий и острый наконечник прорезал кожу Александра чуть выше подвздошной кости. На штанину ручейком побежала кровь. Если бы Сашка не дернулся, копье пробило бы ему живот до позвоночника.

«Если это – театр, то больно уж реалистичный». – думал Заречнев, наблюдая, как своим копьем замахивается следующий воин.

К счастью; или это так было задумано по «сценарию», второй воин промахнулся.

Однако окончательно стало понятно – ждать, как будут развиваться события, чревато. Сейчас или несколько позже из все равно убьют. Видимо, таков был придуманный кем-то «сценарий».

«Уж не Дита ли опять нам подсуропила»? – подумал Сашка, отчаянно пытаясь высвободить из тугих ремней хотя бы одну руку. Его «змеиные» движения не остались незамеченными воинами, один из них передал свое копье товарищу, направился к землянину, чтобы восстановить статус кво. Он опоздал всего-то на долю секунды.

Сашка выдрал правую руку из пут, вырвал копье из доски, чиркнул жалом оружия на ремням, стягивающим ноги. Подскочил воин, размахнулся для сильнейшего удара в лицо. Но было уже поздно.

Александр уже «жил» в другом измерении времени. В этом, другом времени он был неуязвим и непобедим.

«Замедленная съемка» на этот раз продолжалась долго. Ровно столько, сколько нужно было человеку, чтобы освободить из плена друга, переместиться к вождю, собрать у его ног свое оружие и то, которое принадлежало его другу.

А потом началась резня. Бессмысленная и беспощадная, как русский бунт. Чья-то игра, изначально задуманная как фарс, плавно перетекающий в трагедию, состоялась. Правда, с другими исполнителями в главных ролях.

Сашка безжалостно застрелил шестерых воинов, – тех, которые готовились метать в него свои копья. Эти – знали, на что шли. Человек, пришедший за чужой жизнью, должен быть готов к тому, что «жертве» это может «не понравится». И она, «жертва», вместо того, чтобы умереть, может взять жизнь – его. Потому как – имеет право. Например, в порядке самообороны.

Через минуту все было кончено. На краю поляны пытался встать и пытался что-то сказать вождь. Но он все время путался в собственных кишках, выпавших на землю после яростного удара землянина. Его рот беззвучно открывался и закрывался, словно это был не человек или не элой, а житель океанских глубин.

Шестеро воинов в беспорядке валялись там, где их настигли меткие выстрелы Александра. Остальные «аборигены», повинуясь требовательным взмахам Ар'раххова копья, сбились в кучку в том месте, где все еще стояли толстые плахи, крест-накрест привязанные к кольям, вбитым в землю.

...! – На незнакомом языке сказала женщина, жалобно, снизу вверх глядя на безжалостных пришельцев.

– Вот, что, подруга! – на чистом русском ответил ей Сашка. – Если это балаган – то, что я думаю, то вам помогут те, кто его организовал. Вылечат вашего псевдо-вождя, вернут к жизни этих «чудо-богатырей». Ну, а если нет... На нет – и суда нет. Не надо было кидаться с копьями на посторонних граждан, ни в чем перед вами не виноватых. Собственно, меня сейчас интересует только один вопрос: вы на остров как попали? Прилетели на самолетах (он изобразил истребитель, расставив руки в стороны), или добрались на подручных средствах? – Сашка показал, как он гребет «виртуальным» веслом. Женщина помотала головой.

– Странно, а я подумал, что ты меня поняла! – неожиданно зло рыкнул землянин, хватая женщину за волосы и подтаскивая её к крестам. – Если ты сейчас не ответишь на мой вопрос, я к тебе применю допрос третей степени. Усекла? Женщина закивала.

– В последний раз спрашиваю, где самолеты?

Женщина потупила глаза и показа рукой в сторону каменной гряды, делящей остров пополам.

– На другой стороне острова, что ли? Женщина кивнула.

– Дорогу показать сможешь?

В лазах женщины проявился неподдельный ужас, она отчаянно замотала головой.

– Всея ясно! Мы уходим! Не вздумайте следить за нами. Убьем без сожаления! Бывшие гладиаторы бегом устремились вдоль кромки воды.

– Как ты догадался, что она тебя понимает? – Спросил зеленый верзила в один из редких периодов, когда они с бега перешли на быстрый шаг.

– Когда она помотала головой вместо того, чтобы пожать плечами. Выходит, она поняла, о чем я её спросил, и ответила на мой вопрос отрицательно.

– А как ты догадался про самолет?

– Это – намного проще. Крупных кораблей мы с тобой, когда летели, не заметили. А до материка не меньше двух-трех дней пути. Стало быть, для доставки «туземцев» на остров тот, кто за этим стоит, использовал какие-то другие средства.

Судя по тому, что времени на подготовку этого «цирка» у неизвестного нам закулисного «кукловода» было немного, он мог использовать только воздушное сообщение. Теперь нам только осталось найти, где именно на этом куске земли скрыты самолеты. Учитывая лень местных жителей и их хроническую антипатию к лишним движениям, вряд ли это расстояние – больше шести километров. Думаю, минут через десять мы увидим место, где могут находиться летающие машины.

– Хорошо, мы найдем это место. Дальше что?

– Дальше? Дальше – посмотрим! Во-первых, там должна быть охрана...

«Секретная» площадка летательных аппаратов обнаружилась километров через шесть-семь от деревни псевдо-туземцев. Судя по суматохе, которая царила на летном поле, «группе поддержки» только что сообщили о том, что произошло в деревне. Видимо, рация тоже находилась не в самой деревне; или горе-«аборигены» минут тридцать просто боялись делать какие-то движения, опасаясь, что человек и его высокорослый друг с зеленой кожей устроили на них засаду – за соседними кустами.

Из ангара выплыло ярко-красное судно на воздушной подушке, в него запрыгнули шесть или семь человек. У некоторых в руках были большие прямоугольные предметы, издали похожие на чемоданы.

Машина взревела всеми двигателями, почти на полметра приподнялась над бетоном и на большой скорости устремилась к воротам.

– Вот это штука! – проводил судно восхищенным взглядом зеленый верзила. – На такой на морского зверя хорошо охотиться! Никакой Ужас Неба не страшен!

– Ладно, хорош отвлекаться! Часового на вышке видишь?

– Да!

– Сможешь его снять одной стрелой? Стрелять нужно в шею... Сможешь?

– Отсюда – не гарантирую. Вот если подобраться поближе... Например, вон из тех кустиков – в самый раз будет.

– Тогда действуй! Как только ты его уберешь, беги вон туда. Я постараюсь к этому времени проход под колючей проволокой проделать.

– А чем? Ты же нож свой тоже в каюте оставил.

– А это – что? – человек, довольный произведенным эффектом, помахал перед зеленым лицом друга парой наконечников копий, которые он предусмотрительно отломил от древков после «использования».

Выстрелил Ар'рахх на редкость удачно. После попадания в шею охранник не издал ни звука, мягко опустился на площадку, до уровня груди огороженную досками.

«Колючка» здесь, вероятнее всего, все-таки была не от людей, а от животных – если таковые имелись, конечно. Слишком уж простой оказалась задача – проникнуть на охраняемую территорию. Проскользнув под ограждением, бывшие гладиаторы короткими перебежками, чередуя быстрое перемещение с терпеливым «отдыхом» в ямке или за каким-нибудь ящиком, примерно через пять минут достигли здания, которое, вероятнее всего и было здешним штабом.

Землянин и драк спешили. Оба понимали, что как только «спасательная команда» достигнет деревни, доктора, или те, кто их сопровождают, поймут, что «враги» ушли давно и в ближайшее время должны появиться около летного поля. Или уже появились. Тогда их начнут интенсивно искать. А это – резкое снижение возможностей для перемещения, вообще для возможности – спастись.

Первое, что нужно было сделать – это захватить ключи, без которых невозможно попасть ни на один борт воздушной машины. Ну, а дальше – как повезет. Не повезло сразу.

«Штаб» оказался казармой, в которой перед входом построились два десятка людей (или элоев). Перед пилотами прохаживался мужчина в летной форме, он что-то резко говорил, сопровождая свои слова яростными жестами. Наверное, именно так командиры всех планет говорят своим подчиненным: «найти и уничтожить».

Сашка с Ар'раххом приоткрыли дверь, не поднимая голов, просочились внутрь. Подняли головы, чтобы осмотреться.

Тишина была – мертвая. Да и было отчего. Только что командующий говорил, что нужно немедленно найти и уничтожить двух очень опасных субъектов, напавших на туристов, как... приоткрылась дверь и в казарму приникли эти самые опасные субъекты.

Кажется, даже Э'го в пору своих брачных игрищ кричали тише, чем два десятка пилотов, готовых не просто поймать – разорвать на части непрошенных гостей. Пилотов было жалко.

В сущности, они были ни в чем не виноваты – в отличие от тех же «аборигенов», которые сознательно тыкали острыми копьями в животы незнакомцев. Пилотам дали команду, и они, как люди военные – обязаны подчинится.

Всех – живыми! – рявкнул по-дракски Сашка, «погружаясь» в «чупо-чупсовое» время...

Рукопашный бой в закрытом пространстве сильно отличается от схватки «в чистом поле». В помещении спрессовано все – время для принятия решения, люди, мешающие друг другу, движения – предельно скупые и рациональные; даже удары – короткие и резкие, как тычки кинжалом. Из казармы не ушел никто.

Сашка отряхнул грязь с одежды (в свалке ему тоже досталось), критически осмотрел «поле брани». Тесное ристалище было завалено телами пилотов, болезненно стонущих от собственного дыхания. Землянину кольнуло в сердце – он увидел зеленого верзилу. Драк дышал, но был без сознания: кто-то в темноте и темноте казармы от души приложился стулом по его голове. «Придется тащить»! – облегченно вздохнул Александр, высвобождая друга из-под бесчувственных тел пилотов. – «Но – куда? Нет, сначала нужно найти штаб»!

Он перетащил молодого охотника в угол, посадил, на пол, на всякий случай заслонил его парой стульев – если кто-то из летчиков очнется раньше, чем драк. Оглянувшись в последний раз, Заречнев выскользнул за дверь.