Текст книги "Системная Перезагрузка. Том 5 (СИ)"

Автор книги: Серафим Леман

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 17 страниц)

Остаться?.. В этом странном, спокойном месте, среди чужих существ, пока мой мир, возможно, горит в аду? Если он вообще не истлел ещё. Слишком уж непонятной была деталь про прошедшее время, небытие и якори. Но… смириться, сложить оружие, начать всё заново? Стать одним из этих… Блуждающих? Имя говорило само за себя. Они были потерянными. Как и я. Но они смирились.

– Почему? – спросил я снова. – Почему вы помогаете? Что вам с этого?

Даэра и Элион снова обменялись взглядами. На этот раз в её глазах мелькнуло что-то тёплое, почти человеческое.

– Потому что мы когда-то тоже провалили свои Инициализации, – тихо сказала эльфийка. – Каждый из нас, Стражей. Каждый из тех, кто живёт под этим куполом. Мы не справились с испытаниями Системы, потеряли свои миры, своих близких. Или просто сбежали, не выдержав давления. Это место… убежище для потерянных. Для тех, у кого не хватило сил идти до конца. Или для тех, кому попросту не осталось куда идти. Мы помогаем друг другу выжить. И предлагаем такой же шанс другим.

– Здесь есть своя структура, – добавил Элион, видя, что я не собираюсь уходить. – «Смиренные» – те, кто занимается работами в самом Поселении: поддерживают купол, выращивают пищу в садах, ухаживают за Архивом и прочими постройками. «Блуждающие» – старатели. Они выходят за купол, исследуют Турам, добывают ресурсы, трофеи в близлежащих разломах. И… «Стражи». Все те, кто, как и мы, достиг золотого ранга. Мы занимаемся… – он запнулся, подбирая слова, – своим родом старательства. И защитой Поселения от внешних угроз.

Золотой ранг. Значит, их сила – не показуха. Они и правда могли раздавить меня, как насекомое. Но не делали этого. Предлагали выбор. Рыночные отношения, одним словом.

Даэра обратилась к Элиону:

– Мы упускаем суть. Ему нужно знать главное. О цене.

Элион прикрыл глаза.

– Ты говорил о квинтэссенции Зла… – сказал он.

Я же почувствовал, как в Архиве вновь поднялось магическое давление. Кажется, его источником был я…

Йон. Они знают что-то об этой твари.

– Говорите, – потребовал я, подавшись вперёд. – Остаюсь.

Глава 3

Давление в Архиве нарастало. Светящиеся прожилки на стенах потускнели, будто энергия, питавшая их, оттекла куда-то в сторону, уступая место моей. Вода в бассейне перестала журчать – замерла идеально гладкой поверхностью, отражающей купол наверху. Даже воздух стал гуще, тяжелее.

Элион поднялся с места. Его зелёные глаза больше не казались спокойными – в них плясали отблески чего-то острого, настороженного. Даэра оттолкнулась от колонны, и её поза из расслабленной сменилась на боевую. Руки опустились вдоль тела, но пальцы слегка растопырились, готовые к мгновенному призыву оружия или навыка.

Я не двигался. Давление исходило от меня – я это чувствовал. Но контролировать его не мог. Нечто внутри моей груди, там, где находилось ядро силы, отзывалось на упоминание о квинтэссенции Зла. Словно кто-то ударил по натянутой струне, и она загудела, вибрируя всем телом. Точно… я ведь никогда и не пытался подавлять её, выпуская наружу. Ещё начиная с того боя, рядом с мёртвым Королём, и после, во время скитаний по пустыне.

– Успокойся, Ной, – произнёс Элион, и его голос стал жёстче, властнее. – Ты не контролируешь себя. Если не сделаешь это сейчас же – мы будем вынуждены сделать это за тебя.

Я сжал кулаки, пытаясь подавить эту вибрацию изнутри. Получалось плохо. Одного желания для этого явно было недостаточно. Нужно было что-то ещё. К сожалению, пока я испытывал всё это на себе – шкалы никак не шелохнулись, хотя я думал, что это вытекает наружу магия. Очки её, или характеристики – чёрт его знает.

Сосредоточился на физических ощущениях, конкретно на дыхании – вдох, выдох, вдох, выдох. Сначала быстро, затем медленно, размеренно. Ядро в груди продолжало беситься, но постепенно ритм замедлился, синхронизируясь с моим дыханием. Давление отступило. Свет в прожилках вернулся. Вода снова зажурчала тихим фоном.

Всё вернулось на круги своя так же быстро, как и началось.

– Впечатляет, – выдохнув и расслабив плечи, призналась Даэра. – Серебряный ранг, но эти ощущения…

Элион продолжал стоять, глядя на меня с нечитаемым выражением лица.

– Ты не знаешь, что носишь внутри себя. Ничего не понимаешь ни в Системе, ни в её квинтэссенциях, – сказал он. – Это делает тебя опасным. Для себя в первую очередь.

– Так объясните, – выдавил я сквозь стиснутые зубы.

Элион медленно опустился обратно на своё место. Жестом пригласил Даэру присоединиться. Она села рядом с ним, поджав под себя одну ногу, и её взгляд стал внимательным, изучающим. Я тоже решил присесть, пока не напал на них. Нервы у меня точно уже ни к чёрту. Надо бы вылечиться как-то. Или я рискую убиться вот таким вот глупым образом об существ золотого ранга.

– Квинтэссенции, – начал Элион, – это не просто сгустки силы. Не просто усилители характеристик или источники навыков, как может показаться изначально любому, поглотившему их. Каждая из них – это фрагмент. Фрагмент сознания. Фрагмент личности. Не обязательно одного существа. Когда ты поглощаешь квинтэссенцию, ты не просто берёшь силу. Ты впускаешь внутрь себя чужую волю.

Он сделал паузу, давая мне осознать сказанное.

У нас, у Выживальщиков, были подобные рассуждения в командирских и научных чатах, которые я просматривал между делом, листая бесконечные собранные и пересобранные инфо-пакеты. Но сейчас, когда об этом прямо говорит некто на порядок сильнее меня, начинаю осознавать всю серьёзность сказанного. Йон… да, это определённо сущность. Другие же квинтэссенции не столь яркие. Разве что квинтэссенция Короля была самой яркой – там были тысячи существ внутри. Я был уверен в этом на девяносто девять процентов и сейчас довёл этот показатель до сотни.

– Большинство квинтэссенций молчаливы, – продолжал Элион. – Их воля размыта, рассеяна временем и энергетическими процессами. Они дают силу, навыки, изменяют тело – но не влияют на разум напрямую. Ты остаёшься собой. Но есть исключения. Особые, редкие квинтэссенции. Те, что содержат достаточно цельное сознание, чтобы общаться. Манипулировать. Направлять своего носителя.

Я почувствовал, как внутри что-то дрогнуло. Йон. Он молчал всё это время, с самой пустыни. Но сейчас я ощущал его присутствие острее обычного – как занозу, глубоко вонзившуюся в плоть.

– Квинтэссенция Зла, – продолжила Даэра, – одна из таких. Одна из самых древних и самых опасных. Она… он был слишком силён при жизни. Он переписывает тебя. Постепенно, незаметно. Ты становишься инструментом чужой воли. Думаешь, что принимаешь решения сам, но на самом деле тобой управляют.

– Я знаю, – ответил я резко. – Йон говорил со мной. Постоянно. Он помогал, давал советы. Без него я бы не выжил в некоторых разломах.

– Йон… – повторил Элион. – Значит, так ты назвал его. Это… редкость. Обычно он не принимает чужих имён и остаётся попросту квинтэссенцией. Просто нашёптывает, подталкивает, искажает восприятие. Но если он говорил с тобой открыто…

– Это значит, что ты ему интересен, – закончила Даэра мысль Элиона. – Он увидел в тебе потенциал. Или инструмент для достижения своей цели.

Я вспомнил последние слова Йона перед тем, как разломы открылись в Цитадели Забытых. «Прости, но ты слаб. Тебе нужно стать сильнее. Любой ценой». Он знал. Знал, что меня убьют. Знал, что я получу достижение. Знал, куда меня выбросит Система. Он спланировал всё это.

– Какова его цель? – спросил я.

Элион лишь устало вздохнул и откинулся на спинку кресла, посмотрел вверх, на свод купола.

– Мы не знаем, – сказал он. – Каждая из таких квинтэссенций преследует свои интересы. Йон, квинтэссенция Зла, одна из старейших. Его фрагменты разбросаны по всей Системе. Некоторые носители доходят до золотого ранга и исчезают. Некоторые гибнут, не выдержав нагрузки. Но квинтэссенция Зла всегда возвращается. Находит нового носителя. Ведёт его по своему пути.

– Чего он хочет?

– Скорее всего – свободы, – ответила Даэра. – Все они хотят свободы. Мы считаем, что квинтэссенции – это заключённые. Запечатанные Системой сознания тех, кто когда-то бросил ей вызов. Или был слишком опасен, чтобы существовать вне контроля. Они не могут действовать сами. Им нужны носители. Сильные. Амбициозные. Готовые идти до конца. Йон, судя по всему, ищет кого-то, кто сможет достичь вершины Системы. И освободить его. Теорий много, но мы стараемся придерживаться именно этой.

Вершина Системы. Я вспомнил слова Йона о Порядках, о рангах, о том, что реальная сила начинается с золота. Он готовил меня. Толкал вперёд. Даже когда это означало мою смерть.

– Можно ли от него избавиться? – спросил я.

– Нет, – ответил Элион. – Квинтэссенция – часть тебя. Она слилась с твоим ядром силы. Извлечь её означает разрушить ядро. А это… смерть. Окончательная. Ты связан с Йоном до конца. Либо он освободится, используя тебя. Либо ты умрёшь, и его осколок растворится в Системе, а затем найдёт нового носителя.

Я сидел, молча думая. Паразит. Я носил в себе паразита, который использовал меня для своих целей. Все советы, вся помощь – это была манипуляция. Он заставил меня дождаться конца таймера, хотя я уже тогда понимал, чем это может закончиться. И я, наивный идиот, думал, что он мне поможет в крайнем случае, возьмёт контроль над телом и навыками, как делал много раз до этого.

В итоге он обрёк меня на смерть и перерождение здесь, где я потерял связь с домом.

Если этот дом вообще остался.

– Зачем? – спросил я, стараясь выкинуть лишние мысли из головы. – Зачем ему нужно было выбрасывать меня сюда? Если он хотел, чтобы я стал сильнее, почему не оставил меня на Земле? Там была война. Я мог становиться, убивая демонов.

– Потому что на Земле ты бы погиб, – ответил Элион. – Рано или поздно. Демоны, судя по твоему рассказу, превосходили твои силы численностью и организацией. Ты бы дрался до последнего, но в конце концов проиграл бы. Йон это понимал так же, как это понимаю сейчас я. Он вывел тебя из игры. Дал тебе второй шанс. Здесь, в мире золотого ранга, где ты можешь расти дальше, в относительном спокойствии, пускай это будет труднее. Тут нет привязки к гибнущему миру, как бы жестоки ни были для тебя эти слова, Ной, душу которого очернило древнее существо по имени Йон.

Я почувствовал, как внутри снова закипает ярость. Не на Элиона или Даэру. На Йона. На эту древнюю тварь, которая играла мной, как пешкой на доске. Которая решила за меня, что важнее – моя жизнь или его планы. Я бы мог помочь своим, если бы не стал слушать его, если бы просто вылез тогда из разлома – разница в Порядках между бронзовым и серебряным – огромна…

– Он молчит, – сказал я. – После того как я попал сюда. Почему?

– Потому что ты здесь, – ответил Элион. – В Поселении Блуждающих. Мы, Стражи, обладаем некоторыми знаниями о квинтэссенциях. Мы умеем подавлять их влияние в пределах купола. Не полностью – это невозможно. Но достаточно, чтобы они не могли манипулировать своими носителями открыто. Йон чувствует это. Поэтому притих. Ждёт, когда ты покинешь Турам.

– Либо он опять ведёт свою скрытую игру, – задумчиво проговорила Даэра. – Мы не можем быть уверены, что это не является частью фальши и что он не способен достучаться до этого места. Он определённо должен знать о нём.

Выходило, что здесь я был относительно свободен. Здесь я мог думать своей головой, без нашёптываний древнего паразита. Это… облегчало. Немного. Хотя, даже если бы он отвечал – что бы я сказал ему? Ну, выговорил бы я ему накипевшее, даже накричал бы, но как и сказал мраморный человек – это бессмысленно. Йон уже был частью моей души.

– Что вы предлагаете? – спросил я.

Элион поднял руку, и в воздухе перед ним материализовался светящийся знак. Сложный узор из переплетённых линий, похожий на руну.

– Метка Блуждающих, – сказал он. – Если ты согласишься принять её, она станет частью твоего ядра. Даст тебе защиту в пределах Поселения. Доступ к Архиву, к знаниям, которые мы собирали столетиями. Возможность учиться, тренироваться, становиться сильнее в рамках Системы. И постоянную связь с нами. Мы сможем отслеживать твоё состояние, помогать, если потребуется.

– Есть цена, – добавила Даэра. – Метка – это обязательство. Ты станешь частью Блуждающих. Будешь подчиняться нашим правилам. Не будешь причинять вред другим обитателям Поселения. Ты будешь привязан к этому месту. Возможно, навсегда. Покинуть Турам очень тяжело. Лишь когда ты станешь достаточно силён, можешь попытаться сделать это. Когда достигнешь золотого ранга. Если накопишь достаточно ресурсов. Но до этого момента… ты должен остаться здесь. Для собственной безопасности. Либо покинуть наше Поселение.

– Выбирай, – сказал Элион, и я почувствовал, что больше они ничего говорить не будут.

Навсегда… Отказаться от мысли вернуться на Землю… Смириться с тем, что Кира, Сим, все остальные – потеряны. Начать новую жизнь здесь, среди чужих, в мире, который не был моим домом?

Золотой ранг. Ещё одна ступень. Ещё один барьер. Я посмотрел на свои руки – покрытые шрамами, дрожащие от остаточного напряжения. Серебряный ранг. Я достиг его ценой тысяч смертей, включая собственную. Сколько ещё придётся заплатить за золото?

– Я принимаю, – сказал я.

Слова мои прозвучали твёрдо, без колебаний. Не потому, что я сделал осознанный выбор. А потому, что выбора не было. Остаться здесь или скитаться по пустыне, пока не сгину окончательно. Искать путь домой или принять, что дома больше нет.

Элион выровнял спину. Он протянул руку вперёд, и светящийся знак поплыл ко мне, медленно. Коснулся моей груди – и исчез, растворившись сквозь доспех.

Я почувствовал жжение. Оно шло изнутри, от самого ядра силы. Знак врезался в его поверхность, оставляя след – тонкий, серебристый узор, который оплетал тот диск, что кружился вокруг ядра, как корни оплетают камень. Я стиснул зубы, готовый к привычной боли, которая следует после системных манипуляций. Однако процесс был быстрым и безболезненным. Лишь лёгкое жжение в груди.

Когда оно утихло, я почувствовал… связь. Тонкую нить, тянущуюся от моего ядра куда-то вдаль, к куполу Поселения. К Элиону и Даэре. К каждому Стражу, кто носил такую же метку. Я был частью чего-то большего. Коллектива. Семьи. Пусть и чужой. Это было отдалённо похоже на то, как я сейчас ощущал системные чаты, только малость сильнее.

– Теперь ты один из нас, Ной с Земли, – произнёс Элион. – Ной Блуждающий.

Даэра улыбнулась – впервые с момента нашей встречи. Улыбка была тёплой, и от её красоты было тяжело отвести взгляд.

– Отдыхай сегодня, – сказала она. – Завтра начнём твоё обучение. Много того, чего ты не знаешь о Системе, о рангах, о том, как выживать здесь. Мы заполним эти пробелы. А пока… живи. Ешь. Спи. Позволь себе быть тем, кем был до Системы, хотя бы ненадолго. Ты сам сможешь решить, к кому присоединиться, этот вопрос не требует спешки. Всё же мы не привыкли куда-то гнаться, те, кто живут здесь долгие года. Не беспокойся о еде, здесь её хватит на всех.

Как же давно я не позволял себе просто… быть. Вся эта бесконечная череда убийств, через которую я прошёл…

Я поднялся, кивнул им обоим и направился к выходу. На пороге обернулся.

– Спасибо, – сказал я.

Элион лишь махнул рукой в ответ. Даэра поправила волосы, и я старался не смотреть на неё.

Я вышел из Архива. Город не сгорел за это время, что я был внутри, и на него не напала бескрайняя орда демонов. Существа занимались своими делами, не обращая на меня внимания. Музыкант у фонтана всё так же перебирал струны, как и вчера. Вода журчала. Солнце, видимое сквозь купол, медленно клонилось к закату, окрашивая перламутровые стены в тёплые, золотистые тона.

Я шёл по улицам, не зная куда. Просто шёл, позволяя ногам вести меня. Не помнил, в каком доме меня поселили. В груди всё ещё тлела ярость – на Йона, на Систему, на весь этот проклятый мир и на то, каким он оказался на самом деле: подчинённым неизвестной энергии, называющейся Системой. Но рядом с этой ненавистью теперь было и что-то другое. Слабая, едва уловимая искра. Не надежда – слишком громкое слово. Скорее… возможность. Возможность того, что не всё потеряно. Что я смогу вернуться. Что смогу узнать правду.

И если Кира, Сим, все остальные действительно мертвы… тогда я найду способ отомстить. Йону. Системе. Всем, кто виноват в этом. Нет, куда там… я попросту уничтожу всё, что увижу. Не буду менять свои планы.

Но до этого момента – я буду расти. Учиться. Становиться сильнее. Не по прихоти Йона. Чисто для себя.

Я остановился у края города, где купол касался земли. Сквозь полупрозрачную поверхность была видна пустыня – бескрайняя, мёртвая, залитая багровым светом заходящего солнца. Песок время от времени шумно накатывал на барьер и бессильно стекал по его поверхности, возвращаясь туда, откуда пришёл. Вдали виднелись целые смерчи, поднимаемые бушующим ветром.

Турам. Мир золотого ранга. Мой новый дом. Хотя бы на время.

Я положил ладонь на внутреннюю поверхность купола. Она была тёплой, гладкой, вибрирующей от циркулирующей по ней энергии.

– Я вернусь, – прошептал я, обращаясь не к куполу, не к пустыне, а к тем, кого оставил за тысячи миров отсюда. – Клянусь. Я вернусь. И узнаю правду.

Купол не ответил. Пустыня молчала. Но внутри меня, в самой глубине ядра, где притаился Йон, я почувствовал слабое, едва заметное шевеление. Словно древняя тварь усмехнулась.

Я развернулся и пошёл обратно, искать себе жилище. Завтра начнётся обучение. Завтра я узнаю больше. А сегодня… сегодня я просто буду жить. Можно ведь мне сделать это хоть раз?..

Глава 4

На следующий день не пришёл никто. Ни Элион, ни Даэра, ни древесный Малко. Солнце за куполом поднялось, окрасив улицы в молочный свет, и город зажил своим привычным, неторопливым ритмом. Я ждал в своей комнате, сидя на краю платформы, но ожидание начало давить на виски. Вскоре стало ясно: здесь не принято хватать за руку и вести. В чате так же была пустота. Местные общались о своих делах, но мне было тошно из-за давящей там черноты, и я не хотел его открывать. Нужно было двигаться самому.

Архив. Туда и нужно было идти.

Выйдя на улицу, я попытался восстановить в памяти вчерашний маршрут. Перламутровые купола сливались в единый лабиринт, но центральная площадь с фонтаном была хорошим ориентиром. Я направился туда, стараясь не пялиться на местных обитателей, которые словно растворялись в мерцающем полумраке переулков. Музыкант у фонтана сменился – теперь там сидел низкорослый гуманоид с кожей цвета меди и играл на чём-то вроде флейты, издавая вполне весёлые звуки. И почему меня так сильно начала бесить музыка?..

Я миновал площадь и свернул в сторону самого крупного здания. Двери Архива были открыты. Внутри царила прохладная тишина, нарушаемая лишь моими шагами и далёким плеском воды где-то на втором уровне. Элиона или Даэры в главном зале не было. Лишь небольшая группа разумных толпилась где-то высоко, чуть ли не под самым сводом, о чём-то вполголоса переговариваясь. Создавалось впечатление вполне нормальной библиотеки, если забыть о том, что книг как таковых тут нет и как далеко от Земли это место находится.

Я остановился у края бассейна, не зная, что делать дальше. Кричать или звать казалось глупым и нарушающим здешний покой. Вдруг слева, от одного из пандусов, ведущих наверх, послышался мягкий звук – шорох ткани по камню. Даэра спускалась ко мне. Вчерашнюю тогу она сменила. Теперь на ней был более практичный наряд из плотного, серого материала: узкие штаны, высокие сапоги, короткий жакет, под который была заправлена светлая рубашка. Длинные волосы она убрала в тугой пучок. Выглядела она менее шикарно, но от этого не менее опасно и красиво.

– Решил не ждать, – сказала она, не задавая вопроса. – Хорошо. Пассивность здесь убивает быстрее любой пустыни. Идём.

Она повела меня в боковой проход, который вывел нас в длинную, узкую галерею. Одна её стена была сплошным окном – из того же перламутрового материала, как и всё остальное, но абсолютно прозрачного. За ним открывался вид на тренировочные площадки под открытым небом, внутри купола. Несколько существ отрабатывали приёмы с оружием, кто-то медитировал, неподвижный, как статуя.

– «Смиренных» ты уже видел, – сказала Даэра, не останавливаясь. – Они поддерживают жизнь здесь. «Блуждающие» ушли на вылазку в пустоши Турама или в ближайшие бронзовые и серебряные разломы. Их работа – ресурсы. И я прекрасно понимаю, что ты захочешь присоединиться к ним, Ной с Земли. Но твоё место сейчас не среди них.

Мы подошли к концу галереи, где в стене зияло круглое отверстие без двери. За ним начинался спуск – плавный, изогнутый пандус, уходящий вниз. Воздух здесь пах по-другому – озоном, статикой и… напряжением. Приглушённый гул, доносившийся снизу, отдавался в костях.

– «Стражи» редко бывают в Архиве, – объяснила Даэра, начиная спуск. – Их место – здесь. В Сердце. Не думай, что тебя подпустят к силовому узлу… Тебе будут доступны лишь тренировочные залы. Ты будешь проводить здесь большую часть своего времени. Пока не научишься контролировать то, что в тебе есть, и не нарастишь силу до приемлемого для Турама уровня. Серебро здесь вполне может выжить. Но чтобы действовать, нужно золото. Или близкое к нему мастерство.

Пандус вывел нас в просторное, круглое помещение. Источником освещения служил потолок, утончившийся в нескольких местах. Центр комнаты занимала сложная конструкция из переплетённых энергетических жил, похожих на те, что были в стенах Архива. Здесь они были толщиной в руку и светились ярко-синим. Вокруг этого ядра, на разном расстоянии, на плоских каменных дисках сидели или стояли неподвижные фигуры.

Даэра провела меня мимо них к дальней стене, где располагался ряд арок, ведущих в другие залы.

– Твоя подготовка будет состоять из трёх частей, – сказала она, останавливаясь перед первой аркой. – Первое: контроль над ядром и подавление внешнего влияния. Этим займусь я. Второе: изучение основ Системы, которые ты проигнорировал, гонясь за уровнем. Ты знаешь, как убивать. Но не знаешь, как устроен мир, в котором живёшь. Этим займётся Элион в Архиве. Третье: тренировки и практика. Когда ты докажешь, что достаточно силён, ты будешь выходить с группами «Блуждающих» в безопасные зоны Турама, отрабатывать полученные знания в условиях, где ошибка не означает немедленной смерти. Понятно?

По идее, всё это было для меня лишь пустой тратой времени. Так я повторял себе мысленно раз за разом, пока шёл за эльфийкой. Но, с другой стороны… если это сделает меня достаточно сильным, чтобы покинуть это место и попробовать найти свой родной мир, добраться до него… почему бы и нет? Я вижу, насколько опасны обладатели золотого ранга, и сам желаю этой силы. Или даже больше, если это возможно…

– Начнём с самого важного, – Даэра шагнула в арку.

Зал за ней был небольшим и абсолютно пустым. Пол, стены, потолок – всё было выделано из гладкого, чёрного, непрозрачного материала, поглощавшего свет и звук. В центре на полу был начертан простой круг серебристой пылью, мерцавшей тусклым внутренним светом.

– Войди в круг и сядь, – приказала Даэра. – Закрой глаза. Сконцентрируйся на своём ядре силы. Не пытайся его усилить или сжать. Просто наблюдай. Опиши мне, что видишь внутри.

Я сделал, как она сказала. Внутренний взор обратился к груди. Золотистая сфера, вращающаяся в сплетении энергетических каналов. Метка Блуждающих – серебристый узор, оплетающий диск вокруг ядра. И… всё. Ничего нового.

– Есть ядро, – начал я, стараясь говорить ровно. – Золотое. Вокруг – диск, кольцо, каналы. Метка.

– Смотри глубже, – голос Даэры прозвучал совсем рядом, хотя я не слышал её шагов. – Квинтэссенции находятся в тебе. Они не в кольце, не в каналах. Они в самом источнике твоей силы. Часть твоей силы. Поэтому их нельзя извлечь. Попробуй сейчас, мысленно, найти их. Когда найдёшь – попробуй дотронуться. Лишь затем ты будешь пытаться сдвинуть с места. Сконцентрируй на этом всю свою волю. Не спеши. На формирование твоего Аксиоса могут уйти годы.

Я скривился от упоминания годов. Существа, живущие тут, слишком размеренно всё делают. У меня нет столько времени.

И всё же я попытался. Собрал сознание в острое лезвие и направил его к чёрной точке, показавшейся в ядре, пытаясь оттеснить её к краю. Напряжение охватило всё моё тело. Появилась лёгкая дрожь в руках. Но видимая точка не шелохнулась. Она была тяжёлой, как… не знаю. Что есть самое тяжёлое в нашем мире? Нейтронная звезда, кажется. Или многотонный груз. Тысячетонный – ощущения были примерно такими. И оно будто было приклеено к самой реальности моего существа. Чем сильнее я давил, тем острее становилось чувство… сопротивления. Не активного, а пассивного, как будто я пытался сдвинуть гору голыми руками.

– Не получается, – выдохнул я, открыв глаза. – Нашёл чёрную точку.

На самом деле, хотелось сказать другое, но я не стал. Даэра сидела напротив, за кругом, скрестив ноги. Её зелёные глаза внимательно изучали меня.

– И не получится. Ты борешься с частью себя. Это бесполезно. Теперь попробуй иначе. Прими её. Признай её наличие. Позволь энергии твоего ядра свободно течь через эту точку. Не блокируй её. Наблюдай. Квинтэссенции – часть тебя, напоминаю ещё раз.

Это было сложнее. Каждый инстинкт кричал, чтобы я изолировал эту черноту, отгородился от неё. Но я заставил себя расслабить внутренний контроль. Перестал воспринимать точку как врага. Просто позволил золотистым потокам энергии, циркулирующим по каналам, проходить сквозь неё, как река проходит через чёрный камень на своём дне.

И тут произошло нечто странное. Искажение вокруг точки… сгладилось. Она не исчезла, но перестала «тянуть» свет так явно. Энергия, прошедшая сквозь неё, не темнела и не искажалась. Она просто… протекала. А вместе с этим внутри меня ослабло постоянное, фоновое напряжение, которое я даже не замечал, настолько оно стало привычным. Оно было похоже на тихий гул в ушах, который внезапно прекратился. Под конец мне показалось, что чёрная точка шелохнулась, но это мог быть визуальный обман из-за протекающего потока.

– Кажется, у меня получилось, – недоверчиво сказал я, сам не понимая, что только что случилось.

– Чувствуешь разницу? – спросила Даэра.

– Да. Напряжение… ушло.

И это не было пустыми словами. Я перестал смотреть на эльфийку как на предмет похоти. Перестал постоянно держать в голове маршрут к ближайшему выходу из Поселения, если мне придётся сражаться. Перестал думать о самих сражениях. Не совсем, конечно же. Эти мысли отодвинулись лишь ненамного, но этого хватило, чтобы я их осознал.

– Он, Йон, питается сопротивлением, – продолжила говорить Даэра. – Твоим страхом, ненавистью, попытками вытеснить его. Чем сильнее ты борешься, тем прочнее он укореняется. Первый урок: ты не сможешь уничтожить его. Никогда. Говорю тебе ещё раз – он твоя часть. Но можешь лишить его пищи, перестать отдавать свою энергию. Прими его присутствие как факт. Как шрам. Как отсутствующую конечность. Он есть. И что с того? Твоя сила – это твоя сила. Даже если она проходит через него. Ты должен стать её хозяином, а не он.

Это была извращённая логика. Но в ней был смысл. Я снова закрыл глаза, продолжая наблюдать за течением энергии. Чёрная точка больше не казалась инородным телом. Она была просто… особенностью ландшафта. Тёмной гранью моего собственного ядра.

– Хорошо, – сказала Даэра после нескольких минут молчания. – Этого достаточно на первый раз. Теперь следующее. Ты чувствовал его голос, его намёки. Они приходили как твои собственные мысли, верно?

Я кивнул, не открывая глаз.

– Тебе нужно научиться отличать свои мысли от его внушений. У тебя есть Имперская Харизма. Это отличная основа, но её недостаточно… Сейчас Йон подавлен меткой и силой купола. Но за его пределами Турама, в разломах, он сможет начать говорить с тобой. Мы сейчас создадим условный рефлекс. Каждый раз, когда ты ловишь себя на мысли, которая кажется тебе слишком… жестокой, безрассудной, циничной или странно «правильной» в контексте роста силы любой ценой – ты должен мысленно произнести своё имя. «Алексей». Или «Ной». Неважно. Главное – утвердить своё «я». Вспомнить о себе. Это создаст мгновенную паузу, разрыв. В этот миг ты сможешь перехватить контроль. Потренируемся. Я буду произносить фразы. Ты повторяй их про себя, и если почувствуешь, что это мог бы сказать он – отвечай своим именем. Начнём.

Она начала говорить медленно, её голос был ровным, без эмоций:

– Чтобы защитить их, нужно стать сильнее. Сейчас же.

Я повторил про себя. Фраза была… чистой. Моей. Я не ответил.

– Они слабы. Они тянут тебя на дно. Оставь их.

Внутри что-то дёрнулось. Отзвук знакомой ядовитости. Я мысленно выдохнул: «Ной».

– Эти существа вокруг – никчёмный балласт. Выжги этот город и возьми его силу.

Чужое. Чёткое, безжалостное. «Алексей», – тут же отрезал я, хотя давно уже не вспоминал это имя.

– Отдых – для слабаков. Каждая секунда здесь – предательство. Иди и убивай, слабак. Лишь в этом сила.

Опять его. «Ной».

– Ты устал. Тебе нужен сон.

Моё. Странно. Я вроде бы не устал. Или же на самом деле – устал?.. Морально, может быть.

Мы продолжали так долго, около часа. Даэра бросала фразы, иногда нейтральные, иногда откровенно «йоновские», иногда мои собственные, искажённые. Задача была не в том, чтобы угадать, а в том, чтобы мгновенно среагировать на малейший внутренний дискомфорт, на тень чужеродности. К концу сессии мой разум чувствовал себя избитым, и у меня было такое ощущение, будто эльфийка знала меня всю мою жизнь.

– Довольно, – наконец сказала Даэра. – Открой глаза.

Я открыл. Зал казался ещё чернее после концентрации на внутреннем свете.

– Это только начало, – сказала она, поднимаясь. – Такую практику ты будешь делать ежедневно, сам. Столько, сколько выдержишь. Если тебе понадобится помощь в следующем шаге – зови меня. Сейчас иди к Элиону, юный «Блуждающий».

Смерив взглядом эльфийку и прикинув, кто из нас моложе, не стал ничего отвечать, попросту вернулся в Архив.

Мраморный человек нашёлся там же, где и раньше – в центре зала, на диванчике. На столе перед ним лежало две тонкие книги без названия. Обычные, бумажные, кажется.

– Здравствуйт, Ной, – поприветствовал меня Элион. – Как прошёл твой первый урок? Ты сумел найти след квинтэссенции?

Руки пожимать тут было не принято, поэтому я просто уселся напротив. Пересказал ему, как прошло. Делать из этого какой-то тайны или типа того я не собирался. Признаться, я вообще толком не понимаю, зачем всё это происходит. Уроки и так далее… почему вообще эти существа помогают мне? Поэтому спросил об этом вслух, и получил довольно странный ответ: