Текст книги "Системная Перезагрузка. Том 5 (СИ)"

Автор книги: Серафим Леман

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 17 страниц)

Глава 20

Я смотрел на фиолетовое небо, на три луны, на синюю траву и белый город вдалеке, и внутри меня что-то оборвалось с тонким, жалобным звоном лопнувшей струны.

Мико, огромной тенью замерший за моей спиной, глухо зарычал, чувствуя моё состояние. Я не оборачивался. Просто смотрел на название мира, высвеченное перед внутренним взором, и не мог поверить в реальность происходящего.

Зерактал.

Мир Ликана. Мир, название которого я слышал всего дважды, мельком, от того самого синекожего, которого вытащил из пустыни.

И от Кайлы.

– Нет… – прошептал я, и голос прозвучал хрипло, чуждо.

Всё это время. Месяцы, годы субъективного времени. Бесконечные бои, разломы, кровь, пот и боль. Я пробивался сквозь миры, думая, что иду к ней. К Кире. К дому.

А пришёл… сюда.

Ярость – холодная, липкая, тяжёлая – поднялась из самой глубины Аксиоса. Она не была слепой, как раньше. Она была вымороженной, концентрированной. Она была чище, чем Разрушение Пустоты.

Я встал с колен.

Синекожие, окружившие меня плотным кольцом, напряглись. Их системное оружие было направлено на меня и моего зверя. Все они были бронзового ранга, приближающиеся к серебряному. Пара десятков противников, закованных в броню с ног до головы, с плащами за спиной, готовые разразиться десятком убийственных навыков своих квинтэссенций, чьи колебания я ощущал в пространстве. Вот только…

Сейчас все эти воины казались мне муравьями, копошащимися у ног.

– Не двигайся, чужеземец! – выкрикнул один из них на древнем наречии, видимо, старший.

Его голос дрожал, хотя он пытался говорить властно. Давление моей ауры, даже не направленной на него, а просто существующей, заставляло их нервничать. Чистые инстинкты в прямом своём проявлении.

Я сосредоточился на говорившем и выпустил лёгкий толчок ауры в его направлении.

Он отшатнулся и отошёл на несколько шагов, будто я его ударил. Меч дрогнул в его руках. К его чести – своё оружие он не выронил и не упал в корчах, как стоящие по бокам от него. Серебряный ранг? Да плевать, кто он там… Даже имя над его головой читать нет желания.

– Я не враг вам, – произнёс я ровным голосом, но в нём звенело то самое, от чего они должны были разбежаться. – Но мне нужно в город. Поэтому я пойду туда.

– Т-ты… – прохрипел другой, более молодой, испуганно переводя взгляд с меня на Мико и обратно. – Кто ты такой?.. Ч-что тебе нужно⁈

Я не ответил. Просто пошёл вперёд. Прямо на них.

Кольцо дрогнуло. Они расступились против своей воли, пропуская меня, как вода расступается перед носом корабля. Никто не посмел даже замахнуться оружием. Инстинкты, вбитые Системой глубже костей, кричали им: «Не трогай. Это смерть». И это мне не кажется. Подобное я уже испытал на себе.

Я шёл к городу не спеша. Мико следовал за мной, возвышаясь горой мускул. Его тяжёлые шаги отдавались глухим гулом в синей траве. Синекожие патрульные преследовали нас на почтительном расстоянии, не решаясь приблизиться, но и не в силах отпустить, не зная, что делать. Постепенно к ним присоединялись другие патрули, но мне было плевать. Нападут – подпишут себе смертный приговор.

Йон продолжал молчать. Не комментировал, не давал советов. Но мне всё же показалось, что даже он, древняя тварь, чувствовал моё состояние, и ощущение его присутствия стало совсем мизерным.

Сейчас, кажется, я в шаге от того, чтобы начать уничтожать раскинувшийся передо мной город. И эта угроза не была простым звуком или внутренней злостью на всё вокруг. Я вполне серьёзно могу это сделать. Если уж не разрушить камень, из которого он сложен, то убить всех его жителей – запросто. Справлюсь.

Ворота города возвышались прямо передо мной. Сейчас закрытые. Огромные створки из тёмного металла, окованного серебром, с прожилками энергии, наверняка питаемой от Источника Зла, спрятанного где-то в глубинах города. Над ними горели световые сферы. Сами ворота были до неприличия высокие – метров сорок, если не больше.

Стража на воротах – уже не патрульные, а настоящие воины, казавшиеся мне новогодними ёлками из-за обилия артефактов, надетых на них, – была при оружии.

Вряд ли меня будут встречать тут хлебом-солью.

Что за идиотская мысль закралась мне в голову снова?.. Как давно я не пробовал что-то солёное. Мог ведь набрать солёной воды и выпарить на очаге.

Встретившись взглядом с одним из стражников Града Первого, использовал Перемещение, вмиг оказавшись рядом с ним.

Искривлённое от удивления бородатое и потное мужское лицо замерло, как и всё его остальное тело.

Понимаю. Разница Порядка при прямом давлении – это больно.

Я всё же не собирался их убивать. Зачем мне это? Они ведь не демоны. Просто очередные жертвы уродливой Системы, навязавшей всем свои правила и проблемы в виде орд монстров, оставшейся от её предшественницы…

Я положил руку на голову стражника и повернул её к себе ухом. Использовал Королевский Приказ, разгоняя его на полную катушку через Аксиос.

– Спи, – приказал я.

Мужчина тотчас выронил своё оружие, и его глаза закрылись. Он уснул крепким сном, повинуясь Королевскому Приказу, и свалился мне под ноги безвольной куклой. Как и все те, кто был на стене, как и остальная стража под ней, и патрульные, преследующие нас.

И ещё около полторы тысячи разумных, если Система не врёт…

Но она, уродина, точна в своих цифрах. Этого у неё не отнять.

Посмотрел вниз, туда, откуда пришёл, и отозвал Мико, явно собиравшегося брать ворота на таран. Затем спрыгнул с другой стороны, погасив инерцию падения коротким использованием Кристальной Твердыни.

Приземлился мягко, почти бесшумно. Мико материализовался рядом через пару секунд – машина смерти, голодный волк в курятнике.

Я огляделся. Площадь возле ворот была пуста – местные разбежались при первых признаках моего появления. Только несколько торговых лотков стояли брошенными, товары валялись на мостовой, и повсюду были спящие сейчас синекожие. Где-то вдалеке слышались крики, топот множества ног. Наверняка стягивают подкрепление. Пусть стягивают. Это ничего не изменит.

Странное чувство охватило меня, когда я пошёл вглубь города. Мико недовольно фыркнул, явно чувствуя моё состояние. Я машинально провёл рукой по его холке, успокаивая. Себя или его – уже не важно. Отозвал зверя. Мы не будем убивать. Здесь… нет врагов. Очень сильно на это надеюсь, по крайней мере.

Город внутри был… красивым. Я отмечал это лишь краем сознания, не впуская в себя. Белокаменные здания с витражами, фонтаны с чистой водой, мостовые, вымощенные гладкой плиткой. Местные жители шарахались от меня, прижимались к стенам. Кто-то падал на колени, кто-то просто замирал, не в силах пошевелиться. Давление я убрал лишь однажды, когда мать прикрыла собой ребёнка, который ощущался как пустота… полное отсутствие Системы.

Они до боли похожи на людей. Единственное, что нас отличает, – это цвет кожи и более фривольные одежды, что ли. Даже странно как-то. Он напоминает ранний Борисоглебск, только начавший умываться войной и кровью из-за Системы, но всё ещё остающийся сонным.

Я направлялся к центру. К дворцу, который возвышался над городом, вырезанный прямиком в белой скале. Я чувствовал точку. Она была там, где-то вверху. Сияла ярко, как путеводная звезда, приведшая меня не туда, куда я хотел. Задаваться вопросом, чего я хотел «на самом деле», я не стал. Не к чему грузить себе голову подобным.

Наверняка я мог бы открыть локальные чаты и объясниться с местными, но…

Боюсь, что, если сейчас это сделаю и случайно увижу чёрные имена в контактах, меня не остановит даже отсутствие Системы…

Дворцовая стража встретила меня у очередных ворот, под дворцом. Все до одного – серебряные, но вот подвижек внутри их ядер не чувствуется, разве что плотность повыше, чем у среднего серебра. Один из них, с длинными седыми волосами и жезлом в руке, явно подобающий образу Мерлина, шагнул вперёд.

– Кто ты? – спросил он, и в его голосе не было страха, только усталая готовность умереть. – Назови себя и цель визита, или мы будем вынуждены…

– Ной, – перебил я его. – Я пришёл с миром и ищу кое-кого. Уйдите с дороги.

Седой вздрогнул. Его глаза расширились. Он прищурился, всмотрелся в моё лицо – закрытое шлемом Странника Бездны – и, кажется, что-то понял. Надеюсь, то, что я не спрашиваю, а требую.

– Подожди здесь, – сказал он резко и спустя пару секунд скрылся за воротами.

Я призвал Мико, несмотря на реакцию окружающей меня толпы со всех сторон. Мико сел рядом, положив массивную голову на лапы. Его золотые глаза неотрывно следили за стражниками, готовыми в любой момент броситься в бой, несмотря на всю его безнадёжность. Я облокотился на бок зверя, в любую секунду так же готовый к бою, наблюдая за тем, как стража Града Первого прогоняет интересующихся происходящим зевак, стягивающихся сюда.

Прошло несколько минут. Потом ворота распахнулись.

То, что было подсвечено в моём сознании всё это время и двигалось, наконец-то погасло. Я честно до последнего надеялся, что это будет Кира, но…

[Кайла фон-Морис]

Я узнал её даже не глядя на имя над головой. Синяя кожа, чуть более светлая, чем у остальных. Тонкие черты лица, большие глаза, в которых плескалось что-то, чему я не мог подобрать названия. Длинные чёрные волосы, убранные в сложную причёску. На ней было лёгкое светлое платье, совсем не боевое, и серебряная диадема на голове.

Она сильно изменилась внешне. Сейчас, увидеть её вот в таком образе, а не посреди боя, измазанную в гоблинской крови. Для неё прошло столько же, сколько и для меня? Меньше? Больше? Я потерял счёт времени окончательно.

Я снял шлем. Убрал его в инвентарь. Наши взгляды встретились.

– Алексей? – голос её дрогнул.

Она произнесла моё имя на языке, который, похоже, сейчас каждый встречный использовал. Она всё же вспомнила моё имя.

– Ты… жив… я думала, ты погиб. В контактах было чёрное имя. Как у мёртвого. Даже сейчас…

Кайла на секунду замерла, явно сверяясь с системным чатом, и, судя по её округлившимся глазам, – там произошли какие-то изменения. Затем она сделала несколько неуверенных шагов ко мне, обойдя кольцо стражи и отмахнувшись от попытавшихся её остановить. Остановилась в метре, смотря на меня и Мико. Протянула руку ко мне, коснулась моего лица. Мне пришлось подавить ауру, просто чтобы не покалечить её. Её пальцы на моей щеке были прохладными и дрожали.

– Ты изменился… – прошептала она так, что услышал только я. – Ты стал… очень сильным.

Я молчал. Изучая её. До одури красива вблизи. То, что было до Системы, сейчас оказалось возведено в идеал благодаря очистке тела. И всё же её что-то отличало даже по сравнению с некоторыми воительницами, стоявшими в кольце стражей-системщиков.

Из-за таких, как Кайла, войны устраивают, лишь бы добиться их внимания. И дело тут не только в её положении, о котором я примерно догадывался, раз уж она местную стражу взмахом руки отгоняет.

Но это всё же была та самая нагая девушка, которой я когда-то спас жизнь в Логове Гоблинов. Которую я почти забыл, затёртую образами другой жизни.

– Я шёл домой, – произнёс я наконец. – Я чувствовал точку. Маяк. Я не ожидал встретить… тебя.

В её глазах мелькнуло что-то. Эмоция, которую сложно было прочитать.

– Ты не рад меня видеть? – тихо спросила она.

Я не ответил. Не мог. Вопрос оказался неожиданно сложным для меня самого, хотя ответ казался очевидным. Слишком много всего накопилось.

Кайла вздохнула. Отступила на шаг. Оглянулась на стражу, на замерший в почтительном ужасе город.

– Пойдём, – сказала она. – Нам нужно поговорить. Ты, наверное, устал. И голоден. Здесь ты в безопасности.

На самом деле в безопасности я ощущал себя лишь внутри Осколка, да и то в относительной, но этого я, конечно же, говорить не стал.

Она развернулась и пошла обратно во дворец. Я смотрел ей вслед. Мико тихо зарычал, словно спрашивая: «Идём?».

Я пошёл.

Внутри дворец оказался ещё роскошнее, чем снаружи. Мрамор, золото, живые цветы в кадках, слуги, бесшумно скользящие по коридорам. Кайла распорядилась, и вскоре меня отвели в отдельные покои, где я смог спокойно вымыться и поесть парного мяса. Затем мне доложили, что «королева» приглашает меня в свои покои. По итогу я оказался в просторной комнате с балконом, выходящим на город.

– Садись, – она указала на мягкие подушки у низкого столика. На столике уже стояли кувшины с напитками и фрукты.

Я сел. Кайла села напротив. Налила мне какой-то прозрачный напиток в высокий хрустальный бокал.

– Наше вино. Гордость Града Первого. Попробуй.

Я осушил бокал одним глотком, почти не почувствовав вкуса. Сладко, не более того. Алкоголя вообще не ощущаю. До многотысячелетней браги, запасы которой до сих пор были у меня в инвентаре, этой «гордости» всё же было далеко. Поставил бокал на стол.

– Рассказывай, – сказал я.

И она рассказала.

О себе, о первых разломах и панике, о навыках. История, которую, наверное, может рассказать каждый разумный после появления Системы. В общих чертах она одинакова. Разве что здесь, в этом так называемом регионе, не было уничтожающих всё встреченное демонов… в начале.

Её мир, Зерактал, оказалось, вступил в организованный другими Альянс Свободных Миров, сплотившись против Системы и её угроз.

– Я думала, ты мёртв, – повторила она. – Смирилась и забыла уже давно, извини… Касательно моей текущей истории – Зерактал нуждался в лидере. Моя семья… нас осталось немного. Я самая старшая, мой отец погиб ещё в самом начале, поэтому стала правительницей. Это был долг.

Я слушал. В её словах не было фальши. Я испытывал сейчас чувство, название которого позабыл. Сострадание. На её плечи тоже свалилось много всего. Ладно я, выхлебавший целую реку страданий, крови и боли. Но всё эта девчонка из монархической семьи, с двумя младшими братьями, ставшая королевой целого государства, а затем и мира, с кучей врагов, желающих попасть на её место, и с Системой на фоне. Тяжело, всё же. Стоит признать.

– А потом ты просто появился, – она усмехнулась горько. – Золотой ранг, да?.. Невероятно… мне даже дышать тяжело рядом с тобой. И ты привёл это чудовище. И посмотрел на меня так, будто я – ошибка на твоём пути.

– Ты не ошибка, – сказал я, вновь подавив ауру. – Просто… я не туда шёл. Мой путь был долгим. Миры, способные съесть твой, и тысячи разломов… Я думал, что иду к жене и к сыну. О том, как обниму их. А пришёл к тебе.

Кайла отвела взгляд. Помолчала.

– Расскажи мне о них, – попросила она тихо.

И я рассказал. О Кире. О Симе. О Порохе, Круглове, Льве Андреевиче. О Выживальщиках. О войне с демонами. О поражении. Разве что не стал упоминать Поселения Блуждающих. О годах безумия и бесконечных боях.

Кайла слушала, не перебивая. Иногда задавала вопросы. Иногда просто смотрела.

Когда я закончил, за окном уже стемнело. Три луны висели над городом, заливая его призрачным светом.

– Ты сильный, Алексей, – сказала она наконец. – Очень сильный. Ты прошёл через ад, который сломал бы любого. И ты всё ещё думаешь о них. Это… дорогого стоит. Я так не смогла бы…

Она встала, потянулась и подошла к балкону. Обернулась.

– Но у меня для тебя плохие новости. По поводу Земли.

– Тебе что-то известно? – тут же подобрался я, готовый получить информацию любым доступным способом.

– Н-не дави так… – прошептала Кайла, отстраняясь. – Земля… она, как и многие другие миры, пала от демонов. Стала очередной жертвой Келома, с которым сейчас сражается Альянс…

Я чувствовал, что она что-то не договаривает всё то время, пока мы беседовали, но от таких новостей, кажется, моё сердце перестало биться. Я перестал сдерживать ауру и просто закрыл глаза руками. Всё то, ради чего я продолжал сражение с Системой и её монстрами, весь мой путь… Кира, Сим…

И лишь ощущение рук, обнявших меня, и близость тела плачущей Кайлы заставили вновь подавить ауру. Я не буду убивать их. В этом нет смысла.

Сейчас мне казалось, что вообще уже ни в чём нет смысла.

Зачем мне вообще жить?.. Земля… побеждена…

Глава 21

Конечно же, я сразу не поверил в произошедшее. Ровно до тех пор, пока один из воинов Альянса не принёс мне бирку. Точнее, нашивку, которой повсеместно пользовались Выживальщики. Окровавленная надпись на русском на ней гласила:

《 Кто сдался – без еды остался》

Как же это глупо было – так далеко от дома найти его часть. Или то, что от него осталось.

К сожалению, я понимал, что путь дальше вряд ли будет легче, чем обратно. Я нашёл Кайлу, и что с того? Мне она… не могу сказать, что безразлична. И даже не из-за сына и жены я хочу вернуться домой. Точнее, не только из-за них. Я хочу увидеть Выживальщиков, людей, землян. Живыми.

Я не мог просто уйти. Я даже не знал, где сейчас Земля. Конкретно эту нашивку нашли на одном из старых складов, и оставивший её там уже давно пропал в одном из разломов.

Путь назад обещал также быть не легче, чем сюда. Мне нужно восстановиться, хотя бы вылечить психику, чтобы перестать планировать убийство всего, что вижу. Но это была лишь одна из деталей.

Главная проблема заключалась в расстоянии. «Железных» миров, тех, в которых сейчас находятся миры Инициализации текущего цикла, огромны. Я могу потратить годы в поисках Земли. И опоздать, ведь осталось менее десяти лет на то, чтобы выбрать победителей. Я попросту не знаю, что случится с моим родным миром, когда это произойдёт. Точнее, догадываюсь, но не хочу об этом даже думать. Надежда, как говорят, умирает последней.

Математика была проста: двести пятьдесят шесть миров разумных. Каждый из них окружён со всех сторон промежуточными. Итого почти тысяча миров, один из которых называется Земля. Девятьсот шестьдесят один, если быть точнее. Конечно же, я знал имена смежных миров и мог бы уточнить в системных логах и чатах, как следует покопавшись в них, но это сильно не упрощало поиск. Слишком большая территория. Даже путешествуй я в Осколке, на это уйдут годы реальной жизни. Даже если встреченные противники будут слабыми, это ничего особенно не изменит. Слишком…

Я себя попросту уговаривал остаться и не мог собраться с мыслями как следует. Определиться с чувствами.

– Альянс, – сказал я, смотря на Кайлу, лежащую рядом.

– Да, – она присела на кровати. – Альянс Свободных Миров. Мы воюем с демонами… и с Системой, в каком-то смысле. У нас есть информация. Есть карты порталов, связи. Если твоя Земля ещё держится, мы сможем её найти.

Я смотрел на неё. На синюю кожу, на большие глаза, на лунный свет, запутавшийся в её волосах.

– Ты предлагаешь мне остаться…

– Я предлагаю тебе лучший из возможных вариантов, Ной, – поправила она. – На время. Помоги нам, прошу. А мы поможем тебе всем, чем сможем.

Это было… разумно. И единственный реальный шанс не пропасть в бесконечности миров, пытаясь найти ту самую иголку в океане.

– Хорошо, – сказал я. – Я остаюсь. На время. Пока не найду путь дальше.

Кайла улыбнулась. Улыбка вышла усталой, но при этом вполне искренней.

– Тогда добро пожаловать в Зерактал, Ной. Или мне называть тебя Алексей?

– Ной, – ответил я.

Так началась моя новая жизнь.

Месяцы, проведённые в Зерактале, слились в один спокойный, почти мирный сон. Почти – потому что я не мог просто сидеть сложа руки. Я продолжил своё развитие в рамках Системы после подсказки Йона – единственного раза, когда он напомнил о своём присутствии, увидев, что я остановился.

Сейчас мне надо было «начинать вытачивать квинтэссенции». Вкратце – объединять все три навыка из каждой квинтэссенции в какой-то один из них. Отсюда начинается путь к платиновому Порядку. Ну и похоронная подсказка от Йона в конце: «Разберёшься сам».

Решив, что это воздействие очевидно внутреннее, при работе с ядром-Аксиосом, и пытаясь вспомнить, как Йон однажды это сделал. Битва против Алаиса всё ещё была достаточно яркой, с применением того, чего в моём арсенале попросту не было (или я так думал), с нанесением татуировки на руку, и с последующим её отрубанием.

Урод.

Вполне возможно, что Йон отрубил её мне просто для того, чтобы эпизод оказался в памяти незабываемым. С этой поехавшей сверхсущности станется. Но это уже, наверное, мои глупые домыслы. Синдром жертвы и всё такое.

Короче говоря, я тренировался.

И тренировал других. Обучал лучших воинов Альянса, именуемых здесь «Чемпионами». Аналог моих Легионеров. Не стал делать информацию по поводу получения золотого и платинового рангов тайной. В разломы не заходил, попросту зачищая угрозы для мира, в котором находился, когда разломы вскрывались. На самом деле полезность от меня всё же была, но не в бою. Да, я мог бы рвануть в строй расплодившихся до невозможного количества демонов и начать убивать их толпами. Ровно до тех пор, пока не убью последнего из них, но… со мной опять что-то случилось.

Я не боялся отправиться в бой. Я просто банально устал. Годы безумства в Осколке Ту-роу, сменившиеся годами в Осколке Ноя, стремящегося к ложной путеводной звезде, продолжающиеся сражения на этой сине-фиолетовой планете.

Если я ворвусь сейчас в строй демонов и начну сражаться снова, каждый день, не зная отдыха, – я попросту сойду с ума окончательно. И так уже не по себе. Я шёл к любимой женщине и в итоге сплю с другой, которую тоже считаю любимой. Вряд ли подобное одобрил бы семейный психолог у меня дома.

Дом… я всё же начал в какой-то степени считать это место домом. Или, по крайней мере, безопасным и тихим.

Здешние монстры не представляли особой угрозы для меня. В основном я занимался устранением тех, которые вылезали из разломов после огромных минусов репутации.

Сам мир Зерактал завис в прединдустриальной эпохе и не был особенно интересен. Спасибо хоть, что у них водопровод был. Малость обновил себе дом в Осколке, куда пустил лишь Кайлу однажды, но не более того. Мне не был интересен их быт или культура. Я просто лечился.

Кайла была рядом всё это время, сопровождала меня, и я не был против. Мы говорили. Обо всём. О её жизни, о моей. О войне, о Системе, о надеждах. Иногда просто сидели молча на балконе, глядя на три луны.

Я не искал близости. Я вообще перестал что-то искать. Слишком устал. Но она была рядом, и это… грело. По-своему.

А потом, в один из таких тихих и спокойных дней, она сказала:

– Я беременна, Алексей.

Мы сидели в её покоях. За окном шёл дождь – редкое явление для Зерактала. Капли стучали по витражам, создавая причудливую музыку.

Я смотрел на неё и пытался найти в себе чувство вины за измену, но… Я любил эту девушку. Возможно, даже больше, чем Киру, на самом деле. Все те яркие, первые эмоции, которые я испытал при нашей первой встрече, всё то яростное сражение с пустяковыми сейчас монстрами, в слабом теле, без навыков… Всё это получило вторую искру во мне.

– Это случилось… – продолжила она, вновь перестав быть похожей на яростную воительницу, королеву. – Ты здесь уже полгода. Я не знаю… это просто случилось. Наш ребёнок…

Ребёнок.

У меня уже был сын. Сим. Который, наверное, уже вырос без отца. Который, возможно, мёртв. И вот теперь – ещё один. Но я не испытывал чувства вины, как бы сильно ни старался его из себя выдавить.

– Ты… злишься? – спросила Кайла.

В её голосе впервые за всё время прозвучала неуверенность.

Я не знал, что ответить. Слишком сложно. Но что-то всё же нужно было сказать.

– Я не брошу тебя, – сказал я. – И не брошу его. Или её.

Кайла улыбнулась сквозь слёзы. Подошла поближе, взяла мою руку.

– Спасибо…

Мы молчали. Дождь стучал по стёклам.

И спустя два дня я стал королём мира Зерактал. С нашей свадьбой с Кирой, которой, по сути, не было, это ни шло ни в какое сравнение. Кольцо, завёрнутое в… шаурму, кажется, и быстрая расписка, организованная ею через системный чат, без моего ведома, но с молчаливым согласием.

Зерактал устроили венчание. То есть коронацию. Церемония началась на рассвете следующего дня.

Я не привык к подобному. Если честно, я привык к грязи, к крови, к мерзотным запахам смерти, к лязгу металла, к боли, к тому специфическому ощущению, когда тело работает на пределе и разум отключается, оставляя только инстинкты. Но никак не к этому.

Слуги – их здесь называли «домашними» – явились ещё до того, как я успел полностью проснуться. Их было двое. Молчаливые, с той особой профессиональной невозмутимостью на лицах, которую вырабатывают только годами службы при дворе. Один принёс дорогие даже на вид одеяния, расшитый золотом белый наряд. Системный предмет, к слову, но такой слабый. Железного ранга.

Другой просто стоял в стороне с подносом, на котором лежали церемониальные украшения – тонкие золотые цепочки с красными камнями в них, браслеты.

– Это обязательно? – спросил я, глядя на браслеты.

– Да, мой повелитель, – ответил первый дворный, не поднимая глаз.

Я собрался с мыслями и надел всё то, что мне принесли.

Одеяние оказалось вполне удобным, системное ведь. На плечах – широкие эполеты из какого-то металла, лёгкого, как алюминий, но с виду напоминающего серебро. По краям одеяния шла вышивка золотом – тонкая, почти незаметная, но стоило попасть свету – и нити начинали переливаться. Какой-то сложный узор с множеством узоров, регалии. Мне всё это объясняли в деталях, но при этом помпезность как-то меркла в глазах. Особенно когда вспоминал чудовищную силу Ту-роу, наверняка способного стереть весь этот мир…

Они сильно заботились о власти, но опять же – я понимал, что в условиях Системы власть берётся из того, что ты можешь убить всё, что движется в радиусе километра, и при этом остаться стоять. Вот откуда она берётся. Но озвучивать это я не стал.

Когда слуги закончили со своими церемониями, один из них поднял голову и посмотрел на меня. Он был стар. Лицо в глубоких морщинах, синяя кожа потемнела до почти пепельного оттенка, какой бывает у жителей Зерактала в глубокой старости. Смотрел внимательно и без подобострастия.

– Да здравствует новый король Зерактала, – сказал он просто и ушёл.

Дворец Зерактала был огромен.

Я жил здесь полгода и всё равно не успел его изучить до конца. Он строился, насколько я понял, несколько столетий – каждое новое правление добавляло что-то своё, и в итоге получилось нечто монументальное и при этом совершенно непоследовательное. Залы сменялись переходами, переходы – внутренними дворами, дворы – новыми залами. Часть здания была явно возведена в эпоху, когда у местных ещё не было нормальных инструментов, – стены там были грубо отёсаны, зато невероятно толсты. Другая часть, более новая, поражала ажурными арками и огромными витражами, через которые лунный свет превращался в живые цветные полотна на полу.

Тронный зал находился в самом центре. Туда я никогда особенно не заходил – незачем было. Сейчас пришлось.

Меня вели по длинному коридору, выстланному тёмным камнем. По обеим сторонам стояли воины Альянса – Чемпионы, некоторых из которых я лично тренировал. Они не двигались. Стояли так, как умеют стоять только те, кто провёл в засадах достаточно времени, чтобы неподвижность стала второй натурой. Я прошёл мимо них, и некоторые – я замечал краем глаза – слегка опустили взгляд.

Двери тронного зала были открыты.

Они были огромны, как и всё тут, – не меньше пяти метров в высоту, из тёмного дерева, окованного тем же псевдосеребром, что и мои эполеты. На них были вырезаны сцены из современной истории Зерактала: битвы, разломы. Я не успел их рассмотреть.

Зал встретил меня гулом. Именно гулом – тем особым звуком, который возникает, когда в закрытом пространстве собирается много разумных и все они одновременно пытаются молчать, но не совсем справляются. Сотни голосов, приглушённых до шёпота, сливались в единый низкий фон.

Зал был полон.

Я шёл и смотрел на них. Представители всех союзных миров – а их у Альянса насчитывалось около двадцати. Делегации. Некоторых я узнавал. Вот делегаты с Ароны – мир с тяжёлой гравитацией, жители которого были широки в кости и невысоки, почти квадратные с виду, с кожей цвета старой бронзы. Рядом – делегация Тиенн, мир, где разумные были похожи на насекомых больше, чем на людей: фасеточные глаза, хитиновые пластины на плечах, характерный жест – скрещенные на груди руки, что у них означало нейтральное приветствие. Были и те, кого я видел впервые. Мир, название которого я не запомнил, чьи жители были бесплотно-белыми, почти полупрозрачными, с длинными пальцами и лицами, лишёнными носа. Ещё одна делегация – и вовсе нечеловеческие формы, что-то массивное, закрытое в церемониальные доспехи так полно, что невозможно было угадать, что внутри. Самый низкий из них был мне по плечо, и это при том, что я сам был очень высоким.

Все они – наследники Первых. Эксперимент, семена мощнейшей цивилизации. И среди всего этого разнообразия я вдруг поймал взгляд, от которого что-то кольнуло в груди.

Серокожие.

Среди делегаций, у правой стены, стояли трое. Удивительно, но за всё прошедшее время у меня сохранился один единственный предмет в инвентаре, который чудом оказался дома во времена, ещё когда я свалился в шахту и растерял там весь инвентарь:

[Знак воли Коир-Таирна] [Железный]

Обычный предмет

Печать приоритета мнения высшего жреца сколиэтля Ксель-Аурфиерллия 993-го

Несёт в себе его волю и мнение

Прочность: 10/10

И это было самое странное среди всего, что вообще здесь происходило. Серокожие, из более продвинутого, чем Земля, мира. Скрытные, непонятные и малочисленные. Те, кто основал Альянс. Я общался с ними лишь однажды, вчера, и пришлось это делать с помощью чатов – древний «общий» язык они по каким-то принципам учить не стали. Я бы тоже из принципа не стал этого делать, если бы не одно «но». Они прилетели сюда на корабле. В смысле, на самом настоящем космическом корабле: продолговатом, огромном, с кучей иллюминаторов и движками размером с Мико. Технически навороченным – другого описания я подобрать не мог. В этот полу-средневековый мир.

Эта троица ощущалась как серебряные ранги, явно приближающиеся к Аксиосу даже без моих пояснений. Говорили мы недолго, это был скорее повелительно-требовательный допрос с их стороны, чему я немало удивился. И даже то давление, которое я показал им, не изменило их поведения, хоть они и попадали на пол, заливаясь кровью.

Они изменили отношение ко мне лишь после того, как я передал им предмет, который ещё очень давно дал мне странный пришелец по имени Сиан. Ксель-Аурфиерллий. Высший жрец, исходя из описания, что бы это ни значило.

И они сказали то, что плохо укладывалось у меня в голове. Я был новым для них человеком, для всего Альянса, но при этом я был единственным достигшим золотого ранга существом среди всех собравшихся здесь.

Откинув мысли в сторону, я заставил себя посмотреть вперёд.

Кайла стояла у трона.

Она была одета в белое с золотым – церемониальные цвета правящих Зерактала. Волосы убраны высоко, открывая шею и острые скулы. Живот ещё не был заметен – слишком рано. Но я знал. И от этого знания она казалась одновременно очень близкой и очень далёкой.